Я не знаю, что говорить в начале. Обычно, начинают с «я вырос» или «я родился», но что говорить тому, кто был всегда? И матерью я могу назвать лишь вселенскую силу, сотворившую меня без человеческой формы, только в виде энергии.
Первое, что я увидел, был огонь.
Яркие лепестки пламени окружали меня, ласкали, были мной. Они так гармонично вписывались в окружающую меня темную пустоту, так осторожно пытались ощутить пространство… Я был новорожденным пламенем, и голод мой к знаниям можно было сравнить лишь только с лесным пожаром. Все это осознать полностью возможно сейчас, а тогда лишь красота зрелища и смутные желания захватили мой разум.
Когда Она позвала меня по имени, я впервые ощутил любовь.
Мгновенно захватив все существо, это чувство наполнило меня небывалой безмятежностью и эйфорией. Возмущение разума осталось позади, и только она, создавшая меня, стала той первоосновой. Моя мать. Забегая вперед, скажу, что никогда больше в своей долгой жизни не чувствовал я желания или возможности подавить это чувство. И никогда больше не встречал его в мире смертных или бессмертных именно таким, способным захватить мое существо так полно. Думал, никогда не смогу найти, но… Я забегаю вперед, не так ли? Скажем пока так: никто в мире не может предсказать судьбу богов. Ни мы сами, ни наша мать не способны видеть предстоящее. В этом есть какая-то великая мудрость, не так ли? Зная, что ждать наперед, стал бы я жить так, как живу или попытался бы стать иным? Знание убивает надежды. Если взять такую точку зрения как отправную, то определенно, все что не делается - к лучшему.
А после я остался один, впервые познав одиночество.
Его горестные тиски никогда больше не отпускали, превратившись в моего постоянного спутника. Я был один, как любой из божественных, и был обречен оставаться таким вечность. Мать принадлежала всем нам и никому из нас.
Меж тем появлялись миры и существа их населявшие. Кто-то умирал, кто-то рождался. Круговорот начался, и остановить его было невозможно. Не знаю, почему я избрал себе мужское тело и существование. Быть может, ощущал, что так будет правильнее. А может попросту решил поменять все позже, хотя желания такого никогда и не возникло. Все было просто – жизнь, существование, познание. Я поглощал знания быстро и жадно, стремясь впитать в себя все возможное. И отдать во вне все, что я мог. Творение стало венцом. Я и другие – мы все питали собой новые миры, населяли их созданиями собственного разума и фантазий. Новые расы, рельефы планет, рождение чуда – что еще нужно создателю? И любой из богов мог сказать «Аз Есьм».
Но в этом свете было нечто темное – гнев. Его тяжелый рев лишал разума и сводил с ума, нашептывая мне в уши свои дикие сказки. И я поддавался, не имея никакого желания противиться. В такие моменты все становилось неважно, лишь только это чувство пожирало меня заживо и правило бал в пустом от разума теле. Оно расползалось вовне яркими огненными кругами. Оно лизало чужую плоть, корчащуюся в агонии боли. Оно разрушало с таким трудом построенную живую материю, оставляя лишь истлевший безжизненный остов. Я же был лишь наблюдателем, пожинавшим его плоды. И боялся собственного гнева не меньше остальных.
Последующие века своей жизни я помню не четко, будто кто-то или что-то смазал их неосторожным пальцем. Войны, помогающие утолить мою агрессию, подарили мне звание генерала и собственную армию. Знания приносили относительное удовлетворение собой. Вереница женских тел, приятных, мягких, ароматных – я полюбил секс, как один из самых легких способов получения удовольствия, который был мне подвластен. Немного внешних изменений и хорошо подвешенный язык – отказать мне было очень трудно. Но не скажу, что я был совершенно не разборчив, хотя и не понимал четко, что же ищу. И в тот же момент, я не был абсолютно потерян и четко осознавал себя.
Рано или поздно все заканчивается. Нас пресыщает однообразие, как бы великолепно оно ни было. Не скажу точно, в какой момент и почему мне все надоело. Просто… будто обрубили какой-то канат и это произошло. Перестали занимать семейные дрязги, войны во всех мирах и борьба за власть. Даже шуточки дорогих Темных родственничков перестали воздействовать. Все стало не нужно, будто жизнь мою накрыла пустота, которой я с готовностью поддался. Земля стала идеальным местом, способным принять меня и дать тот отдых, которого хотелось. Один мир, со своими мелкими дрязгами оказался способен дать мне спокойствие… странно, верно? Но, правда.
Когда Земля начинала тяготить меня, я навещал свой мир. Его золотисто-охряные цвета наполняли меня радостью и гордостью – как я один мог создать нечто подобное? Место, будто выросшее из снов и мечтаний, ограниченное только волей творца и его же желанием. Каждый бог имел такое пространство. Быть может, именно это и было недостатком. Я боялся перестать оценивать себя здраво и впасть в гордыню. Оступиться и полететь в пропасть безумия, оставшись там навсегда. Это было страшным наказанием для любого из нас. И тем, что рано или поздно каждого из нас поджидало.
Несколько тысячелетий. Ассирийцы и падение Трои, строительство Стоунхенджа и затопление Атлантиды, власть Египта и рождение Христа… об истоках я могу говорить бесконечно, особенно – когда видел все сам. Нередко на огонек заглядывали другие боги, тогда отдых превращался в феерию или оживший ужас любого смертного. Но я был только наблюдателем и никогда не вмешивался. Зачем? Забыв первопричину своего появления, своих покровителей и богов, оставив от прошлого только глупые сказки, люди перестали быть достойны спасения. И уж если я, Светлый, понимал это с такой точностью то, что же думали Темные? Никогда не хотел выяснить это наверняка.
Стоит ли удивляться, что я пресытился и этим? Или я обманываю себя, и то, что звало и пело раньше, усилило свой зов? Так или иначе, мне предстояло это узнать совсем скоро.
Когда с неба падали Боги,
Орошая истоки земли;
Когда в кровь побитые ноги
Из сил последних несли;
Когда за убитую правду
Не сражались уже до конца;
За обиду, за гнев были рады,
Не жалея пустого свинца.
Мир вокруг когда преклонялся
За убитую волю войной;
Когда смертными Хаос питался,
Против всех – алой стеной.
Заглянув в проклятые воды,
Жизнь меняла свое лицо,
Когда с неба падали Боги,
Проклиная своих отцов.
Война всегда уносит множество жизней. Война Богов – не только смертные.
Я не знала этого наверняка, ибо была не в меру молодым свидетелем последней – мне было лишь несколько недель отроду. Но говорят, Эра тогда была объята бойней, боги сражались от скуки, с легкой руки круша свое детище.
Почему именно этот мир, из пяти выживших ранее, был выбран полем боя, не знает никто. За исключением Старших Богов, быть может. Схватки на глазах у народа делали их не только свидетелями, но и соучастниками, ибо жажда крови, как зараза, пожирала все живое в душе и сердце, порождая ярость и гнев, направленный вне. И если бы у этого геноцида была хоть какая-то возможность просочиться в другие миры – то те тоже потерпели бы крах в противостоянии, и были бы сокрушены Войной Богов.
Мир процветания и знания, магии и механики - он был практически утерян, практически сожжен. Именно в это нелегкое время меня и угораздило родиться. Я была особенной, теперь я это знаю. Удивительной, наводящей страх из-за своей двойственности. Ребенком, чья красота и одаренность даже в первые дни жизни восхищала, и пугала.
Меня боялись настолько сильно, что приговорили к смерти, ссылаясь на благие намерения.
Мать отправилась к праотцам, пытаясь спасти мою жизнь. Язычники решили, что моя кровь, пролитая на алтарь, сможет утихомирить разъяренных Богов. Глупцы, они погибли в обломках былой Эры из-за своих пустых заблуждений.
А я выжила. Не смотря ни на что, маленькая девочка, предназначенная в жертвы, смогла спастись.
Меня нашла Верховная Жрица Эротикона - моя приемная мама, хранительница равновесия миров, - среди пепла и тлена, следуя за голосом спящей во мне силы, взывающей к ней сквозь пространства. Ее не пугала мгла, сгустившая над моей головою, и бледный свет, струившийся из под кожи еле заметным сиянием. Жрица увидела не угрозу и не жертву в маленькой прекрасной девочке, она уловила бесстрашие и неимоверную силу, хотя и не осознавала того. Женщина тогда еще не знала, что берет на руки Богиню.
Но до поры становления ею, я была всего лишь ребенком, нуждающимся в любви и ласке. И я была окружена ею в стенах моего нового дома, Белого Храма Эротикона. Послушницы стали мне сестрами, а Жрица – приемной матерью. И я не знала детства полного потерь и сожалений. Я росла в полной гармонии со всеми своими потребностями.
Хотя росла – это можно было сказать поверхностно. Храм, являясь великой неиссякаемой энергетической силой, животворной, питал ею миры, центром которых был, и действовал на своих женщин таким образом, что они не старели, не болели и не умирали, замирая в своем расцвете. А я... каким-то образом я росла, но очень медленно, словно преодолевая какие-то барьеры. Загадка для всех.
Но что мне было с того? Познавать мир таким, какой он был, позволяя себе оставаться ребенком – это ли не счастье? Я могла с уверенностью сказать, что у меня было чудесное детство. Я не стремилась быть взрослой, не стремилась уйти из Храма, да меня и не выпустили бы. Эти стены на всех действовали по-разному, но в одном оставался непоколебим – более двух недель за его стенами для любой из жительниц Храма было губительным. Если женщина служила Эротикону – это становилось вечным ее стремлением, но и бременем.
В конечном итоге матушка выяснила, что я, не являясь избранной Храмом, смогу жить вдали от него в свое удовольствие. Но это случилось, не раньше, чем мне стали сниться сны. Они были разными, были о будущем, но я лишь могла чувствовать их. Я знала, что мне нельзя в миры. Просто знала. Теперь уже не страх перед смертью оставлял меня внутри, а страх перед жизнью.
Продолжая радоваться тому, что имела, я впитывала все что видела и слышала, делала выводы. Меня не заставляли принимать скорых решений. Я знала миры, хотя не бывала в них. Читала о мирах священного круга: о Земле и ее утраченной памяти, о Шезгарте с его неимоверной жестокостью, о Корр-У и его великих реликвиях, о Неффастусе, его нестабильности и идеальности, и об восставшей из пепла разумной Эре. Я видела богов своими глазами, когда они приветствовали мою матушку, и видела их свиту – прекрасных чувственных Мистерий.
Мужчин среди проживающих постоянно не было, Храму было это не угодно, но я видела их достаточно часто, если судить относительно, и знала их применение. Я воспитывалась в священной вере в то, что величие женщины дарует мирам жизнь, а мужчина лишь способ, незаменимый спутник величия.
Я знала, и мое величие придет. И словно Храм для миров, мой спутник будет даром моей новой жизни.
Небо Неффастуса играло всеми цветами радуги, разбавляя свои оттенки красками, которые никогда не видел человеческий глаз. Яркие полосы расчерчивали пространство от горизонта вверх, разбегаясь вокруг цветастыми завихрениями, как на картинах Ван Гога. Он был тут, этот шельмец, хотя и принимал свои путешествия за видения. Странный, а такие люди всегда привлекали нас, жителей бесконечности.
Расстегнув куртку, я присел. Высокая шелковистая трава ласкалась к телу будто живая, признавая божественность. Свежий ветерок порывами хлестал в лицо, заставив закрыть глаза. Темнота накрыла меня, позволив спавшим до некоторых пор мыслям вынырнуть наружу. Зов, слышанный мной ранее, был едва различим, но он был. Странный, тонкий, гордый. Что-то надвигалось, но что, я сказать не мог. Единственное, в чем был уверен – это нечто свыше понимания Бога, иначе я бы уже знал точно.
Кажется, меня ждала очень увлекательная игра, которая поможет развеять скуку на несколько ближайших лет, если не столетий. Это радовало. Никогда не любил безделья, хотя часто был на него обречен, как и все остальные боги. В какой-то мере это тоже было проклятием, как нашим, так и для всех остальных. Понять мои слова проще, если представить, что может затеять бог, которому скучно.
Глубоко вдохнув, я задержал дыхание. Воздух был какой-то другой. Чуть слаще, чем обычно, чуть чище, чуть приятнее. Быть может, мне лишь казалось так. Или я слишком долго отсутствовал и теперь выдавал желаемое за действительное, представляя мир богов чем-то из ряда вон выходящим. И выдох не был похож на освобождение. Только избавление физического тела от углекислого газа, не более. То самое ощущение не только не исчезло, но и усилилось, будто войдя в мое тело и плотно там укоренившись. Это было необычно и чудно. Странно. И выбор у меня был не большой.
Ответ я мог получить лишь в месте, где хранились все предсказания и летописи, хоть как-то относящиеся к богам. В месте даже более древнем, чем любой из богов. В месте, находящемся вне пространства и времени. В Храме. Конечно, я осознавал, что Далила, Верховная Жрица, наверняка не будет рада моему визиту – мужчин в святая святых не жаловали, но мне было наплевать. Я слишком бог и слишком стар, чтобы думать о чьих-то еще желаниях. Был, есть и буду - так я подумал.
Поднявшись на ноги, я снова осмотрелся, пытаясь запечатлеть эту картину до следующего раза. Не важно, когда он настанет, завтра или через тысячу лет, но я буду помнить об этом мире особенном для каждого бога, всегда. Именно это место мы создавали, забыв все распри и взаимную неприязнь, Светлые и Темные рядом. Мир, где все мы могли осуществить свои желания и создать свое собственное подобие рая, как бы он не выглядел в итоге. А ведь возвращение домой всегда похоже на маленькую смерть и последующее возрождение.
Из травы поднялись золотистые искры, окутав меня своим ярким сиянием. Они не задели ни траву под ногами, ни мою одежду, заставляя все вокруг тлеть в ожидании скорой смерти. Лишь поднялись вверх и соприкоснулись с моей кожей, поглотившей призрак огня без следа. Я был здесь. Я был готов. Я пришел в миры вновь, будто Феникс, восставший из пепла.
***
Появившись во вспышке белого пламени, я прошелся по залу. Бело-голубой мрамор и сумрак, резные эрзацы дверных проемов и бездонные потолки, струящиеся мантии жриц и послушниц, отличавшиеся лишь цветом. Незыблемыми оставалось и спокойствие этих стен. Что бы ни происходило в веках, Храм не менялся, даже не накапливая пыли в глухих закоулках. Моя извечная тяга к знаниям просто вопила от возбуждения в этих стенах. Именно тут я мог найти то, что жаждал – летописи, где записаны пророчества. Конечно, я уже читал их все, произнесенные самыми лучшими прорицателями и записанные руками искусных писцов, но это было другое.
Память не совершенна и со временем всегда перестаешь помнить то, что тебя захватывало когда-то. Особенно, если ты очень и очень старый Бог. Из миллиона прочитанных свитков, я мог вспомнить лишь пару тысяч. А ведь меня достаточно долго не было, за это время наверняка появились новые записи. Мне хотелось поговорить с Далилой, Верховной Жрицей, и, если удастся, с Архивариусом. Это было в моих интересах – обе могли натолкнуть меня на важную мысль или даже точно указать на причину происходящих изменений. Впрочем, в последнее верилось слабо. Я просто допускал такую возможность.
Вокруг сновали послушницы – традиционный цвет их одеяний не дал мне ошибиться. Их стройные ножки то и дело мелькали под длинными подолами мантий, перенося хорошеньких обитательниц с места на место. Вот уж верно, ни одной дурнушки. Я улыбнулся про себя. Храм всегда выбирал в услужение девушек, которые отличались красотой. Традиция, которую я очень одобрял – особенно пять тысяч лет назад, когда любил участвовать в церемониях. А почему бы нет? Мне было любопытно, я всегда любил женщин, да и энергии от меня не в пример больше, чем от любого смертного, пусть даже и специально отобранного…
Налюбовавшись видами вокруг, я стянул с себя покров невидимости. Конечно, Храм в какой-то мере пожирал или усиливал способности вошедшего, в зависимости от своих собственных предпочтений, но, как бог, я имел определенные вольности. Эффект был достаточно предсказуем – удивленные взгляды, шок, потом визг и беготня врассыпную. Иногда у меня возникало впечатление, будто послушниц выращивали где-то отдельно, вывешивая на стены фотографии мужчин с надписью «Берегись!» или даже хуже. Впрочем, оно быстро исчезало, когда я вспоминал об оргиях, где под воздействием специальных масел, порошков и какой-то еще хрени, эти девственницы вели себя не благороднее обычных нимфоманок. А кто говорил, что служить Шейд легко?
Как и следовало ожидать, Далила появилась почти сразу. Пышные волосы, уложенные в изысканную прическу, отливали медовым золотом, прекрасная грудь вздымалась под тонким одеянием, ноздри гневно раздувались, а большие синие глаза метали молнии. Очертания этого тела не давали спать многим, даже я мог признаться, что много веков назад жаждал затащить её в постель с весьма определенной целью, о чем благополучно предпочел забыть впоследствии. Верховная Жрица, одна из самых прекрасных женщин всех пяти миров, была чертовски на меня зла. И мне это дико нравилось.
- Здравствуй, Далила, - баритон, который многие дамы находили очень сексуальным, многократно отразился от стен, и заполнил помещение. – Ты так же прекрасна, как и в день нашей последней встречи. Расскажешь мне последние семейные сплетни, или придется узнать все самому?
- С возвращением, Светлейший, - она, как и полагается, приклонила голову и поочередно прижала раскрытую ладонь к глазам и сердцу. – Вы, как я смотрю, по-прежнему смущаете моих подопечных своим сиятельным видом. И правилами всё так же норовите пренебречь. Вы же знаете, что появление в Храме мужчины, пусть даже и Бога, необходимо согласовывать со мной.
- А ты все не можешь простить мой портрет, гулявший по кельям? – я покачал головой. – Полноте. Вживую я намного горячее. Не сердись, прекрасная, меня ведь так долго не было, нельзя ли быть чуточку теплее?
- Я и не думала сердиться, - заявила она, сделав строгое лицо. – На Земле и вправду есть на что посмотреть. И как я могу знать что-то о богах, тем более, сплетни? Постыдились бы такое спрашивать. Кстати, сегодня Вы не единственный гость из Неффастуса, здесь мистерия Салах и Богиня Истины. Я как раз только что поприветствовала их…
Салах, или мистерию Похоть, я помнил хорошо, даже слишком. Красивая как произведение искусства. Жаркая, как сам ад… Яркие вспышки чувственности мистерии, неоднократно пытавшейся убедить меня в своем верховенстве, были едва ли не лучшим времяпрепровождением на Неффастусе. Похоть была бы безумно хороша, если бы одно большое «но». Будь я на Земле, то назвал бы мистерию феминисткой, в этих же мирах – просто ярой сторонницей матриархата. Помниться, у нас бы даже получилось, но эти её нелепые представления о том, что мужчина не может быть хорошим правителем… Возможно, стоило бы убедить её в полном одобрении этих затей, и после... Нет, терпеть ревность очередной дамочки, которая будет предъявлять на меня свои претензии... увольте. Но встретить Салах, было бы наслаждением, как и всегда.
Истиной же была моя младшая сестра, Зариланна, женщина трудная во всех отношениях. В какой-то мере я ее любил, но встретить сейчас не хотел бы.
- Я не говорил, что был на Земле, Жрица.
Улыбнувшись, я наслаждался произведенным эффектом. На лице Далилы было написано крайнее возмущение. Это было… приятно. Не каждый день мне удается вызвать такие сильные эмоции у Верховной Жрицы.
- Если Светлейший не имеет больше вопросов, - наконец выдохнула она, - то я хотела бы уделить внимание делам насущным. В Корр-У близится праздник Омовения Светом, а в Шезгарте вот-вот старшие дочери некоторых кланов войдут в силу. Мне надлежит осветить ритуал и подготовится к празднеству.
Верховная Жрица всегда была смелой женщиной. Кто еще осмелился бы указывать богу на дверь, пусть и в такой завуалированной форме? В другой раз, возможно, я не оставил бы это без внимания, но, почему-то, именно сегодня мне этого не хотелось. Или воздух, Неффастуса, легкий и сладостный, так повлиял? Он все еще ощущался, тая дымкой на кончике моего языка.
