(Не)чистая кровь

— Ненавижу подземелья! Ненавижу склепы и упырей, забившихся по норам, словно крысы! — сквозь зубы цедила я, пробираясь по узкому тоннелю, заросшему паутиной.

С потолка за шиворот сыпалась земляная пыль и мелкий мусор, липкая дрянь неприятно касалась лица, вызывая омерзение и стойкое желание убраться подальше от старого заброшенного дома и кротовых нор, вырытых мерзкими упырями. Этот подземный проход в любой момент мог обвалиться. Но выпускной экзамен, тлосс его задери, не оставлял выбора, вынуждал рисковать и не обращать внимания на неудобства. Когда получу заветный диплом стража, придется часто наведываться в такие места.

На лоб плюхнулась мохнатая многоножка и поползла по волосам, противно перебирая лапками. Испуганный визг подавила в зародыше — я не слабонервная девица, грохающаяся в обморок по малейшему поводу. Смахнув тварь на пол, припечатала ее носком сапога, с удовлетворением расслышав легкий хруст расплющенной до мокрого места ползучей дряни.

Ну почему приемная комиссия не выбрала лес, в котором водились опасные порождения злобных тьмагисов? Почему не нашлось захудалой деревеньки, которую следовало очистить от волколаков? Почему нам с напарником достался заброшенный дом со склепом, где гнездовались кровососущие выродки?

В том, что поблизости обосновались упыри, потерявшие рассудок и человеческий вид из-за бесконтрольного употребления крови, я уже не сомневалась. Только вампиры рыли ходы под землей, чтобы выбираться по ночам подальше от логова и нападать на случайных прохожих. Бывало, что под старыми домами находили катакомбы, многокилометровыми тоннелями опутывающие жилой район. В таких случаях по тревоге поднимали все отделы полиции, которые оцепляли близлежащие кварталы и караулили, когда из темных щелей повалят кровососы. Но в самую гущу клыкастых тварей приходилось лезть стражам. Специально обученным недольмагисам, натасканным на борьбу с упырями, волколаками или порождениями Нижнего мира, вроде тлоссов — уродливых карликов с серой кожей, длинными передними лапами и приплюснутой рогатой башкой.

Свернув в очередной коридор, я ощутила, как по телу прошла неприятная дрожь, а во рту появился противный привкус гнили. Логово близко! Захотелось закинуть в рот мятную тянучку, чтобы освежить дыхание. Но нельзя! Любой человеческий запах кровососы тут же почуют и нападут. Стражи пользовались специальным артефактом, отбивающим нюх у порождений тьмы. Да и, помимо него, имелся свод правил, которым кадеты академии стражей следовали с первого дня обучения. Никакого парфюма, душистых кремов, ароматных масел и прочих пахучих средств ухода. Только мыльный корень без отдушек и шампунь на его основе.

Я добралась до развилки, где подземный тоннель делал резкий поворот, и притаилась, присев на корточки. Привкус гнили усилился, вызывая приступ тошноты. Как хорошо, что я давно не первогодка! Тогда меня выворачивало наизнанку и тошнило до болезненных судорог и едкой желчи, стоило порождениям тьмы оказаться поблизости. За пять лет учебы я привыкла не обращать внимания на недомогание и даже научилась использовать с пользой для дела. Такая реакция организма подсказывала, что враг рядом. Значит, следовало быть предельно собранной и действовать, как учили наставники в академии.

Я поставила на взвод «светляк» — артефакт, излучающий магию света, губительную для порождений тьмы. Выдернула чеку светодымовой гранаты с частичками серебра и натянула на лицо очки, позволяющие видеть в тумане. Помимо этого, отбила по связующему амулету сообщение напарнику, что достигла условленного места и готова к атаке.

Дик Вестер — уверенный середнячок по теоретическим дисциплинам и первый в пятерке лидеров группы по физической подготовке. Мы с ним с третьего курса держались вместе и неплохо сработались в команде. Желающих встать со мной в пару было немало. В группе учились и более талантливые парни, но все они намекали на близкие отношения. И только Дик не позволял себе лишнего. Мы были приятелями, и это нас обоих устраивало до вчерашнего вечера.

На вечеринке в честь успешной сдачи теоретических экзаменов Дик Вестер изрядно набрался и сцепился с Майком — нашим извечным соперником. Пришлось разнимать парней и тащить напарника в общагу. Сосед Дика по комнате отсутствовал, что неудивительно — весь курс гулял на той вечеринке. Но я не первый раз оставалась с напарником наедине. Он не давал повода сомневаться в дружеских отношениях и ничего предосудительного не делал. Так что я без задней мысли дотащила парня до кровати, опрокинула его навзничь и хотела стянуть ботинки, как заботливая мамаша. Однако Дик внезапно очнулся и сграбастал меня в охапку, уткнувшись носом в мою макушку.

— Эй! Ты чего? Ложись спать! Завтра экзамен. Ты должен быть в форме. — Попыталась вывернуться из кольца рук. Но не тут-то было. Физически Вестер был крупнее, возвышался надо мной на голову и силищей обладал, как у медведя.

— Кьяра, скажи, я что-нибудь для тебя значу?

— Конечно! Ты мой напарник, и я тебе доверяю. Ты еще ни разу не подводил. Мы отлично сработались за эти годы, — охотно назвала причины, почему выбрала кадета среди остальных. Как лучшая ученица курса, имела на это право.

— И все? — Дик перехватил меня за плечи и чуть отстранился, заглядывая глаза. В них уже не плескалось ни капли хмеля. Когда только успел протрезветь?

— Все! Не понимаю, к чему ты завел этот разговор?

— К тому, что завтра после испытания ты отправишься в столичный Департамент стражей, а меня распределят на задворки империи. Мы ведь нескоро увидимся. А, может, вообще больше не встретимся.

— Я же говорила, что постараюсь замолвить словечко. Но сам понимаешь, в Департаменте я никого толком не знаю. Связями пока не обзавелась, поэтому, как скоро получится ходатайствовать о переводе, не могу обещать заранее.

— Кьяра, я не об этом! — Вестер поморщился, затем подхватил двумя пальцами мой подбородок и задрал вверх, вынуждая смотреть в глаза. — Я имел в виду, нравлюсь ли тебе как мужчина?

— Дик, не начинай, пожалуйста. — Мысленно застонала, догадываясь, что за этим последует. — Только не ты!

— Почему, Кьяра? Почему отталкиваешь любого, кто осмеливается к тебе приблизиться? Почему не даешь даже малюсенького шанса?

— Дик, ты же помнишь, на каких условиях стал напарником? Ни слова о личной жизни! Я не лезу в твои отношения, ты не лезешь в мои. Неужели это так сложно?

— Да, Кьяра! Невероятно сложно! Находиться рядом и не иметь возможности обнять. Видеть эти губы, — прошелся по моему рту большим пальцем, — и не целовать их. Сегодня последний наш вечер. Дай мне надежду! Позволь обрести цель, ради которой я буду ждать, сколько придется.

Разрешения Дик не спрашивал. Он накрыл мои губы поцелуем, сминая их жадно, неумело. Рукой парень зафиксировал затылок, чтобы не сопротивлялась, и нагло терзал мой рот своими пухлыми губами, обдавая запахом хмеля и горчичной приправы. Меня настолько ошеломила наглость Вестера, нарушившего договор, что пару секунд удивленно хлопала глазами, позволяя себя целовать. Затем вскипевшее возмущение ударило в голову. Я пробила прямой апперкот нахалу и залепила звонкую пощечину, после чего сбежала куда глаза глядят.

К себе в комнату не пошла. До утра просидела на крыше главной башни академии, обнимая руками колени и созерцая столицу с высоты птичьего полета. Утром на последнее построение Дик пришел, как ни в чем ни бывало. Синяк от пощечины свел, держался непринужденно и даже пытался шутить, чтобы поднять мне настроение. Но шутки — не его конек, о чем сразу ему сказала.

Может, не стоило быть такой резкой? Странно, что воспоминания некстати накрыли в такой ответственный момент. По амулету связи пришел ответ от Вестера, что он также на позиции. Значит, можно приступать к зачистке.

