Наследство Истинной Чёрного дракона

Я комкала в руках носовой платочек и смотрела, как родная провинция превращается в маленькую мушку за окном. Сейчас мне казалось непомерным расточительством потратить последние деньги на карету до незнакомого мне доселе села (или города?) Всеведа. Вдруг всё это глупая шутка, и нет такого места? А меня оставят посреди поля с корзиной моих скудных пожиток?
В складках юбки лежало завещание, высланное стряпчим отца. Наследство от родителя, который не соизволил написать и строчки до моего совершеннолетия. Но дом мне был нужен, как никогда. От такого сложно отказаться! К завещанию была приписка – адрес, по которому я могу подойти за разъяснениями, а также указано, что батюшка мой упокоился с неделю назад от сердечного приступа. Об отце не горевала – трудновато лить слезы по тому, кто вспомнил о тебе, можно сказать,  после смерти.

Я поднесла платочек к лицу и тут же зло выкинула на пол. Он еще пах дурманом шалфея и ладана. Пах Меланием – черным драконом и моим истинным. Чтоб у него борода под хвостом выросла, а на бороде хвост! Чтоб его родители на кикиморе женили... Стоп, я все ж колдунья, с такими словами надо быть осторожней.
В окно забарабанил дождь, где-то сверкнула молния,  от неожиданности приложила руку к груди.
Хотя что мне бояться непогоды? Не от того сердце колотится. А от резкой перемены в моей жизни. Еще с утра я прихорашивалась у зеркала, готовилась к важному дню.
Вспоминая, прикрыла глаза...
***
– Ох, Снежка, с такими кудрями и в этом платье ты истинная барыня! – восхищалась моя близкая подруга и соседка по комнате Юлия. 
Шелковое бежевое платье в оборках очень подходило к моим пепельно-русым локонам. Торжественный наряд выдавался всем в институте на особые случаи, но до этого я его еще не примеряла, не было нужды.
- Не невеста, а золото!
– Ага, самоварное. Платье не скроет моего положения. С институтом повезло: здесь всем выдают одинаковую одежду, еду и не сообщают о происхождении. Лишь ходят шепотки и догадки. Но от родителей Мелания мне не утаить, что я безродная и бесприданница. Кому нужна такая в невестах у герцога? Ты же знаешь: меня удочерили ради пособия, мои названые родители – пропивохи, злыдни и лоботрясы. Вот и ладно, что в курсе только ты, – я вздохнула.
– Ну, знаешь, герцог хоть и богат, но ведь и о нем темные слухи ходят… все его боятся, – поделилась подружка.
И то правда, с моим суженым она предпочитала не видеться, обходила стороной, как и многие. Черный дракон... Говорят, род его исходит от  владыки Нави.
– Сказки всё, Меланий такой зайка, – прошептала я и улыбнулась мечтательно во весь рот.
– Зайка с клыками и хищными глазищами... Да если б такие по лесам бегали..

- Ты права… зайка не подходит. Львенок!
– Ммм… Ясненько, –  фыркнула Юлия, не желая говорить дурное о моем нареченном, и перевела разговор на тему, что меня так тревожила. – Главное, что в тебе есть сила ведьмовская, иначе невест не по ней бы отбирали, а по богатству. У нас Институт Магических Пар, а не богачей. Молчу об истинности, тут уж никто поперек слова сказать не может.
– Согласна! Ну, поспешу на знакомство со свекровью и свекром, – ободрилась и чмокнула ее в макушку, затем побежала в сад.
***
Сад встретил меня летним жаром и запахом яблонь. На дорожке должна была ждать карета… но ее не было. Я топнула ножкой, неужто снова не едем? Тогда не могла заподозрить ничего плохого: Меланий забывчив просто донельзя.
Вот и он, стоит у дуба и беседует с Велибором, как ни в чем не бывало. Хотела было окликнуть жениха, но что-то меня остановило. Подошла на цыпочках и невольно подслушала их разговор… Он шел обо мне!
– Так вот почему ты со Снежкой… Девчонка миленькая, но ведь магией слаба, а уж о роде и говорить нечего, – Велибор, белобрысый дрыщ и щёголь, фыркнул и сдул невидимую пылинку с идеального костюма. Меня не обманет его ангельский вид, все предки Велибора исходят из темных магов.
Меланий – полная его противоположность: высокий, косая сажень в плечах, темные волосы до плеч и радужки цвета угля, завораживающие, таящие в себе вселенский сумрак. При нашей первой встрече я его напугалась… вот глупая! Впрочем, он на многих производил неоднозначное впечатление.
Бархатный голос истинного заставил навострить ушки:
– Зря ты так о силе Снежки. Именно на неё и обратил внимание, а не на ладный стан и васильковые глаза. Я ведь могу ощущать вкус и цвет способностей магичек. Так вот у Снежаны сила… прозрачная.
– Она как бы есть и ее как бы нет? Девица на бытовом факультете простой борщ наколдовать не в силах, о чем ты, друг?! – засмеялся Велибор. Тонкие злые губы – вот говорящие черты, портящие лицо этого прохвоста.
– Ни у кого я подобного не ощущал. Плотный туман, прячущий за своим покровом переливы серебра. А на вкус её сила – как мёд! Дар Снежаны просто пока не проявился и неизвестен мне, невидан доселе.
Меланий не слышал насмешек друга, безразлично игнорировал и, прикрыв ресницы, пару раз облизнул губы, словно вспоминая отменный ужин.
– Опять ты за свое, уж думал, что это точно твоя истинная! Ты и меня надул, – Велибор дурашливо ткнул Мелания в бок, продолжая подхихикивать.
Я похолодела. Что это значит?!
Здравствуй, читатель! Прода уже сегодня. В истории будет юмор и любовь :)  
Визуалы Мелания и Снежаны:

