Наше никогда

Пять лет назад.

Самая большая ошибка – думать то, что ты незаменим в жизни определенного человека. На протяжении всего общения ты думаешь: без меня в его жизни будет тускло; я тот самый человек, который дарит ему незабываемые моменты; он не справится без моих глупых сообщений и без ежедневного «доброе утро»; я лучик в его темном царстве…

Все это чушь.

Мы заменимы.

Я заменима в его жизни. Найдется та самая, которая увлечет его и к которой он будет испытывать искренние чувства. Именно она залечит его душевные раны и станет его необходимостью. Как бы он ни отрицал того, что ему к чертям это все не нужно.

Делаю очередной глоток кофе, не отрывая взгляда от Бруклинского моста, металл которого играет в рассветных лучах апрельского солнца. Мне хорошо и одновременно плохо. Прикрываю глаза и представляю мечту, которая проигрывалась в моей голове последний месяц: мы сидим на этой самой лавочке, пьем кофе и молча наслаждаемся рассветом. Приятная меланхолия трогает мое сердце. Приятное чувство завершения.

Все завершено.

Я больше никогда не получу от него сообщения. Больше никогда не улыбнусь долгожданному уведомлению. Больше никогда не буду гадать сутки напролет, где же он, все ли с ним хорошо, нет ли новых проблем по работе? Больше никогда не буду раздумывать что именно ему ответить или как привлечь его внимание.

Бумажный стаканчик дрожит в неспокойных руках. Неожиданная слеза стекает по щеке. Быстрым движением вытираю ее. Не хочу показывать своей слабости на глазах вечно не спящего города огней.

Я сильная и я справлюсь с этой нелепой ситуацией. Мне никто ничего не обещал, глупо распускать нюни на пустом месте.

Открываю заметку в телефоне, которую начала неделю назад. Медленно, словно смакуя горечь слов, вбиваю пальцами новые строчки.

На заднем плане проносится очередная пожарная машина, оглушая своей сиреной все вокруг; велосипедист трезвонит в звонок, предупреждая прохожих о своем появлении; собаки гавкают, гоняя друг друга по площадке; люди проходят мимо, торопясь на работу и поедая на ходу бейгел на завтрак. Но я всего этого не замечаю.

Вокруг меня вакуум и я слышу только шепот собственных мыслей.

Тяжело вздыхаю, когда ставлю точку в конце предложения и перечитываю слова вновь и вновь:

«Но этой встречи никогда не случится. Ведь мы оба не позволим этому произойти. Ты - потому что в панике сбегаешь каждый раз, когда дело становится слишком серьезным. Я - потому что слишком боюсь своего собственного страха обжечься. Будем периодически перекидываться сообщениями, пока одному из нас не надоест эта игра. Побываем в местах, о которых мечтаем, по раздельности. Возможно, однажды пройдём в одно и то же время по параллельным улицам одного города. И только герои (для которых мы неожиданно стали прототипами, хотя на момент ее написания даже не были знакомы) будут счастливы на страницах книги.

Никогда не будем вместе заливисто смеяться над очередной идиотской шуткой, материться на отвратительных водителей, восхищаться закатами и рассветами, обнимаясь. Никогда не попробуем любимый кофе друг друга, и кто что готовит на завтрак. Не будем проклинать вьетнамский ресторан, который будет единственный работать в округе во время праздников. Никогда не отправимся на поиски самого вкусного медовика. Ты никогда не будешь морщить нос, смотря на то, как я ем суши, при этом сам наслаждаясь вкусной кесадильей. Я никогда не буду встречать тебя с работы с вкусным ужином, параллельно матеря нерадивых клиентов, которые пишут имейлы так поздно. Никогда не поссоримся из-за того, что я что-то в очередной раз положила не на то место. Никогда не буду пихать тебя по ночам в бок, когда ты будешь храпеть (как минимум, потому что меня это не напрягает). Никогда не будем драться подушками и спорить по утрам кто идет первый в душ. Никогда не заблудимся на ночных улицах Нью-Йорка, держась за руки. Никогда не смогу затянуть тебя на Коачеллу, ругаясь на подругу, которая решила родить ребенка раньше, чем исполнить нашу с ней мечту. Никогда не будем синхронно фыркать, видя орущих младенцев, перекрещиваясь и обливаясь святой водой при их виде.