Я швырнула светодымовую гранату в темный проход и выскочила следом, чтобы закинуть «светляк» в гущу тварей. Прежде мне не доводилось бывать в логове упырей. По рассказам, это куча полуголых монстров, лежащих друг на друге вповалку. Теряя разум и человеческий облик, твари жили инстинктами, среди которых поиск еды находился на первом месте. Затем следовали инстинкты размножения и защиты территории, которые активно проявлялись в ночное время. С наступлением дня упыри становились вялыми и впадали в спячку. Нас готовили к тому, что, врываясь в логово, увидеть можно всякое. Однако я застыла в ступоре, не зная, как реагировать на открывшееся зрелище, которое иначе как подпольным вампирским борделем не назовешь.

В антураже старого склепа, среди замшелых каменных надгробий и замурованных в стену человеческих черепов в окружении свечей стояла роскошная кровать, застеленная алым постельным бельем. С потолка свисали крючья и цепи, на которых висели распутные человеческие девицы в откровенном белье. Судя по алым ранкам от укусов на шее, запястьях и внутренней части бедер, они служили десертом для кучки молодых вампиров, предпочитающих специфичные развлечения. Определенно, я испортила кровососам вечеринку!

— Прошу прощения. Я ошиблась. Продолжайте. Не обращайте на меня внимания, — пробормотала в растерянности.

В мою сторону развернулись семь пар хищных глаз, к которым прилагались клыкастые вытянувшиеся от удивления рожи. Я гулко сглотнула, пожирая взглядом вампира, который возвышался над остальными и выделялся нечеловеческой красотой. Высокий, с темными вьющимися волосами, бледной кожей и рельефным телом. Глаза его горели багряным отблеском, а в уголках ухмыляющегося рта виднелись окровавленные клыки, с которых по подбородку стекали тонкие струйки крови. Парень провел языком по губам, слизывая алые капли, и подмигнул.

— Кажется, десерт пожаловал! — нарушил он тишину бархатистым завораживающим голосом, от которого меня прошибло ледяным потом, и вздыбились волоски на коже. — Кто заказывал стража на закуску? Никто? Чур, моя добыча!

Я попятилась, осознавая, что крупно влипла. Это не безмозглые упыри, которых можно уничтожить артефактами светоносных. Вампиров «светляки» лишь сильнее раззадорят. Мне не повезло наткнуться на матерых хищников, которым за счастье устроить охоту на обнаглевшего стража. На холеном лице темноволосого красавчика я прочитала собственный приговор.

Живой меня отсюда не выпустят! Но это не значило, что я так легко сдамся.

Другого оружия при себе все равно не было, поэтому я швырнула «светляка» в центр кровати, а сама развернулась на сто восемьдесят градусов и дала деру.

Вампиры, неважно, перворожденные или обращенные, разительно отличались от своих свихнувшихся сородичей. Примерно так же, как отличался разумный человек от больного, страдающего бешенством. Последний в любом случае умирал, но, если его не успевали остановить, приносил много бед. Вампиры же… С ними стражи не связывались. С кровососами, преступившими закон, сражались паладины — воины, наделенные светоносным даром.

Я мчалась с такой скоростью, что шумело в ушах от поднявшегося давления, а бешеный ритм сердца отдавался в висках гулким набатом. Тошнота подкатывала к горлу, угрожая выплеснуть содержимое желудка наружу. Давно такого не случалось. Значит, поблизости находился сильный темный, которому мне нечего противопоставить. Не помню уже, как преодолела земляной туннель и выскочила через лаз на подвальный этаж заброшенного дома. Старого дома, к слову, в котором подвалы — долбаный лабиринт из тупиковых проходов, комнат и кладовых. Я изучила план здания перед тем, как спускаться. Но в панике проскочила нужный поворот и оказалась в помещении, из которого не было выхода.

В коридоре слышались шаги вампира, который хоть и умел двигаться бесшумно, но нарочито топал и насвистывал веселенькую мелодию, тем самым запугивая неизбежным финалом.

Вот я влипла! 

Первым делом захлопнула крепкую еще дверь и задвинула дубовый засов. Затем убедилась, что выход из помещения только один. Когда жизнь будущего стража оказывалась под угрозой, следовало прибегнуть к крайней мере — одноразовому порталу. Он переправлял в экзаменационный зал, откуда начиналось испытание. Однако использование портала означало, что кадет не справился и провалил экзамен. Я с тоской посмотрела на злополучный амулет и убрала его в карман.

Проиграть всегда успею!

— Эй, стражница! — раздался вкрадчивый голос вампира из-за двери. — Ты пахнешь страхом. Я еще не пробовал таких, как ты. Обещаю, что буду долго наслаждаться твоим обществом. Возможно, даже подарю бессмертие, если будешь хорошо себя вести.

— Ты понимаешь, что это противозаконно? В Департаменте знают, куда я направилась. Мой напарник тоже в курсе. Меня будут искать. Уже ищут! Тебя подвергнут наказанию! Никто не смеет покушаться на жизнь стража!

— Но ты-то еще не стала полноценным стражем! — Усмехнулся вампир. — Кстати, как твое имя? Обычно, я не веду разговоры с едой, но для тебя сделаю исключение.

— С чего вдруг? — вырвалось нервным смешком.

— Ты пахнешь особенно. Твой страх заводит с пол-оборота. А волосы? Они крашеные? Редкий цвет, напоминающий алую зарю. Хотя нет, я бы учуял запах химии, а от твоих волос исходит аромат жасмина.

— Чтоб тебя тлоссы обглодали! — выругалась в сердцах.

Неделю назад соблазнилась на новый шампунь с любимым ароматом. Но после этого уже раз десять промыла шевелюру средством, перебивающим посторонние запахи.

— «Дик, я в опасности! — отбила сообщение напарнику. — Вместо логова упырей наткнулась на вампиров. Они зажали меня в подвале дома, в южной части. Нужна помощь! Жду».

— «Я зачистил логово. Ты провалила задание. Используй портал», — пришел ответ Вестера, прочитав который, меня затрясло крупной дрожью.

— Ничего я не провалила! — выпалила в отчаянии. Меня затопило жгучей обидой. — Ты меня подставил!

— С кем ты там болтаешь, крошка? — Дверь содрогнулась от мощного удара. — Я не привык делиться тем, что уже считаю своим. Ну же, открой по-хорошему. Не заставляй применять силу! Тебе не понравится.

Я выудила из кармана деревянный кругляш с вплавленным по центру полудрагоценным камнем и выжженными рунами. Достаточно разломить амулет, капнуть на камень крови, и портал перенесет в безопасное место. Нет! Должен быть другой выход. Такой, при котором пять лет учебы в академии стражей не пойдут вонючим тлоссам под хвост. Я спешно принялась выворачивать карманы и выкладывать содержимое перед собой. Горсть световых амулетов, действенных против низших монстров и упырей, переговорник, нож, световой кристалл и вскрытая упаковка мятной тянучки. Я вытащила конфету и запихнула в рот, чтобы перебить тошнотворный привкус. Теперь уже не от кого скрываться.

Свет не переносили только обращенные вампиры в первые годы после перерождения, а я нарвалась на матерых особей или того хуже — первородных. По столице ходили слухи о специфичных развлечениях вампирской элиты, но закон они якобы не нарушали, получая письменное разрешение жертвы на кормление. Желающих подставить шею под клыки всегда хватало.

— Посмотрим, что из этого можно сделать, — пробормотала я, окидывая грустным взглядом горстку вещей.

Звезду стража, в которую зашивался индивидуальный номер и портал, перекидывающий в безопасное место, я еще не получила. Зато имелся жетон кадета с идентификатором и меткой, сообщающей ректору, если с учеником произошло несчастье. Сняла его с рукава и запихнула во внутренний карман под подкладку. Пригодится, если дело дойдет до крайности. Сам портал тоже можно использовать, если получится подловить вампира и отправить его вместо себя. Экзаменационная комиссия наверняка заинтересуется, каким образом клыкастик завладел чужим средством спасения. Другое дело, что застать вампира врасплох — непосильная задача. С тлоссами и упырями нас учили действовать на опережение, предугадывать шаги не шибко умных созданий. Вампиры же слишком быстрые и сообразительные. Они не гнушались подлыми приемчиками и презирали другие авторитеты, кроме личной силы. У меня же той силы — жалкие крохи. Считай, что и нет совсем. Мой единственный шанс — обхитрить клыкастого, подманить поближе и взорвать что-нибудь убойное. К счастью, я не зря слыла заучкой, посещающей все лекции и факультативы. В том числе, по созданию боевых артефактов. Среди стражей, обладающих минимальным зачатками силы, подобные вспомогательные средства приветствовались и широко применялись.

