Надэя. Невеста принца

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

- Надэя! – окликнул меня отец, едва сравнялась с всадниками, сопровождающими карету. Вот уже целую неделю мы держим путь к столице Юраккеша, дабы предстать перед его величеством. Страха во мне не было, лишь любопытство. Я впервые за почти десять лет выехала за пределы Шорхата.

Вопреки ожиданиям родителей, путешествовала я все эти дни верхом на своем скакуне. Не смогла отказать себе в шалости, тем более проверить свои силы и возможности. Одно дело кататься по кругу в специальном загоне под присмотром Дарка, иное дело вот так – радуясь воли и свободе. Я хоть и не была рабыней в доме Юсуфа Каден ибн Сахиба, но в силу возраста не могла спокойно выезжать за пределы имения.

Поравнявшись с отцом, поправила съехавшую на бок соломенную шляпку. Он был взволнован и хмур, а еще я почувствовала его страх. Впервые за все время нашего с ним знакомства.

– Скоро прибудем в Цаарит. Не стоит привлекать к себе ненужного внимания. Составь матушке компанию и не высовывайся из окна кареты. Надеюсь, объяснять тебе нечего не нужно?

-Нет, отец, - отрицательно покачала головой. - Я все поняла.

Объяснять, зачем такие меры предосторожности, мне было не нужно. Я прекрасно помню, что представляет из себя Цаарит и невольничий рынок Бадеи. Увы, но нам предстоит проделать нелегкий путь: пересечь самый криминальный район Юраккеша.

Мы бы могли сделать круг и обойти стороной злостные места, но этот путь займет не недели, а месяцы, чего позволить себе мы не могли. И это не из-за приказа короля, а из-за матушки, которая не обладала даже крупицами магии. Иначе бы мы просто добрались до нужной портальной арки и в кратчайшие сроки оказались бы в столице.

Портальными переходами могут воспользоваться только те, в чьих жилах течет магия. Только они могут активизировать магические потоки и настроить путь. Простому люду это не дано, да и не выживет он при переходе – портальная магия высосет из него всю жизнь.

Спрятавшись от посторонних глаз внутри кареты, я невольно поморщилась от духоты, а когда наш с матушкой транспорт двинулся в путь – то и вовсе застонала вслух. Карету затрясло просто неимоверно, казалось, как будто сидишь не на обшитой бархатом скамье, а на виброплатформе, с помощью которой упорно стараешься похудеть.

- Что такое, милая? Тебе плохо? – спохватилась матушка, откладывая чтение в сторону. И вот как в этой тряске можно еще умудриться читать? Неужели в этом мире еще не додумались о рессорах? Или у нашей семьи нет денег, чтобы купить иной транспорт?

- Все в порядке матушка.

Отбивая чечетку зубами, попыталась выдавить из себя улыбку. Только где уж там! Вцепившись побелевшими пальцами о край скамьи, пыталась не потерять свой завтрак. Даже езда галопом не так страшна, как поездка на этом пыточном устройстве, гордо именуемой каретой.

Я стоически продержалась минут десять, надеясь, что смогу привыкнуть к тряске. Но нет, с каждой минутой мне становилось все хуже и хуже. К тому же и царившая в салоне духота делала свое коварное дело.

Отец еще в начале пути предупредил меня, чтобы я не смела открыто демонстрировать свои способности. И я хорошо понимаю его опасения. Столь сильной ведьмы в этих краях еще не видели. Мало ли как отнесутся ко мне посторонние…

Не выдержав, я попросила ветерка о небольшой помощи, которую со стороны совсем не будет видно. Ветерок с радостью согласился выполнить мою просьбу. Понадобилась всего минута, чтобы в салоне установилась комфортная температура, а саму карету, за неимением рессор, поставить на воздушную подушку. Теперь у нас свой собственный климат-контроль и «амортизаторы», позволяющие карете плавно катиться по проселочной дороге.

Матушка с благодарностью взглянула на меня. Я же почувствовала стыд перед ней, хотя, по идее, не должна была. Не моя вина, что она в свое время пренебрегла предложением Дарка учиться верховой езде. Я же напротив, уцепилась за такую возможность железной хваткой, понимая, что в карете не всегда удобно путешествовать.

Целую неделю я наравне с мужчинами преодолевала путь будучи в седле и даже не задумывалась над тем, каково это – ехать в карете. К тому же мне хотелось увидеть собственными глазами то, о чем так часто говорил отец, каждый раз расписывая в красках прилегающие к тракту местности.

И только глубокой ночью спускалась на землю, дабы отведать позднего ужина и лечь спать прямо на земле. Периной мне служила молодая трава, которая прорастала подо мной всякий раз, стоило мне только улечься, а подушкой – холщовый мешок, в который я собирала редкие травы и коренья, которые попадались на нашем пути. Одеялом же служил собственный плащ, который заботливо расправлял Дарк независимо от погоды.

«Жар костей не ломит!» - произносит в слух поговорку из моего мира всякий раз, когда я пытаюсь ему перечить. Уж что-что, а ее значение он понял с полуслова и теперь всякий раз старается меня укутать, чтобы, не дай боги, я не простудилась и не слегла с жаром.

Цаарит и Бадеи проезжали в полной тишине. Матушка, зная нравы местных попрошаек, закрыла окна и наглухо зашторила их. Единственным источником свежего воздуха стала небольшая створка, через которую пассажиры могли перекидываться фразами с возничим. Ее с лихвой сватало проказнику-ветерку, и мы с матушкой не страдали от духоты и спертого воздуха.

Отец, не желая останавливаться в этих городах, заставлял отряд двигаться вперед. Несмотря на дикое желание поспать в удобной мягкой кровати придорожной гостиницы, никто из нашего отряда не смел перечить своему господину. Если мы с матушкой еще могли вздремнуть пару часов, умостившись на сидении, то такого шанса у всадников попросту не было.

Я не понимала, почему отец упорно не желает делать привал, пока своими собственными глазами не увидела, что может стать с беспечными путниками. Проезжая мимо харчевни, мы услышали возмущенные крики одной дородной дамы, которую, как оказалось позднее, ограбили, пока она спокойно обедала. И это средь бела дня! А что может произойти под покровом ночи, никто из нас даже не пытался предположить.

И так было повсеместно в этом районе, хотя отряды стражников регулярно делали объезд вверенных им территорий. Увы, но даже в этом мире, стражи правопорядка ни чем не отличались от продажных полицейских, главной целью которых была банальная нажива, а не служение Родине.

Мы смогли немного расслабиться лишь спустя сутки после того, как покинули Бадеи. Матушка выглядела уставшей и осунувшейся, впрочем, как и все путники нашего небольшого отряда. День за днем мы проезжали большие расстояния, отправляясь в дорогу на рассвете и останавливаясь на ночлег лишь тогда, когда на закате угасал последний солнечный луч.

Наш путь лежал на север. Поначалу яркие летние дни казались похожими один на другой, как близнецы, но по мере продвижения дни стали заметно короче, а ночи холоднее. Матушка все чаще и чаще стала выказывать явные признаки сильного переутомления.

Я много раз впоследствии задавалась вопросом: взял бы отец с собой жену, если бы знал, как тяжело матушка будет переносить дорогу. Морское путешествие могло бы оказаться значительно более легким, а расстояние, отделяющие Шорхат от столицы Юраккеша, можно было бы преодолеть по морю за более короткий срок.

Но коренные жители этого государства не любили надолго вверять свою судьбу прихотливой морской стихии и предпочитали более надежные сухопутные маршруты. Поэтому Юсуф Каден ибн Сахиб был верен своему слову, данному Лэйле-хатун, по возможности избегая морской переправы.

Все мои попытки убедить отца, что с моими возможностями нам не грозит кораблекрушение, разбивались, словно волны о прибрежные скалы. Отец ничего и слышать не хотел. Более того, он строго настрого запретил общаться со стихиями, будь то в поле, в городе или в лесу. Пришлось скрестить пальцы и пообещать.

Упертости отцу не занимать, но все же и он склонил голову перед действительностью – как бы мы не старались сгладить трудности пути, матушка с каждым днем слабела на глазах. Она осунулась, похудела и больше не высказывала открыто своей радости. Наоборот, мне даже начало казаться, будто она теперь не рада побывать в столице.