Максимум, возможно, однажды пройдём мимо на улице и даже не узнаем друг друга.»

Никогда. Вот наше слово.

Собираю себя по частям и встаю с лавочки, выбрасывая опустевший стаканчик в ближайшую мусорку. На мгновение мне кажется, что я вижу знакомый силуэт на каменных ступеньках позади. Судорожно вздыхаю и зажмуриваюсь, чтобы прогнать видение.

Колени подкашиваются, когда на телефон приходит входящее сообщение, прерывая песню в наушниках звонкой трелью. Смотрю на экран, заранее зная, что не увижу ничего интересного. И, к сожалению, оказываюсь права.

Удаляю пришедшую рассылку о скидках в онлайн магазине и подхожу к ограждению набережной. Легкая улыбка трогает мои губы. Всегда мечтала побывать в этом месте, а теперь это словно сон наяву. Упиваюсь спокойствием вод залива Ист-Ривер. Вдыхаю соленый бриз и утреннюю свежесть, поднимаемые весенним ветерком. Это придает сил.

Я обязательно справлюсь с нашим никогда.

Наши дни.

- Я думаю вот эта будет лучше смотреться, - указываю пальцем на распечатку одной из версий обложек.

Прототип минималистичной черной обложки с серебристым силуэтом змеи на заднем плане красуется на стеклянной столешнице. Провожу пальцем по выпуклым буквам названия. Оно, как всегда, вызывает у меня искреннюю улыбку.

Можно сказать, что с этой книги все началось.

- Хм, - Валери отвлекается от телефона, - ты уверена? Она же практически идентична старой. Издательство просит ребрендинг книги. Они хотят эксклюзив.

Вздыхаю, выслушивая очередную порцию нравоучений от моего агента. Я хочу оставить чертову обложку. Это… некий символизм. Первая книга, которая выстрелила в тренды, и первая же книга, которая будет переиздана под именем издательства.

Она обязана остаться именно такой.

Странно, что они вообще обратили внимание на эту забытую историю, которая оставалась до этого дня только в формате Kindle и печатной версией на Amazon.

- Да, ее идея осталась почти не тронутой, но посмотри на элементы. Они разные, - тыкаю Валери носом в старую и новую обложки. – А еще не забывай, что внутри будет абсолютно другая верстка. Чего только иллюстрации на форзацах стоят! Разве это не эксклюзив?

Валери смотрит на меня так пристально, что того и гляди прожжет две дырки в моей черепушке. Мой агент всегда пытается держать меня в рамках, которые диктуют издательства, но каждый раз у нее это не получается. Она явно уже пожалела, что когда-то нашла меня на просторах интернета и связалась со мной.

- Ладно, - наконец сдается она, - пусть будет по-твоему. Но если ко мне придут с претензиями, то я буду перенаправлять их к тебе.

- Без проблем, - показываю ей большой палец вверх и откладываю понравившуюся мне обложку в сторону.

Не успеваю я сделать шаг в сторону, как перед глазами на мгновение темнеет, а ноги подкашиваются. Хватаюсь за стол, впиваясь пальцами в прохладную стеклянную поверхность. Крепко зажмуриваюсь и считаю до десяти, делая глубокие вдохи и выдохи.

Когда я открываю глаза передо мной возникает все та же картинка: Валери разговаривает с кем-то по телефону, стоя у панорамного окна своего офиса с видом на Пятое Авеню. Кто бы мог представить, что я однажды буду вот так просто стоять в сердце Манхеттена, выбирать новую обложку для книги и диктовать свои условия издательствам.

А еще падать в голодные обмороки. Но это далеко не новинка в моей жизни. Скорее дурацкая привычка, от которой я никак не могу избавиться.

Смотрю на циферблат часов и закатываю глаза. Опять пропустила обед. Еще парочка таких приступов, и я побью свой рекорд. Так себе раздел для книги рекордов Гиннесса.

