(не) Целуй меня, Дракон

Я стояла перед зеркалом, и отражение смотрело на меня бездонным, холодным взглядом. 

Платье облегало тело, как вторая кожа — тяжелый, огненный шелк, сотканный в далеких мастерских Восточных островов, где ткачихи вплетали в нити капли рубиновой пыли, чтобы одежда сияла, будто живая. Корсет без бретелей, стянутый до невозможности, был вышит серебряными нитями и инкрустирован сапфирами — теми самыми, что когда-то пылились в сокровищницах драконов. Теперь они сверкали на мне, в память о том, как император обратил их род в камни.

На шее многоярусное ожерелье, каждый уровень тоньше паутины, каждый сапфир величиной с голубиное яйцо, оправленный в серебро с гравировкой древних рун подавления. Мне нельзя колдовать без разрешения. Таков указ императора.

На запястьях — браслеты, не просто украшения, а артефакты: тонкие серебряные обручи с выгравированными драконьими клыками, символом покоренной мощи. В огненно-рыжих волосах, уложенных в сложную диадему из кос и свободных прядей, переплетались серебряные нити — знак чистоты, власти и обета.

Я была готова.

С самого детства.

Император выбрал меня, когда мне едва исполнилось три года — в тот день, когда я, играя на площади во время праздника, неосознанно остановила работающий фонтан, заставив воду застыть в воздухе сверкающим куполом. Сильнейшая магесса империи. Только моя кровь, только моя магия могла укрепить власть его династии. Только я могла родить наследников, чья сила превзойдет даже его. И только моя воля удержит древнее проклятие, не дав драконам восстать из небытия.

Принц... Лориан.

Высокий, с темными волосами, всегда собранными в строгий узел у затылка, и теплыми глазами цвета старого золота. Он начал навещать меня после моего восемнадцатилетия, принося в дар редкие гримуары, засушенные цветы с горных склонов, где, по легендам, когда-то гнездились драконы, шелковые ленты, выкрашенные в цвет моих волос. Вчера... вчера он поцеловал меня. Не в щеку, как раньше, а в губы — осторожно, почти несмело, будто боялся, что я рассыплюсь у него в руках, как пепел. И я позволила.

Это правильно. Ведь я его невеста.

Теперь он с нетерпением ждал сегодняшней брачной ночи, о чем он сразу мне и сказал. Он возьмет меня, как и полагается будущему королю. Впитает в себя часть моей силы. И заменит отца на троне.

Все правильно. Все так и должно быть.

Я не знала другой жизни. Мои родители погибли, когда мне было пять лет — их карета сорвалась с обрыва по дороге в столицу. Но к тому моменту я уже была обручена с наследным принцем. Императорская семья забрала меня, поселила в западном крыле дворца, в покоях с окнами из цветного стекла, где солнечные лучи рисовали на полу узоры. Меня учили всему: от придворного этикета до темных заклятий, от поэзии до врачевания. А после совершеннолетия и искусству ублажать мужа в постели. Моя судьба была предопределена.

И все же... пальцы слегка дрогнули, сжимая складки платья. В груди что-то сжалось — не страх, нет, но... предчувствие.

За спиной раздались шаги — легкие, почти бесшумные, но я узнала их сразу.

— Сафира. Ну вот, — прозвучал знакомый приторно сладкий голос. — Ты почти уже жена.

Я не обернулась. В зеркале отразилась она — моя кузина.

Селия.

Ее платье было бледно-голубым, как лед, а волосы — цвета воронова крыла, ниспадающие волнами до талии. Когда-то, до моего рождения, именно она считалась сильнейшей. Именно ее прочили в жены Лориану.

Пока не появилась я.

Пока император не разорвал их помолвку одним росчерком пера.

— Ты прекрасна, — сказала Селия, подходя ближе. Ее пальцы коснулись моих волос, поправили серебряную нить. — Почти как настоящая императрица.

Я встретила ее взгляд в зеркале.

— Я ею и стану.

Она улыбнулась.

— Разумеется.

Я развернулась и увидела в ее руках небольшую шкатулку. Селия открыла ее с торжествующим видом, но внутри оказался лишь пустой черный камень — неприметный, словно обычный булыжник, вырванный из мостовой.

— Что это? — нахмурилась я, не понимая ее замысла.

Она не особо любила меня. Ее сладкие улыбки и нежные слова были лишь маской, которую она надевала перед императором и его семьей. Наедине же Селия либо молчала, либо смотрела так, что по спине пробегал холод.

— Мой свадебный подарок. Это сильный защитный артефакт, — прошептала она, и в ее голосе зазвучали нотки искреннего волнения. — Уверена, тебе он понравится. Тебе нужно лишь влить в него каплю своей магии. Колье же не блокирует ее полностью?

Я покачала головой. Да, я не могла колдовать в полную силу, но простейшие заклинания были мне доступны. Влить часть силы в камень — пустяк. Но зачем ей это? Зачем дарить мне «защитный» артефакт, если я не особо ее интересовала раньше?

Сомнения не оставляли меня, но капля магии не так много. Вдруг она и правда, хочет сделать что-то хорошее, перед тем как я стану женой принца? Я протянула руку, едва касаясь камня кончиками пальцев. С трудом выпустила в него тонкую струйку магии — и вдруг...

Камень ожил.

Он затрепетал, словно сердце, вырванное из груди, и на его поверхности побежали трещины, как молнии. Черная оболочка осыпалась, словно пепел, и в шкатулке остался сапфир невероятной красоты — осколок ночного неба, пойманный в ловушку земли. Он пульсировал мягким синим светом, словно дыша, и когда я коснулась его, камень потеплел, будто в нем билось живое тепло.

Я замерла, пораженная. Впервые видела такой артефакт. Его магия была... знакомой. Теплой, как прикосновение Лориана, и в то же время древней, как руны на моем ожерелье.

— Он прекрасен, — прошептала я, не в силах отвести взгляд.

Селия улыбнулась, и в этот момент ее улыбка показалась мне искренней.

— Носи его обязательно при себе, — сказала она, слегка наклонив голову. — Чтобы защита работала.

— Но его не использовать как украшение...

— Пока что можешь спрятать здесь. — Ее пальцы скользнули к ложбинке груди, и я поняла намек.

Осторожно опустила камень под платье. Сапфир прижался к коже, и его пульсация слилась с ритмом моего сердца. Удивительное ощущение — будто часть моей силы теперь жила отдельно от меня, но все еще была связана со мной невидимой нитью.

