Наследница книжной лавки

1.1

Я снова прочла адрес на листочке. Посмотрела в узкий и тёмный проулочек, не обозначенный даже табличкой, однако карты в телефоне показывали, что это здесь. Адвокатская контора не могла получше офис найти? Но раздумывать времени не было, начинал накрапывать противный апрельский дождь, а из переулка вырывался ледяной ветер.

Мимо меня прошёл седоватый мужчина в пальто, костюме тройке и классической шляпе, и я решила уточнить.

― Простите, не подскажете, это Мировой переулок? Там в шестом доме ещё «М.А.Г.» находится, международная адвокатская гильдия.

― А, да-да! Вам именно туда, голубушка, – улыбнулся он и кивнул: – Вон на то крыльцо поднимайтесь, табличку сразу увидите, я и сам там бывал. Очень честная контора!

Поблагодарив прохожего, вздохнула и пошла к единственному крыльцу под кривобоким козырьком. Да уж, международный уровень ощущался. Зато табличку я, действительно, увидела сразу. Насыщенно-бордовая с золотыми буквами, она смотрелась инородным телом на обшарпанной, грязной стене. Тяжело вздохнув, я поднялась по выщербленным ступеням, взялась за ручку ржавой металлической двери и...

Вскрикнула, едва не задохнувшись! Мир менялся прямо на моих глазах! Стена стала кирпичной, козырёк изогнулся аркой и обзавёлся кованым кружевом, такие же перила выросли по сторонам лестницы, а ступени сделались ровнее. Пасмурный день просветлел, вдоль переулка появились кусты с голубоватой листвой, запели птички, вместо разбитого асфальта протянулась брусчатка, а я сама... Ох, ёлки! Ни джинсов, ни весенней курточки и ботинок! На ногах лодочки, пышная фатиновая юбка до колен, тёмно-голубой шёлковый топ ей в тон, красный жакет в стиле Шанель, на голове беретик, а на плече не рюкзак, а кожаная сумочка с вышивкой! Неплохо так приоделась, стильная штучка!

Я оглянулась на широкую улицу, но и там всё изменилось. Те же рыжие кирпичные стены в два-три этажа, окна с мелкой решёточкой, много зелени... Откуда она взялась-то в середине апреля у нас в городе?..

И только одно осталось неизменным – прохожий, смотревший на меня с доброй, хитрой улыбкой. Он указал пальцем куда-то в сторону стены, я снова оглянулась на дверь, теперь уже деревянную с красивым витражом по центру, и заметила вместо таблички крюк, а на нём потёртую вывеску с нарисованной книгой и чернильницей с перьями.

― Входите смелее, – крикнул любитель классики, – это ваше наследство. Фирма «М.А.Г.» свои обязательства выполнила.

Он исчез, а передо мной появился лист бумаги с моей подписью и парой чьих-то ещё закорючек, строчки, вспыхнув огнём, стали просто чёрными. Я быстро пробежалась по ним глазами. В документе сообщалось, что отныне Элеонора Краснова является владелицей книжной лавки «Мудрый гусь», находящейся по адресу: город Кардрия, Сиреневый переулок, дом один, которую оставил ей в наследство покойный отец Анри Тэль.

Я моргнула и вздрогнула. Приехали... Что за город? Какой отец? И ведь ещё думала, когда в контору шла, что тут какая-то ошибка закралась... Но адвокатская ошибка, это ладно. А остальное-то как объяснить? А может, на меня тот козырёк упал? Может, это всё глюки в разбитой голове?

И тут дверь открылась, а я дико завизжала и отпрыгнула!

1.2

Едва не скатившись со ступенек, я ухватилась-таки за перила, и во все глаза смотрела на вышедшее чудо... хотя, скорее, чудище. В дверях стояла на задних лапах серая крыса, размером с крупную кошку, вытянувшуюся вверх во всю длину... Зверь в бархатной синей жилетке с белым кантиком смотрел на меня умными блестящими глазами, а потом вздохнул, махнув хвостом, на кончике которого красовался нарядный малиновый бант.

― Ну, чего на пороге топчемся? Заходи уж, хозяюшка, – он отошёл, открыв передо мной проход и придерживая дверь.

― Ты... Ты... Говоришь? – пропищала я, голос от шока ещё дрожал, я, вообще-то, грызунов не любила всегда.

― А ещё мыслю, и, стало быть, существую. Входи уже, – зверь покачал головой и даже глаза закатил, на выразительной морде читалось его невысокое мнение обо мне. – Я Кри́стофор, кстати.

― Эля, – представилась, с трудом сглотнув пересохшим ртом, и протиснулась мимо гламурного грызуна.

― Эля? Вроде, Анри говорил, что дочку Элеонорой звать. Ты точно она? – крысёныш втянул голову в плечи и глазёнки подозрительно забегали. – А если чужую дочку подсунули? Вдруг ты шпионка от конкурентов? Говорил я Анри не связываться с той конторой, уж больно любезный был типчик в шляпе.

Зверь принюхался ко мне, обошёл по кругу, и тут появился ещё один персонаж.

― Что? Не ту наследницу прислали? А что же теперь будет? Ох, Пресветлая Богиня, что делать, а? – раздался голосок заядлого паникёра, а его обладатель выскочил из боковой двери.

Я снова вздрогнула и икнула. Мужичишка, ростиком ниже полутора метров, тощий, вертлявый, одетый в вельветовый жёлтый пиджак, чёрные брюки и белую рубашку, с платком на шее, украшенным булавкой с раухтопазом, рассматривал меня полудикими, испуганными глазами. Его острые, длинные уши, торчавшие среди кудрявых русых волос, слегка вздрагивали. Он тоже потянул воздух тонким носом-крючком, а потом призадумался на секунду и приблизился ко мне на шаг, шаркнув непропорционально большим лаковым ботинком.

― Нет, вроде всё в порядке. Глаза голубые, волосы ярко-рыжие, запах магии знакомый, да и похожа она на Анри... Ну, так, очень неуловимо, – мужичок, на вид ему было около пятидесяти, протянул мне маленькую руку с крупным перстнем, украшенным камнем как в булавке. – Будем знакомы, госпожа новая кураторша. Я Тафонтоли́кфор Толфогофа́н, крайне достойный сын талантливого и предприимчивого народа эльфов Разбойничьего леса.

Я так обалдела, что молча пожала тонкие пальчики. Даже узлом язык завязав, это имя не выговорю...

― Ой, ладно, сын народа лопоухих, не дави регалиями, а то уже аж поклониться хочется, – хмыкнул крыс.

― Сам молчи, магическое недоразумение! – взвизгнул достойный, и парочка раздражённо уставилась друг на друга.

― Простите, – вклинилась я, – а вы оба тут что делаете?

― Нахлебничают, – раздался невозмутимый и приятный мужской голос, и на верхней видимой ступеньке винтовой лестницы показалась пара кожаных туфель на длинных и крепких ногах.

1.3

Я с опаской и некоторым нетерпением ждала, когда хозяин голоса спустится. Незнакомец оказался весьма высок. Выше атлетичных ног появились узкий бёдра, потом роскошный торс, расширявшийся к могучим плечам. Белая рубашка подчёркивала рельеф бицепсов и приоткрывала мускулистую, литую грудь и мощную шею, а под расстёгнутым серым жилетом угадывался отличный пресс. Я зависла на этом зрелище и пропустила момент появления головы, что качок сразу и заметил.

― Знал бы, что стану объектом столь внимательного изучения, принарядился бы, – усмехнулся голос, а я вздрогнула и встретилась взглядом с брутальным красавцем. Трёхдневная щетина, немного резковатые, но правильные черты лица, внимательные, умные глаза, и волнистые русые волосы почти до лопаток, слегка выгоревшие...

Так, всё очень плохо. Вот только эдаких супермоделей мне не хватало!

― Не хотели, чтобы вас рассматривали, так спускались бы быстрее, я чуть не уснула, – огрызнулась в ответ. – И вы кто? Мне сообщили, что отец оставил наследство, про то, что в моей лавке будет так оживлённо, не предупредили. Впрочем, как и о многом другом...

Нет, точно. Всё... Пришибло козырьком, лежу в этом треклятом переулке овощем, общаюсь с воображаемыми друзьями, да так и умру, подхватив воспаление лёгких...

― Вообще-то, эта лавка не совсем ваша, вернее, не только ваша, – заявил мощный красавчик, выгнув бровь, и протянул мне руку: – Максимильян Кирр, бизнес-партнёр вашего отца, а теперь и ваш. Будем знакомы.

Мои пальцы утонули в огромной ладони, пожатие было крепким, но аккуратным, мужчина явно осознавал свою силу.

― Что-то я вашего имени не видела в документе! – не то чтобы мне была сильно нужна та лавка, но с мужиками я принципиально никаких дел иметь не хотела. Подойдя ближе, ткнула свой лист в нос лохматому, но он только усмехнулся.

― И вот никогда никто не читает мелкий шрифт и сноски... – выхватив бумагу, он повернул её ко мне и указал в самый низ, где шёл какой-то текст.

Я присмотрелась и едва не взвыла. Наследницей я была именно папашиной доли, а господин М. Кирр числился партнёром, которому принадлежала треть предприятия. При этом магическое сообщество Кардрии возлагало на меня обязанности куратора двух представителей магических рас. А именно, под мою ответственность отдавался магический зверь (мазв) крысьего рода – Кристофор, и эльф ногастый лесной с именем, которое я даже не стала пытаться прочесть. Я должна была обеспечить этим двоим кров, еду и надзор, дабы никто их не обидел, и они никому не навредили.

Ну, папочка! Вот жил ты себе, носа не казал в нашу с мамой жизнь, так и дальше бы не лез! А то удружил!..

Я хотела распсиховаться, но потом успокоила себя тем, что это всё понарошку... Просто глюки нездоровые. И тут же хихикнула, можно подумать, глюки бывают здоровыми! Ага, глюки-ЗОЖники. Или глюки упитанные и румяные...

― И что смешного пишут? – поинтересовался красавчик с таким видом, что я заподозрила его в занудстве.

― Поздравляют с тем, что выиграла приз за самую впечатляющую невезучесть, – сладко улыбнулась я.

― Эх... А отец думал, вы будете рады оказаться в магическом мире, получить собственность и обрести магию... – Кирр всё ещё меня внимательно изучал.

― Магию? Ну, ладно. Надо, так обрету. Где тут у вас её выдают, а? По записи или живой очередью? – мозг отказывался верить в реальность происходящего, так что я решила отнестись ко всему с сарказмом, раз уж пока медицина не спешит мне на помощь.

― Выдают? По записи? – слегка растерялся мускулистый. – Странные вещи говорите. Магия у вас есть, и она должна была проснуться, как только вы перенеслись в наш мир. Судя по цвету волос, вы маг огня, как и ваш отец. Вот, – красавец зашёл за прилавок и достал подсвечник с огарком, – пожелайте, чтобы свечка зажглась. Соберитесь, направьте внимание на фитиль, и чётко произнесите про себя: гори! Ну, для начала, можете и вслух.

Усмехнувшись и отлично понимая, что ничего не выйдет, я уставилась на огарок и рявкнула:

― Гори!

Что-то рвануло, и угол шкафа сбоку от прилавка вспыхнул факелом, запылал, потрескивая, огонь быстро распространялся, а я смотрела на него, ошалевшая.

― Ой... Не то пальто...

― Какое пальто? Ты нас всех спалишь! – завопил эльф, бегая по лавке и сбивая книги с полок, по прилавку носился крыс, выдёргивая себе усы и причитая, что мы все умрём и это происки конкурентов, и только Кирр ломонулся к шкафу.

Вскинув руку, он дунул на ладонь, и огонь засыпало песком, как из пескоструйной машины.

― Н-да... Слушай, партнёр, пока ты не сожгла наш источник дохода, лучше с магией повремени. Здесь задний дворик есть, там потренируемся, как только освоишься, – я не могла поверить, что здоровяк остался так спокоен, только на «ты» неожиданно перешёл... Вот это выдержка!