Несмотря на все протесты матушки, отец велел подыскать судно, которое доставило бы нас прямо в Ашавар – в главный город Юраккеша. Когда же я впервые увидела то, на чем нам предстояло плыть не один день, то в первую очередь поразилась его размерам.

Парусно-весельный корабль имел примерно тридцать метров в длину и пятнадцать метров в ширину. Видя мое открытое удивление и нескрываемый интерес, отец принялся рассказывать все, что знает о данном классе судна. К тому же и взволнованная матушка прислушивалась к его речи, постепенно успокаиваясь перед очевидными фактами. Судно надежно, будто гранитная скала.

«На нем более двух сотен гребцов и около семидесяти матросов», - с гордостью произнес отец, помогая нам с матушкой преодолеть деревянный настил.

Если верить словам отца, то нам не грозит ни шторм, ни пираты. На носу корабля высилась деревянная орудийная башня, прикрывавшая три жерла, сквозь которые маги-огневики вели бой. На верхней палубе стояли катапульты, стрелявшие огненными ядрами, которые предварительно пропитывали маслом и поджигали. Огромные паруса складывались за считанные минуты. Для этого артефакторами был разработан специальный механизм, позволяющий быстро скрутить парусину в огромные жгуты.

Путешествие по морю оказалось более чем приятным для всех участников, входящих в наш отряд. Яркие лучи солнца, попутный ветер и ни единого облачка на небе. Даже бывалые матросы с изумлением переглядывались, не понимая, как капризная в этих местах погода неожиданно побаловала всех нас прекрасными деньками.

- На все воля богов, - авторитетно произнес капитан корабля за накрытым столом.

Меня же едва не пробрал смех. Ну, можно и так сказать. Только не желание богов, а моя тихая просьба мирозданию.

Отец был хмур и недоволен, но видя, как полегчало матушке, не стал ругаться за мое своеволие. К тому же никто на корабле так и не догадался о моих способностях и о том, какая магия течет в моих венах.

Я в который раз мысленно поблагодарила отца за прозорливость. Еще будучи шестилетним ребенком я начала обучаться основам классической магии и, признаться честно, хорошо в этом преуспела. Теперь все видят во мне магичку, а не одаренную богами ведьму. Я, так же как и старая Наара, могу с легкостью договариваться со стихиями и с еще большей легкостью дурить головы посторонним магам. Незачем им знать, кем я являюсь на самом деле.

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Два месяца пути остались позади. Я в нетерпении мерила шагами палубу. Капитан Геод обещал, что корабль войдет в гавань до полудня и у меня будет прекрасный шанс увидеть рукотворное величие издали, которым так хвалились наши спутники.

Погода стояла просто великолепная. Было тепло и не жарко. Легкий морской бриз освежал, придавая сил. В этой части Юраккеша было намного холоднее, чем в родном Шоркате, но мое тело уже привыкло к холоду и я теперь его почти не ощущаю. К тому же длинный теплый плащ из натуральной шерсти согревал и не давал возможности замерзнуть. И даже поднявшийся невесть откуда прохладный ветерок не заставит меня сейчас спуститься в трюм.

В Норанском море оживленно сновали суда. Навстречу попадались лодки из Саркота и Корафии, фелуки с Востока, большие галеры, принадлежавшие купцам из Вилонии, Гамарша и Сурана. Порой встречались и малочисленные суденышки с дальних островов.

Наше судно огибало залив. Я в который раз бросала взгляд в сторону суши в надежде увидеть то, о чем так живо рассказывали мне взрослые. В какой-то момент меня отвлек настырный крик чаек, а когда я вновь посмотрела в сторону побережья, то не сумела сдержать восторженного вскрика:

– Отец, смотри! Это город! Это Ашавар! Матушка, ну где же вы?! Скорее! Вы пропустите все самое интересное!

На мой нетерпеливый крик из трюма корабля вышла Лэйла-хатун и с улыбкой посмотрела на меня. Я же, охваченная открывшимся великолепным видом, не смогла удержать в себе радости. На краткий миг вновь почувствовала себя настоящим ребенком, который впервые увидел чудо.

Матушка взглянула на горизонт и восторженно охнула. Даже отец, для которого зрелище это не было новым, застыл, зачарованный великолепным видом.

Капитан улыбнулся.

- Вот так красота, верно? – почти благоговейно проговорил он. – Я прожил здесь всю жизнь, но до сих пор не устаю удивляться. Он подобен творению богов.

Отец, услышав слова капитана, медленно кивнул.

Ашавар, столица Юраккеша, и впрямь поражал воображение при взгляде с моря. Я невольно сравнила его с одним из древнейших городов моего мира. Подобно Риму, этот город располагался на семи холмах и был окружен высокими каменными стенами. Белоснежный, утопающий в зелени, но поистине крепкий и величественный.

С палубы корабля можно было различить огромный позолоченный купол самого знаменитого ашаварского храма, возведенного трем богам: богине любви и плодородия Лиране, богу войны Трогу и Сартане, коварной и хитрой богине нижнего мира. Рядом с главной достопримечательностью виднелись и другие постройки, но о их предназначении мне пока оставалось только догадываться.

Наш корабль мимо нескольких гаваней, окруженных общественными постройками. Каждая из них была словно картинка из глянцевого журнала. В моем далеком детстве я лишь единожды видела нечто подобное, когда мы всей семьей впервые и в последний раз выехали к морю.

- Смотрите, - обняв меня с матушкой за плечи, кивком головы показал отец, - это Юратеш, королевская гавань. Здесь стоят на якоре только суда, принадлежащие королю и его семье. Видите маяк? За ним – дворец его величества.

Мы с матушкой на пару с любопытством вглядывались в указанном отцом направлении, но так и не смогли различить королевский дворец среди садов, разнообразных построек и храмов, раскинувшихся на террасах и лесистых склонах, которые тянулись уступами к югу и юго-востоку от Норанского моря и Южного пролива.

Когда корабль обогнул мыс, отец снова заговорил:

- Смотрите! Там, справа – главный город Юраккеша. Он тоже обнесен стенами. Между ним и главным дворцом есть бухта, которая защищает главный храм трех богов. Там при необходимости могут найти укрытие мирные жители. Во время нападения вдоль бухты выстраиваются малые суда, которые славятся своей маневренностью. Любая попытка прорваться к храму обречена на провал.

С любопытством уставилась на бухту. Я далека от военной стези, но, даже не имея военного образования, прекрасно понимаю, что выбор жителями сделан очень продуманно.

- Мы поворачиваем к берегу, отец, - заметила я, когда паруса неожиданно с шумом сложились в жгуты.

Не испугалась, привыкла уже за два месяца. К тому же снизу раздались зычные окрики и барабанная дробь. Все ясно, дальше корабль будет идти на веслах.

- Да, дочка, мы причалим в гавани Халис. Надеюсь, нас будут встречать: его величество известили о нашем прибытии. Думаю, нас поселят на территории королевского дворца.

Мне, в отличие от матушки, было без разницы, где останавливаться. Да и тот факт, что одеть нам на прием, по сути, нечего. Да и какая разница, если куда не глянь – везде красота. И это несмотря на тот факт, что согласно местному календарю здесь властвует зима. Да, теплая. Да, умеренная, но все же зима.

- Как ты думаешь, нас не сразу пригласят к императору? - озабоченно спросила Лейла-хатун у своего мужа. - У нас ведь еще нет подходящих платьев! Я не хочу посрамиться перед семьей его величества!

Отец улыбнулся и, кажется, выдохнул с облегчением. За эти месяцы матушка успела оправиться от тягот пути. Даже открытая водная гладь ее так больше не пугала, как в самом начале нашего морского путешествия.

– Не волнуйся, дорогая. Мы успеем заказать платья и для тебя, и для Надэи, - пообещал он, целуя супругу в висок. - Наш приезд не считается настолько срочным и важным, чтобы вызывать нас ко двору в день прибытия. Его величество устроит официальный прием в надлежащий день, а пока у нас есть немного времени, чтобы отдохнуть и осмотреться.

Корабль вошел в гавань Халис и встал на якорь у причала. Едва мы вступили на твердую землю, как нас окружил отряд стражников, а на середину круга вышел представитель его величества. Высокий, смуглый, обеленный сединами, но еще крепкий телом и духом пожилой человек.