— Мне было не просто достать его, — добавила Селия, словно напрашиваясь на слова благодарности. Но, возможно, в этот раз она их действительно заслужила.

— Спасибо тебе, — сказала я, делая шаг к примирению. — Надеюсь, в будущем мы сможем найти общий язык. Все же ты единственная моя родственница.

Ее улыбка стала чуть шире, и на мгновение мне показалось, что в ее глазах мелькнуло что-то настоящее. Но уже в следующую секунду там вновь заплясали тени.

— Конечно, — ответила она. — Ну, а теперь тебе нужно спешить. Принц не будет ждать.

Я кивнула:

— Конечно.

За дверью меня уже ждали. Фрейлина подала мне алый букет, сотканный из огненных лилий и черных роз — символ союза крови и власти. Я накинула прозрачную фату, окрашенную в цвет заката, и ее длинный шлейф, словно река, поплыл за мной по мраморному полу.

Двери распахнулись, и я ступила на алый ковер, ведущий к храму.

Площадь перед дворцом была заполнена народом. Жители столицы, одетые в лучшие наряды, теснились за рядами стражей, их любопытные взгляды скользили по мне, словно пальцы по драгоценностям.

Шепот волной прокатился по толпе:

— Это она... Сильнейшая... Невеста принца… Будущая императрица…

Стражи стояли неподвижно, их доспехи сверкали под лучами солнца, а копья были устремлены в небо, будто черные деревья без листьев. Я шла медленно, чувствуя, как сапфир на груди пульсирует в такт шагам.

Впереди, у ступеней храма, ждал Лориан.

Он был облачен в парадные одежды — камзол из черного бархата, расшитый золотыми нитями, и плащ, под драконью кожу. Его темные волосы, собранные в строгий узел, оттеняли глаза цвета старого золота — теплые, живые, полные нетерпения.

Наши взгляды встретились, и в груди что-то дрогнуло.

Все правильно. Все так и должно быть.

Но почему тогда пальцы сжимают букет так, что стебли хрустят?

Шаг за шагом я приближалась к нему, к своей судьбе, к будущему, которое было предопределено с детства.

А сапфир на груди... все еще пульсировал. И не успела я пройти половину пути к храму, как он нагрелся и запульсировал сильней.

Но я шла.

Шла, хотя каждый шаг начал отзываться в висках глухим гулом, будто под ногами бился огромный барабан, закованный в землю. Шла, хотя камень на груди пылал, как раскаленный уголек, впиваясь в кожу сквозь тонкий шелк платья. Он пульсировал — сначала тихо, едва уловимо, а теперь так сильно, что казалось, будто в груди бьется второе сердце, чужое и древнее.

На меня смотрели.

Сотни глаз — жадных, восхищенных, завистливых.

Принц стоял у ступеней храма, прямой и непоколебимый, как клинок, воткнутый в камень. Его плащ повторяющий узор драконьей кожи переливался на солнце, словно живой, а золотые нити на камзоле мерцали, будто языки пламени. Но его глаза... были холодны. Как и подобает императорскому отпрыску. Он не должен показывать своего нетерпения.

За ним выстроилась императорская семья — строгие, как изваяния, с лицами, высеченными из мрамора. Императрица в черном бархате, расшитом рубинами, смотрела на меня с высоты своего величия, будто оценивая товар.

Я сжала букет так, что шипы черных роз впились в ладони, а капли крови впитались в алые ленты, которыми был перевязан букет.

И вдруг — ледяной укол в сердце.

Я вздрогнула, едва не выпустив цветы. Мой взгляд скользнул вниз.

Камень... исчез.

Но на его месте осталось жжение, будто кто-то вырвал камень из моей плоти, оставив рану, которая не кровоточила, но дышала холодом.

Я не должна сбавлять шаг. На меня смотрят. Меня оценивают. Даже через боль и головокружение, я должна идти.

Я сделала шаг.

Еще один.

И тогда небо взорвалось.

Рев разорвал воздух — низкий, гулкий, словно сама земля застонала от боли. Он прошелся по площади, заставив вибрировать стекла в окнах, сбил с ног нескольких горожан, и даже стражи в доспехах пошатнулись, хватая друг друга за плечи.

Я подняла голову.

Небо, еще секунду назад ясное и безмятежное, почернело. Тучи сгущались с невероятной скоростью, клубясь, как дым от гигантского костра. Гром грянул так, что задрожали стены храма, а где-то вдалеке, за черной пеленой, сверкнул багровый свет — будто кто-то поджег саму тьму.

И тогда я увидела их.

Крылья.

Огромные, кожистые, прорезающие тучи, как нож пергамент. Каждое движение — взрыв ветра, каждый взмах — грохот, будто ломаются горы.

— ДРАКОН! — закричал кто-то.

Голос сорвался в истерике.

Нет. Этого не может быть.

Драконы мертвы.

Обращены в камень.

Но он был здесь.

Чешуя его переливалась, как расплавленный металл — черная, с синеватым отливом, будто ночное небо, прошитое молниями.

Его глаза.

Они горели, как два сапфира, вырванных из самой глубины ночи — огромные, бездонные, переливающиеся тысячами синих искр. В их глубине мерцали целые галактики, будто кто-то заключил в них осколки звездного неба.

Когда он повернул ко мне свою исполинскую голову, эти сапфиры вспыхнули ярче, затягивая взгляд, как в водоворот.

Он летел прямо на меня.

На площадь обрушился хаос.

Люди метались, как испуганные звери, давя друг друга. Стражи пытались удержать толпу, но их копья ломались, как трости, под напором обезумевших горожан.

Императорскую семью уже уводили в храм.

Лориан обернулся. Наши взгляды встретились. В его глазах не было страха. Только ярость.

Чистая, необузданная, как пламя.

И тогда дракон спустился.

Его тень накрыла меня, холодная и тяжелая, как саван.

Стражу отшвырнуло потоком воздуха от движения его крыльев. Странно. Меня она затронула слегка, только срывая с моей головы фату.

Лапы сомкнулись вокруг талии — осторожно, почти нежно, но с силой, против которой я была бессильна. Когти, каждый длиннее моего пальца, не пробили шелк, будто он боялся оставить царапину.

Я даже не могла кричать, настолько я обессилела, с той минуты как исчез сапфир.

Последнее, что я помню:

— Нет! — крик Лориана, полный ненависти.

Взмах крыльев.

Земля ушла из-под ног.

И холод.

Холод повсюду — в груди, в легких, в самой крови.

А потом — тьма.