Странным образом пожар заставил меня задуматься. А может, это всё правда?

Я огляделась. Лавка была небольшой, обшарпанной, пыльной, и за всё время моего тут нахождения не зашло ни одного покупателя. Тянуло заведение не на источник дохода, а на убыток и проблему вместе взятые... И только так подумала, как эльф кинулся к двери и попытался выдворить невысокого, усатого мужичка в картузе и с большой сумкой через плечо.

― Нет! Нет! Нет! – вопил ногастый. – Уходи, Дон! Ты как явишься, вечно с плохими новостями! Уноси свои бумажки и конверты! – категорично топнул здоровенной ногой эльф и указал на дверь.

― Да как же я уйду, когда должен хозяину лавки счета передать? Вот, из водопроводной компании. И ещё штраф за прошлую неуплату, и вот тут...

― Ага! – эльф напустился на крыса.  – Это ты виноват! Всё хвост свой намываешь, вон, уже всю шерсть смыл! Ванна ему каждый вечер! Сибарит блохастый! Я ноги раз в месяц мою и нормально пахну, а ты...

― Да-да, – фыркнул крыс, – пахнешь отменно. Именно поэтому у нас ни моли, ни тараканов, ни дворовых крыс и мышей нет. Все от запаха дохнут, стоит тебе туфли снять, очень полезный ты член нашей команды.

― Что за проблемы со счетами? Почему штрафы? – я мрачно глянула на бизнес-партнёра.

― Скажем так, у нас некоторые трудности, – пожал могучими плечами красавец.

― А конкретнее?

― Денег нет, а счета есть. Вот тебе конкретика, – вмешался эльф, прыгнул за прилавок и выволок большую коробку, доверху набитую бумагами, – в ассортименте! От плотника, от слесаря, за починку кассы, от мага-ловца привидений, от бакалейщика, от адвокатов, из салона массажа за девицу развратную, белобрысую, от поставщика книг, от продавца чернил, от знахарки за амулеты, притягивающие удачу в бизнесе... В общем, выбирай на свой вкус. За что тебе больше нравится не платить, за то и не плати. Принимай наследство, – тут он хмуро глянул на Кирра, а тот флегматично рассматривал новые счета и штраф.

― Да... Кажется, размер катастрофы я недооценила, – и на этих словах почтальон вручил мне ещё два пухлых конверта.

― Тут вот от службы благоустройства штраф. Наверное, за ветку ивы, которая соседке во двор склонились, потом сломалась и наградила не проходящей икотой её толстого кота. Теперь мяукать нормально не может, бедолага. Мя-ик! Мя-ик-ик! – изобразил почтальон и покачал головой. – Несчастное животное. А уж как в марте орать начал, так кошки от страха разбежались, теперь ни одного котёночка в квартале. Не сложилась романтика...

― А во втором что? – настроение моё совсем испортилось. Если это не глюки, то мне срочно нужно к юристам. От наследства избавляться буду.

― Ну... это мелочи. Так, безделица, – смущённо засуетился эльф и попытался отнять у меня конверт.

― Ага! И вот он уличал меня в расточительстве! – радостно рассмеялся крыс. – А сам на аукционе антиквариата прикупил себе что-то. Это их штемпель, – когтистый палец ткнул в конверт. – И дешёвого там ничего нет...

― Нахлебники, как я и сказал, – филососфски подвёл итог Кирр, забрал у меня конверты и бросил вместе с другими в коробку. – Убери это, Крис. Смотреть, только настроение портить, а перед обедом оно несварением грозит. Ну что, партнёр, – он повернулся ко мне, – идём, комнату покажу. Там раньше отец твой жил, теперь всё твоё, владей.

Но снова распахнулась входная дверь, и мне в голову полетело яблоко!..

1.4 

Если бы не реакция мускулистого философа, то полусгнившее яблоко впечаталось бы мне в нос! Но Кирр его поймал прямо у моего лица, правда, стиснул так, что липкая жижа разлетелась во все стороны, окатив и меня, и мои новые гламурные одёжки.

― Спасибо... – процедила я, вытирая щёки и лоб и стряхивая коричневую мякоть с густых и длинных волос.

― Могло быть хуже, партнёр, помни, что всегда могло быть хуже... – Кирра, казалось, невозможно вывести из себя. Он повернулся к двери и чуть поклонился тощей бабке, укутанной в чёрные кружева с ног до головы. – Добрый день, госпожа Тулис. Мы очень рады видеть соседку.

― Навоняли! Пожар устроили, горгульи пьяные! Дом мне решили спалить?! – зашипела старуха, потрясая кулачком в кружевной митенке, при этом шляпка-блин с потрёпанной вуалью слегка съехала на крупный нос, явно не подходивший по размеру к остальным мелким чертам морщинистого лица. – Я вам устрою! Я на вас управу найду! Вы мне за котика несчастного ещё ответите! За все мерзкие выходки отомщу! А ты, тэлевское отродье, то нос не казала, а как папаша помер, так притащилась, а? Стревятница! – выкрикнула она, обличительно ткнув в мою сторону пальцем, и резко вскинула голову, из седого пучка выпала кривая шпилька. – Засужу... – пообещала соседка со злорадным предвкушением.

Я решила уточнить во избежание недопонимания:

― Простите, за что засудите? Тут корысть и эгоизм считаются преступлением? А вы же меня в этом обвиняете, да?

― Тьфу! – смачно плюнула на пол старуха и постучала пальцем себе по лбу. – Дура! За выходки ваши засужу. И тебя в первую очередь, как главариху этой преступной шайки. Дармоеды, хулиганьё поганое! Баламуты! – в последний раз взвилась и заорала карга, и выскочила из лавки так же резво, как и влетела.

― Всем бы нам такой задор и энергию в её возрасте... – вздохнул Кирр, а я повернулась, и окинула взглядом троицу.

― Ну, хулиганьё поганое, и что вы натворили, что довели человека до такого состояния? Ясно, чей зверь пострадал от ветки, но тут не котом единым, мне кажется...

― Да ничего такого не было, – все трое ответили в один голос, сделали самые честные глаза, и едва только ножкой не пошаркали.

― А чуть подробнее о том, чего не было, можно? – я строго воззрилась на эльфа, чувствуя, что он не самое крепкое звено в этой цепи.

Мелкий нервно дёрнул ушами, глаза забегали, пальцы принялись быстро пощипывать щегольской платок с булавкой.

― Ой, да ничего! Правда! Ну, так, по мелочи...

― Молчи! – процедил крыс, как чревовещатель, явно надеясь, что я не услышу, Кирр тоже сделал эльфу страшные глаза, но это всё только ещё больше напугало ногастого, и слова полились рекой.

― В общем, там ерунда и была то, это просто бабка такая нервная и злобная. Правда! Я тут дольше всех, она всегда такой была! Ну, неужели можно вот так окрыситься за пустяки? – тут Кристофор на него злобно махнул когтистой лапой со скрюченными пальчиками, но эльф только отскочил подальше. – Вот сама посуди. Дома в этом районе старые, стоят стенка к стене, крыши рядом. Так разве мы виноваты, что латали свою крышу, но молоток выскользнул из руки, отлетел и прошиб дряхлую крышу бабки? Так она столько шуму подняла, будто ей на голову упало! До сих пор требует ущерб возместить, крохоборка... Ну, потом ещё вот музыка... Я страсть как люблю музыку! А стоит граммофон завести, как она прибегает, орёт, что мы ей жить мешаем. А чем мешаем? Ну, да аппарат на втором этаже, а я-то на первом работаю. Как тише-то сделать? Не услышу ведь! Ну, согласись, никакой логики в требованиях! Лишь бы придраться! Ну, что ещё... Раз она бельё в саду повесила сушиться, а твой отец полез трубу чистить, и был ветер, в общем, неловко вышло. Но это же просто капризы погоды! Или, например, долго у нас дверь в кабинет криво висела, – ногастый кивнул на створку за прилавком. – И как-то сидели, эль потягивали... В очень умеренных дозах, заметь! Да и решили починить. Добротно, на совесть. Конечно, без молотка и дрели не обошлось, Макса-то с нами тогда не было, а по ремонту это только маги земли мастаки... В общем, своими силами справлялись мы... Ну да, не посмотрели на часы. Не заметили, что час ночи... Ну чего было прибегать с ведром и плескать на нас ледяной водой? По-людски нельзя, что ли? И вот ещё...

― Довольно, Тафонтоли́к, – с нажимом проговорил Кирр, следящий за тем, как моё лицо сначала вытягивалось, потом краснело, и наконец, губы и челюсти сжались вместе с кулаками. – Много информации для первого дня.

― Ага, лучше добивать дозированно. Глядишь, и адаптируюсь, привыкну... – процедила я, понимая, что с такой вводной примириться с бабкой нам не удастся, а меня выбивали из колеи конфликты. И яблоки, летящие в лоб, тоже не радовали.

― Вот! Я это и имел в виду, – улыбнулся красавчик. – Смотри, мы моментально нашли с тобой общий язык, а? – он подмигнул. – Ладно, суть нашей ситуации ты уловила, теперь идём обедать. Крис, покажи Норе её комнату, а я погрею суп.

― Э... Ма-акс... – протянул эльф, покраснев. – Насчёт супа... Его бы прокипятить подольше. Чтобы дополнительное мясо сварилось...

― Какое ещё дополнительное? Там и основного-то чисто для запаха, – не понял Кирр, и мы все уставились на ногастого и достойного.

― Да вчера по кухне муха жирная летала, я её гонял, гонял, потом добил, но... В общем, суп стал немного наваристее, вытащить это тело не удалось... Так что прокипятить надо.

― Нора, – вздохнул мускулистый, – ты как к яичнице относишься?

― Очень положительно, – я едва справилась с тошнотой, подумав о супе с дополнительной порцией мяска.

Отцовский компаньон ушёл, а крыс мне улыбнулся смущённо:

― Да ты не расстраивайся, мы, вообще, нормальные ребята...

― А я уже верю, – ответила с честным видом и пошла заселяться.

Видимо, пора было признать, что козырёк если и упал, то мимо меня, к сожалению, и этот дурдом с тремя постояльцами теперь моя новая жизнь.
-----
Элеонора

2.1

Комната оказалась небольшой и довольно облезлой. Засаленные обои, скрипучие полы, кровать, шкаф с зеркалом на створке, тумбочка с лампой и несколько больших коробок.

― Это вещи Анри, – объяснил крыс, – мы собрали, но не решились выбросить, подумали, может, тебе будет интересно посмотреть, что-то на память оставить.

― Вряд ли, – отрезала жёстко, бросив на кровать сумочку. – Этот человек был мерзавцем, вот всё, что мне нужно знать. Сделать ребёнка и ни разу не вспомнить о нём? Это отец? Он повесил ответственность и все тяготы на плечи моей матери, а сам жил в своё удовольствие. Мама из сил выбивалась, работала на двух работах, которые её и угробили раньше срока. Так что не смейте называть его моим отцом. Я бы никогда не приняла это паршивое наследство, если бы мне дали выбор. От живых мужиков одни проблемы, и мёртвые ничуть не лучше.

― Но когда ты влюбишься, то... – попытался возразить эльф, однако я оборвала эти глупости.

― Если такое случится, надеюсь, меня кирпичом пришибёт, чтобы не мучилась. Идём на кухню, я есть хочу.

Мы спустились вниз, в воздухе плыл чудесный аромат, и картина, которая мне открылась, была тоже вполне эстетичная. Кирр и со спины выглядел шикарно, но я заставила себя не рассматривать его упругую пятую точку. Вот ещё! Вообще не интересно!

Настроение испортилось, раздражение требовало выхода, и я знала, кому сейчас достанется!

― А скажи-ка, партнёр, – уселась на табурет, положив ногу на ногу, – как же случилось, что вы с Анри так запустили бизнес? Чем вы двое занимались, что теперь мы имеем кучу проблем и ни единого варианта их решения?

― Вообще, этот бизнес был примерно в таком же состоянии, когда я в него вложился, – совершенно спокойно пожал плечами длинноволосый, казалось, его мало волнует потеря денег. – Была надежда, что моих средств хватит, мы сумеем поставить лавку на ноги, но...

