Не драконьте короля! Книга 2

Глава 1

— Нет никого любопытнее адептов РАМа, — пробормотал оборотень, увидев за оградой множество студентов, жаждущих услышать подробности произошедшего. Магистр Эверус поморщился и после окинул меня взглядом. — Как ты, Купава?

Его голос звучал неожиданно нежно. В нём действительно чувствовалось участие. Я удивилась. Раньше Дейн был отстранённым сухарём, иногда мог съязвить — заодно протягивая мне очередной лист с наказанием, но именно сейчас оборотень весьма человечен.

Когда мы с магистром Эверусом вернулись в заповедник, здесь уже царила совершенно другая атмосфера. Магполиция и жандармы захватили буквально всё, каждый уголок. С пристрастием допрашивали мадам Ястер, а женщина чуть ли не плача рассказывала, что она понятия не имела обо мне и планах злоумышленника, а пригласить меня на отработку ей подсказал один из новых сотрудников, нанятых в этом году.

Найти его пока не удалось — он скрылся сразу же, едва контрабандист вывел меня отсюда.

— Благодарю, магистр, я в порядке. Моя психика крепче, чем кажется.

— Ничего, РАМ быстро расшатает, — вернулся к своему привычному тону магистр и усмехнулся. — Я до преподавания здесь тоже думал, что у меня всё в порядке, но здесь вечно происходит какое-то сумасшествие.

— Лучшая академия магии во всём Кваруме, как-никак, — иронично произнесла я.

— Райвиме, — поправил меня Дейн. — Кварум говорят на юге, а на севере принято говорить Райвим. Магистр Фаут придирается к этимологии, учти. — Я пожала плечами, мол, вот такая я деревенщина и не стыжусь этого, зато оборотень опять вздохнул. — Тебе нужно отвлечься, а за пределы академии тебя наверняка не выпустят… В библиотеку я тебя лично не пущу — уже за библиотеку страшно, поэтому… Переоденься пока, а я верну твои книги. Может, за чтением ты посидишь тихо.

Тут я едва не подпрыгнула. Книги — это чудесная новость! Магистр зашёл в здание. Я быстро переоделась в подсобке, а после вернулась и подождала на крыльце. Под наблюдением такого количество жандармов за меня можно было не беспокоиться. Интересно, Максимилиан уже уведомил отца о расторжении помолвки? Если нет, то это придётся сделать мне? Мол, здравствуй, папочка, его величество думает, что я связана с оборотнем истинностью, поэтому он расторг помолвку, но это ложь, не переживай.

Или Максимилиан сам объяснит моему отцу причину расставания? О, представляю, как король Хогард обрадуется пополнению нашей необычной родословной.

И вообще… как-то легко его величество сдался. А где же великий характер? А где же тот невероятный Владыка, который ни перед чем не останавливается? Даже как-то оскорбительно. Неужели я не стою того, чтобы за меня бороться? Хотя бы чуть-чуть!

Нет, не то чтобы мне нужен король, совсем-совсем не нужен. Уверена, у него найдётся много других развлечений в столице и прекрасных претенденток на его руку и сердце. А у меня — учёба в академии, поиск чешуек и главное — Тьма, которая вот-вот захватит бриольских фейри.

Вскоре вернулся магистр и передал мне книги.

— Можешь идти, только посиди в общежитии, если соберёшься на прогулку — то только в академическом сквере. Ректор усилил охрану на вход и выход, теперь никто не может покинуть академию без его особого распоряжения до окончания следствия. Лекции будут в обычном режиме, но всё-таки меры предосторожности усилятся. Береги себя, принцесса.

— Я слышу в вашем голосе участие? — удивилась я.

Оборотень ответил улыбкой и ничего не сказал. Я же не стала заострять на этом внимание и побежала в общежитие. Но дойти не успела. Меня буквально окружили Элай, Арк-Вирт, Клаудия и Рами, когда я вышла из заповедника. Расспрашивать на виду у всех они не стали, взяли под руки и сопроводили до моих покоев. А вот здесь уже столпились вокруг и начали закидывать вопросами, а я была так измотана, что не спешила отвечать, переводя взгляд с одного на другого.

— Ты виделась с его величеством? — с воодушевлением спросила Клаудия.

— Правда, что одного из сотрудников заповедника взяли под стражу? — тут же подключился Арк-Вирт.

— Неужели за тебя и правда потребовали выкуп? — последний вопрос от Рами прозвучал с сомнением.

— Вряд ли, — заключила Клаудия, глядя на меня. — Кому нужно отдавать за неё выкуп? Я бы на месте её отца ещё и приплатила злоумышленнику, чтобы подольше держал неугомонную принцессу вдали от королевства. С ней ведь одни проблемы, не говоря уже о характере.

— Вот кто бы говорил о характере, — улыбнулась я, уже не чувствуя от Клаудии угрозы. — Мне до некоторых змеек очень далеко.

— Если я и змея, то королевская, или по крайней мере в будущем точно, ведь его величество Максимилиан до сих пор не женат, — улыбнулась Клаудия и села рядом со мной на диван. Я с подозрением посмотрела на неё, почему-то воображение нарисовало идеальную пару в лице Владыки и Клаудии, но эта идеальность мне совершенно не понравилась. Впрочем, она прекрасно вписывалась в мироустройство Максимилиана — будет сидеть и смиренно рожать детей. — Так что? Кого в итоге заключили под стражу?

Я вздохнула. Мне нельзя было разглашать эту информацию. Интересно, а вот сейчас Максимилиан уже написал отцу о расторжении помолвки? И почему я так жду этого мига, будто бы мне тут же придёт письмо с приглашением на родину и в Бриольскую академию?

Хотя покидать РАМ будет жалко. Мне здесь даже понравилось, несмотря на многочисленные отработки. Да и знания тут давали. Тот же магистр Фаут с его замшелыми взглядами был весьма хорош.

— Отстаньте со своими вопросами, не видите, она испугалась, — запротестовал Элай, а затем взглянул на часы и вздохнул. — Мне придётся идти. Моя неделя рабства у Тимории ещё не прошла и теперь она требует совместные чтения в библиотеке.

— Вы добрались вместе до эротических романов? — тут же подключилась Рами и приложила руку к сердцу. — О, как это мило! Всегда мечтала прочитать историю о жарких принцах с самим принцем.

— А разве после того происшествия в библиотеке не все книги из эротического отдела убрали? — с ужасом уточнил Элай.

Я прыснула от смеха, увидев столько страха в глазах отважного принца, что ни одному каторжнику не снилось. Клаудия пожала плечами.

— Ты правда веришь, что мадам Теодерма не восстановила запасы своих любимых книг?

— Надеюсь, она будет держать их исключительно при себе, — пробормотал Элай, всерьёз задумавшись над тем, каково это будет — читать жаркие книги с русалкой.

— Ради такого случая Тимория может взять что-то из своих собственных запасов, — продолжила подначивать принца Рами.

— Она жестока, — со знанием дела кивнул Элай. — В прошлый раз заставила меня делать с ней маски из водорослей. Вы бы знали, какие они противные на ощупь, а пиявочный пилинг я ещё долго не забуду.

Переглянувшись с остальными, мы громко рассмеялись над кислым выражением лица Элая.

Вскоре Хмилья сделала нам чай, а Клаудия принесла восхитительные меренги из местной кондитерской. Элай ушёл, а ребята просидели у меня до самого вечера — мы делились смешными историями из детства, поэтому я заметно повеселела и невзгоды прошедшего дня отступили. Оказывается, иметь друзей не так плохо, и почему я всё время сторонилась фрейлин?

Ребята уже начали зевать и поглядывать на часы, но оставлять меня одну не спешили. Пришлось брать дело в свои руки, чтобы сбросить с них груз ответственности за моё состояние.