И пульсация в груди, которая теперь билась в такт с чем-то древним.

С чем-то... драконьим.

Дорогие читатели) добро пожаловать в новинку ❤❤❤

Визуал нашей героини в свадебном платье и заодно обложка в лучшем качестве.

(позже в главах будут еще визуалы^^)

Не забывайте ставить сердечки на книгу)) Это очень важно для автора и рейтинга книги^^

Мое сознание то возвращалось, то снова уплывало, словно я плыла по бурной реке между сном и явью. Я видела горы, пронзающие облака, леса, раскинувшиеся под нами бескрайним зеленым ковром. Ветер свистел в ушах, холодный и резкий, но его лапа, обхватившая меня, была горячей, не давала мне замерзнуть.

Он держал меня крепко, так крепко, что я не могла пошевелиться — не из-за силы, а из-за страха, который сковывал каждую мышцу. Он не отпустит. Это единственное что радовало, иначе я бы разбилась о скалы.

Следующий раз, когда я очнулась, он приземлялся. Удар когтистых лап о мраморный пол отозвался глухим эхом в заброшенном на вид храме. Осторожно, почти бережно, он опустил меня на ноги. Но прежде, чем я успела сделать шаг, его коготь скользнул по моему плечу — быстрый, точный, как удар лезвия. Боль вспыхнула острой иглой, но тут же притупилась. Я замерла, глядя, как капли крови скатываются по моей коже, а он поднес лапу к алтарю, окропив его моей кровью.

Внутри все похолодело. Неужели это…

Я окончательно пришла в себя, осмотревшись. Храм был старым, полуразрушенным, но алтарь… алтарь сиял. Чистый, отполированный временем и магией, он дышал древней силой.

Один из древних храмов Мира.

Дракон провел когтем по собственной шее, и его кровь — густая, темная, с синеватым отливом — хлынула на камень.

— Нет! — я вскрикнула, отшатнувшись.

Но было уже поздно.

Алтарь поглотил его кровь, и в тот же миг на моем плече, рядом с ключицей, кожа зажглась жгучим холодом. Я опустила голову и увидела.

Метку.

Еле заметную, но отчетливую. Переплетение линий, напоминающее руны, но живые, будто вплавленные в кожу.

Брачная метка.

Спиной я уперлась в холодный камень стены, не веря своим глазам. Дракон взревел — звук, от которого задрожали остатки витражей в окнах. Я содрогнулась, а он…

Он изменился.

Черно-синий дым окутал его, закрутился, словно живой, и когда он рассеялся, передо мной стоял мужчина.

Высокий. Статный.

Его черные волосы были коротко острижены, но беспорядочные пряди падали на лоб, будто он только что вышел из битвы. Глаза — синие, яркие, как те сапфиры, что горели в его драконьем облике. Тонкие, но выразительные черты лица, высокие скулы, густые брови, придававшие взгляду хищную резкость.

А на левой руке и плече — вязь черных узоров. Орнаменты, которые я видела лишь однажды, в детстве, в древнем фолианте о забытых ритуалах.

Знаки Мира. Он не достоин носить их!

На нем не было ничего, кроме простых черных брюк, обтягивающих бедра, и я невольно отвела взгляд, чувствуя, как жар разливается по щекам.

Его глаза нашли меня.

И он ухмыльнулся.

Я попятилась, и камни старого храма больно впились в кожу спины. Сбоку — обрыв. Глубокий, темный, бездонный. Я бы восхитилась видами. За обрывом горы, водопад и бескрайние прекрасные леса. Но я в ловушке дракона.

Мне не убежать.

— Не бойся, — его голос был низким, с хрипотцой, будто долгие годы не использовался для человеческой речи. — Храм пусть и старый, но выдержит нас. К тому же — ты моя! А я не дам своей женщине разбиться.

Он сделал шаг вперед, и я вжалась в камень, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

— Это… невозможно, — прошептала я. — Драконы мертвы. Это всего лишь сон…

Он рассмеялся, и звук этот был теплым, несмотря на всю его опасность.

— Ошибаешься, невеста.

Еще шаг.

Еще ближе.

Я закрыла глаза, ожидая… не знаю чего.

Но вместо боли или гнева его пальцы коснулись моей щеки, легкие, как перо. Я отшатнулась:

— Не трогай меня. Я принадлежу другому.

Он нахмурился.

— Это не так. Ты принадлежишь только себе.

Его взгляд скользнул по моей шее, по сапфирам, душившим меня с самого утра. В его глазах сверкнуло что-то злое, пугающее. Я сжалась от испуга. Что он сделает со мной? Я ведь даже не могу постоять за себя.

Но неожиданно одним легким движением он разорвал цепи ожерелья. Металл лопнул с тихим звоном, словно разбитый хрусталь, и тяжелые сапфиры, освобожденные от плена, упали на мраморный пол. Они покатились, стуча, как капли дождя по стеклу, рассыпаясь в темноте храма.

Я вскинула на него глаза, не веря тому, что произошло.

— Никто не смеет блокировать магию моей невесты, — прошептал он, и в его голосе звучала неподдельная ярость.

И тогда я почувствовала.

Как будто внутри меня разорвалась плотина. Магия, скованная годами, хлынула через край, заполняя каждую клеточку тела. Она пульсировала в висках, жгла кончики пальцев, рвалась наружу. Я тут же собрала всю силу, сжала кулаки и оттолкнув дракона за плечо…

Атаковала.

Волна серебристой магии ударила в него, но... рассыпалась в воздухе, даже не коснувшись его кожи. Она просто исчезла, словно поглощенная невидимым щитом.

Дракон усмехнулся.

— А вот теперь ты видишь? Ты не сможешь мне навредить. Ведь мы связаны. Магия Мира соединила нас.

— Не может быть, — прошептала я, чувствуя, как подкатывает тошнота к горлу. — Я обещана... принцу...

— Забудь о нем. Ты даже не представляешь, что он и его отец задумали. Думаешь, ты просто так получила осколок моего сердца? Просто так пробудила меня?

— Что? — Я не понимала. — Что еще за осколок?

— Тот, что сейчас бьется в твоем сердце…

Он коснулся ладонью моей груди, и я попыталась отстраниться, но его другая рука обхватила мою талию, прижимая к себе. Он был близко. Настолько, что я чувствовала его горячее дыхание на щеке, когда он опустил голову. Его глаза горели магией, и я боялась смотреть в них — слишком они притягивали, словно омуты, готовые поглотить меня целиком.