― Это всё старуха виновата! Её конкуренты подкупили! – уверенно заявил Крис. – Она нам пакостит. Сама убедишься.

― Если и так, то вряд ли тут виноваты конкуренты. Чтобы иметь конкурентов, надо иметь бизнес, а я что-то не вижу покупателей. Пока даже не понимаю, за счёт чего вы держитесь на плаву. Так что же случилось, что денег не хватило? – снова глянула на Кирра, который как раз раскладывал по тарелкам глазунью. Под рубашкой плавно перекатывались бугры мышц, и я опять на секунду зависла. Чёрт!

― Анри договорился, что у нас пройдёт презентация новой книги одного известного автора, заказал рекламу мероприятия, позвал прессу, заплатил за уборку и цветы, за угощение, и прочее, но его обманули. Агент заключил другой договор, а нас не предупредил. В итоге мы имели бледный вид, в прессе прошла волна гнусных статеек, и мы прослыли неблагонадёжными. Это стало последней каплей. После такого провала Анри совсем сдал, а через несколько месяцев умер.

Я должна была бы чувствовать злорадное удовлетворение – человек, которого винила в смерти мамы, получил по заслугам! Но вместо этого стало за него обидно, я терпеть не могла подлости и обмана.

Тем не менее, это всё не моё дело. А надо думать, как свои проблемы решить.

― Ясно. И что теперь? Что ты собираешься предпринять? По уму, вашу лавку давно надо было продать. И я намерена сходить к адвокатам, узнать, как это сделать, что можно получить, и на что мне хватит денег, после раздачи долгов. Поэтому...

― Паршивый план, партнёр, – Кирр поставил передо мной тарелку. – Во-первых, ты куратор Криса и Тафонтоликфора...

― И что? – перебила я. – Откажусь от этой почётной обязанности, да и всё. Я на такое не подписывалась.

― Подписалась. На документе-то твоя подпись стоит. Ты приняла наследство.

― А это ещё вопрос. Я в глаза эту бумагу не видела, откуда там моя подпись, не знаю.

― Полагаю, как только ты согласилась перейти в наш мир, твоя подпись и возникла. Раз перешла, значит, готова к обязательствам.

― С чего? Я понятия не имела про ваш мир, и в контору «М.А.Г.» шла, чтобы заявить, что никакого отца не знаю, а завещание ошибка.

― Ну, как адвокаты сработали, это другой вопрос, но факт остаётся фактом. На бумаге твоя подпись, ты тут, и значит, вступила в права наследства и приняла на себя обязанности, – жуя яичницу, уверенно рассуждал Кирр. – И теперь, если решишь отказаться от кураторства, тебе придётся заплатить огромный штраф. Только потом, когда ребят кто-то заберёт к себе, ты сможешь продать свою часть лавки. Однако общество плохо относится к тем, кто бросает магических созданий на произвол судьбы. Тебя будут осуждать и поливать грязью, и это уронит цену твоей доли до минимума. А продать лавку, пока тут живут подопечные, ты не имеешь права. Другого жилья для них у тебя нет, а нельзя оставлять их без крова и средств к существованию.

― Да-да! – горячо подтвердил эльф. – А то мы можем отбиться от рук, начать разбойничать, станем преступными элементами, и банду организуем. Точно тебе говорю, бывали случаи, – со знанием дела покивал он. – Стресс страшная вещь!

― Ага, прямо вижу заголовки газет: «Крыс и эльф терроризируют город!» Или «Девушки, опасайтесь хвостатого любителя бантиков! Берегите косички!» А вот ещё хороший: «Эльф-убийца снял ботинки в общественном месте. Есть жертвы!» – я отшвырнула вилку, аппетит пропал.

Кирр усмехнулся, эльф насупился и сложил руки на груди, а Крис растопырил усы. Похоже, обладатели криминальных наклонностей и хрупкой психики слегка обиделись.

― В общем, не выйдет у тебя продать лавку, – подвёл итог красавец с настолько безразличным видом, что придушить его захотелось.

― Отлично! И что ты предлагаешь делать?

― Не знаю. У меня есть другой источник дохода, я артефакты ремонтные создаю. Советую и тебе скорее с магией разобраться и поискать работу. А в лавке пусть заправляют наши магические друзья, – он показал глазами на парочку иждивенцев.

― Да вы тут уже все назаправляли! – взорвалась я, вылетела в дверь, за стеклом которой виднелись деревья, и оказалась во дворике.

Во мне кипела злость! Надо же было так вляпаться! Зарычав, я пнула какую-то деревяшку, она угодила в забор, и тот вспыхнул! Пламя разрасталось всё сильнее, а меня мелко затрясло от ужаса. Это я такое сделала?

Из кухни выскочил Кирр и кинулся к забору, а за моей спиной раздался мрачный голос эльфа:

― Это бабкин забор. Нам кирдык.
-----
Максимильян

2.2

Приехала полиция, оказалось, что машины тут очень похожи на наши раритетные авто годов тридцатых прошлого века. Соседка, которая сначала, вопя, выскочила во двор, вызвала стражей порядка, а потом прибежала к нам, орала без конца, сыпала оскорблениями и требовала всех нас отправить в тюрьму. Особенно меня. И вот на этот раз даже возразить было нечего. Маньяк-поджигатель тут я.

Пока Кирр тушил пожар, а потом магией латал опалённые, но, к счастью, довольно толстые и не успевшие прогореть доски, полицейские опрашивали нас и потерпевшую. К слову, с её стороны забор почти и не пострадал, огонь только слегка просочился в щели между плотно стоящих деревяшек. Максимильян быстро устранил повреждения, а вот с нашего двора зияла чернота, и маг-ремонтник чесал затылок, любуясь на эту «красоту».

― Госпожа Тулис, но как я вижу, последствия происшествия уже убраны, по крайней мере, с вашей стороны не заметно, что забор горел.

― Но он испорчен! Я-то знаю, что он горелый! А если завтра рухнет? Или развалится? Вы, вообще, на чьей стороне, офицер? Я честная гражданка, у меня нет кучи неоплаченных счетов, я не учиняю погромы соседям. А эти прохиндеи живут неизвестно на какие деньги, громят всё, устраивают дебоши с грохочущей музыкой!

― Госпожа Тулис, но ведь ваша соседка объяснила, что недавно оказалась в нашем мире, и не умеет справляться с магическим даром. Поэтому это просто несчастный случай, а вы предлагаете мне арестовать её за умышленный поджог.

― Я поняла! Поняла! Это потому что она молодая и смазливая! Конечно, кто станет защищать несчастную старуху, когда тут такая краля, да? Я вашему начальству жалобу напишу! Потребую сделать вам взыскание! – вопила соседка.

― Чёрт... – я стояла в сторонке рядом с Крисом и эльфом, чьё имя никак не могла выговорить, сколько бы раз крыс и Кирр его не произносили. – Надо нам как-то с ней мириться...

― Вперёд, – кивнул Кристофор. – Мы забор не поджигали. Сама натворила, сама исправляй.

― Забор? Да если бы вы до такой степени отношения с ней не накалили, то и забор бы столько проблем не принёс, – огрызнулась я.

― Это спорно. Соседские отношения, они такие, никогда не знаешь, когда оно рванёт, – со знанием дела заявил эльф. – У нас в лесу-то как бывает? В обед друзья, а к вечеру смертельные враги...

― Не удивительно, что ты к людям перебрался, – проворчала я и пошла к бабке. Мои подопечные и партнёр с интересом ожидали, чем это закончится.

― Госпожа Тулис, – окликнула я, и в ответ узнала, что я хуже лишайного крысиного хвоста, и мне не место в нормальном обществе. Ну, ладно. Предположим... – Госпожа Тулис, я хотела бы извиниться за случившееся. Мне очень жаль, что так вышло. Если я могу как-то загладить вину...

― Сядь в тюрьму, вот и загладишь, – рявкнула бабка, однако в злобных, блёклых глазках мелькнуло удивление.

― Может, поищем менее радикальные способы? Я понимаю, что вы очень рассержены и расстроены, я бы тоже на вашем месте негодовала, но всё уже случилось, это не изменить.

― Ишь, рассудительная какая! А если бы твоя собственность пострадала, а? Вот давай-ка я тебе забор подожгу! Хочешь? – взвилась старуха, шляпка-блин съехала на нос-сливу.

― Не хочу. Я и ваш поджигать не хотела. Но ведь господин Кирр уже устранил, так сказать, разрушения. Забор стоит...

― А мои нервы? А моральный ущерб? – прищурилась и поджала синеватые губы соседка.

― Вы на компенсацию намекаете? – до меня стало доходить, куда она клонит.

― Именно, милочка. Урон нанесла, оплачивай! Ты мне ещё за лечение кота должна! – нагло заявила Тулис, и вот тут моё терпение дало трещину.

― К вашему коту я не имею никакого отношения, – отрезала чётко. – За забор заплачу, про остальное и думать забудьте! Сколько я вам должна?

Сказала, и поняла, что даже не знаю, какие тут деньги. В счетах стояли суммы, а рядом буковка Д, и спросить я не успела.

― Триста доров! – быстро ответила бабка.

― Каких дров? – не поняла я. – Хотите, чтобы я вам поленьями ущерб возместила?

― Ага! Слыхали! – завизжала Тулис, хватая и дёргая полицейских за руки. – Она мне угрожает! Намекает, что палками меня поколотит! Говорю же, банда это! Посмотрите, какие рожи криминальные! Патлатый, хвостатый и ушастый!

― Ногастый, – робко поправил эльф, за что Марта выхватила из кармана яблоко и метнула в голову умника.

― Ушастый, я сказала! – и снова повернулась к растерянным полицейским. – А эта, – она ткнула пальцем в мою сторону, – даром, что такая невинная с виду, она их преступный мозг! Как раньше её папаша был!

Я как-то даже плечи подрасправила. Не каждый день до уровня криминального авторитета поднимаешься.

― Госпожа Тулис, – устало вздохнул старший из стражей порядка, – очевидно, девушка не расслышала название денежной единицы, и никто вам не угрожал. Прошу, давайте решим это дело полюбовно, и разойдёмся. У нас ещё вызов ждёт.

Старуха подлетела к храброму бедолаге и чуть ли не в нос ткнула палец, зло сощурив глазки.

― Жалобу напишу, – прошипела она и повернулась ко мне. – Триста доров! Завтра же! Иначе я иду в суд.

Она рванула из нашего двора, продолжая поливать всех грязью, а я повернулась к Крису, стоявшему рядом.

― Какие дрова ей надо?

― Не дрова, а доры. Один дор – денежная единица. А ты сейчас влетела на очень большую сумму. У нас за месяц столько выручки не набирается, а ещё жить на что-то надо.

― Госпожа Краснова, вы слышали требования потерпевшей. Или заплатите, или разбирайтесь в суде. Хотя, этот забор столько не стоит, конечно, а уж нервов она всем вымотала не меньше, чем вы ей... Но я вам этого не говорил! – спохватился полицейский, махнул коллегам, и они уехали.

― Что теперь делать? – у меня нервно дёрнулся глаз, потом другой, потом слегка губа дрогнула.

― Идти в банк, – ответил Кирр. – Отец тебе немного денег оставил, чтобы могла себе вещи купить, когда тут окажешься. Счёт на вас обоих открыт.

― Зря ты ей деньги предложила, – проворчал эльф. – Она ногастых от ушастых не отличает. А это, между прочим, два разных эльфийских народа! Ушастые пронырливые, подлые напёрсточники из Обманной долины! Мы, достойные и предприимчивые эльфы из Разбойничьего леса с ними не якшаемся! – он рванул к забору и погрозил сквозь доски отсутствующей соседке: – В суд подам за оскорбление!

― Ладно, и где тут банк? – я поняла, что приодеться не выйдет, но может, если бабка получит деньги, то как-то смягчится? Поймёт, что мы настроены на мир?