Меланий беззаботно потянулся:
– Тебе ли не знать: у темных истинные бывают раз в сто лет. И притягиваются еще при рождении, потому родители заключают такие браки досрочно, пока дети ходить не начали. Так что это не про нас. Я не знаю, что там случилось с артефактом истинности. По мне просто камень, гадание вроде святочных, коими балуются люди. А может он засветился от зелья, которым я опоил Снежку? Или кто-то что-то наколдовал? Мы же проверяли в день любви. Все студенты навеселе, наверняка применяли нехитрые умения на артефакте? Ну, неважно, это сыграло мне на руку.
– Приворотное зелье подмешал? Что, такого низкого о себе мнения? На кой ты это сотворил, Меланий?! – Велибор осуждающе скривился, а я, чтоб не вскрикнуть, сжала зубы.
– Когда она поскользнулась и упала мне в ладони, а потом взглянула… Не могу объяснить. Я понял, что Снежана должна быть моей. Она и, главное... ее сила! Вкусная, с-ы-ы-ы-тная. Вызывающая непередаваемые ощущения во время ее поглощения. Но Снежану я пугал, времени бы много ушло обхаживать. Обеденный чай решил дело: всего-то пару капель  драконьей мандрагоры – и готово.
– И сколько про свадьбу петь будешь? Еще только первый курс Института, а девка уж фату примеряет…
– Она глупенькая, – добродушно отмахнулся Меланий, – придумаю что-нибудь, протяну до окончания учебы, а там… сведу всё к шутке и сниму приворот.
Тихо-тихо я отступила назад. Мне удалось сдержаться, не разораться прямо в саду. А  главное  -   не кинуть в черную башку  избранника камень!
Однако многие студенты лицезрели, как я бегу ошпаренной собакой по коридору. А уж попав в свою комнату, от Юлии скрыть произошедшего не смогла, все выложила начистоту! Только слезами не помочь. Вот тебе и львенок! Да я этому льву… гриву оторву! Зло вытерла щеки и принялась складывать вещи.
Подруга запротестовала:
– Куда же ты, Снежка?! Сама же знаешь, тебя дома не ждут. Меланий поступил отвратно, но противоядие простое, выпей и оставайся. Более не говори с ним и держись поодаль. А я помогу рассказать директору, буду на твоей стороне, подружка! За такое положено отчисление…
– Не с его связями. Думаю, все для виду относились ко мне хорошо, как и Велибор, пронырливый чертяка, всегда так радушно улыбался… Всё потому, что я была с его другом.
Кипя от негодования, подобно котлу, зашвырнула ночную рубашку в корзину и огляделась: кажется, все собрала.
Юлия обняла меня за плечи:
– Ну, во мне можешь быть уверена, ты мне, как сестрица, Снежана. И Институт Магических Пар не зря так назван, понравишься другому! Ты красива и умна, найдем иного жениха…
– К черту его. И Мелания, и нового к чертям, там им место! Пусть друг на друге женятся! Где гарантии, что следующий не воспримет меня как бражку или витамин для услады магического эго? Я магичка, не умеющая наколдовать не то что зелье – даже похлебку! Нас обучают быть женами волшебников, и это, увы, совсем не мое... Я больше человек. Уверена,  попадание сюда – одна большая ошибка!
В нежданном пропуске в колдовской Институт я сомневалась изначально, и мои выпивохи-родители тоже. Поспешно распрощавшись с единственной подругой, я улизнула через черный ход.
Противоядие от любовных чар – всего-то вода с лепестками одуванчика, потому сотворила его еще по пути к дому. Впрочем, подействовало или нет, могла убедиться, только увидев Мелания, но такого желания не возникло. Однако это неважно: и без лицезрения дракона чувства все равно угаснут через пару дней.
Чем ближе подходила к косому домишке удочерителей на отшибе города, тем тревожней было на сердце. Я ожидала всякого… но только не заколоченных дверей. Горько усмехнулась. Конечно, чтоб удочерители подписали документ, дающий право учиться, им щедро заплатили. Институт на выбранных невест не скупится. Вот и осели в местечке побогаче, не попрощавшись, а здание, судя по знаку на стене, отдано государству за ненадобностью.
Конверт под дверью привлек внимание, и когда я его открыла, пожелтевший и еле читаемый, то обомлела: там было завещание и приписка, что я прихожусь дочерью известного ученого Андрианова. Верней, приходилась.
***
Я прощалась с прошлым, сожалея только о Юлии. Как мало в моей жизни было светлых впечатлений и людей... Людей вообще не было, Юлия – магичка.
Предо мной неожиданно резко появилось красивое и гневное лицо лжеистинного, а затем он побледнел и что-то закричал…
На том сон и обрывался. Дождь прекратился, карета встала. Вдали, в тумане, виднелись башенки замка. Неужто это мой дом?! Я рассчитывала разве что на худую избенку!
Пока героиня вылезает из кареты, заглянем в новинку Элис Айт

Меня, бедную сироту, против воли выдают замуж за эльфийского лорда – коварного и надменного красавца… Кто же его настолько ненавидит, что решил подсунуть бедолаге меня? Ведь я, Линн Талвор, девушка сложного характера и твердо намерена не идти под венец. А если эльф заупрямится, придется ему узнать, что это такое, когда твоя невеста – тролль, в совершенстве владеющий навыками боя на сковородках.

– Дальше в Авдеевск, – кашлянул извозчик, чтоб я поспешила вон из повозки. Время, конечно, удачное для приезда в новый дом – глухая ночь. А ведь ключа в письме не было, естественно, я его должна получить у стряпчего. Вдали кто-то завыл.
Если стряпчий – не оборотень, я сегодня уже с ним не встречусь. Волчьи завывания уже где-то близко, а зверю что люди, что дурно сделанные магички – на вкус одинаковы. Поспешила к замку, авось смогу через забор перелезть, хоть какая-то безопасность.
Забор оказался для такого строения хлипковат, всего-то косая оградка. И ворота не закрыты. Это стряпчий так плохо об имуществе почтенного Андрианова заботится… или замóк стащили? Наверняка второе. Вздохнула и вступила на землю названого батюшки, то бишь мою.
Тут-то и случилась странность. Из-за тучи вылез месяц и отразился в огромной луже, я глянула в воду, и на секунду показалось, что все тело мое... засветилось магическим медным свечением! Протерла глаза: нет ничего. Это я с дороги устала. Магическое свечение – оно за миг не проходит, это как рука: либо есть, либо нет. Вот у меня нет ничегошеньки, оттого я ведьма первого уровня, годная лишь для бытового факультета, служить важному мужу-магу да шуршать по хозяйству. Хотя и для этого не сгодилась, дошуршалась, называется.
Замок был каменный, не похожий на дома вельмож, коих я повидала за всю свою жизнь хоть и издали, но немало. Иноземный какой-то. Сад, кажется, грушевый, источал душистый аромат. Но запущен, словно отец им совсем не занимался, с такими-то хоромами мог бы и позаботиться. Впрочем, при свете дня будет понятно, насколько тут все плохо.
Видит бог, я всегда мечтала об отдельной комнате! А тут их десять, должно быть, не меньше. И все изолированные! В детском доме до шести лет я жила в одной комнате с пятью соседками, в доме удочерителей – тоже вместе с ними в одной: она была и спальней, и кухней, и всем остальным. В Институте – с Юлией. Вот с ней бы я и дальше делила помещение…