— Я так устала, — произнесла я и потянулась. — Идите-идите, дайте побыть в тишине и спокойствии.

— Мы тебя не оставим, — запротестовал Арк-Вирт.

— Вы и так сделали уже слишком многое для меня, за что я очень благодарна. Так что хватит, вас ждут кровати.

Ребята ещё немного посопротивлялись, уверяя, что могут и на полу выспаться. Рами и Клаудия заявили, что даже плохой сон не способен испортить их красоту. Но я была непреклонна. Вытолкала всех из покоев и, прислонившись спиной к двери, улыбнулась. Пожалуй, Рамания начинает мне нравиться. По-настоящему нравиться.

Всё ещё с улыбкой развернулась и отправилась в спальню. Приоткрыла дверь и заглянула в щёлку. Здесь была картина маслом: бедный, нарочито испуганный Крепыш пил чай из большой кружки и, заботливо укрытый пледиком (читай — носовым платком), рассказывал Хмилье, что он сегодня пережил.

— …а потом я бросаюсь наперерез заклинанию, которое летит в Купаву! Оно отрикошетило от меня, и теперь уже я мчусь со всей своей пыльцой на врага! Раз его ударил, второй! Он пошатнулся, упал навзничь и больше не поднимался — помер, кажись. Купава испуганная плачет, сидит на коленях — что взять с бедняжки? Принцесса, холёная и лелеемая всеми, не то что я — герой, боец! Говорю ей: успокойся, не хнычь, сейчас на помощь позову. И полетел.

— Так кто же в итоге похитил нашу принцессу, если ты его… того? — поинтересовалась Хмилья.

— Так, видимо, не помер, — нашёлся Крепыш. — Но лежал так смирно, как будто помер — вот те крест!

— Какой крест? — нахмурилась девушка.

— Выражение такое, — спесиво отозвался фейри и сделал новый, большой глоток чая. — Это всё не важно. Важно то, что я всех спас. Если бы я не прилетел к магистру Эверусу, не доложил о ситуации, то всем хана была бы. Он бы не доложил выше, не поднял бы на ноги всю полицию, не спасли бы они нашу Купавушку. Ты так его величеству Хогарду и передай, если письмо ему будешь писать.

Хмилья ответственно кивнула. И пока эти двое ещё до чего не добеседовались, я вошла в спальню и упёрла руки в бока, с прищуром взглянув на Крепыша. Тот быстро оценил расстановку сил, положил руку на голову и бухнулся прямо в кружку чая. Только бульканья и слышны.

— Я ему не поверила, ваше высочество, — оповестила меня Хмилья.

Улыбнувшись девушке, я прошла к столу и подтянула добытые в неравном сражении с магистром Эверусом книги. Открыла на нужной странице, запечатанной магией, и постучала пальцами по столу. Надо что-то придумать. Недоучка явно с таким не справится, а портить освещение ещё и в своей комнате не хочется.

К кому бы обратиться?

Взгляд упал на окно. Тимория и Элай возвращались из библиотеки. Тимория ведь с третьего курса, ей должно быть побольше об отпирающих заклинаниях известно. Нужно наведаться к ней.

Решила подождать её у двери. Тимория поднялась на этаж вместе с Элаем, ребята о чём-то спорили и лица у обоих такие непримиримые, а у принцессы ещё и насмешливое выражение перемежалось с кислым. Наконец, они разошлись и русалка приблизилась ко мне.

— Привет! Как ты? Все в академии только и говорят о произошедшем.

— Всё в порядке, меня спасли.

— О да, его величество умеет быть героем, — улыбнулась Тимория. — Как тебе он?

— Кто?

— Максимилиан, — с удивлением протянула девушка. — Он ведь тебя спас, об этом все шепчутся. Мол, наш прославленный монарх и тут предстал героем, спас иноземную принцессу.

Только сначала он эту самую принцессу сюда привёз. Но об этом никто не знает, судя по всему. Хорошо, что они не видели, как я бросилась к нему в объятия прямо из кареты. До сих пор стыдно. Вот и зачем я так сделала?

— А, ты об этом, — произнесла я и отвела взор. — О да, он хорош. Так великолепен.

— Не слышу энтузиазма в твоём голосе, — раскусила меня Тимория и улыбнулась. — Хоть мы с тобой и принцессы, но вряд ли можем рассчитывать на союз с самим Максимилианом Великолепным, — рассмеялась Тимория, добавив шуточное прозвище Максимилиана. — За то, чтобы он стал их зятем, будут бороться сильнейшие короли Райвима. И хоть Бриоль богат, ему больше нечего предложить Рамании, а богатств у Рамании и у самой в избытке.

Я застыла. Тимория не хотела меня задеть и всё-таки… невольно задела. Я сглотнула и опустила глаза. Она права. Максимилиану не нужна бриольская принцесса. Никак. Почему же он тогда предложил помолвку? Почему не отступился даже после отказа?

— Ты ведь меня ждала? — продолжила Тимория, не заметив моего смущения. — Тебе нужна помощь?

— Да, — я тряхнула головой, отбрасывая ненужные мысли. — Тут есть одна книга, позаимствовала из библиотеки. И на ней заклинание сокрытия — поможешь снять?

Тимория зависла от моей просьбы, а потом широко улыбнулась и забрала у меня книгу. Я открыла её на нужной странице и девушка усмехнулась.

— Знаешь, о таком меня ещё никто не просил. Ладно, попробую помочь. Если не смогу — не обессудь.

— Разумеется, — улыбнулась я и сделала шутливый книксен. — Спасибо тебе большое.

Тимория махнула рукой и зашла в комнату, я тоже отправилась к себе. Переоделась и легла спать. День был тяжёлый, длинный, и я думала, что не смогу заснуть, но в итоге просто отключилась.

Но ненадолго. Уже ночью ко мне явились гости.

Резкий, скрежещущий звук выбил меня из сна. Я распахнула веки и подскочила на кровати. Звук повторился и раздавался он от окна. Быстро поднявшись, я поплотнее запахнула халат. На мгновение мелькнула мысль — а что, если его величество?

Ну конечно, вот будет он стоять под окном и кидать в него камушки. Явно не его уровень. Макссимилиан скорее сразу заявится в комнаты, преодолев все защитные заклинания. С него станется.

Звук повторился в третий раз. Я уже подошла вплотную и теперь в темноте ночи кое-как смогла разглядеть незваного гостя.

Зимокрыл?! Быстро открыв раму, я впустила мою «курицу». В углу подоконника, где было уютное спальное местечко, от холодного ветерка, впущенного в комнату, заворочался Крепыш. Я лишь мельком посмотрела на фейри и вновь взглянула на зимокрыла. По его телу по-прежнему пробегали голубые искорки. Зимокрыл осторожно приближался ко мне, а я неосознанно вытягивала руку с татуировкой вперёд…

— Отец мой дракс! А эта курица что здесь делает?! — закричал испуганно Крепыш и схватился за сердце, разыгрывая спектакль «Фейри потерял сознание от страха».

Проверив, что уходить в мир иной он не собирается и его пульс ровный, я всё-таки дотронулась до птичьего хохолка. Татуировка тут же вспыхнула и уже привычно погасла, оставив всего лишь короткий хвостик, но мне показалось, что сейчас этот хвостик немного удлинился, став ближе к центру ладони.

— И что мне с тобой делать? — пробормотала, задумчиво глядя на птицу.

А она смотрела на меня. Причём таким умным, добрым взглядом, что я начинала сомневаться, точно ли она птица. Прилетела ночью, чтобы её никто не заметил, да ещё и купол защитный преодолела — магистр Эверус сказал, что ректор усилил защиту.

— Зажарить и съесть? — внёс свою лепту Крепыш, соизволив очнуться. — Купава, я с этой курицей жить на одной территории не буду!

