Не драконьте светлую некромантку!

Кириана Мортале

— А-а-а! Кира-а-а!!! Немедленно забери свою Тварь, она снова пытается сожрать моего хомяка!

— Ты нашла мою прелесть? А я всё думала, куда она запропастилась? — обрадованно воскликнула я, пробираясь на голос сестры сквозь заросли чертополоха.

Следом, скрипя хитиновым остовом, из оранжереи вылетела стайка бабочек-умертвий и увязалась за мной.

— Твоя гадость сама нас нашла, и теперь мой Пушистик в смертельной опасности!

Я закатила глаза: только Риона могла назвать облезлого зомби-хомяка Пушистиком!

— Если ты запамятовала, он и так давно и бесповоротно мёртв, — резонно заметила я.

Выбравшись на лужайку, застала чудную картину: щёлкая межпозвоночными суставами, от сестры отбивался скелет трёхметровой анаконды. Надо сказать, сопротивлялась змея весьма осторожно, чтобы ненароком не поранить юную некромантку.

За сомкнутыми челюстями внутри черепа метался Пушистик, тщетно пытаясь пролезть в щель между зубами, аккурат в том месте, где отсутствовал один из клыков.  

 — Варь, немедленно выплюнь пакость! — шикнула я на распоясавшуюся питомицу.  

— Мой хомяк — не пакость! — возмутилась Риона, безуспешно пытаясь разжать змеиные челюсти.

— Варя! Варьяна!!! — строго прикрикнула я, и змея нехотя выплюнула изрядно потрёпанного зверька.

Будучи классическим зомби с проплешинами в шерсти и с дефектами шкурки, он и до этого не блистал красотой, но сейчас, побывав в пасти анаконды, и вовсе изрядно полысел.

— Пушинька, Пуша мой бедный, — причитала сестра, бережно укутывая хомяка своей тьмой.

Каждый раз после его стычек со змеёй она пыталась восстановить волосяной покров хомяка, правда, безрезультатно. У обычных некромантов хорошо получается поднять зомби, а вот созидание или лечение им не под силу.

Рионе повезло, что у неё есть я. Светлая некромантка. Белая ворона в уважаемой некромантской семье с многовековыми традициями. Подобным даром обладала моя бабка по отцовской линии, но нам не довелось толком пообщаться: она сгинула во время войны с леспри [1].

Зомбогрызун жалобно постанывал, словно и впрямь испытывал болевые ощущения, а сам тем временем косился в сторону Варьки, не забывая корчить злорадные рожицы. Анаконда, сузив глазницы, грелась под неярким осенним солнышком и усиленно делала вид, что её совершенно не касается весь этот цирк с хомяками.

— Ки-ир! Кира! — жалобно позвала Риона. — У меня не получается. Помоги Пушистику!

— Плешивчику? — переспросила я, делая вид, что не расслышала.

— Не называй его так, это больно ранит его тонкую душевную организацию, — мигом насупилась сестра.

— Почему? Ты ведь называешь Варь Тварью? — невинно осведомилась я, по примеру змеи подставляя лицо солнечным лучам.

— У твоей костяной фурии, в отличие от Пушистика, железобетонная нервная система, и вообще, имя Тварь гораздо лучше характеризует её и идеально подходит, —  фыркнула Риона.

— Как и Плешивчик — твоему хомяку, — парировала я.

— Он стал таким по вине твоей кровожадной змеюки, так что тебе сам Анубос [2] велел помочь моему питомцу, — потребовала Риона.

— А мне казалось, хомяк был плешивым ещё в тот момент, когда ты его подняла. Раньше надо было проводить ритуал, пока он не потерял товарный вид, — хмыкнула я.

— Ну, Кира-а-а, тебе что, трудно помочь? — заканючила младшенькая, шустро сменив тактику.

— Не трудно, но вся его «красота» продержится до первой стычки с Варь, — предупредила я.

— Вот и я говорю: приструни уже свою хищницу.

— Не вижу смысла, зачинщиком их драк всегда выступает хомяк.

— Неправда! — топнула ногой сестра.

Я молча пожала плечами, не желая поддерживать извечный спор. Небрежно крутанула кистью руки, с пальцев сорвались белёсые ленты светлой некромантской магии и оплели Пушистика.

Миг — и перед нами сидел почти приличный хомяк. Немного мёртвый, но кого этим удивишь в доме потомственных некромантов?

— Кира! — раздалось от дома, и я в очередной раз за утро недовольно закатила глаза, ведь мои планы снова оказались под угрозой срыва.