Кирр вызвался меня проводить, сказал, что отделение в паре кварталов. Хотелось отказаться, но учитывая, что я местные деньги от поленьев не отличаю, решила согласиться на компанию.

По дороге партнёр показывал мне, где и что тут находится. Район оказался весь из кирпича, такой уютно-пряничный, чистенький, зелёный, машин было совсем мало, и мощёную дорогу можно было просто перебегать, где удобно. Дошли мы довольно быстро, по пути заскочили за хлебом в пекарню, а в банке даже очереди не было!

― Здравствуйте. Я хотела бы снять деньги со счёта, моё имя Элеонора Краснова, а счёт открыт на меня и Анри Тэля.

Служащий в белой рубашке, жилете и галстуке, поправил чёрные нарукавники, крайне меня удивившие, зашуршал бумагами и какими-то книгами, а потом тяжело вздохнул.

― Увы, госпожа. Этот счёт месяц назад закрыт. Банк забрал средства в уплату долга по займу. Кстати, как совладелица счёта и наследница господина Тэля, вы должны нам ещё двадцать доров. Можете прямо сейчас оплатить. Тогда нам не придётся подавать в суд.

― Если у меня есть деньги, то зачем бы я к вам пришла за ними? – прошипела, развернулась и вышла.

Внутри снова всё кипело, но я помнила про чёртов забор, поэтому просто прикрыла глаза и дышала глубже. Нормально мы в банк за деньгами сходили!

Не дожидаясь Кирра, помчалась домой, ненавидя отца, а с ним и всех мужиков вместе взятых. И этого сморчка в нарукавниках тоже! Влетев в свою комнату, я зажмурилась, стиснула кулаки и завопила во всё горло, надеясь, что хоть так ничего не спалю.

Не спалила. Но с потолка рухнула люстра, а мимо окна просвистала отвалившаяся труба водостока. Расходы, снова проклятые расходы! Ну, кому ещё я должна денег?..

2.3

Я стояла у окна и смотрела, как со стороны улицы по стеклу ползёт муха-замухрышка. Вот она сосредоточенно доползла до рамы, попыталась обогнуть паутину, но увязла двумя лапками и принялась дёргаться.

― Добро пожаловать в клуб везунчиков, сестра, – глухо проворчала я, постояла, глядя на испуганное создание, вздохнула, открыла окно и оборвала путы. Муха улетела. Мне вот так никто не поможет.

― Эй, партнёр! – раздался стук в дверь и голос Кирра. – Можно?

― Зависит от того, что тебе надо, – у меня не было ни малейшего желания с кем-то разговаривать, поэтому просто открыла и уставилась на длинноволосого, снова подумав, что он преступно красив. Вот же гадство! И так куча проблем, так ещё это мужественное совершенство тут шастает, раздражает.

― Держи, – мистер Идеал протянул мне какой-то листок. Я глянула, и захотелось взвыть.

Кирр заплатил за меня в банке. Теперь от них суд не грозит, а вот у этого супермоделя я в долгу. Судя по ситуации, в неоплатном.

― Благодарствую, – процедила сквозь зубы и изобразила низкий поклон. – Отдавать буду натурой, да? Ну, там, рубашки постираю, штаны поглажу, ботинки начищу... Могу полы в комнате помыть. А вот денег нет.

― Нет, с обслуживанием своей персоны я, худо-бедно, справляюсь, так что забудь, – показалось, его обидели мои слова, но мне вот совершенно не улыбалось быть должницей мужика! Знаю я, как они могут долги «простить». И хотя Кирр не походил на подлеца, однако счёт за девицу имелся. И кто её вызывал? Папаша, который видимо здоровьем не отличался? Зачем доходяге развратная белобрысая?

Кирр хотел уйти, но я вздохнула и устало окликнула:

― Максимильян... Я отдам при первой же возможности.

― Договорились. Мне роль благодетеля не особо нравится. Ещё начнёшь исподнее отнимать на стирку, да в глаза преданно заглядывать... – пробурчал он, повернулся к лестнице, но остановился тоже с тяжёлым вздохом. – Ладно, показывай, что сломала. Тафонтоли́кфор сказал, тут грохот был.

― А он точно из ногастых, а не из ушастых? – мрачно хмыкнула я, пропуская мага в комнату. – Терзают меня смутные сомненья... И как ты это имя запомнил, когда его даже выговорить нельзя?

― На листочек записал и два месяца учил, – с серьёзным видом ответил красавчик, и я не поняла, это он шутит или как? Второй вариант казался более правдоподобным.

Кирр осмотрел погром, попытался починить светильник, бормотал что-то, прикладывая черепки плафонов друг к другу, но получилось только два рожка из пяти восстановить.

― Всё. Дальше магия бессильна. Тут осколки слишком мелкие. Придётся так вешать, – он глянул на меня. – Потерпишь?

― Если бы это была моя самая большая проблема... Где у вас веник и совок? Надо бардак убрать. И... – я слегка замялась, – там водосток... немножко упал.

― Немножко упал? Или на землю упал? – уточнил Кирр, и в глазах мелькнул смех.

― Немножко, но на землю. Одним концом, а второй отлично держится, – оптимистично отчиталась я.

Попыталась сдержаться, но плюхнулась на кровать и расхохоталась. Если кто-то рождается с серебряной ложкой во рту, то я, видимо, родилась с совковой лопатой, полной навоза! Люди радуются наследству, а я приплатить готова, лишь бы его забрали, но даже это нельзя! Однако смех резко оборвался.

― Слушай, Макс, – я села прямо и глянула на слегка обалдевшего от моих перепадов настроения партнёра, – а если я всем и кругом должна, лавку же могут забрать за долги? И куда тогда эту парочку денут, раз я их куратор? Или если продать нельзя, то и отнять лавку не могут?

― Почему же? Это очень даже могут, – и у меня снова зубы заныли от его буддистского спокойствия. – Тогда ребят заберёт попечительская служба, а ты заплатишь штраф и сядешь в тюрьму на год, потому что своими действиями поставила под угрозу благополучие зависящих от тебя созданий.

Зубы заныли так, что я подхватила это нытьё, застонала и вцепилась в волосы, рухнув обратно на кровать. Сумочка, лежавшая рядом, свалилась и содержимое рассыпалось. Я смотрела на знакомые вещи, и уже они казались нереальными, а не всё, что окружало меня здесь. Подобрав зеркальце в деревянной оправе и деревянный гребень для волос (люблю деревянные аксессуары), я поняла, что телефон пропал, наверное, на крыльце уронила от неожиданности, а вместо пакетика бумажных платочков в сумке оказался простой белый носовой платок. Рядом лежал мой чёрный кошелёк с тиснёной бабочкой, только серебристая рамка стала латунной... Интересно. Я открыла и обалдела.

― Макс... Как это? – пробормотала, разглядывая содержимое.

В отделении для мелочи оказались незнакомые медные и серебристые монетки – с одной стороны роза, с другой какой-то профиль. Вместо знакомых купюр, а я помнила, что там были пятисотка, потасканный полтинник и три сотенных, появились синие банкноты с таким же номиналом.

― Ого, – присвистнул Кирр. – Вот об этом ни я, ни Анри не знали. Похоже, деньги твоего мира при переходе тоже изменились. Купюры, это доры, серебристые монеты – полудоры, они железные на самом деле, а медные – четвертаки. Бывают ещё медные монеты помельче, это десятки, а такие же с отверстием внутри – добы. Доба, это самая мелкая денежка у нас. В одном доре сто доб, – он порылся в кармане и достал монету покрупнее. – Вот, это серебряный дор.

― Эх, зря я банковскую карту не прихватила, у меня там ещё рублей пятьсот до зарплаты оставалось! – я даже кошелёк перепроверила, но, увы.

― Не знаю, что такое эта карта, но при межмировом переходе трансформируются только вещи, которые имеют аналог в нашем мире, остальные просто исчезают.

― Ясно. Ну, тогда и сожалеть не о чем.

― Возможно, но зато ты теперь при деньгах, партнёр! – подмигнул Кирр.

― Точно! И собираюсь заплатить соседке. А ещё надо пройтись по магазинам, купить хоть что-то из одежды, а потом отдать долг тебе. Ладно. Как-то мне полегчало немного, – но при мысли о бабке облегчение испарилось. – Слушай, а ты со мной не сходишь? К этой Тулис...

― Нет. Мне надо починить немножко упавший водосток, пока дождь не начался, и нас немножко не затопило, а потом отвезти готовый артефакт покупателю. Но вот совет я тебе дам. Во-первых, составь расписку, во-вторых, вызови полицейских, чтобы у тебя были свидетели, и при них передавай купюры старухе. И пусть напишет, сколько от тебя получила, и подпись поставит, а потом и полицейский подпишется. Попроси наряд капитана Блига, это они приезжали, ситуацию знают.

― И что же ты такой умный, а папаше не мог подсказать, как бизнес поправить?! – набычилась я, с ужасом понимая, что к старухе пойду одна, но Кирр только пожал плечами.

― Телефон в кабинете. Сними трубку, набери ноль пять и попроси телефонистку соединить тебя с седьмым отделением полиции... Надеюсь, линию нам ещё не отключили, – слегка призадумался он, но махнул рукой и ушёл по своим делам.

Нет, линия работала, хотя я, может, предпочла бы обратное. Был бы повод не ходить к бабке... Мало того, что страшновато, так ещё и денег жалко до слёз!

Нет, хватит! Надо попросить Кирра помочь мне с этой проклятой магией, и ещё купить себе успокоительные.

Составив расписку, я вышла на улицу, обогнула угол дома, подошла к дверям соседки, и как раз подъехали знакомые полицейские. С тяжёлым сердцем пришлось нажать на звонок.

2.4

Я медленно гуляла по местным магазинчикам, прикупая себе новый гардероб, а перед глазами стояло обалделое лицо старухи. Когда Тулис открыла, она привычно вылила на меня ушат грязи, но полицейский пресёк этот словесный понос. Капитан Блиг не только поставил бабку на место, заставил пересчитать купюры и подписать расписку, но ещё и усовестил старуху. В итоге сумма моего долга сократилась до двухсот пятидесяти доров. Настроение соседки это слегка подпортило, но всё же показало, что бабка не потеряна для нас с точки зрения примирения. Надо пробовать договориться.

― Спасибо, что решили вопрос полюбовно, госпожа Краснова, – от души поблагодарил полицейский. – С этой бабой вечно скандалы и проблемы, но уж вы ей жало-то вырвали. Теперь пусть шипит тихонько!

― И вам спасибо, помогли сэкономить, – я пожала руку мужчины и улыбнулась.

― Удивительно, как это она согласилась! Вот уж чудо, так чудо! Хотя, может, дело в эффекте неожиданности? Она растерялась, вот и дала слабину, – рассмеялся капитан и уехал со своими людьми.

И теперь я, вспоминая эту маленькую победу, с чистой совестью тратила деньги. Цены тут были удивительно приятные, на три дора, например, можно было купить прекрасные кожаные туфли и чулки! Местная мода выглядела непривычно. Силуэты напоминали наряды пятидесятых годов нашего двадцатого века, дамы обожали невысокие шпильки и многослойные юбки из фатина, носили беретики или шляпки-таблетки, подводили глаза широкими стрелками и предпочитали красную помаду. Конечно, наряды на каждый день выглядели попроще, но силуэт с тонкой талией и пышной юбкой-миди сохранялся. Я поняла, что меня при переносе «переодело» в самое модное!

В общем, прикупив необходимое, отложила двадцать доров для Кирра, и пошла домой. В небольшой боковой улочке мелькнула вывеска комиссионки и ломбарда. Я заскочила, узнать условия, и договорилась, что принесу отцовские вещи.

***

― Ну, судя по тому, что ты спокойна, всё прошло неплохо, а? – в лавке, как всегда было пусто, один Кирр сидел, обложившись книгами, и что-то читал и выписывал карандашом в тетрадь.

― Нормально, – я подошла и положила перед ним деньги. – Спасибо, что выручил. Жаль только, что это не спасёт нас от других счетов. Скажи, тут вообще бывают покупатели? Я за день никого не видела.