- Добро пожаловать, - произнес с поклоном юраккешец – Я счастлив приветствовать вас в Ашаваре! Надеюсь, что вы останетесь довольны вашим визитом. Мен зовут Исам Валис ибн Рафих

Никто из них не роптал и не возмущался, пока наш багаж спускали на землю. Ни разу не заметила на их лицах недовольства промедлением, хотя матушка развила бурную деятельность, пересчитывала едва ли не каждый тюк, скинутый на дощатый пол.

Нас проводили на пристань, где уже в нетерпении били копытами ожидающие лошади. Для меня и матушки подготовили удобную повозку, запряженную парой лошадей. Видимо решили, что мы непременно захотим осмотреть достопримечательности во время пути, что, впрочем, было абсолютно верно.

Несмотря на уединенную жизнь вдали от мирской жизни, я знала о истории Юраккеша многое. За эти годы тан Ронар и тан Геллен сумели дать мне практически все, что знали сами, остальное же я дошла своим умом, вчитываясь в свитки, которые нашла в библиотеке отца.

По традиции в стражу Ашавара брали только исконных жителей Юраккеша и лишь с недавних пор вновь стали принимать иноземных воинов, желающих служить на благо государства, в котором нашли свой дом и свою любовь.

Только вот знания знаниями, но когда меня поднял и усадил в повозку невероятно красивый молодой человек с золотыми волосами до плеч и небесно-голубыми глазами, с удивлением ощутила незнакомый мне трепет.

Нечаянно встретившись с ним взглядом, заметила, что в его глазах вспыхнули искорки веселья, которые возникли от моего невинного удивления. За столько лет я уже и отвыкла видеть около себя людей, значительно отличающихся внешне от юраккешцев.

Вздрогнув, оторвала его руки от своей талии, где они задержались чуть дольше положенного. Голубоглазый парень озорно усмехнулся и подмигнул, чем вогнал меня в краску смущения.

Матушка, бдительно следившая за этой немой сценой, тихо, но, тем не менее, властно спросила:

- Как тебя зовут, стражник?

Молодой парень, склонив голову, торопливо ответил:

- Эйфар Гоар, госпожа.

Было видно, что матушке стало лестно от столь явного проявления к ней уважения от совершенно незнакомого ей человека. Во всяком случае, ни я, ни молодой стражник не ожидали услышать от нее следующих слов:

- Спасибо, что помог моей дочери, Эйфар Гоар, - сказала она с улыбкой.

Я в недоумении посмотрела на матушку. И все? А где причитания о нравственном поведении, которыми она так любит сопровождать каждое мое движение?

Юноша в ответ почтительно поклонился. Я же, не выдержав, из-за спины матери показала ему язык. Знаю, что невежливо, да и по-детски, но не удержалась от проказы. Просто настроение было очень хорошим и игривым. Кстати, впервые за все время. Неужто мне придется вновь проживать пубертатный период?! Боже упаси!

Когда матушка отвернулась, Эйфар Гоар подмигнул и улыбнулся. В его глазах я увидела неприкрытый интерес к моей персоне, заставивший меня снова покраснеть до корней волос.

Чуть позже я пыталась понять, почему не осадила этого молодого человека. Вроде взрослая, прожившая не один десяток лет тетенька, которая неожиданно попала в тело пятилетнего ребенка. Должна понимать интерес противоположного пола, а нет, не все так-то просто.

В своей прошлой жизни я не помню, чтобы хоть кто-то из парней засматривался мне в след. Были несколько, которые больше преследовали материальную выгоду от дружбы со мной, но и их я быстро от себя отвадила, стоило мне только узнать правду. К тому же и мужа себе я сама нашла и, как оказалось позднее, серьезно ошиблась с выбором.

По правде говоря, еще ни один мужчина не смотрел на меня так внимательно. О прошлой жизни и вспоминать не хочется, а дома, в Шорхате, меня считали всего лишь маленькой дочкой господина, но здесь… здесь меня никто не знал.

Неужели этот стражник увидел во мне женщину? Хотя, все может быть. В конце концов, через две недели мне исполнится пятнадцать лет! Рановато, конечно, но ведь эта моя первая встреча с откровенно заинтересованным во мне мужчиной. Кто знает, чем она обернется впоследствии.

Я едва справлялась с нетерпением, сидя в открытой повозке. Этот голубоглазый блондин разбередил мне душу, посеяв в ней сомнения. Мне хотелось скорее добраться до зеркала и оценить перемены, произошедшие в ней за время путешествия. Увы, но на корабле не было зеркал, а свое я умудрилась разбить еще при выезде из Бадеи.

Матушка сидела с улыбкой на губах. Она как никто понимала мое состояние, но ввиду большого количества посторонних ушей не стремилась посвятить в свои мысли.

Тем временем наша процессия продвигалась вперед. Мы проезжали по улицам города, где купеческие дома средней руки соседствовали с хижинами и великолепными виллами богачей. На улицах толпились разносчики, переходившие от двери к двери, нараспев выкрикивая цены на свой товар, предлагая горожанам свежий хлеб, цветы, фрукты и овощи, певчих птиц в клетках и свежевыловленную рыбу. Все это немного отвлекло меня от дум, и я смогла насладиться открывшимися видами.

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Пока ехали, представитель его величества, Исам Валис ибн Рафих, взял на себя роль гида. Он рассказывал о достопримечательностях, которые мы проезжали, их историю и быт людей. Его рассказы были настолько занимательными, что я слушала, раскрыв рот. Видимо юраккешец занимал не последнюю должность при дворе, его ораторские способности были выше всяких похвал.

Заслушавшись, пропустила момент, когда перед нами раскинулась просторная территория дворца с разнообразными постройками. Здесь было все: небольшой и богато украшенный храм, трехуровневые фонтаны, утопающие в зелени роскошные сады и террасы, спортивный стадион и закрытый манеж для учебы верховой еде, пруды с цветущими лилиями, бассейны и кладовые, конюшни и водостоки, караульные помещения, жилища слуг, подземные темницы и огромный зверинец с разнообразными животными.

Сам дворец тоже поражал воображение. Величественное строение раскинулось на огромной территории, и включал в себя три многоуровневые постройки. Центральная часть, с виду самая древняя, была всего в три этажа. Две постройки по бокам были чуть новее и в высоту в пять этажей. Если первая вызывала трепет и уважение к мастерам зодчего искусства, то две последующие своим величием.

- Для послов отведены просторные и удобные апартаменты в левом крыле Нового Дворца, - сообщил нам юраккешец, хотя отец это наверное и так знал. - По приказу его величества короля Амира Второго для вас подготовлен маленький домик в саду с видом на море.

Если честно, после слов тана Исама, как он настоятельно просил себя называть, я думала увидеть действительно небольшое строение в виде дачного домика, но, вопреки ожидаемому, мы остановились перед небольшим мраморным зданием в два этажа. Его никак нельзя назвать домиком! Это дворец в миниатюре, что, впрочем, и подтвердил наш провожатый:

- Вот мы и пришли. Это ваш новый дом - Садовый Дворец.

Едва он успел произнести слова, как к нам на встречу выбежали слуги, которые помогли нам спуститься и войти в новое жилище.

Меня поразило богатое убранство дворца уже с первого шага. Наш дом в Шорхате тоже был выложен мрамором, преимущественно серого цвета, но здесь он имел другие оттенки: небесно-голубой, зеленый и белый с черными прожилками. В холле, в квадратном помещении пять на пять имелись четыре колонны из мрамора графитового цвета инкрустированные позолотой и самоцветами. Пол покрывали плитки мозаики, изображавшей золотые солнечные лучи на фоне синего неба. Одним словом – дорого-богато.

Из толпы слуг выступил приятного вида мужчина.

- Добро пожаловать в Садовый Дворец. Я – Суран, дворецкий.

Он величественно поклонился. По его примеру поклонились и остальные слуги.

- Это - Юсуф Каден ибн Сахиб, преподаватель магической академии и близкий друг его величества со своей семьей, - произнес тан Исам,

Тем самым он дал понять всем присутствующим слугам, что гости не столь просты, как выглядят на первый взгляд. Затем он повернулся к отцу и произнес:

- Мне придется покинуть вас на время. Суран ответит на все ваши вопросы и предоставит все необходимое.

Лестно, что к нам проявили любезность и поселили на территории дворца. Только вот я никак не могла понять причину такого отношения к нам со стороны короля. Мы могли бы спокойно поселиться и в своем городском доме, в котором до этого времени жил отец. Смутная тревога грядущих изменений в моей жизни неприятно кольнула и тут же пропала, едва я услышала вопрос отца.