— Я объясню. Но не сейчас. Ты и так слишком напугана. Главное — завершить брачный ритуал.

Его ладонь скользнула по моей шее. Пальцы сжали подбородок, заставляя поднять голову.

Что он собирается делать?

Брачный ритуал... Поцелуй.

Он потянулся ко мне, и я забилась в его руках, вскрикнув:

— Не целуй меня, ДРАКОН!

Последнее слово я выплюнула со всей ненавистью, что клокотала во мне. Он завладел мной, бессовестно выкрав прямо со свадьбы, на глазах у жениха. Он — дракон, враг моего народа. Враг всего мира. И теперь... мой жених.

Немыслимо!

Я не допущу поцелуя. Не дам ему завладеть мной окончательно.

Его губы почти касались моих. В его глазах читалась злость, но он ухмыльнулся на мой вскрик:

— Ты сама попросишь меня об этом поцелуе. А пока... спи, дорогая. Тебе понадобятся силы.

Из его губ полился густой синий дым. Я невольно вдохнула его — и тут же почувствовала, как слабость разливается по телу. Ноги подкосились, сознание поплыло.

Последнее, что я увидела перед тем, как тьма поглотила меня, — его горящие сапфировые глаза и усмешку в них: – "Ты моя."

И мир погас.

А вот и картиночки для передачи настроения предыдущих глав^^

Напишите, нравится ли вам такой формат. Стоит ли продолжать выкладывать визуалы)

Я проснулась от лучей солнца, пробивающихся сквозь что-то синее и полупрозрачное. Веки были тяжелыми, тело — словно налитым свинцом, но я заставила себя открыть глаза.

Пещера.

Но не та, что обычно представляешь, когда думаешь о пещере — темная, сырая, пахнущая сыростью и смертью. Нет. Стены вокруг сверкали, будто усыпанные тысячами звезд. При ближайшем рассмотрении я поняла — это кристаллы. Сапфиры. Такие же, как те, что украшали мое ожерелье. Они росли прямо из камня, переливаясь в лучах света, будто живые.

Я лежала на мягкой кровати. На мне было новое платье — темно-синее, простое, без корсета, без цепей, без всего, что сковывало меня годами. Ткань была мягкой, и легкой.

И тогда меня осенило.

Это он меня переодел?

Жар стыда и ярости ударил в лицо.

— Демонов дракон, чтоб его! — вырвалось у меня, и эхо разнесло слова по пещере, заставив кристаллы дрожать.

Я резко встала, едва не споткнувшись о край шкур, и принялась осматриваться.

Пещера оказалась… уютной. Да, именно так. Пространство было вытянутым, с высоким потолком, уходящим в темноту, но здесь было светло — сапфиры в стенах излучали мягкий голубой свет, смешиваясь с солнечными лучами, падающими из… окон?

Да, окна.

Огромные, арочные, будто вырезанные из самой скалы, затянутые тончайшей синей тканью, пропускающей свет. Я подошла ближе, откинула ее — и замерла.

За стеклом окон, внизу, далеко-далеко, расстилались леса, реки, горы. Мы были так высоко, что облака плыли ниже края обрыва.

Бежать отсюда невозможно.

Сжав зубы, я продолжила осмотр.

В дальнем углу пещеры, за деревянной ширмой стояла ванна — высеченная из цельного камня. Рядом — умывальник, зеркало в раме из черного дерева, даже полочки с какими-то склянками. Все просто, но… продуманно. Учитывая, что это пещера.

Уборная была скрыта за резной ширмой, и я даже не стала задумываться, куда уходила вода. Мне было все равно.

Главное — найти выход.

Я метнулась к противоположной стене, где узкий проход вел вглубь пещеры. Но едва я сделала шаг, как воздух передо мной дрогнул, и я врезалась во что-то невидимое, но твердое.

— Ай!

Отшатнувшись, я потрогала пустое пространство перед собой.

Щит.

Магический барьер.

Я сжала кулаки, чувствуя, как магия клокочет во мне, свободная, не скованная больше ожерельем.

— Разрушай, — прошептала я, выпуская силу.

Но волна энергии ударила в барьер и… рассеялась, словно дым.

— Бесполезно, — раздался голос сзади.

Я обернулась.

Он стоял в проеме, ведущем куда-то вглубь пещеры, опершись плечом о камень. Все тот же — высокий, статный, с глазами, горящими, как сапфиры. Только теперь он был одет в простую рубашку с расстегнутым воротом, и черные узоры на его руке казались еще ярче.

— Это артефакт. Ты не выйдешь.

Я скрестила руки на груди, стараясь не дрожать.

— Где я?

— Дома, — он сделал шаг вперед, и я мгновенно отступила. — В моем доме. У каждого дракона есть своя пещера. Сапфиры здесь пропитаны моей магией, поэтому за тридцать лет пока я спал в облике камня, здесь ничего не изменилось. Так как я не был мертв, и моя магия жила. С дворцом немного другая история. Его обчистили, почти разрушили. Придется мне немного потрудиться, чтобы вернуть ему былую величественность.

— Дворец? – не поняла его. — Он же принадлежал Кайну. Императору драконов.

Мне стоило больших трудов, чтобы сохранить спокойствие.

Кайн был настоящим чудовищем. Я столько читала о нем. Могущественный император драконов, чья гордыня и жажда власти не знали границ. В древних хрониках говорилось, что он возжелал невесту императора магов — и однажды даже выкрал ее, держал в своем дворце, пока ей не удалось сбежать.

Но это стало его роковой ошибкой.

В тот же день император магов поспешно женился на своей невесте. Получив часть ее силы через брачный ритуал, он обрушил на Кайна древнее проклятие. В один миг все драконы обратились в каменные изваяния — а затем и сам Кайн, последний, застыл, погребенный под тяжестью собственной алчности.

Тридцать лет они спали.

И теперь… один из них стоял передо мной.

Я так увлеклась мыслями, что не сразу услышала его хмыканье.

— Пока я не пробужу императора, мне нужно позаботиться о дворце, — произнес он, словно это было самым обычным делом.

Мои пальцы впились в ткань платья, и я резко вспомнила — это не моя одежда. Гнев вспыхнул во мне.

— Ты… ты переодел меня!

— Конечно, — он пожал плечами, будто говорил о погоде. — Ты не могла вечно спать в свадебном платье.

— Не смей трогать меня!

— Не бойся, — его голос стал тише, но от этого только опаснее. — Я не стал бы брать то, что не дано добровольно.