Воспринимать всерьёз слова фейри я не собиралась, вместо этого задала куда более насущный вопрос:

— Скажи, а ты видишь в ней магию? Распознают ли эту магию другие? Я боюсь, что в нынешних условиях не смогу её защитить.

Крепыш задумался, осторожно подошёл ближе. Зимокрыл клацнул клювом, Крепыш отлетел и, держась за сердце, спрятался в моих волосах. Вновь осторожно выглянул и признался:

— Магии в ней много, но она вспыхивает, только когда ты приближаешься. Вот когда вы соприкоснулись, тогда был сильный скачок, а так… курица как курица.

Это отлично. Значит, смогу устроить так, чтобы она проживала в моей комнате и не привлекала внимания, но держаться от неё нужно подальше. Эх, и почему она выбрала меня? Как будто мне проблем без неё не хватало. И пусть эта птица спасла мне жизнь, но именно из-за неё я в историю с контрабандистами и вляпалась.

— Купава, а чего она на меня так смотрит? — настороженно спросил Крепыш.

Я внимательно посмотрела на зимокрыла. Хищник приготовился к нападению. Даже я отступила на полшага назад, соответственно, и Крепыш, путавшийся в моих волосах.

— Кажется, ей не понравилось, что ты назвал её курицей…

Сразу после этих слов зимокрыл сорвался в атаку. Целился в мою голову. Я увернулась, а вот фейри остался на месте, не поспев за мной. С диким криком он полетел из спальни в гостиную — дверь была приоткрыта для проветривания. Но забаррикадироваться не успел. Зимокрыл был стремителен и проскочил внутрь, бросившись на Крепыша.

Тут я отмерла. Кинулась следом. Хватать Крепыша по прошлому опыту было бесполезно — птица тогда меня клюнула! На этот раз я решила действовать умнее и схватила зимокрыла. Он пытался вырваться, но пока тщетно.

На шум прибежала Хмилья. Увидев птицу, она схватилась за сердце и вытаращила глаза.

— Ваше высочество! Кто это? Что происходит?!

— Наш новый тайный житель, — призналась я, пыхтя как чайник и пытаясь удержать курицу. — Хмилья, у нас есть что-нибудь вроде… клетки?

— Клетки со звукоизоляцией? — уточнила Хмилья, покосившись на входную дверь.

— И с шоковым эффектом, чтобы вырубать её! — крикнул из своего укрытия за диваном Крепыш.

Это было что красная тряпка для быка. Зимокрыл вновь попытался вырваться, но я и на этот раз его удержала. В коридоре раздался звук каблуков. Нам всем конец! Сейчас сюда войдёт комендант Вейсон и мне светит новая отработка, не говоря уже о том, что все узнают о зимокрыле.

Дверь открылась. Птица по-прежнему пыталась вырваться, но я крепко держала её и посмотрела на вошедшего. Моё лицо удлинилось, от удивления я выпустила курицу, она тут же бросилась в укрытие к Крепышу. Я застыла и по-прежнему продолжала смотреть на входную дверь.

— Купавушка, неужели в этой академии совсем не кормят, что приходится самой ночью добывать себе пропитание? — весело спросила…

— Бабуля? — неверяще уточнила я и после этого меня сграбастали в тёплые гномьи объятия.

— Аяй! Ой-ёй! Помоги-и-ите! — кричал Крепыш.

— Тише! Сейчас коменданта привлечёшь, — шикнула я и только потом вспомнила, что ему вообще-то жестокая расправа угрожает.

Бросилась за диван. Зимокрыл и не думал убивать фейри, он лишь схватил его за кофту и вертел на когте, с большим удовольствием наблюдая за этим процессом. Выхватив Крепыша, я спрятала его в ладонях.

— Если хочешь остаться здесь, то помни, что у нас тут уважают друг друга. Не бьют и не обижают, — последнее я уже сказала Крепышу.

Фейри запыхтел, а я развернулась к бабуле и тяжело вздохнула. Хмилья прикрыла дверь и только после глубоко поклонилась её вдовствующему величеству королеве-матери Энштепс.

Увидеть бабулю я никак не ожидала. Последние лет десять она жила в гномьих землях и бывала у нас набегами — у них с отцом совершенно разные взгляды на моё воспитание, поэтому между ними часто вспыхивали скандалы. В итоге отец мягко, но настойчиво посоветовал леди Энштепс заняться многочисленными племянниками, оставшимися в гномьих горах. К тому же гномы жили на десять-двадцать лет дольше людей и выглядели куда бодрее даже в восемьдесят, сколько и было бабуле, поэтому её неугомонности хватало на всех родственников.

И на гномьих, и на нас.

Её вдовствующее величество была как всегда великолепна, с густыми рыжими волосами, заплетёнными в такую высокую причёску, что благодаря ей леди казалась почти моего роста. При этом бабушка ещё носила туфельки на платформе, что и обуславливало её громкую походку. Собственно, эти звуки я и слышала в гостиной.

— Бабулечка, а какими ты судьбами? — спросила я, немного отстранившись и выпутавшись из крепких объятий. — Что-то случилось на родине?

— Случилось? — удивилась она. — Что под моим чутким надзором может случиться? Ничего, мой бриллиантик, а вот за тебя на сердце тревожно. Я уже ехала в Раманию, едва узнав о твоей помолвке, когда меня настигла новость о твоём похищении. Я ускорилась с портальными переходами и вот к ночи оказалась в столице. И здесь — сразу к тебе! Как ты, радость моя?

— Всё в порядке, — уверила я бабулю. — Вот эта птица меня спасла.

— А до меня дошли слухи, что его величество, — нахмурилась бабуля и пристальнее посмотрела на нашу курочку.

— Он тоже имел некоторое отношение, — не стала лукавить я. — Но эта птица замедлила время и дала мне фору. Кстати, знакомься — зимокрыл. Только это большой-большой секрет!

— Зимокрыл, — нервно хохотнула бабуля и поправила свои рыжие волосы. — А что? Меньшего я от тебя и не ожидала! Наша порода! Драгоценность моя!

Я улыбнулась. Бабуля приобняла меня и села на диван, опустив взгляд на мои руки.

— О, вижу, фейри ты тоже с собой прихватила.

— Так получилось, — потупила я взгляд.

— Хранить секреты — это у тебя в отца, — тут же с укоризной произнесла она. — Хогард ничего мне не сказал о твоей помолвке! Не спросил моего согласия. Моего необходимого благословения. Как же я тебя, мою кровинушку, — она обвела овал моего лица пальцами, — отдам неизвестно кому? Пусть он будет хоть королём всего мира, а не только Рамании.

Зимокрыл взлетел на бра и там застыл, сделав вид, что спит. Крепыш на него посматривал с недоверием, но вскоре перешёл на стол, сев рядом с сахарницей, заполненной орешками.

— Возможно, ты зря прибыла, если твоей целью является моя помолвка. Скорее всего, его величество уже написал отцу и отозвал своё предложение. Мы с ним поговорили сегодня и выяснили, что я не самая подходящая невеста.

Бабушка посмотрела на меня с недоверием, а потом даже дотянулась и щёлкнула меня по носу.

— Да кто ж откажется от такого сокровища добровольно, радость моя? Вот и твой королёк не отказался.

Королёк. Я прыснула от смеха. Слышал бы её сейчас его величество, у него бы инфаркт случился от такого обращения.

— Откажется, бабулечка, обязательно откажется. Вот увидишь. Мы с ним часа два назад всё обговорили.

Точнее, я оставила его в безальтернативной ситуации, утаив некоторые факты. Но это ведь мелочи, правда?

— И о чём же вы разговаривали?

Я вздохнула. Объяснения предстояли долгие. Я решила сократить их и отвела взгляд. Он как раз упал на мою ладонь в бабушкиной руке, она тоже заметила след татуировки.