- А когда моя семья сможет приветствовать его величество?

Значит, отец действительно не знает о планах его величества относительно меня, иначе мы бы спокойно поселились у себя и ждали приглашения.

- Этого мне пока не сообщили, - ответил тан Исам. – Думаю, вам дадут время восстановить силы после утомительного путешествия, прежде чем вы предстанете перед его величеством. Отдохните несколько дней. Уверен, вам вскоре назначат время приема.

Тан Исам учтиво поклонился и удалился, оставляя нас одних. Ну как одних, со слугами, которые не дали о себе забыть. Вперед выступил Суран:

- Пока вы гости императора, весь дворец в вашем полном распоряжении. Желаете взглянуть на апартаменты?

- Было бы неплохо, - произнесла матушка, благосклонно кивнув головой.

- Я лично сопровожу вас, чтобы вы не заплутали и смогли быстро привыкнуть к новой для вас обстановке.

Он неспешно направился к лестнице, давая нам возможность осмотреться и прикоснуться к роскоши дворца. Было видно, что он горд тем, что может служить в таком прекрасном месте. И очень рад нашему приезду.

- Все постройки, – продолжал Суран, поднимаясь по ступеням, – находящиеся на территории священного императорского дворца, тоже называются дворцами. Но это здание красивая вилла, нежели дворец.

Поднявшись на второй этаж, увидела длинный коридор, пол которого был покрыт бордового цвета ковром с длинным ворсом, заглушающим шаги. Такие ковры часто применяются в гостиницах нашего мира, дабы соседи-постояльцы не мешали друг другу отдыхать.

Тем временем Суран продолжил говорить.

- Я заметил, что вы прибыли без слуг. Распоряжусь, чтобы к вам прислали специально обученных людей. Ну вот мы и пришли. - Он распахнул обе створки дверей. - Апартаменты господина и госпожи! Юная госпожа тоже получит отдельные покои. Они не далеко от ваших и вы в любое время сможете проведать свою дочь.

Не дожидаясь ответа, дворецкий прошел несколько метров вперед и остановился у еще одной двустворчатой резной двери. Открыв одну створку, он пропустил меня в просторную и светлую комнату с высоким потолком, украшенным лепниной.

- Ваши покои, юная госпожа, - с гордостью произнес Суран. Обогнув низкие диваны, стоящие полукругом посреди комнаты, он распахнул еще одну резную дверцу. - Ваша спальня, сообщил он. – Надеюсь, вы останетесь довольны.

Я заглянула внутрь спальни и нерешительно сделала шаг. Почти все было так же, как я привыкла видеть в Шорхате. Небольшая кровать – полуторка из резного дерева, покрытого позолотой. Над кроватью возвышался балдахин из бледно-зеленого шелка, под цвет покрывалу на постели. По левую сторону от кровати стоял вместительный шкаф, белого цвета будуар с мягким пуфиком. Напротив кровати – камин, возле которого нашел свое место письменный столик. Но одно различие все же имелось – это большое окно, занимающее всю стену.

Такие окна назывались панорамными и мне ни разу до этого времени не приходилось встречать их в жилых помещениях. Я не говорю о витринах бутиков и торговых центров, речь идет именно об окнах в частном доме или фешенебельных квартирах.

- Заглянув в них, я не удержала в себе удивление.

- Какие прекрасные сады! Честь и хвала главному королевскому садовнику. Какой поразительный вид на море, Суран! Благодарю, это поистине подарок после долгого пути!

Дворецкий с гордостью улыбнулся.

– Добро пожаловать в Ашавар, юная госпожа! Простите меня за дерзость, но я еще ни разу не видел таких волос и цвета кожи, как у вас. Вы очень красивы и необычны.

Я открыто засмеялась. Долгое время никто не восхищался моей необычной красотой, даже слуги. Видимо им успела приесться моя внешность и ее просто не стали замечать как нечто иное, отличное.

– Там, где я родилась, не редко рождаются девочки с волосами, цвета огня.

Мне захотелось как можно быстрее взглянуть на себя в зеркало. Будуар рядом, но пока посторонний мужчина находится в покоях, этот жест будет считаться моветоном.

– Вы, наверное, хотите отдохнуть после долгого пути, – сказал Суран, словно понял мой порыв остаться одной. – Я прикажу, чтобы вам принесли перекусить, юная госпожа. Я лично отберу девушек, которые будут вам прислуживать.

Дворецкий поклонился и удалился.

Оставшись одна, я еще выждала минуту и направилась к зеркалу. Увы, но в отражении на меня смотрела все та же курносая рыжая девушка. Не изменилась ни на толику! Чуть похудела, это да, кожа без палящего солнца стала светлее на пару тонов, но на этом изменения закончились.

Со вздохом отвернулась от зеркальной поверхности и принялась изучать свои новые покои. Могу сказать сразу – эти комнаты точно предназначены для девочки.

Пол в главной комнате был сделан из бледно-золотистого мрамора. На стенах чередовались широкие полосы золотого и кремового мрамора. Потолок покрывала лепнина с позолотой. Мебель, столы, стулья и спинки кушеток тоже были позолочены и инкрустированы слоновой костью. На стенах висели серебряные магические светильники, украшенные полудрагоценными камнями. На полу, рядом с дверями спальни, стояла великолепная ваза, вырезанная из сиреневого камня, наполненная цветами с пышными белоснежными бутонами.

Вы, наверное, спросите: Почему для девочки? Так я вам отвечу – вся мебель была нестандартного размера, чуть меньше и ниже привычной мне. К тому же все углы у нее были закруглены, чтобы, не дай боги, я не поранилась. Типичная детская комната для тех, кто рос с золотой ложкой во рту.

Мое внимание привлекла еще одна неприметная дверь, которую отчего-то дворецкий не стал открывать.

Охваченная любопытством, медленно прошла по коридору и обнаружила комнату, покрытую разноцветными плитками. Посреди комнаты голубел небольшой бассейн.

«Ух, ты!» - воскликнула от открывшихся перспектив. Живя возле моря, я ни разу в нем не плавала. Во-первых, неприлично девушке из благородной семьи оголяться вне стен своего дома, а во-вторых, матушка затребовала от меня обещание, что я никогда не буду в нем купаться. Море в нашей части континента было неспокойным, риск утонуть был очень велик. Я только и делала, что прогуливалась по песчаному пляжу и смачивала ноги в соленой воде. А тут хоть и неглубокий, но бассейн, в котором я смогу вдоволь наплаваться!

Интересно, а это тело вообще плавать умеет? В своем мире я довольно сносно держалась на поверхности воды, надеюсь, эти навыки не пропали с моим попаданством. Хотя, наверное, я не буду откладывать это дело надолго и проверю уже сегодня вечером.

Обойдя умывальню вдоль и поперек, в недоумении замерла у входа. Есть раковина и фаянсовый друг, но нет воды, чтобы умыться и слить за собой. Как так? Или его величество решил устроить всем нам скрытую проверку на наличие сил и способностей? Мне-то все равно, я смогу договориться с водой. Но как же тогда быть матушке? Может, я ошибаюсь в своих предположениях?

Еще раз осмотрев помещение, я заметила, что несколько камней, инструктированных в стену, отличаются от остальных по цвету и размеру. Потрогав один из таких камешков, я невольно вскрикнула от неожиданности. Прямо надо мной полилась холодная вода, которая тут же намочила мою одежду и волосы.

- Вот же черт! – выругалась в слух, отскакивая в сторону. Теперь понятно, где и откуда брать воду, чтобы смыть с тела грязь и усталость.

Искупавшись под струями воды, с жалостью посмотрела в сторону бассейна, но задерживаться в умывальне больше не стала. Наступит ночь и я смогу воплотить свои желания в жизнь, а пока… а пока следует немного отдохнуть и начать новый этап в моей жизни в магическом мире.

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Следующие несколько дней прошли в хлопотах. И все из-за желания матушки выглядеть достойно. Я не понимала ее желания вырядиться, словно на бал-маскарад. Как по мне, так наши платья ничем не хуже тех, в которых щеголяет местные аристократы.

Наша часть государства из-за теплого климата, в котором плюсовая температура держалась аж девять месяцев, славилась воздушными тканями. Но, по мнению матушки, наши наряды не шли ни в какое сравнение с роскошными ашаварскими материями.