- У Светлейшего есть еще вопросы. Например, о предсказаниях, - Жрица выжидающе выгнула бровь. Она не понимала, что я хочу сказать, а понимал ли я сам? – Хотя не важно.
Все было на уровне ощущений. Следовало подождать еще немного, пока предчувствия оформятся в нечто более вещественное. Я должен сначала построить каркас, на котором стану основывать свои предположения. Неприятное чувство. Я сглупил, но боги не признают собственных ошибок, не так ли?
- Будущее скрыто даже от божественного взгляда. Такова была воля Великой Пустоты, нам ни чего не остается, как принять ее, – пространно ответила Далила. - И вполне логично, продолжить свое путешествие по нижним мирам, посетив Эру. К тому же там сейчас в академии как раз появились новые адепты, некоторые из них обладают многообещающем потенциалом. А я знаю, как Вы благоволите к жадным до сакральных знаний, начинающим ученым и магам.
- Пожалуй.
Мне было все равно куда идти. А поискать признаки изменений по мирам – хорошая идея. И, конечно же, развлечься в процессе, куда без этого. Ненавижу скуку.
Краем взгляда я уловил движение. Легкое, как шуршание мышки. Рефлекторно повернув голову, заметил внимательный взгляд, который прервал мои мысли и возбудил любопытство. Заметив мое пристальное внимание, Жрица спокойно обернулась и посмотрела в том же направлении.
- Кара, дитя мое, - позвала она, - пойди сюда.
На свет вышла девочка. Длинные рыжие волосы обтекали мордашку, а большие синие глаза были полны настороженности. В Храме не было детей, и быть не могло. Жрицы были бездетны, это место выпивало из них саму возможность подарить миру жизнь таким способом. Да и может ли ребенок находиться в подобном месте? У меня никогда не было кровных детей, лишь те, кого я создал, могли похвастать тем, что получили дар жизни из моих рук.
Она медленно приблизилась, нехотя отступив от колонны и внимательно следя за каждым моим движением, будто готовясь убежать в любую секунду. Так же аккуратно за ней ступал леопард. Большая кошка плотно прижимала уши и нервно подергивала усами. Животные меня любили редко. Девочка подошла и застыла рядом с Далилой, старательно упершись в меня взглядом. Женщины, конечно, пожирали меня взглядом, но столь юные – никогда.
- Мое почтение прекрасной Леди, - я улыбнулся, а она отступила за Жрицу.
Наверное, я представлялся ей большим опасным хищником, готовым съесть её в любую секунду. Никогда не употреблял в пищу человеческих детей.
- Кара – любимое дитя храма, - ответила женщина на мой вопросительный взгляд.
«Приемная дочь» - промелькнула в моей голове её мысль. Это почти сразу отбило весь интерес. Ну, подобрала Жрица сироту по доброте душевной, приютила в Храме. Конечно, это совсем не место для маленького ребенка, но у нее хотя бы есть кров и еда. У многих нет и малого, а девочка одета, накормлена и наверняка любима.
- Далила, было приятно засвидетельствовать тебе мое почтение, - поклонившись Жрице, я дал знать, что мой визит окончен. - Пожалуй, и вправду, навещу Эру. Попроси присмотреться к предсказаниям, которые могли быть отнесены к ближайшему времени. Это может быть важно.
Растворившись во вспышке яркого пламени, я не увидел её прощального кивка. Дел в Храме у меня больше не было.
Тайные Летописи Эротикона. Цитата.
Во все времена, рожденный из чистой, словно дыхание новорожденного мира, Искры, первого неосознанного порыва Великой Пустоты, возжелавшей вдруг познать что-то отличное от своего нерушимого покоя, существовал Храм! Он был Чудом, заключавшим в себе величие Жизни, способным черпать ее из небытия и наполнять, словно сосуд, все, что соприкасалось с ним! Неприступной твердыней Храм возвышался на землях пяти избранных Миров, питая их животворной силой и призывая в свои стены тех, кому было предначертано отдать свою жизнь ему в услужение. Всегда это были только женщины, молодые и прекрасные, в груди каждой из которых пылал неугасимый огонь первой Искры! Они были столь же прекрасны, сколь и их Верховная Богиня Тень, первая из возлюбленных дочерей Великой Пустоты, вобравшая в себя большую часть материнской жажды желать и осязать желаемое. Имя ей было Шейд, она олицетворяла удовольствия плоти и тайные желания души. Шейд была темной богиней, но в ней не было зла, лишь эгоистичная потребность ребенка во внимании и ласке, порождающая порой чудовищные поступки, но со временем и к ней пришла мудрость. (с)
***
Дорог не ведая грядущих,
В истлевшей мгле поникших стен,
В своих очах на век потухших,
Зимой бескровно вскрытых вен
Бескрайни годы, чувства, силы, -
От блеклых красок жизни вящих, -
Забыты в час на дне могилы,
Иссохнут в миг святил палящих…
Я утоплю свои виденья
В слезах и муках черных судий.
Пусть будет мир сердцебиений
Таким как есть, таким как будет.
Более трех тысяч земных зим - я лишь сторонний наблюдатель. За это время почти миллион раз любовники Шезгарта* сходились на ночном небе в своем прекрасном танце, и более семи сотен оборотов совершила Эра вокруг Астрии, своего святила.
Но что все это по сравнению с количеством разноцветных стеклышек в витражном потолке церемониальной залы Храма?..
Я знала здесь все закоулки, коридоры и была во всех комнатах, без исключения. Любимая дочь Храма, безнадежный ребенок и всеобщая заноза в причинном месте, - я была послушной с матушкой, но шалости еще никто не отменял.
Самым любимым моим занятием был шпионаж. Имеется такое выражение – у стен есть уши. Так вот - эти уши были моими. Я прекрасно знала обо всем, что происходило вокруг.
И сегодня не было исключения.
Выглянув из-за лестничных столбов, я еще раз убедилась, что меня никто не замечает.
Шикарненько! Я аж потерла ладонями в нетерпении.
Мой зоркий взгляд сейчас лицезрел гостя в нашем Храме. Мистерию Салах.
Похоть была одной из моих любимых тетушек. Так как Мистерии являлись свитой Богов, то в Храме каждая из них могла находиться только с дозволения Верховной. Близящийся праздник мог быть причиной. Скажите мне, какое может быть Омовение Светом без Похоти? И хотя она сама не имела права участвовать в оргии, она любила быть в курсе событий.
Незаметно я прошмыгнула к арке и заглянула в залу. Вот она, Салах, величественная Похоть во всей своей женственной красе...
Не скажу, что я этому когда-либо завидовала. Я жила среди прекраснейших женщин вселенной вот уже... много времени. Зависть была здесь непотребным чувством. Красотой великая Богиня Шейд наделяла всех своих прислужниц. И я, живущая в Храме, была причастна к этому.
Тем более что я дочь своей матери. А Матушка моя - самая прекрасная из всех женщин.
А как известно из правила всех пяти миров священного круга: яблоки от яблоньки... падают ой как близко.
Мне еще предстояло выслушивать восхваления себя любимой множество раз и уже в ближайшем тысячелетии. Откуда я это знала? Хм…
Живя в мире всеобщего экстаза, я была лишена его в корне. Хотя у меня и была личина нормального подросткового тела, но Матушка считала, что пусть мои способности к возрастным миражам и безупречны - физиологически я еще мала.
Где это видано, чтобы три тысячи было малым сроком? Мои гормоны начинали играть на всеобщих нервах. Сны становились все яснее и оживленнее. И значило это лишь одно. Я знала, что мне пора на волю, за ворота белых стен. Я видела это.
Будущее скрыто от нас по воле Богини. Но видимо, я была исключением.
Эти сны, реалии или выдумка моего уставшего мозга – они были будущим. Каждое из них говорило мне о событиях, которых еще не было, но которым предстояло быть. И лишь я решала, стоит ли им свершиться. Это было и просто и сложно одновременно.
Грядущее ведало лишь обо мне, событие касалось меня в целом и мира глобально. Я могла видеть причины, а могла только следствия. Сны были либо нечеткими отголосками, смазанными и запахами, и звуками. Или могли быть ярким контрастным водопадом, без олицетворения эмоций и характеристик. Иногда я помнила о сне долго, размышляла, а в другой раз могла и не вспомнить его вовсе, будто и не видела. Но я знала лишь одно – они снились мне всегда, и они были предупреждением.
Пока я придавалась своим мыслям, одна из Малых Белесых меня заметила.
Ох уж эти послушницы! Стайки молодых сплетниц-стервятниц! Их перешептывания не остались проигнорированными Мистерией.
- Кара. Ты все краше, - я лишь улыбнулась на сомнительный комплимент, а Похоть обратилась к жрице, - так Далила у себя, Сельция?
Девушка ответила утвердительно. Ну да, куда ей, недотепе, знать о передвижениях Верховной. А вот я знала, что мама не у себя, она только подходила к северным воротам, украшенным ожерельем аквамариновых камней, возвращаясь с Эры.
Салах двинулась к покоям Верховной, а я целенаправленно устремилась к Сельции - своей добыче, рассчитывая время по секундам.
По сути, я никогда не оставалась одна в стенах Храма. У меня была здесь собственная тень, которую я любила не меньше Матушки.
Леопард выскочил из-за угла, следуя моему жесту, и стайка Белесых кинулась в рассыпную.
Жрица же все еще стояла посреди залы, сверля меня высокомерным взглядом. Я зашипела, зная, что Таскана сделает так же. Сельция слегка вздрогнула, но не выказала желания кинуться за своими младшими сестрами.
- Варюша, - обратилась я к ней обидным именем, которым называла их всех, когда хотела поиздеваться, - хочешь, я предскажу тебе твое будущее? Оно не кажется мне таким уж светлым. Может, ты опровергнешь мое мнение и увидишь в нем какой-то прок?
В глазах девушки промелькнул страх. Она поджала губы и быстрым шагом направилась из залы.
И почему молодняк так боится моих предсказаний? - спросила я себя. - Ведь в них нет ничего ужасного. Если еще учесть, что большинство из них выдумка.
Я улыбнулась сама себе.
Грядущее не давалось мне с легкостью, о которой думали окружающие. Мама знала, что для меня оно обрывочно и непонятно. И всегда касается меня лично.
Например, я помню, что видела ее тогда, когда была еще младенцем. Я видела женщину, ищущую меня среди мрака и крови. И я звала ее, зная, что она меня ищет.
А после я постоянно видела снег под ногами и безысходный мрак впереди. Потому я боялась покидать стены. Пока этот сон не был забыт во времени.
***
Я почувствовала Истину одновременно с приятным ощущением тепла и уюта – это матушка вернулась домой. Зариланна, по своему обыкновению, не стремилась входить в Храм, как все остальные Боги. Она предпочитала не являть миру свой лик, а проходить ворота, как и должно. Быть может потому, что она была Судьей и Справедливостью миров. А может, потому что она всегда была немного непохожей. Проще говоря – чокнутой. Но ее странность всегда мне казалась очень забавной.
К слову сказать - все боялись Богиню Истины. Ее холодный красный взгляд мог лишить рассудка, а острый хлыст слизывал кожу и мясо врагов до белоснежных костей. Она была беспощадна и одержима справедливостью настолько, что обрекла себя на невыносимую боль для служения Великой Пустоте как Судья миров.
Но мне она всегда казалась удивительной, родной. Она ведала мне про миры, и иногда брала с собой. И что важнее, мама более доверяла ей, чем даже моему личному охранителю, Самсону - воину-монаху из ордена Заступников с первого мира Корр-У. А общаться с Зариланной мне было интереснее, чем с этим раритетным воином.
Жрица и Богиня тихо общались короткими фразами. Зариланну беспокоило состояние миров. Оно сейчас всех беспокоило. Эфферы покинули свои посты, ворота Неффастуса не охранялись боле. Шезгарт кишел междоусобицами кланов, а Земля так давно утратила свою память об Искре, что и вовсе перестала снабжать Храм послушницами. Матушка повторяла это очень часто в последнее время, накануне праздника. Животворение энергии экстаза – это больше чем святила для миров, это причина существования всей вселенной. И то, что люди больше не верили, ставило под угрозу все миры священного круга.
Происходили большие перемены, близилась очередная война, и это все чувствовали, пытаясь найти первопричину.
Потому мне нужно было срочно рассказать матушке свой последний сон.
Мама уже успела переговорить с Мистерией. Салах появилась для помощи в отборе мужчин для праздника, потому, поприветствовав всех, сразу же удалилась. Что касается Истины, она тихо передала Верховной результаты своих наблюдений, чтобы держать ее в курсе.
Я думала, что на этом встреча и окончится, но по какой-то своей причине, разбери эту Темную, она вдруг принесла Верховной Клятву Крови. Как гром среди небес.
Ее ледяной голос отразился от стен Храма, словно в насмешку. Это было проклятие для нее – даже я знала. То, что Богиня осмелилась произнести древние слова в Храме, дождавшись, пока они останутся одни – говорило о многом.
Я настолько была удивлена таким поступком, что не придала значения уходу матери, задержавшись в своем укрытии чуть дольше. То ли в моей голове, то ли это было эхо, я все еще слышала слова: «Я, Зариланна Т'ен тай Даал'ар, клянусь Тьмой и Вечной Ночью, что пока я живу, никто и никогда не повредит святому Храму и его обитателям. Отныне и вовеки! Арритрэ!»
- Когда-нибудь ты поймешь, девочка, - тихо сказала мне Истина, проникая в мои мысли и оповещая меня о том, что прекрасно знала о маленьком шпионе и не была против такого свидетеля.
Я не успела даже взглянуть в глаза Богине, она испарилась раньше, чем я откликнулась. Но я пообещала себе, что непременно пойму ее слова, когда-нибудь.
А сейчас еще важнее стало оповестить маму о моем последнем виденном сне.
И словно по иронии, когда я нашла маму, та уже вновь была не одна. Что важнее всего – это был Предводитель Небесного Воинства, Бог Огня. И хотя вживую мы до сих пор не встречались, я знала его.
Чистый огонь среди священных стен Храма. Таскана тихо зашипела на мою неосознанную реакцию – я отступила… и, шпионя, не спряталась. Застыла, наблюдая его бесстыдную улыбку Жрице, и ее церемонность по отношению к Богу. Когда он посмотрел в мою сторону, просто неосознанно бросил взгляд, я отступила еще. К слову сказать, я не отличалась пугливостью никогда. Мои поступки были смелыми и дерзкими, но сейчас… Огонь обжег меня прямо изнутри моего сознания. Никаких мыслей, лишь голые пустые эмоции: ужас, нестерпимый зной и странный трепет.
- Кара, дитя мое, пойди сюда, - тихий голос Матушки тяжело проник в сознание.
Ноги были ватные, переступали тяжело. Я не могла перестать смотреть на него. Интерес и удивление со стороны Огня – могло быть и хуже. Но, как только я приблизилась, и мама сообщила ему мое имя, его интерес тут же испарился. А спустя минуту и он сам, поглощенный своей стихией.
Мама лишь хмыкнула, выражая недовольство:
- Не лучшее время для твоего обучения. Особенно если он вернулся… и будет на Эре.
___________________________________
любовники Шезгарта* - во втором мире священного круга ночь делится на четыре фазы пятью спутниками планеты – лунами. Последние две прозвали любовниками, так как они начинают свой ход с разных сторон и к рассвету встречаются посередине.
Мир Эры встретил меня прекрасным багровым закатом.
Лесная опушка, на которой я оказался, была мне совершенно незнакома - что и не удивительно. Наплевав на все, я совершенно не посещал другие миры, получая сведения о происходящем только от навещавших Землю странников. Конечно же, они не считали нужным рассказывать - да и не запоминали - как менялся ландшафт той или иной местности. Вот и Эра разительно изменилась. Интересно, тут все еще ненавидят и боятся Богов?
Сказать правду, меня всегда манила власть в этом светлом благословенном мире, заполненном сакральными знаниями и чистой магией, но мои братья и сестры, будь они неладны, испортили все своими нелепыми попытками завладеть им единолично. Наверное, я даже был рад, когда Шейд пришла сюда, дабы навести порядок. И, кстати сказать, в прошествии этих веков я думаю, что сестрица была права. Власть - нелегкое бремя. Решать за других оказалось несравнимо тяжелее - этот урок я вынес на Земле и теперь понимал большинство ее решений гораздо лучше.
В кустах рядом со мной притаился Пошляк - мелкая сущность с бугристой зеленоватой кожей и запахом перезрелых фруктов. Интересно... Обладая сильными ментальными способностями и огромным либидо, эти уродцы могли вызывать эротические видения у своих жертв, питаясь выделяемым сексуальным удовольствием. Зачастую, сама жертва не могла понять, почему начинает мечтать о том или ином человеке, погружаясь в бездну удовольствий. Кстати... не зная меры, это существо легко могло убить человека... и эта была одна из самых желанных и самых ужасных смертей во всех мирах. Раньше их было много, и находились они в подчинении у Похоти. Интересно, что Пошляк делает здесь? Эти твари назывались как-то еще, но точное слово совершенно выскочило у меня из головы, когда я увидел, на кого он смотрит.
Гибкая фигурка была облачена в тонкое воздушное одеяние – такие, как я помнил, носили представители высшего сословия. Рыжие волосы волной расплескались по земле, а глаза с длинными черными ресницами были прикрыты. Торчащие соски и напряженные алые губки выдавали сильное возбуждение - Пошляк уже работал над её разумом. Ну, уж нет, этой красавице таким заниматься только в реальности, а уж не как не застрять в собственных мечтах! Подойдя к мерзкому существу, я хорошенько его пнул, отослав в быстрый, но, увы, недолгий полет - лбом в ближайшее дерево. Он икнул и отключился, потеряв контроль над разумом жертвы. Подождав, пока девушка придет в себя, я шагнул к ней.
Мать моя, Великая Пустота!
Совершенно забыв о ментальных щитах (вот что делает с богами временное, но очень продолжительное проживание на Земле), я получил мощный удар, отлетев на пару шагов назад. Не могу сказать, что это мне сильно повредило, но приятного было мало... Быстро поставив щиты назад, и сделав себе надлежащее внушение, я поднялся на ноги, изобразив легкое головокружение после непредвиденного полета. Мне не хотелось, чтобы мое инкогнито было раскрыто. Насколько я знал, именно Бога Огня почитали на благословенной Эре наряду с Великой Тенью - ведь именно я был непосредственным покровителем их основных занятий. Но после Войны Богов все могло кардинально перемениться. А если учесть, что я был основным источником сильнейших разрушений... Кроме того, девушки не совсем адекватно реагировали на настоящего меня - им, обычно, хватало эффектной внешности, а сведения о божественном происхождении, были явно излишними.
Застыв напротив, она смотрела на меня большими зелеными глазами.
- Тебя не учили, что гулять по лесу в одиночестве может быть опасно? – я потер затылок, которым ударился довольно чувствительно.
Девушка, кажется, и не думала отвечать. Она просто застыла, рассматривая меня, чуть приоткрыв прелестный ротик. Посмотреть, пожалуй, было на что: я высок и статен. Волосы до плеч, рыже-коричневого цвета, зелено-карие глаза. И я в хорошей физической форме, правда. Но, без фанатизма. Удобно быть богом.
- Я не хотела, правда… - начала она, - с вами все в порядке?
Кажется, она искренне сожалела, что отправила меня в недавний полет – совсем как я мелкого монстра. Симпатичная крошка. Кажется, я нашел себе занятие на ближайшее время. А, возможно, не только на ближайшее... Теперь, визит к Главному Механику точно подождет.
- Не уверен, - продолжая ощупывание собственного затылка, я нахмурился. – Кажется, я забыл все, кроме собственного имени.
На самом деле она, конечно же, не могла меня серьезно поранить, но девушка этого не знала. На лице ее отразился ужас, будто она пыталась определить – сбежать или помочь. Очевидно, жалость все же возобладала.
- И как же вас зовут?
- Эйдан, - улыбнулся я.
***
Девушку звали Дивиной. Она оказалась студенткой последнего курса Академии Метафизики и Магической Механики. Это было уникальное в своем роде заведение, крупнейшее из одиннадцати академий на Эре, в котором обучались будущие Механики – основные управленцы. Городом поблизости был Лацие, великолепная столица этого мира, разросшаяся на огромном пространстве. Он включал в себя как роскошные богатые кварталы, наполненные высотными домами, так и места со старой архитектурой и богатой историей. Хотя изменения в его облике все же присутствовали, жители остались такими, как и прежде. Буйное смешение красок, удобная одежда, стремительность людей в движениях и взгляде. Вечная динамика, вот каким виделся мне этот город.