Лучше попасть в нее с гигантским количеством проданных копий!

Сжимаю ледяные пальцы в кулак и отрываюсь от стола. Надо срочно раздобыть еду и это даже не обсуждается.

- Ты в порядке? – замечает мое бледное лицо Валери, прикрывая микрофон телефона ладонью.

- В полном, просто надо поесть, - натянуто улыбаюсь, все еще наблюдая светящиеся точки перед глазами.

Подхватываю сумку с кресла и выплываю в общий холл. Следуя указателям, дохожу до кафетерия. Принюхиваюсь к еде и раздумываю, остаться здесь или все-таки пойти в суши-бар на первом этаже соседнего здания.

Мои размышления прерывает урчащий живот. Понятно. Выбирать мне сегодня не приходится. Еще пару шагов я точно не осилю.

- Привет! – звонкий голос заставляет ложку супа замереть по пути в рот.

«Главное не посылай никого на три буквы. Главное не посылай никого на три буквы. Люди не виноваты, что ты голодная» - словно мантру мысленно повторяю слова.

Вежливо улыбаюсь подсевшему ко мне редактору из издательства, которое сюрприз-сюрприз находится в одном здании с офисом Валери.

Я давно подозреваю, что каким-то образом мой агент участвует в судьбе данной организации. Но выясню это чуть позже. Пока что мне не до хитросплетений личной жизни Валери. Со своей бы не мешало разобраться…

- Привет, - киваю…

Черт! Я даже не помню, как его зовут. Встречаемся почти каждый день в лифте, здороваемся и спрашиваем, как жизнь, а я имя человека не помню. Стыд, срам и позор. Но моя память и без того слишком короткая, чтобы запоминать имена всех людей, которых я мимолетно встречаю.

Аккуратно веду глазами по его худощавому телу, обтянутого темно-синим кардиганом. Даже никакого бейджика нет…

- Я Фрэнк, - он правильно разгадывает причину моего блуждающего взгляда. Ну конечно, не его же телом я любоваться буду.

- Я Элизабет, - улыбаюсь, пожимая плечами. Мол, извини, давай познакомимся снова.

- Я знаю.

Упс.

- Мне нельзя забывать, ведь я будущий редактор твоих книг, после того как Дженни уйдет в декрет, - усмехается парень, поправляя складки на идеально отутюженных брюках.

Дважды упс.

- Извини, у меня очень плохая память на имена, - начинаю оправдываться я. – Даже своих героев не всех помню.

Фрэнк тепло улыбается, прожевывая кусочек выбранного им бифштекса. Его игривые каштановые кудряшки, свисающие на лоб, покачиваются в такт каждого шевеления челюстью. Он производит впечатление человека, который мог бы стать очень хорошим другом практически каждому.

- Не парься, я понимаю, - отмахивается он. – Я вряд ли запомню имена героев твоих книг, даже при длительной редактуре. Так что будем считать, что у нас ничья.

- Договорились, - смеюсь, удовлетворенная его реакцией.

Думаю, что мы с ним подружимся, каким бы педантом он ни выглядел. Ох уж этот кардиган… Словно неуклюжий Кларк Кент 80-х годов.

- Слушай, я тут подумал, - недоделанный супермен пытается что-то сказать мне, но мое внимание переключается на телевизор позади него. А точнее на видео ряд и разговор ведущих из выпуска новостей.

Дорогие, добро пожаловать в новинку! Буду рада вашей звездочке на книге и комментарию ❤️ Это окрыляет авторов ❤️

«Перейдем к новостям культуры. В прошлые выходные состоялось грандиозное открытие клуба в Сан-Франциско. Его основатель Тайлер Эндрюс, совладелец одной из лидирующих на рынке компаний по перевозке опасных грузов, даже не произнес вступительную речь, а просто взорвал танцпол своим DJ сетом. Клуб уже называют самым популярным в своем направлении на Западном побережье…»

Ложка падает из моих пальцев прямо в тарелку супа, расплескивая жидкость вокруг. Барабанные перепонки отказываются улавливать звуки вокруг. Только идиотский писк ультразвука и фотографии с открытия клуба на экране телевизора, словно в туннельном зрении.