Я хотела бросить в ответ еще колкость, но вдруг в груди что-то сжалось — резко, болезненно, будто невидимые когти впились в сердце. Я схватилась за грудь, скривившись от боли.

— Что… что это?

Он нахмурился, сделав шаг ко мне. Я отпрянула, прижавшись спиной к холодной стене пещеры.

— Осколок моего сердца.

— Какой еще осколок?! — мой голос дрогнул, но я уже и так догадывалась, хоть и не могла поверить.

— Тот, что тебе дали. Ты вложила в него свою магию. Моя сила приняла тебя и слилась с твоим сердцем.

Я замерла.

Селия.

Неужели она знала? Или это была ловушка с самого начала? Откуда у нее оказался осколок сердца дракона?

— Это… нельзя вынуть? — прошептала я, уже зная ответ.

— Нет, — он подошел ближе, и на этот раз я не смогла отстраниться, так как уже прижималась к стене. А сердце… оно билось все сильнее, и с каждой секундой боль нарастала. — Тебе нужны мои прикосновения, дорогая. Как бы ты ни злилась. Иначе все может плохо кончиться.

— Ты лжешь… — прошипела я, дрожащим голосом.

Он мягко рассмеялся:

— Ошибаешься, невеста.

Его пальцы скользнули по моему запястью, медленно, намеренно. Я попыталась вырваться, но он резко схватил меня за талию, притягивая к своей груди.

И тогда… боль отступила.

Тепло разлилось по венам, мягкое, успокаивающее, как волна, смывающая все на своем пути. Я не смогла сдержать тихого выдоха — предательского, слабого.

Он ухмыльнулся, словно знал, что так и будет, и наклонился, коснувшись губами моего лба.

Я вздрогнула, словно ошпаренная, и резко оттолкнула его.

— Не смей!

Но он лишь рассмеялся, отступая к выходу.

— Не скучай, милая. Я пока подготовлю для тебя покои во дворце, чтобы этой ночью ты уже спала в удобной кровати. Кухня вон за той дверью, — он лениво махнул рукой в сторону, но я даже не взглянула.

Как только его силуэт исчез в проеме, я бросилась вперед — и снова ударилась о невидимый барьер.

— Черт! — я ударила кулаком по пустому воздуху, но магия лишь дрогнула, не поддавшись.

Он ушел.

А я осталась одна — с осколком драконьего сердца в груди, с его теплом на коже и с яростью, которая горела ярче любого пламени.

Я просидела в пещере до тех пор, пока последние лучи солнца не уступили место холодному свету луны. Гнев кипел во мне, смешиваясь с усталостью и голодом, который становился все невыносимее. Сколько можно терпеть? Я сжала кулаки, но мой желудок предательски урчал, напоминая, что гордость — плохой советчик, когда тело требует пищи.

Пришлось сдаться.

Я встала и направилась к кухне, которую он так небрежно указал. В голове крутились мысли о том, как я откажусь от его еды, как буду игнорировать даже запах, но...

Дверь скрипнула, открываясь в небольшое, но удивительно уютное помещение.

Кухня.

Настоящая. С каменной печью, в стене, с деревянными шкафчиками, уставленными глиняной посудой. На полках — плетеные корзины с сушеными травами, их аромат витал в воздухе, смешиваясь с запахом старого дерева и специй. В углу стоял умывальник с медным краном, а рядом — нечто, напоминающее холодильную камеру, но работающее на магии. Артефакт, встроенный в дверцу, мерцал тусклым синим светом.

Как все это сохранилось за тридцать лет?

Я провела пальцем по поверхности стола — ни пылинки. Видимо, драконья магия защищала даже это место от времени.

Голод снова напомнил о себе. Я тяжело вздохнула и подошла к холодильнику. Внутри лежали свежие овощи: морковь с еще не увядшей ботвой, лук в золотистой кожуре, пучки зелени, сохранившие сочность, словно их только что сорвали с грядки. В глиняных кувшинах — масло, мед, даже сливки, покрытые тонкой пенкой. На нижней полке — крупы в холщовых мешочках, а в углу — несколько яиц, аккуратно уложенных в солому.

Скорее всего это принес уже Дракон, пока я спала. Продукты магией не сохранить. Только максимум на сутки под стазисным артефактом.

Посмотрев на все это, я тяжело вздохнула. Меня учили многому, но не готовить. Но делать нечего. Есть хочется. Придется импровизировать.

Я взяла морковь, лук, немного зелени и горсть крупы. Нашла небольшую кастрюлю — тяжелую, из темного чугуна, с причудливыми узорами по краям. Поставила ее в печь.

Теперь огонь.

Где тут артефакт? Осмотрев печь, я заметила небольшое углубление с темным камнем, испещренным тонкими серебристыми прожилками. Должно быть, он.

Я прикоснулась к нему, впустив тонкую струйку магии.

И — о чудо! — голубоватое пламя вспыхнуло под кастрюлей, ровное и почти бесшумное, будто живое.

— Отлично! — не сдержалась я, улыбнувшись.

Теперь овощи. Нож лежал на полке, тяжелый и острый, с рукоятью из темного дерева.

Принялась резать.

Ужасно.

Куски получались неровными, то толстыми, то тонкими, морковь упрямо скользила под лезвием. В очередной раз, когда нож соскользнул, я неловко дернула рукой — и острая боль пронзила палец.

— Ай!

Кровь тут же выступила из неглубокого, но болезненного пореза. Я вздохнула воздух между зубами, судорожно оглядываясь в поисках хоть чего-то, чем можно было бы перевязать рану. Разумеется, никаких трав я не нашла, чтобы исцелить рану. В шкафчиках — только посуда, на полках — специи.

Тогда я заметила чистую льняную тряпку, сложенную рядом с умывальником. Не раздумывая, схватила ее и, прижав к порезу, попыталась оторвать кусок зубами. Не вышло — ткань оказалась слишком плотной.

— Черт...

Я сердито прижала тряпку к столу и провела по краю ножом. Лоскут отрезался неровно, но свою роль выполнял. Обмотала палец, затянула потуже — кровь постепенно перестала сочиться.

— Вот и хорошо, — пробормотала я себе, бросая окровавленный нож в раковину.

Взяла другой — поменьше, с более тонким лезвием — и продолжила нарезать лук, теперь уже осторожнее. Слезы текли по щекам, но я стиснула зубы и закончила шинковку.

Демонов Дракон… все из-за тебя!

Я смешала все в миске, добавила масла — оно было густым, с ореховым ароматом, — и обернулась к печи.