С интересом двинулась к двери, она что – приоткрыта? Да не может быть! Вот не успела заиметь дом, а уже ограбили!
Под скрип несмазанных петель осторожно вошла в темноту. Где-то в корзине у меня и новая свеча, и спички. Пока рылась, поскользнулась, упала и задела ладошкой что-то мягкое. Даже думать не хочется, кто это. Кот? Надеюсь, да – лучше, чем огромная мышь. Но зверь не дернулся, не издал ни звука и остался лежать. Так что даже не знаю, буду ли я больше рада дохлому коту или живому грызуну. Брезгливо отскочила подальше. Да, год в Институте сделал меня настоящей барыней! Сытая жизнь быстро к себе приучила.
Свет в окне отразился в зеркале, я увидела, что комната полна резной мебели, так что воры либо по мелочи заглянули, либо что-то их спугнуло.
А вот и свечка, я чиркнула спичкой разок-другой и... ничего. Прошипела на себя неприличное слово. Простой магии огня для такого случая не вызубрила!
Понадеялась, дурында, что уж в дворянских хоромах Мелания он будет наверняка.
Забрела в какую-то комнату, нащупала спинку кровати. Кажется, спальня. Что ж, дождусь естественного света. Широко зевнула и свернулась калачиком.
Видать, я быстро отключилась, только на влажных от сырости простынях спалось не очень сладко, а еще что-то звенело, как маленькие колокольчики, прямо над ухом. На церковный звон не похоже… Отмахивалась от этого звука полнóчи, как от жужжания комара.
– На новом месте приснись жених невесте!
– Да не дай бог! – вскочила сразу. Нет, это голос не Мелания. В рассветных лучах на меня смотрел с улыбкой мужчина. Худой, лысый, безбородый, в длинном одеянии, словно в сорочке до пола. А еще полностью прозрачный.
– Аааа! Свят-свят, привидение! – заорала, пытаясь согнать дурной сон. Но это была явь.
– Где? Где привидение? – мужчина начал оглядываться с радостным любопытством. – Ааа, ты обо мне, – догадавшись, будто разочарованно протянул он. – Чего орать-то, как будто в первый раз призрак видишь.
«Вообще-то, и правда, в первый!».
– Я герцог Кентервильский, хозяин этого дома.
«Вообще-то это я его хозяйка», – подумала, но промолчала.
– А вас-то как зовут, сударыня? – откашлялся герцог. Что за судьба, куда ни пойду, везде меня титулованные особы окружают! Глянула на его запястья в кандалах. Тоже прозрачные, а звенят знатно.
– Нехорошо на вопросы старших не отвечать, – цокнул герцог. И тут я опять взвизгнула и прижалась к ледяной стене спиной. Мои глаза ухватили нечто у ног призрака.
– Ой, кого вы оживили, мой любимец! – заворковал старик, приложив ладони к щекам.
Огромная крыса кивнула, словно поняла, что разговор о ней, и у меня тотчас на тыльной стороне ладони появилась метка: луна с крестиком. Знак ведьмы третьей степени. Эко меня повысили! Видела бы Юлия… Видел бы Ме... Нет, этот пусть вообще ослепнет!
Кроме уровня, метка означала, что у меня появился фамильяр. Какая ведьма не мечтает быть не просто подспорьем мужа, но и сама иметь важную силу? Вот мы с Юлией всегда хотели, а уж зверька-помощника и подавно. Правда, грезили о котике-чернолобике, собачке или вóроне каком. Мой же фамильяр был дохлым грызуном, размером с кошку. Язык распух и вывалился, глаза красные и навыкате, шерсть облезла. Красавица, что сказать. Вернее, крысавица.
– Это мальчик. Вездесрун, – представил мне сие создание старик, присел и ласково потрепал крысеныша за ухом. Даже знать не хочу, за какие заслуги мой фамильяр получил такое благородное имя.
– Когда… когда ж я его оживить-то успела?!
– Когда вас впустил дом, – загадочно проговорил герцог и посмотрел на меня, как на дурочку. Мол, вроде ведьма, а очевидных вещей не знаешь...
Точно: мое падение! Вот к кому я тогда прикоснулась. Выходит, это, и правда... эм... мое. Вездесрун как-то без слов понял, что до меня наконец-то дошло, и поспешил к кровати.
– Нет, нет, я пока не готова к тесному телесному контакту! – грозно предупредила дохляка. Крыс повесил голову и, разочарованно волоча по полу язык, поплелся обратно в угол, где стоял призрак.
– Маленьких обижать нехорошо, – пожурил герцог. – Так и не представились, и бледная такая… вам бы позавтракать срочно, – покачал он головой.
Надо уже, и правда, объяснить, кем являюсь.
– Я Снежана Степанова. Вернее, теперь Андрианова. И важней завтрака мне понять, откуда взялась редкая сила, ведь обычно она даётся от рождения. А во мне, выходит, проснулась в тот миг, как я переступила порог наследственного замка...

Очень буду рада комментариям и подписке!

Пока герои проясняют ситуацию, заглянем к Янине Наперсток, в новинку :
На отдаленной планете, где процветает средневековье и правят «эльфы», молодой и харизматичный принц взошел на престол. Чтобы закрепиться у власти, ему нужен наследник. Но вот беда – сердце короля разбито. Кого же брать в жены?
И если бы только это! Космические пираты, степняки на границах, претенденты на корону, интриги, предательство… Нет времени на любовь! Только вот любовь не знает, что такое «нет времени».