― К сожалению, заходят к нам всё реже и реже. И соседка гадости разносит по району, и те статьи в прессе не добавили лавке популярности, ну и... – он обвёл рукой обшарпанное помещение. – Сама видишь. Не самое презентабельное место, да ещё вход с проулка.

― Но ты же понимаешь, что если ничего не делать, то твоя треть скоро превратится в ничто? Допустим, тебе, судя по тону, наплевать на лавку и мои проблемы. Но свои-то вложения должны беспокоить! – под конец тирады я разозлилась.

― А от того, что я буду рвать волосы и беспокоиться, что-то изменится? – пожал плечами Кирр. – Всё, что я могу, это взять кредит. Но поскольку мои сбережения уже улетели в трубу, то не вижу смысла тратиться снова.

― Если так, то чего же не продашь свою долю? Будешь смотреть, как тут всё разваливается?

― Я бы продал. Только второго такого дурака не найти. Хочешь, можешь выкупить, – хмыкнул он и невесело улыбнулся.

― А, дурака не найти, ты решил поискать дуру? Не на ту напал. Однако я всё равно не понимаю, как ты в это встрял? Выглядишь таким рассудительным, да и не пацан зелёный. Сколько тебе? Тридцать или около того? – я поставила пакеты и присела на край столика, заваленного книгами.

― Через пару лет будет. Но моя рассудительность не поможет воскресить это место. Я часто бывал тут в детстве, но уже тогда всё выглядело загадочно обветшалым. Казалось, из стены вот-вот выплывет призрак, а по лестнице спустится какой-нибудь древний волшебник... – Кирр улыбнулся своим воспоминаниям, но у меня лавка совсем не вызывала романтического настроя, а партнёр вздохнул. – Потом на соседней улице открылся большой книжный магазин, и Анри растерял почти всех покупателей. Сюда теперь одни старики по привычке приходят, да и тех становится всё меньше. Но, знаешь, я люблю эту лавку. И твой отец любил, она досталась ему, как и тебе, в наследство от родителя. Анри и мой дед дружили, и когда Тэль рассказал о своём плане с тем писакой, я слышал разговор. Дед не горел желанием вкладываться, он понимал, что у приятеля нет деловой жилки, а я решил рискнуть. По сути, вложил я не так и много, но твой отец в благодарность отдал мне треть предприятия. Правда, дальше я был занят своей работой, и случилось то, что случилось. Я никогда не видел себя в роли лавочника, понятия не имел, как работает этот бизнес, а Анри умер. Не верится... – печально вздохнул Кирр и огляделся. – До сих пор будто жду, что сейчас он выйдет из кабинета со своей хитрой улыбкой и жуя очередную конфету...

― Ну, он не выйдет. И выпутываться из всего этого придётся нам с тобой. Сегодня я просмотрю его вещи, завтра отнесу в комиссионку. Потом схожу в тот магазин, чтобы понять, чего люди ждут от книжных в этом мире. А затем устроим тут ревизию. Это место пора встряхнуть. Ты можешь находить облезлость и разруху загадочной, но я так не считаю, и уверена, большинство людей тоже.

― Что ты хочешь сделать?

― Для начала, рассчитаться с основной массой долгов, это как минимум. Мы приведём тут всё в порядок, разберём товар и устроим распродажу залежей. Если что-то тут давно лежит, то лучше за небольшие деньги продать такой товар, чем дать ему покрыться плесенью. Дальше я просмотрю счета и прикину, как нам урезать расходы. Больше никаких антикварных безделушек за счёт фирмы! И никаких развратных массажисток! Ясно? – я строго глянула на Макса, но он рассмеялся.

― Эта массажистка... Я тогда чуть со смеху не помер. У Анри прихватило спину, ну и он вызвал массажиста из салона. Ничего особенного, у нас многие так делают. Однако твой отец не обратил внимания на название, просто взял первое попавшееся объявление в газете и позвонил. Ну, массаж, да и массаж... В общем, хорошо, что в зале были только мы четверо, а то нас бы ещё и в притоны порока записали! В назначенное время заявилась полуголая девица! Устроила тут томные танцы с раздеванием, а потом с придыханием объявила, что она от мадам Сони и готова к работе... Надо было видеть лицо несчастного Анри, когда она спросила, кто из нас двоих её клиент. Тэль от неожиданности аж выпрямился, хотя до этого два дня ходил крючком! – Кирр расхохотался, и я тоже представила эту картину и усмехнулась. – Вот она, сила женской красоты! Ну, девчонку мы выпроводили, но счёт нам всё равно прислали.

― Н-да... Весело, – проворчала я, скривившись при слове «счёт». – Однако там и без белобрысой была масса странных счетов и штрафов. И с этим надо будет разобраться. Я в родном мире работала администратором в крупном магазине одежды, так что кое-какие идеи у меня есть.

― Что-то чую я, настают чёрные дни... – раздался с лестницы недовольный голосок ногастого и достойного. Эльф обиженно вздохнул, насупился и ушёл наверх.

3.1

От ужина я отказалась, настроения не было, и аппетита тоже. Необходимость разбирать папашин хлам меня просто добивала, так что решила сделать это как можно быстрее. Как известно, несделанные неприятные дела – это энергетические вампиры, которые нас медленно убивают.

В общем, стиснула зубы и принялась за дело.

Судя по вещам, Тэль был среднего роста и слегка полноватый, любил голубые рубашки и галстуки-бабочки, хотя в моде тут были обычные классические галстуки. Ещё я узнала, что родитель пах одеколоном с нотками эвкалипта, во всяком случае, флакончик, пустой на две трети, ясно об этом свидетельствовал, и носил небольшие прямоугольные очки в тонкой серебристой оправе. Жил отец явно не на широкую ногу, но был аккуратным человеком и к вещам своим относился бережно. Бумаги я не разбирала, но сверху в коробке нашла пару старых фото в узорчатых овальных рамках, судя по очкам, на них был Анри Тэль лет в сорок, и около тридцати. Улыбчивый мужчина в веснушках, на вид безобидный и приятный, хотя не знаю, чем он так поразил мою маму, что у них случилась я.

Разложив вещи и фотографии, смотрела и всё равно никак не могла представить себе отца, он, как неуловимый призрак, ускользал, не желала складываться в конкретный образ. Вздохнув, я отложила то, что продать не удастся, задвинула под кровать коробку с документами, а остальное собрала и подписала.

Уже хотела идти вниз, когда заметила, что остался один вязаный жакет, серый, сильно поношенный, явно не для выходов в люди. Это не продать... Я взяла кофту, чтобы убрать к тому, что пойдёт на выброс, а из кармана выпал круглый медальон на толстой цепочке. Старинный, похоже, из серебра, в таких ещё фото хранили. Я открыла его и застыла, ком встал в горле.

С одного чёрно-белого изображения на меня смотрела мама, молодая и беззаботная, в венке из одуванчиков. А на втором мама стояла на детской площадке со мной на руках, мне было года три...

Я тяжело осела на постель, глаза щипало от слёз, взгляд метался по комнате, а дышать стало нечем. Адвокаты соврали, Анри Тэль не узнал о дочери в другом мире случайно перед смертью! Он прекрасно знал обо мне с самого раннего детства, где-то взял это фото, хранил его, но ни разу не показался, не поинтересовался, как мы. Не помог, когда мама больная работала на износ! Он знал обо мне всю мою жизнь. И бросил. Подонок!

Первым порывом было вытащить фото и медальон тоже продать, вынести из лавки всё, что будет напоминать о мерзавце! Не удивлюсь, если он свалил на мои плечи это поганое наследство, чтобы защитить крысу и эльфа. Вот они для него что-то значили, в отличие от нас с мамой! Однако я посмотрела на мятую бумагу и не решилась. С собой у меня маминых фоток не было, а так останутся эти две, и металл сохранит их от разрушения и выгорания. Тяжело вздохнув, я сложила половинки медальона и защёлкнула. Подвеска была довольно крупной, чтобы носить на шее, сантиметров пять в диаметре, так что я сняла её с цепочки и положила в шкаф со своими вещами. А цепь отправится в комиссионку!

Проглотив слёзы обиды, злая, я спустилась за коробкой со счетами. Надо было понять, кому мы должны, и какие долги наиболее критичные.

Кирр снова сидел внизу и что-то читал, был поздний вечер, лавка давно закрылась, хотя с таким же успехом могла и не открываться вовсе.

― Нора, всё в порядке? – настороженно посмотрел на меня красавчик. – Ты бледная...

― Всё нормально, – я зверски прихлопнула муху скрученной газетой, –  тут просто свет такой.

― Мм... Ясно. Что делать собралась?

― Счета проверять и долги раскладывать по степени важности.

― Помочь?

Я хотела отказаться, сейчас бы побыть в одиночестве! Но подумала, что почти ничего не знаю об этом мире, так что вздохнула тяжко и махнула рукой партнёру.

― Иди. Уверена, ужасаться глубине дыры, в которую свалилась, за компанию будет веселее...

Мы проработали до двух часов ночи, Кирр объяснял мне, как и что работает в этом мире, и я ещё раз убедилась, что он весьма здравомыслящий человек. Если бы не его нерушимый пофигизм, цены бы ему не было! Рассортировав счета, я сразу прихватила с десяток самых горящих, вместе с квитанциями о штрафах.

― Завтра нам надо оплатить это. Если я не разучилась считать, моих денег хватит и ещё останется. И, Макс... – я ненавидела просить помощи, но пришлось засунуть гордость подальше. – Ты не поможешь мне с коробками? Хочу отнести вещи в комиссионку, ну и надеюсь, что если будем вдвоём, меня не облапошат.

― Всё-таки решилась? Не жалко? – он смотрел, как обычно, внимательно, но во взгляде не было осуждения, казалось, он вообще никого не осуждает, позволяя людям сходить с ума, кому как нравится.

Я так не умела... Уж не знаю, может, всему виной магия огня, но взрывалась я моментально, вспыхивала и готова была метать молнии, а Кирр был другим. Полная противоположность. Уравновешенный, непрошибаемо спокойный, рассудительный и неторопливый. А ещё слишком красивый. Чтоб его! Пока сидели, я то и дело поглядывала на пушистые ресницы, отбрасывающие тени на небритые щёки, и раздумывала над животрепещущим и очень насущным вопросом: какие на ощупь его густые, чуть волнистые волосы? Потом взрывалась, злясь на себя, и хватала очередную партию конвертов.

Вот и опять отвлеклась, и поняла, что глаза у него болотно-карие, необычный такой цвет... Встрепенувшись, я деловито зашуршала бумагами.

― Ты даже не представляешь, до какой степени не жалко! – вспомнила о вопросе. – Не хочу, чтобы мне вообще что-то напоминало об этом человеке! И давай закроем тему, – отрезала я, а Кирр поднял руки, показывая, что сдаётся. – Сделаем это, и займёмся разгребанием склада.

― У меня завтра много работы, так что смогу присоединиться только вечером.

― Ничего, тут есть два любителя красивой жизни, чьи счета сложились в две толстые пачки, вот я их и погоняю. Кстати, я обязана их содержать? Платить какое-то жалование или что?

― Вообще, они могут работать тут или где-то ещё. Ты, как куратор, должна обеспечить им кров, стол, присмотр и наставления на путь истинный.

― Значит, папаша их сам посадил себе на шею. Ясно. Но у меня-то шейка тонкая, зато рука тяжёлая. Кое-кому придётся отработать свои «хотелки» и покупки! Завтра у нас будет серьёзный разговор.

― Эх... Прав я был, хорошая жизнь кончилась, – раздался вздох со стороны лестницы.

Эльф снова подслушал наш разговор. Видимо был в его родословной кто-то из ушастых! Точно!

3.2

Утром, по жилому этажу плыли дивные запахи. Жареные сосиски, кофе... Макс приготовил завтрак на всех.

― Привет, – я пригладила волосы, хотя они и так были стянуты в хвост на затылке. Чёрт! Я что, волнуюсь, как выгляжу при Кирре?.. – Смотрю, в этом доме готовишь ты. Любишь кулинарничать?