Пламя уже подогревало кастрюлю, и я вылила в нее масло, наблюдая, как оно растекается по дну, испуская дымок. Затем бросила овощи. Они зашипели, запах лука и моркови наполнил кухню, и я невольно прикрыла глаза, вдыхая этот простой, но такой родной аромат.

— М-ммм, может что-то и получится, — прошептала я, помешивая ложкой.

Добавила крупу, залила водой из медного крана — она оказалась кристально чистой, с легким минеральным привкусом, — и накрыла крышкой.

Теперь ждать.

Решила пока жду, нарезать еще овощей для салата. Снова получалось не очень, но сойдет. Опустив овощи в глубокую посуду, налила капельку масла, перемешивая. Готово!

Я обернулась к печи. Вода не кипела, лишь лениво подрагивала, выпуская редкие пузырьки.

— Может, огонь слабый? — пробормотала я и влила еще немного магии в артефакт.

Камень проглотил энергию, но пламя даже не дрогнуло.

— Так, и что это такое...?

Я сжала кулаки. Неужели я не справлюсь даже с этим?

Еще порция магии.

И еще.

Ничего.

Я уже собиралась махнуть рукой, как вдруг —

ВЗРЫВ ПЛАМЕНИ.

Огонь рванул вверх, словно живой зверь, сорвавшийся с цепи. Языки пламени лизали потолок, оставляя на камне черные следы копоти. Воздух наполнился треском горящего дерева и едким дымом, который щипал глаза.

— Нет-нет-нет!

Я отпрянула. Сердце колотилось так, что казалось, вот-вот вырвется из груди. Пламя уже перекинулось на шкафчики, пожирая сушеные травы — их аромат сменился запахом гари. Огненный змей скользнул по полкам, охватывая глиняные горшки, которые лопались с резким треском, разбрасывая искры.

Все горит.

Я стояла, парализованная ужасом. И я даже не знаю, как остановить огонь. В груди вспыхнула злость на императорскую семью. Меня учили многому, но не главному. Мне разрешалось пользоваться магией в определенных случаях, и то, совсем немного. Учили лишь базовым заклинаниям. 

Да, я тайком изучала заклинания по старым гримуарам, но что, если я сделаю только хуже, ведь практики совершенно нет.

Сейчас не время для сомнений. Пещера горит!

— Ох, Боги.

Я закрыла глаза, вспоминая заклятие сжатия. Глубокий вдох. Выдох. Кончики пальцев затрепетали, наполняясь силой.

— Стихия, усмирись, стань узницей моей воли!

Магия хлынула наружу, сжимая пламя в невидимый кулак. Огонь сопротивлялся, вырывался, обжигал стены пещеры горячими волнами. Я сжала зубы до боли, чувствуя, как силы покидают меня.

Минута.

Две.

И наконец, огонь потух.

Я радостно похлопала в ладоши, но звук получился глухим — руки дрожали.

— Получилось...

Но эйфория длилась недолго. Осмотревшись, я поняла: кухня уничтожена. Стены почернели, как уголь, посуда покрылась сажей и трещинами. Запах гари въелся в одежду, волосы. А еда...

Сгорела.

Кроме салата, что стоял в углу. До него пламя не успело добраться.

Я взяла миску и, опустившись на кровать в своей комнате, принялась жевать пресные овощи. Горечь пепла смешалась со вкусом сырой моркови.

— Соль забыла...

Но это хоть что-то.

А вернувшись Дракон... меня прикончит.

Я стоял на руинах своего дворца, и каждая трещина в мраморе, каждый обвалившийся свод словно впивались в сердце. Адгард постарался на славу. Недостаточно было обратить нас в камень — он хотел стереть саму память о драконах. Но я выжил. И теперь, глядя на эти разрушения, чувствовал, как гнев клокочет в груди, горячее драконьего пламени.

Не так-то просто убить дракона.

Особенно императора.

Ветер шевелил мои волосы, неся запах пыли и древних камней. Я сжал кулаки, ощущая, как магия пульсирует в жилах — сильная, неукротимая. Тридцать лет в камне не сделали меня слабее. Наоборот. Теперь у меня была она.

Сафира.

Моя истинная.

Я закрыл глаза, вспоминая ее лицо — бледное от ярости и страха, огненно-рыжие волосы, глаза, полные ненависти. Она даже не подозревала, что императорская семья использовала ее, как когда-то Адгард использовал свою невесту.

Разумеется, только сильнейшая магесcа могла принять осколок моего сердца. Другая бы сгорела заживо. Но Сафира выдержала. И теперь мы связаны — магией, кровью, судьбой. Пусть даже она этого не понимает.

Я тяжело вздохнул, проводя рукой по грубой поверхности разрушенной колонны. Когда-то здесь был тронный зал. Здесь я правил. Здесь меня предали.

Адгард.

Его имя обжигало, как раскаленный клинок. Я видел его в столице — старика с холодными глазами, облаченного в бархат и рубины. Он изменился. Постарел. А я остался прежним — таким же, как в день проклятия. Моя магия не угасла. Наоборот, теперь, с Сафирой, она стала еще сильнее.

Он думал, что уничтожит меня навсегда.

Но он ошибся.

Я разжал кулаки, чувствуя, как по коже пробегают искры магии. Вокруг дворца уже работали люди — наемники, которым я хорошо заплатил и взял с них клятву молчания. Они восстанавливали стены, чистили мозаики, поднимали из руин то, что когда-то было символом моей власти.

Но главное — защитный купол.

Я поднял руку, выпуская в небо тонкую нить магии. Она растекалась по воздуху, как синяя паутина, сливаясь с другими нитями, пока над дворцом не сомкнулся прозрачный щит. Теперь здесь было безопасно. Теперь у меня было время.

Время для Сафиры.

Я знал, что она ненавидит меня. В ее глазах я был чудовищем — таким, каким меня изобразил Адгард. Она выросла на лжи, на историях о драконах-убийцах, драконах-насильниках.

Как он посмел?

Я сжал зубы, вспоминая, как она скривилась, произнеся мое имя. Кайн. Для нее это было символом зла. Поэтому я не решился сразу признаться ей, что этот ненавистный ей Кайн и есть ее истинный.

Но я покажу ей правду.

Правду о том, как Адгард подослал ко мне свою невесту. Как я, слепой дурак, влюбился в нее и отдал ей самое важное. Осколок моего сердца. Как она взяла его — и предала меня, использовав осколок для проклятия.

Сафира даже не догадывалась, что ее судьба — всего лишь повторение прошлого.