Супруга тана Исама преподнесла нам, по словам матери, роскошный подарок: отрезы парчи восхитительных цветов рубина, изумруда, сапфира, аметиста и топаза; тончайшие шелка с золотыми и серебряными нитями, прозрачные, словно утренний туман, нежно-розовые, зеленоватые, как морская волна, персиковые, аквамариновые, золотистые.

Дома хоть и была плюсовая температура, но ветра порой бывали настолько промозглыми, что и нам приходилось утепляться. У нас были ткани, но они были практичными и содержали в себе больше шерстяных волокон. Из них шилась теплая одежда, которую мы одевали в повседневности.

Здесь же матушка словно сошла с ума, дорвавшись до желаемого. Она была очарована великолепием тканей, вдобавок сумела оценить мастерство и воображение, потребовавшиеся для их создания. Я тоже оценила, хотя не разделяла ее восторженных отзывов. Ткани были сделаны искусно, не спорю. Но в их создании применялась магия, а не живой человеческий труд.

На следующий день после приезда, когда мы немного отдохнули и пришли в себя, Суран вызвал в Садовый Дворец нескольких искусных швей. Они стайкой заполонили одну из гостиных и, не давая мне возможности вставить хоть слово, принялись обсуждать с матушкой ткани и фасоны.

В итоге, я просто решила довериться более сведущим в этом деле людям, но поставила одно единственное условие – никаких корсетов, которые, как я уже успела понять, очень любят здешние женщины.

Сколько было причитаний и уговоров со стороны собравшихся в гостиной экспертов, не сосчитать. Но я твердо стояла на своем – никаких корсетов. Уродовать и калечить во имя красоты я себя не дам. Сей атрибут казался мне пыточным устройством, которое придумали только для того, чтобы как можно быстрее спровадить женский пол в царство Сартаны.

В своем мире я одевала корсет лишь единожды. Гоняясь за модной тенденцией, выбрала себе для свадебной регистрации белоснежное свадебное платье, которое хотелось снять уже через три часа. И все из-за корсета, который мешал дышать, а значит и нормально двигаться, не боясь упасть в обморок.

Вот не зря современные ученые категорически против этой части гардероба. Мало того, что слишком тугая шнуровка неизбежно приводит к проблемам со здоровьем, и обмороки с отдышкой — лишь верхушка айсберга огромного потенциального вреда.

Другая серьезная проблема — это частичная или атрофия мышц спины и груди. И все из-за костяка корсета, который берет на себя всю работу по поддержанию осанки. Даже неделя носки корсета может пагубно сказаться на самочувствии. Мышцы спины быстро теряют тонус, что, в свою очередь, приводит к еще большей зависимости от опасного аксессуара.

Мне же, ведьме, нужно свободно двигаться, чтобы аккумулировать из пространства магические потоки и договариваться со стихиями. Поэтому, к неудовольствию матушки, я настояла на своем.

Через два дня привезли первые наряды, которые успели пошить для нас королевские швеи. Даже практичная я, всегда отличавшаяся простотой вкусов, не смогла отказаться от удовольствия покрасоваться в роскошном платье, которое они успели сшить буквально за сутки. А матушкин страх перед визитом к его величеству Амиру Второму растаял при виде платьев, достойных взора великого властелина.

Для меня сшили платье из глубокого зеленого цвета, что так выгодно подчеркивал огненный цвет моих волос. Длинное, с вырезом лодочкой и шнуровкой по бокам. В нем не было ничего лишнего, но от этого оно не стало менее прекрасным. Наоборот, достойное платье для юной девушки, для ее первого выхода в свет.

Матушка же выбрала для себя парчу темно-синего цвета. Тоже длинное, но с ненавистным мне корсетом. Переубеждать ее не стала, сама поймет ближе к концу вечера, как в нем неудобно и опасно для собственного здоровья. А так же то, что не нужно гоняться за модой, а жить своей головой. Естественно, я ей все это не говорила, но по моему нахмуренному взгляду, думаю, она прекрасно поняла мой посыл.

К сожалению, Лэйлу-хатун уже не переделать и не перевоспитать. Ашавар славился живущими в нем красавицами: голубоглазыми и сероглазыми блондинками с белоснежной кожей, кареглазыми и черноглазыми брюнетками, смуглой и золотистой кожей.

Ей хотелось удивить двор своей названной дочерью, ведь ни у кого во всем мире не найти таких огненных-рыжих волос, как у меня, так восхитительно контрастирующих с нежной белизной кожи и насыщенными зелеными глазами. Нет, в этом мире были рыжие девушки, но такого цвета глаз – ни у кого. Видимо, это своеобразный бонус, который я получила от богов, что приняли в своем детище. А радоваться ему или нет, я пока не знаю.

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Тем временем во дворце его величества Амира Второго

Его величество Амир Второй, представитель рода Сафанитов, занял императорский трон сто пятьдесят лет назад. Если его предшественник славился своими завоеваниями, то во время правления Амира Второго не произошло никаких крупных государственных событий. Этот период можно было смело назвать периодом возрождения. При дворе нового короля процветали искусства и благоденствовали художники, певцы и литераторы.

Двадцать лет назад оракул сообщил ему, что в его государстве поселится иномирная душа с волосами, цвета бушующего огня. Одаренная богами, способная повелевать сразу четырьмя стихиями. Он искал ее, но все было бестолку. Поисковые заклинания рассеивались в пустоту. Пока однажды его подданный, считавшийся близким другом, неожиданно не поделился историей своей неожиданной покупки.

И кто бы мог подумать, что самой сильной одаренной станет рыжеволосая пятилетняя девочка, проданная своей мачехой всего за несколько серебряных монет! С тех пор Амир Второй следил за жизнью Надэи и ее успехами.

Был большой риск, что она не справится со стихиями, начнет разрушать все вокруг и уничтожать. Но девочка вновь его удивила, спокойно проходя одну инициацию за другой. Понимая, что ей не дадут нормально повзрослеть, король всячески до поры до времени старался скрыть ее от общественности, запретив Юсуфу вывозить свою названную дочь в свет или определять ее в академию.

Планы резко изменились, когда король Саркота объявил войну королю Вилонии. Грядет война, которая заденет интересы Юраккеша. Его величество просто не мог допустить, чтобы саркотские войны оказались на границе его государства. Амиру Второму пришлось вызвать одаренную ко двору, чтобы та научилась премудростям военного дела и умела работать в команде.

Но был и иной посыл. Зная о третьей инициации, король захотел привязать Надэю к своему государству. Вначале хотел поступить как с сотнями другими одаренными, подписав с ней магический контракт на тридцать лет, но потом передумал. Контракт не удержит одаренную при дворе. Едва наступит последний день исполнения обязательств, свободолюбивая одаренная без видимого сожаления покинет дворец.

Долго думая над сложившейся проблемой, он неожиданно нашел, как ему показалось, единственное верное решение – выдать ее замуж за своего двоюродного брата – принца Хасиба, очаровательного, но тоже слабого представителя рода Сафанитов.

Действовать начал еще задолго до прибытия в Ашавар четы Сахиб и их приемной дочери. Как-то между делом, когда он с братом обсуждал возможность военного конфликта, обронил, что у него есть подданная, красота которой была необычна и загадочна. Падкий на красивых женщин Хасиб клюнул наживку, а Амиру Второму осталось лишь потирать руки и ждать развития событий.

Увы, но заставить Надэю выйти замуж он не мог. Она одаренная самими богами, а значит, ее свобода была неприкосновенной. Он мог лишь на время удержать ее в зоне своей видимости. Иное дело, если она сама решиться выйти замуж за его подданного…

- Интересно, окажется ли эта девочка настолько хороша? Сможет затмить собою вас, мой принц? – шутливо спросил его величество своего брата, которой возлежал на подушках дивана.

Хасиб лениво повернул голову к своему брату и неопределенно пожал плечами. Но от Амира не укрылось то, как в его глазах зажегся предвкушающий огонь.

- Если да, то мне придется жениться на ней, чтобы у нас родились идеальные дети, Ваше Величество, – нимало не смутившись, ответил принц.

Амир в душе возликовал. Он конечно мог приказать брату обольстить юную красотку и жениться на ней, но не мог. Стихии не дремлют и с радостью сообщат одаренной о его планах на нее. Такого провала он допустить не мог. Нужно было только подтолкнуть брата к решению жениться на Надэи.