Кентервильский задумался:
– Что-то я не слышал, чтоб у нас в городе были ведьмы, да и вообще кто-то, кто может ответить вам на подобные вопросы, сударыня.
Вот когда начинаешь грустить о фолиантах, что переполняют библиотеки Института! А раньше я лишь забавлялась тем, что дула на книженции, убирая пыль. Сами учебники не интересовали, только то, как белые точки образуют причудливый маг-узор при падении.
Это я так прогуливала занятия, а что толку туда было ходить? Маг-готовка все равно мне не давалась, кажется, учитель даже был в более бодром настроении, если Снежана Степанова на паре отсутствовала. Надо признать, бился он надо мной упорно, но ровно до того момента, пока его фамильяр не угостился моими повышающими мужскую силу щами и... ушел в депрессию. Начал пить беленькую. Где только находил?! Попадались вам пьющие бараны? Надо сказать, то еще зрелище.
Что же делать? Может написать-таки Юлии? Но вдруг это письмо перехватит Меланий?! Узнает, где я нахожусь, и приедет?
Сердце затрепыхалось, как бабочка, нет уж, окаянное, даже не надейся. Никаких писем! Да и прилетит он не на дивное свидание, а чтобы перекусить энергией. В этом все же треклятый дракон был прав – она у меня точно особенная. Ведь некромантов я доселе не встречала. Редкий дар, в моем городе не было ни одного.
– Ладно, – я вздохнула, – давайте позавтракаем.
Призрак с крысом переглянулись.
– Пи…
– Да-да, вспоминаю, кажется, есть кое-что съестное, – кивнул Кентервильский зверю. – Но скажу сразу, не с барского стола. Сами понимаете, хозяин уж как месяц того… – это уже мне.
– Ничего страшного, я не привередлива, буду рада любому угощению.
Честно говоря, я была вообще удивлена, что есть что поесть. Призрак поклонился и испарился в поисках провианта, Вездесрун тоже последовал за ним. Это меня порадовало: ума не приложу, что мне теперь делать с таким подарком судьбы.
Я принялась разглядывать комнату. Не сказать, что Андрианов, вернее, мой батюшка, был так уж богат, хотя мебель добротная, но не резная. Каменные стены без отделки уюта не добавляли. Из узоров – только паутина. Пахнет плесневело, но это я улажу. Может, рискнуть с заклятием убирания нечистот? Неужто ведьма третьего уровня с этим не справится! Хотя кто его знает… может, и нет. В прошлый раз мое заклятие испоганило кабинет вареньем. В доме же и так есть чем заняться, решено – риск липких луж не для меня. По крайней мере, до обеда.
За спиной послышался шорох, я резко обернулась.
– Ох, напугал, – произнесла, приложив руку к сердцу. Всего-то зомби-грызун. Только с презентом. Гордый звереныш аккуратно положил мне под ноги засохшую лепешку. К счастью, не коровью – хлебную, но от этого она аппетитней не стала.
– Пи! – выдал по-мужски, с чувством выполненного долга.
– Там уже давно черная плесень, – поджала я губы. Теперь понятно, для чего крыс побрел за герцогом Кентервильским: дух, видно, не может перетаскивать предметы. Вон, когда опирается на дверной косяк, рука проходит сквозь него.
– А говорите, не привередливы, – фыркнул призрак. – Больше ничего нет, не харчевня, разве что груши во дворе… Но они на редкость кислые.
Точно, груши!
– Что ж, а я любитель фруктов по утрам. Мучное полнит. Но всем спасибо за старание.
Все-таки надо быть учтивой с этим стариканом, второй хозяин дома как-никак. После меня.
Как и предполагала, Кентервильский на свет выйти не смог.
– Вы вообще покинуть дом не можете? – поинтересовалась я, с удовольствием откусывая сочный грушевый бок. И совсем не кислятина, даже душистая, для завтрака – самое то! Еще б муки, вышел бы отличный пирог. Не волшебный, конечно, а самый что ни на есть обыкновенный – десертный. Сад, кстати, хоть и заросший, но выглядит впечатляюще. А погодка теплая и чудная, никаких туманов, день обещает быть жарким!
– Почему же, могу и прогуливаться, но лишь тут, во дворе, и после сумерек.
– Это, наверное, печально – много лет не видеть ничего, кроме четырех стен! – пожалела я бедолагу.
Кентервильский задрал нос:
– Осмелюсь предположить, сударыня, что я видел поболее вашего. И причем не при жизни. Я ведь родом из Англии, из Кентервиля. Запал я в душу Арсению Евгеньевичу, за это он мою, так сказать, тоже душу покатал по свету, аж досюдого. Замок у меня был неплохой, но уже совсем развалившийся. Этот мне нравится, похож на мой. Я ведь уж даже имя свое не помню, только покинутый городок.
Вездесрун, неловко переминаясь с лапки на лапку, выпрашивал у меня кусок груши. Ну, на, на. Хорошо, что ты, как жуткое умертвие, не собираешься надкусывать горожан.
Хм, так он даже кажется милым. Когда старается держать язык за зубами, а не щекотать им свои пятки. 
– Как же Арсений Евгеньевич сумел вас перевезти, разве это возможно с духами?
– Почему нет? Надо лишь забрать то, к чему была привязана душа при жизни. Дорогую вещь, например.
– Какое-то богатство? – удивилась я.
Может, в доме спрятаны Кентервильские сокровища!
– Не обязательно ценное для других, а именно для призрака. Памятная вещь о его родне, родине или такая, которая доставила при жизни много хлопот, и он не успел эти хлопоты устранить. Слыхал, один призрак был привязан к крыше своего дома. Она при его жизни вечно текла. Когда парнишка, бранясь, полез ее чинить, то слетел с лестницы и свернул шею. Вот тут бы возникли проблемы... ну, с перевозкой крыши.
– А какая вещь ваша в этом замке?
– Не скажу, – прищурился хитро Кентервильский. – Мы еще с вами мало знакомы для таких откровенностей. Знаете, с помощью такой вещи можно не только переместить дух постояльца, но и вообще изгнать его в иной мир.
Вот тут я уже решила было развести демагогию на тему, к чему вообще души столетиями томятся на земле, но наш призрак посмотрел куда-то поверх моего плеча и поспешно растворился. Вездесрун тоже что-то пропикал и был таков. Над калиткой показалось любопытное веснушчатое лицо незнакомца.
– Девица, девица, а вы знаете, что померли? – вопросил он, оглядывая меня восторженным взглядом.
– Чего?!

А вы бы хотели дар некроманта? :)
В ожидании проды: Валентина Гринкевич "
Я расскажу вам красивую и добрую сказку про любовь… Сначала, конечно, будет немножко приключений у попаданки, которая из нашего мира угодит прямиком в Магическую академию. Где ее встретит необычный фамильяр с белым пушистым хвостом. Потом у нее, естественно, не заладится с привлекательным и харизматичным драконом – преподавателем магии огня. Но новогодний бал-Маскарад все расставит по своим местам!