Соединив в цепочку пять «светляков», я поместила их в жестяную банку, найденную под ногами. Тут много ржавой дряни валялось. Не поленилась насобирать гвоздей, болтов, обломанных дверных скоб и прочих кусков железа, способных нанести урон. Вампира этим не убить, но потрепать можно. Едва успела закончить, как дверь плашмя рухнула внутрь комнаты, поднимая столб пыли. Я моргнуть не успела, как меня оторвало от пола и вдавило в стену мощной хваткой раздраженного клыкастого монстра.

— Скучала, крошка? — Ухмыльнулся парень, вблизи оказавшийся еще более красивым и пугающим. И сильным, судя по литым мышцам, бугрящимся под кожей. Впечатление портили клыки и излишне бледный цвет лица. — Почему не отвечала? Чем занималась в одиночестве? — Вампир приблизился, касаясь моей щеки кончиком носа и взлохмаченными волосами, принюхался и утробно зарычал. — Сла-адко пахнешь! Изнываю от нетерпения попробовать тебя на вкус.

— Подавишься! — Выдохнула в губы нахала, активируя наспех собранный артефакт. Тот взорвался, разлетаясь кусочками железа и световыми брызгами.

Однако вампир будто почуял опасность и в одно мгновение обратился сотней летучих мышей, прыснувших в стороны трепыхающимся темным облаком. Меня подхватило живым водоворотом и утянуло за собой в открывшуюся воронку портала.

Эй! Мы так не договаривались! — возмутиться не успела, как бухнулась спиной на пружинистое ложе кровати.

Кажется, мы вернулись в склеп, где недавно происходила оргия. К счастью, другие участники разбежались, но это ничуть не умаляло моей возрастающей паники и мерзкого ощущения, что меня с головой окунули в яму с гнильем. Тьма из трепыхающихся крыльев ночных обитателей пещер обернулась молодым мужчиной, на котором из одежды оставались только шелковые брюки.

— Это все, на что ты способна? — Усмехнулся вампир. — Ты даже не льмагиса! Но таких ведь не берут в академию? — Повинуясь магическому пассу клыкастого незнакомца, мою шею захлестнула металлическая цепь и вздернула наверх, вынуждая встать на колени. Прежде она удерживала на весу полуголую девицу, из которой этот гад кормился.

Я отчаянно вцепилась в цепь руками, пытаясь ее содрать, но попытка оказалась тщетной. Пальцем зацепилась об острый край и содрала кожу. Вампир хищно втянул носом воздух и мгновенно сократил расстояние между нами. Вцепившись в запястье, преодолел мое сопротивление и поднес руку к себе. Из ранки по пальцу потекла алая жидкость, на которую клыкастый смотрел с таким вожделением, что у меня внутренности скрутило в тугой узел. Мужчина подался вперед и слизал драгоценные капли, растекаясь в блаженной улыбке.

— Восхитительный вкус! Кто ты, стражница? Впрочем, это неважно. Теперь я тебя никуда не отпущу. Обещаю, жить будешь о-очень долго. — Захватил мой палец в рот и потянул кровь.

Затем горячие губы обожгли внутреннюю поверхность ладони и спустились вниз, к пульсирующей жилке на запястье. Чиркнув острым ногтем, вампир вспорол бархатистую кожу и тут же приник ртом к набухшему порезу.

Меня будто молнией пронзило. От запястья разряд прокатился по телу вниз живота, затем ухнул в пятки и уже оттуда поднялся наверх обжигающей волной, обволакивая неожиданным удовольствием.

— Как тебя зовут, стражница? — хрипло спросил незнакомец, отрываясь на мгновение от раны и гипнотизируя взглядом черных глаз, в которых клубилось багряное зарево.

— Кьяра Коул, — произнесла отчужденно, не понимая, что со мной происходит. Разум затуманился, и все мысли о сопротивлении отошли на второй план. — А как твое имя?

— Хавьер, ты здесь? — раздался чужой голос, а затем послышались шлепки босых ног по мокрому полу. — Я немного прибрался. Надо уходить, пока… О! Смотрю, ты догнал девчонку? Решил продолжить развлечение? Позволишь присоединиться? На вид — аппетитная штучка!

— Крис, как ты не вовремя! — Поморщился вампир, волнительно слизывая оставшиеся на губах алые капли. — Присоединиться — плохая идея. Этой добычей я делиться не намерен.

— Вот как? — Удивился второй кровосос. — Неужели так хороша? Я заинтригован. Что в ней особенного? — Втянул носом воздух, принюхиваясь ко мне. — Полукровка? Чувствую отголоски магии светоносных. А еще легкий запах жасмина и девственной чистоты. Ммм, лакомый кусочек! Когда наиграешься — дай знать, я тоже ею займусь.

Насмешливый тон незваного гостя подействовал, как ледяной душ. А когда дошел еще и смысл диалога, помутнение схлынуло окончательно.

Никогда! Никогда я не стану игрушкой вампира! Ненавижу их! Всеми фибрами! Ненавижу так сильно, что лучше умру, чем превращусь в очередную подстилку! — Стиснула свободную руку в кулак с такой силой, что ногти впились в кожу. — Лучше смерть, чем такое существование!

Незаметным движением я извлекла кругляш одноразового портала из заднего кармана и сжала его в ладони. Я могла бы разломить артефакт и перенестись в зал приемной комиссии. Тлосс с этой службой и планами! На них уже поставлен жирный крест. Вампир попробовал моей крови! Он не отступится и найдет, где бы ни спряталась. Клыкастый наглядно продемонстрировал, что сопротивляться его воздействию я не смогу. Значит, и выбора больше нет!

Я сосредоточилась на крохах силы, оставшихся после того злосчастного нападения. Зачем тогда, в прошлом, судьба подарила шанс, если теперь отнимала его так жестоко? Мне не исполнилось и трех лет, когда на наш дом напали вампиры. Мама спрятала меня под кроватью, велела сидеть тихо и не высовываться. Но люди вокруг так кричали! Мне было так страшно, словами не передать. В коридорах что-то громыхало. Падала и разлеталась в щепки мебель, билась посуда, слышались жуткие хрипы и рычание. А потом все внезапно закончилось. Стало невероятно тихо, до противного звона в ушах, которые я зажимала ладошками. И в этой звенящей тишине раздались шаги, чавкающие по мокрому от крови полу и неотвратимо приближающиеся ко мне. Чужак как будто бы знал, где искать! Я видела лишь носы черных ботинок, заляпанных красными брызгами. Они остановились у кровати, которая через мгновение улетела в стену. Меня вздернули за шиворот, как кутенка, и небрежно швырнули кому-то в руки. Я не запомнила убийцу! Только голос, отдающий приказы, и носы дорогих лакированных ботинок.

— Избавься от мерзкого отродья!

— Но, таэль, она еще совсем кроха! И вряд ли причастна к тому, что здесь творилось, — возразил человек, который меня поймал.

— Делай что хочешь, но чтобы я о ней больше не слышал!

Так я оказалась в столичном приюте, где провела десять лет, пока меня не удочерила семья Коул. Вампиры отняли семью, убили мать, ведь иначе она бы меня разыскала. А теперь один из них вознамерился сделать из меня подстилку?

Этому не бывать! — Крохи магии полились в артефакт, переполняя его силой.

Еще на первом занятии по артефакторике наставник объяснил, что ни в коем случае нельзя перенасыщать артефакты магией. Особенно портальные артефакты, способные размазать живого человека тонким слоем по полу. Даже хорошо, что клыкастые твари подобрались так близко. Значит, заберу их с собой.

— Хавьер, чувствуешь? — Внезапно встрепенулся второй вампир. — Ощущение такое, будто здесь вот-вот откроется портал светоносных.

— Исключено! На этих землях стоит защита от перемещений. Я лично обновлял неделю назад, — возразил темноволосый. — Да и что здесь делать светлым пиявкам? Они не лезут на нашу территорию, мы не трогаем их.

Вампиры удивленно переглянулись, после чего оба посмотрели на меня.