Его величество улыбнулся. Осталось лишь закрепить в голове брата, что к данной мысли он пришел самостоятельно. Амир Второй хоть и был слабым на характер мужчиной, но его коварные интриги и закулисные игры порой были выше всяких похвал.

- А что скажет тана Арамина, если ты женишься? Она очень ревнива и не потерпит возле себя соперниц, как бы сильны они не были.

Принц нахмурился, но даже в раздражении остался привлекательным. Любвеобильность порой приносила ему немало проблем, но поделать с собой ничего не мог. Едва перед ним возникала какая-нибудь красотка, как в его жилах разгорался нешуточный пожар. Увы, а может быть и к счастью, не на долгое время.

- Мне больше ста тридцати лет, Амир! В числе моих любовниц были и красивые вилонийки, и прекрасные юраккешки, и сладострасные жительницы Корафии! Тана Арамина знает, что рано или поздно мне надо взять жену, чтобы продолжить свой род. Сама-то она не в силах зачать дитя! Впрочем, Ваше Величество, - вмиг подобравшись, произнес принц Хасиб, - вы прав в одном своем наблюдении. Тана Арамина действительно очень ревнива, даже слишком. Помнишь тану Валенсию из Гамарша? Так она ее чуть со свету не изжила, заподозрив в интрижке со мной. Был большой скандал, который обошелся мне в целое состояние! И все из-за того, что прелестное создание не смогло удержать свой нрав!

Амир Второй улыбнулся, не сочтя нужным высказывать по этому поводу свое мнение. Король знал, что во всем виноват его брат. Нужно было официально расстаться со своей фавориткой, прежде чем заводить новую интрижку.

- Ты думаешь, мой принц, танита Надэя в самом деле такая красавица, как говорят о ней в городе? Признаться честно, я еще никогда не слышал столько докладов о девочке, которая даже еще не стала женщиной. И просьб о немедленной женитьбой. Поговаривают, что ей из-за красоты трудно выходить в город. Люди восхищаются ее огненными волосами и глазами цвета сочной травы. Некоторые, особо смелые, пытаются дотронуться до ее волос, желая убедиться, что они настоящие.

Бледно-серые глаза принца Хасиба сверкнули от любопытства. Ему уже самому не терпелось как можно быстрее увидеть ту, о которой шепчется весь двор. Только вот король отчего-то тянет время, не назначая чете Сахиб аудиенции. Тем не менее, он сделал вид, что ему не интересны мысли короля, пытаясь скрыть свой интерес к юной особе.

- Бедное дитя, - сочувственно заметил он. - Скоро эта чернь начнет приписывать ей всякие чудеса и бедствия. Ну ладно, увидимся позже! До вечера!

Принц оставил своего брата одного. Тот же, словно этого и ждал. Не прошло и десяти минут, как он отдал приказ привести к нему завтра на встречу это маленькое огненное чудо.

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Матушка не могла найти себе места от волнения. Она еще никогда не видела своего короля, хотя родилась и всю свою жизнь прожила в Юраккеше. Я же, отнюдь, чувствовала себя спокойно. Видимо сказывался опыт прошлых лет, когда мне порой приходилось по нескольку раз в неделю идти на ковер к вышестоящему начальству.

Единственное, что напрягало меня напрягало – это распущенные волосы. Сегодня, как назло, они словно намерено лезли в глаза и рот. Раньше я этого не замечала, но не сегодня. Они словно решили проверить мою психику. И зачем только мама настояла, чтобы она распустила волосы по плечам?! Будто ребенок, ей богу!

Я глубоко вздохнула, вспомнив о своем возрасте. В своем мире мне, по идее, должно было исполнится шестьдесят пять лет. Здесь же всего пятнадцать. Не много и не мало. К тому же в этом возрасте многие девушки уже выходят замуж, но не я. Отец еще не нашел мне жениха, за абы кого он меня точно не выдаст. Всякий раз, когда я пыталась заговорить с ним на эту тему, тот лишь ласково улыбался и отвечал:

- Еще не время, дитя мое. Я не хочу отдавать тебя первому встречному. Ты, моя милая Надэя, должна выйти замуж только за хорошего человека.

Увы, но критерии «хорошего человека» он мне никогда не озвучивал. Да я и не настаивала, прекрасно осознавая, что выйти замуж по его указке у меня вряд ли получится. Характер у меня не тот, да и мои способности могут взбунтоваться против такого произвола. Все же в этот мир я согласилась прийти только ради того, чтобы полностью исправить ошибки своего прошлого. Надеюсь, я все же смогу стать любимой и полюбить в ответ. Если нет – то лучше останусь старой девой, нежели терпеть возле себя нелюбимого, как я делала это долгие годы.

В сотый раз, убрав с лица прядь волос, с которым играл ветерок-проказник, я не выдержала и распсиховалась. Во-первых, они реально мне мешали рассматривать интерьер дворца, а во-вторых, мне не нравилось поведение стихии ветра. Она словно предупреждала меня о чем то! Только вот разгадать ее мне никак не удавалось!

- Неужели нельзя сделать прическу, матушка? – прошипела я, когда наша процессия прошла еще одну залу дворца и свернула в длиннющий коридор.

Матушка с усилием сдержала улыбку.

- Нельзя, - твердо ответила она. - Ты – молодая девушка, дочь моя. А у нас принято, чтобы молодые девушки до замужества или достижения ими двадцати лет, носили волосы распущенными.

Закатив глаза к потолку, поспешила за отцом. Оказывается, заболтавшись, мы с матушкой значительно отстали от мужчин. А спустя пять минут мы уже стояли перед закрытыми дверями.

Его величество Амир Второй или как еще его называли в официальных источниках - Максут Хадис Шаттар ибн Альдуф принимал нас в своем кабинете. Помимо короля, в помещении были еще шесть мужчин разного возраста, но находились они чуть поодаль от дивана, на который нас всех пригласили присесть.

Спешить к диванам никто из нас не торопился, хотя мне очень хотелось сесть и вытянуть ноги. Туфельки, сшитые по местной моде, оказались на редкость неудобными. У меня успели разболеться ноги еще задолго до того, как мы дошли до нужных дверей.

Признаться честно, я удивилась такому приему. Думала раз король, то должны были быть низкие поклоны и реверансы, а тут словно к близкому другу пришли! Никаких церемоний и соблюдение протоколов!

Амир Второй, судя по всему, был изумлен не меньше нас с матушкой. И я прекрасно знала причину такого его состояния. Всю неделю мы с матушкой пытались осмотреть Ашавар, но безрезультатно. За нами толпами ходили люди, пытаясь дотронутся до меня и проверить, настоящие ли у меня волосы или это искусно сделанный парик.

Откинувшись на спинку своего кресла, он что-то шепнул одному из мужчин, которого я не смогла рассмотреть из-за постоянно снующего рядом с нами мальчишки, видимо выполнявшего роль шута при короле.

- Ваше Величество, - произнес отец. - Позвольте представить вам мою супругу, госпожу Лэйлу-хатун из Шорхата и нашу дочь, таниту Надэю.

Мы с матушкой поклонились в знак приветствия королю.

- Приветствую вас в Ашаваре, госпожа Лэйла. Слухи о вашей красавице дочери, к нашему удивлению, оказались правдивы.

- Благодарю, Ваше Величество, - с трудом произнесла она, покраснев и побледнев одновременно.

- Подойди ко мне, дитя, – велел мне его величество. – Я не уступлю в любопытстве своим подданным при виде этих невероятных волос.

Он ободряюще улыбнулся и протянул ко мне руку.

Я переглянулась с отцом и, увидев на его лице улыбку, подошла к королю. Несмотря на то, что мужчины рядом с ним держались величественно и надменно, сам Амир Второй был с виду простым, дружелюбным человеком среднего роста, с усталыми голубыми глазами. Его нельзя было назвать красивым, скорее его внешность была типичной для большинства юраккешцев. Волосы коротко острижены, на лоб спускалась челка. Аккуратная борода, как и волосы, была русого с проседью цвета.

Его величество снова улыбнулся, и, приподняв мое лицо за подбородок, заглянул в глаза. Мне даже на миг показалось, будто в этот момент он пытался прочесть мои мысли.

Я мысленно улыбнулась. Выкуси! От ментальных считок и атак я научилась ставить блоки еще в десять лет, с каждым годом совершенствуя их и модернизируя. Как однажды признался мне сам отец, такого качества защиты он ни у кого не видел.