- Что это за чушь вы говорите?!
Рыжий оперся руками о забор: белая рубаха, непослушные кудри, даже шаловливая ромашка за ухом – никак местный первый парень на деревне.
– А то, что в дом ученого Андрианова никто не мог пройти без приглашения, вы первая. Говорят, попасть в него можно либо с разрешения хозяина дома, либо вперед ногами.
– Что ж, хозяин мне разрешил, – я потрясла конвертиком, – теперь этот замок мой. Я дочь Андрианова.
– Вот как... Наследница, – задумался рыжий, на лице его таки отразился тяжелый мыслительный процесс. После чего он растянулся в дружелюбной мальчишеской улыбке.
– Тогда, хозяюшка, разрешите к вам по-соседски зайти. Всегда мечтал постоять на земле этой. Я, кстати, Иван.
В ближайшее время мне не хотелось бы видеть на своем пороге никаких мужчин. Живых. Ладно, Кентервильский не в счет. Но Иван обнимал каравай душистого хлеба – явно прихватил его в качестве гостинца. Ужинать им было бы лучше, чем грушами, потому я вздохнула и кивнула:
– Снежана.
– Диковинное имя.
Парень в один миг перемахнул на лужайку, что давно не видела рук садовника. Он озирался вокруг с видом бескрайнего любопытства и восхищения, будто попал в иной мир.
– Хорошо ли вы знали моего батюшку? – поинтересовалась, ловко выдернув из его рук «презент».
– Только знал, что он ученый. Общался со всеми лишь по работе, иногда был в разъездах, а в город выходил лишь по делу, даже еду́ ему привозили до ворот, – пожал плечами рыжий, крайне нахально сверля меня глазами. Особенно «сверлили» они мое декольте.
– Как же так случилось, что вы батюшку не знали совсем?
– Вот это мне предстоит выяснить, жаль, вы мне в этом не помощник. В общем-то смотреть у нас нечего, – обвела пространство руками, как бы указывая, что сосед может возвращаться на свою сторону забора. Но Иван намеки понимать отказывался.
– А вы тоже… кхм, ученая? – поинтересовался  с усмешкой. – Знаете, вашего батюшку все побаивались и уважали, хоть и не многие даже в лицо его видели.
«Ученая… звучит словно я дрессированная собака».
– Я бы сказала... недоученная. Потому хотелось бы знать: нет ли  в городе для меня какой работы?
...Да, на фруктах и подачках этого недалекого долго я не протяну...
– Давайте на «ты»! Я парень простой, не из ваших бояр, – рассмеялся Иван. Вот, уже не только ведьма третьей степени, но и боярыня стала, повышение с каждой минутой. Ну, что ж, можно и на «ты» перейти.
– А что  за серп на руке? Звание «Лучшая хлеборобка»? Таких у нас хватает. Не знаю даже, что тебе предложат, кроме батюшкиной работы... Тебе надо хорошо робить, чтоб такую махину содержать, – кивнул он на замок. – Знаешь, – хитро сверкнул глазами-васильками, – я всегда мечтал в замке побывать, другие говорят – проклятый, а я не верю в это!
«Не собираюсь доказывать обратное. Того гляди окажется, что мечтал не только дом  посмотреть, но и на перинке Андрианова полежать».
– Отложим это дело, – мягко возразила, поразмыслив, что помощь Ивана мне все же может пригодиться. Мужская рука при таком имуществе всегда полезна. К сожалению, у Кентервильского она отсутствует, у Вездесруна – лапки, а заработать, как батюшка, я вряд ли сумею.
– Мне нужно к стряпчему, не укажешь ли дорогу?
– Конечно, к вашим услугам, – Иван важно задрал нос и махнул руками в игривом реверансе. И вот через секунду… я уже очутилась в этих руках. Запнулась за камень.
Лицо Ивана оказалось очень близко, и его взгляд на мгновение... заворожил. Напомнил того, о ком меньше всего хотела думать. Да что ж я такая ранимая! Вечно сама себя роняю к незнакомцам в объятия. Вспыхнув, отскочила от него и одернула платье.
– Давай поторопимся, кто знает, сколько времени там пробуду, а мне еще работу искать.
***
Немногого я добилась от стряпчего. Мужчина средних лет вообще вел себя так, словно у него горячка. Как назвала фамилию, так все бледнел да трясся, и сбивался потом. Явно желал, чтоб я скорей ушла. Всучил мне документы, уверил, что ничего не знает о моем родителе. И, видно, знать не хочет. Вот на дом бумаги, а вот там – выход.
Разное я на мужчин производила впечатление, но вот искренний страх внушала впервые. Явная слава батюшки. Как он добился такого эффекта?
Когда вышла от стряпчего, наткнулась на Ивана, подпирающего спиной калитку. Ну, раз уж у него так много свободного времени, пусть покажет место, где могу разузнать о работе.
– А это тебе! – он протянул душистые жёлтые цветочки.
С угрюмым видом приняла подношение. Невинное ухаживание напрягло, но пока я решила смолчать. Кстати, Меланий мне даже ничего не дарил... Я раньше и не замечала. А вот сейчас поняла – наверное, эффект зелья наконец проходит. Ну, и к лучшему!
– Спасибо. Так говоришь, в трактире можно узнать, как мне найти работу?
– Там, и я даже знаю, кто может тебе с этим помочь. Пойдем! – и нагло схватил за руку своей горячей ладонью. Вот уж ни в какие ворота не лезет. Стиснув зубы и ощутив жар щек, под бесконечные рассказы о городе Всеведе пошла за парнем.
Городок, кстати, ничем не отличался от нашего. Даже еще более глубинка. Село селом, только большое. Домишки, впрочем, добротные, хоть и старенькие, где-то попадались вполне богатые. Скотинка ухоженная, дружелюбно мыча и блея, обходила меня стороной. А некоторая, кудахча, пробегала мимо.
Шли мы минут двадцать, все это время Иван тарахтел про каких-то леших, кикимор и прочие сельские присказки, коими можно удивить лишь ребенка. А вот и трактир «Царский двор».
Всегда мечтала побывать в царском дворе, видно, как и хозяин трактира, что додумался его так назвать. И, как и я, он явно там не был, потому оформил, прибегая к своей фантазии. Трактир пах пивом и похлебкой, кое-где уже с утра сидели выпивохи… но не за простыми столами, а золотыми! Ненастоящее золото, конечно, но смотрелось дорого-богато. Очень необычно, учитывая, что все остальное было самое обыкновенное. А, ну еще кое-где висели рамки с самодельной лепниной и картинками разных блюд, нарисованных, вероятно, ребенком хозяина трактира.
– На минуточку, не скучай, – подмигнул Иван, сунул мне стакан чая и куда-то убежал. Возможно, пригласить моего будущего работодателя.
Только сейчас  задумалась, что он даже не спросил, что я умею делать. А я, кстати, так и не поинтересовалась, чем занимался мой батюшка… Но это не важно, того я точно не осилю. Раз он зовет хозяина трактира, то наверняка это работа официантки, тут вроде много ума не надо.
Я напряглась, когда вдруг поняла, что на меня косятся все, кто в трактире. К слову, все они были мужчины. Может, потому что  не додумалась переодеться и второй день хожу в нарядном платье из Института? Впрочем, оно уже мятое и грязное от дождя, я далеко не в презентабельном виде. Мне б ванную…
Но, похоже, мужчин это не остановило,  заметила, что они переглядываются, а улыбки их становятся какими-то недобрыми и похабными. Уж не в ловушку ли меня завел этот Иван?
Совсем  ощутила нехорошее, когда двое мужчин нагло уселись на соседнюю лавку.
– Тю, какую кралю занесло, ты чьих будешь-то, девочка? – загоготал неопрятный толстяк.
– Чья б ни была... будет наша, – заявил мужик с выпирающим кадыком, плюхнулся рядом и одарил редкозубой улыбочкой…
Пока героиня продолжает находить новых друзей, заглянем к Анне Рейнер "
Счастью не было предела ровно до тех пор, пока мой жених не изменил прямо перед нашей свадьбой!
Простить? Нет уж! Но новый жених нужен срочно, иначе пробуждающаяся магия сожжет меня изнутри. Только супруг дракон может мне помочь, и отбор в императорском дворце - последняя надежда выйти замуж, усмирить свою магию и выжить!