— Хавьер, ты же обыскал девчонку? У нее не осталось при себе неприятных сюрпризов? Никогда не поверю, чтобы стражи отправлялись в гости безоружными.

— Оружия нет. Лично проверил. — Ухмыльнулся вампир, вгоняя в краску от одной мысли, что я даже не заметила, как меня обыскивали. — Амулеты она уже использовала. Так, детские поделки, других выпускникам академии не доверят. А ну, покажи, что в руке? — Заметил стиснутый до побелевших костяшек кулак. — Это портал? Сбежать вздумала? Бесполезная затея. — Покачал головой и погрозил пальцем. — Разве тебя не учили, что опасно перегружать магией амулеты? Поранишься еще. Отдай!

— Хавьер, нет! — раздался отчаянный крик второго кровососа, но я уже разжала ладонь, ломая артефакт переноса пополам.

Вспышка света получилась настолько яркой, что из глаз брызнули слезы. Следом раздался взрыв, раскидавший нас в разные стороны. Меня вышибло из тела и прижало волной к потолку, пронизанному темными заклинаниями. Они болезненно жглись и причиняли нестерпимую боль, когда соприкасались со мной. Портал не сработал и уничтожил всех, кто находился поблизости.

Дорогие читатели! Добро пожаловать в мой вампирский роман в жанре любовного и городского фэнтези. 

Если история вас заинтересовала, зажгите звездочку (мне нравится) и напишите комментарий. Это поможет книге найти новых читателей!
***
А это старый вариант обложки. Какая вам больше нравится?

Я безучастно смотрела на изломанные тела. Не знаю, как получилось, но Крис накрыл меня собой, и только поэтому я не превратилась в головешку. Зато крепко впечаталась в стену. Из проломленной головы натекла приличная лужа крови. Вампиры же слеплены из другого теста и способны выжить там, где другие погибнут. Не прошло и минуты, как изрядно подкопченная тушка вампира шевельнулась. Он сместился, бессознательно ткнувшись носом в лужу крови и принялся лакать. Жадно, по-собачьи, с горловым утробным рычанием. И с каждым глотком его тело излечивалось от ран: срастались изломанные кости, зарубцовывались порезы и затягивались выжженные светом дыры. Еще через пару минут вампиру показалось мало той лужицы, что растеклась по полу, и он впился зубами в мою шею, сдавленную оплавленной цепью.

Не знаю, осталась ли во мне хоть капля крови, когда обгоревший вампир, наконец, оторвался от пиршества и поднялся на ноги. Осмотревшись шальным алым взглядом, направился к Хавьеру. Темноволосый выглядел натуральным дохляком: лицо выжгло до кости, от грудной клетки мало чего осталось, плоть висела горелыми ошметками. Однако Крис сделал надрез на запястье, поднес руку к уродливой челюсти мертвеца и залил ее кровью. Живительная влага впиталась как в сухую землю, а видимых улучшений так и не наступило.

Неужели Хавьер окончательно сдох? Вряд ли стоило на это надеяться. Скорее всего, вампиру требовалась свежая кровь. Много крови, чтобы восстановиться.

В глубине подземелий послышался шум. Будто бы кто-то пробивался сюда, используя магию и расчищая себе путь. Крис подхватил темноволосого на руки, перекинул его тело через плечо и направился к другому выходу, как вдруг замер и обернулся на мое погибшее тело. С чего вдруг? Совесть проснулась? Так поздно спохватился, я умерла. И это мой выбор, о котором ничуть не жалею.

Сгрудив тушку друга у прохода, Крис вернулся и еще раз вскрыл запястье, успевшее зарасти розовой кожицей. Затем разжал мои застывшие в гримасе боли губы и влил внутрь немного крови.

Не поняла! Это еще зачем? Что ты задумал, клыкастый? Зачем дал выпить крови? Чтобы что?.. Нет! Только не это! Еще меньше, чем удовлетворять потребности вампиров, я хотела становиться одной из них. Что ты наделал, тлосс вонючий! Я не хочу-у! Заломив руки, забилась в истерике, до которой никому не было дела.

Вампир, сотворив великую подлость, стремительно исчез вместе с обгоревшим телом темноволосого, а в склеп, разметав заваленный камнями и землей проход, ворвались стражи.

Я пребывала в полной растерянности и не понимала, кем стала: призраком или неупокоенной душой? По большому счету, это одно и то же, но у меня не находилось объяснений странному состоянию. Сознание, мысли и память никуда не делись. Мое «я» существовало отдельно от физического тела. Никакого света в конце туннеля не видела. Поганые тлоссы не явились за мной, чтобы утащить в Нижний мир. Но и сельферы не торопились забрать на Эльфрос, где была бы счастлива до скончания времен. Неужели многочисленные рассказы очевидцев о том, куда попадает душа после смерти, вранье? Мда, видно никому еще не удавалось вернуться, чтобы рассказать живым правду.

Вид собственного израненного тела удручал и вызывал горькое сожаление. Глядя на саму себя, думала, как же так? Как получилось, что я наткнулась на вампиров, а напарник в это время выполнил задание и вернулся в академию? Как он объяснил экзаменационной комиссии, что мы разошлись? Почему бросил в опасности и не пришел на помощь, когда я звала и так в ней нуждалась? Неужели так сильно задел отказ? Но ведь это подло! Так не поступают с теми, кого любят. Не предают. Не вонзают нож в спину. Не бросают на растерзание вампирам. Если только я выберусь из этого дерьма, то поквитаюсь с каждым, кто причастен к моему убийству.

Тем временем склеп заполонили люди в униформе стражей. Они действовали по инструкции, механично фиксируя место преступления, пока льмагис с даром светоносных занимался осмотром моего тела.

— Нашли? — С небольшим опозданием в склепе появился страж с нашивками командира. — Живая?

— Сожалею, лорд Саргис. Девушка мертва, — окончательно развеял мои надежды штатный целитель.

Эй, тут что-то не так! Проверьте еще раз! Почему я здесь? — Подлетела к мужчине и заглянула ему в лицо. Но он меня в упор не замечал и продолжал осматривать труп, бесстыже оголяя ноги и грудь.

— На теле имеются следы укусов, — целитель ровным тоном продолжил доклад. — Если в ближайшие сорок восемь часов не переродится в вампира, некромагис сможет провести допрос.

— Что тут произошло? — Лорд поморщился, рассматривая обгорелый остов кровати и вплавленные в потолок железные крючья с остатками цепей. — Если не ошибаюсь, пострадавшая сдавала выпускной экзамен. Лучшая ученица на курсе. Какой недоумок отправил девчонку без поддержки в этот сектор?

— Выясняем, лорд Саргис. Судя по характеру взрыва, сдетонировал одноразовый портал. Такой выдают кадетам на выпускном экзамене. На моей памяти еще никто им не воспользовался. Я проведу дополнительные исследования в лаборатории, но уже сейчас могу сказать, что амулет принудительно взорвали, накачав силой, — доложил второй штатный льмагис, которого окружало разноцветное облако силовых нитей. — В любом другом случае портал не сработал бы. Тут повсюду ошметки плетений тьмагисов, блокирующих несанкционированные переходы.

Я еще никогда не видела стихийника за работой, поэтому во все глаза наблюдала, как он плетет заклинания из разноцветных нитей и опутывает ими помещение.

— Во дает, девчонка! — Уважительно присвистнул молоденький страж, фиксирующий детали места преступления на магический кристалл. — Тут явно не упыри развлекались, а кто-то посерьезнее. Не у каждого мужика хватит силы воли, чтобы сопротивляться гипнозу, а после взорвать себя вместе с клыкастыми ублюдками.

— Ну, развлечься вампиры не успели, — отозвался целитель. — Судя по тому, что одежда на девушке уцелела, ее не тронули. А покусали уже после взрыва, чтобы залечить раны и убраться до нашего появления.

— Как думаете, она сможет их опознать? — уточнил лорд Саргис.

— Зависит от того, насколько кровососы скрытничали. Если действовали под мороком, ничего внятного от трупа не добьемся. Если же не скрывались, тогда, вероятно, пострадавшая их запомнила. Она — будущий страж, ее учили обращать внимание на детали. Так что у нас еще есть шанс прижать вампиров за убийство кадета.