Еще бы! Я сама порой удивляюсь тому, как хорошо работает моя фантазия. Чего только я не намудрила в голове! Там есть все: гранитные блоки, непроходимые болота и топи, зыбучие пески и сильнейшие ураганы, серый туман и арктический холод. Это еще малая толика – лишь верхушка айсберга.

Делала все по наитию, словно заранее защищала себя. И не прогадала. Специально никто меня такому не учил, да и не стали бы. Девушка должна быть открыта и чиста не только душой, но и своими помыслами. О физическом теле и говорить не стоит – здесь тоже ценится невинность!

Тем временем его величество с осторожностью провел рукой по моим волосам.

- Мягкие, как у младенца! М-да! Если бы у моих дочерей была твоя красота и твои волосы! - воскликнул он. - Тогда бы я уже правил всем миром!

Его глаза вспыхнули неестественным светом, напугав меня до чертиков. Ошеломленная увиденным, попятилась назад. Не хватало до кучи ко всему и жадного до могущества короля!

За спиной послышался смех отца, который разрядил обстановку.

- Не бойся, дитя мое! Если бы я действительно хотел править всем миром, то первым бы объявил войну Саркоту, - сделал попытку успокоить меня его величество. – Война хороша, когда есть за что бороться. Я же не вижу в этом смысла. Мое предназначение – это сохранить мир и гармонию на моих землях.

Следующие два часа прошли для меня словно пытка. Его величество обсуждал со своими советниками, в число которых входили и сильные маги, коим был мой отец, тактику дальнейшего его поведения на международной арене.

Мне было скучно. Я мало что понимала из их слов и уж тем более не могла понять зачем меня пригласили во дворец. Пришлось делать заинтересованный вид и помалкивать.

Наконец очередь дошла и до меня. Оказывается у короля были на меня большие планы. Мне надлежало жить в Ашаваре и учиться военному делу! Точнее научиться работать в одной команде вместе с магами. А для этого я должна была не только рассказать о своих способностях, но и показать на деле.

Пришлось попросить его величество выйти на тренировочное поле. Устраивать погром в его кабинете в мои планы не входило, впрочем, как и показывать весь свой потенциал. Ничего плохого в этом не видела. Не дай боги, понадеются на чудо, которое я не смогу сотворить! Приказывать стихиям я не имею права, лишь просить о помощи. Только вот та грань, когда добро превращается в зло, слишком размыта. Один неверный шаг – и я превращусь в одержимую.

Мне дали возможность сменить платье на учебный костюм, состоящий из черного цвета шаровар и длинной темно-синей туники. К такой одежде я была привычна и чувствовала себя намного лучше, чем в платье. Тем более, что и туфельки я сменила на более удобные сапожки из мягкой кожи.

На тренировочном поле под силовым куполом нас уже ждали десять магов, среди которых были три женщины. Их представили мне как магистров по боевому искусству, артефакторике, ментальной и целительской магии. Каждый из них представлял собой одну из четырех стихий.

Задания были сложными, особенно от огневиков. Со стихией огня я еще не успела пройти слияние, мне приходилось изворачиваться, чтобы уклониться от жара огня. Да и со стихией воды мы еще не пришли к взаимному консенсусу, хотя она отзывалась на мои просьбы с первого раза.

Вымотали меня знатно. Уж не знаю, для чего все это им нужно было, но чувствовала я себя к концу испытаний выжитой, словно лимон. Пользы от меня как таковой не было. Не могу же я повелевать огню потухнуть перед тем, как вражеские катапульты запустят в нашу сторону начиненные смолой огненные шары! Или попросить ветер устроить в море шторм и таким образом потопить флот врага! Да ни одна стихия не пойдет со мной на такое соглашение! Абсурд! Полная дикость и непонимание!

Вернувшись одна в кабинет, мрачно уставилась на его величество.

- Я не буду в этом участвовать! – решительно заявила, не стараясь скрыть своих эмоций, как меня этому учила матушка.

- И почему же? – ласково поинтересовался его величество, хотя тело его напряглось. Не к добру.

- Я хочу жить долго и по возможности счастливо, Ваше Величество! То, на что вы меня толкаете, приведет лишь к моей гибели! Стихии не прощают предательства! К тому же вы сами видели, что только стихии ветра и земли охотно идут со мной на контакт. Вода своенравна и непосредственна, об огне и говорить не стоит, мы не прошли слияние!

- Тем не менее, тебе придется остаться в столице и начать учебу у столичных преподавателей, - жестко заявил король. – Я дал тебе возможность вырасти свободно в лоне семьи, а не внутри защитного купола, для того, чтобы ты понимала ценность каждого живого существа, будь то человек или животное! Поверь, милое дитя, мне самому не хочется вступать в конфликт с соседями. Но если он все же возникнет, никто не останется в стороне. Даже ты, одаренная богами!

- Но какая от меня польза в сражении! – не выдержав эмоций, вскочила с дивана.

Его величество усмехнулся и устало потер глаза.

- Огромная, Надэя! Ты сможешь вывести раненых из под огня, не рискуя своей жизнью, как это делают маги. Ты сможешь найти чистую воду в пустыне и призвать дождь! Маги этого не могут, им нужен непосредственный контакт с предметом. Не принижай свои способности, Надэя! Не время показывать свой характер! Я не приказываю тебе, лишь прошу о помощи. А теперь ступай к родителям и помни о нашем разговоре!

Стиснула зубы и, сделав книксен, выскочила за дверь. Ага, как же! Просит, видите ли, он!

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Была ли я готова к тому, что меня заставят участвовать в возможной войне? Ответ однозначный - нет. Вся моя сущность противилась этому, но ничего поделать, по крайне мере сейчас, я не могла. Его величество прав, я слишком слаба и не ведаю, как правильно управлять своими силами, действую лишь интуитивно.

Вернувшись с родителями в Садовый дворец, заперлась в своих покоях. Не в силах найти себе место, металась из угла в угол, пытаясь проанализировать слова его Величества и к своему удивлению пришла к выводу, что его слова, которые по началу вызвали во мне отторжение, теперь не кажутся бредом. Мне действительно нужно и учиться, чтобы стать сильной. А где, как не в столице, я смогу найти себе учителей? К тому же инициация со стихией воды внесла разлад в мои магические потоки и как с ней справиться я пока не знаю. И если уж богам будет на то угодно, я смогу сохранить не одну жизнь. А не это ли предназначение каждой одарённой, чья аура светится, будто лучи солнца отражаются на снегу? Только понять бы ещё где находится та грань между добром и злом...

Находится в комнатах стало невозможно. Стены сковывали меня, а духота, несмотря на открытые настежь окна, была невыносима. Решив прогуляться по саду, вышла из своих апартаментов и невольно стала свидетелем разговора родителей.

- Времена меняются, дорогая. Юраккеш уже другой, и те, кто не понимает этого, обречены. Я не желаю, чтобы мой род угас, а мои земли попали в руки чужаков, которые не будут заботиться о наших людях как я. Если мы хотим выжить, Лэйла, то должны идти в ногу со временем.

-Но я всё равно не позволю тебе отдать Надею человеку, с которым она будет несчастной, мой господин.

- Я считал, что ты обо мне лучшего мнения, - с упрёком произнёс отец.

Стоять и подслушивать разговор родителей было стыдно, но мне хотелось узнать, о чем ведётся разговор. К сожалению, я слишком поздно вышла из комнаты и пропустила всё самое интересное. Поняла только то, что отец хочет выдать меня замуж, но за кого?

Матушка глубоко вздохнула и опустила взгляд на их сцепленные руки.

- Я уже больше не в чем не уверена, -проговорила она. - Мы далеко от Шорхата. Я соскучилась по нашему сыну, по дому. Похоже, это путешествие не пошло мне на пользу. Я чувствовала себя куда счастливее, когда была простой женой уважаемого учёного, а не советника короля.

Отец успокаивающе обнял матушку за плечи.

- Возможно, ты действительно была бы счастлива, если бы осталась дома, Лэйла. Прости, душа моя, но я не смог оставить тебя в Шорхате. Наш сын вырос, ему пора самому вести дела, а мы... Пройдёт ещё много месяцев, прежде чем мы сможем покинуть столицу и вернуться домой.