Но я не забывал про свою спутницу. В пол уха слушая её жизнерадостное щебетание, я разглядывал девушку, все больше предвкушая дальнейшее. У нее была ладная гибкая фигурка, большие груди и длинные ноги, но что еще важнее – она меня хотела. Это было заметно по блеску глаз, где играл знакомый мне огонек желания. Его-то я и собирался зажечь ярче, удовлетворив наше обоюдное либидо. В такой ситуации было логично получить приглашение в её дом, которое она ожидаемо обозначила чувством вины. Так всегда проще, когда один соблазняем другим. Глупая мышка. Думала, что хищник – это она. Я собирался развеять её заблуждение… чуть позже.
Дом Дивины оказался просторным и светлым. Двухэтажный, добротный, как и любое здание, построенное после Войны. Из путаных объяснений девушки я понял, что его снял её отец, чтобы любимое чадо, оказавшись в городе, ни в чем не нуждалось. И прислугу нанял с той же целью. Это была обычная практика – в большинстве своем студентами становились выходцы из богатых семей, имеющие способности к магии и механике. Конечно, одаренными были не все, но глупцов в Академии не было. Или так было раньше…
Меня привели на второй этаж в отдельную спальню и оставили в одиночестве. Как бы ни так! На эту ночь у меня были совсем другие планы.
Я скинул обувь - туфли от Prada не совсем удобные, чтобы бродить в них по лесу. Благодаря моим усилиям они превратились в жуткое нечто. Боюсь, если бы я начал счищать грязь самостоятельно, мне понадобилась бы новая пара. Пришлось оставить несчастную обувь рядом с кроватью, оставшись босиком. А вот штаны у меня были из тонкой выделанной кожи - их можно было легко очистить. Зажав край большим и указательным пальцами, я слегка высвободил внутренний огонь. Грязь зашипела, выпуская клубы пара, секунды назад бывшего влагой и застыла коркой, которую легко можно было счистить пальцами, что я и сделал. Осталось лишь расстегнуть рубашку, обнажив полоску рыжеватых волос дорожкой уходящих вниз, и посмотреть в зеркало, оценив полученный результат. Улыбнувшись своему отражению, я легко мог констатировать - усилия стоили того.
В коридоре было темно, но для Огня такой проблемы не существовало. Щелчок пальцами и на ладони появляется маленький лепесток пламени, освещая пространство. Заветная дверь в комнату прекрасной дамы приоткрыта, мне даже не нужно стучать. Саму девушку я обнаружил там, где и ожидал – в постели. Надо сказать, в весьма и весьма пикантной позе.
- Ты мог бы соображать быстрее.
И испортить себе сюрприз стремительностью. Как бы ни так.
- Подойди сюда, - она властно поманила меня рукой. Так вот, какие игры мы любим…
Я ухмыльнулся и подошел поближе. Всегда любил, когда меня умоляют. Ты еще назовешь меня богом сегодня, детка.
***
Проснулся я в одиночестве, что меня совершенно не удивило. Ни одна женщина за прошедшие тысячелетия не покидала мою постель по собственному желанию, но ни с одной я не захотел остаться сам. Все они лишь мотыльки вокруг пламени. Эта девушка не стала исключением – как бы ни был хорош секс, я не собирался иметь с ней много общего или связывать себя какими либо обязательствами. Хотя, как любовница она была довольно хороша. Да и бес с ним.
Повернувшись на спину, я лениво потянулся. Луч солнца заглянул в окно, прогулялся по подушке и утонул в моих волосах, расцвечивая пряди огненными оттенками. Они были длинноваты, но это был мой земной облик. Живя в образе бедного студента, хотелось выделяться эксцентричностью – это так нравится девушкам. Пора было встать с постели и провести процедуру своеобразного утреннего "умывания". Никогда не любил воду, поэтому данный процесс существенно облегчал мою жизнь.
Вытянув руки вперед, я отпустил ауру на свободу, высвободив пламя сразу же растекшееся по коже. Яркие языки обняли пальцы, приласкали кисти, поднялись к локтям, обхватили предплечья... Минута - и я весь охвачен огнем, как живой факел. Нет, мне не было больно. Родная стихия не может повредить мне. И ослушаться тоже не может, даже не делая попыток перекинуться на ковры или мебель. Стоило мне провести по телу руками - пламя исчезло под ладонями, будто лепестки диковинного цветка. Только тишина и свежесть утра вокруг. Повинуясь безмолвному приказу, окно открылось, и в комнату ворвался чистый воздух. Вдох... Как же чудно!
Брюки оказались аккуратно сложены в кресле, как и футболка - когда я успел? Взяв их в руки, провел ладонями по штанинам, пропаривая кожу живым огнем. Оригинальный способ освежить одежду, да. Но всегда работает. И еще пара немаловажных манипуляций: поставить защитные энергетические поля, пробить которые не под силу никому из смертных и, пожалуй, только нескольким бессмертным. Приглушить ауру, чтобы не быть живым факелом для "видящих". И достать куртку, которую вчера благополучно забросил под кровать, вместе с обувью.
Выходя из комнаты, я наткнулся на даму, возраста весьма почтенного. Улыбнувшись и раскланявшись, получил в ответ взгляд "ходят тут всякие". Не первый случай, наверное. Но, только до момента, пока ей удалось разглядеть татуировку на моих плечах - я почему-то не удосужился надеть верхнюю одежду, поместив вещи на изгибе руки. Дама широко улыбнулась и кивнула, будто старому знакомому. И даже пригласила на кухню завтракать. Она почти наверняка приняла меня за адепта, получив еще одну улыбку - на Эре все еще процветает поклонение Огню. Меньше, конечно, чем Великой Тени - моей сестре не может быть равных. Но, кому же молиться о получении сокровенных знаний, как не мне, их покровителю? Я, конечно, отказываюсь. На Земле я, в основном, жил один. Никогда не завтракал.
Наверное, сначала стоило бы сходить и проверить дом, который купил мой поверенный на Эре, но мне хотелось увидеть нынешнего правителя из династии Крашей.
После Войны Богов, когда сестра изгнала всю мелкую шушеру с этой планеты, Тень выбрала один из самых благородных родов, даровав им звание Главных Механиков и... частичку себя. В принципе, выбор Шейд оказался очень хорош, но кто я, чтобы обсуждать сестру? У меня тоже есть свои любимчики... Краши, с упорством достойным великих королей, век за веком доказывали, что священное право управлять принадлежит им не просто так, приведя Эру к процветанию.
Выйдя наружу, я с интересом рассматривал город. В дневном свете Лацие оказался просто прекрасен. Идеальный сплав науки и магии. Мир природы - зелень всюду, буйная, цветущая, яркая. Воды - фонтанов, ручьев в каналах и рек, охваченных декоративными мостиками. Камня, стекла и стали, из которых построены разнообразные дома - и тяжелые арочные особняки, и высотки, упирающиеся в небо, и легкие зеркальные купола, стремящиеся вверх... Всё вместе, слито в одно целое. И люди, люди, люди, снующие вокруг по своим делам с обязательными улыбками на лицах. Вдохнув на удивление чистый воздух, я двинулся в толпу. В Академию, где традиционно заседали Главные Механики. Настала нам пора встретиться, господин Краш.
Спрятав всю боль за белые стены,
Приют повстречав, что раньше утерян…
Не запретить повзрослеть и проститься,
На жизни распутье остановиться.
Сразу сегодня - как маленький остров,
Мост, на который, - и сложно и просто, -
Переступить и явить себя в завтра.
Быть ложью вровень с расцвеченной правдой.
Пусть не забуду решений истоки,
Перешагну сотни порогов.
Завтра поблекнет, когда повстречает
Забытые прошлые наши начала.
В иерархии богов первенство всегда принадлежало Богам Старшего пантеона. Хотя Младший прозвали таковым только по возрасту, ведь силой Бог мог и не уступать своим Старшим сородичам.
Верховной Богиней была Шейд, Темная Богиня Тень - покровительница плотских удовольствий и тайных желаний. Ее я никогда не видела, но слышала о ней так много, что, казалось, лично с нею знакома. Ее муж тоже из старших, Бог Разврата, никогда не был в поле зрения какого-либо мира при мне. Быть может, они просто давно решили принадлежать лишь друг другу, не снисходя в миры.
В реальности я встречала из всех Старших только Зариланну, Темную Истину, довольно часто и каждый раз очень удачно. А вот теперь еще и Светлого Эйдана.
О Темным Боге Времени – повелителе Хаоса и Забвения Лэйдере, ходили легенды, называя его самым большим любителем плотских удовольствий, и даже в извращенной форме . Об остальных я читала лишь вскользь, без особого запоминания. Богиня Света, исцеляющая больных и воскрешающая мертвых, утратила веру в сущность своей власти и источник своей силы, за что была сослана к смертным, чтобы вновь обрести утерянное.
Темный Бог Лжи был изгнан из Запретного Царства за войну на Эре. Он стравил Богов, разрушив связи между ними, и практически уничтожил четвертый мир священного круга. Именно эта война причинила мне столько боли… и дала новое будущее.
И теперь я сидела на своей кровати и собирала вещи.
Комната была одной из тех, что используют все другие жительницы Храма. Он мог вмещать столько женщин, сколько было надобно. Но комнаты были одинаковыми. На Земле их называли бы кельями.
Мама, оказывается, давно собиралась отдать меня на обучение. Хотела, чтобы я развила свои спящие в Храме навыки в лучшей академии. Вот зачем она отлучалась на Эру. Она говорила с Главным Механиком, Марессом Крашем, о моем зачислении. Таких молодых не брали на обучение, ведь на вид мне было лет тринадцать, не больше. Но у матушки были связи, и свои способы воздействия на этого мужчину. Он был в нее влюблен на протяжении долгих лет и, хотя Верховная отвечала ему взаимностью, но все же Жрица - неотъемлемая суть Храма, она не может принадлежать одному мужчине.
По сути сказать, я не любила этого мужчину. Он мучил матушку своей ревностью и страстью, и своей маниакальной идеей добиться для нее свободы. Он не учитывал желания Жрицы нисколечко. Мне хотелось взглянуть в глаза этому Крашу, высказать все, что о нем думаю, защитить маму. Только ради этого я готова была подчиниться и посетить Академию Метафизики и Магической Механики.
Таскана урчала рядом, чувствуя близкую разлуку. И мне было не по себе, что я оставляю ее в Храме одну. Ей нельзя было со мной, потому что она служила Храму и могла умереть вне его стен. Этот путь предстояло мне пройти в одиночку. Но все же… она была со мной так долго.
Я прижалась к ее мягкой мордочке щекой.
- Мама так и не узнала про мой сон, Таски, - тихо обратилась я к своей питомице. - Надвигается буря, а мир занят решением насущных глупых проблем.
Я задумалась. Будущее было неизбежно, потому что уже началось. Оно ощущалось в воздухе. Картины были ясными, и, значит, ждать оставалось недолго.
Я видела, как труден выбор, сделанный матушкой, для нее. Она хотела сделать все как лучше, но она сильно переживала, отпуская меня за ворота.
Никто не знал, что именно случится с моей физиологией, когда Храм перестанет на меня действовать. А что будет с моими способностями? Они исчезнут или усилятся?
Этой ночью мне снился новый сон...
Я видела мужчину настолько красивого, что не было сомнений, он - Бог. Я видела его лицо и ощущала какую-то потерю, пустоту внутри. Как при расставании. Кем будет для меня этот мужчина?
А потом я видела маму. Она была прекрасна, ее глаза сияли, а щеки пылали, как гроздья рябины в снегу. И мое сердце ныло от долгой разлуки...
В дальнюю дорогу меня провожал аквамариновый свет драгоценных камней.
Я бы залюбовалась им как прежде, рассматривая ворота порталов. Но в расставании была какая-то горечь. Она витала в воздухе невысказанной нотой.
У самого перехода, попрощавшись с матушкой, я села подле леопарда и погладила ее шерсть, нашептывая то, в чем не могла признаться никому другому – каковы были мои истинные причины согласия.
- Здесь останется так много всего нерешенного. Не лучшее время для моего обучения, правда. Я бы не смогла тебя покинуть. Но я нестерпимо боюсь, Таски. Я так сильно боюсь…
Я видела, как моя кошка садится подле матушки, как Верховная пытается сдержать слезы, и я понимала, что хорошо, что я так ей и не рассказала о грядущем. Осмелилась бы она тогда меня отпустить, как велит ей разум?
Но я должна быть готовой к будущему.
Кто бы мог подумать, что шпион всего Эротикона может испытывать страх? Но ведь это было правой.
Я боялась встречать будущее в роли ребенка. Я знала, что должна быть взрослой и сильной, чтобы выдержать все, что надвигалось...
*Ибо грядут большие перемены.
Древние связи распадутся, и уже никогда привычное не будет прежним.
Светлая и темная силы сойдутся в трепещущих объятьях и мир вздрогнет.
Будет битва и переворот, власть пошатнется, и бразды перейдут в новые руки...*
Арочные своды Академии сомкнулись над моей головой. Нет, это не были куски камня, тяжело нависающие под потолком и вызывающие приступ паники, заставляя страшиться того, что они вот-вот обвалятся, став местом погребения. Академия полностью была построена из специальных сплавов, с вкраплениями белоснежной кости и искусных мраморных эрзацев. Помню, как строили это здание – это был замечательный период моей жизни. Я помогал составлять сплавы и делать каркас. Спорил с Главным Архитектором и тогдашним правителем Эры (Главных Механиков еще не было), по поводу дизайна здания... Получилось не совсем то, что планировал я, но жизнь ведь всегда вносит корректировки, а люди не знали, что в строительстве им помогает сам Бог Огня. Не важно. Академия вышла замечательная. Сколько великих умов побывало в этих стенах... Сколько ученых выросло...
Удивительно, как много можно узнать о правителе, просто пройдясь по городу. Маресс Краш был не просто предводителем, а предводителем боготворимым и обожаемым. По-настоящему сильным, справедливым и властным мужчиной, каким и должен быть ставленник моей сестры. Мраморный пол бесшумно ложился под ноги - я шел в ту часть здания, где издавна располагался кабинет Главного Механика. Впрочем... В моей семье всегда принято было появляться красиво.
Пока я застыл, обдумывая сей факт, рядом нарисовался двухметровый парень с достаточно стабильной внешней иллюзией - образом благообразного старичка. Впрочем, двигался он довольно молодо, что портило весь эффект внешности.
- Вам помочь? - он даже не удосужился изменить голос.
- Мне нужно видеть Маресса Краша, - киваю, улыбаюсь.
- Господин Главный Механик не принимает кого попало, - фыркнул юнец.
- Господин Главный Механик захочет поговорить со мной, - всё ещё улыбаясь, произнес я, - скажи, что с ним хочет поговорить Aodhán Ur Naur Lach. И сними личину, если не умеешь ей пользоваться.
Парень пробурчал в ответ что-то неодобрительное, но все же двинулся в сторону кабинетов. Возвратился он через несколько минут со своей собственной внешностью - я почувствовал его по энергетике - с испуганным выражением лица. Поклонился, и попросил проследовать за ним. Мда, появление будет не очень эффектным, но ладно уж. Кроме того, я не планировал, чтобы кто-то кроме правителя знал о моей реальной личности.
Маресс стоял у окна в стойке высшего боевого мага. Скорее всего - неосознанно, как со временем начинают вести себя все мастера различных искусств. Усталые глаза, твердая линия бровей, морщины а лбу - этот человек, наверняка, много думал над серьезными проблемами. Твердая линия подбородка, резкие скулы... он был довольно упрям. Поворот и взгляд, глаза в глаза. Четкие движения, уверенность в себе... Он мне сразу бесовски понравился.
- Здравствуй, Маресс Краш.
- Господь, и я приветствую тебя. Присаживайся. – Он указал мне на стул и сел напротив. - Что привело сюда Бога Огня и чем я могу тебе помочь?
- Простая формальность, дань вежливости, - улыбнулся я. – Мне интересно посмотреть на нынешнего правителя Эры и Академию.
- Я надеюсь, это частный визит, и никаких разрушений не планируется?
- Я не причиню Эре вреда пять ближайших вращений вашего светила, даю Слово, - ответил я, – и не планирую оставаться дольше. Но, хотелось бы получить доступ в закрытую лабораторию. Официально.
Он понимал, что я мог бы не спрашивать и, уж тем более, не разъяснять так подробно, так что просто кивнул. Поэтому и люблю иметь дело с умными людьми – им не нужно открывать глаза на очевидности. И только я собрался встать и откланяться, в кабинет ворвалась она. Присутствие Истины я заметил лишь несколько минут назад – наверняка, Зариланна появилась в этом мире тогда же. Я был убежден, что Темная знает о моем местонахождении здесь точно так же, но не думал, что мы столкнемся так скоро.
Обманчиво хрупкая фигурка, белая паутинка волос – Ринна дико злится, если её назвать блондинкой - разноцветные глаза… Я помнил её ещё ребенком, и всегда любил, даже не смотря на то, что сестра - Темная. Впрочем, она и сестрой была мне только номинально, ведь у богов нет ДНК-цепей. По сути, мы все, лишь энергетические скопления с огромным самомнением и эхом души.
- А что тут Светлые и могущественные делают? – в удивлении приподняв брови, спросила она.
- А Темные?
Я ответил ей ментально, не желая, чтобы господин Главный Механик слышал детали разговора. Мы не виделись достаточно долго, даже по меркам богов. Мало ли какие семейные дрязги всплывут в процессе.
- Меня призвали!
Вот это было уже интересно. Существовали, конечно, Боги, отвечающие на молитвы, но чтобы Зариланна... Хотя, конечно, за столько тысячелетий все могло радикально измениться. Как бы то ни было, я был рад, что заблокировал и призыв, и молитвы. А то мотался бы по мирам, как родственнички, совершая благие и не очень дела, направо и налево...
- Кто?
- А я знаю?!
И, правда... знай Ринна, кто тут такой любитель Истины, то мало бы ему не показалось. Впрочем, у товарища все было впереди, и своего он уже получит, в этом я был уверен твердо.
- Ты не должна мотаться по мирам, исполняя просьбы мелких смертных. Это недостойно Высших.
Хотя и прекрасно понимал, отчего сестра поступает именно так, быть может даже лучше её самой. Но, наверное, осуждение все-таки проявилось на моем лице, потому что Зариланна выглядела виновато. Вот Бесы... Я не хотел... И сам был виноват не меньше... Из её ноздри появилась тоненькая алая струйка, и я почувствовал себя полным засранцем. Ринна плохо переносила ментальные разговоры, о чем я совершенно забыл по прошествии столь долгого срока. И она была бледной, практически как полотно. Протянув руку, я не решился дотронуться - это означало бы принести лишнюю боль. Я вспомнил, теперь вспомнил.
- Извини.
Маресс внимательно смотрел на нас, пытаясь понять. Переводя дыхание, я задумался. Как же со стороны объяснить то, что сложно даже для меня самого? Ринна с детства напоминала маленького дикого котенка, который кусает вам руки, при попытке накормить. Не смотря на превалирующую темную сторону своей сущности, она была добрее многих. Возможно даже меня. И намного храбрее, это точно. Зариланна всегда боялась только одного - что её будут жалеть. Почему, интересно? Она умная, сильная и самодостаточная, моя сестренка. Иногда даже себе во вред, как сейчас...
Вздохнув, я едва сдержал позыв зарыться кончиками пальцев в собственные волосы. Хотелось бы помочь ей совершенно бескорыстно. Вот только она не приняла бы помощь от меня, как и от любого другого. Она не делает этого уже давно. Боги не должны иметь слабостей, это ставит под угрозу слишком многое. И Крашу об этом знать нельзя.
- Про лабораторию, - я изменил тему. Ринна не дожидаясь приглашения, тяжело осела в кресле рядом. - Нужно, чтобы никто туда не заходил, пока меня нет. Я планирую поставить пару опытов по ковке, не хочу, чтобы кто-то поранился.
