Наследие. Поцелуй вампира

 Светло-серая пичужка, издав тонкий, явно недовольный писк, исчезла в клубах белесого дыма. На пол тут же упало письмо. Собственно, птичка и была этим письмом – такая вот магическая доставка.

Девушка опасливо поглядела на белоснежный конверт, запечатанный кроваво-красной печатью. С виду он казался безобидным, вот только она отлично знала, что никто не мог прислать ей подобного письма. Именно это и казалось угрожающим.

Даже не думая вставать с кресла, она выдохнула и расслабилась, откидываясь на спинку и вытягивая длинные, обтянутые черной тканью штанов ноги. Что толку нервничать, нужно подумать, кто может написать ей.

Если бы она была обычным жителем славного города Докворда, то никаких проблем. Мало ли откуда законопослушным жителям может прийти такое письмо. Вот только она была далеко не законопослушной. Да что говорить, такие люди, как она, даже не были включены в реестры. А тот, кто в них не числился, для властей не существовал. Человек физически есть, но официально его как бы и нет. Надо ли говорить, что с такими людьми всегда могло случиться что угодно и никто не стал бы разбираться?

Конечно, их пытались ловить, чтобы наставить на путь истинный. Выражалось это в том, чтобы переправить таких людей в какие-нибудь каменоломни или рудоносные шахты. Считалось, что именно там из них сделают настоящих жителей великой и светлой империи. Вот только еще никто не возвращался из тех мест. Понятное дело, что желающих становиться «настоящими жителями» не находилось.

Стоило отряду имперских солдат показаться на улицах Докворда, как люди, не числящиеся ни в каких реестрах, тут же прятались во все щели. Так что в шахты отправлялись редкие глупцы или просто невезучие люди, случайно попавшиеся солдатам.

Она знала: если ее поймают, то навечно упекут в какую-нибудь шахту. А может, и вовсе закроют в Нордонге. Правда, девушка сомневалась, что ее хоть где-то можно запереть насильно, но понимала, что рисковать не стоит. Мало ли какая магия в самой страшной магической тюрьме империи? Вдруг именно там ее способности дадут сбой?

Нет, она никого не убивала, не мучила, не занимала контрабандой запрещенных артефактов или эликсиров. Никого не калечила и даже не была шпионом. Она просто воровала то, что многим даром не сдалось. Хотя сама считала, что ничего ценней не бывает.

Поднявшись, она обошла письмо стороной. Кто знает эти магические послания? Вдруг оно откроется, стоит ей только подойти ближе, просто среагировав на ее ауру?

Не отрывая глаз от письма, она подошла к шкафу и задумчиво провела длинными тонкими пальцами по корешкам книг. Их было не так много, всего десятка три, но это были самые редкие и интересные экземпляры, попавшиеся ей в руки. Вернее, копии. Даже если бы она хотела заполучить в руки оригиналы, это было бы невозможно. Правда, лично ей они уже не были нужны, так как она давно выучила их наизусть, но развеивать копии не спешила – вдруг пригодятся.

Внизу послышался шум. Девушка тут же кинула быстрый взгляд на крохотное окно. На улице стало темно, и, судя по каплям на стекле и шороху на крыше, там снова пошел дождь. Задернув занавески из плотной тяжелой ткани, она, убедившись, что теперь с улицы свет не будет виден, зажгла несколько свечей.

Внизу закричали. Все ясно – в семье ее невольных арендодателей назревал очередной скандал. Почему невольных? Так ведь они и сами не догадывались, что у них на чердаке кто-то давно уже живет. Они и про чердак не помнили. Довольно сложные чары отвлечения внимания. Ей приходилось обновлять их время от времени.

Сосредоточившись, она закрыла глаза и представила себе рисунок чар тишины. Крики тут же исчезли, как и шум дождя. Последнее она бы с радостью оставила, так как при шорохе капель о крышу ей всегда думалось лучше, но либо так, либо слушать и доносившиеся снизу крики.

Закончив, она внимательно огляделась, проверяя на всякий случай остальные чары в ее небольшой комнате на чердаке. Делала она это постоянно, так как не хотела, чтобы ее уютное убежище кто-нибудь нашел.

Подумав немного, девушка скинула куртку из тонкой, но эластичной и крепкой, конечно же, черной ткани на кресло, а сама завалилась на кровать. При этом даже не взглянула на конверт.

В самом деле, кто его мог прислать?

Насколько она знала, родственников у нее нет. Когда-то давно она сбежала из приюта, так как ей совершенно не нравился постоянный надзор, из-за которого весьма сложно было куда-то ходить по собственному желанию. Наверное, надо было немного подождать, чтобы ее все-таки вписали в реестр. Для тех, кто живет в приютах, эта процедура проходит на их пятнадцатый день рождения. Вот только в тот момент она об этом не знала и интересовало ее совершенно другое. Так что все, что ей теперь о себе известно, – это имя и фамилия. Совсем недавно она смогла порыться в этом самом реестре, но не нашла там никого с такой же фамилией. Вернее, нашла, но все эти люди были давно мертвы.

Еще она встречала свою фамилию в перечне древних родов, ведущих свое начало со времен зарождения империи. А это без малого две тысячи лет. Вот только она сомневалась, что имеет к этому роду хоть какое-то отношение, ведь он считается мертвым. Скорее всего, ее фамилия просто совпадение, не более. Вполне вероятно, что и имя придумали работники приюта. Хотя имя они выбрали донельзя странное. Впрочем, и выбор фамилии немного удивлял.

Поправив толстую косу смоляно-черных волос так, чтобы та не мешала ей удобно лежать, она заложила руки за голову и снова задумалась.

Родственников нет. Для властей она тоже вроде как не существует. Тогда кто мог прислать ей письмо?

Скосив глаза на пол, девушка недовольно цыкнула. Надо же, и упало так неудачно – имя отправителя не видно. Можно просто взять и посмотреть, вот только она отлично знала, что на письмо можно наложить множество чар. И они не всегда безвредны. А это значит, что письма просто так трогать нельзя. Тем более что бумага может быть обработана ядовитым эликсиром. Возьмешь в руки письмо – и тут же загнешься. Не хотелось бы.

Сдув упавшую на глаза челку, она тяжело вздохнула, а потом, поднявшись одним слитным движением, подошла чуть ближе к письму и задумалась. Можно до утра водить пляски вокруг белого конверта на полу, но нужно уже что-то делать. На эту ночь у нее имелись совершенно другие планы.

Подняв резко руку, она прошептала заклинание обнаружения чар. Выучила она его совсем недавно и даже толком не отрабатывала.

Именно поэтому поначалу не хотела использовать, боясь навредить письму. Судя по едва заметной зеленой дымке вокруг конверта, все обошлось и никаких смертельных чар на нем не было.

Вот только трогать его все равно не хотелось, поэтому она тут же шепнула заклинание легкой воздушной волны, надеясь, что с его помощью сможет перевернуть письмо. Вообще, заклинания получались у неё даже тогда, когда она произносила их мысленно, вот только сейчас девушка немного волновалась, так что перестраховывалась.

Письмо, подхваченное воздухом, сразу подлетело и закружилось по комнате. А потом спланировало на небольшой столик, стоящий около кресла.

Возликовав, она осторожно подошла ближе, радостно замечая, что адрес отправителя теперь отчетливо виден. Вот только радость ее продлилась недолго.

И если свое имя в графе «кому» ее не удивило – всё-таки магические письма приходят только тому, кому предназначены, – то вот отправитель ее весьма взволновал и даже напугал.

На белоснежном конверте ярко-золотыми буквами было выведено имя, которое вряд ли когда-нибудь могло прозвучать рядом с ее – настолько это казалось невозможным. Мерлина Девольдар. Заместитель ректора магической академии Ховалон империи Асмальдар.

О, про академию она, конечно же, знала. Вообще, при городах есть небольшие школы магии. Они дают начальные знания тем, в ком проснулся весьма редкий, но вполне известный и охотно применяемый дар. Обычно в них обучаются дети, не принадлежащие к древним аристократическим родам.

Например, у булочника недавно родился сын, и у него определенно присутствуют магические способности. Если учесть, что он частенько применяет неосознанную левитацию, то у него явная склонность к магии воздуха.

Откуда она знает про сына булочника? Так дети с магическими способностями рождаются редко, так что об этом вскоре узнает весь город. Магически одаренный ребенок – возможный билет в более обеспеченное и влиятельное будущее. Именно поэтому родители стремятся рассказать о своей радости как можно большему количеству людей. А у булочника талант к пекарскому делу, так что к нему ходит полгорода.

Аристократы обучают своих детей на дому. Надо сказать, что рождение мага в такой семье не становится чем-то из ряда вон выходящим. Все дело в том, что аристократия в империи состоит именно из древних магических родов. Неудивительно, что у них, наоборот, рождение ребенка без магии становится болезненным событием. Считается, что чем чаще рождаются в таких семьях дети без магии, тем ближе смерть магического рода. Политическое влияние таких родов падает. Именно поэтому аристократы всеми силами стараются поддержать свою кровь. Для этого в каждом роду есть свой кодекс, которого обязаны придерживаться все члены семьи. Например – она точно знает, – во многих из них написано, что раз в несколько поколений в род должна вливаться свежая кровь – то есть маг из совершенно обычной семьи.

Так что рождение мага в простой семье – праздник. Ведь кто знает, возможно, именно благодаря этому ребенку этому ребенку семья простолюдинов сможет породниться с каким-нибудь древним родом. Это очень почетно.

А академия в империи одна. В нее поступают с восемнадцати лет. Конечно, аристократов в любом случае зачисляют в нее сразу после рождения и подтверждения того, что в ребенке есть магия. Остальные же поступают по итогам ежегодного отбора, состоящее из прохождения через специальную арку. Она определяет наличие у претендента магии. Есть магия – прошел. Нет – ничем не можем помочь.

Вот только девушка знала, что никаких писем никто и никому не рассылает. Претенденты просто каждый год к определенному числу стекаются со всей империи к академии, и все.

Новая традиция? Тогда откуда они узнали, что в ее крови течет магия? Она точно никому не говорила. Да о ней вообще мало кто знал!

Это вызывало еще больше подозрений и, откровенно говоря, пугало. Ведь если о ней всё-таки узнали, значит, есть способ найти любого мага в империи, даже не зарегистрированного.

Вздохнув, она все-таки медленно взяла письмо и аккуратно сломала печать, сразу же вытаскивая лист. Это вполне могла быть ловушка, но нельзя же всю ночь ходить вокруг этого конверта! Да и ей было любопытно, что уж тут говорить.

«Уважаемая Киарана Камильтон.

Довожу до вашего сведения, что до первого числа следующего месяца вы должны явиться в академию магии Ховалон для подтверждения своих магических способностей.

С собой иметь это письмо. Оно будет являться вашим пропуском в академию.

С уважением.

Мерлина Девольдар. Заместитель ректора магической академии Ховалон».

Киарана с минуту стояла неподвижно, снова и снова перечитывая сияющие золотым строки, а потом выдохнула и осторожно положила письмо на столик.

Итак, о ней как-то узнали. И теперь ей надо было решить, что делать – проигнорировать письмо или же поступить в Ховалон.

Тревожно пройдясь по комнате, она схватила куртку и тут же ее натянула. У нее есть еще немного времени, чтобы подумать и решить, а вот эта ночь не бесконечна.

Застегнувшись, она накинула на голову капюшон и поправила широкий воротник. Его всегда можно было поднять и спрятать лицо до самых глаз. Натянула перчатки из кельмиэльского ящера. Очень дорогая, кстати, вещь. Попрятала небольшие ножи в специальные карманы на куртке – на всякий случай. Вряд ли ее кто-то увидит, но перестраховаться не помешает. Перекинула через левое плечо сумку, которая весьма плотно прижималась к спине, и обулась в мягкие сапожки без каблуков.

Вообще, весь ее наряд так обтягивал тело, что, казалось, она не сможет нормально двигаться. Но это было не так. Каждую деталь своего выходного костюма Киарана выбирала долго и любовно. Например, черные штаны были изготовлены из редкой филийской ткани, сносу которой практически не было. Она плотно обтягивала ноги и бедра, спокойно тянулась, но со временем не растягивалась, долго оставаясь как новая. Для того чтобы порвать эту ткань, нужно было очень сильно постараться. То же самое и со всем остальным.

Стоил ее наряд весьма дорого, отчего ей приходилось быть очень аккуратной. Все-таки не каждый день можно было купить те же штаны или, например, сапоги из псевдодраконьей кожи.

Вещи из кожи драконов были так дороги, что купить их могли только члены очень богатых магических родов. Именно поэтому придумали псевдокожу. Конечно, до настоящей драконьей ей было далеко по свойствам, но Киарану ее сапоги вполне устраивали. Не промокали в дождь, в жаркую погоду ноги ощущали легкую прохладу, да и грязь толком не прилипала – уже только за это можно было заплатить те деньги, что она отдала за сапоги.

Ножи она носила на самый крайний случай. И пусть ей еще ни разу не приходилось прибегать к их помощи, но она упорно носила пару штук в специальных креплениях.

Проверив, всё ли сидит нормально, ничего не звенит и не гремит, Киарана бросила еще один взгляд на письмо, а потом подняла крышку люка в полу. Чары тишины тут же были нарушены. Снизу донеслись крики скандала.

Киарана поморщилась. Эта семья уже несколько месяцев сходит с ума, а все потому, что хозяйка забеременела и превратилась в женщину, которой все не так.

Даже не обратив внимания на скандалившую пару, Киарана просто вышла из дома. Она проделывала это так часто, что уже не волновалась так, как в самом начале.

Иногда ей даже становилось немного не по себе оттого, что люди, если она того не хочет, не видят ее. То есть она может стоять рядом с человеком, и он ничего не заметит и не ощутит. Так, словно она пустое место и ее нет в этой реальности.

Правда, это срабатывало только с обычными людьми. Маги же хоть и не видели, но точно ощущали ее присутствие. Они тут же начинали оглядываться и тревожиться. А ведь Киарана была уверена, что она не становилась невидимой. Просто отчего-то люди переставали ее видеть. Их взгляд словно соскальзывал с нее.

Она не знала, что это за магия, так как, сколько бы ни искала, так и не нашла ни единого слова о подобных способностях. Началось это после ее десятилетия. В тот месяц она долго болела, вроде бы простыв, а потом очнулась уже такой. Еще она помнила, что после того ее глаза из просто мутно-зеленых, стали ярко-изумрудными, немного, на ее взгляд, даже пугающими.

Именно для того, чтобы хоть что-то узнать о своем даре, Киарана и начала искать информацию, сбежав из приюта. Уже потом это ее так увлекло, что девушка оставила в стороне первоначальную цель и стала изучать магию. Благо, что она пробудилась вместе со странными способностями. Или же имелась изначально, просто Киарана ее не ощущала так отчетливо.

Конечно, в первое время Киарана действовала весьма опрометчиво. Ну кто устоит перед соблазном, если можно украсть что-то безнаказанно? Вот и она не устояла. Утащила из одного богатого дома магов несколько дорогих безделушек, а потом попыталась их продать. Ее чуть не поймали. Причем дважды.

Ясно, что ребенок с дорогими вещами в руках вызывал подозрение. Тем более что сама Киарана в то время не выглядела дочерью богатых родителей. Впрочем, она и сейчас так не выглядит.

Конечно, в ней заподозрили воришку. Это привлекло к ней внимание членов воровской гильдии. Пришлось скрываться, так как Киарана на самом деле не хотела связываться ни с ворами, ни с убийцами. Она сразу догадалась, что ее способности будут интересны этим двум гильдиям.

Через какое-то время ее чуть не поймали стражники. Оказалось, что просто так вынести вещи из дома мага невозможно. Они магически связывались с домом до тех пор, пока сам владелец не желал разорвать эту связь. По ней всегда можно было найти украденное. Пришлось безделушки выбрасывать.

Так что с подобным воровством Киарана завязала после первого же раза. То время она не любила вспоминать, так как приходилось постоянно прятаться и искать пропитание.

Она долго еще не решалась лазить по особнякам магов, довольствуясь домами простых людей. У них она ела и спала в каком-нибудь укромном уголке.

Вообще, у них можно было воровать безнаказанно, так как вещи не были привязаны к владельцам с помощью магии, вот только опять же связываться с гильдиями совершенно не хотелось. Поэтому Киарана лишь изредка брала немного монет, когда ей требовались вещи.

Казалось бы, таскай себе деньги, но она опасалась. А после того, как увидела, что за ее кражи наказывают невинных людей, охота брать чужие накопления и вовсе пропала. Многие горожане отлично знали, где и сколько денег у них лежит. И если там вдруг не хватало, значит, кто-то их взял. Конечно же, подозрения падали на слуг, или на случайных посетителей, или даже на родственников и друзей. В общем, с этим Киарана тоже быстро завязала.

Помогли ей знания. В то время она уже пристрастилась к книгам по магии, которые могла безнаказанно читать в домах магических семей. Конечно, выносить книги у нее бы не получилось, но читать ей никто запретить не мог, так как не видел ее, как и книгу, которую она брала в руки.

Вот там она и нашла заклинание поиска. Заброшенные дома в Докворде были. Недалеко на холме так и вовсе стоял почти разрушенный замок. Так что нашлись места, где можно было применить выученное заклинание. Она еще раньше поняла, что люди любят делать тайники, и оказалось, что не всегда эти тайники обнаруживают после того, как дома по разным причинам лишаются владельцев. После этого ей больше не пришлось воровать.

Поначалу Киарана даже удивилась, что тайники и старые заначки не находят сразу. Маги хоть и редки, но все-таки неужели никому из них раньше не пришло в голову использовать поисковое заклинание? Или же им просто не с руки «мараться» о такие мелочи? Ответа на этот вопрос не было, так что Киарана оставила его на будущее.

Уже чуть позже она узнала, что не все чары и заклинания широко известны, а некоторые вообще считаются утерянными. Почему так и с чем это связано, Киарана не знала, но подозревала, что не все так просто с этими магическими родами и домами. Иногда ей, например, казалось, что библиотеки, в которых она бывала, никто не посещал многие столетия. Словно они были закрыты от своих же хозяев, но сама Киарана вполне могла их найти и войти внутрь. Только книги не могла уносить, но и это вскоре не стало проблемой, ведь она отыскала в одном из домов заклинание копирования.

Сбывать найденные в заначках украшения Киарана поначалу не спешила. И только недавно ей удалось осторожно, постепенно продать все, что она нашла.

Позже она отыскала отличную комнату на чердаке в доме простых людей. Обустроилась там и принялась «потрошить» библиотеки магических домов. Ее влекли книги, так как они давали новые знания. Любимыми у нее были труды по чарам и заклинаниям. Но она не оставалась равнодушной, если ей в руки попадались фолианты по истории или лечебные справочники. Что ей только не попадалось: магические ритуалы, книги, в которых описывалось, как делать артефакты, по некромантии, магии пространства, магии крови. Киарана читала все. Конечно, она не забывала о том, что хотела когда-то узнать о своих способностях, но пока ей ничего не попадалось.

Так что да, ее можно было назвать воришкой. Она воровала знания. На ее взгляд, самое ценное, что можно было украсть у магических семей.

Вот и сегодня ее ждала одна библиотека, которую она отыскала не так давно. Эта библиотека была из тех заброшенных, что ей частенько попадались. Киаране было интересно, почему сами хозяева вообще не заходят в них. Не видят? Забыли по какой-то причине? Не считают нужными знания, что находятся в этих книгах?

Конечно, в такие дома Киарана заходила не с главного входа. Кто знает, вдруг всё-таки умудрятся увидеть. Для проникновения она выбирала черные ходы, которые частенько даже не охранялись.

Вот и сегодня ночью она спокойно пробралась в дом. Стараясь лишний раз не светиться, девушка без особых проблем дошла до нужной ей двери, миновав слуг, отчего-то до сих пор бродящих по дому.

Библиотека встретила ее тишиной и запахом пыли. Вдохнув глубже, Киарана осторожно прикрыла дверь и расслабилась. Здесь давно уже никого, кроме нее, не бывало, так что она заклинанием зажгла принесенную в прошлую ночь свечу и направилась в сторону кресла. Поначалу ей казалось странным, что мебель в таких вот заброшенных и отчего-то забытых библиотеках остается вполне новой, только припорошенной пылью. Да и книги ведь не новые совсем. Но потом нашла чары сохранности, которые, как она поняла, обеспечивали вещам долгую жизнь. Чары эти ей попадались во многих библиотеках, значит, вполне известны многим магам.

Скинув капюшон с головы, Киарана поставила свечу на стол около кресла, очищенного еще вчера от пыли, и взяла в руки толстый фолиант, даже с чарами сохранности выглядевший старым и потрепанным. Недолго думая, она села и принялась за чтение, выбрасывая из головы мысли о письме и об академии.

Минут через тридцать Киарана встрепенулась. Информация была интересной и могла хотя бы немного, как ей казалось, пролить свет на ее способности. В книге рассказывалось о наследиях, передаваемых с кровью из поколения в поколение в древних магических родах.

Вспомнив, что видела свою фамилию в перечне древних родов, Киарана продолжила читать, пробираясь через старый, сложный для современного восприятия язык.

Еще некоторое время спустя Киарана разочарованно выдохнула. Чем бы ни были ее способности, но они вряд ли достались ей от далеких предков. Это было первой ее мыслью.

Если начать издалека, то надо сказать о разумных созданиях, живущих в мире кроме людей. Их называют магическими расами, так как у них нет такого понятия как маг. У этих рас просто не может родиться ребенок, не имеющий магического дара. Считается, что они – само воплощение магии.

Киарана не знала всего списка магических рас, хотя пару раз сталкивалась в книгах с описанием эльфов, вампиров, русалок, гномов и магических драконов. Да, все верно. Есть драконы – обычные громадные ящеры, имеющие разума не больше, чем обычные ящерицы. И есть магические драконы, со вторым обликом, который они по своему желанию могут принимать. Отличить их очень просто. Разумные драконы имеют совершенно иную форму и меньше размерами, чем неразумные ящеры.