- Все мои несчастия от этого города. Я не привыкла к постоянному шуму. Он такой грязный и многолюдный. Чем мне тут заниматься, пока ты будешь заниматься переговорами, а Надэя учиться? Я не привыкла сидеть без дела.

Матушка храбрилась, но за бодрыми словами в её сердце скрывалась боль и одиночество. Мне стало ее очень жаль. Всю жизнь она прожила в своеобразном вакууме, а тут... Отец, наверное, поступил неправильно, оторвав её от привычного и знакомого мира, но и его чувства я тоже понимала. Он тоже устал от одиночества среди чужих ему людей.

Выскользнув незамеченной из дома, я принялась бесцельно бродить по саду. Завтра мне исполнится пятнадцать, а значит нужно что-то придумать, чтобы возвести священный костёр. Но как это сделать, если я так далеко от настоящего живого леса?

Каждый год в день рождения бывшей хозяйки тела я разжигала священный для неё костер. Эта традиция досталась мне от истинной Надэи, для которой возведение священного костра несло в себе сакральный смысл. Я же просто в этот день отдавала дань погибшей безвременно девочке, чье место в этом мире заняла.

Ни отец, ни матушка не препятствовали мне, понимая, что это часть моего прошлого, от которого я не собиралась отказываться. Хотя во всём остальном я превратилась в настоящую юраккешку, придерживалась их исконных традиций и с радостью отмечала всё их священный праздники.

Несмотря на то, что ко мне прививали любовь ко всем богам, я относилась с глубоким почтением к религии прошлой хозяйки своего тела. Надэя родилась в ночь всех святых, когда открываются врата между миром людей и миром духов. Именно в эту ночь мне была дана возможность прожить жизнь заново, так что я не считала для себя зазорным разжечь костер и почтить память безвременно ушедшей девочки.

Пришлось приложить немало усилий, чтобы найти подходящее для костра место. Такое, которое не будет видно со стороны дворца. Мне бы не хотелось, чтобы священное таинство было прервано любопытными юраккешцами.

Увы, но подходящих деревьев я так и не нашла, всё же это ухоженный сад, а не дикий лес. Но я не переживала по этому поводу. Для небольшого костерка у меня есть немного дубовых, берёзовых и липовых щепок, надеюсь, их хватит, чтобы помянуть покойную и прочесть молитву.

Вечерело. Пройдёт не больше двух часов, как солнце полностью скроется за горизонтом. А мне ещё нужно было столько всего сделать!

Подготовив место для будущего таинства, вернулась в Садовый Дворец. Необходимо подкрепиться перед долгой ночью, да и привести себя в порядок. Нужно будет сменить платье на более удобную одежду в виде шаровар и туники, заплести косу и покрыть голову широким палантином.

Следующие сутки прошли для меня словно в тумане. Вернулась в свои апартаменты и, сославшись на усталость, приказала служанкам принести ужин в комнату, а горничной помочь мне с омовением. Стыдно мне не было, уже успела привыкнуть к постоянной помощи посторонних. Сперва помогала матушка, а затем и личная служанка. Шутка ли промыть в стоячей воде волосы, длиною аж до бёдер.

Искупавшись и плотно поев, приказала оставить меня одну. Видела обеспокоенность горничной и её недовольство, но перечить, слава богу, она не посмела. Я же не стала акцентировать на этом внимание, предпочла промолчать. В свете последних волнений из-за возможной войны с Саркотом, я бы не хотела, чтобы хоть одна живая душа в этом доме знала о том, что я бывшая подданная вражеского им государства. Это дома я уже своя "в доску", но не здесь.

Сегодня мне предстоит провести долгую и тяжёлую ночь без сна. Вот уже на протяжении десяти лет я делаю одно и тоже перед Священной ночью, а именно общаюсь со стихиями. Нет, я до этого дня спокойно могла с ними взаимодействовать, но именно в канун древнего праздника стихии наиболее податливы и идут на уступки.

Особенно тяжело мне даётся общение со стихией воды, я хоть и прошла инициацию с ней, но до сих пор не научилась её понимать. Впрочем, порой трудности возникают и с остальными двумя стихиями, которые нередко показывают свой характер. Была бы я дома, то уверенна, источник помог бы мне во всём разобраться. Здесь же я могу уповать лишь на свои силы.

Расставив на полу две плошки, наполненные водой и землей, зажжённую свечу и при отрыв окно, дабы проказник-ветерок мог спокойно гулять рядышком, принялась читать необходимые заговоры, которые достались мне по наследству от покойной девочки.

По началу меня пугали такие знания, которые нет-нет да и всплывали в голове в подходящий для этого момент, но постепенно я к ним привыкла и считала нечто обыденными.

Ночь прошла без сна и с переменными успехами. Мне удалось достигнуть некоторых целей и даже подружиться с водой, но вот огонь так и не желал идти на контакт. Оно и понятно, я ведь ещё не прошла с ним инициацию, но чувствую, что не пройдёт и трёх дней, как и эта стихия откроется для меня.

После длинной бессонной ночи я отсыпалась весь день и только ближе к вечеру смогла, наконец, открыть глаза и окончательно проснуться. Родителей в доме не было, их пригласили на ужин в Главный Дворец. Наверняка его величество будет обсуждать с ними мою дальнейшую жизнь в Ашаваре.

Я никогда не отмечала День рождения Надэи как это принято здесь и в моём мире. Для меня это был обыденный и ничем не примечательный день. Лишь ночью я давала себе небольшую слабину, утопая в воспоминаниях о прошлой жизни и своих родных.

О бывшем муже и сына, а также их предательстве старалась вообще не думать. Да и зачем, если я и так успела их наказать перед своей смертью. Не физически, конечно, а морально и материально.

Тем не менее матушка старалась хоть как-то выделить этот день из множества подобных. Гостей не приглашала, нет, но старалась испечь сладкие пироги и приготовить холодный щербет, отдалённо напоминающий мороженое.

Сегодня же у меня и этого не было. Я не расстроилась вынужденному одиночеству, наоборот. Если раньше мне приходилось изображать веселье, то сейчас в этом не было необходимости. Оно и правильно, день-то, по сути, не мой.

Надэя верила, что рождение в праздник Всех Богов считалось чудесным предзнаменованием. Это означало что ребёнок с первым вдохом получал их благословение, его жизнь была лёгкой и счастливой. Уж не знаю правда это или нет, но верю, что душа девочки нашла покой в моём мире.

Прихватив с собой кожаный мешочек с древесной щепой, вышла на задних двор Садового Дворца. Дарк, мой нянь и охранник, бесшумной тенью последовал за мной.

- Дуб? - спросил он, уже зная ответ.

- Из дубравы в Большом Лесу. А также береза и липа. Я не знала, когда вернусь в Шорхат поэтому заранее позаботилась о будущем костре.

Вилониец кивнул на мои слова, решив промолчать. Я посмотрела на горизонт, куда уже собиралось закатиться усталое от дневного пути солнце в ореоле расплавленного золота и в алой дымке.

Оставалось самое сложное - зажечь вовремя лучину и поднести её к костру. Я не переживала по этому поводу, у Дарка удивительное чутье на время, он сделает всё точь-в-точь, как делал всё эти десять лет.

Как только солнце исчезло за кромкой горизонта, я коснулась зажженной лучиной костра. Языки пламени тут же взметнулись к небу, прогоняя наступавшие сумерки.

В Королевском саду в это мгновение не было не слышно ни звука. Ни один листочек, ни одна ночная птица, ни одно насекомое не проронили ни звука. Казалось, будто весь мир погрузился в безмолвие.

Закрыв глаза, стоя напротив костра, произносила молитву. Так как умела, от всего сердца. Благодарила богов за возможность жить и Надэю, что так вовремя оказалась на моём пути.

Небо быстро темнело. На синем бархатном покрывале загорелась одно единственная яркая и холодная звезда - Путевая звезда.

Переведя взгляд на языки пламени, я пораженно застыла. Стихия огня отозвалась на мою молитву и была готова услышать маленькую ведьмочка в моём лице. Одно единственное мгновение и она ворвалась в мою душу, одаривая её своим живым теплом.

- Спасибо! - чуть слышно прошептала я, не веря своему счастью.

В ту секунду, когда моя отогретая душа хотела было воспарить над телом, её внезапно вернули на землю чьи-то резкие окрики:

- Именем короля!

- Не двигаться!