Из-под стола правителя Эры вышла волчица. Она находилась там еще до начала разговора, я чувствовал. Большое гордое животное, к сожалению, оказалось совершенно слепо и даже мне, Богу, было трудно что-то с этим сделать вот так, сразу. Волчица повела носом и осторожно подошла, уткнувшись носом ко мне в ладонь. Я не гладил её - ей не было нужно. Печально - такое гордое царственное существо, запертое во тьме до конца своей жизни... Она постояла возле меня минуту, показывая мне всё, что накопилось. Чтобы я понял. Ей не нужно зрение. Маресс её вожак, её Альфа. Кивок она не увидела, но прекрасно услышала шорох волос по куртке.
- Я еще зайду, Маресс Краш.
***
Направлялся я в старую часть города.
Удобно, когда у тебя имеются старые друзья, а у меня их имелось достаточно в каждом из миров Эротикона. В Лацие, это была династия Демар. Вообще-то, после давней Войны Богов, любое поклонение всем, кроме Великой Тени, было вне закона, но существовали ещё маленькие локальные культы последователей. На Эре у меня было много поклонников, но самыми преданными для меня были Демары. Семья благороднейших, честнейших и умнейших людей, ведущих мои дела в столице. Конечно, не просто так. В этом мире я не занимался продажей простой бижутерии, как на Земле. Здесь это были магические камни, вещи и оружие высшей пробы и соответствующей цены. А главным посредником, конечно, был старший сын семьи Демар, Аид. Он же был одним из моих банкиров, содержателем дома и распоряжался моим состоянием на Лацие.
Другие боги, особенно безответственные Темные, предпочитали получать удобства напрямую, полностью завися от собственной силы. Я считал иначе. Если можно развить экономику отдельного мира и принести достаток и процветание многим его жителям – почему нет?
Улицы становились уже, дома меньше и приземленнее, но внешнее очарование города только увеличивалось. У меня даже появилось ощущение, что за столько лет почти ничего не изменилось - а такое случалось не часто. На улице сновали люди, играли дети, где-то недалеко играл уличный оркестр. Воздух был чист и прозрачен, впрочем, как и везде на благословенной Эре. Подумать только... даже пели птицы!
Магазин находился в дальнем конце города, поэтому я вдоволь насмотрелся на Лацие при прогулке. Возможно, проще было бы доехать, но мне хотелось пройтись. Ощутить то, что я давно не видел и не слышал. Тут всё отличалось от любого из земных городов, но как же мне это нравилось! Наконец я достиг Переулка Грёз и свернул в небольшой тупичок, где издавна стояла лавка семьи Демар. Темная кованая вывеска блеснула на солнце. Символическое изображение пламени с надписью Naur Lach, моим личным знаком.
Дернув ручку на себя, я столкнулся с очаровательной девушкой. Пухленькая и темноволосая, она была очень хорошенькой, но притянула мой взгляд именно татуировка на её плече. Стилизованное изображение огня, выглядывающее из-под ажурной сборки короткого рукава, что означало одно – она одна из Поклонников Огня.
- Поймал, - улыбнулся я.
Она улыбнулась в ответ и, оглянувшись, пошла по улице.
Покачав головой, я вошел внутрь и позвал хозяина. Аид оказался высок и плотно сбит. Его крупная фигура была утянута в черную кожу, а выражение лица читалось как агрессивно-плотоядное.
-Bonjou, gadò nan dife a [1], - кивнул ему я.
-Bonjou, fanatik [2], - легкий кивок головой в ответ и настороженное выражение лица.
-Nou fè yon erè, mwen se Dife[3].
-S' pawòl ou[4].
Пожав плечами, я снял куртку и футболку, бросив вещи прямо на прилавок.
-Men[5].
По моей коже расползлись языки пламени. Белые, золотые, красные, они плясали по коже, не причиняя никакого вреда. Волосы поднялись вверх, охваченные вихрями энергии, образовывая огненную корону.
-Bondye mwen[6]! - его глаза широко открылись, выдавая шок. Мужчина стал на колено и выдохнул, - Господин...
- Да, Аид, Aodha'n Ur Naur Lach Dife Soleil Boule, и так далее.
- Я так рад! - у него перехватило дыхание. Еще бы. Не каждый день видишь вживую того, кто покровительствовал твоей семье тысячелетиями.
- Я тоже рад быть на Эре, - улыбнулся я.
- Ваш дом в полном порядке, нужна лишь уборка и мебель. Это решится в течение ближайших часов, - он поклонился, - продажи идут своим ходом, и мы процветаем.
- Это замечательно, - я кивнул. - Доверяю тебе во всем.
Честность была несомненной добродетелью этого человека. Конечно, я уже проверил состояние дел и был очень рад, что семья Демар всё так же предана мне.
- Я нуждаюсь в деньгах этого мира, - перешел я к делу, - и в скором времени предоставлю тебе еще товара на продажу.
Конечно, я не упоминул, что мог бы сделать их из воздуха, но… это означало бы влияние на экономику мира. Зачем, если все можно сделать намного проще и незаметнее?
- Конечно, господин, - Аид расплылся в ответной улыбке. - Несколько минут, и я предоставлю вам карту. И ключ. Если хотите, можете остановиться у меня, пока ваш дом приводят в порядок. Или моя дочь поможет вам – она вернется через несколько минут.
- Спасибо, я подумаю.
Он исчез в недрах магазина и почти мгновенно вернулся, передав мне ключ и кусочек тонкого металла с вкраплением камней, содержащий данные о моем денежном состоянии. На земле его называли платиной, а камни соответствовали бриллиантам. Да, дела и впрямь идут неплохо...
- Особняк на Проспекте Снов, под номером 27, - с гордостью произнес он, - и неограниченная карта. Я хорошо вел наши дела.
-Mèsi, zanmi[7].
-Pa pou sa, Seyè[8].
---------------------------------
- Здравствуй, хранитель огня[1].
- Здравствуй, почитатель[2].
- Ты ошибся, я Огонь[3].
- Докажи свои слова[4].
- Смотри[5].
- Мой БОГ[6]!
- Спасибо, друг[7].
- Не за что, повелитель[8].
Я ищу свое завтра
В мире прошлой потери,
В мире новых грядущих открытий...
Пусть слезами заката,
Если хочется верить,
Заалеет исток новой истины.
Тень собою укроет,
Унесется заветом.
Я истокам отдам кисти прошлых.
Изучу нить историй,
Полюбившихся свету,
Зачерпну из источника ночи.
Двадцать две льмирны (примерно 550м) спускаясь по Священному Холму Фэй, среди пышных садов, окружающих Храм, вплоть до Лации – таков был мой путь, преодолеть который не составило никакого труда.
Башни Храма, оставляемые позади, были прекрасны: белесые, словно одежды младших послушниц, но светящиеся от ярких красок своего окружения. Раскинувшиеся вокруг сады поражали оттенками и сочностью своих соцветий и плодов, а ограда отдавала золотым блеском.
Эра - единственный мир, про который я стремилась знать как можно меньше. Хотя причин никогда не понимала. Этот мир был моим родным. В его гари и копоти я родилась, и росла вместе с его воскрешением. Наверно, и правда, всему свое время.
Такого транспорта, который предоставили мне для передвижения, я еще никогда не видела. Вот он, механизм во плоти. Это была яркая, красно-золотая металлическая карета, с витиеватым рисунком, сверху - насажен прозрачный купол, наполненный яркой розовой текучей субстанцией. Каркас кареты любовно обнимали щупальца, уходящие от купола вниз. Мой детский ум не дал промашки – это были трубки для жидкости, а она - своего рода топливо.
Движение у кареты было ладное, ровное. Я выглядывала из окон, любуясь пейзажем.
Здесь время ощущалось не так, как в Храме. Оно протекало во всё вокруг и плескало фонтанами. И мне казалось, что секунды ластятся к моей коже, как часто делала Таскана по утрам.
Самсон немой охраной сидел напротив на сидении и смотрел в пустоту. То ли он часто встречался с таким пейзажем, то ли и вправду был бездушным раритетным невеждой, которым я его всегда считала.
- Красиво? - спросила я, надеясь пообщаться с охраной. И совершенно напрасно. Он молчал, тупо глядя в одну точку.
- А если я скажу, что мне больно? - задумчиво предположила я, надеясь растормошить своего охранника – все же, он должен был обо мне беспокоиться. А мне так хотелось поделиться своими впечатлениями. Самсон кинул на меня свой ледяной недоверчивый взгляд и тут же отвел глаза. Видимо, уже жрицы ему успели многое про меня нашептать.
Нда.... вот и поговорили...
Перед воротами Академии наша машина затормозила, обозначая конец пути. Я с большим энтузиазмом покинула тесную карету, направляясь к главному входу, минуя большую рощу старых крючковатых деревьев, лишенных листвы. Эта площадь с иссохшими стволами и ветками Хиттов – дань происходившим с Эрой изменениям, и с образованием, и с восстановлением.
Здание Академии было очень статным и поражало взгляд. Меньше плавных линий и блеска стен, нежели у Храма, но основание так и веяло таящейся магией и знаниями.
Вид этого величественного дворца науки завораживал, словно ровность и слаженность встроенных механизмов кареты. Дерзкий - вот какое определение я бы подобрала.
Охранник смерил Самсона недружелюбным взглядом, последний следовал за мной как лишнее колесо, которое не может быть запасным, но и оставлено на всякий случай. И я про себя злорадствовала, ибо Самсон был по рождению метаморфом. Каким образом он угодил в первый мир к воинам-монахам из ордена Заступников, я никогда не интересовалась. Знала заведомо, что он не скажет. Он нашел там пристанище и цель. Мне на это было глубоко параллельно. Но меня бесило само его присутствие в моей новой интересной жизни. Как заноза, ей тьме!
Хотя Самсон редко менял личины, он, по сути, был грузный и высокий. Очень похожий на того эффера, которого я видела вскользь на обратной стороне портала в Неффастус.
Мой тело- и душехранитель производил впечатление. Но он не любил внимание, потому явный интерес охранника его раздражал, это было видно.
При входе нас поприветствовал некий Мастер, представившийся Максимилианом, и сразу повел в мое новое жилище. Я бы соврала, если бы сказала, что не заметила странной напряженности между ним и моим охранником. Но меня это волновало мало. Я хотела видеть свои апартаменты, и навестить этого самого Краша.
- Мне нужен Краш, - громко сообщила я Максимиллиану, пока мы шли по бесконечным лестницам и коридорам, заставляя обратить на себя внимание.
- Всем он нужен, - ответил тот мне мрачно.
- Я к нему из самого Храма.
- Сейчас Главный Механик занят, и, к тому же, я не советую Вам гулять по коридорам под вечер, юная леди.
- Я не одна, - как бы между прочим заметила я.
- Совет остается прежним, - громко сообщил Мастер, сверкнув взглядом на моего охранника.
Я изучила дверь досконально, прежде чем ее открыть. Деревянная, с изразцами, коническая, и достаточно большая, чтобы и довольно высокий Самсон прошел, не задев головой или плечами. Она казалась мне немного нелепой в статном окружении всей остальной архитектуры корпуса, но довольно интересной с учетом внутренней обстановки комнаты. Удивительно, что здесь комнаты общежития не находились где-то отдельно, в другом крыле или здании, нежели какие-либо классы обучения. Этот корпус был главным, самым большим, содержал в себе библиотеку и столовую, а так же кабинеты преподавателей и большие залы. Здесь располагались некоторые гуманитарные классы на первом этаже, и комнаты учащихся на всех остальных. И, конечно же, так как это было самое высокое здание, оно заключало в себе несколько башен, где размещались классы астро-гео-физо-номии. За исключением отдельно стоящего большого корпуса с тело-номо-скопом (телескопом) в отдалении на территории всего Академгородка.
Лаборатории и специализированные помещения так же находились достаточно далеко от жилого корпуса. Магия и механика были двумя субстанциями, заведомо не любившими друг друга. Одно исключало другое. Это люди, собрав их воедино, заставляли приходить к общему знаменателю. И, зачастую, в неумелых руках все сопровождалось непредвиденными конфликтами самих субстанций.
Возле окна на красном изразцовом столе лежал подробный план городка и все учебники двух первых семестров. Так же расписание занятий, и личное письмо от Первого Министра Главного Механика, Тесс Ариэн, в котором сообщалось, что она рада приветствовать меня в стенах величайшей Академии, и так далее, и тому подобное, и что я могу обращаться к ней за помощью в любое уместное время. Не каждому адепту выпадает такое счастье, наверно. Я разозлилась. Он наглядно отмахнулся от меня, переложив ответственность на своего заместителя. Как это низко!
Я никогда не любила Маресса Краша. Он, конечно, был хорошим, но после встречи с ним мама всегда была такая грустная, хоть и не хотела, чтобы другие знали. А я все видела, и чувствовала ее печаль. Наверно из-за этого я не собиралась церемониться в обвинениях, которые продумывала многие и многие дни. Но этим я собиралась заняться завтра. А сейчас мне очень хотелось узнать больше о новом мире. В котором мне предстояло жить.
Моя комната была достаточно большой и светлой, а самое главное - цветной и очень интересной. Всякие маленькие вещи, которыми не обременял себя Храм. Вазы, разного размера столики, мягкие стулья на скрюченных ножках, кувшин с бирюзовой водой – саморой, освежающим напитком, который считался очень полезным. Покрывала и шторы, расписанные забавными яркими узорами, и еще механизмы встроенной в отдалении кабины для омовения, и другая утварь санузла. Небольшой балкон, механизированная лестница, чтобы спуститься с обратной стороны корпуса. Вид был очень красивый. С обратной стороны главного корпуса находился персиковый сад. Здесь росли не такие сочные и вкусные персики, что в садах, окружавших Храм на Феевом Холме, но этот сорт тоже был уникален. Выращивание его где-то вне городка Академии являлось незаконным. К персикам у жителей Эры было особое отношение.
Я помнила, как впервые попробовала Эрийский персиковый нектар. А на пятисотый оборот Астрии, что я находилась в Храме, матушка дала мне попробовать один из сортов вин. Он тогда поразил меня своим соцветием вкуса.
Астрия садилась с этой стороны корпуса. И сейчас она была бесподобна. Я раньше в живую не видела захода святила. Но этот удивительный цвет напоминал мне пламенно-алые камни, обрамляющие ворота, ведущие во второй мир священного круга. Казалось, что небо оплакивает прошлое кровавыми слезами, с надеждой глядя в будущее.
К возвращению дочери Аида я успел снова одеться и начать наше с ним обсуждение совместных дел, мимоходом поинтересовавшись, не происходит ли чего-то странного. Ответ его был уклончив – Демар не знал, как трактовать происходящее, поэтому сообщить ничего точного не смог. Милена же оказалась той самой красавицей, которую я повстречал на входе. Стоит ли говорить, что от сопровождения красавицы я не смог отказаться?
Она вела меня через старый город, который почти не изменился. Мягко покачивая бедрами при ходьбе, девушка болтала о каких-то глупостях, а я был благодарен ей за это. Мне нужно было подумать и совершенно не хотелось спать. Мы были в жилом квартале, застроенном маленькими уютными домами. Когда-то давно в этом месте была таверна с открытой терассой. Интересно, есть ли нечто подобное сейчас? Как отдыхают люди Эры, чем заняты в момент досуга? Память услужливо подбросила мне картины многолетней давности, где счастливые мужчины и женщины пели и танцевали прямо на улице, на специально установленных помостах, освещенных яркими светильниками.
Я задал вопрос, и маленькая проводница, загадочно улыбаясь, потянула меня в глубину улочек. Стоило ли удивляться, когда перед нами появился деревянный помост и темные от старости планки ступенек? Я с довольством рассматривал столики, укрытые белыми скатертями и светильники - их еще не зажгли, но дело за малым, ведь солнце почти скрылось за горизонтом. Плющ, увивший деревянный навес, был темно-зеленым и пах свежестью. "Светлячок" - значилось крупными буквами на кованой вывеске.
- Пойдем, - я потянул её за собой, наверх.
Мальчик лет семнадцати, вероятно сын хозяев, подбежал к нам и предложил помощь. Он был очень худым и угловатым, как большинство подростков. Его помощь пришлась как нельзя кстати. Нас усадили за столик в углу. Зал просматривался четко, за спиной оказались заросли плюща и винограда – мне очень понравилось выбранное им место. В дополнение ко всему включились светильники – их свет оказался похож на живой огонь, создавая ощущение уюта.
- Что вам принести? - к нам подошла женщина лет тридцати, напомнив мне обслуживающий персонал на Земле.
Милена заказала желаемое сама, а я попросил пирог и напиток, по вкусу напоминающий кофе. Вообще-то, богам не обязательно питаться. Мы можем тянуть энергию непосредственно из окружающего мира. Но почему бы не насладиться тем, что может предложить сам мир? Особенно, такой прекрасный и гармоничный. Глубокое сожаление охватило меня, когда я вспомнил, что могло с ним случиться, в том числе, и по моей вине. 
К нашему столику, тяжело переваливаясь на длинных лапках, подошла хозяйская кошка. Она была "глубоко беременна" и казалась похожей на маленький воздушный шарик. Это таинство, которое никогда не будет доступно мне, избравшему мужскую сущность. Лишь одно я могу сделать, чтобы стать причастным к моменту - протянуть ей ладонь. Кошка с царским спокойствием обнюхала меня, и дала себя погладить. Мне даже удалось взять её на руки, поддерживая тяжелый живот.
Девушка, сидящая рядом, огромными глазами посмотрела на мою ношу и аккуратно протянула тонкие пальчики. Кошка обнюхала её, будто давая позволение дотронуться. Милена погрузила руку в пушистую мягкую шерстку и услышала это тоже. Они пели песню жизни все вместе. Мать и пятеро детей, пока спящих у нее внутри, но почти готовых появиться на свет. Нега, довольство и непередаваемое чудо. Мягкость облаков и нежность раннего утра. Умиротворение. Покой. Кошка мурлыкала, подставляя голову под нежные женские пальчики. Её урчание, будто маленький моторчик, вибрировало внутри. Вот она. Ценность жизни.
- Мне бы хотелось потанцевать сегодня, - вдруг мечтательно произнесла моя маленькая проводница.
- Мой брат с друзьями всегда устраивают танцы по вечерам, - женщина, снова подошедшая к нам, улыбнулась, - если вы хотите присоединиться, то мы будем рады.
- Замечательно! - на моем лице расцвела ответная улыбка. - Мы присоединимся с огромным удовольствием!
Дочь Демара довольно кивнула. Ей было любопытно, ведь отец не сказал, что это за странный господин, желания которого непременно надо исполнять. А еще девушка меня хотела, я точно это знал. Её серые глаза сияли как звезды, а смех разносился вокруг серебряным звоном колокольчиков. Через час заведение заполнилось людьми - в простой яркой одежде, с улыбками на лицах, запахом травяного чая и шумными разговорами. Мне казалось, что я снова очутился на Земле, в латинском квартале. Поэтому, когда заиграла гитара, всё показалось совершенно логичным.
С начала это были аккорды. Потом еще один человек принес рекинто и зазвучало уже два гитарных голоса, каждый на свой лад. Застучали бонго, затрещали мараки и раздался замечательный вокал. Бес побери! Это было почти то же, что и земная бачата!
Столики утащили в стороны и вынесли дополнительные светильники. Разговоры вокруг стали тише, а люди явно разбивались на пары. Моя спутница смотрела вокруг горящим взглядом - ей хотелось присоединиться, это было заметно. Но я хотел увидеть, как они будут двигаться.
- Танец! - мальчик, усадивший нас за стол чуть ранее, выбежал на середину площадки и звонко прокричал только это слово.
Все вокруг затихли. Ведущий гитарист взял пару аккордов, солист начал куплет. Вступила вторая гитара, а затем бонго и мараки. На середину вышла пара. Вероятно, это были местные звезды - двигались они хорошо и технично, но вот страсти, на мой взгляд, им не хватало. Ну что ж, я точно знал, что для этого требуется. Обняв Милену за талию, я притянул её к себе.
- Потанцуем? – прошептал я прямо в женское ушко.
Тем временем толпа взорвалась приветственными криками. Первый танец был окончен.
- Романо! - вокруг раздались приветственные выкрики и хлопки, будто кого-то бьют по плечу.
К музыкантам подошел человек со странным музыкальным инструментом, похожим на земной аналог гармони. Вот, это уже было интересно!