Насколько поняла Киарана, люди всегда побаивались этих созданий, но не могли не оценить силу их крови. Считалось, что дети от совместного союза человека и создания магической расы одарены магией настолько, что очищают кровь рода на многие поколения вперед. То есть, если следовать кодексу рода, в семью обязательно каждые несколько поколений нужно вводить простого мага – грубо говоря, простолюдина. Иначе вскоре род потухнет – лишится магии. А если родить ребенка от того же эльфа или дракона, то можно на долгие поколения забыть о необходимости искать подходящего мага из обычной семьи.

Понятное дело, что многие из древних родов в свое время стремились заполучить в постель кого-нибудь из магических рас. Чаще всего даже не стремясь сделать это по взаимному согласию, ведь им нужен был, по сути, только ребенок. В итоге маги добились только того, что магические создания начали презирать людей и считать связь с ними позором. Долгое время люди пытались выставить прочие расы неразумными существами, воевали с ними, стремясь покорить и сделать из них рабов. Конечно же, ничего не вышло – магия будто хранила своих детей. И к настоящему времени ситуация вроде бы стабилизировалась. Они не скрылись полностью, но и перестали подпускать к себе слишком близко. Встретить их сейчас можно было, наверное, только в столице. Сама Киарана никого из них никогда не видела.

Так вот, о наследиях. В каждом роду в прошлом отметился кто-то из других рас. Их кровь была так сильна, что могла проявить себя даже через многие поколения. Например, когда-то давно в роду родился ребенок от вампира, обычный, вроде как человеческий, но через долгие поколения на свет появлялся человек, в котором пробуждалось наследие. Спящая все эти годы вампирская кровь начинала проявляться. Человек в определенный период начинал меняться. Нет, он не становился полноценным чистокровным вампиром, но у него появлялось что-то от своего далекого предка. И хорошо, если это была не только жажда крови. Пробуждение наследия не всегда приносило пользу человеку.

В книге, которую нашла Киарана, было написано, что человек в любом случае сильно меняется физически. Нет, в ее случае ничего такого не было. Она как была невысокой, худой, так такой и осталась. Черные длинные волосы, ярко-зеленые глаза, чуть бледная – из-за того, что она почти не бывает на солнце, – кожа. Да и все остальное, насколько она помнила, осталось неизменным. Ну, может, только повзрослела, но это ведь вполне нормально.

Единственное, что совпадало, это болезнь, предшествующая началу изменений. Да девушка и не представляла, кому могут принадлежать такие необычные способности. Кто из магических рас способен проходить куда захочет, оставаясь невидимым? И да, никакие замк и , запирающие чары и заклинания Киарану не останавливали. Любые двери перед ней просто сами по себе открывались, а потом точно так же замыкались, словно никто и не входил. Люди, если она не хотела, ее не видели. Не все было так просто с животными – они ее определенно видели, но чаще всего просто наблюдали, не пытаясь поднять шум или кинуться. Сколько раз Киарана замечала, как какой-нибудь домашний питомец наблюдает за ней, молча провожая ее взглядом. Это было немного жутковато. Она видела, что животным интересно, но подходить они явно опасались.

Отложив фолиант в сторону, Киарана потерла уставшие глаза. Вполне может быть, что у нее все-таки проснулось какое-нибудь наследие, просто она не знает, какому магическому существу может принадлежать ее способность. Кто знает, какие еще бывают расы.

От этого знания стало чуть спокойнее. Нет, она была вполне довольна, но ей хотелось бы четко понимать, откуда это взялось и что из себя представляет. Ведь очень может оказаться, что это не единственное, на что она способна, и она просто не знает, как пользоваться своим даром в полной мере.

Опустив руку, Киарана глянула на трепыхающийся немного зеленоватый огонек свечи – ее магический огонь всегда чуть отличался от живого.

Подумав о родах, Киарана встрепенулась. Если у нее на самом деле проснулось наследие, значит, она далекий потомок древнего магического рода! Разве нет? А ведь фамилия Камильтон числится в списке древних родов. Правда, мертвых. То есть в нем не осталось ни единого члена. По официальной версии.

Встав, она прошлась вдоль полок, всматриваясь в корешки книг. Просто так трогать что-то в библиотеках магических родов она бы никому не рекомендовала. Чаще всего самые интересные и редкие книги зачаровывались от посторонних. Взять в руки их могли только те, в ком текла кровь рода. Правда, сама Киарана могла отчего-то с легкостью снять любые чары на них и спокойно брать понравившиеся книги. Тоже наследие? Почему бы и нет? Чары на книгах – это что-то вроде разновидности тех же запирающих чар, а их она преодолевала не напрягаясь.

Нахмурившись, Киарана снова сконцентрировалась на мыслях о родах: выморочных, потухших, мертвых и не очень.

Если она действительно принадлежит к древнему роду, что это может ей дать? Обычно древние рода очень богаты. Это и деньги в банке, и доли в разных фермах, лавках, тавернах и прочем. Не говоря уже об особняках и домах, землях. Если что-то такое когда-то и принадлежало роду Камильтон, то давно уже перестало быть их собственностью. В той книге перечислялись только те рода, в которых не осталось ни одного человека. А это значит, что имущество, если оно и имелась, давно уже обрело новых хозяев. Да и кто даст гарантии, что это ее настоящая фамилия? Стоит только заикнуться, как те, кому отошло состояние Камильтонов, тут же укусят именно в это место. Никому не захочется отдавать то, что давно принадлежит им. Да и, скорее всего, все отошло в пользу империи, а конкретно императору. Связываться с ним… Киарана еще хочет пожить.

Что еще?

Власть? Влияние?

Опять же, никому не захочется делиться ни властью, ни влиянием. Ведь новый член в совете родов может быть кому-то весьма неудобен. Тому же императору.

Киарана вздохнула и закрыла глаза, останавливаясь в темном, неосвещенном углу.

Нет, если она на самом деле из древнего мертвого рода Камильтон, то ее, скорее всего, просто попытаются за кого-нибудь выдать замуж, тем самым усилив кровь и увеличив влияние семьи. А ведь у родов вполне могут быть свои уловки, которые не позволят ей просто так выскользнуть из сетей и раствориться на просторах империи. Не стоит думать, что она может выбраться из любого места. Кто знает, когда ее способность даст сбой. Вдруг существует какой-нибудь металл или заклинание, способное удержать ее? Ведь как-то раньше рода сдерживали магическую силу других рас, пленяя их. Надо ли ей это? Поменять свободу не понятно на что?

– Нет, – ее голос в тишине прозвучал чуть хрипло – она слишком редко разговаривала.

Киарана открыла глаза и посмотрела на книгу, которую только что читала.

Все верно. Свобода ей намного важнее. Если вдруг окажется, что она на самом деле потомок считающегося сейчас мертвым рода, то предпринимать по этому поводу она точно ничего не станет. Ее способности – ее единственное наследство, за которое она вполне благодарна давно ушедшим за грань предкам. А деньги, дома, власть пусть оставят себе те, кто с ними уже ни за что не расстанется.

Если же она никоим боком не связана с теми самыми Камильтонами, то так даже лучше.

Вернувшись в кресло, Киарана вспомнила о письме. Страх заскрёбся где-то под солнечным сплетением. А что, если письмо пришло именно потому, что она Камильтон? Вдруг где-нибудь существует артефакт, отслеживающий детей из магических родов, и на нем высветилось ее имя? Ну а как еще они могли о ней узнать? Вдруг такие вот письма получают только дети аристократов?

Киарана вздохнула глубже, крепче впиваясь пальцами в подлокотники кресла.

Скорее всего, все именно так, ведь обычные маги просто приходят в определенный день к воротам Ховалона. Она никогда не слышала ни о каких письмах.

Значит, у магов есть возможность как-то отслеживать потомков древних родов. Даже не столь важно, как они это делают, главное, что могут.

Впрочем, маги могли просто как-то узнать о ее способностях и заинтересоваться. Опасаясь, что она решит не поступать в Ховалон, они отослали ей письмо. Так сказать, на всякий случай. Тогда ей не стоит ехать в академию? Но кто даст гарантии, что маги не выследят, если она не согласится? Никто. Пока ей предлагают добровольно прийти и учиться, и кто знает, что будет, если она откажется, попытавшись скрыться.

Подавив дрожь, Киарана обхватила себя руками и забралась на кресло с ногами. Вполне может быть, что она все это просто выдумала, и ничего подобного нет. Например, никто в Ховалоне не отслеживает потомков целенаправленно. Появилось имя? Написали письмо, отправили и забыли. Делать преподавателям больше нечего, как отслеживать, какой там род мертвый, а какой нет.

Конечно, это было лишь утешением, а еще вернее – способом спрятаться от вероятной правды, но благодаря этим мыслям Киарана чуть расслабилась, выдыхая.

Подумав о том, какая в Ховалоне, наверное, громадная библиотека, она слабо улыбнулась. Хоть какая-то радость от всего этого.

Встряхнувшись, Киарана наложила заклинание копирования на фолиант о наследиях. И хотя со всем этим пока еще ничего не ясно, но такая книга весьма полезна – пусть будет под рукой.

Закончив, она огляделась. Вряд ли ей удастся еще раз сюда наведаться в ближайшее время. До начала месяца осталось не так долго, а ей необходимо подготовиться к изменениям в жизни.

И начать нужно с одежды.

Киарана понятия не имела, во что ей следует одеться. Наверное, девушки из аристократических семей предпочитают платья. Она пару раз попадала на приемы. Конечно, это выходило случайно и ее никто не видел. Но она ведь не хочет, чтобы ее причисляли к высшему сословию. Значит, можно ограничиться удобными штанами, рубашкой и курткой? Но и простолюдинки ходят в большинстве своем в платьях! Пусть из грубой ткани, но в платьях.

Выделяться из толпы точно не хотелось. И при этом Киарана сомневалась, что в Ховалоне магам из простых семей позволяют ходить в одежде, к которой они привыкли. Может быть, там имеется какая-нибудь стандартная форма? Выдают ли ее студентам или же надо будет покупать самой? И ведь не спросишь ни у кого.

Решение пришло, когда Киарана уже вернулась в свою комнату на чердаке. Она наденет платье. Найдет что-нибудь среднее, не слишком изысканное, но и не совсем уж простое. Все-таки штаны на девушке привлекут слишком много совершенно не нужного ей внимания. А если идти в своем привычном наряде, так это и вовсе словно кричать на весь мир, что она ночной житель и любитель у кого-нибудь что-нибудь стащить.

Уснуть ей удалось не сразу, да и то ненадолго. Потратив полночи на чтение, Киарана проснулась недовольной и хмурой. Натянув простые холщовые штаны и грязно-серую рубашку, она подпоясалась и накинула сверху что-то вроде тонкого плаща. В таких накидках ходили многие. Если не приглядываться, то не слишком заметно, во что одет человек. Да и погода после дождя стояла под стать настроению.

Выделив себе на траты необходимую сумму, Киарана надежно спрятала мешочек с оставшимися деньгами и спустилась вниз. Из кухни доносились соблазнительные запахи, но она просто вышла из дома. Завтракала она на рынке. Тут постоянно торговали всякими пирожками да булочками.

Обойдя лавки с одеждой, Киарана разочарованно вздохнула. Ей ничего не нравилось. Всё, что предлагали, было либо слишком ярко, либо вызывающе, либо пышно, либо блекло. В целом, она ничего не понимала в женской моде. И неудивительно, ведь днем девушка редко появлялась на улице, а бегать в платьях по ночам, да еще по чужим домам, как-то не слишком удобно.

Конечно, ей могли сшить любое платье на заказ; как оказалось, так обычно и делали, а то, что ей предлагали, были всего лишь выставленные образцы. Вот только к нужному сроку никто не поспевал.

– Ищешь чего? – спросила у нее дородная женщина, подпирающая дверь одежной лавки. Она аппетитно хрустела яблоком, зорко осматривая проходящих людей.

Киарана с подозрением покосилась на нее, а потом всё-таки решилась.

– Мне нужно платье. Не слишком яркое и вызывающее, но и не простое. Нечто среднее. У вас есть что-нибудь такое? И оно мне нужно желательно сегодня или завтра.

Женщина отшвырнула огрызок и окинула ее оценивающим взглядом. Потом хмыкнула, обтерла руки о передник и вошла в лавку, перед этим махнув рукой, приглашая девушку следовать за ней.

Киарана опасливо огляделась, а потом всё-таки шагнула внутрь.

– Вот гляди, – женщина вытащила из сундука темно-зеленое платье с длинной юбкой и шнуровкой на талии. – Нужно всего лишь подшить под тебя. Росток у тебя небольшой, да и весу бы тебе чуток набрать. Ну как? Мерить будем?

Киарана осторожно прикоснулась к мягкой ткани. Рукава у платья были узкими, да и вырез совсем неглубокий. Цвет приятный, и вид именно такой, какой она хотела, – нечто среднее между нарядом служанки и одеянием высокородной дамы.

– Да, – Киарана кивнула. – Давайте мерить. А когда можно будет забрать?

– Завтра с утра приходи, все будет готово.

Женщина, казалось, совершенно не обратила внимания на то, во что была одета Киарана. Она лишь мельком проводила взглядом сброшенную с плеч рубашку, и все. Дополнительно пришлось покупать нижнее белье, чулки, нормальный плащ, подходящий под платье, другую обувь. Хорошо хоть, все это можно было выбрать прямо тут.

– Вот, – женщина глянула на Киарану, протягивая ей тонкую цепочку с золотисто-зеленым камнем-кулоном. – Без украшения никак нельзя. А это и недорогое, и симпатичное. Будешь выглядеть, как дочка простого лавочника, не слишком богатого, но и не совсем нищего. Тебе ведь это нужно?

Киарана коснулась камня кончиками пальцев, неуверенно кивнув. Украшение действительно было довольно простым.

– А еще мне нужна походная одежда, – сказала Киарана, аккуратно положив кулон к своим покупкам.

– Ну, с этим проще, – женщина тут же вытащила несколько готовых платьев, самых незатейливых. Почти в таких же ходили все женщины и девушки из простого сословия. – Ткань чуть грубоватая, но тебе же в дорогу, теплее будет. Плащ подойдет и тот, что на тебе сейчас. А вот сапоги подбери другие. Если пешком собралась идти, то с крепкой подошвой ищи.

В общем, вернулась Киарана к себе только ближе к вечеру. Путешествие начало казаться ей чем-то слишком хлопотным. А ведь идти было совсем недалеко, буквально рукой подать, – и до столицы, и до Ховалона.

Бросив покупки прямо на пол, она завалилась на кровать и закрыла глаза. День выдался сумасшедшим, а она и прошлой ночью толком не выспалась. Наверное, именно поэтому Киарана даже не заметила, как провалилась в сон.

Снились ей какие-то птицы. Они недовольно клекотали, хлопали крыльями, отчего во все стороны летели черные перья. Птицы смотрели на нее красными глазами и медленно приближались. А потом закричали все разом, закружили в водовороте, больно касаясь лица то крыльями, то крепкими клювами. Она во сне пыталась прикрыть руками глаза, опасаясь, что кто-нибудь из них точно ткнет, оставив ее слепой.

Проснулась Киарана резко, будто и не спала вовсе. Потерла лицо руками, сбрасывая остатки тревожного сна. Птицы казались ей вестниками путешествия. Всё-таки они ведь постоянно летают туда-сюда, так что она не слишком раздумывала о значении своего сна. А то, что клевали и кружили, так это из-за того, что она опасается проблем от всей этой затеи.

Успокоив себя такими мыслями, она позавтракала прихваченными вчера с рынка холодными пирожками и привела себя в относительный порядок. Собравшись, вышла из дому и направилась в сторону лавки, в которой ее дожидалась новая одежда.

Забрав все заказанное, девушка пару минут раздумывала, не купить ли ей лошадь, но потом отбросила эту идею. Лошади были дорогим удовольствием.

Нет, деньги у нее были, вот только не стоило соблазнять людей лишний раз. Ей и так придется прибиться к кому-нибудь, иначе одинокая странствующая девушка может заинтересовать путников с не слишком чистыми помыслами. А учитывая ее внешность, она хотела минимизировать будущие проблемы.

Она не считала себя писаной красавицей, но понимала, что вполне симпатична. И этого, как Киарана полагала, вполне хватит, чтобы пробудить в некоторых мужчинах совершенно не нужные ей желания.

Киарана вообще не слишком любила мужчин. Вернее опасалась их. Девушка понимала, что они намного сильнее физически, а быть уязвимой и беззащитной Киаране совершенно не нравилось.

Ей хватило ровно одного раза, когда ее попытался изнасиловать поздно вечером в подворотне обычный с виду мужчина. А ведь ей тогда было всего двенадцать. К тому же выглядела она – в штанах и с короткими тогда волосами – как обычный мальчишка. После того Киарана старалась не иметь дел с мужчинами, а предпочтительнее – обходить их стороной. А еще запомнила раз и навсегда, что ночью видимой по улице лучше не ходить.

Вернувшись к себе, она все аккуратно сложила в специально купленную дорожную сумку, оставив только походную одежду. Деньги пришлось прятать на себе. Всё-таки в случае чего она всегда сможет скрыться, а вот терять накопленные сбережения не хотелось.

Поглядев на книги, Киарана пару минут думала, но потом взяла только книгу о наследиях. Остальные решила оставить тут. Пусть стоят. Всё равно она намеревалась скрыть чердак от остальных специальными чарами. Кто знает, может, это место еще дождется ее.

Глянув на окно, Киарана кивнула сама себе. Время еще было, так что можно сходить освежиться перед дорогой. Мылись горожане каждый в своей лохани, таская воду из колодца с улицы. В общем, весьма трудоемкое занятие. Именно поэтому водные процедуры принимали редко, хорошо, если раз в месяц.

Киаране приходилось ходить для этого в один из соседних домов. Не могла же она купаться прямо перед носом у хозяев? В том доме жила старушка, глухая и подслеповатая. Жаль, что у нее не было чердака или какой-нибудь позабытой комнаты. Старушка рано ложилась и поздно вставала, так что Киарана вполне успевала спокойно помыться. Вообще, она сама себе напоминала призрака. Ходила, где хотела, и ее никто толком не видел. Иногда она наблюдала за жизнью людей, но отчего-то эта жизнь не вызывала у нее ни зависти, ни желания обрести такую же. Словно она была уверена в том, что у нее будет что-то совершенно иное.

Наверное, она привыкла к своей почти невидимой жизни, поэтому люди вокруг казались ей какими-то нереальными, что ли. Будто их разделяла тонкая стена, за которую никому из них невозможно проникнуть.

Вечером она проверила все еще раз, а потом, задув магический огонь, легла спать, решив, что в эту ночь надо выспаться. Завтра ей нужно будет искать себе попутчиков, а это значит – снова разговаривать с незнакомыми людьми.

Хорошо еще, путь до столицы не слишком дальний – лишь пара дней конного хода. И до Ховалона от столицы всего ничего. Докворд считался пристоличным городом. В нем селилось много аристократов, которые считали, что в столице слишком суетно.

Уснула она с тяжелыми мыслями, в который раз прокручивая в голове будущие события. Вот только она хорошо знала, что иногда жизнь может преподнести такие сюрпризы, о которых никогда не подумаешь.

****

Перехватив сумку удобнее, Киарана вместе с покидающими город людьми вышла за ворота. Оказавшись снаружи, она тут же постаралась отойти чуть в сторону – совершенно не хотелось попасть какой-нибудь лошади под копыта. Хотя в столь ранний час желающих выехать из города было не так много.

Если на нее кто-то и обратил внимание, то ничего не сказал. И неудивительно: сейчас Киарана выглядела как большинство женщин и девушек в этом городе. Непримечательно. Конечно, внешность не так легко спрятать, но на данный момент всем было плевать на незнакомку – своих дел полно. Так что особо никто не приглядывался.

– Простите, – приблизилась она к вознице одной из телег, решив, что пешком шагать до столицы совсем не хочется. – Вы ведь в столицу? Возьмите меня, пожалуйста. Я заплачу.

Хмурый дед оглядел Киарану с ног до головы, подслеповато щурясь. Одет он был в простые холщовые штаны, рубашку да грубую куртку, которая изрядно поизносилась. Совершенно обычная для среднего класса одежда. Седые волосы свисали длинными прядями почти до плеч, а мутноватые от старости глаза едва не закрывали густые, кустистые брови неожиданного каштанового цвета без единого седого волоска.

– Десять прумов*, – хрипло и явно бескомпромиссно выдал старик. – Плати сразу.

Киарана тут же кивнула. Конечно, цена была завышена на несколько прумов, но все же вполне сносна. Она вскарабкалась на телегу – длинное платье все-таки очень мешало, замедляло и сковывало движения, – а потом, поставив свою сумку рядом с вещами старика, достала самый маленький мешочек, развязала тесемки и вынула десять небольших коричневатых монет.

Отдав плату деду, она устроилась удобнее и принялась внимательно осматриваться. Зачем платила, если можно было просто отвести глаза и проехать бесплатно? Киарана давно уже поняла, что некоторые вещи нужно делать как обычный человек, иначе можно в один далеко не прекрасный день и вовсе исчезнуть. Однажды она приметила, что чем чаще применяет свои способности, тем меньше ее замечают. Словно само ее существование постепенно стиралось из реальности. И пусть Киарана была не слишком общительной, но осознавала, что не хочет однажды обратиться к кому-нибудь и понять, что ее просто не видят и не слышат даже без ее на то желания.

С тех пор она старалась сильно не усердствовать. Применяла способности только тогда, когда это было действительно необходимо, в остальное время вела себя как самый обычный человек.

– В Ховалон? – проскрежетал дед, невозмутимо глядя на дорогу. Киарана встрепенулась и опасливо поглядела на старика. Заметив движение, дед покачал головой. – Глаза у тебя мажьи, так что нечего сверкать ими понапрасну. Я, мож, и почти слепой, но человека от мага отличить смогу всегда.

Что-то Киарана очень сильно сомневалась относительно того, что он «почти слепой».

– Но откуда вы узнали, что я еду туда? – спросила Киарана, решив послушать, чтобы в дальнейшем избежать ошибок.