― Доброе утро. Не скажу, что люблю, но ты же не хочешь, чтобы это делала наша весёлая парочка? Или идея с дополнительным мясом тебе понравилась? – усмехнулся Кирр и окинул быстрым, как бы случайным взглядом мою фигурку в тёмно-синем платье.

Местная мода очень подошла к моим «песочным часикам», так что талия смотрелась отлично, и в болотно-карих глазах мелькнул мужской интерес. Ого! Однако, новости...

― Я не любитель мяса, так что, нет! Кстати, где эти двое?

― С самого утра разбирают склад, – усмехнулся Кирр. – Боятся, что ты их на работу заставишь устраиваться и лишишь денег.

― Лишу, – сладко улыбнулась я, которая не спала почти до утра, продумывая дальнейшие действия. – Теперь всё будет очень строго. А ещё заставлю самих расплачиваться по своим счетам. Хотят тут работать? Прекрасно, будут получать зарплату и на неё покупать всё, что вздумается. После того, как отдадут долги. С папашей они могли договариваться, как угодно, но раз теперь последствия их разгильдяйства повисли камнями на моей шее, и вот-вот утопят, разговор у нас будет другой.

― Вот! Говорил я тебе! Напрасно мы с утра пылью дышали, всё равно на работу выгонит! – раздался из-за двери шипящий шёпот злого эльфа. – И как я её сразу не раскусил? Я же людей понимаю на раз... Змеюка-скупердяйка...

Максимильян прикусил губу, сдерживая улыбку, и поглядывал на меня, явно ожидая, что будет дальше.

― Змеюки глухие, а я всё слышу! – повысила голос. – Входите уже. А то скупердяйка сосиски все слопает.

― Нора, да ты что! – влетел Крис и схватил меня лапой за руку, я едва вилку не выронила. – Это Тафонтоли́к не про тебя, мы просто... про соседку говорили! Что она нас доведёт со своими возмещениями убытков, что всем придётся работу искать.

― Мгновенная гениальная ложь! И главное, смотри, Макс, глаза-то какие честные! – я расхохоталась, и Кирр подхватил.

Проклятье, у него и смех красивый, такой бархатный, что на него всё нутро моё отозвалось... Чёрт! Да мне что, проблем мало?! Опомнись, Элька, пока не вляпалась ещё больше!

― Садитесь за стол, возмущённые трудяги, – Макс поставил ещё пару тарелок. – Нора всего лишь пытается сделать так, чтобы у вас остался стол и кров. Или хотите переехать?

― Нет! Сплюнь, пока не накаркал! – крыс моментально запрыгнул на стул и вооружился вилкой и ножом, следом в кухню влетел эльф.

― Только переездов не хватало! – он преданно заглянул мне в глаза. – Слушай, новая кураторша, ты не обижайся, ладно? Я просто перемены тяжело воспринимаю. Нервная система слабая, мнительный, впечатлительный, волнительный... В общем, страдаю я. А тут новшества...

― А паникёры их тяжело воспринимают, – хихикнул Крис, нарезая сосиску.

― Уж ты-то молчи! – огрызнулся ногастый. – У тебя, вообще, везде конкуренты виноваты. Счёт пришёл – происки конкурентов, голубь мимо пролетел, пометил – шпион от конкурентов, потолок упал – конкурентская диверсия. А это, знаешь ли, мания преследования! Так что у психиатра в одной очереди сидеть будем.

― Угомонитесь оба. Вам и враги не нужны, сами друг друга изведёте, – пришлось строго глянуть на парочку. – Я там ваши счета отложила. Так вот, оплачивать их будете сами. Анри вас содержал, обеспечивал кров и присмотр, а излишества уже будьте любезны, за свой счёт покупать. С этого дня оба будет работать в лавке и получать процент от выручки. Сколько напродаёте, так и заработаете. Мне пока других дел хватит, у Макса работа, а вы будете в торговом зале. И чтобы никаких склок при покупателях! Их и так почти нет, будете распугивать, штрафовать начну. Ясно? Лавка должна работать строго по графику. Если мы все не хотим остаться без источника дохода и разъехаться в разные стороны, надо что-то делать с этим горе-бизнесом. И до тех пор, пока не выплатите все долги, никаких больше покупок! Зарплату пока буду забирать почти всю.

― Ах так! – заорал ногастый. – Это эксплуатация! Значит, старухе Тулис ты какие-то мифические моральные издержки оплачиваешь, хотя у неё и морали-то нет! А нас вот так, да?

― Да, – я спокойно отпила кофе. – Там я урон нанесла, я заплатила. Тут счетов понаделала не я, почему же ты мне предлагаешь их оплачивать? В данный момент, это не наследство, а долговая яма, куда уже сегодня улетят все мои деньги из родного мира! Я уже и так трачусь, хотя пока никакой прибыли не видела. Мы с Максом тоже будем получать свои проценты, часть того, что останется, пойдёт на наши с вами бытовые расходы, а свободные деньги будем вкладывать. Сначала долги раздадим, потом лавку подремонтируем, ещё товар обновить надо, наверное... Ну, это при условии, что мы, вообще, что-то заработаем. Но пояса затянуть, умерить свои покупательские аппетиты и работать придётся всем! – я обвела взглядом притихших «коллег» и остановилась на Кирре. – Максимильян, ты закончил с едой? Идём?

― И куда это вы? Мы, значит, будем работать в поте лица, а они на прогулку собрались? Может, ещё на экскурсию, или на свидание, а? – ядовито поддел эльф.

― Мы понесём барахло в комиссионку, потом пойдём оплачивать счета и долги. И вы двое чтобы вовремя открыли лавку и работали так, словно от этого ваши жизни зависят. Ясно? – я строго посмотрела на эльфа, и они с крысом слегка прижали уши. – И не надо пытаться задеть меня, То́лик!

― Моё имя... – гордо вскочил эльф, но я перебила.

― Мне никогда не выговорить! Ни полную версию, ни сокращённую. Поэтому буду звать тебя так, как запомнила. В моём родном мире такое имя есть. Мне так привычно. Вы же зовёте меня Нора, не спрашивая, нравится мне или нет. Но́ра-нора́... Мне не нравится, но я молчу. А теперь доедайте, убирайте за собой и марш работать!

Постучав по столу пальцем, я развернулась и ушла, Кирр чуть задержался, о чём-то пошептался с парочкой, а потом догнал.

― Успокаивал? – усмехнулась, хотя на душе было паршиво. Ненавижу конфликты!

― Сказал, чтобы много не умничали. У тебя магия нестабильная, ещё дом разнесёшь... Надо бы тебя к моему деду отвести, пусть скажет, на что ты способна, и как с этим быть.

― А твой дед у нас кто?

― Боевой маг, глава комитета безопасности Кардрии, – с непонятной неохотой ответил Макс.

― Ого! Как же он тебя к себе не пристроил?

― Я стойко отбивался, поэтому с тех пор, как родители погибли в автокатастрофе, с дедом у нас непростые отношения, – красавчик невесело усмехнулся. – Но чего не сделаешь ради партнёра. В конце концов, это он убедил Анри оставить тебе наследство... – Макс слегка поджал губы, с досадой и быстро на меня глянул, словно проверил, заметила ли. Я заметила.

― Твой дед знал про меня? А зачем ему нужно, чтобы лавка досталась мне? – новость насторожила.

― Да не нужно, просто он видел, что Анри переживает за... – тут Кирр осёкся снова.

― За мазва и эльфа? Я так и думала! О них побеспокоился, а на мою шею всё свалил. Отлично! И деду твоему спасибо!

Я с яростью сунула в руки красавца пару коробок, схватила сумочку и две коробки поменьше, и вылетела из комнаты. Ну и гад же ты, папаша!

3.3

К вечеру голова была квадратная, в носу стояла пыль, а руки стали чёрными – я разгребала залежи на складе. Самое смешное, что книг было не так и много, зато кругом лежали кипы газет, различная канцелярия, архивы самой лавки. Оказалось магазинчик существует уже второй век, я даже нашла план помещения и зарисовки, как оно выглядело изначально, плюс, схему подвала. Не знала, что он тут есть!

― Как продвигается? – в двери появился Кирр, и я сразу подумала, что в сравнении с ним, чистеньким и бодрым, выгляжу, как нестираная ветошь. – Помощь нужна? Смотрю, ты одна...

― Привет. Да, эти два нытика так уработались в лавке, куда зашло за день человека три, что было проще тут разбираться самой, чем слушать стоны и жалобы. Они и устали, и голодные, и несчастные со всех сторон... Одна я счастливая! – проворчала и отшвырнула книгу в коробку для распродажи. – Но я почти разобралась, а вот что делать с кучей газет и архивом, даже не знаю. Прямо хоть музей тут устраивай. И я вот подумала... Может, нам выбрать какую-то одну направленность книг? Восстановить тут изначальный интерьер, и склад отдать под музей? Или подвал, например, переделать? Старинное место... У вас как к таким вещам относятся? Любит народ историю?

Я продолжала перебирать книги, и Кирр присоединился ко мне. От него приятно пахло свежим, травянистым одеколоном, и мои глаза сами собой, нет-нет, да и останавливались на партнёре, что крайне бесило.

― Идея интересная. Насколько знаю, в городе такого ещё нет, а музеи и старину народ у нас любит. Но что мы можем показать? Да и переделка интерьера обойдётся в большую сумму.

― А если попросить какую-то помощь у городских властей? Надавить на то, что это историческое место?

― Нет! – рассмеялся он. – Наши власти копейки лишней не потратят на такое, даже не мечтай!

― Ладно. А как у вас обстоят дела с уличной рекламой? И с рекламой вообще? Я подумываю раздавать на улицах приглашения к нам на распродажу, ну и в какой-то местной газете объявление бы дала.

― Газеты после того случая с нами не связываются, забудь, если не хочешь нового ушата помоев. А на улицах магазины часто зазывал выставляют, это не запрещается.

― Прекрасно, хоть тут у нас есть возможность. А если приглашения по домам разбросать в почтовые ящики?

― Да, такое тоже есть. Но не знаю, насколько оно работает. Сам я такие бумажки выбрасываю.

― Ну, попытка не пытка. Делать что-то надо. Тогда вопрос: где заказать уличную рекламу? нам понадобятся лёгкие фанерные щитки с надписями, и листовки. Я хочу завтра уже залом заняться, чтобы организовать распродажу скорее. Как только отвяжемся от долгов, жить станет легче.

― Не забывай, что ещё нужно чем-то торговать. А товар нам без денег никто не даст, – Макс задумчиво разглядывал книгу, а я снова разглядывала его. В желтоватом свете светильников брутальный красавец выглядел таким уютно-домашним...

― Я сегодня звонила в пару издательств, они готовы попробовать сотрудничать без предоплаты, отдавать книги на реализацию, но в ограниченных количествах. Учитывая, что народу тут пока мало, нам этого может и хватить.

― Пока? Ты надеешься, что сможешь конкурировать с крупным магазином?

― Да, уж... Была я там сегодня. Роскошное место, такое стильно-дорогое, всё в деревянных панелях, люстры под бронзу, маркизы на окнах... Красиво. Но цены там не для всех, прямо скажем, а продавцы смотрят высокомерно на покупателей скромного вида. Администратор заигрывает и лебезит перед богатыми, и будто не замечает народ попроще. Я бы туда второй раз не пошла без необходимости. Однако работая, как сейчас, мы конкуренции не выдержим, конечно. Но я хочу попробовать нечто новое. Лавка, музей и досуговый центр. Можно же проводить лекции, выставки. Но сперва надо выбрать тематику всего этого дела. Может, что-то связанное со стариной? Тогда и книги у нас будут определённые, а это меньше расходов на товар.

― Я бы предложил историю, сказки и легенды. Кстати, вот эту куплю себе, ладно? – он показал мне толстую, слегка пожелтевшую книгу. Легенды Радиссы.

― Кто такая Радисса? И почему именно эта книга?

― Радисса, это название нашей страны, – усмехнулся Макс, а я вспомнила, что видела это название в банке на документах, точно! – А книга, ну... Я собираю легенды.