Три года. Целых три года я ограждала себя от любых напоминаний об этом человеке. Не заходила в социальные сети, удалила личную страницу в соцсетях, ограничила количество людей, которые могут писать мне в мессенджерах. Жила в полной социальной изоляции, работала над книгами и над личным брендом.

Я пахала как лошадь, чтобы избегать любых мыслей о нем. А еще чтобы доказать, что я лучшая. Что я чего-то да стою. Что меня невозможно заменить…

- С тобой все хорошо? – Фрэнк прикасается пальцами к моему предплечью, и я дергаюсь, словно меня ударило током.

Не трогай меня. Не трогай. Не смей.

- Да, - осевшим голосом произношу я, будто меня только что вытащили за шкирку из толщи воды.

- Точно? Просто ты меня совершенно не слушала и вид у тебя такой был… Как будто ты призрака увидела.

Перевожу взгляд на Фрэнка и вглядываюсь в его черные глаза. Не знаю, что пытаюсь в них найти. Наверное подтверждение, что он не конченый дурак.

- Все. В. Порядке, - выделяю каждое слово. Аппетит совершенно пропал. Оставляю так и не тронутую тарелку супа и встаю. – Прости, мне нужно бежать.

Оставляю удивленного Фрэнка позади себя и выбегаю из здания, совершенно позабыв о том, что сегодня вечером нам с Валери надо подготовить окончательный макет верстки издательству.

Параллельно договариваюсь со своей совестью, что завтра угощу Фрэнка чашкой кофе. Он не виноват в моем поведении и резко изменившемся настроении. Просто попал под горячую руку.

Улица встречает меня прохладным ветром и моросящим дождем. Оглядываюсь по сторонам, цепляясь взглядом за яркие купола зонтиков, бегущих в разноцветной толпе людей. Никогда не любила зонты.

Три чертовых года. Последний из которых я думала, что меня больше нельзя сломить. Что я выздоровела и избавилась от наваждения из прошлого. Что пережила наше никогда…

Вода из луж расплескивается благодаря моему сердитому шагу. Кроссовки окончательно промокли, но мне остается пройти всего пару кварталов. Я живу не так далеко от офиса Валери (очень удобно, с учетом того, что я вечно люблю опаздывать). В просторном лофте с панорамными окнами, о котором я раньше только могла мечтать.

Мечтала и добилась упорным трудом и бесконечной верой в то, что меня будут читать. Верой в то, что я не такая уж и бездарность.

Три года я надеялась, что больше никогда не увижу даже его фотографий.

Три года я надеялась, что больше никогда не буду гулять по улицам Манхеттена и грустить, как это было тогда.

Останавливаюсь у входа в парадную и снимаю кроссовок, чтобы вылить из него воду. Люди вокруг даже не удивляются моему поведению. Ведь это Нью-Йорк. Здесь невозможно удивить прогулками под дождем в одной футболке и джинсах. Да будь я хоть голая, всем было бы плевать.

Первое что я делаю, когда наконец захожу домой – это достаю банку колы из холодильника и делаю щедрый, бодрящий глоток. А дальше…

Дальше все как в тумане. Руки сами находят лежащий на кухонном островке ноутбук, закрывают файлы с книгами в процессе, открывают браузер и… начинают вбивать до боли знакомое имя в поисковике.

После нескольких минут листания новостных статей, свежих фотографий и видео, я нахожу себя с телефоном в руках на полу. Подогреваемый мрамор приятно согревает замерзшую после дождя кожу, приводя меня в чувства. Мои пальцы зависают над кнопкой «отправить».

Перечитываю строчки: «Привет. Видела новости про открытие клуба. Поздравляю».

Какого черта я делаю?!

Удаляю набранное сообщение и быстро закрываю приложение, когда вижу, что нужный мне абонент находится в сети. В ужасе откидываю от себя телефон и запускаю пальцы в волосы.

Какая же я дура.