— Это что же… брачная татуировка оборотней?! Вот хвостатых нам точно не надо, Купава! Наша родословная этого не выдержит!

Посмотрев на неё, я всё-таки второй раз прыснула от смеха. С бабушкой по-другому не выходило. Она была так неподражаема в своей уверенности, что это вызывало дикое восхищение.

— Вот и его величество думает так же, — потупила я взгляд. — И я не стала его разуверять. Поэтому он откажется от меня. Вот увидишь!

Оказывается, признаваться в этом было неприятно. Отчего-то быть отвергнутой мне не понравилось. Особенно отвергнутой самим королём Рамании.

— Ты мне ещё расскажешь, что это за татуировка, но после услышанного хочу тебе сказать одно: если за прошедшие сутки сам король Рамании не предпринял никаких действий, то и не предпримет. Точнее, предпримет, но в другом ключе. Он сделает всё, чтобы завоевать тебя, пусть для этого нужно будет горы свернуть, а не то что разорвать какую-то нелепую связь с оборотнем.

— Глупости, — неуверенно протянула я, однако звучало с надежной.

Её почувствовала и бабуля. Улыбнулась.

— Поверь мне, такие мужчины не отступаются, к тому же если ты действительно нужна раманскому величеству. А то, что не сказала — правильно. Вот мы и проверим его истинные мотивы. И вообще — нечего сразу соглашаться. Знаешь, сколько меня твой дед добивался?

— Пять лет, — улыбнулась я.

Это была та ещё семейная история, описанная во всевозможных романах, как гномья принцесса искренне ненавидела бриольского принца и отвергала его тридцать семь раз! И благо, что гномка вовсе не принцесса, а дочь прославленного и богатого ремесленника — история-то красивая!

В итоге бриольский принц обиделся и уехал. Два месяца выдержала бабуля, а потом заявилась в Бриоль на новогодний бал и прилюдно спросила, где её обручальное кольцо и когда будет свадьба? Говорят, радостную улыбку принца нужно было видеть.

Их брак был счастливым и долгим. Дед отошёл от дел двадцать лет назад и ещё через десять лет отправился за грань. Я его помню, но довольно смутно.

— Вот, пять лет, как раз столько ты учишься в академии — фора у нас есть, — кивнула бабуля. — Купавушка, ну что ты за наивный ребёнок? Опровержения Хогарду не поступало — он бы мне сказал. Я ему такую трёпку устроила после того, как он тайком отправил тебя в Раманию, что теперь он будет отчитываться мне ежеминутно обо всём, что происходит. Так что ты не переживай. Королька мы твоего проверим, если будет годным — замуж отдам, а ежели нет — заберу тебя из этого захолустья.

Захолустья. Столица Рамании. Нет, я определённо люблю свою бабушку! Я даже улыбнулась. Приободрилась.

— А можно привести второй план в действие уже сейчас? Согласна вернуться домой!

— Как же вернуться? — округлила глаза бабуля. — А как же сам король Рамании, Владыка Малоземья?

— Ты его только что назвала корольком, — напомнила я.

— Это я так, для красного словца, — тут же нашлась бабуля, и я даже заподозрила её в родстве с фейри. — А в целом он богат и могуществен.

Это бабушка ещё не видела, насколько он красив. Какие у него невероятные глаза и широкие плечи, а ещё — какая улыбка…

Так, стоп, Купава! Что за странные размышления? Отставить!

— А теперь к делу, Купава. Помни, так просто я тебя замуж не отдам. Буду рядом и бдить. А если надо — бить. И не важно, кого. Расскажи-ка мне, что за оборотень-то рядом с тобой вился, что его величество грешным делом подумал о вашей связи?

Я вздохнула. Кажется, пришла пора во всём сознаваться, что тут произошло за последние две недели.

Поняв по моим глазам, что разговор предстоит долгий, бабуля уточнила:

— Купавушка, а чаю у тебя нет?

Максимилиан Раманский

— Есть какие-то известия? — ровно спросил я у капитана жандармерии.

Митлок почтительно поклонился и отчитался:

— Удалось установить личность погибшего контрабандиста — Ульрих Виасток, в кругах контрабандистов больше известен как Неуловимая маска. У него был свой картель, если можно так назвать его банду. Кучер и сообщники, что следили за маршрутом кареты, пойманы, как и тот, кто открыл ворота академии изнутри и навёл Ульриха на её высочество Купаву. Всего пять человек — досье на каждого лежат перед вами. Сейчас они все в допросной, медленно, но раскрывают имена и факты, некоторым мешают магические печати о неразглашении, но и их мы взламываем — я ведь правильно понимаю, что вашему величеству они не нужны живыми и в добром здравии?

— Их будут судить по закону, но если в ходе допроса пострадает их ментальное здоровье — суд учтёт необходимость и правомерность действий следствия, — согласно кивнул я и просмотрел дела. — Что-то ещё удалось узнать?

— У Неуловимой маски был двойник, — кивнул капитан. — Если можно так сказать, правая рука. Вместе они проворачивали дела и уходили от преследования. Ловкие ребята. Весь список их ухищрений в рапорте.

— Вы уже вышли на след двойника?

— Работаем в этом направлении, ваше величество, но… — Капитан Митлок замялся. — Никто из задержанных никогда не видел его лица. Они оба работали в масках, и если Ульрих снимал свою при подчинённых, то второй этого не делал и вообще мало общался с бандой, предпочитая оставаться в тени.

— Проблема, — я постучал по столу пальцами. — Нужно выяснить, кто он, и найти. До тех пор держите РАМ под строгим наблюдением, проверяйте всех вышедших и вошедших.

— К слову, об этом, ваше величество. Пару часов назад в академию прибыла вдовствующая королева Бриоля — леди Энштепс.

Прибыла тяжёлая артиллерия? Я откинулся на спинку кресла и усмехнулся. Кажется, Купава всерьёз решила избавиться от нашей помолвки, раз вызвала родственницу, слухи о которой долетают до самой Рамании. Но если наивная принцесса думает, что я отступлюсь, то зря.

— Если на этом все новости, можешь быть свободен. Я ознакомлюсь с документами.

Капитан с поклоном удалился, а я пробежался взглядом по рапорту. Воспоминания вновь затянули меня в тот миг, когда к горлу Купавы был приставлен нож. Кажется, моё сердце на миг остановилось, словно заледенело. Неужели девчонка стала мне дороже, чем я думал?

Глупости. Купава нужна мне. Нужна дракону. Огонь сжигает меня изнутри и утихомирить его способна только она. Других претенденток мы не нашли. Вот и всё. Больше ничего нас с ней связывать не может. А повышенное давление в момент, когда я узнал о похищении принцессы, можно списать на страх потерять разум и сгореть от переполняющей меня магии.

По коже вновь пробежали всполохи. Мне становится всё труднее контролировать дракона. Купава, Купава… Так просто я тебя не отдам. Пусть даже придётся пойти против истинной связи оборотней.

Вздохнув, я взял с собой документы и направился на выход. Есть только одно место, где я смогу найти ответы на все вопросы. Путь в Малоземье верхом займёт около десяти часов и столько же обратно. Уже в понедельник мне нужно быть в столице. Успею? Возвращаться придётся ночью, а там сразу в академию. Коварно улыбнулся. Ты даже не представляешь, с кем решила поиграть, принцесса.

Огорчает только одно — мне придётся видеть Дейна Эверуса чаще. Как будто полугода проживания под одной крышей мне не хватило. Вспоминать о событиях десятилетней давности было неприятно, поэтому я вновь подумал о Купаве. Думать о ней в разы приятнее.

Она будет моей. В этом я не сомневаюсь.

Глава 2

Купава Даорг

— Значит, у вас преподаёт Дейн Эверус, — задумчиво подвела итог бабуля после моего рассказа и пригубила чай.