― Так это ты их читаешь всё время и что-то себе выписываешь?

― Да. Меня интересуют легенды страны до появления магии. О том периоде много написано, сохранились различные документы в архивах и библиотеках, но вот сказок и легенд того времени почти нет, а большинство из тех, что остались, претерпело такие изменения, что уже не понять, как там было изначально. Но ведь интересно же, каковы были взгляды на магию в то время.

― Это что, твоё хобби? Весьма необычно...

― Можно сказать, да. У моей семьи прекрасная библиотека, наверное, оттуда и пошло увлечение, перечитал сказок в детстве, – усмехнулся Кирр.

― Но ты сказал, что когда-то тут не было магии, – я вспомнила, что удивило меня в его словах. – Откуда же она взялась?

― О, это целая история! – улыбнулся он и начал не спеша рассказывать. – В нашем мире когда-то жили обычные люди. Потом, с развитием мореплавания, выяснилось, что на дальних островах есть народ эльфов, наделённый магией. Постепенно народы стали общаться теснее, наши учёные мужи постигали мудрость необычных существ, и выяснилось, что магии можно научиться, развить в себе эти способности. Эльфийская магия не стихийная, и довольно слабая, больше ориентирована на работу с предметами. Переместить что-то, метнуть в кого-то, сломать, скрыть от посторонних глаз... Это и всё. Но вышло так, что люди, перенявшие знания маленького народа, пошли дальше. Они развивали новые навыки, и в итоге семеро мудрецов создали камень, в котором пульсировала магическая сила. И оказалась она так велика, что одному человеку невозможно было её контролировать, поэтому решили они поднять камень в небо над городом и разбить, разделив магию на всех жителей. Так среди людей появились маги, тогда же появились и мазвы. Зверьё, бегавшее по улицам, кошки, крыски-мышки, собаки и прочие, стали больше в размере, обрели разум и способность говорить, растеряли природные инстинкты и агрессию. Мудрецы создали магическую школу, куда брали всех одарённых, обучали, и те тоже изучали возможности дара. Со временем в каких-то родах сила исчезла, где-то окрепла, а вот мазвов так и осталось очень мало, и их количество постепенно сокращается, увы. Эльфы же покинули свои острова, и пришли жить с людьми. Этих ушастиков тоже немного, поэтому тем и другим нужны кураторы. Мы пытаемся уберечь их от вымирания.

― Ого! – мы давно перебрали все книги, и теперь сидели без дела, а Макс оказался отличным рассказчиком. Он усмехнулся в ответ на мою реакцию.

― Сейчас я тебя ещё больше удивлю. И ты, и я – далёкие потомки двух из тех семи мудрецов. О чём мой дед не устаёт напоминать, когда хочет пристыдить меня за то, что растрачиваю себя на безделушки для ремонта жилья и чтение сказок... Ну, всё ещё хочешь пойти к нему завтра? – Кирр подмигнул, как шутливый вызов бросил.

― Что-то ты так меня им запугал, что уже и не уверена, – я тяжело вздохнула. – Слишком великий человек...

― Безусловно! И он ни на секунду не даст тебе об этом забыть. В общем, решено, завтра идём к дедуле. На обратном пути закажем рекламу.
3.4

Утром мы отправились к дедуле. Я жутко нервничала, а уж когда увидала древний замок на холме, обнесённый высокой стеной, совсем сдулась.

― Макс, это что, дом твоей семьи? – во рту слегка пересохло. – Ты вот там вырос? Представить невозможно...

― Да. Если верить деду, то замок построил сын одного из мудрецов, Сармус Захария Кирр. С тех пор наш род тут и жил несколько веков. Когда-то семья была большой, но сейчас в замке властвует дед. Тиранит с десяток слуг, и пытается пронять меня тем, что лишит наследства и права на эту собственность. Честно говоря, жалко мне только библиотеку. В остальном, там неуютно, сыро, холодно, темно, и куча проклятых лестниц. А на содержание этой махины уходит прорва денег. Я же предпочитаю более уютные, небольшие дома, а вот книги хотелось бы получить, конечно, – вздохнул красавчик.

― Ты прямо поклонник чтения.

― Так и есть. А ещё я стараюсь избегать ненужных сложностей и проблем, предпочитаю спокойную жизнь и люблю делать ремонтные артефакты. Магия земли самая миролюбивая из всех, ею сложно нанести урон кому-то, хотя можно закопать, расколоть землю под ногами... В общем, люди всегда найдут, как причинить вред соседу. Но я предпочитаю созидание.

― А дед считает, что напрасно растрачиваешь дар?

― Да. А до него так же считал отец, когда я в детстве отказывался участвовать в игровых сражениях и предпочитал сидеть с книгой.

― Эх ты, разочарование семейное, – хихикнула я, и Кирр тоже усмехнулся.

― Да. Ходячий позор. Уверен, дед сейчас с тобой поделится этой болью.

Мы подошли к массивным, потемневшим от времени воротам, Макс приложил ладонь к большому бронзовому шару, вделанному в стену у проёма, что-то прошептал, и одна створка раскрылась со скрипом. Кирр скривился.

― Мог бы и петли смазать, старый скряга.

Преодолев мощёный булыжником двор, мы поднялись на высокое крыльцо, и двери, тоже окованные железом, распахнулись. В большом и мрачном холле нам поклонился слуга в чёрном костюме.

― Добрый день, мастер Максимильян. Господин Кирр ожидает вас в кабинете, – он пригласил нас следовать за ним.

― Мастер? – я удивлённо глянула на партнёра.

― Ну, надо же слугам как-то различать Кирров, даже если их осталась всего пара, – красавец улыбнулся, но я почувствовала его напряжение. Похоже, встреча с дедулей не входила в число приятных.

Замок полностью соответствовал описанию Макса. Каменные стены и полы, тёмные балки в потолке, гобелены, какое-то старинное оружие, узкие окна... Так себе жильё.

Перед нами распахнулась ещё одна дверь, на этот раз арочная, одностворчатая и пониже, чем предыдущие.

― Наконец-то! – раздался недовольный и ворчливый голос в пустом кабинете. – А я всё гадал, как  долго ты собираешься прятать от меня дочь Анри?

― И тебе привет, дедуля, – Макс моментально сориентировался и глянул наверх, а я застыла с открытым ртом.

В углу комнаты, под потолком парило деревянное кресло, похожее на трон, а на нём восседал сбитый старец с длинными белыми волосами и бородой-лопатой. Вроде, одет был современно, но костюм выглядел нелепо на столь колоритном персонаже.

Кресло медленно спланировало вниз. Старик не встал, но беззастенчиво принялся разглядывать меня, бормоча:

― Да... Рыжая, конопатенькая и смазливая, взгляд упрямый... Определённо кровь Тэлей.

Я всегда любила свои веснушки, но вот от слова «конопатенькая» слегка дёрнулся глаз.

― Надеюсь, вы двое не собираетесь завести шашни? – сурово и нагло спросил Кирр-старший, вогнав меня в ступор так, что я даже забыла смутиться. – Из великих семи родов лишь три сохранились до наших дней, нельзя бездумно смешивать кровь. Вам обоим надлежит найти пары, которые усилят семейный дар и дадут многочисленное потомство. Ну и желательно, чтобы деньжат браки тоже принесли. Мы обязаны сохранить себя в веках! – он так гордо вскинул голову, и окинул нас царственным взглядом, что величием попёрло, прямо как тухлятиной из подвала, где сдохла крыса.

― Угу, – промычал Макс и пододвинул мне стул, а потом уселся сам. – Мы задачу уяснили, не переживай. Лучше скажи, что Норе делать с её даром. Судя по всему, он весьма сильный и неуправляемый.

― Ну, если бы ты занимался делом, а не...

― Книжки читал... Да-да, знаю, но речь не обо мне. Элеонора тут, у неё куча проблем и долгов, и дар, который вырывается из-под контроля. Не желаешь помочь, а? Или ты только на словах был другом её отца? – чуть насмешливо поддел внук.

― С магией помогу, а деньгами нет. Не моя вина, что род Тэлей не сумел извлечь пользу из своего положения в магическом сообществе и остался прозябать на уровне лавочников. А тебе, дорогуша, я дам тот же совет, что давал твоему отцу – отделайся от этой проклятой лавки и магических нахлебников! – холодные, умные глаза снова просканировали меня с ног до головы.– А ещё иди учиться в академию и поступай на королевскую службу. Сильный маг огня пригодится и в военно-защитном корпусе, и среди шпионов, и в полиции, в общем, не трать время на книжонки и спекулянтство и займись делом, достойным великого прапредка! Если решишь прислушаться к совету, я помогу избавиться от проблем и долгов, не дам очернить твоё имя из-за отказа от кураторства. Нет, значит разбирайся сама. У меня не благотворительная контора.

― Дед! – впервые за время нашего знакомства взорвался Макс, но я перебила.

― А я к вам не за подачками пришла и не милостыню просить, ясно?! И ведёте вы себя по-свински. Макс сказал, вы можете мне с магией помочь, но выслушивать оскорбления я не собираюсь. Мне двадцать пять лет, образование уже получила дома, и ваши чудесные предложения работы мне не интересны.

Вскочив, я направилась к выходу, Макс пошёл следом, а мимо просвистел порыв ветра, и дверь распахнулась.

― Не смею задерживать, – в старческом голосе звенела злость. – Не хочешь учиться, значит, поезжайте за город и там тренируйтесь. Такой дар надо держать под контролем, пока ты свою захудалую лавчонку не разнесла. Огонь и воздух – страшная сила. Только дура откажется от обучения, – я шла вперёд, а следом неслись слова Кирра-старшего. – И только безответственная особа станет увиливать от службы стране, имея такой мощный дар. И я виню в этом своего внука! – проорал старик, растеряв всё величие и скатившись в истерику. – Это ты её обработал, Максимильян! Это всё твоё тлетворное влияние! Я знаю!

За нами с грохотом захлопнулись двери замка, и я выдохнула, кругом был солнечный день, пели птички... Хорошо так, будто мы из склепа с призраком вырвались в безопасный мир.

― Твой дед... – процедила я.

― Доведёт кого угодно, – невесело хмыкнул Макс. – Зато теперь ты, наверное, понимаешь, как я рад был жить над лавкой. Туда он с истериками и проповедями не наведывался, наверное, стыдно было другу в глаза смотреть. А вот жил бы я один, так великий Илариус Кирр устраивал бы подобные разносы регулярно. Мы это уже проходили, увы. Надеюсь, и теперь почтенный маг к нам соваться не будет.

― Хорош друг... Семью грязью полил, в помощи и отцу, и дочке отказал, хотя я и не просила... Врагов не надо, достаточно твоего дедулю в друзьях иметь.

Мне было противно, словно в свинарнике босиком прошлась.  

― Не расстраивайся. Я даже рад, что только мы двое слышали эту пламенную речь. Было бы хуже, заявись дед в лавку, да вместе с покупателями... Позору было бы на весь район.

Я поняла, что Макс прав, но сильно не полегчало.

― Мне надо заказать рекламные материалы... Где это сделать? – решила думать о делах. К чёрту старых идиотов и их советы!

― Сейчас сядешь на автобус, вон там, – мы уже спустились с холма, и Макс показал на другую сторону улицы, где на столбе висела табличка с номером маршрута. – Проедешь пять остановок, выйдешь сразу после большого моста, он по правую руку будет. Там пройдёшь до рынка, вывеска заметная, не пропустишь, просто осмотрись, и на рынке будут нужные мастерские. Там можно не торговаться, но старайся болтать поменьше, чтобы не выдать, что ты не местная, иначе цену поднимут. Поняла? Чтобы домой поехать, сядешь на той же остановке на автобус номер три, выйдешь на углу Улицы Основателей, это почти у банка. А там уже дорогу найдешь. Да?

― А ты со мной не можешь поехать? – вышло так жалко, что я мысленно дала себе подзатыльника, но этот город пока немного пугал. Вроде всё похоже на родной мир, язык я знаю, адрес лавки помню, с деньгами уже освоилась, а всё равно, тут всё было чужое.