Перед отъездом я собиралась поработать в оранжерее. Прополоть и напитать магией мёртвые цветы, из которых я варила специальные лечебные зелья, собрать уже «созревшие» растения, сделав запас, который возьму с собой, и поднять из тлена новые саженцы.

Сначала всё шло как подобает: я копалась в земле, умертвия бабочек опыляли чёрные соцветия, издали похожие на клочья пепла, зацепившиеся за торчащие из земли кости, бобёр Фил (разумеется, тоже зомби), таскал поливную воду из запруды. 

Но только я начала аккуратно срывать растения, сортируя отдельно костяные стебли и хрупкие венчики цветов по специальным мешочкам, как меня отвлекла Риона, и вместо запланированных мероприятий я была вынуждена спасать и приводить в приличный вид Пушистика.

А теперь я зачем-то понадобилась маме.

— Кира! — нетерпеливо позвала родительница. — Тебя срочно хочет видеть отец!

А нет, не маме, а папе.

— Уже бегу, мам! — крикнула в ответ, но направилась не к дому, а в оранжерею, чтобы захватить ценные мешочки.

Неизвестно, чего хочет отец, и надолго ли затянется разговор, а кролик портальщик Ярвин Виртанен [3] ждать не будет: откроет портал в Галт точно по расписанию. К этому времени нужно быть наготове и с вещами. 

[1] леспри — демон

[2] Анубос — бог смерти, которого чтят некроманты миров Соузмара

[3] если кого-то заинтересует этот персонаж, о Ярвине много и подробно написано в книгах Соузмарского цикла  
Кстати, события будут происходить в моём авторском мире Соузмар (но эта книга может читаться отдельно, как вполне самостоятельное произведение). 

Кира

— Привет, пап! — я залетела в кабинет отца, почти не запыхавшись.

Могу гордиться собой, ведь логово главного некроманта нашей семьи находилось на верхушке самой высокой башни, куда вела длинная винтовая лестница.

На самом деле, истинным «логовом», а по совместительству, рабочей лабораторией, оснащённой по последнему слову магической науки, являлось обширное помещение в подвале дома. А свой кабинет отец гордо именовал «цитадель некроманта», и он как раз находился на самой верхотуре. 

Именно здесь он принимал посетителей, тех, «у кого хватит силы духа и просто физической силы, чтобы забраться сюда», шутливо гова́ривал папа.      

Брис Мортале оторвался от документов и одобрительно кивнул:

— Проходи, Кира. Хотел поговорить с тобой перед отъездом.

Прежде чем умоститься в любимое кресло, обняла папулю и чмокнула в небритую щёку:

— Снова будешь давать подробные инструкции по правилам поведения с леспри? Я уже заучила их наизусть, ночью подними — расскажу без запинки.

— Верю, хотя полагаю, что повторить никогда не лишне. Война с леспри завершилась не так давно, возможны провокации с обеих сторон, и ты должна об этом помнить, — нахмурился папа, — но я позвал тебя не для этого.

— Я вся — внимание.

— Какой же ты ещё ребёнок, — с затаённой грустью посетовал папа, глядя на то, как я старательно пыталась изобразить серьёзную физиономию.

Согласна, удавалось с трудом, губы так и норовили разъехаться в улыбке, а всё потому, что у папеньки была забавная привычка.

В пылу работы, глубоко уйдя в решение проблемы, он ерошил волосы, и вдобавок засовывал за уши письменные принадлежности. Вот и сейчас его чёрные кудри вздымались, словно в папу угодила молния, а из шевелюры кокетливо торчали карандаши.

Поняв, куда именно я смотрела, он торопливо пригладил непослушные смоляные вихры, попутно смахнув лишние «аксессуары».

Дождавшись, пока отец приведёт себя в порядок, я деликатно возразила:

— Ну, какой я ребёнок? Если ты запамятовал, твоя дочь — дипломированный специалист и даже получила грамоту за первое место в конкурсе преподавателей «А ну-ка, маги!» в секции «прикладная некромантия».

— Какой ребёнок? Мой любимый, — усмехнулся папа, — и я по праву горжусь твоими высокими достижениями. Но это не мешает мне волноваться по поводу твоей новой работы. Если хочешь знать, будь моя воля, никуда бы тебя не отпустил.

— Па-ап! Ты чего? Я же не в другую вселенную поеду, а всего лишь в соседний мир нашей связки. Обещаю, что буду суперосторожной! Не стану разговаривать с леспри и вступать с ними в контакт, да я вообще в их сторону смотреть не собираюсь! — в пылу спора ляпнула я.

— Это вряд ли, — рассмеялся папа, — невозможно игнорировать тех, с кем находишься в одной академии, тем более, если это твои ученики.

— Э-э-э… ну-у-у… не буду этого делать вне учебного процесса, — исправилась я.

Папа закатил глаза и насмешливо хмыкнул:

— Ты забыла про общеакадемические мероприятия и кураторство. За каждым преподавателем будет закреплена группа адептов.

— Попрошу группу без иномирных студентов, — не сдавалась я.

Ведь прекрасно понимала, что контактов с демонами не избежать, но продолжала отстаивать случайно данное обещание. Да, непробиваемое упрямство — тоже наша семейная черта.

— И это не получится, все группы будут смешанными, для лучшего укрепления дружбы между расами, — проинформировал папа.

Крыть было нечем, но самолюбие не позволяло так просто отступить:

— Ай, да и ладно, демоны — так демоны, такие же студенты, как все.

— Не скажи, — загадочно протянул отец, — информация строго засекречена, но не могу не предупредить тебя: в этом году в академию на учёбу прибудет наследный принц леспри.

— Ни фига себе! — совершенно некультурно и непедагогично присвистнула я.

Папа предпочёл сделать вид, что не заметил вопиющего нарушения этикета. Он побарабанил пальцами по столу и неожиданно выдал:

— Кхм… есть ещё один нюанс. Ты, вероятно, слышала, что правители двух миров, стараясь как можно быстрее искоренить неприязнь между народами, разработали целый стратегический план.

— Допустим, — осторожно сказала я, — об этом трубят все печатные издания. Совместные академии у нас и у них, обмен учениками, активная торговля, запуск стационарного межмирного портала, научные проекты…

Я могла ещё долго перечислять известные факты, но папа мягко прервал меня:

— Не сомневался, что ты, как и большинство жителей, хорошо осведомлена о том, что лежит на поверхности. Однако, есть и более тонкие дипломатические договорённости.

— Было бы странно, если бы их не было, — я пожала плечами, — но мне-то зачем об этом знать? Я не политик и не посол, и не имею отношения к правительственным играм.

— Всё так и не так, — отец замялся и неохотно продолжил: — как герцог и глава некромантов Соузмара я вхожу в круг первых лиц государства, а значит, и моя семья в некотором роде…

— К чему ты клонишь? Я отлично помню, кем является мой отец, и что из того? К счастью, у тебя есть старший сын, который и унаследует твои титулы. Вот пусть Джед и забивает себе голову политикой, — хмыкнула я.

— Сейчас речь не о Джеде, а о тебе, — огорошил отец, — принят проект о политически обоснованных союзах… а именно о брачных союзах.

До меня медленно начало доходить, что он имел в виду. Я вскочила и гневно воскликнула:

— И ты что? Продал меня, как племенную кобылу? Как ты мог?

— Погоди, выслушай до конца, я не…

Но меня уже было не остановить:

— А как же взаимные чувства? Ты хочешь, чтобы я жила с нелюбимым человеком? Ой, прости, демоном??? Постой! Ты неспроста заговорил о принце леспри? Это он? Он? Обещаю устроить ему такую весёлую жизнь, что бедняга сам сбежит от меня и откажется от этого нелепого брака!

— Кириана!!! Выслушай меня и услышь: я не дал окончательного согласия! Ты сама решишь, нравится ли тебе жених. Я не буду тебя неволить, и никто не собирается этого делать. И мы, и они понимаем всю ответственность. Браков по принуждению не будет, — скороговоркой выпалил отец.

— Это ничего не меняет! Так и знай: я не приму такого жениха! Не нужен мне никакой демон!

Я пулей вылетела из кабинета отца и уже на лестнице услышала обрывок фразы, брошенной вслед:

— Он не…

— Он неплохой? — пыхтела я себе под нос, ураганом несясь по ступеням. — Плевать! Из принципа не выйду за него!

Кира

Залетела в свою комнату, словно за мной гналась свора призрачных гончих и принялась судорожно закидывать вещи в походный безразмерный баул. Из тёмного угла, обильно раскидывая иголки, выкатился старенький зомбоёжик и попытался незаметно запрыгнуть в раскрытый зев сумки.

Ёж был одним из первых зомби, созданных мною собственноручно, без помощи родителей и старшего брата. В годы учёбы в магической академии он всегда сопровождал меня, вот и сейчас решил не изменять традиции.

— Э, нет, дружок, ты остаёшься дома, — погрозила пальцем старичку.

Ежище обиженно зафырчал и затопал облезлыми ножками, выражая крайнюю степень недовольства моим поведением. Впрочем, его демарш не произвёл должного впечатления. Мдаа, если он и дальше продолжит в том же духе, рискует развалиться на запчасти.