- Ребята, - крикнул я. - А Танец Огня можете?
Все вокруг затихли.
- Можем, - откликнулся Романо, - а ты, можешь то, о чем просишь?
- Я попробую, - улыбнулся в ответ.
- Ну, смотри, чужак, - он покачал головой.
"Да я танцевал его, когда вы еще все не родились" - усмехнулся я про себя. Милена же просто заливисто рассмеялась, приспустив рукав и обнажив татуировку пламени на своем плече.
- Начинайте! – крикнул я, вытащив девушку на середину свободного пространства.
Вокруг скептически выстроились зрители. Ну, конечно. Никто не любит наглецов, претендующих на что-то, исторически принадлежащее именно им. Вот только это мой танец.
- Держись за меня, - прошептал я, облизав мочку её восхитительного розового ушка.
Скинув куртку, я отбросил ее в сторону, и она отлетела, оставшись на деревянном помосте. Прозвучали первые аккорды. Девушка вцепилась в меня коготками, как кошка. Не понятно, чего она в тот момент хотела больше - секса, или двигаться рядом, заводя меня еще больше. Моё бедро оказалось между её прекрасных ножек, помогая ей возбужденно тереться об меня. Кошка, она настоящая кошка.
Мы начали движения напряженно и упруго, касаясь друг друга, как языки пламени. Нежно, страстно. Волна, еще волна. Вступил солист. Поворот. Она вилась рядом, глядя мне прямо в глаза. Нежная, томная, сладкая как патока. Снова поворот и её стройная ножка оказалась уже между моих ног, наглаживая гладкую длину возбуждения. Волна, еще волна и поворот. Моя рука погладила её спину, ощутив мягкую и гладкую как бархат кожу. Она чудесна. Её запах - сладкий, томный, проник во всё моё существо, заводя до предела.
Поворот - и тонкие руки обвили меня. Ласкающими движениями она прошла по груди и прессу, почти вызвав ответный рык. Повернув её, прижимаю к себе женское тело. Упругая попка прислонилась к моему паху, наверняка ощутив твердость. Скольжение друг о друга - это живое пламя. Придержав её бедра ладонями, прижал к себе. Поцеловал в шею. Ты так хотела, огонек? Поймал ладошку, облизнув пальчик и обласкав его языком. Театральным жестом отвел в сторону и снова прижал к себе, как бы говоря, - "это всё - тебе". Её ручка нырнула вниз, плотно обхватив мою ягодицу. И снова поворот.
Волна, еще волна. Поворот. Я сжал её крепче и прижал ближе, дав ощутить, чего хочу. Она рассмеялась и прикрыла глаза, в которых пылало желание. Пол под нами начал дымиться. Мое бедро снова оказалось между женских ножек, тут же с жадностью обхвативших его. Поддержав девушку под спину, я прогнул её назад. Темные длинные волосы веером разлетелись вокруг, пока грудь в глубоком вдохе вздымалась вверх. Зрелище было настолько завораживающим, и будило мою сущность так сильно, что мне пришлось дернуть её на себя посильнее, чтобы не вспыхнуть прямо там. Поворот, чтобы быть ближе и снова поворот. Чуть дальше, но неизменно рядом, лаская друг друга телами. Украдкой задевая напряженные соски, глажу её тело, целую шею и обнимаю горячими от нетерпения руками.
Повернув её к себе, провел ладонями по всему телу - сверху вниз. И это ощущение сладостной дрожи, и её, и моей... Снова поворот и сводящая с ума проходка рядом. Эта женщина была полна внутреннего огня, и как же хорошо было встретить именно её этим вечером. Из горла вырвалось рычание, а пол под ногами начал обугливаться. Я поймал её в объятия и прижал к себе. Ближе, сильнее. Может быть, даже остались синяки. Волна, еще волна... И глубокий прогиб в итоге, как самое горячее завершение. Веер её волос расстелился на обожженный пол, а горячее дыхание коснулось моей шеи. Вокруг воцарилась тишина. Люди были недвижимы - они даже боялись громко дышать. Через секунду раздались оглушающие овации.
- Это БОЖЕСТВЕННО! - прокричал кто-то прямо возле меня.
Оглянувшись, я увидел Романо, отбросившего свой инструмент и подбежавшего к нам. В его глазах отражались изумление и восторг. Рядом стояла прислуживающая нам ранее женщина, шокировано рассматривая обгоревшие доски пола.
- Добавьте в счет, - крикнул я, протягивая карту, потому что в шуме ничего нельзя было услышать, - и выпить всем.
Быть может, так большинству не удалось бы вспомнить утром про кое-какие подробности. Например, про дымящийся под нами пол. Ну, или отнести такие странности на счет алкоголя.
- Вы откуда? - наш музыкант все же попытался перекричать шум.
- Издалека! - попытался ответить я.
- Поклонники Огня?!
Я кивнул. Его уверенность могла объяснить многое, тем более они наверняка из моих почитателей – кто же еще будет знать Танец? Складывалось все просто замечательно. А люди уже потребовали продолжения вечера и танцев. Романо потащили на помост, к остальным, и вечер снова огласился музыкой. Принесли мою карту, и можно было спокойно исчезнуть.
- Как на счет побега отсюда? - прошептала она, опередив меня буквально на минуту.
Я кивнул, и, подхватив куртку, двинулся за своей прекрасной спутницей. Её хватило только до ближайшего угла. Или меня? Не важно. Переулок был темным, а она громко кричала «О, Боже!», наверняка заставив недоумевать всех добропорядочных граждан – преступности на Эре почти не было, поэтому столкнуться с местным аналогом полиции нам не грозило. Потом девушка отвела меня по нужному адресу, передала запечатанную записку от своего отца и уехала.
***
Аид не солгал. Судя по всему, дела у нас шли не просто хорошо, а очень хорошо.
Ограда оказалась высокой, из темной стали. Особняк же огромным, с широким мощеным двором и огромными окнами. Мне он очень понравился. Рядом росли большие ветвистые деревья - хитты. Узкая дорожка уходила вбок, к аккуратно подстриженным кустам, но куда вела - можно было проверить позже. Двор наполнял запах местных цветов, вильнов - они цвели только ночью, превращая Лацие в ароматный рай. Мне оставалось только открыть дверь и рассмотреть внутреннее убранство. Щелкнув еле найденным выключателем, я обнаружил пустоту. Абсолютную. Даже стены были покрыты только штукатуркой. Наверное, в глубине души я немного удивился, но длилось это не долго, аккурат до прочтения письма.
"Мой господин!
Я подумал, что вам будет приятнее самому подобрать интерьер. Напоминаю, что карта в средствах не ограничена. Кстати, приглашаю на ужин завтра. Маленькая семейная вечеринка по адресу: Солнечная аллея 57.
Так же – прошу простить, что не сообщил сразу – у нас имеется заказ на защитный камень 10 уровня из Академии, а такие заказы очень и очень редки.
На втором этаже вас ждет кровать - про это я не забыл.
Аид Демар."
Я рассмеялся и этот звук, полный довольства собой, многократно отразился от пустых стен. Этот человек определенно радовал меня, стараясь угодить всем моим желаниям. Спать мне было не обязательно, но он учел даже это. Впрочем, было еще одно занятие, которому я мог посвятить ночь – на дом нужно было поставить защиту. Не простую, созданную пусть даже самыми умелыми руками, а такую, которая смогла бы выдержать всё, даже Бога Огня.
Я сбросил обувь, почувствовав под ногами гладкие доски пола. Со всеми этими коврами совсем забыл, как должно ощущаться настоящее дерево. И, потянувшись, вышел на относительно свободное пространство. Протянул руку вперед, ладонью вверх. По телу пробежали цветастые блики энергий. Да, моя стихия - огонь, но я могу управляться и с другими видами. Не так хорошо как Зариланна, но всё же...
Заряд накапливался на ладони, отбрасывая блики на стены. Он был ярче солнца, как миниатюрный ядерный реактор. Но я всегда знал, что делаю. Когда энергия достигла необходимого пика, я резко впечатал ладонь в пол, вбивая собранное прямиком в основание дома. Энергия впечаталась на несколько метров под дом, разбилась брызгами и хлынула вверх, образуя купол. Вторую сферу я собрал более тщательно, имея дело уже с родной мне стихией. Первую печать можно будет сорвать, но вторую - нет. Энергия собралась на ладони, освещая комнату еще ярче, а я с улыбкой наблюдал за процессом. Всегда любил это дело.
Сфера ровно пульсировала на середине ладони, отсвечивая всеми оттенками красного. Взяв её обеими руками как мяч, я подбросил энергию вверх. Она бесплотно пролетела через крышу и разлетелась брызгами, образовывая второй слой защитного купола. Вот и все. Теперь на мою территорию сможет зайти только тот, кого пригласит владелец дома, либо тот, кто имеет только добрые намерения. И никакое притворство не поможет.
Это действие, однако, заняло достаточно много времени, и до утра осталось совсем ничего. Я хотел поговорить с Зариланной, или даже не так. Мне НУЖНО было поговорить с ней. Как стихийный псионик, сестра могла почувствовать то же, что и я, только гораздо сильнее. Задавая правильные вопросы ей, я мог получить неменее правильные ответы. Но, учитывая то, какой была Истина, следовало поторопиться. Она вполне могла исчезнуть совершенно неожиданно, оставив меня с носом. Поэтому, следовало посетить Академию, где, судя по завихрениям энергетик, находилась Ринн. Это как раз было легче всего. Я просто представил самый пустынный коридор Академии, щелкнул пальцами, вызывая червоточину в пространстве, и вошел в открывшийся пролом.
***
Наверное, я слишком интенсивно думал о Зариланне, потому что портал открылся прямо пред её носом. Темная инстинктивно отпрянула, но за оружие хватиться не стала – я не скрывал свое присутствие, поэтому она точно знала, кто вынырнет из пустоты.
- Эй, Ринн!
- Да не ори ты, укуси майхар тебя за левую пятку, - устало ответила она.
Выглядела сестра, прямо сказать, не очень: темные круги под глазами, покрасневшие белки, легкая дрожь по всему телу. Хотя, в последние пять тысяч лет, это её состояние стало привычным. И какой черт дернул Истину податься в Охотники?
- У меня вопрос, - продолжил я тише.
- Да я поняла уже, что не в шахматы играем, - отмахнулась Темная. – Чего надо?
- Интересуюсь, может проблемы какие возникли в мирах. Неспокойно что-то.
- Сами миры – уже проблема, - оскалилась она, - утыканная еще миллионами и миллиардами маленьких проблемочек. И присыпанная той же приправой. Так что, ты уж определись, дорогой родственник, чего тебе конкретно надо.
- Да чтоб я сам знал, - пробормотал я, вызвав у Зариланны негромкий смешок. Больше спрашивать мне было нечего, хотя в последнюю секунду вспомнилась записка Демара и заказ на защитный камень. В голову неожиданно пришла идея, - а контролировать элементы сможешь?
- Вопрос на засыпку? Могу, - кивнула она, - нужны все 10?
- Хватит и пяти, - отмахнулся я. - Встретимся в лаборатории, которую мне выделил Краш. Она в западном крыле. Хочу зарядить одну штуку.
- Вот буржуй, а, - Ринна рассмеялась, - не успел появиться на Благословенной, уже лабораторию себе вытребовал! Молодец, Светлый! Хвалю!
Пока она веселилась, я глубоко вдохнул воздух, ставший отчего-то особенно легким и приятным. Помощь элементалиста в изготовлении защиты была просто даром Великой Пустоты. Потом, я почувствовал нечто интересное, по сравнению с чем, меркло даже присутствие Истины. Серебристые и легкие потоки энергетики, которую я не ощущал раньше, окутали помещение, несмело ощупывая пространство, а следом в коридор ввалились две примечательные личности. Первой оказался пресловутый грифон Ринны – грязное пернатое чучело с замашками заядлого клептомана, а второй девочка… Кара.
Теперь, когда эманации Храма не заглушали её собственную сущность, я смог ощутить силу малышки. У неё было Божественное происхождение, явно. Вот, бесы! Но КАК?! Приемная дочь Жрицы, да? Интересно, откуда появился этот милый ребенок. Как бы ни было, родственников бросать было вредно. Особенно, когда они еще не выросли и не научились пользоваться собственной силой - вот она, клубами вьется над золотистой головой крошки.
- Ринна, ты ЭТО ощущаешь?! – я перешел на ментальные сообщения, хотя получилось намного громче, чем планировалось изначально. – Ты видишь?
Во сне растворяясь полностью,
Правдой миры наполняться.
И будет плохое помниться,
Что в будущем роем полнится…
И станет все это вскорости,
И холод напишет повести,
Найдет и наполнит полости,
Все бреши тоской заполнятся.
Мое подростковое тело было совсем юным. Меня воспринимали как ребенка, и я поступала соответственно. Когда так долго считаешь себя маленькой, то привыкаешь подсознательно.
Странно было бы вести себя по-другому.
Именно поэтому, я тихо выскользнула из комнаты, на цыпочках минуя дверь своего охранника, и опрометью помчалась в сторону выхода.
Четыре пролета вниз – и я могу очутиться на улице. Но не это было моей целью. Я хотела увидеть Краша и высказать ему все. Я собиралась прогулять первый урок, хотя расписание лежало в кармане.
Сталкиваясь с различными людьми и бесцеремонно ставя их в тупик простым вопросом: где тут кабинет Главного Министра, - я, кажется, нажила немало «друзей». Ну и ладно, веселее будет учиться.
В итоге, выяснив, где та самая заветная дверь – я свернула в коридор, заканчивающийся тупиком и нужным мне кабинетом. Могла ли я подумать, что увижу такое? Определенно нет…
Картина – в точности, как у меня на двери: не беспокоить.
- Лана? – неосознанно вырвалось у меня из уст.
Богиня Истины расположилась на диване под дверью Маресса, обнимая свое пристанище. Лицо было бледное, кроваво-красная струйка над губой. Рука правая - на рукояти сабли. Она поморщилась от моего восклицания, словно ей было больно не то, что двинуться или глаза открыть, а просто слышать.
Взгляд был затуманенный, будто пьяный. Хотя это не смешно, но все же, вид был достаточно жалок. Никогда я не могла бы представить Зариланну такой. Даже сердце сжималось.
Не смей ее жалеть! - приказала я себе, приближаясь. - Она не стерпит подобное.
Я была страшно рада видеть ее здесь. В чужом мире всегда спокойнее и уютнее с друзьями, а если другом является Богиня Истины – не пропадешь, как ни старайся.
Однако ее вид меня пугал. Что могло с ней такого приключиться? Я попыталась придумать, как поступить в данной ситуации, чтобы не испортить ее отношение к себе.
И, в итоге, ничего путного не придумав, просто решила свести жалость к минимуму, привести к нашему обычному общению.
Что для этого было нужно? Как ни странно, крикнуть.
- Рота подъем! – вспомнилось одно из выражений Темной. - Враги на подходе!
- Гони их на хрен, солдат, самим жрать нечего. Ты что здесь делаешь?
Зариланна приоткрыла лиловый глаз и даже смогла сфокусировать взгляд на мне.
- Да так, - я пожала плечами, всматриваясь в ее лицо. У меня тоже было к ней много вопросов, но сейчас не очень хотелось ее нагружать. Однако, Темная почти сразу сама ответила мне на многие.
- И этак? Слушай и запоминай. Я обещала твоей матери присмотреть за тобой. И отвечаю пока за тебя я. Так что, если будешь вытворять - то так, чтобы от Академии хоть что-то осталось. Хотя бы для экскурсий.
Почему, интересно, мама не сказала, что приставила мне Лану в надзиратели? Нет, я все понимала, и ее присутствие мне было в радость, но зачем тогда нужен был Самсон?
- Ты зачем убежала? – громыхнул метаморф, показавшись из-за угла. Он запыхался, пока меня разыскивал, но мне не было за это ни капельки стыдно. Я не собиралась ходить с конвоем на протяжении всего обучения, тем более, при обнаружившейся радостной вести.
- Уважаемый... Не соизволите ли удалиться? – подала голос Темная, не вставая со своего дивана, который, видимо, сотворила сама. Он никак не вписывался в учебную обстановку коридоров.
От голоса Ланы побежали мурашки по коже. Темная энергетика окутала Самсона и чуть задела меня.
- Я обычно не повторяю дважды, но, принимая во внимание уровень вашего, очевидно, отсутствующего интеллекта, я поясню. Обратите внимание, плинтус! И запомните - именно это Ваш уровень! Марш с глаз моих, пока не убила, к Тьме!
Он застыл, будто заледенел, и очень медленно, словно не мог совладать со своим телом, удалился туда, откуда пришел.
Я почти что в ладоши хлопала. И так хотелось заключить в объятия свою спасительницу, что мне еле удавалось сдерживаться. Но Темная не принимала никаких подобных жестов, касаний, объятий, помощи, жалости. Потому я застыла рядом, рассматривая ее болезненное лицо.
Пару мгновений спустя темная открыла на меня свои двуцветные глаза, - к слову сказать, один глаз у нее был лиловый, а другой фиолетовый. Она смерила меня своим холодным взглядом и тихо сообщала, что Краша нет, и его надо ждать. И в подтверждение своих слов сотворила мне кресло. Оно выползло прямо из воздуха, словно было здесь всегда, но не могло присутствовать.
- Ты жутко выглядишь, - обратилась я к Богине, присаживаясь на мягкую мебель. Собеседница тем временем приподнялась и приняла адекватную позу. - Что с тобой такое?
- С головой поссорилась, вот, до сих пор никак не помиримся... – Зариланна часто так шутила, но мне всегда нравился ее немного нелогичный юмор. - А если серьезно, то очередной Цикл Посвящения.
Я встрепенулась, заслышав знакомое слово. Как-то матушка поведала мне о нелегкой судьбе Богини Истины. Большая часть истории была как раз про этот самый Цикл.
- Это из-за твоей работы да? Ну, Верховный судья, и все такое...
- Частично... Плюс Охотник. – Зариланна подробностями всегда делилась неохотно. И сейчас не было исключений. - Но подписалась сама. Мне и отвечать. Назвался водолазом - прыгай в прорубь!
Я прыснула.
- Ты забавная... - Я помедлила перед следующей фразой - все же надо быть аккуратнее с Темной. - Не часто, наверно, удается так побыть в тишине и покое. Лови счастливые минуты! Я даже ради такого посидеть молча могу.
Богиня так внимательно посмотрела на меня, что я закусила губу, чтобы на всякий случай не вымолвить лишнего слова. Но, наверно, впервые было настолько сложно сидеть в тишине.
Я никак не могла замереть, мои конечности сами собой ерзали и двигались по собственной губительной прихоти.
Лана вздохнула тяжело, словно сваливая какой-то нелегкий груз со своих плеч, и пробежалась пальцами по струнам.
Я удивленно уставилась на гитару, не в состоянии сообразить, как же я не заметила ее появление, а Лана уже затянула песню своим холодным мелодичным голосом.
И вдруг стало так грустно. Тело замерло, и все мысли вылетели из головы сами собой, оставляя пустоту и странное чувство безысходности.
Осознав, что всё тело затекло, я размяла шею.
Странно, но когда Лана пела, я не чувствовала ни боли, ни усталости в теле, было просто грустно и пусто.
Теперь же, я будто так просидела не один час, тело протестующе выло и не хотело разгибаться.
- Трагедия, да, Лан? - потягиваясь, спросила я.
- Лучше не бывает, - отозвалась Темная, крутя в руках инструмент.
Раз, два... и гитара испарилась, словно и не было вовсе.
Никогда не понимала я Зариланну. Она была Темной, одной из сильнейших. Охотницей, судьей - кем там еще, не суть важно – и, все же, в ней было что-то такое... потеря что ли.
Для своих лет я была не очень образованной, но достаточно мудрой.
Я давно привыкла, что все считались со мной, как с ребенком. Я выделяла пользу из этого - все-таки детям все сходит с рук - и вела себя соответственно.
Но вот сейчас захотелось обратиться к ней, как взрослой.
Это чревато! - одернула себя я, с интересом разглядывая руны на лице собеседницы.
Истина, казалось, не вписывалась в обстановку в силу своей Божественной окраски, а не ауры.
- Так ты учиться приехала? - спросила меня Лана, прервав мой изучающий взгляд.