— Ты его знаешь? — тут же встрепенулась я.

К чаю у нас были восхитительные бабушкины пирожки с малиновой и вишнёвой начинками. Она впрок напекла дома и привезла с собой, подвергнув их заклинанию стазиса, чтобы пирожки сохранились свежими и ароматными.

Вообще-то есть ночью не очень полезно, но за окном уже забрезжил рассвет, и я посчитала это ранним завтраком.

— Нет, — мгновенно отозвалась бабуля, слишком быстро для той, кто ничего не знает, и я прищурилась. — Просто слышала кое-что от подруг. Видишь ли, пока я добиралась сюда, а заняло это по меньшей мере три дня, я решила не терять времени зря и занялась информационной подготовкой. В карете было скучно, вот я и писала письма своим знакомым, расспрашивая не только об академии, куда тебя отправили, но и о самом Максимилиане Раманском. Хочу тебе сказать, фигура он интересная. Судьба у него необычная и не сказать, что лёгкая. В шестнадцать лет потерял отца! И главное, где? В горах. На него напала стая манкор.

— Манкор? — изумилась я. — Но ведь они одиночки. Редко сбиваются в стаи.

— Редко, но метко, — вздохнула гномка и причмокнула губами. — Не сдюжил король. Хотя шут его знает, как он вообще оказался в горах один — история о том умалчивает. И вот шестнадцатилетний парень восходит на трон. Никто ведь не верил тогда в его величие, — тут она лукаво посмотрела на меня, — но говорят, он хорош. В правлении, я имею в виду, — добавила бабушка, вдоволь насладившись румянцем на моих щеках. — Отогнал орколейцев от границ, заставил их присягнуть на верность, да ещё и Малоземье присоединил к Рамании и стал величаться их Владыкой — прежде никто не носил этого статуса. Племена в Малоземье разрозненные, поэтому каждый и хотел забрать себе кусочек. Максимилиан взял их под своё крылышко и по их же просьбе.

Я кивнула. Это всё я знала. Я жаждала услышать иное, куда более личное.

— А теперь то, что в учебниках истории не пишут, — продолжила бабушка и взяла пирожок, начав его с удовольствием есть. Я вся напряглась, выжидая минуты, пока королева Энштепс вернётся к волнующей меня теме разговора. Она же подтрунивала надо мной, специально растягивая время. — На войне юноша получил травму. Не волнуйся так — он её уже вылечил, но вот как — это уже интереснее. Помогал ему шаман из Малоземья, у которого он и жил полгода после окончания войны. Шамана зовут Кайн, очень уважаемый в среде малоземцев, выдающийся маг, обладающий не свойственной нам магией, а своей особенной. Он смог вылечить короля. Какой у него был недуг, никто не знает, я сама спрашивала, — ответила бабуля, прочитав вопрос по моим глазам. — Заодно обучил некоторым малоземским колдовским премудростям.

— Пока там жил, его величество и подружился с Дейном Эверусом? — догадалась я.

— Подружился? — фыркнула бабуля. — Судя по моим источникам, всё наоборот. Они ровесники и невзлюбили друг друга с первого взгляда. Молодые девятнадцатилетние парни буквально соревновались друг с другом, ведь жили под одной крышей — как тут не соперничать?

— А фамилия того шамана случайно не Эверус? — я вновь проявила чудеса смекалки и на этот раз угадала.

— Да, Дейн — сын того шамана, которому его величество обязан жизнью.

Поэтому Максимилиан терпел панибратское отношение и ещё не отправил Дейна на плаху. Значит, они друг друга недолюбливают, но при этом имеют не просто общее прошлое, но и какую-то тайну?

— Интересно, а почему два парня могли соревноваться? Например, Арк-Вирту и Элаю, моим одногруппникам, нечего делить. Они хорошо общаются.

— Кто знает? Может, там девушка какая-нибудь замешана. Наверняка очень красивая, — поддела меня бабуля, и я вся вспыхнула.

— Его величество не похож на того, кто может испытывать сильную сердечную привязанность, — фыркнула я и отвернулась, нахмурившись. — Он вообще очень… очень…

— Очень?

Что именно он «очень» я сказать не могла. Он просто «очень». Во всём. Очень красив. Очень бесит. Очень одарён. Очень невыносим.

— А Дейн похож? — внезапно спросила бабушка, и я хлопнула ресницами. — Дейн похож на того, кто может испытывать сильную привязанность?

Я задумалась. В итоге уверенно кивнула.

— Вот и ответ, — заключила её вдовствующее величество. — Они разные. И каждый из них лидер по своей сути. Два лидера с разным видением мира не могут ужиться на одной территории. Это аксиома.

Пожалуй, бабушка совершенно права. Но почему-то было забавно представлять двух молодых парней — Максимилиана Раманского и Дейна Эверуса, пытающихся ужиться под одной крышей.

— В общем, суть я поняла. Будем решать. Увидимся завтра.

— А куда ты?

— Как куда? В бриольскую резиденцию, я ведь королева, мне не по статусу ночевать в общежитии. Карета ждёт снаружи.

Энштепс поднялась на ноги и зашагала к выходу. Я подскочила вслед за ней.

— А как ты сама прошла на территорию академии? Когда тебе успели выписать пропуск? — внезапно задумалась я.

— Я заранее написала ректору и потребовала внести меня в список людей, имеющих право посещать академию.

— А такой список есть? — изумилась я.

— Если не было, то теперь точно есть, — сделала вывод бабуля и, развернувшись ко мне, заключила меня в прощальные объятия. — Доброй ночи, драгоценность. Береги себя и помни, какое ты сокровище.

Бабушка покинула меня так же стремительно, как и прибыла. И думается мне, завтра вся столица будет поднята бабушкой — если она успела раздобыть столько информации, пока ехала сюда, то сколько всего узнает, находясь в Энибурге?

Зевнув, я развернулась ко всей своей весёлой компании.

— Её величество сообщит его величеству, что я тут, и всё — пиши-пропало, — вздохнул Крепыш.

— Вот за это точно не переживай, — покачала я головой и прошла к бра, на котором тихо посапывал зимокрыл. — Она ничего не расскажет отцу, более того — ещё и создаст новых тайн, которые придётся хранить от него. И ещё — нам нужно ускориться с поисками чешуек, потому что, если к делу подключилась бабушка, неизвестно, когда нам прикажут паковать вещи. Конечно, она обещала приглядеться к Максимилиану, но чувствую, он не подойдёт под её свободолюбивые требования.

— А мне кажется, он ей понравится, — внезапно подала голос Хмилья и тут же смутилась. — Гномы же очень ценят рост, а его величество Максимилиан высокий.

— И щедрый, — добавила я. — Ты видела, сколько он даров привёз в Бриоль? А это гномы не ценят. Точнее, дары они ценят, но чтобы дарили им, а не они. Так что бабушка не выдаст меня за него замуж, скажет, что муж растратит все семейные богатства.

К слову, надо намекнуть на этот недальновидный поступок Макса леди Энштепс.

— Кстати, как мы его назовём?

— Кого? — недоумённо спросил Крепыш.

— Зимокрыла.

— Кажется, это женская особь. Назовём её Курицей? — предложил Крепыш.

— Так точно не подойдёт, — покачала я головой и задумалась, присев на край стола. — Может, Синеглазка? Сокращённо буду звать её Синькой.

— Хорошо, а я всё равно буду звать её Курицей, — хмуро отозвался Крепыш и ушёл к окошку, забившись в угол подоконника, где уже успел соорудить себе спальное уютное гнёздышко.

Мы с Хмильей переглянулись. Кажется, они не поладят. Решив, что подумаю о грядущих проблемах завтра, отправилась спать.

***

Выходные прошли и слава драксу. Я готова восхвалять даже этого пакостника, потому что вымоталась. Началось всё утром в воскресенье, когда явилась бабуля.