– Одета ты бедновато для мага. Они, знаешь ли, в такое тряпье не рядятся. Это ж маги, етить их. И возрастом подходишь. И время как раз соответствующее, – сказал старик, вытаскивая из-за пазухи курительную трубку. Такую же старую, как и сам дед. Бросив поводья, он недолго повозился, прикуривая. – А чего ты так пужаешься? – спросил, снова подхватывая управление и довольно попыхивая трубкой.

– Просто не ожидала, – ответила она, пожимая как можно более безразлично плечами. – А что, мои глаза слишком приметны?

Старик косо глянул на нее и хмыкнул.

– А то не знаешь? У нас, людей, такие яркие и чистые цвета никогда не встречаются. Хотя знавал я одну красавицу в молодости…

Старик пустился в воспоминания, а Киарана подумала, что он в действительности не такой уж и слепой, каким хочет казаться. Она точно знала, что ее глаза хоть и отличаются от глаз простых людей, но при свете дня заметить это не так-то легко. Нужно иметь хорошее зрение и присматриваться специально с близкого расстояния.

– У меня внук в тот самый Ховалон однажды уехал, – резко перескочил с темы своей далекой молодости дед. Киарана прислушалась. – Как уехал однажды, так и не вертался больше.

– С ним что-то случилось? – спросила она осторожно, боясь затронуть болезненную тему. Хотя старик ведь сам заговорил об этом.

– Случилось, – дед весь ссутулился, словно тяжелый груз ему давил на плечи. – Он ведь когда родился, я сразу понял – мажонок. Родители его радовались, я тоже – чего греха таить – был рад не меньше. Правда, радость наша долго не продлилась – вскоре Вечная прибрала к рукам своим костлявым и жену мою, и сына с невесткой. Остались мы с внуком вдвоем. Растил его, а потом, как полагается, в Ховалон отправил. Все хозяйство продал, чтобы домишко себе в столице купить. Поближе к внуку хотелось. Поначалу все нормально было. Как положено – на каникулы прибывал, а однажды, ближе к концу, попросту не вернулся. Это потом я узнал, что приглянулся он одному роду из этих из древних. Оженили его на девице своей. А он и рад, да и я тоже. Чего уж там. Стар я, скоро буду Вечную встречать.

– Но почему он оставил вас?

Киарану даже немного возмутило такое поведение незнакомого ей человека. Вот у нее никого нет. И хоть, честно говоря, она никогда не мечтала обрести семью или близких людей, но против них точно не была бы. Ей казалось невероятным, что кто-то по собственному желанию оставил родственника.

– А на кой я ему? Я и без помощи еще прожить способен. Денег мне чужих не надобно. Да и ему, молодому парню, возиться со мной, видать, не очень хочется.

– И все равно это странно, – Киарана нахмурилась. – Разве ж вы его не любили? А он вас?

– Да как же? Все как положено. Внук ведь, – отозвался старик. – Видал я его как-то издали. На коне, одет, как императорский наследник, спина гордая, одежа богатая. Взгляд прямой, ясный, – горделиво похвастался он, а потом тихо добавил: – И на меня в молодости похож.

Киарана насупилась. Видно было, что старик гордится своим внуком, но она этого не понимала. Конечно, она и раньше знала, что древние рода время от времени берут простых магов в семью, чтобы очистить кровь, но ей казалось, что те не отказываются от прежней родни. Да и все остальные так думали: взять хотя бы семью булочника, у которого недавно родился сын, магически одаренный.

– Ты не думай об этом, – заметив ее хмурый взгляд и недовольное выражение лица, посоветовал старик. – Давно это было. У меня голова тогда не такой седой была, да и глаза лучше видели, – хохотнул дед, а потом серьезно и тихо добавил: – Откипело уже, отболело.

– Сдается мне, что не так уж плохо видят ваши глаза, – сказала Киарана, решив перевести тему.

– С чего это ты так решила? – спросил дед и притворно насупился. – Негоже старика во вранье уличать. У самой-то есть кто? Отец, мать?

Киарана проводила взглядом толстое дерево на окраине дороги. Было оно какое-то слишком кривое, словно раньше расти ему что-то мешало, вот и выросло, как смогло. Отвечать не очень хотелось. Всё-таки до этого момента Кира ни с кем ничего подобного не обсуждала.

– Нет никого, – неожиданно даже для себя сказала она. Обычно девушка старалась избегать всяких откровений. Давно уже поняла, что людям все это совершенно не интересно. На самом деле их не трогают чужие судьбы. А раз не трогают, то к чему каждый раз понапрасну воздух сотрясать словами, которые все равно останутся неуслышанными? – В приюте росла.

– Вот оно как, – задумчиво потянул старик. – Имя-то хоть у тебя есть?

– Есть. Как не быть? – ответила она, недовольно нахмурившись. – Киарана.

– Ого, – старик явно удивился. – «Владычица»? Сильное имя. К такому имени и судьба должна нелегкая прилагаться.

Киарана с интересом поглядела на деда. Надо же, знает, что значит ее имя. Впрочем, ничего удивительного: имя у нее в самом деле весьма примечательное. Правда, сама она до недавнего времени как-то сильно об этом не задумывалась, да и представляться ей особо некому было, так что никто ее не просвещал.

А совсем недавно она нашла в одной из библиотек книгу, в которой были записаны различные имена, их значение и влияние на судьбу. В ней говорилось, что имя имеет прямую связь с тем, что ждет человека. К тому же там утверждалось, что по имени можно многое сказать о характере человека. Сама Киарана отнеслась к прочитанному весьма скептически, но информацию запомнила.

Старик правильно сказал, что ее имя весьма непростое. Означает «Владычица», или, по-простому, «Госпожа». Считалось, что это имя дается обычно детям, родившимся в царской или императорской семье. К тому же его могли давать и мальчикам. То есть если девочка, то Киарана, сокращенно Кира или Киара. Если мальчик, то Киаран.

– Можете называть меня просто Кира, – тихо сказала Киарана, подумав, что у того, кто давал ей такое громкое имя, было отличное чувство юмора. Назвать ребенка из приюта императорским именем – смех, да и только!

– Что ж, Кира, – старик задорно сверкнул глазами, – а меня кличут дедом Турином.

Киарана задумалась, вспоминая, видела ли она это имя в той книге или нет.

– Не трудись, – усмехнулся дед. – Имя означает «крепкое железо». Отец сказывал, что не людское имя это, гномье.

– А он что, гномов видел? – спросила Киарана удивленно. – Говорят, что их не видели уже тысячи лет.

– Отец был уверен, что видал именно гнома. А я не знаю, может, и сказки мне, мальцу, сказывал, – Турин улыбнулся, обнажая желтые, но все еще вполне целые зубы.

– А он не рассказывал, как тот гном выглядел и где они познакомились? – спросила она с интересом. Всё-таки магические расы ее привлекали. Хотелось узнать о них больше. И пусть она читала описание тех же гномов в книгах, но послушать тоже хотелось.

– Сказывал, отчего же нет? Говорил, что росту в нем было ему по грудь. Зато плечи широченные, руки здоровенные, как те кувалды. Борода мохнатая, до самого живота свисающая. Нос круглый, как клубень какой. Глаза небольшие, буравчики темные, от которых не по себе становится. А силен так, что сладу с ним никому бы из людей не было, коли захотел бы с ним кто силушкой померяться. А встретились они просто. Отец молодой был, в реку свалился. А река та быстрая, горная, думал он тогда, что закончились его деньки и пришло время встречать Вечную. Но судьба у него иная была, так что вытащил его тот самый гном, обругав при этом красными словами так, что отец на всю жизнь запомнил. Говорит, росту как в ребенке было, а так тряхнул его, приводя в чувство, что чуть голова с плеч не полетела.

Киарана улыбнулась, представив себе такую картину. И только хотела выспросить подробности, как дед Турин снова заговорил.

– Лошаденка у меня старая. Надо дать ей отдыху. Да и дело к вечеру катится. Со мной останешься али сама дальше пойдешь? – спросил он, глянув в ее сторону.

– С вами, если вы не прогоните, дед Турин, – ответила Киарана, решив, что не хочется идти одной. Да и прав был дед: время уже довольно позднее.

Турин тут же кивнул и дернул поводья, заставляя лошадь свернуть на едва заметную тропинку в лесу.

– Стоянка там у меня. Раньше, когда птицу на убой разводил, часто в Докворде бывал. Сейчас реже. Оно как? На столичный рынок нам, чужакам, раньше было не пробиться, все там занято. Вот и приходилось в соседний город кататься. Благо, что до него рукой подать.

В лесу было заметно темнее, а еще прохладнее. И как будто спокойнее, что ли. Киарана мельком подумала, что не стоило, наверное, ей ехать куда-то в лес с дедом, которого она до этого никогда и не видела. Но отчего-то в душе царило спокойствие, именно поэтому она решила довериться своим ощущениям и не волноваться раньше времени. Успеется еще.

До стоянки они добирались больше часа. Киарана не понимала, зачем заезжать так глубоко в лес. На что Турин пояснил, что по ночам вдоль тракта можно наткнуться на людей, которые промышляют разбоем. На большие отряды они не покусятся, а вот одинокого старика не пожалеют. Вот и приходится ему останавливаться так далеко от дороги.

Конечно, солдаты императора стараются вытравить эту нечисть, вот только место уж больно жирное. Одних поймают, на их место приходят другие.

Стоянка Киарану удивила. С краю поляны, спрятанная густыми кустами, ютилась небольшая избушка. Сразу и не поймешь, что это на самом деле домик, настолько он был укрыт всякими ветками да палками. Создавалось впечатление, что в этом месте просто очень густой кустарник.

– Что здесь в округе нашел, из того домишко и собрал, – поделился Турин, распрягая лошадь и привязывая ее к колышку посреди поляны. Животное тут же принялось щипать траву, совершенно не обращая внимания на людей. – Шибко не старался. Так, чтобы в дождь за шиворот не текло. Да и спать на земле или в телеге я не могу. От землицы тело стынет, а от телеги спину потом ломит.

Внутри действительно не было ничего особо шикарного. Поглядев по сторонам, Киарана поняла, что Турин сказал правду: избушка явно не была рассчитана на то, чтобы в ней жить. Одна комната метра три на три. Около одной стены кровать с матрасом, посередине самодельная простенькая печь, да кривоватый стол рядом. Пол устлан мелкими ветками с листьями. На одной из стен – полочка с несколькими горшками. Щели заткнуты лесным мхом и замазаны глиной. Все сделано вроде бы и аккуратно, но явно не на года.

– Если дождь, то подтекает со стороны двери, – поделился Турин. – Сейчас печь затоплю. Ты как, кашу варить умеешь?

Киарана кивнула, осторожно укладывая свою сумку в одном из пустых углов.

– Приходилось, – добавила она вслух, подумав, что в темноте избушки ее кивок мог остаться незамеченным.

– Вот и славно. И правильно. Маг или нет, а вот поесть сообразить – всегда надо уметь. Мало ли куда кривая занесет, – Турин покряхтел, вытаскивая из сумки небольшой мешок с крупой, и положил его на кровать. Рядом тут же оказался горшок и пара лепешек. – Вот там масло и соль, – кивнул он в сторону полки. – Я за хворостом пойду, – сказал и вышел, осторожно притворив за собой хлипкую дверь.

Киарана выдохнула, только сейчас понимая, что держалась все это время напряженно. Пусть Турин и не выглядел опасным, но она не привыкла доверять людям просто так.

Постояв около кровати, она вздохнула, не понимая, зачем ей это все нужно было. Шла бы одна, пряталась, как и раньше. Животные в лесу вряд ли бы ее тронули, а люди не увидели бы. Спокойно добралась бы до Ховалона, и все. Но ее зачем-то потянуло к этому деду, да еще она и согласилась ночевать с ним под одной крышей.

Киарана снова вздохнула. Вряд ли она сможет уснуть. Чувство опасения не даст ей сомкнуть глаз.

Чуть позже, когда старик затопил печь, она все-таки сварила вполне съедобную кашу. Турин похвалил ее, а потом собрался на выход. К тому времени на улице совсем стемнело.

– Спать буду в телеге, – сказал он, заметив в едва уловимом свете от почти сгоревшей свечи ее вопросительный взгляд.

– Но вы ведь говорили, что у вас после сна в ней спина болит.

– Болит, – кивнул Турин, соглашаясь. – Ничего, одну ночь перетерплю. Не выгоню же я тебя на улицу. Ложись спать, завтра рано вставать.

Киарана долго не укладывалась, прислушиваясь к ночным звукам леса. Ей все мерещилось, что вот-вот в домик ввалится кто-нибудь с оружием. Но время медленно текло, а никто так и не пришел.

Немного подумав, она наложила на дверь запирающие чары, решив, что лишним это точно не будет.

Ночь прошла тревожно. Не привыкшая никому доверять, девушка постоянно просыпалась и прислушивалась. Но все вроде было спокойно. Крики ночных птиц. Скрип деревьев. Шум ветра, шевелящего листву. Далекое завывание какого-то лесного зверя.

Конечно, она сомневалась, что люди станут слишком шуметь, но, вопреки ее ожиданиям, так ничего и не произошло.

Устав крутиться на чуть влажном из-за лесной сырости матрасе, пропахшем отчего-то землей, она поднялась и сняла чары, выходя осторожно на улицу. Было еще темно, но становилось понятно – утро не за горами.

– Проснулась? Рано ты.

Киарана едва не подпрыгнула от неожиданности, впиваясь взглядом в Турина, возившегося рядом с телегой.

– Проснулась, – согласилась она, унимая встревоженное сердце.

– Проклятая спина не дала мне толком уснуть, – пожаловался дед.

– Надо было вам ложиться в доме. Я вам ведь говорила.

На эти слова Турин только отмахнулся, даже не глянув на нее.

– Сейчас поедим и поедем дальше. К вечеру до ДалиМат доберемся.

Она в ответ лишь пожала плечами, закидывая сумку в телегу. Как и сказал Турин, они почти сразу выехали, предварительно проверив, чтобы в печи не осталось никакого огонька. Еще несколько часов старик был ворчливым и недовольным, но потом вроде отошел и снова принялся сверкать глазами из-под кустистых бровей.

Дорога между двумя городами пустой не была. Им навстречу то и дело попадались люди – и пешие, и конные, и на телегах. Пару раз даже кареты проехали. Да и в сторону столицы тоже немало направлялось. Конечно, их догоняли и опережали, так как лошадь у Турина на самом деле была старой и топала медленнее, чем ее более молодые товарки. Но даже так они добрались до ДалиМат – столицы империи Асмальдар – довольно быстро. Турин сказал, что название столицы выбрано не случайно. Она стоит на равнине, около гор. А с гор сбегает бурная река, растекающаяся по этой равнине сотнями мелких ручейков и речушек. Если смотреть сверху, то это похоже на тонкие ветви, растущие у дерева. Так вот в столице имелись сотни разных мостов, перекинутых через эти большие и не очень ручьи и речки. Отсюда и название ДалиМат – «тысяча мостов».

– А вон твой Ховалон, – кивнул в сторону гор Турин.

Ховалон – академия магии великой империи Асмальдар. Он представлял собой громадный замок, который даже на фоне гор смотрелся внушительно. Его остроконечные башни, казалось, были устремлены в самое небо. Замок-крепость, который на протяжении всей истории империи никто ни разу так и не смог покорить. Хотя однажды, давным-давно, противники дошли до столицы, но академия им так и не далась. Маги тогда отстояли свою твердыню вместе с империей.

Замок производил неизгладимое впечатление. Он был слишком большим, отчего казалось, что люди не могли построить нечто столь монументальное. Даже на фоне столицы он выглядел хмурым и грозным великаном, неподвижным и безмолвным.

– До начала приема осталось несколько дней. Тебе есть где остановиться? – вывел Киарану из задумчивости Турин. – Если нет, то я могу сдать тебе комнату на постой. Пятнадцать прумов сутки. За это получишь кровать и еду.

Киарана тут же цепко глянула на Турина, словно пытаясь прочесть его мысли.

– Зачем это вам? – спросила она, мысленно выискивая в предложении деда подвох.

– Скучно нам, старикам, – признался Турин. – Расскажешь мне о своей магии. Ты же училась в школе? Мой вот учился. Да только я толком и не понял чему. Сколько лет живу на свете, а все так и не понял, что делает эта ваша магия. Не вижу ее, не понимаю.

– Разве он вам ничего не показывал? – спросила девушка удивленно. Конечно, какие-то заклинания и чары не видны человеческому глазу, но ведь есть много таких, которые могут влиять на окружающий мир и заметны обычным людям. Например, зажжение огня или левитация предметов. Турин на ее вопрос только отрицательно мотнул головой.

– Чего везешь? – крикнул страж на воротах, подходя к телеге и заглядывая за невысокие борта. Они в этот момент почти подъехали к городской стене. – А, это ты, старик. Кто это с тобой? – тут же поинтересовался мужчина, с интересом оглядывая Киарану.

– Маг. Пробоваться приехала. По дороге подобрал и довез. А что не так, Дидли? – спросил Турин, скрытно протягивая ему небольшой мешочек, в котором позвякивали монеты.

– Да, – отмахнулся стражник, ловко и быстро пряча мешочек в карман. – Вчера начальство рвало и метало, – подманив старика пальцем, зашептал Дидли. – Проверка какая-то сверху, вот они и гоняют нас. Ну бывай, старик.

Стражник отошел от них и тут же обратил внимание на приблизившегося всадника, принимаясь выспрашивать, кто таков и чего ему надобно в столице.

Турин задумчиво пожевал губу, погоняя лошадь, чтобы двигалась быстрее, не мешала остальным.

– Так что? – спросил он после того, как они въехали в город. – Сойдешь тут или остановишься у меня?

– Двенадцать прумов за сутки, – предложила Киарана, решив довериться своей интуиции, которая спокойно молчала.

– Что ты! Четырнадцать, и не прумом меньше! – с радостью подхватил Турин, все правильно поняв.

– Самый настоящий грабеж, – тихо проворчала вроде бы недовольно Киарана, но так, чтобы Турину было слышно. – Тринадцать – это последнее мое слово.

Дед заулыбался и закивал, сворачивая вправо. Жилище его стояло около самой стены. Это был небольшой одноэтажный домик с двумя комнатами и кухней. К нему прилагался огород и сарай, в котором Турин раньше разводил птицу на продажу, а теперь держал лошадь.

Позднее она узнала, что чем ближе к центру, тем больше становились дома и, конечно же, никаких огородов и сараев там уже не было. Около стены людям разрешалось иметь скот или возделывать огород. Правда, за это приходилось платить. К тому же владельцев обязывали содержать прилегающую территорию в чистоте. За грязь штрафовали. А еще хозяевам животных было предписано скрывать их пребывание в черте города, отчего в этом районе у многих домов были высокие заборы, за которыми и зданий-то почти не было видно.

– А как тут с ночными жителями? – спросила Кира, понимая, что место, на первый взгляд, не самое безопасное. От вора, желающего присвоить что-то, не смогут оградить никакие заборы.

– С этим в ДалиМат спокойно, – отозвался Турин, заводя лошадь с телегой во двор. – Император за этим следит. Правда, его хватает только на этот город, за его стенами все не так хорошо. Стражников тут полно, вот только я бы все равно не советовал ходить куда-то по ночам.

Киарана кивнула, показывая, что услышала и приняла к сведению. Оглядевшись, она решила помочь с разгрузкой телеги.

До дня поступления оставалась всего пара суток. Это время Киарана решила потратить на то, чтобы хотя бы немного осмотреться в столице.

*1 гильд = 1 золотая монета в ней 100 аргенов

1 арген = 1 серебряная монета 100 прумов

1 прум = 1 медная монета

Остановившись, Кира прилипла спиной к стене и поглядела на дом, из которого доносился шум. Судя по яркому свету в окнах и количеству карет рядом, было понятно, что сейчас там проходил какой-то прием.

Киарана внимательно огляделась по сторонам, признаваясь себе самой, что ночная столица выглядит довольно привлекательно. Тут во множестве горели фонари, дорога была чисто выметена, а дома поражали своей ухоженностью и аккуратностью. Конечно, ближе к городской стене все было не так радужно, но тоже вполне неплохо. Хотя фонарей там точно нет, да и дороги не выложены камнем, а просто присыпаны песком.

Отчего-то решив понаблюдать за входящими и выходящими людьми, Киарана устроилась удобнее, по привычке воротом скрывая свое лицо так, что видно было только глаза.

Она не раз видела такие приемы в домах магов, поэтому примерно представляла, что там могло сейчас происходить.

Дамы, как обычно, сверкали от количества надетых на них украшений. Их платья, слишком широкие и явно неудобные, походили на перевернутые колокольчики. Прически девушек и женщин удивляли Киарану своей сложностью и объемом. Она понимала, что для того, чтобы так выглядеть, нужно провести не один час перед зеркалом. Скорее всего, им приходилось начинать приготовления с самого утра.

Мужчины были одеты проще, но держались при этом в своих темных, приталенных, доходящих до колен костюмах так, словно каждый из них сам император. Украшения на них тоже имелись, но более скромные. А еще многие носили трости с разными замысловатыми набалдашниками.

Она сама не понимала, зачем стоит тут, в темноте, рассматривая людей явно из самого высокого сословия. Скорее всего, судя по тому, что дом находился почти в самом центре столицы, здесь собралось множество магов. Ей тут точно не место. И нет, не потому, что она считала себя ниже, чем они, просто маги всегда могли ее почувствовать. Пусть не увидят, но ведь это не помешает им бросить какое-нибудь заклинание в подозрительное, по их мнению, место. Конечно, такого никогда не случалось, но ведь все когда-то происходит в первый раз.

Отлипнув от стены, она осмотрелась. Казалось, вся улица собралась в одном доме. В других особняках не было видно ни света, ни какого-либо движения, отчего они казались молчаливыми свидетелями этого праздника жизни.

Подняв голову, Киарана чуть отошла от здания, рассматривая его внимательнее. Если уж хозяев нет, это буквально можно расценить как приглашение наведаться в гости.

Заходить с парадного входа нельзя – могут случайно что-нибудь увидеть. Всё-таки будет весьма странно выглядеть сама по себе открывшаяся и закрывшаяся дверь. Но в любом таком доме просто обязан быть черный ход.