Сердце той женщины принадлежало Адгарду. Как и он любил ее. Поэтому не мог допустить, чтобы она приняла мой осколок. Они использовали проклятие и ждали. И вот нашли другую женщину, что смогла принять мое сердце. Выбрали жертву, вырастив ее так, как им было нужно. С ненавистью ко мне.

Нет, я не стану торопить события. Пусть Сафира привыкнет. Пусть узнает меня. Пусть поймет, что драконы — не монстры.

А потом...

Потом я расскажу ей, кто я на самом деле.

И что Адгард использовал ее.

Луна уже высоко поднялась над горами, когда я почувствовал неладное. Сердце трепыхалось от страха. Не мое. Сафиры.

Я резко развернулся, направляясь к пещере. Обратился в дракона и летел так быстро как мог. Я сегодня уже использовал слишком много магии, и не мог мгновенно переместиться к ней.

Даже издалека почувствовал запах гари.

Неужели…

Я ускорился.

---

Дверь на кухню была распахнута, и оттуда валил густой дым. Сердце сжалось — не от страха за пещеру, а за нее. Впрочем, едва я переступил порог, как дым рассеялся, будто его сжали в кулак невидимой силой.

И там, посреди черных от копоти стен, стояла она.

Вся в саже, с перепачканным подолом платья, но… гордая и счастливая.

Я скосил взгляд на плиту. Вернее, на то, что от нее осталось. Артефакт треснул, шкафчики обуглились, а на полу валялись обгоревшие овощи.

И только в ее руках — жалкая миска с сырым салатом.

Что-то я не подумал. Видимо она не умеет готовить. Если она жила во дворце, и ее готовили стать императрицей, вряд ли ей нужно было уметь готовить. Ну и дурак. Видимо годы в облике камня, сделали свое дело.

Быстро спрятался за барьером, в тени. Я еле сдерживался от смеха, бедняжка. А потом до меня резко дошло. А если бы она не смогла использовать магию? Судя по ожерелью на ее шее, которое я снял с нее вчера, ее контролировали и держали ее силу под запретом. Она неуверенно пользовалась ей. Даже когда атаковала меня вчера.

Усмехнулся, над подлостью Адгарда. Он даже не дал ей знаний о магии. Чтобы она не могла сопротивляться, или защищаться, если понадобится. Но ничего. Я ее всему обучу. Главное у нее есть шанс научится быстро. То, как она остановила огонь — очень неплохо. Не идеально, но главное она смогла.

Она угрюмо вернулась на кровать, и поставила перед собой миску с овощами, поморщившись попробовала морковь.

— Соль забыла...

Я таки не сдержал смеха, выходя из укрытия.

— Ты… подожгла кухню?

Она вздрогнула, услышав мой голос, и резко обернулась. Глаза — два горящих изумруда — сверкнули яростью, но в них мелькнуло и что-то еще. Стыд?

— Это… — она сжала миску так, что пальцы побелели. — Не смейся!

— Я не смеюсь, — соврал я, скрестив руки. — Просто… впечатлен.

Она фыркнула и отвернулась, но я успел заметить, как ее щеки порозовели. Несмотря на испачканную одежду и сажу на ее светлой нежной коже, она выглядела мило и до безумия привлекательно.

Как же было тяжело сдерживаться. Обычно дракон и его невеста не ждут и сразу подтверждают свою связь поцелуем. А тут мне приходится держать себя в узде, лишь бы не переборщить. Я не должен на нее давить. Она и так сильно напугана.

— Ты хотя бы поела? — спросил я, кивнув на салат.

— Да, — буркнула она. — Прекрасно поела.

Ложь. Я слышу, как жалобно урчит ее желудок.

Подошел ближе, разглядывая разрушения. Мысленно усмехнулся. Даже будучи камнем, я сохранил это место в целости. А тут все разрушила за мгновение одна очень милая, но грозная магиня.

— Артефакт перегрузила?

— Он… не работал как надо! — она выпалила, будто оправдываясь. — Я только добавила магии, а он…

— Взорвался?

— Загорелся, — поправила она, но тут же сжала губы, словно пожалев, что вообще заговорила.

Я вздохнул, подбирая с пола уцелевшую ложку.

— Ладно. Завтра починим.

Она нахмурилась.

— Ты… не злишься?

— За что? За то, что ты впервые попробовала магию по-настоящему и чуть не спалила мою пещеру? — Я усмехнулся. — Нет. Это даже забавно.

Ее брови поползли вверх.

— Забавно?

— Да. Потому что теперь я знаю, что ты не беспомощная принцесса. И ты можешь учиться магии.

Она было открыла рот, чтобы возразить, но задумалась. Видно, не сразу поняла смысл моих слов.

— Учиться магии? — Она заинтересованно проследила за мной взглядом.

— Верно. Моя невеста самая сильная магиня во всем мире. И не может справится, даже с простейшим артефактом, — сказал, поворачиваясь к ней. Она тут же стыдливо опустила глаза. — Ты не виновата. Тебя держали как птицу в клетке, забыв, что птицам место на воле. Я покажу тебе, как это.

Я ступил за барьер, кинув напоследок.

— Буду скоро. Принесу тебе еду… и новое платье. А пока можешь помыться. С этим артефактом справишься?

Усмехнулся, на последнем слове, получив в ответ ее возмущение.

— Конечно… — она начала, но я исчез в тени, оставив ее одну — с салатом, сажей и первой маленькой победой.
----
Как вам Кайн? Судя по его мыслям, он похож на монстра?)))^^

Я сидела на краю кровати, сжимая миску с недоеденным салатом, и чувствовала, как сажа въелась в кожу, оставляя на пальцах черные следы. Горечь во рту была не только от сырых овощей — от осознания собственного бессилия.

— Неужели я не могу даже приготовить простую еду?

Дракон исчез так же внезапно, как и появился, оставив после себя лишь легкий запах дыма и... странное ощущение. Не страх, не ненависть — что-то другое. Как будто его смех, теплый и низкий, все еще витал в воздухе, щекоча нервы.

Я поставила миску на пол и встала, ощущая, как платье прилипает к телу. Оно было удобным, но чужим. Как и все здесь.

—  Надо бы и правда искупаться... — пробормотала я себе под нос.

В углу спальни за ширмой стояла ванна — высеченная из камня, с узорами, напоминающими драконьи чешуйки. На краю лежал небольшой синий камень, испещренный серебристыми прожилками. Должно быть, это и есть артефакт.