— Купава, а это что такое? — изумилась её вдовствующее величество, заглянув в мой шкаф, и развернулась ко мне, уперев руки в бока. — Это что, бриольская мода?

Окинула взглядом свой гардероб. Милые платьица в основном терракотового и болотного оттенков носились с белыми блузами — повседневные, а также выходные наряды с высокой горловиной и длинной пышной юбкой. Меня всё в этом устраивало.

— Что-то не так?

— Драгоценность моя, — проникновенно начала бабушка и сделала осторожный медленный шаг ко мне, словно ласковый хищник, — ты ведь знаешь, что в каждом королевстве своя мода?

Кивнула медленно-медленно, словно обдумывая её слова.

— И раманская мода отличается большей открытостью, наличием золотых нитей в одежде и множеством украшений?

— Какое мне дело до раманской моды? Я тут ненадолго и вообще — учиться приехала.

— Учиться, — буркнула бабуля, — или всё-таки в последующем править?

Я вспыхнула. Вот никогда не рассматривала эту сторону брачного вопроса. Задумывалась о том, каково будет в браке с Максимилианом, но что значит быть супругой короля и нести ответственность за его народ — не представляла.

— Знаешь ли, мода гномов тоже отличается от бриольской и мне пришлось перенять традиции.

Я возмущённо открыла рот.

— Бабуля! Вообще-то наши модные веяния не так сильно отличаются — это раз, а два — всё благодаря тебе. Кто ввёл болотный цвет для повседневных платьев в моду? Это ведь потому что зелёный прекрасно оттеняет твои рыжие волосы.

Бабушка кокетливо поправила шевелюру и клыкасто улыбнулась, совсем не по-королевски, но очень даже по-гномьи.

— Ну вот и ты можешь смешать модные веяния, сразу после того как станешь королевой. А пока не стала ею — попробуй стать раманкой.

— Не собираюсь, — отрезала я.

— Уверена, Максимилиан оценит.

— Тем более не собираюсь, — упрямо заявила я.

— Кажется, тебе нужны были вещи для твоей птички? — пошла на шантаж бабуля, и я вздохнула.

Она единственная, кто может беспрепятственно заходить в академию. Я сейчас в уязвимом положении.

— Два платья, — пробормотала я хмуро.

— Два платья и приталенную форму, а ещё — обязательный выход в этом платье в понедельник.

— Почему это?

— Узнаешь, — подмигнула бабуля и, открыв ридикюль, извлекла из него измерительную ленту. — Раздевайся!

В этот момент в дверь постучали. Я так обрадовалась, что отскочила от бабули.

— Ты купи на глаз, хорошо? — попросила я. — У тебя же зрение гномье, а гномы размер бриллианта, который сделают из алмаза, определяют до сотой доли карата. Ты справишься.

Подмигнув ей, я побежала открывать дверь. Но едва распахнула её, застыла. На пороге стоял высокий мужчина в тёмной форме без знаков отличия. Он тут же прикоснулся двумя пальцами к груди и на кармане проявилась эмблема тайной канцелярии, имя и звание. Капитан Митлок.

— Доброе утро, ваше высочество, — его взгляд метнулся мне за спину, — ваше величество. — Он почтительно поклонился, приподнял коробку с названием местной кондитерской и продолжил: — Вы не хотите выпить чаю за непринуждённой беседой?

Допрос? Конечно, понимаю, после случившегося мои показания имеют большое значение.

— Проходите, капитан Митлок, — кивнула я и отступила в сторону, пропуская мужчину.

Мы разместились на диване. Бабушка поближе ко мне, коршуном глядя на капитана, чтобы и не думал обижать её внучку. Он отвечал ровным взглядом и не тушевался, чем заслужил моё уважение. Впрочем, с чего бы ему тушеваться, если он в полтора раза выше бабули?

Хмилья готовила нам чай и раскладывала пирожные. Выглядели они весьма аппетитно, особенно если учесть, что я ещё не завтракала.

— Вы не против? — спросил капитан и положил на стол артефакт — он поглощал звуки под куполом, чтобы никто нас не подслушал.

Правда, все внешние звуки до нас всё равно доносились.

— Непринуждённая беседа, — весело прокомментировала я, припомнив его предыдущие слова, и капитан виновато улыбнулся.

— Подскажите, принцесса, как вы оказались в заповеднике и что там делали?

— Я зашла к магистру Эверусу, а потом меня пригласила на отработку мадам Ястер. Я подумала, что неплохо поработать в выходной до вечера, тогда засчитаются сразу несколько дней наказания.

— За что именно вам выписывались наказания? Может ли быть такое, что они были намеренно подстроены и вы не имели отношения к происшествиям, за которые вам выписывали листы отработок?

Тут я смутилась.

— Это исключено, — ответила я, опустив голову. — Я несколько… м-м… имела отношение к случившемуся.

Более чем имела. Так и скажем — сама напрашивалась. Влипать в истории я умею. В этот момент из комнаты послышался клёкот, а следом писк фейри. Капитан тут же вытянул шею, посматривая в сторону двери спальни, а я прочистила горло.

— Окно в спальне открыто, — оправдалась я.

В этот момент в спальне что-то упало. Предположительно, ваза. Я бросила взгляд на Хмилью. Горничная, активно улыбаясь капитану и пятясь спиной к двери спальни, прошмыгнула туда. Но звуков меньше не стало. Наоборот. Больше. Теперь птичий клёкот был более различим, а фейри…

— Убива-а-ают! Помоги-и-ите! Спаси-и-ите!

— Ваше высочество? — недоумённо обратился ко мне капитан.

— Фейри, — пришлось ответить мне. — Те ещё затейники, знаете ли. Такие спектакли организовывают. И на птиц любят охотиться. Такие рогатки мастерят — залюбуетесь. А потом эти птицы им мстят.

— Мстят?

— Пытаются поклевать.

— Вы не хотите спасти своего фейри? — уточнил капитан, и тут я широко улыбнулась.

— Сам разберётся.

Спасать его я больше не собиралась, потому что видела, как под утро он проснулся, подлетел к спящему зимокрылу и начал выдёргивать у него едва отросшее оперение. Так что заслужил.

— Кхм, что ж…

— Знаете, я пожалуй, пойду, — прервала его бабушка и поднялась на ноги. Капитан вслед за ней. — Нужно купить большую клетку со звукоизоляцией.

— Для фейри? — уточнил капитан удивлённо.

— Конечно! Чтобы спасти бесценных птичьих особей, — покивала бабуля и тихо добавила: — Они, в отличие от Купавы, защитить себя не могут. — И громче: — Доброго дня, капитан.

— Ваше величество, — поклонился он и, когда бабушка вышла, сел напротив.

Из комнаты всё ещё доносились странные звуки, к которым теперь добавились крики моей служанки. Я непринуждённо взяла кружку, пирожное и обратилась к капитану.

— Продолжайте, я готова.

В общем, когда допрос закончился, капитан покинул мои комнаты хмурый и в крайнем изумлении. Я же сразу бросилась в спальню и, чуть ли не с ноги открыв дверь, окинула её взглядом. Хмилья утешала зимокрыла в одном углу, поглаживая нахохлившуюся птицу, а Крепыш сидел на подоконнике, лелеял раненую руку и тоже хмурился.

— Поскорее бы вернулась бабушка с клеткой.

Обработав всем раны, я решила взяться за уроки. Но мои соседи по палате, то есть по покоям, на этом не остановились. Они продолжали друг друга донимать, но уже тише, чтобы не мешать мне. Я от всего так устала, что едва ли не вприпрыжку бежала к бабуле — она принесла большую клетку с артефактом шумоизоляции, питание, подстилки и коробки с платьями — их помог донести мистер Вейсон. Вскоре комендант с поклоном удалился, недоумевая, зачем фейри такая клетка, а я уточнила:

— А маленькой клетки не было? Чтобы и второго посадить, а то он сможет пролезать через прутья.