Осторожно ступая, Кира дошла до угла дома и остановилась. Темноты она никогда не боялась, если учесть, что большая часть ее жизни протекала именно по ночам. Да и видела она в темноте просто отлично. Днем она предпочитала спать, по крайней мере раньше.

Вот только сегодня отчего-то стало не по себе.

Киарана замерла, напряженно всматриваясь в темный переулок. Обычно в таких местах грязно и нестерпимо воняет, но, видимо, в центре столицы даже переулки были чистыми.

Вдали загрохотало. На город надвигалась гроза.

Киарана прислушалась к себе, пытаясь понять, почему ноги не желают делать ни единого шага вперед. Темнота, как обычно, была мягкой, доброжелательной и пахла грозой.

Тогда почему?

Нахмурившись, Кира подняла руку и прикоснулась к холодному камню стены, краем сознания отмечая, что у нее слегка подрагивают пальцы.

Нет, это не страх. Это какое-то иное чувство. Предвкушение? Нетерпение? Интерес? Кажется, все вместе. Нечто подобное она всегда ощущала, когда находила новую закрытую библиотеку.

Когда с другой стороны переулка послышались шаги, она даже не удивилась. И выдохнула облегченно, снова опираясь спиной о стену. Правда, перед этим Киарана юркнула чуть глубже в тень, чтобы её не задевал свет от ближайшего фонаря. Нет, ее и так вряд ли бы заметили, но лучше было не рисковать.

Очень скоро к шагам прибавился и силуэт ночного прохожего. Судя по всему, это был мужчина. Киарана даже дышать перестала, боясь, что дыхание выдаст ее. Отчего-то в этом месте даже веселье из соседнего дома звучало приглушенно, словно издалека.

К первым шагам прибавились другие, на этот раз торопливые.

– Постойте.

Киарана вздрогнула, вжимаясь в стену сильнее. Она была уверена, что говорили на совершенно не известном ей языке. Но при этом она прекрасно поняла, что было сказано, будто перевод возник прямо у нее в голове.

– Ну что еще? – ответ был довольно холоден. Мужчина явно остановился.

– Вам нельзя прибыть туда просто пешком, – сказал тот, кто догонял первого человека. Причем он его догнал, так как звук шагов стих.

– Почему нет? – спросил немного раздраженно первый.

Киарана вслушалась в голос, понимая, что звучит он слишком притягательно для человека. За свою жизнь она слышала множество голосов, как простых людей, так и магов, но почему-то от этого бежали мурашки по спине. Казалось, крохотные искорки сбегают вниз вдоль позвоночника, вызывая приятную дрожь.

– Люди так не делают, – посетовал второй. Кира буквально видела, как он осуждающе покачал головой. Они стояли слишком далеко, чтобы можно было хорошо их рассмотреть, зато голоса, благодаря тишине и какому-то непонятному эху, слышно было просто отлично. – У них есть так называемые кареты, запряженные лошадьми. И все высокородные должны являться на такие собрания исключительно с их помощью.

– Скажи мне, Доций, зачем мне вообще туда идти? – спросил первый, при этом прозвучало это будто бы устало.

Киарана услышала тяжелый вздох. Она могла поклясться, что он принадлежал именно второму. Ей даже стало жаль этого человека. Первый явно не обладал покладистым характером. Только странно, что он не знал о каретах. Откуда он? Кира сомневалась, что в империи есть такая глушь, где не слышали бы о конных экипажах.

– Вам нужно привыкать к обществу людей, – терпеливо пояснил Доций.

– Зачем? – опять спросил первый. Было ясно, что он просто тянет время, так как даже Киарана понимала, что этот разговор происходил не в первый раз. Кажется, несговорчивый собеседник успел замучить Доция, но тот словно не обращал внимания ни на прохладные интонации, ни на вопросы.

– Вы ведь знаете, – Кира услышала в голосе Доция нотки обиды. Кажется, еще немного – и спутник его допечёт. – Подписано соглашение, и как гарант…

– Да, да, я в курсе, – перебил Доция первый. В его голосе отчетливо слышалось раздражение. Не совсем понятно было, что именно так сильно выводит его из себя. Не желает быть каким-то гарантов? Его злит, что нужно пойти сейчас на прием? Или же он просто сам по себе такой? – Ты чувствуешь запах? – резко и как-то приглушенно спросил мужчина.

Они оба до сих пор стояли вдалеке, да и темнота скрадывала мелочи, так что Киарана видела только силуэты. Единственное, что она могла понять, – первый явно был выше Доция.

– Какой именно? – в голосе Доция все еще звучала глухая обида на своего, как поняла Киарана, господина. – Тут все пропахло людьми. А где-то неподалеку издохло что-то. Приближающимся дождем еще пахнет.

– Нет, – голос первого понизился и стал тише, будто он боялся кого-то спугнуть. – Ну же, Доций, неужели тебе отбило нюх?

Кира вздрогнула, поняв, что шаги возобновились. А когда осознала, что идут явно в ее сторону, ее сковало оцепенение. Она замерла, будто к ней сейчас крался самый настоящий смертельно опасный хищник.

– О, – выдохнул Доций. – Вы правы, пахнет… странно. Что это?

Первый шагнул ближе к Киаране, при этом попав под свет уличного фонаря. Если бы Кира до этого не замерла, то обязательно сделала бы это сейчас.

Кто бы сейчас ни стоял в паре метров от нее, человеком он быть никак не мог. Мужчина выглядел… необычно и непривычно. Что-то в нем было такое, что отличало его и от магов, и от обычных людей.

Ни у первых, ни у вторых она не встречала таких совершенно белых, будто лишенных какого-либо цвета, волос. Они не были длинными, всего лишь едва доставали до плеч. Привлекали внимание также красные, цепкие глаза, в которых плескались оранжевые отблески от света фонаря. У людей такой цвет никогда не встречается. Да и все остальное было хоть и привычным, но каким-то… не таким. Об этом говорили и губы, слишком правильной, будто специально вылепленной искусным умельцем, формы. Все его лицо казалось каким-то ненастоящим, словно выточенная из камня идеально-красивая маска. Лишь красные глаза на нем блестели жизнью. В них плескались эмоции и скрытые чувства.

Но, несмотря на холодную внешность, от него исходило нечто такое, что притягивало Киарану и одновременно отталкивало. Это было как смотреть на что-то прекрасное, при этом хорошо зная, что оно в любой момент может обратиться в монстра и убить тебя. Любуешься, и тебя раздирают противоречия. Хочется прикоснуться, и знаешь, что это прикосновение может оказаться последним в твоей жизни.

– Не уверен, – шепотом ответил этот странный мужчина, делая в сторону Киараны еще пару шагов. При этом он явно принюхивался. А еще смотрел, смотрел, но… не видел. Это немного успокоило Киру, хотя она даже не сделала попытки пошевелиться, понимая, что стоит ей сдвинуться хоть немного, как он почует это и бросится вперед. И кто знает, что за этим последует. Киаране совершенно не хотелось узнавать. – Но кто бы тут ни был раньше, сейчас его здесь нет. Хотя запах устойчивый, можно проследить.

Сердце Киараны тревожно забилось, и, кажется, это… существо что-то ощутило или же услышало. Мужчина весь встрепенулся, приподнимая верхнюю губу. Кира с какой-то отстраненностью наблюдала, как у него стремительно увеличиваются клыки.

«Вампир?» – подумала она, всеми силами стараясь унять сердцебиение.

Мужчина между тем снова втянул носом воздух и стремительно к ней приблизился. Киарана едва удержала испуганный вскрик, когда поняла, что он стоит слишком близко. Его глаза сверкали на бледном лице, а губы словно сами по себе растягивались в улыбку.

С неба упала первая капля дождя. Сверкнула молния, а потом спустя пару секунд громыхнуло так, что, казалось, кто-то наверху разорвал небо на части. Почти сразу на землю обрушился ливень.

Киарана не знала, что делать. Уйти она не могла, так как осознавала: стоит шелохнуться, как ей конец. Но и стоять дальше не было смысла, так как она понимала – ее чуют и слышат, а значит, сделать вид, что ее тут нет, нельзя.

С противоположного конца переулка послышался какой-то шум. Мужчина нехотя повернулся в ту сторону. К ним подошли еще двое. Кажется, все они о чем-то разговаривали, но Киарана ничего не слышала из-за звука собственного сердца. Ей казалось, что он перекрывал даже шум дождя.

Когда беседующие всё-таки отошли от нее, Кира едва смогла удержать вздох облегчения. А уж когда она поняла, что они удаляются, так и вовсе позволила себе расслабиться, выдохнуть и чуть подвинуть неудобно стоящую до этого ногу.

«Неужели решил, что показалось?» – подумала она, впервые в жизни чувствуя сильнейшее облегчение. Казалось, все ее тело, секунду назад напряженное, как натянутая струна, сейчас превратилось в аморфную массу, словно из него выдернули внутренний стержень.

В этот же миг перед ней возник ушедший, как она думала, мужчина. От неожиданности она все-таки вскрикнула, снова вжимаясь в стену. Он зловеще улыбнулся, будто его что-то весьма обрадовало. Приблизившись почти вплотную, он протянул руку явно наугад, но это не помешало ему коснуться щеки Киараны. Она даже толком не поняла, в какой момент опустила воротник, обычно скрывающий лицо.

Когда мужчина снова отошел, а потом лизнул пальцы, только тогда Кира поняла, что он ее оцарапал своими когтями.

Вампир – а у нее уже не было никаких сомнений, что это именно он, – растянул губы в довольной улыбке, а потом резко развернулся и ушел.

Она еще минут десять стояла неподвижно, опасаясь, что это снова была уловка, а потом, забыв, что собиралась найти какую-нибудь библиотеку, поспешила домой. В тот момент ей хотелось оказаться как можно дальше от места, где произошло что-то явно странное.

Уже лежа в кровати, Киарана вновь возвращалась мыслями к произошедшему. Сон не шел. Даже убаюкивающий шум дождя на улице совершенно не помогал, хотя раньше он ее отлично успокаивал.

Стоило ей закрыть глаза, как она тут же видела вампира и его нечеловеческие глаза. Она была уверена, что при свете дня глаза вампира должны выглядеть невероятно. Красные. Надо же. Правда, вампиры, насколько она помнила, не очень любят дневной свет. Кира никогда бы не подумала, что у живого существа могут быть глаза такого необычного цвета. Причем, как ей показалось, они как будто чуть сияли, словно подсвеченные изнутри. А еще были притягательными и завораживающими.

Все черты лица по отдельности выглядели красивыми, но вот общий облик заставлял Киру ежиться под одеялом и невольно вздрагивать при звуках грома.

От вампира веяло опасностью. Она никогда не ощущала ничего подобного. Это был хищник. Жестокий, сильный, неутомимый. Киарана читала, что вампиры могут двигаться без перерыва длительное время. Причем не просто идти, а бежать с немыслимой для человека скоростью. На них словно не действуют обычные законы мира и тела. А уж про силу и говорить не стоит.

Впрочем, насколько она знала, все магические существа были намного быстрее и сильнее человека. Они все словно не были ограничены слабым телом, ведь их сходство с людьми было лишь внешним. Людей создала природа, магических существ – магия. Казалось, у созданий магии одни плюсы и править бы им бал, вот только природа подстраховалась, даровав людям одну беспроигрышную способность.

Создания магии по разным причинам не могли позволить себе иметь много детей. У каждой расы дети считались почти священными. И неудивительно, ведь рождались они очень редко.

А вот люди размножались в неограниченных количествах. Возможно, именно это и спасало их от незавидной участи быть полностью истребленными.

Вздохнув и перевернувшись на другой бок, Кира поморщилась от боли в щеке и сразу встала. До этого момента она и думать забыла о царапинах, настолько была взволнована, а сейчас из-за боли вспомнила.

Буквально тут же свеча на прикроватной тумбочке вспыхнула зеленоватым огнем. Почему-то сейчас Киарану это расстроило. Она часто задавалась вопросом: отчего у нее не выходит обычный огонь? Но так до сих пор и не нашла ответа. То ли заклинание, выученное давным-давно, оказалось неправильным, то ли она что-то делала не так, но факт налицо – огонь у нее выходил какой-то зеленоватый.

Порывшись в вещах, она отыскала небольшое зеркало – эта вещь была одной из самых дорогих у нее, ведь зеркала стоили весьма недешево. Глянув в него, убедилась, что на щеке у нее красуются три короткие и не слишком глубокие царапины. Причем, насколько она видела, они уже начали заживать. Это хорошо. Ушибы и царапины у нее всегда заживали очень быстро.

Выдохнув, Киарана убрала зеркало, затушила свечу и снова легла.

Если царапины не тревожить, к утру заживут. Это успокаивало. Мысли Киры тут же потекли в другом направлении. Язык, на котором говорили вампиры, она точно знать не могла, но отчего-то понимала. Почему? Тоже часть предполагаемого наследия?

Она может становиться невидимой для всех. Как показала практика, даже магические существа ее не видят, если она того не хочет.

«Но чуют, – расстроенно подумала она, опять перевернувшись на другой бок. – Или слышат».

Она, вероятно, может понимать не только человеческий язык. Хотелось бы попробовать услышать, например, эльфов, чтобы знать точно – все ли языки она понимает, или это только с вампирами отчего-то повезло. Пока она решила придерживаться мнения, что все. По крайней мере до тех пор, пока реальность не докажет обратного.

По словам вампиров она поняла, что ее запах по какой-то неведомой причине отличается от человеческого. Если бы она пахла, как обычный человек, то вопросов было бы меньше.

Итак, невидимость, знание языков (пока точно не известно, но пусть будет так), нечеловеческий запах.

Кира и раньше предполагала, что на обычного человека она не вполне похожа, а теперь была в этом полностью уверена. Либо это никакое не наследие и она сама – магическое создание неизвестного ей вида. Все может быть, ведь своих родителей она никогда не видела и всю жизнь прожила среди людей. Неизвестность немного раздражала, наверное, именно поэтому Кира уже почти смирилась, что у нее все-таки проснулось какое-то непонятное наследие, – этим можно было бы объяснить все ее необычные особенности.

На улице громыхнуло так, что Кира зажмурилась от удовольствия. Она любила такую погоду. Кто-то боялся грома и молний, а она всегда словно впитывала в себя эту невероятную атмосферу.

Мысли снова скользнули к вампиру. Она отчего-то вспомнила его волосы, их необычный цвет. Белые. Да, белый цвет ей тоже нравился, почти так же, как и грозы с дождем.

Вспомнив разговор вампира с Доцием, Киарана нахмурилась. Судя по всему, вампир был не из простой семьи. Интересно, сколько ему лет? Если опираться на разговор, то у него не самый хороший характер. Скорее всего, наследник какого-нибудь древнего вампирского рода. А так как единственный, то и характер из-за этого тяжелый и наверняка паршивый.

Киарана и сама не заметила, как уснула. Утром же ночные страхи и волнения показались раздутыми и несущественными. В самом деле, какое ей дело до этого вампира? Ну, увидела, и ладно. Все-таки до этого момента ее окружали лишь люди.

Вынув зеркало, Кира убедилась, что царапины зажили. При мыслях о них она нахмурилась. И зачем было ее царапать? Чтобы попробовать кровь? Тогда почему он сразу ушел? Не понравилось? Не то чтобы Кире хотелось, чтобы вампир остался, просто это ее немного выбивало из колеи. Сделав даже по собственному мнению немного натянутое предположение, что тот просто хотел убедиться в присутствии кого-то в переулке, Киарана выбросила этот инцидент из головы и принялась одеваться. Нечего голову забивать раньше времени, все равно ответы именно сейчас ей никто не сможет дать.

До поступления было еще время, так что она решила побродить по столице при свете дня. Все-таки считалось, что ДалиМат – самый красивый город империи.

– Проснулась?

Турин пару раз стукнул костяшками пальцев по двери и, дождавшись приглашения, вошел в комнату.

– Доброе утро, – поздоровалась девушка, заправляя кровать.

– Доброе, – покивал дед, цепко оглядывая ее. – Ты к академии-то все прикупила? Сумка у тебя больно тощая. А ведь после поступления оттуда в первый год никого не выпускают.

Киарана непонимающе на него посмотрела.

– А что, надо что-то покупать? В письме об этом ничего не было сказано, – тихо произнесла она, а потом захлопнула рот, опасливо глядя на Турина. Зря она надеялась, что дед ее не услышал.

– В письме? Дашь взглянуть? – спросил он, смотря на нее немного удивленными глазами.

Немного подумав, Кира кивнула и достала из сумки письмо-приглашение. Турин письмо прочитал, понюхал, едва не на зуб проверил, а потом пошаркал ногами по полу и сел на недавно заправленную кровать.

– Интересно. Моему внуку никакого письма не приходило. Что это значит? – спросил он будто ни у кого конкретного, а сам у себя. – А это значит, что не простой ты маг, девочка. Впрочем, неудивительно. К академии надо тщательней готовиться, так что собирайся, сходим с тобой на рынок. Всё-таки тебе там целый год почти жить, а вещи там не выдают.

Оставив письмо на кровати, Турин вышел из комнаты. Кира даже не подумала спрашивать его, почему он считает, что она не простой маг. Нет, она и сама знала, что с ее способностями простым магом она вряд ли окажется, но ведь деду ничего известно не было. Так почему?

Собираться ей особо не нужно было, поэтому она взяла часть денег , а остальные запрятала под неприметную доску в полу – вчера еще заметила, что та не прибита к полу как надо, – опасаясь, что, пока они с дедом ходят за покупками, кто-нибудь наложит на ее сбережения лапы.

Хорошо, что рынок был не в центре города, иначе они дошли бы до него в лучшем случае к вечеру. Турин ходил очень медленно. Впрочем, Киарана не жаловалась. Она с удовольствием разглядывала дома, улочки, разнообразные растения в горшках, виднеющиеся на окнах. Довольно часто встречались всевозможные таверны и трактиры. И везде можно было увидеть цветы. А еще мосты. Полукруглые, выложенные из камней, они явно были главным украшением столицы. Весь город был буквально прошит тысячами небольших речек. Из-за них улицы часто имели несколько кривоватый вид, но, судя по всему, никто и не думал жаловаться.

Люди уже с утра сновали туда-сюда, занимаясь своими делами. Изредка проезжали всадники, прогоняя прохожих со своего пути. Пару раз встречались повозки с бочками, которые тянули ослы. Продавцы, шедшие рядом, громко зазывали купить молока. Иногда женщины даже из дому не выходили, просто высовывались из окон и протягивали разные горшочки или небольшие бочонки, а потом совали в руки благодарному продавцу плату.

Столица была уютной и явно ухоженной. В Докворде такого не было. Здесь, казалось, даже люди какие-то другие, более улыбчивые, яркие, приветливые. Вроде бы до соседнего города всего пара дней пути, а разница колоссальная. Видимо, правду говорят, что император весьма заботится именно об этом городе, оставаясь равнодушным ко всей остальной империи.

– Вот и пришли, – сказал немного запыхавшийся Турин.

И правда, стоило им свернуть с улицы и перейти горбатый мостик, как перед ними распростерлась площадь, явно отведенная под местный рынок.

Киаране хотелось спросить, что именно ей нужно для академии, но она решила пока молчать. К тому же ее волновал тот факт, что ее могут и не принять вообще. Мало ли что там было написано в письме. Она, конечно, знала, что маг, но вдруг ее силы не хватит, чтобы учиться в Ховалоне? Или выяснится, что письмо – просто чья-то ошибка. Про что-нибудь пугающее, вроде того, что письмо может оказаться ловушкой, ей думать не хотелось. Она лишь надеялась, что ее способности в случае чего помогут ей вырваться и скрыться.

– Нехорошо выйдет, если в академию тебя примут, а у тебя с собой ничего не будет, – проворчал Турин, целенаправленно вышагивая в сторону лавок. Людей вокруг было полно, поэтому приходилось внимательно следить, чтобы на кого-нибудь не натолкнуться. Ну и за деньгами тоже надо было присматривать. В такой толчее воришки могли забраться куда угодно за вожделенным мешочком с монетами. – Прежде всего ты должна побывать здесь.

Турин остановился перед самой дальней и, откровенно говоря, даже с виду неуютной лавочкой. Казалось, лавка всем своим видом пыталась отогнать любопытных клиентов. Судя по тому, что к ней старались даже не подходить близко, – со своей задачей она справлялась.

Старик решительно толкнул дверь, тут же поморщившись от звука колокольчика. И Кира подумала, что сделал он это как-то… привычно, что ли. Словно он много раз уже тут бывал и слышал этот мелодичный перезвон, который явно ему надоел до зубовного скрежета.

– Аргая! – каркнул он, а Киарана только утвердилась в своих предположениях, что Турин знает это место и, видимо, хозяйку лавки.

– Чего разорался? – недовольно ворча, из соседней комнаты вышла очень, очень старая женщина. Кира во все глаза на нее уставилась – она никогда не видела настолько пожилых людей. Казалось, что тело женщины сморщилось, превратившись в пожухлую, смятую, засохшую ягоду.

Старуха была горбатой, с крупным носом, оттопыренной нижней губой и внимательными глазами совершенно черного цвета. Ее полностью седые волосы прятались под ажурным черным платком, а скрюченные пальцы не выпускали корявую клюку. Голос старой женщины скрипел, а взгляд заставлял ежиться и отступать назад.

Стоило Аргае увидеть Киарану, как старуха тут же встрепенулась, всматриваясь в нее своими жутковатыми глазами. И отчего-то Кире чудилось, что та все про нее знает и видит. Спина похолодела, как и ладони.

– Так-так. И кого это ты ко мне привел, старый прохвост? – проскрипела Аргая, медленно выходя из-за невысокого, узкого и длинного столика, который как бы отделял одну зону лавки от другой. – Какие интересные глаза.

– Нам нужен какой-нибудь амулет… – начал Турин, но Аргая взмахом костлявой руки остановила его, а потом, еще раз смерив молчащую Киарану внимательным взглядом, ушла обратно в ту комнату, из которой еще недавно вышла.

Кира выдохнула, понимая, что все это время задерживала дыхание. Она быстро огляделась. Внутри лавка, как и снаружи, не вызывала ничего, кроме желания уйти отсюда скорее. На многочисленных полках стояли какие-то горшки, покрытые пылью и паутиной. Казалось, в этом месте не убирались несколько десятков лет.

Киарана была не из тех, кто станет презрительно морщиться, увидев подобное. Она бывала в местах и более старых. В некоторых библиотеках, к которым она получала доступ, уборки не бывало, судя по тому, насколько там было пыльно, пару сотен лет, а то и больше. В таких местах Киарана боялась применять магию, поэтому поначалу хотя бы немного прибиралась, чтобы не сильно пачкаться, просиживая там целыми ночами.

Если бы кто-то спросил у Киры, что это за лавка, она не смогла бы дать ответа. Она понятия не имела, что может находиться во всех этих горшочках. К тому же, судя по тому, что Аргая ушла в другую комнату, это место было просто для отвода ненужных глаз. Здесь явно не были рады случайным посетителям.

– Зачем мы здесь? – тихо спросила Кира, поглядывая на Турина. Она только сейчас подумала, что дед разговаривает совсем не так, как в самом начале их знакомства. Тогда в его речи постоянно проскальзывали словечки, которые обычно употребляют люди из деревень. Сейчас речь старика не имела ничего общего с деревенским говором. Да и держался Турин совершенно иначе. Когда произошла эта перемена? Кира попыталась вспомнить, но так и не смогла.

– Аргая хоть и старая, но у нее самые лучшие амулеты и артефакты из всех, что ты сможешь достать в столице, – ответил Турин, продолжая стоять неподвижно.

– Откуда вы все это знаете?

Киаране стало очень интересно. Всё-таки Турин не выглядел человеком слишком близко знакомым с магическим миром.

– Когда мой внук… не вернулся, – тихо сказал дед, – я решил узнать обо всем этом как можно больше. Понятно, что маги простых людей особо близко не подпускают, но мне хватает и того.

Кира задумалась. А ведь Турин просил ее показать ему магию, вернее, что-нибудь магическое. Видимо, этому человеку все это интересно. Может, из-за внука, а может, он сам по себе такой. Люди ведь всякие бывают, и интересы у всех различаются. Кира сама несколько раз встречала людей, совершенно нетерпимых к магии, считающих это проклятьем и болезнью, которую нужно выжигать огнем и болью. А бывали в ее жизни те, кто завидовал магам, и те, кто восхищался ими.

– А зачем мне амулет? – поинтересовалась все так же тихо Кира, мельком глянув на дверь. Из другой комнаты не доносилось ни звука, словно там и не было никого. Вообще-то, Киру интересовала направленность амулета, но начать она решила с другого вопроса.

– Твои глаза, девочка, – вместо Турина ответила Аргая, выходя из комнаты. – Даже для мага они необычны. Их цвет и чистота говорят о силе твоей крови. Раз ты пришла с этим старым пнем, значит, у тебя за спиной нет рода. Ты ведь знаешь, чем грозит тебе проживание в Ховалоне?

Кира прикусила губу и неуверенно кивнула.

– Это хорошо, что ты понимаешь. Стоит кому-то из магов посмотреть тебе в глаза, как многим захочется влить твою кровь в свой род. И тогда в ход пойдет все, что только можно. Внук Турина был одаренным молодым человеком. Красивым и сильным. Он был упрям, так что его просто опоили.

– Но разве магический брак может быть заключен, если один из магов находится под каким-нибудь заклинанием или опоен? – удивленно спросила Кира, так как точно знала, что магия не свяжет того, кто не полностью владеет собой.

Киарана и раньше подозревала, что не все так просто у магов, но сейчас ей еще страшнее стало отправляться в Ховалон.

– Верно, только давно уже есть эликсиры, от которых человек сам постепенно влюбляется, считая, что это его истинные чувства. Такой эликсир не действует грубо. О нет. Он просто заставляет человека видеть только достоинства нужного мага или магессы. Жертва медленно начинает ощущать доверие, тягу, желание, и все это постепенно сплетается в любовь. И она остается даже после того, как отвар перестают подливать. Недолго, но этого хватает, чтобы эликсир полностью выветрился из крови, позволяя тем самым провести обряд бракосочетания.

– Зачем же такие сложности? – удивилась Кира. – Разве обычных магов мало? Неужели на все рода не хватает?

– Нет, – Аргая отмахнулась, недовольно скривившись. – Действительно сильных магов очень мало. Конечно, кровь рода может очиститься даже благодаря магу со средненькой и крохотной силой, но заполучить кого-то на самом деле сильного – дело совершенно иное. Ты ведь понимаешь, о чем я говорю? – спросила старуха, буквально пробуравив Киру тяжелым взглядом.

Конечно, она понимала, ведь Аргая сказала прямым текстом. Впрочем, ничего нового. Люди всегда остаются людьми, даже будучи магами. Желание родов заполучить как можно более сильного мага или магессу вполне понятно. Почет, уважение, еще большее влияние, и все это выливается во власть. Любовь, деньги, власть – три столпа, будоражащие сознание людей во все времена.

Киарана кивнула, давая понять, что все понимает. Аргая неприятно хмыкнула и протянула в ее сторону руку, в которой была небольшая коробочка.

– Это амулет. Он не позволит опоить тебя или применить к тебе какие-нибудь любовные чары.

Киарана, не желая заставлять Аргаю ждать, аккуратно забрала коробочку и сразу открыла. На черной ткани лежала подвеска с серебряной цепочкой. Прозрачная капелька в переплетении шипастых веточек.

– Когда наденешь ее, она заберет немного цвета из твоих глаз, сделав их тусклее. Сам амулет поменяет цвет на зеленый. Но он будет работать только тогда, когда надет на тебе. Стоит его снять, как глаза снова станут яркими, а амулет прозрачным. Причем снять его сможешь только ты сама.

Киарана осторожно погладила прозрачный камешек, с удивлением ощущая теплоту и легкое покалывание. Недолго думая, она вытащила его из коробочки и надела на шею, наблюдая, как камень медленно окрашивается в зеленый цвет, похожий на цвет ее глаз.

– Ну как? – спросила она, подняв голову и глянув сначала на Аглаю, а потом на Турина.

– Вот теперь замечательно, – прокряхтела старуха, явно довольная своей работой. – С таким цветом все будут думать, что в тебе силы не больше среднего. Хотя не все маги дураки. Думаю, найдутся те, кто все поймет. Всё-таки внешность у тебя явно не простая. Но от всего не спасешься. А теперь идите, у меня тут еще работы полно.

– А деньги? – напомнила Киарана, осторожно пряча амулет за шиворот.

– Деньги? Не волнуйся, Турин мне все в свое время отдаст.

– Но… – хотела возразить Киарана, вот только их просто вышвырнуло из лавки силой, отчего они едва устояли на ногах. – Я вам все отдам, – тут же сказала она, поворачиваясь к ругающемуся на Аргаю деду.

Тот только хмуро глянул на нее, а потом махнул рукой, призывая следовать дальше. Киарана вздохнула, только сейчас понимая, что умудрилась связаться с очень странным человеком, у которого не менее странные знакомые. Впрочем, ей ли сетовать на странности?

Устало упав на кровать, Киарана прикрыла глаза и тяжело вздохнула. Турин оказался двужильным. Они ходили по рынку до самого вечера. Иной раз Кира не понимала, чем тому не нравится одно перо, зато другое он благодушно велел покупать. На взгляд Киараны, одно от другого ничем не отличалось.

Оказалось, что для поступления в академию нужно взять с собой целую кучу мелочей – те же перья, чернила, бумагу. А также приобрести стандартную форму черного цвета, который менялся в зависимости от того, на какой факультет поступал адепт. Женская форма состояла из чего-то наподобие приталенной мантии до колен из плотного материала. Носить ее можно было как застегнутой, так и распахнутой, главное, чтобы в случае открытого варианта внизу имелась блуза. Под эту своеобразную мантию надевались либо штаны, либо юбка по щиколотку. Впрочем, форма ничем не отличалась от мужской, кроме того, что в комплект парням не шла юбка, а мантии были более свободными.

В чем-то другом ходить в академии запрещалось, исключение составляло лишь общежитие. Но за его пределами адепт обязан носить форму, и никак иначе. За неподобающий вид наказывали.

Чтобы не ходить круглый год в одном и том же комплекте, пришлось взять парочку. К тому же ко всему этому необходимо было докупить нижнее белье.

Еще она совсем забыла об принадлежностях для умывания. Так что пришлось потратиться и на это.

В общем, день прошел суматошно. К его концу Киарана даже не помнила уже ни об Аргае, ни об амулете, ни о странных знакомствах Турина. Деда, кстати, на рынке знали многие. Старик с удовольствием торговался, совершенно не стесняясь в выражениях. Продавцы отвечали ему тем же. Иногда Кира понимала, что Турин знаком с очередным лавочником, только после ожесточенной «беседы», по исходу которой старику удавалось скинуть пару прумов. Он тогда весьма благодушно улыбался, а лавочник хоть и отплевывался, но жал руку, улыбался и просил не забывать старых друзей.

Все это было в каком-то роде Кире в новинку, ведь до этого она никого так близко не подпускала, предпочитая держаться от людей подальше. Но Турин каким-то совершенно непостижимым образом смог не только приблизиться к ней, но и удержать на себе внимание Киараны. Хотя раньше ее интересовали лишь книги.

Когда пришла пора прощаться, Кира даже позволила себя коротко обнять. Турин и слушать не хотел, подвез ее до Ховалона. Правда, для этого пришлось выезжать из столицы и огибать ее кругом, так как на телеге нельзя было проехать город насквозь.

Академия вблизи поражала намного сильнее. Замок даже издали казался большим, но стоило им приблизиться, как Кира поняла, что его настоящий размер невозможно описать простыми словами, настолько он был огромен. И в то же время некоторые ажурные украшения смягчали впечатление, заставляя цепляться за них взглядом, не так сильно обращать внимание на размер сооружения.

Ховалон плотно прилегал к горам. Вернее, он словно был выточен из одной из гор. От столицы его отделял не просто ров, а самая натуральная река, шириной метров в двести, отчего создавалось впечатление, что замок стоит посреди озера. Через «ров» пролегал каменный, чуть горбатый мост, даже на вид древний, но все еще крепкий.

До ворот Турин не стал доезжать. Да он бы и не проехал. Все-таки пришло время простым магам пробовать свои силы в поступлении. Не сказать, что желающих было много, но и к воротам проехать их количество не позволяло.

– Я напишу, – неожиданно для самой себя сказала Киарана, тут же смутившись своего странного порыва.

– Конечно, пиши, – согласно кивнул Турин, а потом, окинув ее взглядом, развернулся и медленно поехал обратно.

Киарана еще с минуту стояла неподвижно, пытаясь понять, отчего этот человек стал за несколько дней ей важен, а потом вздохнула и выбросила все из головы. Стал и стал, что теперь уж? Значит, что-то в нем такое есть, раз она к нему привязалась. А написать она и в самом деле напишет. Обманывать деда не хотелось.

Все для себя решив, она подняла сумку с вещами и повернулась в сторону замка.

Поначалу она хотела, как и было сказано в инструкциях, предъявить письмо, но потом подумала, что может поступить и так, не привлекая к себе внимания раньше времени. Можно ведь просто пройти через арку вместе с остальными желающими.

Да, ее имя все равно вскоре станет известно руководству. Вот только кроме него в академии есть еще и адепты. И к кому ей себя причислять? К магам из простолюдинов или к детям магических семейств? Если она отдаст письмо, то ее станут воспринимать как человека из рода магов. А ведь в их среде все друг друга знают. А ее нет. Что тогда? Посыплются вопросы, ответов на которые она не знает. Кто-то будет завидовать, кто-то начнет говорить, что она лжет или как-то обманула руководство. Глупых людей даже среди магов хватает. В покое ее точно не оставят.

А если она пройдет через арку, то единственной проблемой у нее будет то, что ее начнут рассматривать как магессу, которую можно ввести в семью. Благодаря Аргае от слишком настойчивых она себя уберечь теперь сможет. Остальных можно просто игнорировать. А это делать она всегда умела.

Так что выбор очевиден. Даже если руководство потом спросит, почему она не поступила, как ей велели, Киарана всегда может сказать, что просто растерялась, и все.

Приняв это решение, она приблизилась к толпе, с интересом рассматривая потенциальных адептов.

Она никуда не спешила и не собиралась толкаться, чтобы подойти к открытым воротам, около которых стояли какие-то маги. Преподаватели? Вполне возможно.

Впрочем, и последней из присутствующих входить в арку она тоже не хотела. Был большой шанс, что последнего в очереди запомнят. Как и первого.

Именно поэтому она пробралась вглубь толпы и привалилась к перилам моста, при этом мельком обратив внимание на высокого, совершенно рыжего парня. Казалось, на солнце его волосы горят оранжевым огнем. Заметив ее взгляд, парень обернулся, чуть прищурил ярко-голубые глаза и улыбнулся так, что несколько ближайших девушек тут же обратили на него внимание.

– Привет, – поздоровался он, глядя на нее сверху вниз. Неудивительно, рост у парня явно превышал ее собственный на полголовы, а то и больше.

Кира более внимательно посмотрела на него, подмечая россыпь бледных веснушек на носу, и белые зубы, и длинные, пушистые ресницы. Парень был хорош собой, явно знал об этом и вовсю пользовался своим обаянием.

– Привет, – отозвалась Киарана, равнодушно отводя взгляд. Многие маги красивы, а уж после того, как она встретила самого натурального вампира, поразить ее привлекательной внешностью было весьма сложно.

– Меня зовут Ждан ВереДик, – представился рыжий.

Кира удивилась. ВереДик в прямом смысле слова означает «белоснежный зверь». Странно было видеть кого-то с таким цветом волос и такой фамилией.

– Серьезно? – спросила она. – Необычная фамилия…

– Более чем, – хмуро кивнул Ждан, но потом снова просиял, словно уже и позабыл о том, что секунду назад чем-то был то ли рассержен, то ли расстроен. – А как твое имя?

Кира мысленно хмыкнула.

– Киарана… – представилась она, чуть понизив голос, – Камильтон.

Ждан пару секунд смотрел на нее, хлопая непонимающе глазами, а потом в голос рассмеялся. Кира рассерженно цыкнула, одергивая его за рукав. На них и так обращали внимание, а тут еще он со своим смехом.

– Серьезно? – передразнил он Киру. – Необычное имя… Мне стоит называть тебя «ваше высочество»?

Кира вздохнула. Она и сама знала, что у нее не просто редкое имя. Конечно, прямого запрета на то, чтобы простые люди называли так своих детей, не было, но многие просто не решались этого делать, по умолчанию оставляя право на это имя правящей семье.

– Не смешно, – буркнула Кира, оглядываясь по сторонам. Внешность Ждана притягивала взгляды. Решив, что с такими привлекающими к себе повышенное внимание личностями ей не по пути, она уже подхватила сумку, желая отойти подальше от шумного парня.

– Прости, прости, – Ждан ловко подхватил ее под руку, возвращая на место. – Просто не удержался. Сама посуди: с таким именем – и в общей толпе, – рыжий снова хохотнул, но, наткнувшись на хмурый взгляд Киры, моментально стер улыбку с лица. Впрочем, она все равно затаилась в глазах. – И как твои родители решились на такое?

– Понятия не имею, – Киарана пожала плечами. – Я их никогда не видела.

– Прости, – снова повинился Ждан. При этом видно было, что ему не по себе. Широкие плечи поникли, да и весь его вид демонстрировал, что он сожалеет о неуместном вопросе.

– Ничего, – Кира пожала плечами. – Ты ведь был не в курсе. Ты что-нибудь знаешь? Ну, про то, как будет проходить поступление?

Конечно, она и сама читала много о Ховалоне и о том, как тут все устроено, но спросила, чтобы сменить тему, да и любопытно – мало ли что она там знает, все может быть совершенно не так.

Ждан тут же приободрился, явно довольный, что тема разговора вроде как безболезненно поменялась.

– А что тут знать? – пожал он плечами, доставая откуда-то тонкую палочку, похожую на травинку, и принимаясь вертеть ее в пальцах. – По очереди проходим через арку. Она во дворе академии. У кого есть магия, тот спокойно проходит. Обычно после перехода на груди появляется цветная эмблема, определяющая твою принадлежность к какому-либо факультету. И в самое ближайшее время мантия тоже меняет цвет. Зеленая змея – различные целители, травники. Обычно туда попадают те, кому благоволит стихия земли. Красный дракон – заклинатели-боевики. Стихия огня. Синяя сова – маги-артефакторы. Стихия воздуха. Голубой паук – чароплеты. Стихия, как сама понимаешь, воды. Говорят, когда-то давно был еще один факультет, но на него давно уже никто не попадал.

Спина Киараны покрылась холодным потом. Она была уверена, что по иронии судьбы попадет именно на этот вымерший факультет. Иначе никак, ведь все четыре первых ей подходили. Не может же она учиться на всех четырех.

– И какой? – спросила она, стараясь, чтобы голос звучал как можно более равнодушно.

– Черный, – простодушно ответил Ждан. – Некроманты, демонологи, менталисты. Стихии у них нет, но говорят, что им благоволит сама Вечная. Как думаешь, куда попадешь? – спросил рыжий заинтересованно.

Киарана пожала плечами, следя за тем, как около ворот началось какое-то движение.

– Хотелось бы на синий или голубой, – отозвалась она, подхватывая свои вещи. Кажется, пора.

– А я вот точно на красный, – Ждан ярко улыбнулся, пытаясь забрать ее сумку. – Давай понесу.

Кира окинула нового знакомого подозрительным взглядом, отчего тот снова весело хохотнул, а потом все-таки отдала свою ношу, правда, пытаясь не упустить из виду говорливого парня.

Почти сразу после этого вся толпа стала двигаться к воротам. Видимо, пришло время для испытания. Киарана вдохнула глубже и постаралась расслабиться. Ничего еще не известно, так что нечего и нервничать раньше времени.

Арка представляла собой полуовал высотой метра три и шириной полтора, стоящий на специальном постаменте. Сразу не разглядишь, но если присмотреться, то становилось заметно, что на нем была будто натянута тонкая пленка, почти прозрачная. Нет, она была прозрачной, но если смотреть под чуть другим углом, то завеса едва заметно переливалась всеми цветами радуги, как мыльный пузырь на солнце.

Преподаватели тут же выстроили всех в очередь, зорко следя за порядком. Как-то так вышло, что Кира оказалась предпоследней. Позади нее стоял Ждан, весело оглядывающий все и всех поверх голов, так как был на самом деле очень высоким. Если бы Киру волновало это, то она сказала бы, что рядом с ним ощущает себя ребенком, но ей было все равно.

Наверное, тех, кто не имел магии, но полагал себя способным обмануть древний артефакт, не находилось. Очередь плавно продвигалась вперед, и, насколько видела Киарана, все пришедшие проходили спокойно, распределяясь на факультеты.

– Скучновато, – потянул Ждан, потягиваясь. Все-таки хоть маги и проходили без задержек, но очередь двигалась довольно медленно. Да и никаких светопреставлений не было. Человек входил под арку, пленка на короткий миг окрашивалась в один из цветов, адепт выходил из-под арки с другой стороны, пленка снова становилась прозрачной. Вот и вся процедура.

– Надо было идти вперед, – пожала плечами Кира и только сейчас обратила внимание, что ее вещи пропали. – Эй, а где моя сумка?

– Сумка? – Ждан оглянулся по сторонам, состроив при этом удивленное лицо. – А… ни у кого нет вещей, гляди. И моих нет.

Кира, следуя совету Ждана, внимательно осмотрела всех, кого ей было видно. Она точно помнила, что все входящие сюда имели при себе набитые сумки, но сейчас ни у кого их не было.

– Забрали, видимо, – решила Кира, пожав плечами. К чему волноваться, не станут же преподаватели Ховалона их обкрадывать. Да и было бы что воровать – формы и чернила? Глупо же.

– Как? – спросил Ждан заинтересованно, смотря на Киарану так, словно она могла дать ответ на любой вопрос.

– Думаю, на ворота наложено что-то вроде заклинания перемещения, настроенного на сумки адептов. Такие заклинания можно найти в разделе пространственной магии. А еще чары отвлечения внимания. Все-таки никто даже не пошевелился, когда вещи исчезли, – ответила Кира, размышляя над тем, что еще можно было бы предположить.

– А, – протянул Ждан. – Тебе точно на синий или голубой. Брат рассказывал, что там учатся самые умные и спокойные маги.

– Ничего удивительного, – Кире тоже было скучно, так что она решила, что небольшая беседа не повредит. – Чтобы создавать артефакты и чары, необходимо терпение и усидчивость.

– Но это ведь скучно, – Ждан выглядел уныло, но потом, словно вспомнив что-то, весь встрепенулся. – Говорят, в этом году с нами будет учиться кто-то из магических рас.

Кира напряглась. Интуиция еще никогда ее не подводила. Перед глазами вспыхнул образ вампира, которого она встретила той дождливой ночью. Нет, нет, это просто совпадение. Мало ли что он делал в столице.

– По-моему, это глупость, – Киарана даже фыркнула, чтобы замаскировать легкую дрожь в голосе. – Зачем магическому созданию обучаться магии людей? У каждого из них свое волшебство. Им совершенно не нужна людская магия.

– Думаешь, просто слухи?

– Может, и нет. Кто знает, зачем это нужно, – Киарана подавила зевок. Волнение, еще минуту назад охватившее ее, свернулось клубком и угнездилось где-то под сердцем, больше не тревожа ее. В любом случае, даже если это тот, о ком она подумала, то ей просто нужно с ним не встречаться, и все. Вряд ли они будут на одном факультете. – Так у тебя есть брат?

– Ага, – Ждан кивнул. – Он уже отучился и сейчас работает в отделе реестров.

Киарана глянула на знакомого.

– А что, его… ну, знаешь, – почему-то ей стало неловко. – Какой-нибудь род… Ты вроде симпатичный…

Ждан от этого неловкого комплимента расплылся в улыбке.

– Да, мы похожи. Но он не захотел, – ответил он легкомысленно, но Кира заметила, как странно сверкнули глаза юноши. Явно в этой истории с братом не все так просто. Впрочем, лезть с вопросами Киарана не спешила. Захочет – сам расскажет.

При этой мысли Кира замерла. Надо же, она уже воспринимает этого мага как человека, с которым и дальше планирует общаться. Что-то случилось с ней после приезда в столицу, однозначно. Сначала Турин, теперь вот Ждан. А ведь до этого она даже и не думала кого-нибудь подпускать к себе. А тут сразу двое.

– Думаешь, богатенькие уже все тут? – после долгого молчания снова заговорил Ждан. Ему явно хотелось пообщаться, и по какой-то непостижимой причине он избрал Киру своей собеседницей. А ведь кругом полно народу, выбирай любого. Киарана знала себя и понимала, что есть на свете более милые и легкие в общении люди, чем она. Да что там, за эти дни она разговаривала больше, чем за пять предыдущих лет. В общей сложности.

– Полагаю, что да, – коротко ответила Кира. Чем ближе подходила ее очередь, тем больше она начинала нервничать.

– Все-таки могли что-нибудь придумать, чтобы не так скучно было ожидать.

– Мы ведь взрослые люди, – Кира посчитала, что до нее осталось меньше десятка. – К чему нас веселить? Ладно, если бы мы были детьми, а так – пустая трата времени и сил.

– Да, но поступление бывает раз в жизни! – возразил рыжий, явно возмущенный прохладой в голосе Киараны.

– Говорят, в этом году будет приветственный бал, – сказал стоящий впереди парень, на несколько мгновений обернувшись к ним.

– Что? – Ждан явно не ожидал этого. – Но в чем мы все пойдем? Или об этом все знали?

Парень спереди еще раз нехотя обернулся, мельком глянув на Ждана водянисто-серыми глазами.

– Нет, в толпе ходил слух, пока стояли за воротами, – сказал он и отвернулся, явно сделав вид, что не хочет больше ни о чем разговаривать. Судя по мелко трясущимся рукам, парень явно сильно волновался.

– А ты что думаешь? – буквально потребовал ответа у Киараны рыжий. Судя по серьезному лицу, его что-то беспокоило.

Кира посмотрела на него, снова незаметно вздыхая. И зачем она связалась с этим шумным парнем? Надо было слинять еще в самом начале, теперь не отвяжется от него никогда. Подумав о том, что ей теперь все десять лет «дружить» с Жданом, Кира невольно зажмурилась. С одной стороны, ее злило, что ей придется кого-то так близко к себе подпустить. А с другой стороны, где-то в глубине души она радовалась, ведь до этого друзей у нее не было.

– Я думаю, что это просто слухи. Видимо, поступающим не о чем было разговаривать, вот кто-то и решил пустить ложную информацию ради развлечения. Но, даже если это правда, я уверена, для покупки всего необходимого нас отпустят ненадолго в город. Или же разрешат пойти в форме. В крайнем случае, бал не предусмотрен для новичков, – Кира ответила обстоятельно, замечая, как складка между рыжими бровями у Ждана разглаживается, а губы снова растягиваются в улыбке.

Решив, что парень теперь хоть немного помолчит, Кира принялась осматривать двор. Впрочем, она и до этого поняла, что ничего особенного в нем нет. Множество клумб с цветами, дорожки и главная большая дорога, фонтан недалеко от входной двери, которая поражала своими размерами. Широкая лестница, на ней сейчас столпились адепты других курсов, наблюдая, как пополняется их факультет новичками. Фонтан у входа изображал четырех магов, стоящих спиной друг к другу. Наверное, они олицетворяли четыре факультета, маги которых смотрят во все стороны света, таким образом охраняя империю от врагов. Красиво, конечно, но вид всего этого отчего-то оставил Киарану полностью равнодушной.

– Ну, удачи, – шепнул вдруг Ждан, мягко хлопнув ее по плечу.

Киарана только в этот момент поняла, что подошла ее очередь. Она тревожно глянула на преподавателей, стоящих по обе стороны арки. Мужчина и женщина, неопределенного возраста. Маги жили намного, намного дольше людей. Не вечно, конечно, но очень долго. Причем большую часть жизни они умудрялись выглядеть молодо. Стоящие тут преподаватели выглядели лет на тридцать, а на самом деле им могло быть по сто или по двести лет. К тому же чем сильнее маг, тем дольше он может прожить.

Оба мага легко улыбались, с нарочитым интересом поглядывая на нее. Правда, в глазах еще можно было заметить что-то вроде скуки и легкого раздражения. Наверное, в этом году не повезло именно этим двоим, раз им приходилось заниматься такой не слишком интересной работой.

Киарана посмотрела на арку и прикусила губу. Отсюда артефакт выглядел больше и отчего-то зловеще. Она буквально всей кожей ощутила исходящий от него холод. Казалось, еще немного – и прозрачная пленка замерзнет. Зима в империи была не слишком холодной. Пару месяцев лили дожди, и температура опускалась до плюс пяти, редко когда падала до нуля. Но Кира читала, что есть страны, где зимы долгие и холодные. Почему-то показалось, что если она сейчас войдет в эту арку, то выйдет в одной из таких стран.

– Все в порядке? – участливо спросила женщина-преподаватель.

Киарана кивнула и, взяв себя в руки, быстро преодолела три ступени, отделяющие ее от арки. Перед тем как войти, она на мгновение замерла, а потом просто шагнула вперед, крепко зажмурившись.

Ощущение было странным, словно внутренности резко обдуло холодным ветром. Правда, холод быстро уступил место теплу. А вскоре и вообще сменился на пристальное, тяжелое внимание.

Длилось все это пару секунд. И вот Кира уже оказалась на площадке с другой стороны, распахивая глаза и непроизвольно жмурясь от яркого солнца.

Выдохнув, она быстро огляделась по сторонам, понимая, что эту сторону, видимо, зачаровали. Только сейчас она подумала, что никто даже не обращал внимания на то, куда деваются адепты, прошедшие сквозь арку. На них явно оказали легкое ментальное воздействие, заставив не думать об этом.

Первым, что она заметила, были четыре группы людей, которые еще недавно являлись претендентами в адепты. Сейчас они, видимо, разделились по факультетам, на которые поступили.

Около каждой группы стоял преподаватель. Судя по форме, это были преподаватели-наставники. Как Киарана знала из книг, именно они должны были разбираться с любыми трудностями, если таковые возникали на их факультетах.

Около арки стоял высокий мужчина лет сорока. Девушка невольно окинула его быстрым взглядом. Маг был очень красив. Длинные, по плечи, вьющиеся волосы каштанового цвета и нереально синие глаза. Ровный нос, жесткая линия рта, высокие скулы и живой интерес на лице.

Рядом с ним нетерпеливо притопывала ногой женщина, даже для мага выглядящая старой. Внешне ей можно было дать лет шестьдесят. Морщины на лице явно свидетельствовали о почтенном возрасте. Карие глаза неодобрительно сверкали, а тонкие губы были поджаты, словно ее кто-то сильно рассердил, но разразиться гневной речью она не могла, вот и приходилось молчать и терпеть. Женщина была одета в длинное изумрудное платье, поверх которого была накинута короткая, по колено, темно-зеленая мантия с очень широкими рукавами, сейчас распахнутая. На голове у нее оказалась шляпка, и из-под нее виднелись седые волосы. Судя по цвету одежды, женщина должна быть с факультета целителей и травников.

Только сейчас Кира обратила внимание, что в окнах замка виднелись многочисленные адепты, которые с интересом наблюдали за процедурой распределения. Да и громадное крыльцо было ими усыпано.

И все, все они сейчас молчали, смотря на нее странными глазами.

Киарана ощутила себя неуютно. Оглянувшись назад, она удостоверилась, что пленка снова стала прозрачной, и отошла в сторону, помня, что за аркой еще остался Ждан и он сейчас должен выйти сюда.

Она нерешительно переступила с ноги на ногу и начала спускаться вниз, тревожно оглядывая факультеты. К кому ей идти? Почему все молчат? Что дальше надо делать? Неожиданно она растерялась.

– Добро пожаловать в Ховалон, – громко сказал мужчина с каштановыми волосами. – Мое имя Триомор Штаридар, я ректор Ховалона.

Честно говоря, Киаране от этого легче не стало совершенно. И? Что дальше делать?

Тут она вспомнила, что у нее на груди должна появиться эмблема с рисунком факультета. Чуть не хлопнув себя по лбу рукой, она опустила голову. Стоило ей увидеть эмблему и цвет своей формы, как она побледнела, забыв, как дышать. Это еще хуже, чем она думала!

– Ого! – воскликнули позади.

Кира нервно обернулась, замечая, как из арки шагнул Ждан. Он тут же увидел ее и радостно улыбнулся, как будто они не общались не пару минут, а несколько лет, как минимум.

Взгляд Киараны рефлекторно опустился на грудь Ждана. Красный дракон. Как и думал сам рыжий. Кстати, он тоже глянул себе на грудь и счастливо рассмеялся.

– Отлично! – вскрикнул он, вскинув кулак кверху, а потом буквально скатился по ступеням и, подлетев в Кире, схватил ее за руки. – А у тебя что? – спросил он, взглядом прикипая к эмблеме Киараны. Улыбка медленно сменилась отчетливым удивлением. – Как это? – растерянно спросил он, поднимая глаза на Киру.

– Я не знаю, – отчего-то получилось слишком тихо. Киарану уже начало сильно волновать то, что все вокруг продолжают молчать и смотреть на нее, словно она только что лично призналась в убийстве всей императорской семьи. – Наверное, ошибка какая-нибудь. Сбой в работе артефакта.

– Не думаю, что это ошибка, – к ним подошел ректор. Мягко улыбаясь, он положил руку на плечо Киараны, отчего она поежилась. – В истории был похожий случай, так что и такое бывает. Универсалы очень редки.

– Но, дор* ректор! – вскрикнула неприятным голосом та самая женщина в зеленом. – Как она будет обучаться? К тому же на ее эмблеме присутствует черный грифон! Это недопустимо!

– Ну, ну, Мерлина, не пугай ребенка. Ни некроманты, ни демонологи, ни тем более менталисты в империи не запрещены. Так что я не понимаю, почему вы так настроены против адепта черного факультета. Тем более что на ее эмблеме есть цвета и остальных четырех, – голос ректора был мягок, словно он легко и необидно укорял расшалившегося ребенка, в душе радуясь его активности и просто отдавая дань воспитательному процессу.

Услышав, как ректор называет свою собеседницу, Киарана догадалась, что это и есть Мерлина Девольдар, заместитель ректора, чье письмо привело Киру в академию.

– Дор ректор, – женщина вздохнула, неприязненно глянув в сторону Киараны. – Как она будет обучаться, ведь программа сложна на любом факультете? Она просто физически не сможет находиться на всех лекциях!

– Первый курс все равно ознакомительный, – с нажимом выговорил Штаридар.

– Да, но потом? – не унималась заместитель ректора.

– Там видно будет, – немного легкомысленно решил Штаридар. – Может, захочет выбрать какой-то один факультет и будет заниматься по его программе более углубленно. На остальных при этом изучит только необходимые основы. Да и к чему такая трагедия, Мерлина? Неужели нас, магов, должно волновать время? Изучит одну дисциплину, приступит к другой. Из Ховалона еще никого не выгоняли, и время обучения всегда может увеличиться, если это требуется адепту.

Мерлина поджала губы, окинув Киарану явно враждебным взглядом.

– Как скажете, дор ректор, – Девольдар коротко кивнула, повернувшись лицом в сторону замка. Она явно давала понять, что совершенно не согласна с решением начальства, но продолжать и раздувать скандал и дальше не намерена.

– Ну, дора**, как ваше имя? – улыбаясь, спросил ректор, при этом так и не убрав руку.

Наверное, со стороны их композиция смотрелась странно. Киарана, стоящий перед ней рыжик, который так и не отпустил ее руки, и ректор, обнимающий ее за плечи.

Штаридар был прав. В истории правда встречались универсалы – маги, способные овладеть всеми видами магии. Умеющие как лечить, так и призывать из-за грани души умерших людей. Создавать артефакты и поливать противников убийственными заклинаниями. Автор одной из прочитанных Киараной книг утверждал, что именно такими и должны быть маги и когда-то давно такими все и были. Но что-то произошло, и началось деление. То ли маги стали слабее, то ли сама магия так решила. Предположение это было спорным, так как подтверждений тому найдено не было. Зато время от времени появлялись универсалы. В прошлый раз это был довольно могучий и зловредный маг по имени Кирстан Безликий. Историки о нем упоминали с явной неохотой. Отчего становилось понятно, что маг тот в свое время натворил много не самых хороших дел. А было это без малого восемьсот лет назад.

Аккуратно вытащив свои ладони из захвата Ждана, Кира отошла чуть в сторону, отчего ректору пришлось убрать руку с ее плеча. Иначе он был бы вынужден последовать за ней, что выглядело бы странным.

– Киарана Камильтон, дор ректор, – тихо представилась Кира, внимательно наблюдая, как взгляд Штаридара на мгновение потяжелел, но почти сразу снова засиял.

Ректор мягко улыбнулся, будто увидел очередную умильную шалость любимого ребенка, а потом коротко глянул в сторону Девольдар. Но та упорно делала вид, что ее происходящее совершенно не касается.

– Вы ведь получали письмо, дора Камильтон? – спросил ректор, будто с трудом убирая дружелюбную улыбку и стараясь смотреть со строгостью в глазах.

– Получала, – не стала отпираться Кира, понимая, что смысла в этом нет.

– И почему вы проходили через арку? – поинтересовался он, а Киарана только сейчас подумала, что происходит что-то странное.

Почему ее спрашивают тут, на улице, при всех этих людях? Киарана сомневалась, что после этого останется хотя бы один студент, который не будет знать всей подоплеки истории, в которую впуталась Кира. Зачем это ректору? Почему он хочет, чтобы все знали, что она не из простой семьи?

– Я не знала, куда еще мне идти, – ответила Кира, наблюдая, как между студентами пошли шепотки. Явно кто-то использует подслушивающее заклинание и передает услышанное остальным. Или же многие им тут пользуются.

Штаридар явно с притворным неудовольствием глянул на Девольдар, будто укоряя ее за то, что она не пояснила Киаране, куда идти и что делать. А потом снова повернулся к Кире, протягивая руку, будто хотел, чтобы она ее взяла.

Неосознанно сделав шаг назад, девушка посмотрела слегка удивленно, тем самым заставляя ректора убрать руку.

– Кхм, – кашлянул он, пытаясь замаскировать то ли смех, то ли еще какое-то чувство. – Тогда пройдемте, утрясем все формальности.

Неожиданно для себя Кира схватила Ждана за рукав и глянула на него, будто в поисках поддержки. Рыжик явно удивился, но потом просто улыбнулся и спокойно последовал за ней.

Ректор заметил этот маневр, но ничего не сказал, сразу отвернувшись.

По лестнице они поднимались в полном молчании. Учащиеся разглядывали Киарану, будто перед ними было какое-то древнее, разумное, но опасное существо, вызывающее одновременно и интерес, и толику страха.

Кажется, только Ждану доставляло удовольствие такое пристальное внимание. Он улыбался еще ярче и подмигивал всем подряд. Такое поведение явно многим нравилось, так как часто на приветствие Ждана отвечали улыбкой.

Киарана же кусала губу и время от времени расстроенно вздыхала. Она даже по сторонам толком не смотрела, уйдя глубоко в свои мысли.

Все происходящее ей совершенно не нравилось. Конечно, может быть, ничего страшного не происходило и все это лишь стечение обстоятельств. Просто она привыкла к одиночеству и незаметности, вот ей и не по себе от такой толпы и внимания.

Но стоило ей снова мельком глянуть на ректора, как она поняла, что нет, это не просто ее мысли. Что-то странное здесь творится. И ей явно отвели какую-то роль в происходящем.

Узнать бы теперь, какую именно.

*Дор – господин или уважаемый. Уважительное обращение к мужчине

** Дора – госпожа. Уважительное обращение к женщине или к девушке

Пока шли до кабинета ректора, Кира почти не смотрела по сторонам. Если бы кто ее спросил, чего именно она так боится, девушка вряд ли смогла бы выдавить из себя внятный ответ.

Она давно привыкла прислушиваться к себе. И неудивительно. Когда большую часть времени проводишь одна, все воспринимается иначе.

И сейчас она точно знала, что от улыбчивого и такого вроде бы приятного во всех отношениях ректора лучше держаться подальше. Объяснить, почему она так думает, Кира не смогла бы. Просто ощущала, и все. А еще, когда он коснулся ее плеча, по телу пробежал холод, словно рука у него была ледяной и морозила даже сквозь кожу.

– Вот мы и пришли, – отвлек Киарану от размышлений голос ректора. – Молодой человек может подождать тут, – благодушно сказал Штаридар.

Ждан тревожно глянул на Киарану, на что она просто кивнула.

– Все будет отлично, – шепнул он, наклонившись к ней. – Я тут подожду.

Рыжий отошел на пару шагов и демонстративно сложил руки на груди, давая понять, что никуда с этого места не сдвинется, пока Киарана не вернется обратно.

Мерлина смерила его каким-то брезгливым и недовольным взглядом, поджав при этом губы так, словно боялась, что не выдержит и наговорит лишнего. Наверное, еще и поэтому она быстро отвернулась, будто даже не желая смотреть на Ждана.

На стене над дверью в кабинет ректора была изображена птица, крылья которой находились на створках двери, и выглядело словно птица прикрывает своими крыльями вход в комнату. Неожиданно Кира поняла, что это ворон. Стало как-то не по себе, ведь она хорошо помнила недавний сон, где именно эти черные птицы кружили вокруг нее, раня крыльями лицо. Она помнила, как старалась закрыться от них, боясь, что они выклюют ей глаза.

Почему-то тогда она не подумала про воронов. А ведь они любимцы Вечной. По крайней мере, так всегда считалось. Умные и мудрые птицы, живущие очень долго. Наверное, именно поэтому люди их опасались и верили, что там, где вороны, там сама Смерть гостит.

– Раньше это был кабинет декана черного факультета, – весело пояснил ректор, отчего-то бросив внимательный взгляд на Киру, словно думал, что ей это должно о чем-то сказать. – Но когда черных не осталось совсем, я перебрался в эту комнату. Тут светло, солнечная сторона, мне нравится, – благодушно поведал он, правда, Киарана так и не поняла, для чего это было рассказано.

– Но разве символ черного факультета не грифон? – все-таки уточнила она.

Наверное, любой нормальный человек должен был заинтересоваться и что-нибудь спросить. Во всяком случае, Кира так подумала, вот и задала вопрос, посчитав, что ее молчание могут счесть подозрительным.

– Верно, грифон. Это магическое существо, оно неоднозначно, –Штаридар хмыкнул, обходя стол, заваленный всевозможными бумагами, сломанными перьями, какими-то книгами и мелкими статуэтками, изображающими разных животных. Мерлина при виде бардака на столе только скривилась, но промолчала, присаживаясь в одно из кресел, стоящих в кабинете в избытке. – Некроманты, демонологи и менталисты, дора, могут как приносить пользу обществу, так и быть смертельно опасными. Очень сложно понять, каким именно вырастет маг, имеющий такой опасный дар. Грифоны точно такие же. Они могут спасти и приветить кого-то по своей непонятной прихоти, а могут разорвать любого, кто приблизится. И не понятно, что ими движет. Совсем как маги с черного факультета. А ворон… хм. Эти птицы издревле считались любимцами госпожи Вечной. Считается, что черному факультету благоволит сама Смерть. Вот поэтому и появился ворон, охраняющий этот кабинет.

– Спасибо за развернутый ответ, – поблагодарила Киарана, тоже присаживаясь в одно из кресел.

Окинув взглядом комнату, Кира поняла, что ректор какой угодно маг и человек, но вот аккуратностью он явно не отличается. Хотя по внешнему виду не скажешь, но его кабинет напоминал свалку. Кроме стола и нескольких кресел совершенно разной формы и расцветки в комнате были еще шкафы, заполненные непонятно чем. Всякие шары, книги, чернильницы, статуэтки опять же. Как попало валялись какие-то кубки и пучки трав. На некоторых креслах можно было увидеть брошенную одежду, а под столом стояли грязные сапоги. Любой другой на месте Киры просто бы решил, что ректор такой вот человек, но она не торопилась с выводами.

– Не за что, – улыбнулся Штаридар, принимаясь рыться в куче бумаг на своем столе. – Да где же оно? – ворчал он, едва не скидывая листы на пол. – А, вот! Посмотрите, дора, вы получали именно такое письмо?

Ректор протянул Кире лист, который она тут же аккуратно взяла.

«Уважаемая Киарана Камильтон.

Довожу до вашего сведения, что до первого числа следующего месяца вы должны явиться в академию магии Ховалон…»

Письмо было один в один как то, которое она получила не так давно.

– Да, – Киарана кивнула. – Именно такое, дор ректор.

Она подняла голову, размышляя, стоит ли задавать какие-нибудь вопросы. Вот только мелькнувший в глазах ректора не совсем понятный ей огонек моментально выбил из нее желание что-то спрашивать. Нет, то, что ей надо, она и так узнает, но только не у этого человека.

– Что ж, хорошо, – ректор сцепил руки в замок и положил их на стол. – Итак, дора Камильтон, давайте обсудим некоторые нюансы вашего будущего обучения. Как я и сказал ранее, на первом курсе вы будете изучать общие предметы со всеми остальными. История людей, история магии, основы магии, травоведение, история магических существ, сокращенно ИМС, основы алхимии и так далее. Надеюсь, вы понимаете, что без теоретической базы и знаний о магическом мире вам далеко не уйти? Чтобы успешно пользоваться заклинанием, нужно понять, как его создавали, и разобрать весь процесс от начала и до конца.

Ректор замолчал, словно ожидал от Киараны ответа.

– Конечно, дор ректор, я понимаю, – тут же отозвалась Кира, решив, что нужно вести себя покладисто, чтобы усыпить бдительность предполагаемого противника. Нет, она пока не думала, что ректор хочет чем-то ей навредить, но он ей определенно не нравился.