— Что ж, в таком случае, проследите, чтобы тело доставили в морг Департамента и поместили в бокс для укушенных. А я навещу ректора академии стражей. Интересно, какое оправдание он найдет тому, что отправил молодую девушку без поддержки на территорию вампиров? И главное — куда смотрел ее напарник? Переговорный амулет нашли?

— Нашли, он сильно поврежден. Вряд ли что-то вытащим, — покачал головой льмагис.

Ох, как же хотелось отправиться вместе с лордом Саргисом и послушать, что ответит ректор! Однако я не могла далеко уйти от тела. Стоило рвануть вслед за стражем, как меня дернуло обратно. Я почувствовала натяжение невидимой нити, и меня накрыло острым осознанием: если ее порвать, обратно уже не вернуться.

Я понуро полетела вслед за носилками, на которые погрузили мою безжизненную тушку и накрыли простыней. Забралась внутрь казенного магикара без окон, в котором перевозили преступников или погибших, и прокатилась до здания Департамента, построенного из красного кирпича. С виду строение напоминало крепость с высокой стеной, крепкими воротами и надежной охраной на входе. Внутри же обстановка ничем не отличалась от какого-нибудь постоялого двора, где крутились подозрительные личности. Мы въехали на территорию через служебный вход и сразу направились к зданию морга, обустроенному в отдельном флигеле подальше от людских глаз.

Не переставая таращиться по сторонам, я жадно впитывала каждую деталь места, в которое так стремилась попасть. Это желание осталось в прошлом, как и моя короткая жизнь. Если я не умру окончательно, то через сорок восемь часов стану вампиром. Меня будет одолевать жажда крови, а дневной свет станет недоступной роскошью на ближайшие пятьдесят лет. В лучшем случае, меня поставят на учет и выгонят пинком под зад, предоставив самостоятельно разбираться с проблемами. В худшем, разыщет вампир по имени Крис и заставит служить на правах хозяина, подарившего вторую жизнь.

Я смутно представляла себе, какие отношения выстраивались внутри вампирских кланов. Как и светоносные, кровососы крепко хранили родовые секреты и не спешили ими делиться с посторонними.

Внутренняя планировка морга не отличалась оригинальностью. Стены и пол были выложены белой плиткой, повсюду горели магические светильники. На первом этаже располагалось приемное отделение и две прозекторских для проведения вскрытий. Морозильники для хранения тел установили в подвале. Там же разместили зал призыва, где работали некромагисы, и ряд служебных душевых. Камеру для укушенных обустроили на минус втором этаже. Тела вниз опускали при помощи подъемника на магической тяге. Для персонала предусматривалась лестница, напичканная светоносными артефактами.

Повсюду на минус втором этаже осветительные амулеты испускали красноватый свет, придавая помещению еще большей жути. Помимо холодильника для трупов, здесь имелись камеры для воскресших постояльцев. В конуре размером метр на два, больше похожей на могилу, помещалось только узкое каменное ложе. Над ним — вмурованные в стену цепи и кандалы. Человеческая еда новообращенным не требовалась, значит, и естественные надобности они не справляли. И вообще, о комфорте постояльцев здесь заботились меньше всего.

Мрачное место. Не хотела бы я оказаться в такой камере.

Мою безжизненную тушку спустили вниз на подъемнике, переложили на каталку два крепких санитара и отвезли в зал для вскрытий.

— Дасти, принимай нового постояльца! — окликнул санитар молодого человека, засевшего в углу прозекторской за письменным столом. — Покусанная. Старший сказал поставить на контроль. Жаль девчонку, молоденькая совсем. И красивая. Но других вампиры не выбирают. А эта — молодец! Рванула портальный амулет, когда поняла, что не вырвется. Наверняка, кровососам крепко досталось, раз уже из нее мертвой кровь до последнего глотка выцедили.

— Я понял, Винс, — отозвался подозрительно знакомый голос, принадлежащий Дастину Кларку. — Заключение штатного целителя принес?

— А как же? — Обиделся словоохотливый санитар, небрежно кидая папку мне в ноги. — Найдешь рядом с девчонкой.

Дастин не торопился заниматься мной и прежде закончил бумажную работу. После чего подошел к каталке и взял в руки сопроводительные документы. Едва только увидел имя, как изменился в лице и сдернул с тела простынь.

— Кьяра, как же так? В какое дерьмо ты вляпалась? Да что за день сегодня?! — Стукнул кулаком по краю каталки, которая жалобно звякнула в ответ.

Зашвырнув папку с отчетом на стол, парень подошел к металлическому шкафчику, где хранились личные дела пациентов, достал из глубины колбу с прозрачной жидкостью и стакан. Налил немного и опрокинул в себя, тут же сморщившись и занюхав спирт рукавом. Затем подошел к столу, сорвал магоснимок улыбающейся девушки лет шестнадцати, смахнул злые слезы, проступившую в уголках глаз.

— Прости, Лиз! Я обещал присмотреть за Кьярой и не сдержал слова.

Я подлетела поближе, желая обнять и утешить брата единственной подруги. Мы вместе росли в приюте. Дастин, пока не достиг совершеннолетия, защищал и не давал в обиду старшим. А после пошел учиться на целителя, чтобы получить профессию, купить дом и забрать нас обоих. Но не успел. Меня удочерили, а Лиз осталась одна. К тому моменту нам исполнилось по тринадцать лет, и мы могли за себя постоять. Да еще старшие знали, что за Лизку обязательно брат вступится, так что свои ее не трогали. А вот чужие…

В шестнадцать я сбежала от приемных родителей и поступила в академию стражей, а Лизи нашла подработку в соседнем районе. Частенько возвращалась в приют одна, пока ее не подловила компания отморозков. После того что с ней сделали, подруга угодила в больницу и прожила еще неделю. Я узнала об этом слишком поздно, на первом курсе кадетам не разрешалось часто выходить в город.

Не представляю, что пережил Дастин за те дни, которые провел в реанимационной палате. Знаю лишь, что он бросил целительский факультет и перевелся к тьмагисам.

С подонками Дасти разобрался, но об этом знала только я, потому что помогала выслеживать тех уродов, прятать трупы и фабриковать улики. Присягу стража я еще не приносила, да и не считала месть преступлением. Всеми фибрами души верила, что поступила правильно. Позже ни один психологический тест в академии не показал, что я совершала противозаконные действия. И я ни о чем не жалела и не жалею до сих пор.

Грустные воспоминания придавили тяжелым грузом. Я бы хотела поплакать на плече Дасти, чего не позволяла себе ни с кем другим. Но не могла даже дотронуться до парня или дать ему понять, что здесь, рядом, что еще не умерла окончательно.

Дастин еще пару раз приложился к склянке со спиртом, после чего занялся мной. Срезал одежду, бережно обмыл тело влажной тряпицей. Аккуратными стежками зашил раны, используя магическую нить, которая со временем растворялась и не оставляла следов. Дасти действовал так бережно и деликатно, что я ничуть не стыдилась лежать перед ним голой. Никаких намеков на пошлости или мужской интерес. Для него я была младшей сестренкой, как Лизи, а он — старшим братом, на которого можно положиться. Судьба развела нас после смерти подруги и подарила странный шанс встретиться вновь.

— Не переживай, Кьяра, — Дастин тихо успокаивал меня, когда невольно причинял боль. Вот только я ничего не чувствовала. — Трупного окоченения нет. Значит, скоро очнешься. Понимаю, что не такой жизни ты для себя хотела. Но другого выбора тебе не оставили. Ты ведь запомнила тех, кто сотворил это с тобой? Я помогу! Вот увидишь, мы справимся и отомстим. Я не забыл, что ты сделала для Лиз. Я позабочусь о тебе, клянусь.

Самым неприятным был момент, когда Дастин снимал с шеи цепь. Она вплавилась под кожу и оставила после себя уродливую рану. Однако Дасти не зря учился на целителя, и опыт наведения «красоты» покойникам тоже приобрел немалый. Парень срезал кусок кожи с бедра и пересадил его на шею. Точно также поступил и с вмятиной на голове. Вычистил пролом от поврежденной плоти и обломков костей, заполнил недостающий объем специальным гелем и сшил кусочки скальпа так искусно, что внешне ничего не было заметно. Но главное, что сделал для меня Дастин, — перелил человеческую кровь, которая подстегнула ресурсы организма и ускорила восстановление.