– Что-то мне ваши намеки не по душе, я девушка серьезная и пришла искать работу, – взяла я себя в руки.
 Так как там  звучит заклинание огня? Таки придется вспомнить. Выберу большое – тогда риск, что спалю харчевню, маленькое – спалю только мужика. Так и так прославлюсь окаянной, ведь сдерживать колдовство я не умею. От выдающейся ведьмы – пока лишь знак. Кто сказал, что силы будут меня слушаться без практики?! И вот практиковаться на горожанах нам в институте никогда не советовали.
– Ууу… а чьих будешь-то такая серьезная? – оскалился один из мужланов, сделав незамысловатое движение «идет коза рогатая», и я начала понимать, что может не так и страшно – слыть этакой Девой-Ягой.
– Андрианова. Дочь его.
Мужики сразу погрустнели.
– Что же… что же сразу-то не сказала, что НАСТОЛЬКО серьезная. Не вéдали мы, что у Андрианова дочка есть, царствие ему небесное, – говоривший перекрестился. И не понятно: так выражал он скорбь по моему папеньке или сим действием открещивался от меня.
Все как-то разом отодвинулись. Похоже, слава батюшки похлеще пламени. Но спросить у них, чем он знаменит, как-то не успела. В дверях показался Иван и какой-то упитанный мужичок с лицом колобка.
– Пал Палыч, хозяин «Царского двора», – кивнул на него парень. Мужичонка принялся раскланиваться.
– Звучит величественно, – заметила я с некоторым сарказмом. – Снежана.
Трактир оживился, все зашептались.
– Что ж, Иван сказал, вы работу ищите, наверняка по стопам батюшки пошли?
– Я не знаю, что он изучал… – начала было своё признание, но Пал Палыч меня поспешно перебил.
– Ничего не изучал. Он ведь это… ну, некромантом был и духов изгонять помогал.
...Ну да, можно было догадаться, от кого мне перепали силы. Ведь  в курсе, кем была матушка. Как подросла, специально посетила детский дом – разузнать. Там мне поведали, что работала она швеей при детском доме, приболела, как мне три годка стукнуло, и не выжила. Женщина была одинокая, о муже не говорила. Бедная и простая, явно человек. Передали от нее лишь кулон на шею. И не достался б он мне, коль не являлся бы обычной синей галькой на алой веревочке. Будь в нем хоть крупица золота или серебра – не видать бы мне его, как своих ушей, а так хоть какая-то память.
Лицо матери я помнила весьма расплывчато, так как была крохой, но вроде бы она довольно сильно на меня походила.
Но как так сложилось, что силы столь долго спали во мне, почему они сработали, лишь когда я попала в дом отца?! По наследству колдовство передается сразу, магический дар силен и проявляется с пеленок. Заклятий отнятия сил или их блокировки не существует для тех, кто рожден волшебником.
– Почему же папеньку называли ученым?
– Ну, он вечно с книгой ходил, да и разве может необученный делать то, что он творил? – удивился Пал Палыч.
Вот, значит, какая логика.
– А еще он выселял  из людей демонов... Но такого давно не было, прости Господи.  А у меня дело-то простое: надо изгнать  из дому душу моего деда.
Убирал одержимость, вот это да! Очень редкие некроманты способны входить с детьми Нави в контакт. Да… без практики-то мне не справиться.
Вообще-то я аж поперхнулась, когда мне предложили изгнать какого-то старика. Вспомнился Кентервильский. Если такой же добродушный, то зачем? Хотя, может быть, там жуткий полтергейст?
Стоит ли идти туда без книги? Я, находясь в гостиной, ни одной не видела... Что, если она в каком-то тайнике?
– Вот, за ценой не постою, – Пал Палыч отсыпал мне золотых, так что блеск их отразился в глазах у каждого мужика, что находился в трактире. Хозяин заведения явно принял мое молчание за раздумье над оплатой.
– По правде говоря, я пока не очень много практиковалась в изгнании духов.
Действительно, изгнать получилось лишь саму себя из Института.
– Ну, вы посмотрите хоть на работу, оцените, так сказать, перспективы.  Без Арсения Евгеньевича тяжко. У нас, знаете, с душами покойных проблема. Слишком, слишком беспокойные выходят, – Пал Палыч развел руками, дескать, бывает, вот такая городская особенность. – Глянете? У меня как раз обеденный перерыв.
– Ну, пойдемте, – хмыкнула неуверенно, ощутив себя тараканоловом. У меня на родине больше с ними были проблемы, чем с духами. Причем никто, кроме магов, их заговаривать не умел.
Заболтаю ли  призрака – вот в чем вопрос. Уж лучше б батюшка ловил крыс. Эти меня слушаются, одна даже уже мнит себя моей "правой рукой".
Тяжко вздохнув,  направилась вслед за мужчиной. Дом, один из лучших в городе, был за углом. Иван, шедший за мной, похлопал ободряюще по плечу, но в гости к трактирщику, похоже, не собирался. Верно, чтобы не мешать профи, то бишь мне.
Пал Палыч отпер дверь, та протяжно скрипнула. А я шагнула в темноту, не зная, чего ожидать...
Пока героиня настраивается отработать золотые, заглянем к Лине Бестиной, в книгу
Скрываясь в самой отдаленной стране чужого мира от ищеек, мне пришлось запечатать обретенную магию и открыть скромную хлебную лавку в небольшом селении. Ранним утром на пороге моей лавки появились Темные Паладины Правителя. Первой мыслью было, что меня нашли, но каково же было мое удивление , когда мне поручили задание помочь устроить бал для будущей невесты нового Правителя.