- Ага, - я улыбнулась. - Развивать силу, набираться опыта... – И тут вдруг меня осенило. - Лана! А ты научишь меня обращаться со всем этим закаленным металлом? Я же должна уметь защищаться.
- Зачем тебе? У тебя и так защитников уйма, - со скукой заметила Темная, рассматривая свои ногти.
Она серьезно? Как-то странно было бы, если бы она пошутила на эту тему... Или все же шутила?
Я сначала только рот раскрыла от изумления, но потом соскочила со своего места и подлетела к Богине.
- Нет, я должна уметь! Не суть важно, сколько тех, кто грудь свою подставляет! - я дернула ее за плечо. - Все равно может оказаться так, что колодец телохранителей иссякнет! В будущем темнота! Я хочу уметь защититься. Темнота поглотит меня...
- Кара?.. - Лана смотрела на мою руку на своем плече в таком замешательстве, что я застыла, словно заледенев. Прикасаться к Темной было нельзя, она испытывала боль от любого прикосновения. Я испугалась, наверное, больше нее, хотя и не видела на ее лице хоть тень страданий. Но Истина умела терпеть, как никто другой.
Поток нашего немого общения прервал невероятный грохот и пыль от падающих камней. Я тут же забыла, по какой причине вообще так напряглась.
Богиня, правда, была быстрее, заслоняя меня собой. Я выглянула из-за ее плеча, чуть касаясь руки Темной.
Коридор был разбит в пух и прах, завален остатками кладки несущей стены, словно торнадо съело всю ее и часть потолка. И это "торнадо" лежало посреди обломков и тянуло конечности, проверяя, не сломало ли оно себе чего.
- С мягкой посадкой! - восторженно проговорило чудище, щелкая клювом.
- Какой занятный! - сообщила я Лане, отодвигая ее со своей дороги. Это был грифон. Хотя я не видела его раньше, но сразу же узнала. Богиня немного рассказывала мне про своего питомца.
- Шура! - в это время гаркнула Богиня. - Какого майхара ты так хорошо приземлился? Ты один?
- Да, о Темнейшая! - сообщил Шура, переворачиваясь и расправляя крылья. - Эскадрилья на подхвате.
- Так, по углам. Марш!
От этих слов Темной тело чуть само не дало деру до стенки, чтобы вжаться в нее или слиться с поверхностью.
- Расстрел?- спросило чудище, пристраиваясь рядышком со мной, на что Темная усмехнулась:
- Не наши методы. К окну отходите, и тихо, пока не закончу. Кара, не геройствовать. Чтоб тише воды, ниже травы.
Если рассматривать фразу "тише воды, ниже травы" буквально, то сейчас должна, по крайней мере, прорасти полутораметровая травка, чтобы грифон хоть как-то мог лежа в ней спрятаться. Что касается меня - я сейчас ощущала себя настолько маленькой рядом с этим лохматым чудищем, что тише и ниже могла быть запросто.
Но все эти мысли занимали мой разум только пару минут. Потому как Богиня Истины, касаясь пальцами пола и стен, принялась к восстановлению разрушений.
Это действо было настолько завораживающим. Движения Ланы были тягучими, словно карамель, ее сила лилась неиссякаемым потоком, затрагивая и заряжая все вокруг. И мне казалось, что эта сила дает мне необходимые ответы. Я видела не просто камни вокруг себя, я видела незримые связующие нити между песчинками этих камней, между частицами песчинок.
И я в этот момент знала истины - все будет. Я буду!
Это простое слово "буду" являлось центром моего существа. Поток божественных эмоций, пробираясь в самые глубины сущего и не сущего, щекотал, словно перышком, мои спящие возможности. Я ощущала их, как мягкий белый комочек нераспустившегося бутона цветка.
Шурик замер рядом, наблюдая за возведением потолка над головой. Он посматривал на Темную с немым восхищением и некоторым беспокойством.
Я знала почему. Лане и так было не сладко, а такой выброс энергии мог запросто лишить сознания.
Коридор погрузился в полумрак. Разрушений более не было. Как и пыли от обломков кладки стен.
Лана медленно осела на пол и ... исчезла.
- Лана? - позвала я Богиню.
- Ой, ты... - проговорило рядом со мной мохнатое и крылатое. - И надо было выпендриваться? Пошел искать.
- Стой! - проорала я в спину Шурику. Но он уже вылезал из другого окна, расправляя крылья. Пыль сыпалась из-под его когтей. - Ох, Лана заругает тебя за это! - пожурила я Шурика. Но он уже летел вниз, пикируя ко входу на первый этаж.
Я разозлилась. Так неприятно, когда тебя оставляют в одиночестве.
Вы что не знаете? Я три тысячи лет была не одинока, всегда кто-то был рядом.
Я еще раз попыталась позвать Лану. Но мне коридор ответил лишь гулким эхом. Тогда «на радостях» я исторгла из себя истошный вопль - просто возглас несогласия и оскорбленной гордости.
Я бежала вниз, по ступеням, стремясь к выходу, так быстро, что, казалось, вот-вот упаду, запутавшись в своих ногах. Я слышала громкий бас – причитания нового крылатого знакомого, его возглас и пыхтение.
Через пару мгновений я поняла, чему он так радовался. Он нашел ее. То ли Лана, появляясь в Академии вновь, чуть промахнулась с этажом, то ли она просто провалилась сквозь потолок.
Она выглядела заметно лучше, и была уже не одна.
Бог Огня, такой же горделивый и красивый, каким я его помнила, стоял рядом. И сейчас, глядя на него, я вдруг поняла, почему он меня так пугает. Раньше, когда я видела его в Храме, его энергия проходила сквозь меня искаженно. Сейчас же, я чувствовала ее потоки, и они лизали почти так же мягко и трепетно, как и Ланины, только более горячо. И от этого жара хотелось бежать без оглядки. Бежать далеко… к нему…
Она смотрела на меня большими глазами, будто я был огромным людоедом, грозившимся съесть всех маленьких девочек, и собирался начать именно с нее, Кары. Это не было ново – многие страшились меня до дрожи, и нельзя сказать, что к тому не было причин. Но именно от неё такая реакция почему-то была особенно обидной. Это, безусловно, следовало проанализировать, оставив на «потом», ведь сейчас дел было предостаточно.
Сначала я попробовал «ощупать» её ауру, незримо потянувшись вперед. Ринна напряглась, но с места не сдвинулась. Она слишком хорошо меня знала, и врятли думала, что я хочу навредить девочке. Да и мое любопытство, которое часто становилось предметом шуток на Неффастусе, тоже сыграло свою роль.
Ощущалась Кара мягко, будто погружаешься в пушистое облако. В ней была Тьма, но нежная и лучистая – ни один из существующих Темных не подошел бы под это описание. Может быть, это все было из-за её детской сущности и, став богиней, девочка увеличит собственную силу в разы, избавившись от этой… эфирности? Я не мог подобрать слова точнее, но она странно притягивала меня. Сама Кара на мои манипуляции отреагировала, слегка покраснев и задышав чаще, будто от сильного жара. Зрачки ребенка расширились, а на лице появилось выражение сильного удивления.
- Кара?- попробовал я сказать ментально. - Девочка, ты слышишь меня?
В ответ она нахмурилась и стукнула себя по голове, одновременно пытаясь почесать ушко. Сделано это было с настолько серьезным лицом, что её реакция почти заставила меня рассмеяться. Это доказывало, что Кара услышала, хотя и не так, как мне того хотелось. Слишком велика и неконтролируема была сила для такого юного тела. Ну что ж... Оставалось только ждать. Рано или поздно, всё проявится. И необходимо будет оказаться рядом вовремя, чтобы помочь, а для этого следовало точно знать, где она будет находиться. А еще, как мне показалось, помощником я окажусь далеко не единственным. Та же Ринн, определенно, была достаточно близка с девочкой.
Сестра внимательно смотрела на меня. Она заметила мой интерес. Это было бы плохо, не будь наблюдающий Зариланной – Истина была нейтральна. Если бы на ее месте был кто-либо другой из богов, мой интерес обязательно отметили на будущее, чтобы – при возможности – использовать. В нашей семье не было святых, кому как не мне это знать?
- Ринна, жду тебя не меньше, чем через час.
Я поклонился и быстрыми шагами пошел в лабораторию, готовиться к приходу Зариланны. Ведь, чтобы заряжать «что-то», нужно, чтобы это «что-то» имелось, правда? Или я пытался сбежать от собственного, так некстати вызванного интереса?
Коридоры, переходы, сводчатые потолки и гладкий пол. Студенты и преподаватели, спешили по своим делам. Такие активные, деловые… поток людей расступался передо мной, как вода. Каменная кладка сама стелилась под ноги. Моя дорога привела к сводчатым дверям в одном из корпусов Академии. Огромным, окованным железом, упирающимся прямо в потолок.
С благоговением проведя ладонью по закаленному годами дереву, я ощутил лишь спокойствие. Собственная лаборатория в Академии Эры. Как давно это было в последний раз! Я прижал ладонь к пластине возле двери. Она полыхнула светом, считывая внешний слой моей ауры. Теперь эта дверь будет открываться только для меня и курирующих Механиков - они следили за преподавателями, которые слишком долго находились внутри. Это была вынужденная мера - слишком многие погибли в этих стенах, не сумев вовремя открыть дверь. С другой стороны, они не слишком часто вмешивались в процесс - это было запрещено их собственным уставом. Посетителю же просто нужно было прислонить свою ладонь к той же пластине, и сигнал внутри лаборатории - одновременно звуковой и световой - сообщал о прибытии гостя. Идеально.
За внешней дверью была внутренняя. Она открывалась специальным ключом-картой, которую дал мне Маресс. Это была предосторожность, чтобы никто даже случайно не увидел, чем занимается исследователь. И, конечно же, у кураторов имелся дубликат. Мне оставалось только отпереть дверь и войти. Карту я повесил на шею – для этого на тонком пластике имелась специальная выемка - чтобы не потерять.
Обернувшись, я утонул в воспоминаниях. Передо мной открылась огромная комната. Несколько столов, заставленных колбами и емкостями, и несколько пустых. Наковальня в углу. Книжные полки. Стеллажи, заставленные различными ингредиентами - от кусков металла до паутины, уложенной в прозрачные коробочки. В этой лаборатории я был впервые, но значения данный факт не имел. Все помещения для исследований в Академии были похожи как близнецы. Каждое из них содержало определенный набор специальной техники и препаратов, которые даже в пространстве располагались одинаково. По традиции, остальное исследователь мог заказать в отделе доставки, но оплатить должен был сам, и правила врятли изменились. Однако, можно было и заработать Эриталий, грант на разработку, если заинтересовать представленной темой специальную комиссию. Подобное существовало на Земле, правда, немного в другом виде.
Проходя по периметру, я поглаживал вещи, оживляя воспоминания. Так много полезного для всех миров сделал я в подобных стенах... Ну что ж... пришел черед нового цикла. Первым должен был стать защитный камень. Он был призван не только охранять то место, куда его установят, но и не пропустить нестабильную энергию, идущую изнутри или извне. Десятый уровень означал, что требуется так же вплести туда стабилизатор, чтобы направлять сконцентрированные усилия точно в цель. Если сказать проще – от меня хотели энергетическую ловушку для студентов, которые пока не умели или не могли контролировать свои силы. Это была кропотливая и ювелирная работа, которая мне всегда нравилась.
На полках я нашел малую часть нужного, а времени для заказа было мало. Судя по всему, работать мне нужно было с уже наличествующим материалом. Это не было такой уж проблемой – мне всегда нравились сложности. Просто матрица камня будет огненной, но ведь это совершенно не важно, если он будет делать то, для чего создан, правда? Мне осталось только раздеться. По-хорошему, надо было бы полностью, ведь сменной одежды не было, но скоро у меня должны были случиться гости, так что штаны я оставил. Потерев ладони друг о друга, я заставил частицы энергии скользить между пальцев. Колба с графитной пылью покинула свое место на полке, а часть её содержимого оказалась в моих руках.
Знаете, как образуются алмазы? При погружении углеродсодержащих осадочных пород в мантию, до глубин 150—200 километров, в результате роста давления графит переходит в алмаз. Я уже делал такое. Главное - правильные температура и давление. А вот если добавить силу...
Камень получился большой, пропитанный моей энергетикой, будто золотистой сеткой. Остальные ячейки заполнит Ринна. Я специально сделал именно так - добавленные сестрой элементы будут концентрировать или удерживать силу носителя, когда огонь создаст необходимые спайки между ними. Замечательно. Огранка бриллианта нитью чистой силы выбила сноп энергетических искр. Остатки я спрятал в отдельную колбу - потом их можно было выгодно продать. Сам камень водрузил на свободный стол.
Вторым был подарок Зариланне, за помощь, потому что я никогда не любил долгов. Для этого нужно было достать полоску стали, перейти к наковальне, заполнить емкость водой и взять молот. Мне не много нужно было для ковки - тело бога само по себе замечательный инструмент. Нагрев сталь до белого свечения, я согнул её пополам. Пять, десять, пятнадцать раз. Пот стекал по моей коже ручейками. Темные хлопья перегоревшего металла вздымались вверх и, кружась, оседали на всё вокруг. Двадцать, тридцать, сорок. Сталь нагревалась почти добела, но руки мне обжечь была не в силах - пламя не может ранить первородный огонь. Счет шел на сотни. Менялась температура нагрева, сила нажатия...
Металл был будто пластилин в моих руках. Наконец, настал финальный аккорд - охлаждение. Нужно было действовать очень аккуратно, чтобы не повредить тонкую работу. Взяв лезвие, я просто провел вдоль него пальцами несколько раз, постепенно снижая температуру. Уникальные свойства эрийского металла можно было вытащить на поверхность только с помощью такой обработки. В свое время мне удалось преуспеть в данном искусстве и еще ни у одного смертного не получилось лучше. Глиной я покрыл режущую кромку будущего меча и оставил сталь остывать, взяв другой кусок металла - будущие ножны и рукоять. Вот тут уже нужно было заняться фигурной лепкой. Руки прошлись по металлу, разогревая его так, как мне было нужно. Плетение вышло ажурным, нежным, но в то же время очень прочным. Будущей рукояти я придал форму змеиной головы. То, что мне и было нужно.
Дальше наступил черед выравнивания, полировки и заточки лезвия. Четкий рисунок, тонкая кромка... Зариланне должно было понравиться.
Чуть подплавив рукоять изнутри, я с силой вогнал внутрь тупой конец меча и попробовал гнуть лезвие в разные стороны. Тонкий лист заточенной стали, благодаря своему химическому составу и нужным температурам обработки, был очень гибким. Аккуратно вложив меч в ножны, я подцепил змею за хвост и, легко согнув, закрепил в виде кольца. Пожалуй, её можно было использовать в качестве ремня. Стирая пот со лба, я наконец услышал звуковой сигнал. Вот и моя долгожданная гостья. Не теряя времени, я немного вытащил лезвие и, прижав большой палец к самой плотной части меча, поставил свое клеймо. Танцующие языки пламени. Это оружие никогда не затупиться и не сломается. Теперь всё.
Я поспешил к двери, мимолетно оглядев себя в зеркало - голый по пояс, в грязных разводах пепла и пота, со светящимися ярко-огненным цветом глазами... Хорош, да... Ну и ладно... Зариланна меня и похуже видела. Змею она заметила еще на входе, и глаза богини сразу загорелись восхищением. Я угадал. С оружием. Ринн еще в детстве можно было привлечь такими игрушками. Всё, что могло помочь приманить смерть, завораживало сестру, как меня огонь, а Лэйдера - время. Идеальный подарок.
- Так, Дюраселл пришел, - заявила она с порога.
- Нужно еще четыре Элемента. Огонь, как ты видишь, основной.
Ринна никогда не любила возиться с условностями, поэтому мы сразу приступили к делу. Показав ей на камень, лежащий на ровной поверхности стола, я отступил в сторону. После огранки бриллиант стал меньше, но мой элемент придал ему свечение. Красные, оранжевые, золотые отблески играли по поверхности, почти превращая камень в живое и дышащее существо.
- Хм... Ограничить или связать? – спросила Истина.
- Ограничить. - Мне не нужно было связывать силы студентов. Они должны были научиться управлять тем, что имели именно в стенах Академии, в чем и должен был помочь камень.
- Ясно... Тогда начнем, товарищи присяжные и заседатели! Четыре Элемента, направленные на ограничение огненной силы индивидов, с высоким уровнем силы, но недостаточным контролем?
Я кивнул в ответ, ведь именно этого и хотел. Ринна всегда знала, что требуется.
- Значит, так... Первая - Воздух. Она изменчива и текуча. Будет балансом для Воды, как нижней планки, и Огня, как основы. Заодно и сгладит ощущение скованности...
Ринна сделала глубокий вдох, и выдохнула в сторону камня. Её руки оплели светло-голубые разряды силы, срываясь рваными лентами с кончиков пальцев. Свечение подкралось к камню, и впиталось в него, будто затягиваясь внутрь.
- Вторая и третья идут рука об руку, образно говоря, - тихо приговаривала она. - Металл и Лед... два холодных Элемента, как противовес двум теплым... Металл не даст вырваться, Лед уменьшит рвение, но не повлияет на волю... да и отблеск будет, да...
Гибкие пальцы моей сестры ухватили серебряные струйки с прозрачными прожилками, а дыхание стало сбивчивым. Энергетические потоки скользнули вниз, срываясь с длинных хищных коготков Ринны, и переплелись с моим энергетическим плетением, служащим основой камня. Сияние стало ярче, превратив алмаз в живую каплю света.
- И последняя... Молния. Или точнее, Энергия. Она поддержит Огонь и сгладит Металл, а Лед не даст сбежать Воздуху.
Руки в стороны - как перед прыжком в воду с огромной высоты, и между ладонями Темной зародился шар из чистой энергии. Рассыпавшись ослепительным сиянием, ровный шар превратился в нить. Скользящим движением энергия поглотила весь камень, заставив его сиять неземным светом. Идеально. Именно так, как я хотел.
Ринна зашаталась и тряхнула головой. Неужели ей было настолько плохо, а она не сказала?
- Ну? Змейку заработала? Честным пролетарским трудом? – сестра натянуто улыбнулась.
Хм. Ну, раз она шутит, то всё нормально, наверное. Но вмешиваться я права не имел. У нас всех свои дороги, а Зариланна давно шла по собственной.
- Заработала, еще как заработала, маленькая Темная, - улыбнулся я, хотя, наверное, вышло не очень весело. - Давай покажу.
Ринн неохотно кивнула, будто я собрался учить её пользоваться этой саблей. Ну, нет, не все так просто. Взяв рептилию в руки, я обласкал змею кончиками пальцев.
Рождая мир, Великая Пустота родила и Высших Богов. Высшие Темные Боги и Светлые Боги, помимо всего иного, отличались склонностью к разрушению и созданию красоты мертвой. Многим же была подарена возможность вдыхать душу и в мертвое. И я тоже кое-что мог, хотя все миры уже давным-давно не нуждались в этом. Но иногда - как сейчас - я мог позволить себе вспомнить...
Холодные глаза металлического существа мигнули. Тонкий язычок мелькнул сквозь губы, рассекая воздух.
- Теперь ты служишь Зариланне Т'ен Тай Даал'ар Инейлар'ниин'Айриннэ'тшэн Эсте'рран шисс'тнэай Рандэ'риис'ринайе, - прошептал я, протянув руку к сестре.
Змея повернула голову в сторону Темной Богини. Тонкий хвост рептилии чуть дернулся, а потом она стрелой сорвалась вперед, обхватив тонкое запястье моей сестры. Пока Ринна смотрела на нее огромными глазами, в которых плескалось восхищение, змея оплела руку Богини и, скользнув по телу, обвилась вокруг тонкой талии в виде пояса.
- Эйдан... Это... - Ринна восхищенно погладила оружие, - это нечто!
- Твоя помощь для меня бесценна, сестра, - кивнул я. - И еще одно. Погоди.
Пройдя к дальнему шкафу, покрытому паутиной и пылью, я лишь на секунду замешкался с замком. Имелось еще кое-что, чему необходимо было уделить внимание. Точнее - кое-кто. Божественный ребенок.