― Прости, партнёр, но у меня дела. Надо с клиентом встретиться, принять заказ. Увидимся в лавке, – он махнул мне рукой и помчался к забавному старинному автобусу, красному, с большими круглыми фарами, идущему в другую сторону.

***     

Рынок нашёлся быстро, он был почти напротив остановки. Большая площадь под открытым небом, где по краям тянулись лавчонки, а в центре стояли ряды прилавков с разными товарами. Рекламу я заказала легко, и листовки, и рекламные щитки для зазывалы, а потом прогулялась по рядам.

Моё внимание привлекла вывеска «Полезные артефакты». Я решила узнать подробнее и заглянула в лавку. Вдруг, что-то нужное? Увы, нужное стоило столько, что было мне не по карману.

Когда вышла, ко мне подбежал приличного вида мужчина, и сунул в руки визитку.

― Госпожа, если хотите такие же артефакты, но подешевле, могу помочь. Понимаю, что нехорошо ловить покупателя у двери конкурентов, но приходится крутиться, у меня пока маленький бизнес. Могу продать вам три любых артефакта из такого же ассортимента, и по цене двух! Объясню, как активировать, всё расскажу, дам памятку.

― Три любых? А какова гарантия, что они такие же?

― У вас моя визитка есть, там телефон, адрес мастерской. У меня пока просто нет возможности снять тут помещение для торговли. На памятке тоже все мои контакты написаны.

Я вздохнула. Отсутствие возможностей с некоторых пор стало мне очень понятно!

― Ладно. Мне нужны артефакты от пожара, от воров и от пыли.

― Семьдесят доров, и они ваши! – тепло улыбнулся мужчина, открыл портфель и достал три небольших кристалла, оправленных в медь, в лавке похожие я и рассматривала. – Белый кристалл от пыли, коричневый от пожара, а красноватый полупрозрачный просигналит, что в помещении грабители. Сделать он с ними ничего не сможет, это сигнальный артефакт, настраивается так, что знает жильцов дома или работников фирмы, активируется в то время, которое вы укажете, и охраняет.

― И как их активировать?

― А памятке есть заклинания. Внимательно прочтите инструкции, и всё получится. Если что, звоните, я вечером буду у телефона.

Я пробежалась взглядом по листочку, всё понятно, вроде. Ну, если что, Макса попрошу активировать. А вещи-то нужные!

***     

Прибежав домой, я сразу ушла во двор и принялась активировать камни. Казалось, ничего сложного, и два почти сразу нагрелись, выпустив облачко дыма, как и было написано в памятке. То есть, у меня получилось! А вот третий долго и упорно сопротивлялся. Чёртова пыль! Всё с ней не так. Я уже почти отчаялась, но попробовала в последний раз, камень словно туманом затянуло изнутри, почти прозрачная поверхность стала белёсой, тёплой, а потом вернулась в прежнее состояние. Кажется, я это сделала...

Не веря своим глазам, и очень гордая собой, я разложила покупки в торговом зале, и принялась пересматривать товар, готовясь к распродаже. Реклама будет готова через несколько дней, всё должно быть сделано к тому моменту.

Ужинали мы втроём, и готовить пришлось мне, потому что Макс ещё не вернулся. А жаль, я, вообще-то, ненавидела кухню!

Перекусив жареной картошкой и капустным салатом, выслушав миллион жалоб о тяготах трудовых будней страдальцев, к которым сегодня, о, ужас, зашло семь человек, и один был очень скандальный, я пошла к себе. Разбирать что-то сил не осталось, так что я взяла книгу, над которой и уснула, не прочитав и пары страниц.

Во сне было так здорово... Мне снилось море, где мы с мамой отдыхали несколько лет назад. Я тогда уже работала, и мы вырвались на юга. Ноздри щекотал запах йода, варёной кукурузы и арбузов, кругом лежали загорающие, сверкала морская гладь, гудел теплоход... Долго гудел, раз за разом всё громче...

Я приоткрыла глаза, а гудение не прекратилось. Резко сев, поняла, что звук не приснился! Он реальный, орёт дико, а за окном темно и ни единого огонька. Ночь! Сейчас прибежит бабка...

Что это за звук-то? Выскочив из комнаты, я столкнулась с эльфом и крысом.

― Твой артефакт! – с нотками паники прошипел Толик, воняя гигантскими ногами. – Кто-то проник в лавку!

Мне поплохело.
3.5

Метнувшись на кухню, я прихватила тяжёлый половник и сковородку, эльфу дала скалку, а Крису молоточек для отбивания мяса.

― Идём, обезвредим эту сволочь, – прошептала и пошла вниз, за спиной тихо пищал крыс и постанывал, едва не падая в обморок, эльф. Н-да, похоже, обезвреживать буду я одна, хотя, возможно, запаха эльфийских ног хватит?..

Дыша через раз, кривясь от воя сигналки, и психуя, я спустилась по лестнице. Где Макс, когда нам нужны его мускулы и магия?! Даже сволочей убивать приходится самой, тоже мне, партнёр по бизнесу!

Выдохнув и удобнее перехватив оружие, я с диким воплем рванула вниз на последнем витке лестницы, надеясь напугать злоумышленника. Заметив в темноте фигуру, метнула половник прямо в голову, раздался возмущённый вопль, а я кинулась на врага со сковородкой наперевес и... Меня поймали, скрутили и заорали в ухо:

― Спятила? Едва не убила! Что тут творится?

От неожиданности я выронила увесистую сковородку и едва не оглохла от воя.

― Ах, ты! Горгульское отродье! Больно же! Ты искалечить меня решила?

― Макс?.. – пропищала я, узнав, наконец, голос, и как гора с плеч упала! – Максик! – вскрикнула радостно, вырвалась и обняла красавчика, под ладонями приятно пружинили тугие мышцы, ноздри ласкал аромат свежего одеколона. Чёрт, это сейчас лишняя романтика...

― Что за сирена визжит? – Кирр не проникся счастьем нашей встречи и снова меня отодвинул, строго заглянув в лицо.

― Это... Я сигнальный артефакт от воров купила и поставила. Только я тебя вносила в список доступа, но видно что-то пошло не так, – пожав плечами, с надеждой глянула на мага: – Можешь его заткнуть? Сейчас же Тулис прискачет...

― Где эта штука? – кратко бросил он, и пошёл за прилавок, куда я припрятала кристалл.

Кирр пытался так и эдак вырубить сигналку, но гул только нарастал. И тут дверь распахнулась, на пороге возникла орущая громче сирены бабка, и в нас полетел град яблок. Крис и эльф благоразумно прятались на лестнице за моей широкой и крепкой спиной.

― Сейчас я вас всех в полицию сдам! Все в тюрьму пойдёте. А ты, пигалица рыжая, не расплатишься теперь! Дрянь такая, устроила тут... – мне в плечо снова угодило яблоко, перемазав новый топ.

Макс, подняв сковородку, прошипел какое-то заклинание и шарахнул ею по камню! Наступила тишина, в которой слишком громко прозвучал мой голос:

― Замолкните-ка!

― Что? – прохрипела Тулис, хватаясь за горло. – Это ты, соплячка, мне такое говоришь? Ах ты, потаскушка тощая!

Соседка выхватила из кармана ещё яблочный снаряд, а я подняла другой и вскинулась.

― Вам, да! Только бросьте, и я тоже метну это, ясно? И если ещё раз кого-то из нас оскорбите, в суд на вас подам. Посмотрим, кто кому и сколько заплатит. С меня хватит вашего хамства!

― Мерзавка! – завизжала старуха, но тут что-то рвануло, от грохота слегка вздрогнули стены, и на нас как кузов песка вывалило. Ещё взрыв, и с потолка посыпались хлопья серой пыли, дышать стало нечем.

― Нора?.. – безнадёжно протянул Макс.

― Видимо, это два другие артефакта, – растеряв всю воинственность, всхлипнула я и попыталась объяснить, борясь со щекоткой в носу: – От пожара и антипыльный... Там три по цене двух продавались... А-а-пчхи!

Чихнула так смачно, что клоки пыли полетели в бабку.

― Понятно. Подделки втюхали по дешёвке, – Макс, кажется, не замечал бабку, и пошёл смотреть ущерб.

И тут приехала полиция... Разборки заняли два часа, в итоге я сказала, что если Тулис потребует компенсации, я подниму всех соседей, которых она обзывала и закидывала яблоками, и подам коллективный иск в суд.

― Вы меня тут чуть не убили! Чуть в песке не похоронили заживо! – заверещала соседка.

― А вас сюда никто не звал. Сами ворвались. И вы мне надоели! – жёстко припечатала я, обрывая возмущение старухи. – Я хочу нормального сосуществования, добрых соседских отношений, и мне жаль, что сегодня вот так вышло! Но не моя вина, что артефакты мне продали неисправные. Хоть раз можно услышать человеческое объяснение и не устраивать скандал? Никаких денег вы от меня больше не получите. Хватит. У вас моральный ущерб? Так вот, у меня он тоже может вдруг возникнуть, понятно? Вы меня яблоком чуть не пришибли! А если бы в висок попало или в глаз, или нос сломало? Потягаемся в суде?

Бабка, видимо, не привыкшая к таким поворотам событий, заткнулась и хлопала глазами, чем и воспользовались полицейские.

― Ну, раз тут случайные неприятности, и никто не пострадал, а в квартале снова тишина, то мы поедем. Сигнальные артефакты, бывает, срабатывают, дело житейское. Уж разберитесь по-тихому, по-соседски.

― Ненавижу! – прорычала старуха и умчалась следом за ними.

― Нора... У нас проблемы, – донёсся голос Макса из угла, где лежал на шкафу пожарный артефакт.

Уже чувствуя, что дело паршиво, я подошла и взвыла, бессильно затопав ногами:

― Гадство! Гадство! Гадство! Да когда это кончится? – заорала во всё горло, чувствуя, что терпение лопнуло и нервы с ним вместе.

В полу зияла дыра. Видно, артефакт свалился и взорвался уже тут. Я заглянула внутрь провала и рассмотрела кусок стены.

― Странно... На плане подвала тут никакого помещения не было, – злость слегка поутихла под натиском удивления. Я подошла чуть ближе и заглянула внутрь, но там чернела пустота. Просто каменный мешок без дверей. Зачем?

― Нора... – раздался тяжёлый вздох Криса из другого угла лавки. – Тут третий твой артефакт разнёс верхушку шкафа и всё, что на верхних полках стояло. Одни обрывки бумаги и щепки остались.

― Убью паразита! – прошипела я, помчалась в кабинет, нашла визитку и памятку, но...

― Дай, угадаю, – в ответ на мой рёв явился Макс, – все контакты исчезли? – я кивнула, всхлипнула и чихнула одновременно, а Кирр привалился могучим плечом к косяку. – Классическая афера, этого типа ты теперь не найдёшь. Вот попытайся вспомнить его внешность и имя?

Я поняла, что ничего не помню. И ладно бы, речь шла о семидесяти дорах, хотя и их жалко, но теперь тут такие ремонт и уборка нужны, что остаётся только вернуться в родной мир и продать почку.

― Это конец, – раздался с лестницы голос Толика, полный паники и безнадёги. – Пора паковать чемоданы. Куда же я теперь, а? Как же это? Всё... Ждёт меня криминальная дорожка, уже чую, что не выдержат нервы... Доведёт меня стресс до разбоя... Надо же было так лавку-то угробить! А ещё нам в нос расходами тыкала, а сама, вон что устроила!

― Нора не виновата, тут явно происки конкурентов. Нас решили убрать. Точно тебе говорю, – мрачно ответил крыс, но эльф не согласился.

― Виновата! – он решительно наставил на меня указательный палец, резко развернулся на лестнице, но запнулся и полетел носом на ступени.

Ещё пару часов мы выслушивали плач, жалобы и стоны, а так же претензии к моему руководству, а меня почему-то даже злость не разбирала. Все мысли были заняты комнатой под полом лавки. Что это за помещение без входа?..