Дом меня встретил прохладой. Где-то завыло: у-у-у. Но это оказался всего-то залетный филин за окном.
– Что ж вы встали, или надобно чаю предложить? Арсений Евгеньевич его в плату не брал, – откашлялся хозяин дома.
– Так я того, присматриваюсь к обстановке... Жду, когда ваш дедушка появится.
Оглядела добротную мебель и отметила тот же «изыск», что и в «Царском дворе». Хозяин умудрился «позолотить» даже кочергу у печи.
– Здесь? Как же он сюда переместится? – продолжал поражаться, видно, моей глупости Пал Палыч. У Кентервильского получалось перемещаться меж комнатами лучше, чем у Вездесруна.
– А что же у вас дух безногий, что ли? – хмыкнула я.
– Ну да, – пожал плечами Пал Палыч, во взгляде его начинало читаться сомнение в моих умениях.
– А откуда мне это знать? – начала злиться.
– Простите, простите, – поспешно запричитал трактирщик, видимо, быстро покумекав, что недалекий некромант лучше, чем вообще никакой. – Просто ваш папенька чуял призраков за версту. И заранее как-то  понимал, какого ему ожидать. Пройдемте в спальню, там дед и обитает.
Мелькнула мысль, что родственничек привязан к комнате, например… смертью. Но все оказалось намного необычней, чем ожидалось.
– А как зовут-то деда? – поинтересовалась почему-то шепотом.
– Пал Палыч. Это у нас семейное, – пожал плечами трактирщик.
– Отчего скончался и давно ли? – вопросила, начиная ощущать себя врачом, пытающимся заранее поставить диагноз.
– А так от старости, верно, сердце прихватило, и помер на кухне. Прямо за завтраком. Недели две как.
Выходит, к спальне он привязан чем-то другим. Интересно, что его держит на этом свете, не недоеденная же полба.
Дверь отворилась, и в комнатке с позолоченными подушками и ночным горшком (а что тут удивляться?) я увидела… Никого я не увидела. Она была пуста.
– Вот, проводите беседу, – буркнул недовольно Пал Палыч.
А я вдруг засомневалась: есть ли дедок вообще? Что, если просто трактирщик того... Тогда стоит подыграть? Столько золотых на дороге не валяются.
Но мои сомнения исчезли, когда сундук, стоявший под окном, резко раскрылся... Но нет, из него никто не вылетел, только послышался старческий вздох.
– Он внутри сундука? – ахнула я.
– Нет, он и есть сундук.
Вот неожиданность! Тут прям налицо зависимость от материальных ценностей.
– На тот свет его забрать хочет, скупердяй, – буркнул Пал Палыч. – Вы сделайте о чём договорились, пожалуйста. А то сундук дорогой, так ведь не выкинешь.
– Выкину я тебе. Я тебе выкину! Да я этим сундуком твою бабку завлек. Или ты думал, деньжища на трактир  из воздуха возникли? Как я дочь главного городского  боярина-то  соблазнил?
В голосе сундука-старика послышалась гордость. Да уж, кто ж знал, что путь к сердцу девиц лежит через  сундук.
– Пал Палыч, но неужели это сейчас так важно? Разве не важней быть с этой самой барыней и любимой рядом… – вклинилась мягко, предположив, что старушка давно на небесах. Тут же  услышала странный скрип, лишь через миг поняла, что это дед так смеется.
– Любимой?! Да эта любимая меня в могилу и свела. Сколько мне кровушки попила, пока не убегла незнамо с кем незнамо куда. Тьфу, что ты знаешь о любви, красавица!
Ну, кое-что уже знаю. И что просто так любимицы не убегают тоже.
– А чьих ты будешь? Почему тебя привел внучище-то мой?
– Внучище, – набычился Пал Палыч, явно при жизни он часто слышал этот намек на свои внушительные габариты. – А это дочь Арсения Евгеньевича. Некромантка по крови!
Внук гордо задрал нос, словно похвастался какой-то бронебойной саблей. Впрочем, на дедкá это подействовало, голос его сразу стал печальней.
– Так вот оно что... Изгонять меня задумали. Ну, давай, девчуля, знаю, что силы родовые могучи. Давай только быстрей, чтоб не мучился! Глаза зажмурил, чтоб не видеть  мощь окаянную.
Я закусила губу:
– Ну, вообще-то я пришла пока только посмотреть… – и замялась. Слово «проблему» прозвучало бы грубо. – ...и познакомиться.
– Как волк с овцой? Жри быстрей, не играй на нервах! – выкрикнул сундук и даже чуть шевельнулся.
– Что ж вы меня как палача воспринимаете? – возмутилась невольно. – А может вы в рай попадете!
– Ой, не с моими заслугами, не с моими, – едко усмехнулся предмет обихода  и сверкнул красивым резным узором, кажется, из малахита.
Я смутилась. Выходит, вот чего он боится – попасть в преисподнюю? Или не все так просто? В любом случае, я ощущала себя не лучшим образом, как-то не так представляла данную работенку.
– А знаете что? И правда,  не пойму, почему вы, Пал Палыч, изгоняете собственного деда из... сундука! В конце концов, он его по праву. А про дом вообще молчу. Дедушка же ваш родственник, как можно?
– Я вам не за нотации плачу, – щеки трактирщика начала принимать алый цвет. – Вы пожили б с ним, сами бы поняли, каковó это. Думал, хоть теперь спокойно будет, ан нет!
– А знаете, я б и пожила. И пожила бы. Я б рада была родственникам, хоть каким-то, да нет у меня их, полная сирота.
– Вы на жалость не давите. Ну, и забирайте этот сундук!
– А и заберу, – тряхнула головой.
– Двести золотых.
Я захлопала глазами.
– Так вы ведь все равно его выкинуть хотели…
Пал Палыч не обращал внимания на мои эмоции.
– Да как  такой выкину? За ним же такая история! Этим сундуком дед бабку соблазнил.
– Ай же, сукин внук! – зацокал сундук, аж камни почернели.
А я поняла, что уж теперь точно не выкинет. Но мало ль чего с ним делать удумает? Вдруг подожжет или чего нехорошего внутрь запихает. Надо спасать деда! Вот так: шла освобождать Пал Палыча младшего от духа, а вышло, что избавляю привидение от его общества.
– Вот задаток, – хмыкнула, протягивая данные мне золотые.
– Э, нет, работу вы не выполнили, так просто не пройдет, – Пал Палыч младший хищно ухмыльнулся.
– Схожу к ростовщику, – парировала в ответ.
Ну, всяко в доме отца будет что продать.  Пал Палыч расцвел глумливой улыбкой:
– Так вот он я. Единственный ростовщик в этом городе!
***
– Иван, пошли, помогай, – кивнула, выглянув из окна, рыжему. Мимоходом заметила, что почему-то один его локон стал темным. Парень выглядел каким-то растерянным.
– Ну, что стоишь, волоки сундук. До зáмка потащим.
...Нда, вот и заработала! Эдак еще пару дел – и будет у меня куча привидений и множество займов!
Пока героиня занимается вынужденой физкультурой, заглянем в роман Марии Кейль 
Я дочь великого Лорда, не могу сотворить ни одного мощного заклинания. Единственное, что я могу, по мнению отца — так это выгодно выйти замуж за наследника другого Великого Дома. Но я возьму и призову демона им всем назло! Пусть покажет папеньке и гадкому женишку. Ой, а почему это призвался звезда универа пятикурсник Найтен? Он демон, что ли? Ну дела! Теперь мы не просто связаны клятвой, теперь нам нужно хранить этот секрет, иначе его развоплотят, а меня вместе с ним!