Я совершенно не представлял, чья она. Судя по энергетике, она была потомком Старших Богов. Не моя, я за этим строго следил. Не Зариланны - у нее вообще проблемы с противоположным полом. Врятли это была Шейд - моя Темная сестра никогда не оставляла своих детей. Другие Темные могли не знать, или попросту игнорировать. Хотя Старший Пантеон был не так уж велик и всегда можно было попробовать выяснить… В любом случае, это было не мое дело. Гораздо больше меня интересовали её божественные силы, которые начали просыпаться вне Храма. Это не зависело от желаний - ни её самой, ни иных Богов. Просто так было.
Вздохнув, я вытянул из заветного шкафчика маленький камень на тонкой цепочке. Легкий и ненавязчивый. Нет, я не буду вмешиваться, если она не захочет этого, но если понадобится моя помощь… Амулет-охранка с сильнейшим маячком был бы кстати. Поэтому, осталось лишь посильнее сжать ладонь и напитать вещицу собственной энергией, что придало ей мягкое золотистое сияние. А вот за Зариланной очень интересно было наблюдать - как она украдкой пыталась заглянуть за моё плечо. Нетерпеливая. Всегда такая была.
- Держи, - я протянул ей только что созданную вещицу. – Передай девочке.
- Хорошо, - кивнула она, - я пошла тогда?
- Еще увидимся, сестра.
Она пожала плечами и исчезла в проеме заботливо открытой мной двери. Ох, Ринна, Ринна...
Теперь - душ. Маленькая прозрачная туба в углу была почти во всех лабораториях. Полезная штука. Честно.
Быстренько сполоснувшись, я оделся, растолкал по карманам нужные мне вещи, и вышел в коридор. Лаборатории были защищены отлично, тут уж постарался я сам, поэтому дело осталось за малым. Лестничный пролет, поворот, коридоры… мне нужно было отдать заказ, а потом я хотел возвратиться на Землю, ведь кое-что у меня там осталось. Отойдя за колонну, чтобы никто не увидел, я исчез во вспышке яркого света.
Огонь,
Палящий в темноте -
Мой сон,
Приснившийся в ночи.
Создатель –
Все миры поют тебе,
Мечтают
Лишь тебя почтить...
Их бог,
Отец, исход, как вздох,
Ты жизнь –
Она сочится вниз...
Вокруг –
Все ты: любовник, друг.
Ты бог,
Но все же очень одинок.
Я смотрела на него и пыталась разобраться в чувствах. Его неоднозначный взгляд: смущение, волнение, удивление и восклицание – тревожил меня, волновал. Я оглянулась на Темную.
Она морщилась и вздрагивала, кидая недобрые взгляды на своего брата.
Я только было открыла рот, чтобы возмутиться на ее исчезновение, как в моей голове вдруг резко зазвенело. Потеряв ориентиры, я, словно, ослепла на мгновение. Вязкое ощущение пронзило меня, сковывая тело, как обычно происходит с языком, если выпить сильно концентрированный сок ягод. Я похлопала себя по лбу, а затем вставила в ухо палец и повертела. Неприятное чувство вторжения ушло, оставив все то же вязкое послевкусие и, почему-то, еле уловимый запах паленой плоти.
Эта немая сцена заняла не более нескольких мгновений. Бог Огня распрощался со всеми и ушел, напоследок с тоской взглянув на меня. Или мне просто показалось?
- Лана! Больше не пропадай так, ладно? – тихо попросила я Темную, уже забыв о своем яростном возмущении.
- Ладно... - недовольно ответила мне Богиня. Я закатила глаза.
Шурик, тем временем, свесил свою птичью голову из окна и с интересом наблюдал за передвижением механизированного устройства, работающей над уровнем роста травы в персиковом саду. Эта машина, попросту говоря, подстригала ее.
Встрепенувшись, Зариланна дала нам указание идти на завтрак, а сама все же отправилась обратно в кабинет Краша. Когда я изъявила желание идти с ней, мне последовал первый в моей жизни упрек со стороны Богини Истины.
«Не стоит лезть в чужие отношения, даже с благими намерениями».
Почему-то, это сразу отбило у меня охоту встречаться с Главным Механиком.
Я лишь кивнула Лане и, снарядив отряд самых проголодавшихся, потащила за собой пернатого на поиски столовой.
Найти не составило труда. У Шурки оказался особый радар в голове, позволяющий ему безошибочно обнаруживать нужный путь. Я не могла не согласиться, что это очень удобно.
Заняв место у окна, я с восхищением наблюдала, как недоптиц пошел на разведку в логово вражеской кулинарии.
К слову сказать, никто из встретившихся нам по пути адептов не удивлялся сей живности. Жители Эры были привыкшими к любым видам и продуктам скрещивания живых существ.
Красивый вид на город стал отрадой для моих глаз. Вокруг бродил персонал в однообразных одеждах.
Мне принесли какую-то книжечку. Покрутив в руках данный экземпляр печатного издания, я решила не напрягаться по пустякам и ткнуть в первое попавшееся блюдо. Но определенно промахнулась, точнее, вообще не успела.
Крик Шурика теперь узнаю из тысячи. Так вопить мог только он.
Я влетела в кухню, и предо мной предстали повар и его помощник, навалившиеся на грифона, который, в свою очередь, брыкался, стремясь выжить любой ценой.
Шурик создавал шуму за всех присутствующих, пытаясь развернуться в маленькой кухонке и вопя во всю силу своих легких. Это он еще не всю силу моих знает.
- Шурка! – кинула я, хватая пернатого за хвост, пытаясь оттащить в дальний угол. Его когтистая лапа так и норовила захватить всех, кто участвовал в драке, теперь - включая и меня.
Пытаясь докричаться до здравого ума пернатого, чтобы он наконец перестал вопить, я пинала Шурку в бок, ибо он на мое присутствие никак не хотел реагировать.
- Тьма, Шура! Замолкни! – я схватила сковороду, намереваясь долбануть его, чтобы аж искры из глаз полетели и язык прикусился.
И тут кто-то истошно закричал, женским чистым сопрано, и это уже была не моя заслуга.
Я лишь успела уловить огненный шар, летящий в нас с Шуриком, и, с боевым кличем, приготовилась отбивать. Сковородой. Ну, а что? Сковорода с антипригарным покрытием была рассчитана на высокие температуры. И все бы прекрасно получилось, если бы в последний момент она не истаяла в моих руках. Вот так просто – взяла, и словно просочилась сквозь пальцы, превратившись в воздух...
С безнадежным выдохом, глядя на огненный шар, я подумала, что сейчас поджарюсь, как цыпленок в духовке.
И... о слава Тьме! Он вдруг повернул! Шар сменил направление, врезаясь в присутствующую на кухне духовку, плюя в разные стороны искрами и брызгами пламени.
Все что мне оставалось - это осесть на пол...
Единственный вопрос, который мучил меня, смотрящую на то, что осталось от духовки, это «куда же, тьма побери, делась сковорода?!»
- Что за шум и драка? И без меня?! – раздался мелодичный голос. Я подняла голову и увидела молоденькую дамочку с ярко-желтыми локонами, которые подпрыгивали, повторяя ее бесконечные повороты головы. Девушка откровенно наслаждалась представившейся сценой: Шурик и я в одном углу, два краснющих оппонента – в другом, и все просто в ужасе от случившегося.
Блондинка уставилась на меня своими не менее желтыми глазами, всячески их выпячивая. До меня долго доходило, но я все же поняла ее намеки и вытолкала Шурку с кухни раньше, чем наши милые собеседники пришли в себя.
Шура с готовностью покинул ристалище, но при этом орал какие-то слова. Я бы приняла их за песнопения мертвых народов, но что-то мне подсказывало, что это был его вечный девиз по жизни.
- Лошарики!! – прерывая песню, крикнул пернатый за спину и умотал далеко вперед.
Это скорее про меня - подумала я, прибавляя своим нижним конечностям оборотов.
Поравнявшись с новой знакомой, я выдала ей то, что мучило меня последние пару минут:
- Куда делась сковорода?
Девушка окинула меня взглядом.
Ну а что? Объяснить шар в духовке мне проще, чем отсутствие сковороды...
- Я Татиана. Можно просто Тиа.
- Карделия, - ответила я, - предпочитаю Кара. А то Шурка, - бросила я взгляд на все еще мычащего себе что-то под нос пернатого.
- Грифон, верно? – заинтересованно произнесла Тиа. – Редкий экземпляр.
- Редкий идиот, я бы сказала, - возразила я.
Шурик сделал вид, что не слышит, а я решила продолжить разговор с новой знакомой.
- Так, видимо, это был твой огненный шар?
- Я случайно, - смущенно призналась она, - я только учусь управлять стихиями. Воздух более-менее, а вот огонь и вода не даются.
- Земля? – подсказала я, намекая на четвертый вид.
- К ней еще не приступали. Как и к эфиру.
- Давно ты тут?
- Пятый цикл. А ты новенькая?
Я лишь кивнула.
- Чему будешь учиться? Какие способности?
- Я не знаю, - погрустнела я.
- Ну, ты рассеиваешь – это уже кое-что.
Решила, что не буду спрашивать. Не хотелось казаться недотепой. Но рассеивание вполне объясняло исчезновение сковороды. Я задумалась, поворачивая за угол, и тут увидела ее.
- О, тьма! Лана!!!!
Темная мирно спала, лежа на подоконнике. Выглядела уставшей и бледной. В ту же секунду я оказалась рядом. Сейчас Богиня была в покое, но напряженная атмосфера вокруг нее холодила кожу. Я погладила ее по волосам.
Нужно было определить Лану поудобнее. Я высказала свое мнение окружающим, пытаясь дать понять, что здесь было не самое подходящее для нее место.
Но сдвинуть Истину казалось невозможным. Касаться ее нельзя, да и кто ее поднимет, мы не силачи.
Тиа вышла вперед и сосредоточенно повела руками, отчего ее кучерявые локоны запрыгали мягкими пружинами. Она сделала так, что тело Ланы поднялось в воздух. Еще оставался вопрос с кроватью. Я предложила свою комнату, заведомо сожалея о всех вещах, которые не выдержат присутствия огромной недоптицы.
Мы как раз минули большой балкон, поворачивая к лестнице. Тиа глубоко и тягостно вздохнула, увидев ее длину.
- У нас впереди еще четыре лестничных пролета, ты справишься? – обратилась я к «ведьмочке».
- Не можем плавать, летать умеем! – заявила Тиа, поворачивая в сторону балкона.
Гурьбой мы вывалились на открытую местность. Наша спасительница, проводя очередные манипуляции пальцами, повернула в воздухе тело Богини так, что оно плавно приземлилось на пернатую спину Шурки.
- Стрижи! В небо! – скомандовала Тиа, переключая какие-то кнопки на своем поясе. Только сейчас я заметила этот маленький механизм вокруг ее талии.
– Это изобретение одного из моих однокурсников, - весело сообщила она, когда за ее спиной раскрылись большие блестящие золотом острые крылья.
Я взобралась на спину пернатому, придерживая прохладное тело Истины. Шурик раскрыл крылья, отчего нас слегка качнуло и повело влево, и медленно взмыл над балконом.
Я впервые парила вот так, в воздухе. И ощущение было не из приятных. По сути, мы летели не долго - лишь до нужного этажа. Еще немного времени понадобилось Шурику, чтобы найти нужную площадку для посадки – у Зариланны вряд ли будет желание восстанавливать Академию после очередных разрушений.
После довольно неуклюжего приземления, мы, с помощью новой знакомой, добрались-таки до нужной двери и уложили Лану на кровать. Та перевернулась и мирно вздохнула, заметно расслабившись.
Тиа и Шурик вновь отправились в столовую, есть-то все еще хотелось. Но теперь они уже действовали как партизаны.
Я же осталась с Истиной. Укрыла ее еще одним одеялом, пытаясь добиться более теплого оттенка кожи. И, в итоге, села рядом, желая поделиться своими чувствами.
- Здесь время такое странное, Лана, - сказала я ей. - Я ощущаю его. Оно словно нападает, давит и бьется об меня. Не больно или неприятно, но просто некомфортно. Наверное, это может быть похоже на морские волны. Как они накатывают на скалы, ощупывая их своими влажными прозрачными пальцами. Ты мне рассказывала, помнишь? Оно красивое…
Некоторое время я сидела в тишине, прислушиваясь к своим новым ощущениям.
Мое молчание прервала ввалившаяся пара уже знакомых мне авантюристов.
Вылазка, с их слов, прошла довольно успешно, тем более, что ценный приз - запас продовольствия - был утащен не малый.
- Я все же гений! – заявила Тиа, входя в комнату.
- Ага, гений, с манией величия, - буркнул в ответ пернатый.
Мы с радостью принялись за угощения, набивая желудок. Я не была еще знакома со здешней кухней, но все было очень вкусно.
Зариланна вскоре проснулась, ругаясь на нас, якобы, похитивших ее с облюбованного подоконника. А спала она явно очень крепко, если учесть, что ее протащили по воздуху и взгромоздили на спину пернатого. Я лишь усмехнулась в ответ. Это было в духе Истины, считать, что она со всем справится самостоятельно. Но, в то же время, ей нравилась наша забота.
Зариланна успокоилась и передала мне подарок - подвеску. Не от нее, как выразилась Темная, но сообщать, кем был мой тайный поклонник, отказалась. Под гнетущим взглядом Богини, я попросила застегнуть звенья цепочки у себя на шее. В камне кулона, обрамленном кольцами сфере, плясали яркие огоньки, в самой сердцевине. Я всматривалась, ощущая покалывание и тепло, разливающееся по пальцам.
Я получала много разных подарков в течение своей долгой жизни. Но отчего то этот казался наиболее важной частицей грядущих перемен.
- В твоем будущем тень, Лана, - ни с того, ни с сего сказала я Богине, делая серьезное лицо. Та скептически приподняла бровь. - Она преследует тебя. - Продолжая важничать, сообщила я.
- Неужели?
- Да. - Я больше не выдержала и усмехнулась. - Моя тень.
- И мне от нее не отделаться. - Обреченно вздохнула Темная.
Моя улыбка померкла.
- Я вижу сумрак, правда. Золотые ворота, - обеспокоено сообщила я уже серьезнее. - И холодные глаза, пустые, будто мертвые. И еще вижу битву. Войну за трон, которая станет войною за мир.
Это был обычный панельный дом - хрущевка. Трехкомнатная квартирка с самой простенькой обстановкой и планировкой. Я появился в прихожей, все еще ощущая тот самый странный запах легкости, который преследовал меня еще с Неффастуса. Включив свет, я прошел в зал. Обшарпанный паркет под ногами, диван и пару кресел с обивкой из мягкого желтого плюша, шкаф для одежды и книжные полки, заставленные различными изданиями. В углу под потолком - небольшой плазменный телевизор. Вот так. В Пскове я - бедный студент, только закончивший обучение, которого знают, жалеют и пытаются подкармливать все окрестные бабушки. Впрочем, я никогда не пытался пользоваться их помощью - знали бы они, сколько у меня на оффшорных счетах...
- Здравствуй, Адриан.
- Не Адриан, а Эдриан, - проворчал я в ответ и обернулся.
В кресле передо мной сидела великолепная блондинка. Холеная, с прекрасной фигурой и тягучими движениями, она была похожа на произведение искусства, коим, впрочем, и являлась. Нет, я не имел в виду пластических хирургов – Лана была ведьмой, поэтому Пигмалионом была себе сама. В каком-то смысле, она была фантастической женщиной.
- Ты пропадал надолго в этот раз, - её тонкая совершенная бровь приподнялась, выдав раздражение хозяйки.
У нее в крови было желание мне перечить, наверное, поэтому я все еще терпел эту женщину. Несмотря на красоту у нее был довольно склочный характер, хотя, надо признать, с ней было очень интересно.
- Где мой домовой Камиль? – поинтересовался я, ни в чем не бывало. 
Домовой носил польское имя. Мы познакомились во время второй мировой войны, в одной маленькой деревушке. Там всю семью решили спалить в их собственной хате, а Камиль был еще очень маленьким и чуть не сгорел вместе с ними. Он не знал, как покинуть дом, к которому был привязан. Домовые духи привязаны к месту, которое оберегают. Он просто не обладал достаточной силой, чтобы уйти, когда ворвались солдаты.
- Я отдала этого блохастого кота твоей соседке, - пояснила она.
Все верно. Но это был не совсем кот, а скорее домашний дух, который просто так выглядел. Я не мог брать Камиля постоянно с собой, поэтому нужно было, чтобы кто-то заботился о нем. Однако, попросив об этом ведьму, я рассчитывал на совершенно иной результат.
- Я тебя не об этом просил.
Оставив ее в зале, я прошел в спальню. Моя любимая комната была обставлена соответственно. Огромная кровать, узкий шкаф в углу... На нижней полке находились носки и джинсы, чуть выше - мягкий свитер. Одевшись, я потер лицо ладонями. В квартире еще не включили отопление, и было холодно. Да и Камиля нужно забрать у Веры Даниловны. Благо, старушка поздно ложится, и не придется её будить. По крайней мере, я на это надеялся. А самое смешное – мне нравилось так жить. Притворяться обычным человеком с обычной жизнью, чуть разбавленной минимальными удобствами или сибаритом с деньгами – не важно. Это все было весело, или мне просто надоела ответственность?
Достав с нижней полки шкафа охотничий нож, я подошел к подоконнику и опустился на колени. Постукивая по паркету костяшками пальцев, довольно просто было определить пустоты и поддеть деревяшки кончиком лезвия. Нащупав рукой объемную коробку, я вытащил её на свет и, положив на подоконник, откинул крышку. Документы, кредитки, наличка и мобильный. Нет, это не паранойя, просто я предпочитал быть ко всему готов.
- Я скучала, - она подошла сзади, обвив меня руками.
- Я просил тебя позаботиться о домовом.
- Какая, в сущности, разница, кто о нем заботится? – она поцеловала меня в шею и легонько укусила за мочку уха. – Это всего лишь домашний дух. Ведьмы не заботятся о низших.
- Я просил тебя. Это так сложно?
- Я хочу тебя, - её пальцы проникли под свитер и пробежались по моей коже, - слышишь? К черту блохастого. И твою соседку.
- Мне нужно забрать домового, - я сделал шаг в сторону, высвобождаясь из её объятий, - и идти по делам. Извини.
- Ты сволочь, Эд, – она говорила спокойно, но я ощущал, как в ней клокочет злоба. – Я ждала тебя. Я приезжала в этот вонючий клоповник каждый вечер, только чтобы тебя увидеть.
- Я не твоя игрушка, Лана. Ты не можешь получать все, что хочешь.
- Кто тебе это сказал?
Она развязно улыбнулась и села на кровать, стянув блузку через голову. На ведьме не было нижнего белья и ее соски, напрягшиеся от холода, призывно алели в полутьме. Красивая грудь. Красивая женщина. Было время, когда я даже хотел забрать её к себе. Но ведь физическая красота еще не все, правда?
- Так сказал Я.
- Мудак.
- Красивым женщинам не идут ругательства.
Рассовав свою скромную добычу по карманам, я вышел из комнаты и прикрыл дверь, услышав напоследок, как в дерево врезалось что-то плотное. Пожалуй, я устал от этой женщины. Она определенно была лучше, пока не пыталась мной управлять или предъявить какие-то претензии. Хотя секс с ней, безусловно, был хорош.
***
В коридоре было зябко – на Земле почти везде так, а уж тем более в Пскове, в конце осени. Накурено – наверное, снова сосед, Денис, выходил из квартиры подымить. Пахло сыростью и одиночеством – я ненавидел и то, и другое равнозначно, хотя в них обоих было нечто для меня философское.
Изобразив приветливую улыбку, я позвонил в соседнюю дверь. Вера Даниловна открыла сразу, будто стояла под дверью. Хотя, я не очень удивился бы, если стояла. Любопытнейшие существа, эти пенсионеры.
- Здравствуйте, Вера Даниловна! - мою улыбку можно было использовать вместо лампочки. - Как там мой Камиль?
- А что ему сделается, - она всплеснула руками, - сначала диван облюбовал, а теперь, у Семеновны себе подружку завел. Котятки у него, вот.
Наверное, на моем лице все же отразилось глубокое удивление, потому что бабулька сразу засуетилась.
- Андрюшенька, может чаю тебе?
- Да, то есть, нет, - попутался я. Раз домовой семейством разжился, то теперь он был не транспортабелен. – Я только приехал. Паразита моего можно на ковер? Буду его воспитывать.