— Я поставлю защиту и не сможет, — убедила меня бабушка. — Такую, чтобы скрыть заодно магию твоей птицы. Хотя подозреваю, сегодня капитан просканировал пространство и, возможно, понял, кто сидит рядом с тобой.

— Крепыш уверял, что его магия активируется только рядом со мной, — разочарованно произнесла я.

— Сильный маг видит даже малейшие всполохи, и пусть я бы не смогла вот так определить вид птицы, но то, что она волшебная — поняла бы наверняка. Клетка скроет это.

— Спасибо! — облегчённо произнесла я и обняла бабулю. — А может, ты сделала это бескорыстно и платья не придётся мерить?

— Придётся! — была непреклонна гномка, и я вздохнула.

Зачем же ей нужно, чтобы в понедельник я выглядела обворожительно?

Глава 3

— А курицам учиться не положено, — фыркнул Крепыш, поправляя галстук-бабочку на шее и направляясь на выход из спальни.

Зимокрыл посмотрел на него без удовольствия. Я тоже. Фейри просто излучал радость по поводу учёбы и даже отказался от завтрака — так ему не терпелось приступить к занятиям. В отличие от меня.

Я посмотрела на своё отражение. Светло-зелёное платье было с неглубоким, но всё-таки декольте, поэтому приоткрывало грудь, да и из-за длины хорошо были видны лодыжки — неслыханная дерзость для Бриоля и вполне обыденность для Рамании. Мои волосы Хмилья заплела не в тяжёлую прическу по бриольской моде, а уложила мягкими локонами, как принято в Энибурге, — этому её вчера научила бабуля. Провела ей мастер-класс. И вот теперь я стою перед зеркалом и хмурюсь. Даже чёрная мантия теперь не спасала — она была по фигуре, не закрывала декольте, а подчёркивала его, и подпоясывалась на талии изящным ремешком с золотой пряжкой.

— Она что-то задумала, — сказала я своему отражению. — Определённо.

— Ваше высочество, вы на завтрак не опоздаете? — уточнила Хмилья, и я поняла, что пора выходить.

Элай, Арк-Вирт и Рами с Клаудией ждали меня за столиком. Я поставила поднос, полный еды, и опустилась рядом с ним. Поняла, что ребята застыли и вопросительно приподняла бровь.

— По какому случаю изменения? — спросила Рами. — Выглядишь шикарно. Для кого старания?

— Я, кажется, знаю, — широко улыбнулась Клаудия и наклонилась к столу, понизив голос: — Позавчера её спас сам король, она пала жертвой его чар — дама в беде и принц-спаситель, как троп из романтических книг — поэтому она решила измениться, чтобы претендовать на его руку и сердце.

Мои щёки вспыхнули. Да с чего они взяли, что это я?

— Звучит вполне правдоподобно, — кивнул Элай, — и я даже не сомневаюсь, если Купава захотела выйти за него замуж, то так и будет. Знаете, сколько она женихов отвергла? Меня в том числе.

— Ты не выглядишь расстроенным по этому поводу, — хмыкнула над его ухом Тимория и присела рядом за стол. — Но Купава невероятно красива. Действительно интересно, для кого старания. И тоже склоняюсь к кандидатуре его величества. Максимилиан — мечта!

— Да не нужен мне Максимилиан, — шикнула я. — Прекратите сватать меня за вашего монарха.

— Я слышала, что он недавно наведывался в Бриоль, — неожиданно сообщила Клаудия. — Матушка написала мне и поделилась слухами. — Вздох. — Если это действительно так, то неужели ты отберёшь у нас нашего короля? Я с пяти лет мечтала выйти за него замуж.

— Что-то ты не выглядишь расстроенной, — повторила я слова Тимории и прищурилась, глядя на дочь герцога.

— Так я в любом случае в выигрыше, — хмыкнула она. — Если ты не выйдешь замуж — выйду я, а если выйдешь — буду первой фрейлиной королевы и на всю жизнь останусь подругой. Как ни крути — у меня идеальный расклад.

И так легко это было сказано, что я улыбнулась. У меня не было подруг. И наши отношения с Клаудией с первой встречи не задались, она приревновала Элая, но в итоге расслабилась, поняв, что между нами точно ничего нет.

Или ревновала не она, а Рами? А Клаудия защитила интересы подруги? Я внимательно осмотрела друзей и заметила, с каким неудовольствием смотрит на Тиморию брюнетка.

Закончив с завтраком, мы все вместе отправились в академию. Сегодня здесь было многолюдно и все столпились возле расписания, что-то громко обсуждая. Мы тоже заинтересовались, но я близко не подошла, стоя сбоку.

— Новый факультатив — «Особая магия». И преподаватель не значится!

— Будет кто-то новый, уверена, известный маг, — с энтузиазмом отозвалась одна из студенток.

— Может, шаман из Малоземья? Их магия самая особенная.

— Не скажи, — хмыкнул четвёртый из толпы. — А русалочья?

Спор продолжился, а ко мне вернулся Элай с новостями:

— «Особая магия» значится три раза в неделю, причём только у нас, у первого курса, — поведал он мне с воодушевлением. — Конечно, факультативы могут посещать все, и я услышал от пары третьекурсников, что они тоже собираются сходить.

Я никак не прокомментировала это. Взгляд упал на входную дверь и… я застыла, превратившись в статую.

— Это же его величество! — пискляво воскликнули девушки.

— Максимилиан Раманский! — зашептались парни.

А я даже разговаривать не могла. Повернуться тоже. Я просто внезапно поняла, что именно замыслила бабушка. Максимилиан был невероятно хорош — в тёмно-фиолетовом камзоле с золотой вышивкой на лацканах, с идеально уложенными волосами, со сверкающими артефактами-кольцами и весь такой вальяжный… Ему даже не нужен был венец, чтобы перед ним склонялись.

— Сюрприз, — пробормотал Элай и склонил голову в знак приветствия.

Я всё ещё не могла пошевелиться. Просто взгляд короля упал на меня, и на мгновение Максимилиан замер. Прошёлся по моей фигуре, отмечая и декольте, и открытые лодыжки, а я вся залилась краской. Я не для него старалась, не для него! Но что он сейчас подумал?

Взор монарха упал на Элая. Я думала, что он сейчас подойдёт ко мне, но нет — его величество прошёл мимо, при этом совсем недалеко от нас — я почувствовала запах его парфюма, но вот разглядеть глаза не смогла.

— Что его величество делает здесь? — со всех сторон продолжали сыпаться вопросы.

— Как он хорош! Увидеть его вот так вблизи… даже мечтать не могла!

— Значит, одежда всё-таки для него, — с усмешкой произнёс Элай, наклонившись ко мне и сверкая, как тысячи бриллиантов, будто только что разгадал загадку вселенной.

— Нет! — поспешно воскликнула я. — Мне нужно переодеться…

Договорить не успела. В этот момент раздался усиленный магией и разнесённый по всем коридорам академии голос ректора:

— Всем студентам собраться в главном зале.

— Потом переоденешься, — хмыкнул Элай и осмотрел меня с ног до головы. — Хотя, учитывая, что его величество Максимилиан уже тут, я бы не стал.

Я вновь покраснела, но на этот раз от гнева — просто я чётко поняла, что бабуля знала, кто явится сегодня на собрание, оттого и поставила такое условие. Что ж, условие я выполнила — король меня увидел. А дальше красоваться перед ним не собираюсь.

— Поторо-о-опимся, — подхватила нас обоих под руки Клаудия, — сейчас все самые лучшие места займут! Ну чего вы встали? Нам надо как можно ближе к сцене!