– Эй, эй, поосторожней, не дровишки тащите, – Пал Палыч крякнул, когда рука моя соскользнула, и правый бок сундука чуть не шмякнулся оземь.
– Ничего, еще чуть-чуть осталось, и будет паркет, а не травка, – приободрила  своего нового жильца.
– Это что за старикан такой, откуда взялся? – подал голос Иван.
Что странно – сосед полдороги молчал, беспрекословно таща сундук. Даже голос у него стал какой-то другой, с характерной хрипотцой, а взгляд суровый и словно проникающий в самую душу. Бррр, что там – на него кирпич упал, пока меня не было? Почему такая холодность, может, обидела чем? Хотя что мне до этого, знакомы полсуток. Иван поспешно натянул до глаз шляпу, когда глянула на него через плечо – проверить, как справляется. Нести груз ему было явно легче. На мгновение мне даже показалось, что он притворяется, будто сундук нелегко ему дается, и справился бы сам, подхватив двумя руками махину, как... не буду вспоминать кто, он простой смертный и точка. Отогнала печаль.
– Ты необычайно храбр для человека, совсем не боишься призраков, – подивилась я. – А в сундуке заточен дед Пал Палыча, которого внук так старательно выгонял из дому.
– Да, паршивец, что сказать, – вздохнул Пал Палыч. – Ты, дочка, не обессудь, я много места не займу, да и в хозяйстве пригожусь.
Я подумала, что деньги мне б сейчас пригодились больше, сундуков в доме батюшки хватало, но не стала обижать старика.
– Да, интересная вы девушка, Снежана, – как-то по особому задумчиво проговорил Иван. Мне на миг даже показалось, что он прочел мои мысли. Не колдун ли, чай? Нет, я б почуяла. Хотя рыжий же – прямой признак колдовства...
На миг мы встали передохнуть. И Иван вдруг вновь стал самим собой, глупо улыбнулся и подмигнул:
– На реку сгоняем?
Мне, конечно, не мешало бы помыться (надеюсь, это не намек), но не с парнем же! Тем более малознакомым. Хотя о чем я думаю, хоть с каким. С мужчинами покончено! С живыми, по крайней мере.
Я, к своему раздражению, слегка залилась краской.
– У меня много дел, не до того.
– Чем же вы займетесь? – мы снова подняли сундук.
Пал Палыч вовсе разошелся:
– Ну, ну… совсем мне глаза залепили, своими культяпками-то!
Нда, проживание с дедом может оказаться тяжким. Кстати, я еще не знаю, как на него отреагирует Кентервильский. Хотя при нашей первой встрече он думал, что я увидела другое привидение, и вроде обрадовался, может, и тут все ладно будет?
– Ну, прости, дедушка, тут не написано, что из камней у тебя глаза, а не другие органы, – буркнул Иван, имея ввиду узор, украшавший сундук.
– Эй, эй, мне щекотно вообще-то, это я тебе, рыже-черноволосый. Что глядишь так, смотри, ус отклеился.
Иван на миг побледнел, остановился и поднес руку к лицу, словно забыл, что на нем нет растительности. Когда я не удержала улыбку, хмуро взял сундук повыше и грубей, так что старик высказался уж совсем неприлично.
Да, надо сменить тему, в конце концов, я достаточно не изучила характер Ивана, он в любой момент может потерять терпение, и останусь я с поклажей посередь поля одна.
– А насчёт реки – неплохое предложение, но не сегодня. Может, завтра? Сегодня хочу перебрать бумаги батюшки. Понять, что за человек он был. Я его совсем не знала, думала,  бросил нас с матушкой. Да так и выходит: похоже, ведал, где я обитаю, а «голос подал» только после смерти, завещав замок.
– Это Арсений-то? – хмыкнул сундук и блестнул крышкой. – Очень  удивлен, что у него дочь есть. Ведь детей они с женой иметь не могли.
– Вы знали батюшку? – ахнула я. Иван тоже будто навострил уши.
– Как не знать, нет-нет беседовали с ним за чашкой чая. Ну, я больше беседовал, а он слушал. Вроде как не просто некромант  был, а еще и  доктор душевный. И жену его знавал, из наших краев девица. Даже заглядывался на нее, когда моя-то сбежала, и я свободен стал.
– Ох, расскажите мне о матушке.
Сундук вздохнул.
– Красавица, как ты, но круглая сирота. Молчалива, как Арсений, но добра, и швейка лучшая в городе. Только Аннушке никто был не мил, кроме Арсения. Род его считали проклятым, ибо не мог никто из предков покинуть замок, не знаю уж почему. Ни съехать не могли, ни продать. Так говорят. Сам он в подробности не вдавался. Всё семейство некроманты. Но народ у нас не пугливый. Да и много от них пользы было, от Андриановых, у нас то и дело то душа какая приблудится, а то и вовсе дитя Нави в кого вселится. Злые языки шептали, что Андриановы сами эту нечесть шлют, в другой округе нет столько... Но про то  только черт знает. Всегда Арсений справлялся, за плату хорошую. Ох, не уверен я, что ты дочь его, он бы так не поступил, не отказался бы от монеток.
– Только поэтому? – я уже поняла, что мой батюшка не ангел.
– Да не только поэтому. Не было у них с Аннушкой детей много лет, хотя Арсений явно мечтал о наследнике, так у них заведено в роду: к тридцати шести каждый ребенком должен обзавестись. А у них никак, а потом жена и вовсе пропала. Арсений сказал, что в другой город поехали, и она там померла, там же ее и схоронил. Только видел же я – врет, сбежала она от него. Что странно? Все странно: казалось, Аннушка до беспамятства в него была влюблена, и хоть по мне как человек он не пряник, да для нее – идеал.
Сказать, что твоя любимая умерла, фигурально! Это, конечно, низко – такое наговаривать. Может, ссора какая… а может, я, и правда, не его дочь?! Тогда к чему оставлять мне наследство?

Глава завтра. Пока героиня общается с сундуком, заглянем к Анастасия Спивак ""
ЭКСКЛЮЗИВ ЛИТГОРОДА!
БЕСПЛАТНО В ПРОЦЕССЕ!
Однажды попав на борт межзвёздного крейсера, сёстры Мира и Слава оказываются на пороге новой жизни.
Но для того, чтобы добраться до далёкой сказочной планеты, им предстоит столкнуться с различными сюрпризами, которые способен преподнести суровый космос.
И что ни говори, а сражаться с обстоятельствами гораздо приятнее, если у тебя рядом есть надежное плечо близкого человека. И не только сестры.