- Так ты что, может голодный?
Отрицательно покачав головой, я отнекивался, но соседка, кажется, совершенно меня не слушала.
- Так я ж пирожков напекла!
Она исчезла в недрах квартиры, окутанная сладким запахом сдобы, а у порога появился мелкий паразит, именуемый моим домовым. Общались мы мысленно, благо духи всегда были на это способны.
- Привет, Эйдан.
- И тебе не хворать, чудовище волосатое.
- От такого же слышу, - парировал поганец.
- Ты у нас теперь папашка?
- Угу,- гордо напыжился он, - пятеро!
- Рад за тебя, - улыбнулся я, - вот только кого я теперь на новое место жительства заберу?
- Да-а, кто ж за тобой, трутнем, убирать будет? - фыркнул кошак.
- Эй, я серьезно. Мне нужен домоправитель.
- Ребятёнка своего могу командировать, - кажется, он напыжился еще больше, если такое было возможно, - талантливые, все в меня!
- Ладно, давай ребенка, - я кивнул.
В самом деле, не отрывать же ему голову теперь. Семейный домовой к перевозкам был не пригоден.
- Завтра утром будет готов, - довольно ответил Камиль. Похоже, он был готов к этому разговору.
- Он у меня уже привык, - заметила подошедшая Вера Даниловна, - может, совсем оставишь?
- А мой паразит вас не объест? – улыбнулся я.
- Нет, - она протянула мне пакет, источающий аромат выпечки.
- Хорошо, только я вам буду денег высылать каждый месяц, - согласился я. - Как раз работу хорошую нашел. Котенка только возьму, привык я к младшим братьям в квартире.
Домовой слишком долго работал на меня, чтобы в чем-то нуждаться. Да и сама женщина была необоснованно добра к бедному соседу. Никогда не любил долгов и отдавал их при первой же возможности.
- Так ты уезжаешь? - старушка заинтересованно сверкнула глазами. – С той девушкой красивой, поди? Ох, хороша.
- Нет, не с ней, - покачал головой я, - просто буду работать не тут, в другом городе.
Разумеется, она даже не подозревала, что другой город находится в ином мире.
- Зайди завтра тогда, я тебе котеночка отдам, - она улыбнулась. – Самого лучшего выберу.
Я кивнул, и старательно изобразил уставшее выражение на лице. Видимо мне удалось, потому что соседка поспешно распрощалась, внимательно проследив, как я открываю дверь в квартиру. Наверное, надеялась увидеть хоть что-то интересное...
Лана уже ушла, оставив после себя терпкий запах духов и расколоченную пепельницу. Интересно, она переместилась во двор, или напрямую в машину, чтобы не мерзнуть снаружи? Ведьмы часто пользовались таким видом передвижения, поэтому я не экранизировал эту квартиру – мы встречались именно тут. В начале нашего знакомства я решил, что представиться магом было хорошей идеей. Как уже упоминалось, когда-то мне хотелось забрать её с Земли, поселив в собственном дворце на Неффастусе. Однако это чувство быстро прошло, когда мы узнали друг друга получше. Она великолепно вписывалась в те условия, которые себе создала. Сгрузив пирожки на стол, я включил мобильник и набрал нужный номер.
- Захар, привет. Не поздно? Я хочу, чтобы ты ежемесячно привозил деньги моей соседке. Да, у которой живет мой кот. Да, с того счета, который я тебе пополняю. И продай квартиру через неделю, она мне больше не нужна. Не забудь новую купить, кстати.
Обговорив все условия по телефону, я направился в город. На улице было холодно - осеннее пальто, в каком-то смысле, спасало от ранних заморозок. Но, как существо с изначально высокой температурой тела, я не был настроен на такую холодину. Подняв воротник повыше, я спрятал руки в карманы, уткнувшись носом в крупную вязку шарфа. За плечами свободно висел рюкзак, напичканный кучей нужных девайсов. Под тяжелыми ботинками Dr.Martines хрустел легкий ледок, превращаясь в грязноватую кашу.
Я направился в центр города, к знакомой бесовке, которая держала крупнейший в стране магазин магических принадлежностей. В этой лавочке можно было найти всё - от золотистых камней, хранящих энергетику различных элементов и доставленных с Эры, до чешуи дракона с Шезгарта. Мне нужен был Ключ Элементов - маленькая вещичка, которая смогла бы переключать энергии владельца, в зависимости от желания. И особый металл с Корр-У, способный хранить верность владельцу. Примерно из такого состава, только эрийской версии, я сделал оружие для моей сестры.
Поймав такси, уже через десять минут я был на месте. Маленькое неприметное здание в пустынном переулке - наверняка даже сами люди не знают, почему их так пугает именно этот тупичок, равно как и причин, по которым так хочется держаться от него подальше. Неприметная вывеска, крутые ступени вниз, ведь вход расположен в полуподвальном помещении. Колокольчик, звякнувший над дверью. Две огромные собаки на входе - представители умнейшей и свирепейшей породы, выведенной на Эре, специально для охраны. Они поочереди настороженно обнюхали меня и осторожно отошли назад. Животные знали - тягаться со мной им не по силам, но если потребуется, готовы были биться за хозяина до конца.
- Здравствуй, Эдриан, - хозяйка, как всегда, была за прилавком.
Её глаза цепко рассматривали меня, в который раз пытаясь угадать, к которой из рас я принадлежу.
- Здравствуй, Мириам, - я чуть поклонился, не выпуская её из виду. - Мне нужен один из редких товаров, и я готов заплатить.
- Наличкой или картой? - деловито уточнила бесовка.
- Чек, - улыбнулся я.
- Что нужно приобрести?
- Ключ Элементов. Металл тысячи душ в чеканке на три меры.
- Две с половиной тысячи монет.
- Идет, - я согласился. - Получишь в банке.
Цена была немного завышена, но торговаться не было ни сил, ни желания. Иногда проще всего заплатить, нежели пытаться торговать. Я всего лишь хотел быстрее распрощаться с насущными делами на Земле и вернуться назад, на Эру. Хотя сам не понимал, что же тянуло меня назад.
Бесовка скрылась за дверью, ведущей на склад, оставив меня в обществе своих домашних животных. Собаки внимательно следили - каждая со своего угла, но придвинуться ближе не рискнули бы никогда, я это знал точно. Мириам появилась через десять минут, бережно держа в наманикюренных лапках маленькую резную коробочку. Поставив драгоценную ношу на прилавок, она откинула крышку, и аккуратно достала ажурный металлический ключик, от которого расходились волны силы. Я кивнул. Бесовка улыбнулась, и добавила в коробочку три плоские монеты легкого золотистого цвета. В ответ я достал документы и выписал чек, ровно на затребованную сумму.
- Можно воспользоваться туалетом, - вообще-то я планировал закончить работу дома, но мне попросту не терпелось.
Бесовка внимательно посмотрела на меня, потом нехотя кивнула, показав на дверь в дальнем углу комнаты. Забавно, но, кажется, она считала меня сильнейшим некромантом, способным скрывать свои татуировки силы. Меня – Светлого!
Зайдя внутрь, я заперся изнутри. Так... В помещении было две камеры - одна под потолком, а другая у зеркала. Обе казались хорошо замаскированы, но, кто ищет - тот всегда найдет, не так ли? Повысив температуру в локальной точке, я добился того, что они обе попросту сгорели. Я всегда был в курсе, что у меня мания преследования в облегченной форме. А ставить камеры в туалете - это нормально?
Сняв плащ, я закатал рукава свитера. Работы было всего на пару минут. Открыв коробочку, отданную мне бесовкой, я извлек металл. Он был тугоплавкий, но легкий, как пластик. Мне же оставалось только нагреть материю кончиками пальцев, превратив её в пластилин. Вытянув металл в тонкую струну, я переплел частицы ажурным плетением, образовав подобие нескольких коконов. Когда металлическая колыбель была готова, я достал из кармана осколки защитного камня из Эры - фиолетово-серебристые, с золотыми искрами по всей поверхности - и замкнул каждый в собственную оправу. Ключ же просто положил в карман, чтобы перепродать его – в отдельных местах такой амулет был весьма редок.
Проведя ладонями по своим творениям, я пробудил силу, и амулеты ожили. Камни начали сиять изнутри, сохранив свой насыщенный сиренево-фиолетовый цвет, но заиграв красными и темно-багровыми сполохами изнутри. Оправа задвигалась змейками, медленно меняя форму и оплетая камни все новыми витками. То, что я и хотел. Быть может не совсем гармонично по цвету, но энергетика - что надо. Каждое из моих изделий было миниатюрной заглушкой для сторонних сил. Это означало, что владелец не только получал красивую безделушку, но и вполне себе функциональный амулет.
Я ссыпал только что изготовленные вещицы в карман - на создателя его изделия редко действуют, поэтому, большинство штук, созданных мной для Эйдана, Бога Огня, были бесполезны... Ирония, не правда ли? Я мог пользоваться только несколькими артефактами собственного производства - они создавались долго и трудно, но, безусловно, стоили того.
Оправив свитер, я надел пальто, прицепил дежурную улыбку и вышел в лавку. Далее последовали обычные заверения во взаимоуважении, приятном сотрудничестве и предложения заходить ещё. Звякание колокольчика при выходе. Я вдохнул морозный воздух полной грудью – он чем-то напомнил мне ту сладостную свежесть, ощущаемую ранее. Быть может, я так и стоял бы там, не способный оторваться от тонкого призрака неясного мне удовольствия, но вдруг послышались крики.
Район, в котором я находился, не был таким уж спокойным – именно тут находился бар «Черный Дым», в котором собиралась вся окрестная нечисть. Но, обычно, они не желали привлекать к себе внимания. Не знаю, что это было с моей стороны. Вероятнее всего, простое любопытство, которым я славился. Но, разумеется, осознание этого совершенно мне не помешало. Просто физически необходимо было узнать, в чем там дело. Прямо сейчас.
Как я и ожидал, суматоха была возле бара. Вокруг сновали люди, что-то горело и даже явно ощущалась энергетика моего старшего брата (этот что тут делает, вообще не понятно), а Лана... Лана была одета в черное, и стояла возле стены, плотно прижатая к кирпичной кладке рослым вампиром. И он целовал её, пока женщина неловко отбивалась. В голове пронесся логичный вопрос - какого беса эта ведьма не спит дома в тепле, но когда я увидел происходящее, мысли исчезли, полностью сменившись горячей яростью.
Из моего горла вырвался рык, не хуже боевого клича Призрачных Барсов. Рука сама вытянулась в сторону, плавно, нежно, как в танце. Энергия ауры сгустилась вокруг ладони, выгибаясь в многометровый огненный хлыст, опутавший меня кольцами и с шипением хлестнувший концом по земле. Из зрачков полыхнули блики пламени - худо-бедно, но я всё еще себя контролировал.
В голове крутился только один вопрос... Какого хрена тут происходит?!
Переплетаясь переливами,
Раскрашен мир палитрой света.
И радуги небесной крыльями,
И полнотой всех чувств согрета,
Я в незабвенной небывандии,
Там исполняются мечты.
Я в мире яркости фантазии
И бесконечной красоты.
Все краски на холсте вселенной
Хоть видимы впервые мной,
Вкушаю взглядом, все бесценно.
И этот мир, он тоже мой.
Зариланна входила в очередной Цикл Посвящения. Своеобразное обновление, физическое и духовное, Охотника Великой Пустоты. Такое уже было, когда она только выбрала свой путь и стала Судьей. И после Цикл повторялся каждые тысячу лет.
Какова бы ни была цель, я все равно не могла понять причину - зачем испытывать болезненные ощущения снова и снова. А Цикл рождал в Богине нестерпимую боль, из-за которой можно было сойти с ума, хотя Зариланна считала, что это наоборот такой способ не потерять разум в бесконечности божественной жизни.
Потому ей так тяжело сейчас давалось использование своих сил.
Она чувствовала приближение следующего этапа, а это означало, что Лана могла в любой момент потерять контроль над телом, передавая его в руки своей Теневой сущности.
Она не хотела находиться в чужом мире, когда потеряет себя.
Истина собиралась отправиться на Неффастус, в надежде поддержки от родного мира.
И я тьма как хотела отправиться с ней, чтобы наконец увидеть тот самый удивительный мир.
На самом деле, Лана к образованию относилась серьезно только в случае практики, а не теории. Потому без единого упрека согласилась взять меня с собой. Ведь сейчас, в мой первый образовательный цикл в Академии, могла быть лишь теория.
Я попрощалась с Тиа - она оставалась на Эре, продолжая покорять стихии. Шурка на своих двоих отправился на Землю, у него были способности - при полете перемещаться между мирами, Богиня в свое время наделила его таким даром.
Истина на моих глазах прорезала воздух, и материя распалась, являя дыру в себе, словно окно. Я предвкушала незабываемое приключение, меня тянуло в портал неимоверно. Я тоже так смогу, - пронеслось в моей голове прежде, чем меня захватил вихрь межмилья пространств.
Я впервые видела Неффастус, хотя часто слышала о нем от Темной. Но даже ее самые красочные рассказы не могли сравниться с реальностью.
Здесь все являлось неизменным танцем гармонии и идеала.
Я не могла оторвать взгляд от светил, парящих в небе меж звезд. А мосты, соединяющие острова жизни, поражали яркостью красок.
Казалось, что так близко, и вместе с тем, так далеко, одновременно существовало еще множество островов, парящих в небе... а может и не в небе.
И каждый остров был усыпан блеском и красотой построенных дворцов.
Каждый дворец я видела ясно: либо из хрусталя, прозрачный, как сам воздух; или из золота, сияя в лучах светил ярче их самих; или лунного света, отливая то ли серебром, то ли платиной. Полностью из великолепных разноцветных цветов, выращенных божественной силой… или водные, фонтанообразные, расположенные каскадом. Лишь Тени было известно, как именно вода держалась и не орошала остров под силой ее притяжения. А может, там и не было этой силы. Возможно, там правили свои законы, не известные Ньютону и ученым иных миров.
Не знаю, как долго я смотрела вокруг. Здесь было неимоверно тихо, и, в то же время, все пространство было пропитано всевозможными звуками. Как и запахи - пахло всем сразу, и, вместе с тем, не пахло вовсе. Чувства вопили от обилия энергии и покоя. Я впитывала в себя зрелище, понимая, что этот мир мне ближе, чем все остальные вместе взятые.
Еле замечая, как Темная присаживается в траву, я развернулась и увидела дворец, который создала Истина для себя.
Да, передо мной был полностью ее стиль. Остроконечные крыши, с завитыми вверх границами, полупрозрачные панельные стены. Преобладали зеленый и красный цвета.
Рука Богини была ясна в каждом штрихе, в каждом листочке и столбике, а атмосфера казалась такой сердечной, словно весь остров тянулся к ней, как к матери, приветствуя ее дома.
- Ты давно здесь не была, верно? - обратилась я к Лане, вполоборота следя за ее застывшей фигурой. Когда она мне не ответила, я взглянула на нее.
- Лана?
Темная так внимательно на меня смотрела, что я готова была поклясться, что у меня выросло лишнее ухо на лбу.
- Привет... – медленно проговорила она, но я четко расслышала новые звуковые оттенки в ее голосе. - Ты и есть чудо-чадо, верно?
- Чудо-чадо? – переспросила я.
- Я Сэнджун, Теневая Сущность Темной, - ответила мне Зариланна, хотя я все больше сомневалась, что сейчас я общаюсь с ней.
- Возможно, и есть... - я нахмурилась, - Ты подшучиваешь надо мной.
На что Лана наклонила в сторону голову и откровенно ухмыльнулась.
- Шутник - мое второе имя! - заявила она мне.
- Ты заболела?
- Может, - пожала Темная плечами. - Заболевание мое уж очень страшное – безумие, - осклабилась Лана.
- Ой-ёй! - пискнула я, не на шутку перепугавшись. – Лана?
- Лана в ауте, - улыбнулась она, - точнее, в нокауте.
- Надолго? – прочистив горло, решила подыграть я.
- Навряд ли, - обреченно вздохнула Сущность, и тут же похлопала меня по плечу. – Да успокойся, Мелкоян! Можешь звать меня Сэн.
Я зажмурилась, пытаясь прийти в себя. Вспомнила все, что мне сказала Темная перед приходом на Неффастус.
- Так ты не Лана? - недоверчиво спросила я у сидящей... женщины?
- Да говорят тебе, Лана в отключке. Я временный хозяин тела.
- Кажется я слышала о таком... - задумалась я.
Сущность не выдержала, и погрузилась в объяснения. Все же, немного теории никогда не помешает:
- Рина живет с Сэн сколько себя помнит, они неразлучны. А в форсмажорной ситуации Сэн рулит телом. Такое бывает редко, не думай.
- И не собиралась... – чуть зависла я, обрабатывая информацию. - Так ты живешь с Ланой, воспринимаешь все вместе с ней? Ощущаешь? - на каждый вопрос она кивала головой. - И все-все про нее знаешь?
- Все! - гордо ответил Сэн. - Хочешь, спрашивай!
- Сколько ей лет? – тут же нашлась я.
Мой вопрос вызвал смех.
- Таких цифр не существует.
- А почему стала Охотником? – новый вопрос, и улыбка собеседника – или -цы? – стала еще шире.
- А Тьма ее знает! Охотниками как бы... рождаются. А вот почему эта психованная прошла полное Посвящение... Да тут и майхар ногу сломит!
- А насчет мужчин? - не унималась я. – Правда, говорят...
- Уу, об этом не спрашивай.
Серьезное лицо не смутило мое любопытство:
- Почему? - удивилась я.
- Не спрашивай и все, говорят же. - Нахмурилась Сущность.
Я замолкла на пару минут, но все же продолжила задавать вопросы. Когда еще может представиться такая хорошая возможность?
- А она, то есть ты, вы чувствуете других Богов?
На мне сосредоточили долгий пронзительный взгляд.
- Родственников чуем по энергии. У них типо... "запашок".
- А меня? - спросила я. – У матушки было предположение, что я могу быть дочерью Богов. Это чувствуется?
- Ага, штхарр как сильно.
Я переварила эту новость, и поставила галочку в импровизированном списке важных пунктов. Надо ковать, что там куют, пока горячо.
Следующий пункт.
- Мне надо кое-кого разыскать. Я знаю что он Бог, но не знаю где он. Ты сможешь почувствовать?
- Если он Бог. Выкладывай.
- Он тменоволосый, с яркими серыми глазами, он красив и высок. – Тут я замешкалась, подбирая слова, в которых не совсем была уверена. - Он может, как это выразить?.. управлять временным циклом...
- То Лэйдер стало быть. Он сейчас... - на миг замолкнув, Сущность долго смотрела на меня, а потом выдала. - Он на Земле. Да. "Черный дым" собрал братьев. Диво прям.
- Ты пропустишь меня туда? - взмолилась я. - Мне ну очень надо!
Я аж сложила ладоши вместе, молясь за положительный ответ.
- Не уверен, что мне удастся, - нахмурился Сэн. – Сейчас сила не стабильна, второй этап начинается.
Я погрустнела. Казалось, что ответ находится так близко, но, видимо, не судьба.
- Но я могу вызвать Шурика. – Я выразила свою неуверенность, на что меня еще раз похлопали по плечу. - Он отправит по высшему разряду, не боись!
Тут же, откуда не возьмись, вылетел Шурик, с каким-то железным пылесосом в когтях. Он с удивлением огляделся вокруг, и вдруг заголосил, словно сирена.
- Сэн? Какого красноречия ты меня призываешь?
- Шурай! И я тебе рад, давно не общались. Нужна комфортная доставка Мелкояна на Землю.
Шура скептически взглянул на меня, но тут же пожал плечами, выдавая:
- Ладно, но правда я только оттуда. Куда именно доставить?
- «Черный дым», - скривилась я, надеясь, что это название что-то для Шуры да значит.
Он кивнул, поворачиваясь ко мне спиной. Я залезла на пернатого, вципилась в перья, и помахала на прощание Сэну.
- Только не говори Лане. Я, надеюсь, быстро.
- Мелкоян, но она уже знает, - рассмеялась Сущность.
- А, не важно. Шура! От винта!
- Эх, залетная! - пропел пернатый и перед моими глазами все завертелось.
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги