Надюха

Надежда с трудом дождалась утра и пришла в клининговую компанию к самому открытию. Плюхнулась на кожаное креселко, вытянула ноги, стиснутые новенькими ботинками кроваво-красной лаковой кожи.

— Ну что, есть заявки? — спросила она, бодро улыбнувшись.

Блондинка за столом зевнула во весь рот и сонно проворчала:

— А что к семи не пришла? Самое хлебное уже разобрали. 

— Как? — встрепенулась Надежда. — Вы с семи теперь? Почему мне не сказали?

Блондинка томно закатила глаза:

— Да шучу, уймись! Сейчас, комп прогрузится, посмотрю. Вчера вечером одна заявка висела. Второй день никто не берет.

— Оксаночка, посмотри, а? — законючила Надя. — Ма́нишки нужны очень. За квартиру скоро платить, а я видишь – на ботильоны разорилась.

Блондинка кинула взгляд на сверкающие ботинки и снова широко зевнула.

— Грязно что ли на улице?

Надежда глянула на ботинки, достала влажную салфетку и тщательно протерла слегка забрызганные носки.

Оксаночка, освещенная экраном монитора, цепким взглядом бегала глазами по строчкам. Для Надежды она, как представитель компании, олицетворяла источник жизни. – какая жизнь без денег? – и образ деловой женщины в одном лице.

— Нет... Нет... — бормотала она, поджимая губы. — Это расписано… Это исполнено.

Надя знала это выражение лица – ничего радужного. Скучное сочувствие, говорящее примерно: «Я делаю все, что могу. Извини, подруга, заказов нет».

— Только «Викинг», — наконец выдала Оксана.

— Что за «Викинг»?

— Новый торговый центр. Завтра риэлторы первых арендаторов встречают. Надо убраться. Строительная пыль и все такое.  Пятьсот квадратов. Возьмешь?

— Это его брать никто не хочет?

— Да, его. 

— А почему?

Оксана открыла было рот, но потом посмотрела на Надежду и закрыла. Пожала плечами. Снова посмотрела в монитор.

— Платят, как за квартиру, прикинь! Сотня за квадрат. За день помоешь, двадцать две с половиной штуки – твои. За хату хватит заплатить. 

— У меня еще офис на Краснознаменной, и два подъезда на Ворошилова. 

— Открытие завтра в два, — говорила Оксана, не отрывая взгляда от монитора. Она перестала зевать и втягивалась в работу, клацая ногтями по клавишам. — Помоешь свое часа за три-четыре, если не будешь сидеть здесь. Диван, кстати, для посетителей!.. До двенадцати успеешь. После обеда начнешь «Викинг», к часу ночи должна закончить. Так-то он пустой, и без мебеле́й – мой себе да мой. Хочешь, Макс тебе пылесос притаранит. Но это минус пять штук от зарплаты. Самое сложное – панорамные окна и санузлы. Зато санузлы новенькие – муха не сидела. Нормальный объект! Ты и посложней мыла. Ну что берешь или Динке звонить? Она-то не пойдет – бегом побежит.

— Беру!

При имени Динки, Надежда сразу решилась. Этой халтурщице все время подкидывали крутые заказы. Мыла то она из рук вон, не то, что Надя. И ведь все спускали – даром, что родственница Павла Леонидовича.

— Ну и молодец, Надежда, свет Олеговна! — Оксана распечатала наряд-задание и сунула Наде под роспись. — Макс завезет флаундеры и химию... к часу дня... Все. Работай, бизнес-женщина!

Надя схватила бумажку и поспешила к выходу.

— Клёвые боты! — крикнула вдогонку Оксана.

Надя просияла. Если модница Оксана сказала, значит и вправду клёвые.

Боты эти вообще, похоже, удачу приносят. Вчера в «Медузе» вон какого папика подцепила. 

«Надюха, душенька!» — дышал перегаром в ухо престарелый лоснящийся ухажер в дорогом костюме. Прижимал ее к большому животу, шарил ручищами по спине и обтянутому юбкой широкому заду. А ей нравилось! Что толку от молодых, пусть и задорных? От этого задора одна головная боль и никакого профита.

Правда в машине, когда до общаги подвез, отказался зайти на чай.

— Дела, Надюха, задумчиво сказал он. — Дела. 

— В два часа ночи?

Он погладил ее по щеке толстыми пальцами, коснулся мочки уха, спустился по шее. Ласково.

— Буду целовать тебя, Надюха, так, что забудешь всех ухажеров. Будем вместе теперь! Поняла? Иди домой, выспись хорошенько. 

Какой же сон после такого? Надя поворочалась в кровати полчаса и встала, развела кипятком порошок кофе. Неужели она поймала за хвост эту верткую бабёшку – удачу?

Женат он или нет? 

Впрочем, какая разница. Если женат – еще лучше. Хлопот меньше. Пусть жена хлопочет. А она будет его деньги тратить.

Нет, ей много не надо. Помог бы норку купить, хоть из Китая. И плащ кожаный. А там она сама как-нибудь. Тоже не пальцем деланная, — у нее бизнес.

И будто в подтверждение ее размышлений старенький филипс дернулся от пришедшего сообщения.

Его номер! Он сам, собственноручно, записал «Николай». Сообщение содержало лишь: «Тихая 5». 

«Приглашает к себе?» — подумала Надя и решила не отвечать, чтобы невзначай не вспугнуть удачу. Пусть думает, что она спит, — время-то три часа ночи. 

Около пяти пришло еще одно сообщение. Пустое. 

Она сделала фигушки от избытка радости, поцеловала их и сама себе засмеялась.
Не просто же так он сообщения шлет. Запал!

Больше и не спала. Чуть свет – отправилась на работу, поднимать нелегкий клининговый бизнес. У нее на себя саму были большие планы.