Пять лет назад

- А-а-а! – визжит Фелиция своим тонким голоском. – Он просмотрел! Он просмотрел! Жди, сейчас и к тебе зайдет. Ты ведь выложила сторис, как я попросила?

Хочется сбежать от вездесущей подруги как можно дальше. Она уже все мои нервы вытрепала со своей навязчивой идеей познакомить меня с кем-нибудь из представителей противоположного пола. Ей кажется, что раз она замужем, то и все вокруг должны быть как она.

Все дошло до того, что она составила список своих знакомых, которые бы могли мне понравиться.

И что она делает сейчас?

Правильно. Она решила, что будет просто офигенно опубликовать в свои соцсети видео со мной… Точнее видео глубокой давности, на которых я нелепо танцую.

Хочется удариться головой об стенку, лишь бы не участвовать в этом абсурде. Но я не из тех людей, которые могут контролировать Фелицию. Если ее вообще кто-либо может контролировать.

- Ау! Земля вызывает Элизабет. Ты на связи с космосом что ли? – она настойчиво трясет меня за плечо.

- Да выложила я, выложила! – закатываю глаза, переворачиваясь на спину.

Фелиция подпрыгивает на месте, сотрясая матрас кровати, на которой мы расположились вдвоем. Моя студия слишком маленькая для нас обеих. Поскорее бы она ушла домой. Когда там ее сын возвращается из школы?

Я обожала моменты, когда Фелиция была занята домашними делами. Тогда она не трогала меня, не названивала каждые пять минут и не приставала с навязчивыми идеями для нашей общей книги. И ненавидела, когда она жаловалась мне на то, сколько времени она проводит у плиты чтобы накормить двух свиней. В ее понимании это ее муж и сын.

А еще она каждый день моет пол вручную и не ходит на маникюр, потому что боится пилочек для ногтей. Мне кажется, это те самые красные флаги, о которых ты узнаешь и должен бежать от человека как можно дальше.

К сожалению, данные знаки я не смогла разглядеть ранее и теперь мне придется терпеть ее общество до тех пор, пока мы не закончим книгу. Я не подведу своих читателей, которые ждут новые главы каждый день.

Честно говоря, если бы не они, то я бы уже сбежала от Фелиции.

- Да открой же ты уже свою страницу и проверь! – ворчит она, тыкая меня пальцем в ребра.

Сжимаю кулаки и уговариваю себя, что осталось еще немного и я смогу безболезненно отдалиться от нее.

Провожу рукой по пледу, укрывающему кровать, в поисках телефона. Наконец натыкаюсь на него и подношу к лицу.

- Ну, что там?! – нетерпеливо дергается Фелиция.

- Я даже приложение открыть не успела. Успокойся, пожалуйста, - прошу вполне спокойным голосом. Мой глаз начинает дергаться при каждом ее вздохе.

Фелиция только фыркает и пытается заглянуть в экран моего телефона.

- Кого я должна искать? – спрашиваю я, показывая ей список просмотревших мое видео.

Она внимательно просматривает имена, а затем выражение ее лица меняться настолько быстро, что мне становится страшно. Может у нее инсульт?

- Я знала, что это сработает!!! – орет она во весь голос и начинает прыгать, хлопая в ладоши.

Обращаю внимание на незнакомое мне имя в списке и нажимаю на аккаунт. Сразу же замечаю фотографии, которые мне до этого присылала Фелиция на оценку. Симпатичный мужчина с короткой стрижкой русых волос, с невероятно красивыми ладонями, голубыми глазами и милым курносым носом. Большинство фотографий сделано в Сан-Франциско и его окрестностях. Да, кажется, Фелиция говорила, что он живет там.

Пролистываю ленту дальше и замечаю фотографии с Бернинг Мена.

Черт, завидую тебе, Тайлер. Это моя мечта.

Необдуманно ставлю лайк на фотографию и замираю. Хочется ударить себя по лицу. По стыду сравнимо с ситуацией, когда ты ставишь лайк нынешней девушке своего бывшего.

Да и к черту! Зря что ли Фелиция старалась?

Ставлю еще несколько лайков на самые старые фотографии в его ленте.