— Кьяра, помнишь это? — Парень помахал перед мной пакетиком с кровью. — Ты сама разрешила взять немного и наказала, чтобы использовал в крайнем случае. Твоя кровь особенная, с частичками светоносной магии, которая послужила пропуском в академию стражей. А знаешь, почему вампиры издавна охотились за такими, как ты? Кровь светоносных позволяла им беспрепятственно находиться на солнце. Надеюсь, эта частичка тебя сослужит добрую службу.

Я поморщилась, когда Дастин разжал мои губы и влил в рот алую жидкость. Кровь действительно несла в себе отголоски светоносной магии. Я увидела, как она отливает сверкающим серебром в красном спектре искусственного освещения. Едва только первые капли растворились на губах и языке, как меня с неодолимой силой потянуло внутрь тела. Я опомниться не успела, как распахнула глаза и перехватила руку Дасти, сжимающую пластиковый пакет.

— О-у! Кьяра, полегче! — Застонал парень, пытаясь вырваться.

— Прости! — Я ослабила хватку. Затем завладела вожделенной добычей и с жадностью заглотила последние капли жидкости.

Этой вкуснятины было мало! Я разорвала пакет и тщательно облизала остатки, после чего уставилась на человека голодным взглядом.

— Кьяра, стоп! — Не растерялся Дастин. — Ты поела. Ты не голодна. В тебе говорит жажда, но ты способна ее обуздать. Вспомни, что произошло! Ты ведь не желаешь уподобляться клыкастым тварям?

— Нет! — Мотнула головой, а сама невольно потрогала языком клыки, отросшие во рту. Для убедительности еще и пальцем к ним прикоснулась. — Острые! — Затем схватилась за горло, потому что ярким воспоминанием в мыслях промелькнула цепь. Сейчас о ней напоминали две полоски красных шрамов. Следом потрогала затылок. Он слегка проминался под пальцами — рана не успела зарасти.

— Вот, держи! Больше у меня нет. — Пока я ощупывала себя, сидя на прозекторском столе, Дасти принес еще крови.

— Но это же?.. — Сначала я схватила пакет, но взгляд зацепился за имя донора — Дастин Кларк. — Я не будут это пить! — Перебарывая жгучее желание осушить емкость до последней капли, вернула ее владельцу.

— Пей! Я не возражаю. К тому же, выпив моей крови, ты всегда меня найдешь, если захочешь. Теперь ты вампир, и этого не изменить. Так, почему бы не использовать способности кровососов по максимуму? Ты же помнишь, кто сделал тебя такой? Хочешь найти их и отомстить?

— Не то слово! — ухмыльнувшись, выхватила из рук Дасти пакет. Опустошила его в одно мгновение и облизнулась. — Я непременно доберусь до этих гаденышей. Но прежде навещу напарничка, который подставил меня и бросил на растерзание монстрам.

Ощущения новой себя были необычными. Память, мысли и устремления никуда не исчезли, только восприятие сделалось острее, как в подростковый период. Стоило подумать о Дике Вестере, как меня захлестывала волна негодования и желание немедленно разобраться с гаденышем. Вампир, устроивший на меня охоту, вызывал противоречивые чувства. Одна часть меня восхищалась силой и аурой властной сексуальности, которую он источал, другая же порождала коктейль из ненависти за сломанную жизнь и желания уничтожить поганца. Не физически, а морально. Моя темная сторона, пробудившаяся после возрождения, жаждала возмездия. Он должен испытать то, что я пережила перед смертью. Сам того не подозревая, Хавьер безошибочно угадал, чего я боялась больше всего на свете, и заставил пережить детский кошмар снова.

Все, что нас убивает, порождает бесчувственных чудовищ.

Раньше я страшилась смерти, ненавидела вампиров и мечтала стать стражем, сражающимся с порождениями тьмы. Теперь же сама стала ее творением, и не сказать, что сожалела по этому поводу.

— Кьяра, ты в порядке? — Отвлек от мыслей Дастин. — Застыла, как изваяние, глаза потемнели. Я уж было решил, что…

— Извини, задумалась. Пыталась понять, каково это, быть вампиром. Не каждый день возвращаешься из мертвых.

— Да уж! — Парень покачал головой. — Не представляю, каково тебе сейчас. —  На вот, накинь. Ты замерзла, наверное. — Протянул чистую больничную рубашку с завязками по бокам. — Твоя одежда безнадежно испорчена, а ничего другого под рукой не нашлось.

Ага, замерзла, как же! Я вообще не чувствовала ни холода, ни тепла. Опустив глаза вниз, осознала, что сижу голая перед человеком, с которым нас связывали дружеские отношения. Он хоть и не пялился, вел себя спокойно, но все же оставался мужчиной. Я охотно воспользовалась предложением и ловко надела рубашку через голову, после чего спрыгнула с узкого стола и босиком прошлепала к шкафчику, в котором Дасти хранил колбу со спиртом. Алкоголь я терпеть не могла и не одобряла тех, кто регулярно заливался пойлом, чтобы расслабиться. Однако сейчас хотелось кое-что проверить. Говорят, на вампиров спиртное не действовало. Пьянели они от крови, которую в специальных барах добавляли в коктейли.

— Кьяра, как ты узнала? — удивился Дастин, когда я извлекла на свет тару с прозрачной жидкостью.

— Видела! Я была в сознании и запомнила, что происходило с того момента, как вместе со взрывом мой дух вышибло из тела. Только когда ты напоил меня кровью, сумела вернуться.

— Какая интересная способность! — парень присвистнул. — Только давай, ты не будешь это пить? — Подошел и попытался отнять стакан.

— Мне нужно! Хочу проверить кое-что. — Я заупрямилась.

— И все же нет, Кьяра! — Настоял на своем Дастин. — Проверим позже. А сейчас я проведу пару тестов и подумаю, что написать в отчете. Я же на службе и получил строгое предписание на твой счет. Не переживай, я на твоей стороне. Просто хочу понять, как лучше тебя прикрыть. Ты же не хочешь, чтобы на тебя натравили паладинов? Я ускорил перерождение в вампира за счет вливания крови, так что в запасе примерно сорок часов, прежде чем твое имя официально внесут в список обращенных и поставят на учет.  Но у меня смена заканчивается утром. Нельзя допустить, чтобы напарник заподозрил подлог. Идем!

Дастин отвел меня в лабораторию, где вел исследования и выдавал заключения о причинах смерти. Первым делом произвел поверхностный осмотр. Проверил слизистую, замерил длину клыков, взял соскобы слюны на анализ. Я послушно позволяла вертеть себя, как куклу, замерять и проводить необходимые манипуляции. Парень работал молча, делал пометки в блокноте, листал справочники, хмурился, что-то записывал и брал очередную пробу.

— Что-то не так? — Заволновалась, когда Дасти пошел по второму кругу.

— Не понимаю! — Он озадаченно почесал затылок. — Показатели меняются. Надо еще дождаться результатов расширенного анализа крови, но, полагаю, они только подтвердят выводы.

— Какие выводы? — фыркнула я и состроила страдальческое лицо. — Доктор, я скоро умру?

— В том-то и дело, что нет! — с самым серьезным видом ответил друг, в котором сейчас говорил профессиональный целитель. — Твои индексы здоровья идеальны для человека, а первичные маркеры показали отсутствие ампирина. У обращенных вампиров он отвечает за регенерацию организма. Выработка вирусных клеток напрямую зависит от количества и частоты употребления донорской крови. Мне не приходилось сталкиваться с первородными вампирами, но их отличает способность самостоятельно вырабатывать безопасный аналог ампирина — ампервин.

— Не понимаю, что ты хочешь этим сказать? — Биологию видов и характеристики отличий между ними я изучала в академии стражей.

Если тебя укусили, значит, в кровь попал вирус, из-за которого другие клетки организма стремительно мутировали и требовали особой пищи. Процесс перерождения занимал двое суток, после чего человек испытывал невыносимое чувство голода и становился опасным для окружающих. Первые дни были самыми сложными. Ответственный за обращение вампир поил новорожденного собственной кровью и держал в повиновении, усмиряя агрессию. В прежние времена процесс длился годами, но с развитием магии и медицины сократился до нескольких дней. Помимо этого, пять веков назад изобрели сыворотку на основе крови светоносных, способную остановить превращение. Действовала она только на живых, и принять ее следовало в течение сорока восьми часов после укуса. Ну а тем, у кого не было покровителя, кто обратился случайно или не сумел обуздать жажду, грозила жуткая участь стать упырем. Избыток ампирина вызывал обширные мутации тканей, превращающие человека в монстра, живущего на инстинктах.

— У меня нет маркеров ампервина, чтобы сравнить результаты. Первородные к нам не попадают, а, если даже такое случается, кланы тщательно подчищают информацию. Анализ можно провести только в специализированной клинике тьмагисов или же по запросу Департамента стражей, чего я делать не рекомендую.

— Погоди, ты намекаешь, что я еще человек? — Изумленно вытаращилась на Дастина.

— Отчего же только намекаю? Прямо говорю! — усмехнулся он, после чего активировал «светляка».

Я взвизгнула и зажмурилась от резанувшего по глазам яркого света, инстинктивно закрылась руками и резко ушла в тень, опасаясь сгореть заживо. Вирус ампирина не переносил воздействия светоносной магии и сгорал вместе с носителем, который рассыпался серым пеплом. Упырей и недавно обращенных именно так и уничтожали. Остальных вампиров свет обжигал, причиняя дискомфорт и вызывая желание немедленно спрятаться в тени.

— Не бойся! — Парень усмехнулся моей реакции. — Свет не причинил вреда. Проверь сама!

Я открыла глаза и с удивлением осмотрела руки, которые должны были покрыться волдырями. Затем робко приблизилась к яркой полоске света и попробовала коснуться ее пальцем. Когда ничего не произошло, осмелилась подставить ладонь, а затем и сама переместилась в центр освещенного круга.

— Дастин, что это значит? Я ведь умерла, а смерть зафиксировал штатный целитель. Более того, я видела, как вампир выпил меня до последней капли. И он же потом поделился кровью. Но моя жизнь оборвалась мгновением раньше, от взрыва портала и травмы головы. Ты сам зашивал рану и понимаешь, что она не совместима с жизнью.

— А еще я накачал тебя кровью, чтобы ускорить регенерацию, и дал утолить жажду как вампиру. Температура твоего тела на градус ниже нормы, пульс ровный, сердцебиение четкое, и наблюдается расширение энергетических каналов. Эти отклонения объясняются кровопотерей и магическим истощением, но в остальном никаких аномалий. Рассказывай в подробностях, что там произошло!

Скрывать от друга мне было нечего. Да и тех подробностей не так много, хватило четверти часа, чтобы ввести в курс дела.

— Что ж, думаю, тебе невероятно повезло, Кьяра. Каждый по отдельности фактор не спас бы от смерти, но вместе они совершили чудо. Во-первых, ты находилась в превосходной физической форме, благодаря регулярным тренировкам и физическим нагрузкам в академии стражей. Во-вторых, попала под вспышку пятикратно усиленного «светляка», который облучил светоносной энергией. В-третьих, слила излишки магии, когда активировала портал. В-четвертых, тебе попалось сразу два первородных вампира. Они мало того, что не заразили вирусом, так еще и поделились ампервином. Учитывая, что обративший тебя вампир в тот момент сам активно восстанавливался, его клетки содержали бешеную дозу регенератора. В-пятых, тебя привезли в морг Департамента как раз в мою смену, и я не стал дожидаться двух суток, когда раны закрылись бы сами собой. Мне было невыносимо видеть тебя в таком состоянии, поэтому я занялся тем, что умею лучше всего. А еще у меня хранился запас крови, которым пришло в голову поделиться с тобой. Так что на моих глазах произошло настоящее чудо воскрешения.

— А как же клыки? Жажда? Я чувствую себя иначе. Мне кажется, я стала сильнее. — Для демонстрации схватила металлический лоток для инструментов и свернула в трубочку, не напрягаясь. — Кто же я, вампир или человек?

— Выводы делать рано. — Дастин возился с результатами и за разговором выполнял контрольные тесты. — Но ты с легкостью выдашь себя за человека, при этом обладая способностями вампира. По-моему, неплохой размен получился, как считаешь?

— Не знаю! — Пожала плечами. — Если я человек, то могу вернуться в академию и получить диплом. Задание в итоге я выполнила — зачистила логово, но не упырей, а вампиров. А Дика Вестера после того, как он бросил напарника в беде, ни в один Департамент на службу не возьмут. Не то, что в столице, а в самом забытом Сиолом захолустье.

— Кьяра, я тут подумал, лучше бы тебе помалкивать, как выжила, — произнес друг, придирчиво рассматривая каплю крови под микроскопом. — А еще лучше будет уничтожить улики, чтобы никто не захотел повторить эксперимент, а тебя не превратил в подопытную крысу.

— С чего вдруг в крысу-то? — пробурчала я, не успев порадоваться новости, что не стала кровососом

— А ты еще не поняла? Дай руку! — Я доверчиво протянула ладонь. Парень зафиксировал ее покрепче и без предупреждения ударил скальпелем, протыкая насквозь.

— С-сдурел? — сдавленно зашипела я. В глазах потемнело от боли, и на рефлексах я вцепилась в глотку Дасти.

— Смотри сама! — прохрипел он, взглядом указывая на порез.

Кровь в нем только набухла, угрожая вылиться густой массой. Лишь пара капель окропила стол, после чего алая жидкость в ране посветлела и запузырилась, будто бы впитываясь обратно, а края сами собой стянулись, восстанавливая кожный покров. Минуты не прошло, как от прокола следа не осталось, а мимолетная боль позабылась.

— Ух ты! — Отпустив парня, я ощупала руку, убеждаясь, что та действительно целая. — Это я теперь любую рану так залечу? Крутой бонус. Мне нравится. Только кушать вдруг захотелось. У тебя не найдется чего-нибудь съестного?

Дастин молча указал на столик с заварочным чайником, кружками и начатой пачкой печенья. Оно подсохло и пропахло средством для обеззараживания помещений, но все равно оказалось съедобным. Запихнула его в себя одним махом и гулко сглотнула, когда желудок отозвался жалобным бурчанием. Я внимательно осмотрелась, повела носом и учуяла запах еды из контейнера. Дастина, видимо, отвлекли, когда он ужинал, поэтому не успел доесть. А вот я с жадностью умяла остатки мятой картошки и похрустела косточками вареной курицы. Потом только опомнилась, что заодно прихватила бутерброды, припасенные к завтраку.

— Извини, Дасти. Не знаю, что на меня нашло.

— Да ничего, я не голоден. А ты как? Клыки не мешали есть человеческую еду? Крови больше не хотелось? — поинтересовался невинным тоном.

— Э-э-э… — Тут только до меня дошло, что новообращенный вампир закусил бы самим Кларком, а не остатками ужина и бутербродами. Языком я снова ощупала клыки во рту. Да, они вытянулись и стали острее прежних зубов, но не выпирали изо рта и не мешали измельчению пищи. — Я все же человек?

— Мне не доводилось вскрывать первородных, чтобы понимать, в чем отличие. Однако я склоняюсь к мысли, что да — человек, наделенный вампирским бессмертием. Представь, если об этом узнает общественность, какой возникнет ажиотаж среди кланов вампиров и светоносных? Прежде долголетием отличались только представители высшей касты светлых и темных. А тут безродная девчонка со слабеньким даром! Может, дело в твоих биологических родителях? Ты совсем ничего не помнишь о времени, когда попала в приют?

— Нет! — ответила не задумываясь. — Ничего такого, что указывало бы на мое происхождение. А насчет бессмертия ты серьезно? Может, регенерация — временный эффект?

— Кьяра, тех данных, что я уже собрал, хватит, чтобы запереть тебя в лаборатории. Человеческие ученые и льмагисы давно бьются над загадкой продления жизни. Временные ухищрения не дают такого эффекта, а омолаживающие составы светоносных стоят баснословных денег…

— Ладно, я поняла! — перебила парня. — И прониклась даже. Что предлагаешь?

— Инсценируем твою смерть. Нам даже придумывать ничего не нужно, имея на руках отчет штатного целителя. Дальше ты уедешь из столицы и затаишься, пока страсти не улягутся. А после мы отомстим, если захочешь. Не забывай, что вампиры тоже не успокоятся, пока тебя не найдут. Они скоро восстановятся после взрыва и придут за тобой.