Разумеется, я сама купалась во дворце и знаю, как пользоваться артефактом воды. Гадкий Дракон. Еще и смеет насмехаться надо мной!

Хотя… спасибо хоть не разозлился. Что бесило еще больше.

Я осторожно прикоснулась к артефакту, выпустив тонкую струйку магии.

Вода хлынула из ниоткуда, наполняя ванну за считанные секунды. Даже пенка появилась. Пар поднялся вверх, и я добавила в воду несколько капель масла, что стояли на полках высеченных прямо в стене. Аромат горных трав — мяты, лаванды, чего-то еще, терпкого и пряного, разнеслись по всей комнате.

— Хотя бы с этим справилась... — вздохнула я, сбрасывая платье.

Оно упало на пол с тихим шорохом, оставив меня стоять перед зеркалом сбоку, в одном белье. А ведь его на меня надевал Дракон. Чтоб его…

Я встретила собственный взгляд — зеленые глаза, расширенные от усталости, рыжие волосы, выбившиеся из косы и покрытые пеплом. А на плече рядом с ключицей… метка.

Тонкие, почти невидимые линии, переплетенные в странный узор. Они слегка светились, как будто под кожей бился крошечный огонек. Я провела пальцем по ним — и вздрогнула.

Тепло.

Не жар, не боль — просто тепло, мягкое, как прикосновение солнечного луча.

— Как же бесит, — прошептала я, сжимая кулаки. — Я определенно сплю. Это не может быть правдой.

Но метка пульсировала в ответ, будто живая.

Я резко отвернулась от зеркала. Сняв нижнее белье, опустилась в воду. Горячая волна обняла меня, смывая сажу, усталость, остатки гнева. Закрыв глаза, я погрузилась глубже, чувствуя, как мышцы расслабляются, а мысли становятся яснее.

Что теперь?

Бежать? Но куда? Даже если бы я смогла преодолеть барьер, я где-то высоко в горах. Без еды, без знаний о местности...

Может найти способ связаться с императором?

Мысль пронеслась, как молния, заставив сердце учащенно забиться.

Как мне это сделать? Может когда он доделает комнаты во дворце императора драконов? Он хотел меня перенести туда. Может оттуда я смогу сбежать? Или найти кого-то, кто сможет передать письмо?

А может они и сами меня ищут? Все же, все видели дракона. И знают куда он мог полететь. Конечно, во дворец. Может стоит пока немного подождать, и меня спасут?

Демонов Дракон. Он разрушил все, к чему я готовилась всю свою жизнь. И эта связь? Как теперь от нее избавиться? Может есть какая-то магия способная вынуть из моей груди его осколок?

Меня безумно бесит мысль, что я связана с таким чудовищем. Он ведь зло! Враг моего народа!

Но тогда почему... почему его смех не звучал злобно? Почему он не наказал меня за сожженную кухню? И смотрит так… так тепло…

Я резко вынырнула, откинув мокрые волосы назад.

— Неважно, — сказала себе твердо. — Он что-то замышляет.

Он делает это специально, чтобы я поддалась и завершила брачный ритуал поцелуем. Но я не сдамся, и буду ждать, когда мен спасут. Либо сама сбегу, как только подвернется возможность!

Вода постепенно остывала, а вместе с ней уходило и напряжение. Найдя в шкафчике мочалку, мыло и шампунь, смыла с себя всю грязь.

Выбралась из ванны, вода стекала с кожи, оставляя за собой легкий аромат лаванды и мяты. Завернулась в мягкое белое полотенце, которое нашла в шкафчике — ткань была нежной, как облако, и так приятно прилегала к телу. Откинув мокрые волосы назад, и шагнув вперед за ширму в комнату, вздрогнула.

У стола в дальнем конце комнаты стоял Дракон.

Наши взгляды встретились, и он ухмыльнулся, скользнув наглыми синими глазами по мне. Я тут же отпрянула за ширму, сердце бешено колотилось в груди.

— Я даже не слышала тебя! Как так можно, я же купалась! — выпалила я, стискивая полотенце так, что пальцы побелели.

— Ну и купайся, дорогая невеста. Я же не мешаю, — его голос звучал слишком спокойно, слишком... довольным.

Я задохнулась от его наглости.

— Я тебе не невеста! — выкрикнула, но даже мне это показалось жалким.

Он только приподнял бровь, медленно скользнув взглядом к моему плечу.

— Скажи это еще раз, но прежде посмотри на метку.

Я невольно коснулась кожи — узор пульсировал в ответ, словно живой. Проклятие!

Он что-то достал из холщового мешочка и двинулся ко мне.

— Стой, где стоишь! — резко бросила я.

Разумеется, он не послушался.

— Я принес тебе одежду. Не вредничай. Тем более — что я там не видел?

— Ох, ну и наглец... — прошипела я, но рука сама потянулась к свертку, который он протянул.

За ширмой развернула бумагу, и глаза расширились. Светло-голубое платье с кружевами. И белье... кружевное. Откровенное, почти прозрачное!

— Я не буду это надевать! — почти прорычала, сжимая ткань так, что кружево оставило свой рисунок на ладони.

— Прости, но я больше ничего не смог найти поблизости, — в его голосе вдруг прозвучало что-то похожее на сожаление. — Завтра сходим в ближайшую деревню и купим тебе одежду, и все, что захочешь. Мою сокровищницу вандалы из твоей империи не нашли, так что у меня есть средства, чтобы обеспечить свою будущую жену и детей.

Я открыла было рот, чтобы возмутиться, но... деревня. Мы выйдем из пещеры. Значит, будет шанс сбежать.

— Я хотел хотя бы спальню привести в порядок во дворце, но понадобилось больше времени. Поэтому сегодня уже не получится, но завтра после деревни — сразу туда, — добавил он, радуя меня новостями.

— Хорошо, — послушно проговорила я, заглушая злость.

Нужно вести себя смирно. Чтобы завтра он точно повел меня в деревню.

Быстро надела это развратное белье — кожа тут же покрылась мурашками от непривычного ощущения. Платье оказалось на удивление удобным, хоть и по фасону немного непривычным. Высушила волосы простейшим заклинанием и вышла, стараясь не смотреть на него.

На столе уже была разложена еда. Боги, как же я хочу есть.

Кажется, Дракон прочитал это по моему лицу.

— Идем. Здесь много вкусного. Тебе понравится.

Я видела. И пахло... изумительно.

Ладно. Побуду доброй. Совсем чуть-чуть.

Ради побега. А для него понадобятся силы.