– Отлично, – Штаридар улыбнулся ободряюще. – В первый год никаких проблем с обучением быть не должно, так как у всех первокурсников одни и те же лекции. О том, что делать дальше, будем думать в будущем году, когда вопрос станет актуальным. Насчет того, где вы будете жить: думаю, было бы неправильно поселять вас в общежитие какого-то определенного факультета, ведь вы универсал, дора Камильтон. Но Ховалон большой замок, уверен, в нем найдется для вас свободная комната.

– Дор ректор, но уместно ли поселять молодую девушку одну? Не спровоцирует ли это молодых людей? – вмешалась Мерлина.

– Право слово, Мерлина, они ведь не дикари какие, – засмеялся ректор.

– Ну-ну, – буркнула заместитель ректора, недовольно складывая руки на груди. Она явно была совершенно иного мнения о так называемых «не дикарях». – Не говорите потом, что я не предупреждала. Надеюсь, хоть комната будет с замком изнутри.

Кира мельком глянула на женщину, удивляясь ее странной заботе, ведь всем своим видом Девольдар так и демонстрировала, что отчего-то ненавидит Киру, хотя вроде как они и не знакомы.

– По поводу комнаты подойдете к нашему смотрителю. Но перед этим вам нужно будет сходить в библиотеку. Вот, возьмите, это полный перечень дисциплин, которые будут преподаваться на первом курсе, – ректор протянул Киаране лист бумаги, который она тут же взяла в руки.

– Простите, – Кира мельком прочитала список, подумав, что занятий не так уж и много. – А как мне найти смотрителя и библиотеку? Просто Ховалон и правда очень большой замок.

– Мерлина вас проводит, – сверкая задорно глазами, ответил Штаридар.

Заместитель директора на это яростно засопела, нахохлившись, но промолчала, хотя Кира видела, каких трудов ей стоит не послать ректора в далекие дали с его просьбой или приказом.

После этого ректор как-то быстро распрощался и выпроводил их за дверь.

Заметив Ждана, Девольдар снова скривилась, на что рыжий совершенно не обратил внимания.

– Идемте… дора, дор, я вас провожу, – недовольно проскрежетала Девольдар. – Сначала в библиотеку. Советую спросить у хранителя знаний карту замка. Она приблизительная, но позволит вам первое время не сильно теряться. Запомните: завтрак в восемь утра, обед в два, ужин в восемь часов вечера. Где находится столовая, посмотрите по карте. Занятия начинаются с завтрашнего дня с девяти часов утра и идут до обеда. Потом сам обед и снова занятия до пяти. После пяти – свободное время, отведенное для самостоятельной подготовки и выполнения уроков, заданных преподавателями. Отбой в десять. Если кто-то вздумает бродить по замку после отбоя, того ждут наказания.

– Какие, дора? – с любопытством спросил Ждан.

– Разные, – резко ответила Девольдар, хмуро окинув рыжего взглядом. – Например, нашему конюху не очень нравится убираться в своих владениях, и он с радостью примет парочку помощников. Да и кухарки не будут против кого-нибудь в помощь для мытья посуды.

Ждан серьезно кивнул, давая понять, что он понял, какие именно ждут наказания, если его поймают. Но стоило Девольдар отвернуться, как рыжий тут же состроил хитрую гримасу, без слов утверждающую, что сначала поймать надо, а потом уже наказывать. И уж быть пойманным он точно не собирался.

Дорогу до библиотеки Киарана почти не запомнила. Ей казалось, что весь замок состоит из длинных коридоров, поворотов, лестниц и переходов. Одна надежда на карту.

Глянув еще раз на Девольдар, Кира отметила, что хоть женщина и рычит, но все же помогает им.

А ведь о карте та могла и промолчать. Нет, некоторых людей ей совершенно не понять. Именно об этом подумала Кира, а потом обратила все внимание на дорогу – все равно ведь надо будет запоминать.

Киарана смотрела на полку, отведенную ей под книги, и уже знала, что в библиотеке она станет частым гостем. Размеры помещения, в котором хранились сотни тысяч книг, поражали. Немудрено, что около входа была нарисована подробная схема, на которую первокурсникам тут же указывала хранительница знаний. Вот только сознание что-то царапнуло, какое-то несоответствие или же странность, но Кира решила, что разберется с этим потом.

Дора Гивинея, как она попросила себя называть, была женщиной слегка за сорок, очень низкого роста, полной и не слишком симпатичной. Темные волосы, тщательно прилизанные и собранные в пучок на затылке, казались неестественно блестящими. Такая прическа явно не подходила хранительнице, так как открывала слишком высокий и широкий лоб. Тонкие губы постоянно кривились и двигались, словно женщина каждую секунду что-то шептала. Плоский нос также не придавал доре привлекательности.

Вот только – Кира была уверена – мало кто обращал внимания на все эти небольшие недостатки, ведь, чтобы увидеть их, сначала нужно было оторваться от нереально красивых глаз. Они казались слишком большими для лица и были обрамлены длинными, пушистыми ресницами. Ярко-голубые глаза сверкали, будто драгоценные камни, притягивая к себе все внимание.

– На этой полке уже лежат все книги из вашего списка, – постучав длинной указкой по дереву, дора Гивинея посмотрела на Киру снизу вверх. Даже с учетом небольшого роста самой Киараны ей приходилось опускать голову, чтобы посмотреть на хранительницу, – настолько низкой она была. – Когда вам понадобится какая-то книга для занятий, вы просто проговариваете в уме ее название. Она тут же появится перед вами, вернее, появится ее временная копия, так как выносить книги из библиотеки не разрешено. Когда книга станет не нужна, то вы просто произносите «назад», и копия исчезнет.

– А сюда можно будет добавить какие-нибудь другие книги?

Киарана даже боялась представить, кто смог придумать и воплотить в жизнь такую сложную систему. Здесь все было намешано. И заклинания, и чары, и магия пространства, и даже демонология! Пусть даже копию, но ведь адепты ее призывали! Впрочем, есть еще магия призыва, вполне может быть, что здесь использована именно она.

– Любите читать? – дора Гивинея с любопытством глянула на нее, растягивая в улыбке слишком тонкие губы. – Если вы хотите пользоваться другими книгами, кроме тех, что вам рекомендованы на первом курсе, то вам нужно заполнить специальный формуляр. После этого вы сможете получить доступ к любой книге из этого хранилища. Конечно, за пределами библиотеки читать вы сможете только копию. Я надеюсь, вы понимаете, что для призыва копии вы должны четко представлять ее название? Обычно адепты просто выписывают нужные книги, чтобы не забыть, ведь часто названия у этих фолиантов очень длинные.

– Я могу заполнить формуляр сейчас? – Кира глянула в сторону Ждана и недовольной Девольдар. – Хотя нет, давайте я зайду чуть позже.

Дора Гивинея проследила за ее взглядом и понимающе хмыкнула.

– Конечно, год только начался, – кивнула хранительница. Вернувшись к своему столу, Гивинея порылась в ящиках, а потом вытащила два свернутых коричневатых листа. – Я правильно понимаю, Мерлина?

Заместитель декана скорчила такое лицо, словно ей под нос сунули ведро навоза. Кире даже стало интересно: неужели ее чувства настолько сильные, что она не в силах сдержать свою мимику?

– Да, Гивинея, – все-таки ответила Мерлина. – Дай им карты.

Хранительница на это сверкнула своими нереально большими глазами и усмехнулась, будто сейчас происходило что-то весьма забавное.

– Я надеюсь, молодые люди, сами разберетесь? – хранительница посмотрела на них вопросительно, отчего и Кира, и Ждан тут же кивнули. – Тогда не смею вас больше задерживать.

– А сейчас к смотрителю, – коротко бросила Мерлина, вышагивая с такой скоростью, что Кире приходилось едва ли не бежать.

И снова гонка по лестницам, коридорам и переходам. За этой беготней Киарана даже толком не могла рассмотреть замок!

Смотрителем оказался маг весьма почтенного возраста.

– А, это вы, – проворчал он тут же, стоило ему только увидеть троицу. – А я все думаю, куда еще двое подевались. Красного уже ждет койка в общежитии драконов. А вот девицу…

– Почтенный Хирт, выбирайте выражения, обращаясь к адептам, – моментально осадила его Девольдар, которой явно не понравилось то, как он отозвался о Киаране.

Старик даже не обратил на это внимания, хотя и исправился.

– Да, да, для доры я уже подготовил комнату. Следуйте за мной.

– А вы, юноша, можете отправляться в свое общежитие, – заметив, что Ждан собрался идти с ними, бросила Мерлина, глянув на него так, что любой бы понял: спорить бесполезно. – На вашей карте есть отметка. Не думаю, что будет сложно найти.

Резко развернувшись, заместитель ректора стремительно последовала за смотрителем, который уже успел уйти довольно далеко.

– Иди, – сказала Кира. – Увидимся в столовой.

– Как скажешь, – Ждан улыбнулся, а потом, видимо в порыве чувств, потрепал ее по плечу, явно желая обнять. – Будь осторожна. Что-то тут все какие-то ненормальные, – он коротко хохотнул, вот только в его глазах смеха не было ни капли.

– Обязательно, – отозвалась Кира и поспешила за смотрителем и Мерлиной. Они почти скрылись за поворотом.

Несмотря на свой возраст – Киарана даже боялась думать, сколько лет магу, который выглядит как дряхлый старик, – Хирт вышагивал бодро и быстро. Правда, до походки Девольдар ему все-таки было далеко, поэтому Кира успевала немного поглядывать по сторонам.

Казалось, Ховалон строили великаны для великанов. Здесь все удивляло своими размерами. Высокие потолки, широкие лестницы и коридоры, громадные окна и просто удивительно большие картины на стенах. Иногда встречались кадки с деревцами, кое-где можно было увидеть старинные металлические доспехи, каменные скульптуры, спрятанные в глубоких нишах. Ховалон давил на плечи своей магией, которую, как казалось Киаране, можно было буквально потрогать или попробовать на вкус.

– Вы уверены, почтенный Хирт, что дору стоит селить так далеко? Насколько я знаю, это крыло черного факультета, – въедливо поинтересовалась Девольдар, недовольно посматривая на старого смотрителя.

– Замок сам так решил, – прокаркал старик, даже не думая останавливаться. – Тем более что у нее на груди есть черный грифон. Не вижу проблемы.

– Да, но кроме него там еще четыре символа, – прошипела заместитель ректора, вскидывая руки так, словно хотела схватить смотрителя за шиворот и хорошенько его встряхнуть.

– Не пойму, что вы от меня хотите, дора Мерлина? – старик резко остановился и с прищуром посмотрел на Девольдар. – Я ведь уже сказал, что так решил сам замок. Или вы не доверяете мне как смотрителю? Если так, то все вопросы дору ректору.

Сказав это, старик заторопился дальше, что-то бурча себе под нос про несносных девчонок, которые ему всю душу за последние столетия истрепали. От его слов Девольдар буквально вспыхнула, начав шипеть на него сердито, явно высказывая все, что думает о нем.

Киарана же толком не слушала перепалку магов, размышляя над сказанным Хиртом. Он говорит о Ховалоне, как о живом существе. Неужели замок одушевленный? Кира покопалась в своей памяти, вспоминая, что когда-то давно что-то подобное читала. Что-то про артефакты, которые при длительном соприкосновении с магами могут приобрести нечто вроде самосознания. Их оживляет накопленная в них магия, сплетенная с оставленными на артефактах следами различных эмоций и чувств магов. Но ведь Ховалон просто замок, а не артефакт, разве нет?

Хотя… Об этом она тоже как-то читала. Кажется, в той книге говорилось, что в старых поместьях, в которых длительное время живет один род, вполне может появиться нечто вроде духа-хранителя. Еще там было написано, что появиться это существо может не только в домах магов, но и в жилищах обычных людей.

– Пришли, – обрывая перепалку, проскрипел Хирт, указывая на дверь, которая была единственной во всем коридоре.

– Так далеко! – тут же вскипела Девольдар. – Она замучается бегать до лекционных залов.

Хирт глянул на заместителя ректора как на несмышленую девчонку.

– Пусть попросит замок; если он ее услышит, то сократит ей путь, – смотритель еще раз окинул их не слишком приятным взглядом, а потом отвернулся, зашагав дальше. – Я свое дело сделал. Комнату выделил, остальное не ко мне.

Киарана удивленно смотрела на то, как буквально через десять шагов смотритель просто растворился в воздухе, исчезая.

– Противный старик, – прошипела Мерлина, а потом, поняв, что Кира еще тут, попыталась взять себя в руки. – В общем, – начала она откашлявшись, – это ваша комната, дора. Надеюсь, вы внимательно изучите карту и не станете опаздывать на лекции, иначе вас ждут наказания. Так как у вас нет определенного факультета, то и наставника у вас тоже нет. Если что-то случится, можете обращаться ко мне. Я постараюсь вам помочь. Но лучше бы вам научиться самостоятельности и не лезть лишний раз туда, куда вас не просят. А теперь всего хорошего.

Девольдар резко развернулась, взмахнув своей темно-зеленой накидкой так, что та взлетела в воздух, и устремилась в ту сторону, откуда они пришли. В отличие от смотрителя, Мерлина просто завернула за угол, оставляя Киарану стоять одну в тишине пустого коридора.

Пару раз моргнув, Кира поглядела сначала в одну сторону, потом в другую, а затем безразлично пожала плечами и толкнула дверь. Если кого-то такое отношение могло ранить или разозлить, то Кире было все равно. Она даже порадовалась, что ее комната так далеко от остальных – меньше надоедать будут, ведь эту комнату еще найти надо. Ну не была Киарана любителем большой толпы, да и не тянуло сильно на общение. Так что если бы кто-то подумал и спросил ее о том, довольна ли она местом своего нынешнего проживания, то она ответила бы, что вполне.

А когда девушка исследовала доставшуюся ей комнату, вернее целый комплекс из комнат, то ее настроение нельзя было назвать иначе как благодушным. Далеко? Да не страшно! Главное, что она теперь единолично может пользоваться отличной алхимической лабораторией, в которой было, как ей казалось, все что угодно, начиная от специальных горшков и котлов и заканчивая алхимическими ингредиентами. Кроме этого у нее теперь была своя комната для купания, небольшая гостиная, кабинет с книгами и спальня. Киарана даже заволновалась – с чего бы ей все это? В безвозмездную щедрость она не верила, но что ей еще оставалось делать? Не отказываться же? Правда, радости эта мысль поубавила, оставив после себя легкое раздражение. И Кира даже толком не могла сказать, на кого именно направлено ее недовольство – на тех, кто выделил ей такие комнаты, или же на себя. Всё-таки Киарана привыкла, что просто так в ее жизни ничего не происходит.

Мельком оглядев книжные полки, Киарана сначала разочарованно вздохнула – все эти книги она уже читала. Но потом будто что-то подтолкнуло ее под локоть, заставляя взять одну из книг и пролистать. Не став сопротивляться странному желанию, Киарана вытащила трактат по ядовитым травам и эликсирам. Поглядев на обложку, она задумчиво уселась в довольно удобное кресло и открыла книгу на произвольной странице, лениво пробегая взглядом по знакомым, как ей казалось, строкам.

Поначалу Кира не поняла, что не так, отчего вся подобралась, поменяв расслабленную позу на более собранную, даже напряженную.

«…Люциан Зальтон – имя мага, от которого пошел древний род Зальтон. У него было два сына и дочь…»

Пролистнув еще пару страниц, Кира буквально впилась в рукописные строки. История другого древнего рода!

Сглотнув, Кира с некоторым волнением открыла первую страницу и ощутила неподдельную радость. В этот момент ей было уже все равно, кто и зачем поселил ее в эти комнаты.

«История древних магических родов от истоков до наших дней».

Именно такое название было написано на первой странице, в отличие от обложки.

Хотелось прямо сейчас засесть за чтение, но она понимала, что завтра начнутся занятия, значит, нужно потратить этот день на ознакомление с замком. Дойти до столовой, поглядеть, что там и как. Отыскать лекционные комнаты. А еще найти расписание, ведь она даже не знает, куда завтра с утра идти в первую очередь.

С сожалением посмотрев на очень интересную книгу, Кира захлопнула ее и положила к себе на кровать, решив, что почитает, когда вернется. Но перед этим она наугад взяла еще одну книгу. В этот раз это была уже знакомая ей книга о различных заклинаниях. Вот только, как и в прошлый раз, строки внутри рассказывали совершенно иное.

«Ритуалы. Баланс магии. Древние рода и их роль».

Задумчиво повертев книгу в руках, Киарана поглядела на свою не слишком большую библиотеку. Кто и зачем проделал такое с книгами? Почему на обложке одно, а внутри совершенно другое?

Подумав, что нужно будет отыскать в академической библиотеке книги о ритуалах и о древних родах, Кира решила, что пора прогуляться.

Взяв карту, она развернула ее и пальцем проследила путь до столовой. Извилисто, но вполне можно запомнить.

Вспомнив о вещах, она с удивлением нашла их в шкафу, аккуратно сложенными. Поглядев более внимательно, Киарана заметила писчие принадлежности на столе, а в купальной комнате обнаружились предметы гигиены, которые она покупала. Это было странно, но Кира решила пока не заострять внимание на этом – все равно никто ответ ей прямо сейчас не даст.

Собравшись, она глянула мельком в зеркало, довольно большое, надо сказать, пригладила чуть растрепавшиеся волосы и вышла в коридор.

Там стояла все та же немного зловещая тишина. Мысленно вспомнив дорогу до столовой, Кира спрятала карту в карман и пошла в нужном направлении.

Идти пришлось долго – быстрым шагом минут двадцать. А это значило, что подниматься утром нужно будет пораньше, чтобы успеть и поесть, и на занятия не опоздать.

– Киарана!

Стоило ей войти в столовую, как ее тут же заметил Ждан. Внутри кроме них были еще адепты, и они все как по команде повернулись сначала в сторону рыжего, а потом в ее, буквально впиваясь любопытным взглядом. Кира незаметно поморщилась из-за того, что совсем не рассчитывала на такое пристальное внимание.

Вздохнув, она поспешила за столик к Ждану, замечая, что он сидит не один.

– Познакомься, – Ждан, как обычно, растянул губы в улыбке, хотя, как казалось Кире, они постоянно были в таком положении. Насколько нужно быть сильным человеком, чтобы постоянно радоваться? Или это просто глупость? Наивность? Рассеянность? Киарана решила, что обязательно узнает, что это такое, тем более, как она подозревала, теперь ей от Ждана никуда не деться. Так почему бы ему не принести хотя бы какую-нибудь пользу? – Это Миральда Ливентон.

– Киарана Камильтон, – представилась Кира, рассматривая девушку за столом.

Она казалась какой-то прозрачной, тонкой и невесомой. Светлые, не слишком густые, чуть вьющиеся волосы, светло-голубые глаза, почти серые, какие-то будто дымчатые. Кожа, словно припорошенная белоснежной пудрой. Прямой нос со вздернутым кончиком, бледные, четко очерченные губы. Воздушная, если говорить прямо. Даже странно, что она не воздушница, а принадлежит к факультету целителей.

– О, ты тоже, – заговорила Миральда, смотря на Киарану. Правда, казалось, что смотрит она куда-то сквозь нее. Так продолжалось пару секунд, а потом Миральда просто хлопнула ресницами и принялась за свой обед, не став ничего объяснять.

– Она немного странная, – прошептал, наклоняясь ближе к Киаране, Ждан, прикрывая рот так, будто хотел, чтобы его никто не слышал, вот только его шепот слышали все за соседними столами. – Но жутко милая, – он улыбнулся, выпрямляясь.

Сев, Кира оглядела стол, потом посмотрела по сторонам, замечая, что на них все еще смотрят, и только потом заметила стойку с едой.

– Не знаете, где взять расписание? – спросила она, вернувшись с подносом. Всё то время, что она набирала себе еды, ее преследовали взгляды и шепотки – кажется, она вызывала интерес только одним своим существованием. И неудивительно, учитывая, что она была единственной, у кого форма приняла белый цвет, а эмблема на груди переливалась пятью цветами. Хотя где-то она читала, что белый – это отсутствие какого-либо цвета.

– Знаю, – буркнул Ждан, откусывая ароматный свежий хлеб. – А тебе что, наставник не давал? – при этих словах рыжий достал из кармана сильно мятый листок и протянул его Кире, ничуть не смущаясь своей неаккуратности.

– Думаешь, он у меня есть? – недовольно проворчала Кира, разглаживая лист. – Что ты с ним делал?

– А? – не понял сначала Ждан, а потом улыбнулся. – Да мы тут с ребятами из общаги потренировались в меткости. Взял, что под руку попалось. Наверное, с такой эмблемой, как у тебя, сам ректор должен быть наставником, – заметил рыжий и засмеялся, видимо посчитав, что сказал что-то смешное.

– Когда только успели? – Киарана покачала головой, запоминая расписание на завтрашний день. – Не надо мне никакого ректора, – заметила она вполне серьезно, внутренне поежившись от такой перспективы. Каким бы милым ни старался выглядеть дор ректор, но Киаране он совершенно не нравился. – И зови меня Кира, – добавила она после некоторого размышления.

– Тогда вы меня Ждан, – рыжий снова хохотнул, тут же подавившись куском мяса.

– А вы меня Мира, – разрешила Миральда. – А вы ощущаете ауру спутника Вечной?

Киарана со Жданом с интересом посмотрели на Миру, пытаясь понять, что именно она имеет в виду.

– Поясни, – попросил рыжий, слизывая с ложки подливу.

Белесые брови Миры приподнялись, словно она была чем-то сильно удивлена, а потом девушка буквально впилась взглядом в Киру.

– Как неожиданно, – тихо проговорила она, вглядываясь в лицо Киры. – Он тут уже пару дней, – расслабившись и отвернувшись обратно к тарелке, сказала Мира.

Ждан вопросительно посмотрел на Киарану, отчего той пришлось пожать плечами, показывая тем самым, что она тоже не имеет понятия, о чем идет речь.

– Мира, кто такие спутники Вечной? – спросила вкрадчиво Кира, подозревая, что под Вечной имеется в виду сама Смерть.

Мира обвела бессмысленным взглядом столовую, а потом снова поглядела на Киарану.

– Вампиры, конечно же, – сказала она так, словно об этом должен был знать каждый. – Созданные Смертью существа. Ее любимцы и вечные спутники.

– Спасибо, что ответила, – поблагодарила Кира, сама утыкаясь в тарелку. Перед глазами снова промелькнули события той ночи.

Ждан перевел взгляд с Киры на Миру, а потом пожал плечами, продолжая насыщаться. По его мнению, девушки всегда были странными существами. А эти две били все рекорды по странностям.

Одна универсальный маг. Мрачная, неразговорчивая, даже слегка пугающая, хотя на вид хрупкая и очень красивая. Весь облик Киараны буквально кричал о том, чтобы посторонние держались подальше, но какая-то странная, неестественная притягательность заставляла игнорировать здравый смысл.

Вторая же на первый взгляд вообще казалась безумной. Ее полупрозрачные глаза словно различали нечто не видимое остальными. Она сама подошла к Ждану со словами, что теперь они будут друзьями. Что у нее в голове, Ждан даже не пытался предположить.

Хмыкнув, он прищурился и оглядел столовую взглядом победителя. Да, две такие необычные девушки будут его подругами, остальные пусть завидуют. А что ему будут завидовать, он был полностью уверен. Правда, никому не нужно знать, что он собирается быть им просто другом. Пусть обе девушки были очень красивыми и вполне в его вкусе, он откуда-то знал, что ни та, ни другая никогда не станет ему чем-то большим. И его это вполне устраивало.

– Побродим по замку? – спросил Ждан, закончив с обедом.

Он оглядел девушек, замечая, как те сразу же оживились: явно им и самим не терпелось все тут осмотреть.

Стоило им покинуть столовую, как в нее через другую дверь вошел тот, о ком они совсем недавно говорили.

Резко остановившись, он улыбнулся так, что многие сразу похолодели, и втянул носом воздух. Все его существо затрепетало, почуяв запах крови, о котором он никак не мог позабыть после той ночи, как ни старался. Он тихо рыкнул, но тут же заставил себя расслабиться, задавив желание немедленно броситься по следу. Не стоит торопиться. Они ведь в Ховалоне. Раз она здесь, то в ближайшее время никуда отсюда точно не денется.

Конечно, до вечера им не удалось обойти весь замок. Это было невозможно – Ховалон был просто громадным строением. Именно поэтому троица договорилась прогуляться по замку завтра после занятий.

Вернувшись к себе в комнату, Киарана поглядела на книгу, которую хотела прочитать. Немного поразмыслив, решила, что время до ночи еще есть. Да, она подумала, что стоит побродить по замку ночью, будучи отчего-то уверенной, что именно после заката солнца, когда все будут спать, замок откроет ей какой-нибудь секрет.

Зачитавшись, Кира только спустя часа три очнулась, немного дезориентированно моргая. Что-то было во всей этой истории древних родов, что ее сильно смущало. Вот только она никак не могла понять, что именно.

Аккуратно заложив страницу, Кира поднялась с кровати и потянулась, а потом направилась в сторону двери. Время было достаточно позднее, так что можно пройтись. Уже в коридоре она поняла, что именно ее смущало: количество членов в родах. Если после образования каждого рода в нем рождалось очень много магов и рода насчитывали десятки человек, иногда даже сотни, то чем ближе к нынешнему времени, тем более малочисленными они становились. А некоторые так и вовсе вымирали. И не из-за исчезновения магии, а потому, что просто не оставалось ни единого члена рода. Сейчас один ребенок-наследник – вполне обычное дело. Это явно не нормально, ведь именно древние рода образовывали ядро магического сообщества. Именно они хранили знания о магии, передавая их из поколения в поколение.

Киарана тут же вспомнила о закрытых библиотеках, в которых, как ей всегда казалось, долгие столетия никто не появлялся. А ведь там вполне могут быть какие-нибудь важные знания, утерянные для мира.

Может ли это быть из-за того, что магов в роду становилось меньше? А вдруг закрытие библиотек означало угасание рода?

А еще Киру волновал вопрос: сами ли по себе умирают рода или же за всем этим что-то или кто-то стоит? Вопрос, ответ на который, Киарана была полностью уверена, ей совершенно не понравится.

Вздохнув и на время выбросив из головы не совсем приятные мысли, она применила свои способности и двинулась в сторону, которую они с ребятами сегодня точно не изучали.

Ночью замок выглядел еще загадочней, чем днем. Киарана снова поймала себя на ощущении, что вокруг нее находится нечто мощное и вполне живое. Казалось, стоит прислушаться – и можно услышать тихое дыхание, накатывающее волнами. Конечно, ничего такого не было, наверное, но мурашки по коже бежали.

Она всегда отлично видела в темноте, даже не задумываясь толком о своем умении и не считая это чем-то особенным. Темнота ее никогда не пугала, наоборот, она ее вполне любила, так как та всегда была готова укрыть ее, спрятать, если это понадобится.

Но в этом замке темнота ощущалась по-другому. Она была бархатной, теплой и какой-то струящейся.

В один момент Кире показалось, что замок ее словно куда-то ведет. Желание оказаться где-то становилось с каждой минутой все сильнее. На очередном повороте Киарана услышала шаги и тихие голоса. Остановившись, она дождалась говоривших людей, при этом отступив с дороги, чтобы на нее не наткнулись.

– Учтите, дор Геридар, это в последний раз.

Киаране даже не нужно было видеть, она и так по голосу узнала наставницу зеленых – как она сегодня узнала, Мерлина была не только заместителем ректора, но еще и учителем-наставником факультета лекарей и травников.

– Конечно, конечно, дора Мерлина, – быстро согласился мужчина, вышагивающий рядом с Девольдар.

Кира сразу вспомнила, кто это. Нет, она раньше его не видела, но Ждан сегодня много рассказывал об их наставнике.

Геридар Тмордон – наставник красного факультета драконов. Отличный боец, прекрасно разбирающийся не только в боевых заклинаниях, но и в рукопашном бое. А еще он владеет чуть ли не всеми видами холодного оружия, начиная с простого ножа и заканчивая булавами. Не женат, детей нет, хотя возраст вполне приличный. Веселый, общительный, обаятельный. Как сказал Ждан, многие девушки находят его очень привлекательным.

Окинув взглядом преподавателя, Киарана согласилась с мнением большинства. Геридар в самом деле был весьма хорош собой. Весь его облик как-то притягивал, и не понятно было, то ли дело в пружинистой уверенной походке, то ли в стройном подтянутом теле, то ли в красивой внешности.

Кира отметила и полные губы, и красивые глаза, цвет которых в темноте даже ей трудно было определить, и слегка вьющиеся волосы длиной по плечи. Правда, как бы хорош ни был Геридар, его внешность оставила ее равнодушной.

«И он тоже», – подумала она, вспоминая, что и на внешность вполне красивого Ждана она никак не отреагировала.

Снова пришло воспоминание о том вампире, заставив Киру тяжело вздохнуть. Верно, пока что единственный, кто смог ее сильно взволновать, был именно вампир. И непонятно, что ее волновало сильнее: то ли его природа, то ли его необычная внешность.

Преподаватели между тем прошли мимо Киараны и начали подниматься по лестнице. Немного поколебавшись, Кира последовала за ними. Ей стало интересно, куда идут два наставника ночью. Нет, будь Девольдар чуть моложе, то можно было бы подумать о свидании, но Киарана как-то сомневалась в таком варианте.

Кира прислушалась к себе, ощущая, что недавнего тревожного чувства, зудящего над ухом, больше не было.

Поднимались они долго. Кира даже запыхалась, перестав считать лестничные пролеты. А ведь смотритель что-то говорил о том, что сам замок может при желании сократить дорогу.

– Хм, в этот раз пришли быстрее, – задумчиво пробормотал Геридар, открывая ключом какую-то дверь. – С чего бы замку быть сегодня таким милым?

– Помолчите, дор Геридар, – зашипела не хуже змеи Мерлина. – Вам стоит проявить уважение к Ховалону.

Сказав это, заместитель ректора прошла в комнату первой, царственно при этом вскинув голову. Геридар чуть помедлил.

– Старая змея, – процедил он сквозь зубы, едва не сплюнув на пол, а потом тоже вошел. – Конечно, я его уважаю, как вы могли подумать иное, дорогая дора? – сказал он громко и весело, что совсем не вязалось с его недавними словами.

Киарана проскользнула вслед за ними, едва успев перед тем, как дверь закрылась.

– Давайте сюда ключ и можете уже идти, – то ли Девольдар слышала тихий шепот Тмордона, то ли просто была рассержена чем-то, но жесткости в ее голосе прибавилось.

Правда, сама Киарана не смотрела на преподавателей, разглядывая громадный кристалл, паривший в нескольких метрах от пола. Так казалось на первый взгляд, а потом Кира увидела толстый стебель. Он будто бы вырывался из пола, ломая каменные плиты, и изгибался под тяжестью каплевидного булыжника, изображающего своеобразный фрукт или ягоду. Черные и корявые, лишенные какой-либо листвы ветви смотрелись весьма неприглядно, но в то же время совершенно не уродовали красоту громадного полупрозрачного камня. Он мягко сиял голубоватым светом, словно большой и странный фонарь.

Присмотревшись, Киарана увидела, как внутри кристалла клубится дым. Он то свободно парил, то принимался стелиться по стенкам, будто давно потерявший надежду увидеть свободу узник. А еще Кира заметила, как время от времени от камня во все стороны расходится волна. Она не была заметной, скорее ощущалась, чем виделась.

Комната не нуждалась в освещении, так как света от кристалла вполне хватало. Вот только смотреть тут, кроме как на камень и на покореженное дерево, было не на что. Голые стены, пол, куполообразный потолок.

– Отлично, как скажете. Приятного вечера, дора Мерлина, – донёсся до Киры голос Геридара. Она оглянулась, заметив, как тот поклонился, передал что-то (скорее всего, ключ, о котором они до этого говорили) заместителю ректора, а потом стремительно вышел из комнаты. Кира заметила, что прикрытая им дверь тихо и медленно открылась, будто Геридар плохо ее притворил.

Мерлина же еще постояла неподвижно, словно рассматривая кристалл, а потом медленно стала обходить его, держась от него на почтительном расстоянии.

Киарана, конечно же, не осталась стоять на месте. Она повторила маневр Мерлины, желая увидеть, что та будет делать дальше. Ей казалось, что сейчас тут происходит что-то весьма интересное. Хотела какую-нибудь тайну или секрет замка? Вот пожалуйста, наслаждайся теперь, узнавай, что это тут такое.

Девольдар между тем подошла к стволу ближе и достала из кармана крохотный камушек ярко-желтого цвета. Вздохнув, Мерлина зажала камушек в кулаке, а потом сунула руку в дыру в стволе, тут же замирая неподвижно.

Киарана с интересом наблюдала за происходящим первые пятнадцать минут, а потом ей наскучило, ведь, казалось, ничего не менялось. Дым внутри камня по-прежнему клубился, только чуть интенсивнее, от кристалла все так же исходила время от времени волна, Мерлина даже не думала шевелиться, застыла, словно статуя. В общем, через час такого времяпрепровождения, Кира не вытерпела и покинула комнату, решив, что узнает о происходящем тут как-нибудь иначе. В любом случае можно было в следующий раз хотя бы книгу с собой взять, чтоб не было так скучно ждать окончания странного действия.

Вернувшись в комнату, Киарана ощутила, что проголодалась, но куда-то идти опять не хотелось, поэтому она просто завалилась спать, решив, что чем быстрее уснет, тем скорее наступит время завтрака.

И, только засыпая, она вспомнила, что в комнату вернулась намного быстрее, чем должна была.

Утром она проснулась рано, удивившись, что успела отлично выспаться. Привела себя в порядок, надела форму, проверив, все ли сидит хорошо, нигде ли не замялось. Киарана еще раз убедилась, что цвет мантии остался прежним – белым. До сих пор это ее слегка удивляло. Белый цвет никогда не был ее любимым. Да что говорить, у нее никогда и вещей-то такого цвета не было. Ночью слишком приметно, да и не практично.

Немного растерянно потоптавшись на месте, она оглядела комнату, размышляя, стоит ли ей что-то еще взять или нет. Расписание она помнила, книги вроде как должны были появиться по желанию. Что еще нужно? Спохватившись, она взяла небольшую сумку, специально купленную, и положила туда стопку листов, запечатанную чернильницу и пару писчих перьев. Вдруг надо будет что-то писать, не хотелось бы выглядеть неподготовленной. Правда, она не была уверена, что все это понадобится, но пусть лучше будет, чем потом просить кого-нибудь одолжить.

В коридоре по-прежнему царила тишина. Но Кира даже не обратила на это внимания, уже немного привыкнув. Наоборот, отлично, тишину она любила так же, как и дождь с грозой.

До столовой удалось добраться неожиданно быстро. Киарана вспомнила, что и ночью до своей комнаты она дошла буквально за десяток минут.

В столовой было не так много людей, они даже почти не смотрели на нее, видимо, еще толком не проснулись. Хотя Кира предпочла бы, чтобы они вообще ее не замечали.

Она подошла к раздаточному столу, подхватила поднос и принялась выбирать, чем сегодня позавтракает.

– Утро доброе, – прозвучало совсем рядом с ее ухом. Кира немного повернула голову, замечая сонного и помятого Ждана, от которого несло перегаром.

Кира тут же поморщилась и отодвинулась.

– Гуляли? – спросила ради поддержания разговора, поскольку ответ она и так уже знала.

– Ага, – Ждан сразу повеселел. – Ребята на факультете что надо. Сидели до трех часов, едва смотрителю не попались. Жутковатый дед такой, – ВереДик передернул плечами, душераздирающе зевая. – И девчата классные, боевые все, – при этих словах рыжий болезненно поморщился и потер плечо.

Киарана лишь проследила за этим движением, но комментировать не стала.

– Рада за тебя, – кивнула она, устремляясь с подносом к дальнему столику.

– А у тебя как там? У нас на факультете о тебе такие байки уже ходят. Я вчера посмеялся от души, – Ждан захохотал, привлекая к себе внимание, при этом он как-то умудрился и еды себе набрать, и поспеть за Кирой.

– Что за байки? – Кире не особо было это интересно, она и так представляла, что могли выдумать адепты, но ей не слишком часто приходилось подолгу общаться с людьми, поэтому она сейчас старалась, как могла, поддерживать разговор.

– Ну, например, что ты из древнего рода, – быстро прожевав, со смешком поведал Ждан. – Кто-то утверждает, что твоя фамилия есть в реестре мертвых родов. Мол, род не умер, а просто стал угасшим, но родилась ты, первый за много столетий маг. А это значит, что род можно считать возрождающимся.

– А еще говорят, что ты принесешь погибель этому миру, – прозвучало рядом. Кира со Жданом от неожиданности вздрогнули и резко обернулись.

– Мира! – возмутился рыжий, хватаясь за грудь. – Хочешь, чтобы я раньше времени покинул вас, отправившись за грань?

Миральда скептически осмотрела Ждана и пожала плечами, словно говоря, что лично ей все равно, что с ним будет, но она уверена – такой так просто не умрет.

– Но я знаю, что это ерунда, а те, кто говорит о таком, просто глупцы, – продолжила она достаточно громко. – Универсалы всегда были могущественными магами, но не все из них стремились творить зло. Магия лучше знает, кому и что давать.

– Да, да, – Ждан улыбнулся, а потом утянул возмущенную Миру на стул рядом с собой. – Поешь, остынешь немного. Чего ты так завелась, Мира? Подумаешь, болтают. Я вчера и не такое про нашу Киру слышал.

Киарана удивилась, услышав это «нашу». Как-то эти двое быстро успели ее себе присвоить. Впрочем, она не сильно сопротивлялась, понимая, что сама она ни с кем познакомиться не сможет. И дело не в смелости, просто… ну, а что говорить? Кого выбирать? Кто из всех этих людей захотел бы с ней общаться, а кого нужно избегать? Всё-таки Кира признавалась сама себе, что годы, проведенные почти в одиночестве, наложили на нее свой отпечаток. Впрочем, насколько она помнила, в приюте у нее тоже не было друзей.

– Что-то еще? – прохладно спросила Киарана, пристально рассматривая свой салат. Ощущения от общения с этими двумя немного выбивали ее из колеи, но ей оба однозначно нравились. И Ждан со своей вечной улыбкой, и немного странная, будто воздушная Мира.

– Ты ведь помнишь, что вчера говорила о вампире? А я еще до этого знал, что кто-то из магической расы будет в этом году учиться с нами. Так вот, именно вампир и будет, – понизив голос, заговорил Ждан, обращаясь вроде как к Кире, но смотря при этом то на нее, то на Миру. Обе тут же кивнули. – И девчата вчера болтали, что он пару раз спрашивал вроде как о тебе, Кира. Он на нашем факультете, только я его еще не видел.

Сердце в груди екнуло, споткнувшись о слова Ждана. Ладони моментально вспотели, а спина похолодела. Зная свою везучесть, Киарана была почти уверена, что этот вампир – именно тот, о ком она думает. И Кира никак не могла понять: смятение в груди возникло от тревоги или от предвкушения.

– С чего бы ему…

Кира не договорила. Именно в этот момент она случайно подняла взгляд и тут же ощутила, как ее сковывает волнение, обрушившееся на нее громадной волной.

Она только сейчас поняла, что столовая уже забита адептами. И все они замолчали, стоило ему только войти внутрь. Именно этот момент и поймала Кира случайно.

– О, спутник Вечной, – разбила молчание Мира, причем ее голос в полной тишине прозвучал так громко и отчетливо, что многие от неожиданности даже вздрогнули. – Хм, – добавила она чуть тише, к чему-то присматриваясь. – Как интересно.

Вампир между тем стремительно подошел к раздаточному столу, что-то схватил с него и быстрым шагом направился прямо к ним. Заметив у него в руке стакан с алой жидкостью, Ждан не смог удержаться от комментария.

– Скажите, что это у него там сок, – попросил он и при этом выглядел так, будто происходило что-то забавное. Правда, несмотря на веселые нотки в голосе, он несколько раз глянул с тревогой в глазах на Киарану, словно убеждаясь, что все в порядке.

– Все места заняты. Я присяду? – спросил вампир и тут же, даже не дожидаясь ответа, устроился за их столом. При этом он смотрел только на Киру с таким любопытством и вниманием, что девушке кусок в горло больше не лез.

– Что-то не так? –спросила тихо Киарана, взглянув прямо ему в глаза, которые при свете дня оказались еще невероятней. Как она и думала. Если присмотреться, то можно было заметить, как они искрятся золотыми огоньками, а в их глубине время от времени вспыхивает черное пламя.

– Просто рад, что снова увидел вас, – тут же отозвался вампир, при этом явно выделив слово «увидел». От его голоса по телу то и дело бежали мурашки, а где-то под ложечкой время от времени сладко тянуло.

Киарана вздохнула. И вот что ей теперь со всем этим делать? Что ему от нее нужно?

– Вы уже встречались? – словно заметив, что Кире не по себе, влез в разговор Ждан. – Кстати, меня зовут Ждан ВереДик. Эта воздушная красавица – Миральда Ливентон.

Ждан приподнял брови, явно молчаливо спрашивая имя у вампира.

– Приходилось как-то, – миролюбиво отозвался вампир. Оторвав взгляд от Киры, он пристально посмотрел сначала на Ждана, а потом на Миру. Кире даже показалось, что он запоминает их лица. Продлилось это недолго – не успели Ждан с Мирой почувствовать себя неловко, как вампир снова обернулся к Кире. – Дамиан Вальранд, – представился он, выжидающе замерев.

– Киарана Камильтон, – ответила спустя пару секунд Кира, замечая, что в столовой так никто и не заговорил. Все явно прислушивались, стараясь не упустить ни одного слова. Им всем хотелось узнать как можно больше о двух необычных новичках этого года.

– Почему ещё не на занятиях?! – неожиданно прогремел недовольный голос заместителя ректора. В тишине он прозвучал как удар хлыста.

Адепты тут же подскочили со своих мест и едва не образовали затор в обоих выходах. При этом Девольдар возмущалась, прикрикивала на «бестолочей», едва пинков им не надавала.

Кажется, единственным, кому все это нравилось, был Ждан. Он как-то так встал, что оттеснил от девушек вампира, мягко подталкивая их к выходу.

– Скорее! – выдал он, явно кипя энергией, которая выплескивалась у него через край. – Какая там у нас первая лекция?

– История магии, – ответила Кира, затылком ощущая пристальный взгляд. И чего ему от нее нужно? Честно говоря, чувствовала она себя рядом с этим Вальрандом так, словно ее уже связали и преподнесли на блюде. Интересно, все вампиры так действуют на людей? Ну, или не совсем людей.

– Скорее всего, будут два часа рассказывать нам всякие правила. Что-то вроде: туда ходи, сюда не ходи, это трогай, а сюда пальцы не суй, – Ждан уверенно вел их вперед, как-то так незаметно вставая, чтобы никто их не толкнул и не задел. Впрочем, когда все более-менее успокоились после внезапного появления Девольдар, то и сами немного сторонились троицы. Но это не мешало им с любопытством смотреть. – Сегодня весь день этому будет посвящен. Брат рассказывал, что каждый преподаватель считает, что его предмет самый важный, и в первый день обязательно будет это втолковывать всем желающим и не очень.

Кира на это рассеянно кивнула, неосознанно придвигаясь к Ждану чуть ближе. Рыжий, заметив ее маневр, улыбнулся.

– Не думаю, что он осмелится навредить кому-то из адептов, – шепнул он, наклонившись к ее уху. – Уверен, что преподаватели учли его природу и что-нибудь придумали, чтобы обезопасить учащихся. Да и он не кажется кровожадным монстром.

Киарана на это кивнула, чуть помедлив, соглашаясь с доводами Ждана. Да и, честно говоря, не так уж сильно она боялась вампира. Это было что-то совершенно иное. Что-то будоражащее, незнакомое и невероятно притягательное.