Последний аргумент оказался решающим, чтобы отказаться от первоначального плана. В морг Департамента стражей регулярно поступали неопознанные трупы. Дастин проводил вскрытие и устанавливал причины смерти, которые часто носили криминальный характер. Такие тела хранились в морге, пока не поступал запрос о пропаже от родственников.

Официально вампиры питались кровью, которую доноры сцеживали в специальную тару, сохраняющую свежесть продукта. Легальный бизнес на крови процветал, любой желающий мог сдать пару пробирок и заработать денег. Но находились кровососы, которым хотелось вонзить зубы в живую трепещущую жертву, насладиться острыми впечатлениями. За подобное удовольствие они платили большие деньги, которых хватало на сыворотку и многие другие вещи. Как обстояли дела в кланах первородных никто не знал, а тот, кто прикасался к тайне, хранил молчание или же умирал.

В холодильных камерах Дасти быстро нашел невостребованное тело, подходящее по возрасту и параметрам, и перенес его в прозекторскую. Приладил цепь на шею, воссоздал похожую рану на черепе, после чего впрыснул под кожу концентрированный ампирин. Дальше оставалось подождать, пока вирус начнет менять тело. Система безопасности минус второго этажа срабатывала, если трупы вдруг оживали и кидались на работников морга. Повсюду врубались излучатели «светляков», а с потолка дополнительно распрыскивалась вода с частичками серебра, которые усиливали магию светоносных. Восставшие сгорали дотла, а персонал выживал, даже если не успевал спрятаться. Понятно, что подобные ситуации возникали редко и зачастую по недосмотру самих работников, так что Дастина ожидали допросы дознавателей и куча бумажной волокиты. Но это такие мелочи по сравнению с человеческой жизнью.

Помимо самой инсценировки, следовало продумать, как покинуть территорию Департамента. Самостоятельно из закрытого двора мне не выбраться. Собственным транспортом Дасти не обзавелся, обращаться к знакомым в таком деле было рискованно. Но способ незаметно покинуть охраняемый периметр все же существовал. Каждое утро во двор заезжал мусорный магикар, забирал полные баки и заменял на пустые. Обычно охрана на воротах заглядывала внутрь, проверяя, что вывозится, но контейнеры из морга не вызывали у них любопытства.

Дасти выделил мне штаны и рубашку из собственных запасов. Я закатала рукава повыше и подвязала брюки поясом, чтобы не болтались и не соскакивали. Из куска застиранной простыни сделала косынку, под которую спрятала волосы. Парень назвал адрес съемного жилья и объяснил, как лучше добраться, дал ключ и денег с таким расчетом, чтобы купила по дороге продукты и новые вещи. Дальше мне следовало сидеть тихонько в квартире, никому не открывать и дожидаться его с работы.

Однако планы полетели в трубу, когда к зданию морга, нарушая предрассветную тишину, подъехал грузовой магикар с затемненными окнами на кабине. Дасти как раз выкатил бак вместе со мной на улицу и поставил недалеко от входа.

— Кьяра, сиди тихо! — еле слышно произнес парень. — Наверняка, очередного клиента привезли. Я быстро с ними разберусь.

Как будто у меня был выбор! Но я пробурчала, что еще не сошла с ума, чтобы выбираться из мусорного бака у всех на виду, и замолкла, прислушиваясь к тому, что происходит.

— Доброго утро, господа! Не сидится же вам на месте в такую рань! Кого на этот раз привезли? — парень отправился навстречу гостям.

— Какое же это утро? Ночь еще на дворе. Вы господин Кларк? — бодро ответил незнакомец. — И вам доброго здравия. Но вы ошиблись, мы приехали, чтобы забрать клиента. Вот, ознакомьтесь и подготовьте тело к выдаче.

— Тут какая-то ошибка! — пробормотал Дасти через минуту. — Вы не можете забрать тело Кьяры Коул. По распоряжению лорда Саргиса жертва помещена в бокс для укушенных. На документе не хватает подписи и личной печати лорда. Сиэль Диксон — его заместитель и не вправе отдавать подобные распоряжения.

— Послушай, дружище! — Хлопнула дверца магикара, и раздался обволакивающий голос второго пассажира. — Никакой проблемы не будет, если выдашь тело сейчас, а бумажку с печатью я лично подвезу после обеда. Зачем беспокоить лорда по ночам из-за пустяков? Пока мы за разрешением скатаемся, пока вернемся, кучу времени потеряем. Ну, что, тебе жалко, что ли?

— О, нет! — Я похолодела, узнав голос вампира, которого клыкастый красавчик называл Крисом. — Неужели так быстро оправился и пришел за мной?

— Нет, парень, так не пойдет, — покачал головой Кларк. Я приподняла крышку мусорного бака и в щелку наблюдала за происходящим. — Ты новенький? А где Винс? Его смена же еще не закончилась.

— Клиф Батер из Департамента льмагисов. — Крис показал служебный жетон. — Это дело переходит под нашу юрисдикцию. Мне велено забрать укушенную, пока она не переродилась.

— Да хоть сам император, а приказ нарушать я не намерен! — Не поддался Дастин. — Приезжайте с ордером, тогда и выдам труп. А пока я за него отвечаю.

— Что ж ты такой упертый? — Крис вздохнул. — Я ведь по-хорошему хотел договориться.

Стремительно переместившись Дасти за спину, вампир вырубил его, подхватил обмякшее тело под мышки и затащил внутрь помещения. Магикар закрывал собой вход во флигель, поэтому охрана на воротах не видела, что тут происходит. Крис вместе с подручным скрылся внутри здания. Скоро они поймут, что меня там нет, и вновь начнут задавать вопросы Дастину.

Я выбралась из мусорного бака и осторожно приблизилась к двери. Незваные гости занимались тем, что вскрывали холодильные камеры и вытаскивали тела. Бесчувственного патологоанатома сгрузили на пустую каталку и не обращали на него внимания. Тихонько отступив от дверного проема, я метнулась к магикару, боковые дверцы которого были распахнуты настежь. Мерный рокот работающего двигателя заглушал шаги.

В салоне нашелся санитар, раздетый до исподнего белья. Связанный, он лежал на полу и не подавал признаков жизни. Приблизившись, проверила пульс. Вроде живой, только в отключке.  Быстрый обыск магикара ничего не дал. Видно, оружие вампир и его подручный забрали с собой. Зато из управляющей панели торчал кристалл, без которого транспорт не сдвинется с места. Если его вытащить, двигатель заглохнет, а машина превратится в груду железа. Я прислушалась к тому, что происходило внутри флигеля. Очевидно, первый этаж похитители уже обыскали и двинули в подвал. Я без раздумий заглушила мотор и сунула камень в карман, после чего выскользнула из магикара и проникла в помещение. Обнаружила Дастина в холодильнике и убедилась, что он живой, хоть и слегка подмороженный. Затем вытащила друга на улицу и уложила рядом с санитаром. После этого вновь устремилась внутрь и, неслышно ступая по полу босыми ногами, спустилась вниз.

Тело мертвой девушки лежало на каталке. Простыня валялась на полу, а цепь с шеи перекочевала к вампиру. Шустрый кровосос уже обыскал помещение и копался в документах на рабочем столе Кларка. К счастью, Дастин успел уничтожить записи, касающиеся меня и тех процедур, которые проводил под протокол. Не оставил ничего, кроме отметки о доставке.

— Тащи этого парня сюда! — захлопнув журнал, приказал Крис напарнику. — Девчонку привезли вечером, и это точно было на ней! — Потряс в воздухе цепью. — Не могла же она очнуться и уйти?

Мужчина послушно развернулся и потопал наверх. Он ошеломленно замер, столкнувшись со мной в узком проходе.

— А… э… — Опешил на мгновение, сообразив, что меня-то они и искали. Да только сказать ничего не успел, потому что я подпрыгнула и ударила незнакомца ногой в грудь, отчего он сдавленно охнул, кулем скатился по лестнице и распластался на полу прозекторской.

— Надо же, какая шустрая! — Радостно оскалившись, вампир перешагнул через подельника и ринулся ко мне.

— Ты себе даже не представляешь, насколько! — процедила я, врубая тревогу, после которой помещение затопило ярким пронизывающим светом, а с потолка полилась посеребренная вода.

Дверь захлопнулась перед самым носом вампира, а я рванула наверх, чтобы спрятаться, пока в морге не стало многолюдно.