Спорить с ней о том, что нам туда не надо, не стала. Всё равно ведь не удастся занять места впереди — судя по движению потока, мы явно опаздывали. И несмотря на то, что Клаудия старалась лавировать среди студентов, мы никак не успеем.

Когда мы вбежали в зал — а мы и правда вбежали — меня ждал разочаровывающий сюрприз.

— Мы ту-у-ут! — закричала Рами с первого ряда и помахала рукой. Рядом с ней сидел довольный Арк-Вирт, и, когда мы подошли, девушка пояснила, приобнимая за руку орка: — Вирт посадил меня на плечо и начал рассекать волну студентов — они буквально отпрыгивали в стороны перед такой громадиной. Я и опомниться не успела, как мы оказались перед дверями зала одними из первым.

— Правда, я чуть не забыл о Рами…

— Ой да, я почти стукнулась лбом о дверной косяк, — поморщилась девушка. — Просто Вирт забыл, что я у него на плече, но даже если бы ударилась — это такие мелочи! Мне удалось занять почти самые лучшие места.

— Вы молодцы, — радостно сообщила Клаудия и села на свободное место, потянув и нас с Элаем.

— А где Тимория? — спросил принц, оглянувшись.

— На сцене. Она же староста общежития и входит в оргкомитет, — ответила Клаудия.

Мы все посмотрели на сцену. Там суетились старшекурсники, поправляя звукоразносящие артефакты и стулья. Пока остальные рассаживались по местам, они работали. Вскоре со сцены сбежала Тимория и, ловко подвинув меня и Элая, втиснулась между нами, пытаясь усидеть сразу на двух стульях. Мы оба хотели возмутиться, но не решились, да и некогда было. Гомон стих, и на сцену поднялся король. Все встали и поклонились. Максимилиан вновь легко нашёл взглядом меня, и я в который раз почувствовала себя дурой.

Сижу на первом ряду. Оделась по раманской моде. Легко можно подумать, будто я жалею о своей связи якобы с оборотнем и желаю вернуть нашу помолвку. Ну бабуля, удружила. Впрочем, друзья тоже хороши. Но от последнего я хотя бы могла отказаться, но решила, что тогда меня просто высмеют, якобы я пытаюсь отрицать свою влюблённость в Максимилиана — ведь именно это они выдумали за завтраком.

Я даже фыркнула. Вот именно, что вы-ду-ма-ли.

— Что тут интересного? — мне на плечо опустился Крепыш. — По какому поводу собрание?

— Вот сейчас и узнаем, — шепнула я.

На сцену поднялись и преподаватели, в том числе Дейн Эверус — они сели в противоположных углах сцены, причём кресло Максимилиана не было королевским, что я сразу отметила. Не хочет особого отношения?

Последним вышел ректор, и студенты сразу же замолчали, готовые внимать каждому его слову. Ректор осознал, в чью сторону направлено такое любопытство, и не преминул пошутить:

— Судя по заполненности этого зала, вы все очень соскучились по мне.

Студенты посмеялись и огляделись — мест для всех не хватало, поэтому многие стояли у стен и в дверях. Я же вновь почувствовала на себе взгляд короля — он был достаточно отстранённым, словно Максимилиан просто оглядывал зал и случайно споткнулся о моё декольте. А я случайно оглядывала сцену и споткнулась о его широкие плечи.

— Меня прям гордость берёт за свою родину, когда смотрю на Максимилиана, — хихикнула Клаудия.

— Тебя не гордость берёт, а что-то другое, — поддел её Элай.

— У меня для вас три важных новости, — начал ректор. — И нет, к вашему величайшему сожалению начну я не с присутствия здесь его величества, — усмехнулся он, и студенты разочарованно вздохнули. — Для начала я напомню вам о внеучебных занятиях — клубах по интересам. Вступление в них является обязательным. Вы должны уделять внимание не только учёбе, но и общему развитию.

Ах да, РАМ ведь создавали для лучших студентов, для элиты, а элита должна общаться не только с однокурсниками, но и между курсами. И клубы — идеальный вариант для этого. Хитро.

— Список клубов вы можете увидеть в главном холле, там же, где и расписание. У каждого клуба есть время встреч, руководитель и его данные. До конца недели вы должны определиться с клубом и написать заявление на вступление, заверить его в ректорате и отдать кураторам. Надеюсь, с этим вопросов не возникнет.

Он оглядел студентов. Вопрос был только один и раздался он от…

— А фанклуб короля есть? — спросила Клаудия, и я решила сделать вид, что вообще с ней не знакома, посмотрев в противоположную сторону.

— Надеюсь, вы о шахматах, студентка Цурик, — ухмыльнулся ректор и продолжил: — Второй вопрос на повестке дня это, разумеется, традиционный Осенний бал. В этом году ответственной за его проведение назначена Тимория Хейвин. — Русалка поднялась и поприветствовала студентов, после чего вновь втиснулась между нами.

Разумеется, у его величества опять появился повод взглянуть в нашу сторону и на моё… на меня, в общем. Из-за этого желание поскорее снять с себя одежду усилилось. В смысле не совсем снять… ой нет, совсем, но тут же одеться в другую! О боги, ладно, больше ни о чём не буду думать, а то моя фантазия меня, чего доброго, доведёт до неприличных картин с участием его величества.

— Традиционно Осенний бал, который проводится в последний день осени, знаменует начало сессии. У вас есть ровно месяц на то, чтобы сдать все экзамены и отправиться на каникулы, отпраздновать Новый год и вернуться в любимую академию, — последнее было сказано с сарказмом, — чтобы вновь получать бесценные знания от наших прекрасных преподавателей, — тут пас рукой в сторону магистров. — Ну и раз я затронул тему преподавателей, то в этом году вас всех ждёт сюрприз.

Студенты не выдержали и запищали от радости, даже не дослушав ректора. Магистр Ван улыбнулся и переглянулся с королём, который тоже позволил себе улыбку.

— Кажется, в представлении его величество Максимилиан и один из сильнейших магов нашего времени не нуждается, — хмыкнул ректор. Владыка слегка кивнул студентам, тоже приветствуя их, и вновь мне показалось, что взглядом он зацепился за меня. — Его величество в этом году любезно согласился преподавать. Разумеется, экзамены и зачёты он принимать у вас не будет, а вот бесценными знаниями способен поделиться. Многие уже успели увидеть в расписании первого курса факультатив по «Особой магии», который и будет вести сам король. Посещение свободное. Но, — тут ректор сделал паузу и, мне показалось, посмотрел на меня, — студентам первого курса это будет засчитываться за часы общественных работ.

То есть… я могу вместо отработки ходить на лекции Максимилиана? Это что — ловушка специально для меня? И вот как в неё не попасться, если отсидеть два часа на лекции действительно проще, чем работать в птичнике?

— На этом все новости, — сообщил ректор, — можете отправляться на лекции.

Но никто не шелохнулся, и встали лишь тогда, когда поднялся король. Вновь поклонились и дождались, пока Максимилиан выйдет из зала. И только после этого все тоже стремительно потекли в коридор.

— В истории академии было всего несколько таких случаев, — шепнула Рами. — И как же нам повезло, что наш король молод, красив и, главное, холост!

— Не забывайте, что он ещё и маг невероятной силы, — добавил Элай тоже с некоторой долей восхищения. — Я думаю, на его факультативы нужно занимать место как минимум за сутки.

Ребята посмеялись над шуткой, даже я позволила себе улыбку.

В коридоре студенты прильнули к окнам, чтобы видеть, как Владыка Малоземья покидает академию. Я лишь фыркнула и отправилась на лекцию к магистру Фауту — всё равно пока не имеет значения, во что я одета. А вот перед факультативом побегу в комнату, чтобы переодеться в привычную форму. Условия бабушки я выполнила — и это главное.

Только что делать с факультативом? Чувствовалось, что там меня ждёт очередная королевская подстава.