Досадливо цокнула языком: как успокоить не на шутку разбушевавшуюся нежить? Да-да, именно успокоить, а не упокоить, как могли бы подумать люди, считающие, что некроманты только тем и занимаются, что упокаивают всех, кто подвернётся под руку.

Так, кажется, я нашла решение! Присела на корточки, установила зрительный контакт и проникновенно сказала:  

— Значит, так: остаёшься здесь за главного! В моё отсутствие будешь следить за порядком. Это очень важная миссия. Не могу доверить её никому, кроме тебя.

Ёж приосанился и раздул щёки, горделиво стукнув себя в грудь когтистым кулачком. Я одобрительно кивнула:

— Вот и славно, можешь приступать к своим обязанностям.

Новоиспечённый смотритель моей комнаты строевым шагом отправился инспектировать углы и поддиванное пространство, а я продолжила собирать вещи. Ситуация с ежом несколько улучшила настроение, но не сгладила обиду на отца. Я продолжала злиться.

Ну вот как? Как он мог принять такое решение? Я не вещь и не разменная монета! А все слова о свободе выбора и о том, что в случае отказа меня не будут принуждать, не стоят и ломаного гроша! Мне, выросшей в семье аристократа, как никому известно, что в угоду государственным интересам поломали не одну судьбу. Вот и меня никто не будет спрашивать. Бррр!

Посмотрела на часы. Пора. Активировала мини-портал до стационарной портальной площадки и одновременно с этим в дверь тихо постучали.

 Скрипнули отлично смазанные петли, угодливо предупреждая о визитёре. Мысленно усмехнулась: хорошее сторожевое заклинание, смазывай-не смазывай крепёж, это не поможет избавиться от звуковых эффектов.

На пороге со скорбным лицом стояла мама, неодобрительно глядя на открывающееся портальное окно.

— Вижу, ты решила не спускаться вниз, Кириана? А мы все собрались, чтобы проводить тебя.

На минуту стало стыдно: мама и Риона не виноваты в том, что я поссорилась с папой, так зачем же я обижаю их? Сама ведь потом буду переживать и корить себя за опрометчивое решение. Минутная слабость быстро прошла, чему способствовала и следующая мамина фраза:

— Если тебя интересует моё мнение, ты напрасно не выслушала отца. Я целиком и полностью поддерживаю его в данном вопросе.

— Ты тоже готова продать меня за гипотетические блага для наших миров? — вспыхнула я.

— Вовсе нет, — возразила мама, — причём здесь это? Мы с отцом рассматривали кандидатуру с других позиций. Ваша магия…

— Что — наша магия? — насторожилась я.

Эх, надо было дослушать, что там вещал отец, похоже, я упустила нечто важное.

— У твоего потенциального жениха есть…

Наш разговор прервал резкий звонок таймера, выставленный на моих часах. Вот, блин! Я опаздываю к порталу! Бросила растерянный взгляд на маму, не выдержала, подбежала и крепко прижалась. Неловко клюнула в щёку быстрым поцелуем, подхватила сумку и прыгнула в мини-порт.

***

Ярвин Виртанен нервно постукивал лапой по земле и недовольно косился на часы.

— Безобразие! — бухтел он себе под нос. — Если бы это была не Кира, я бы решил, что подобным образом демонстрируется пренебрежение ко мне! Однако Кира не способна на такое! Что из этого следует?

— А-а-а-а!!! — заорал кролик и встревоженно заметался по портальной площадке.

А всё потому, что он сделал вполне закономерный вывод: если лира [1] некромантка опаздывает, значит, случилось что-то непредвиденное. А такие внезапные события хорошими не бывают.

— Чтоделатьчтоделать? — скороговоркой зачастил кролик, безжалостно теребя белые перчатки, без которых никогда не выходил из дома.

В тот момент, когда отчаяние Ярвина достигло предела и грозило перерасти в панику, прямо перед его носом открылся мини-порт, из которого вывалилась Кира собственной персоной.

— Ай! — одновременно вскрикнули они, столкнувшись лбами.

— Прости! — сказали они друг другу.

Ярвин деловито оглядел некромантку, убедился в её сохранности и проворчал:

— Между прочим, я весь испереживался, такого тут надумал! А ты…

— А я поссорилась с папой, — неожиданно призналась Кира.

— Бывает, — философски заметил кролик и тут же суетливо замахал лапами: — Некогда болтать, времени почти не осталось. Скоро сдвинутся меридианы, и совмещение портальных окон между Соузмаром и Галтом исчезнет! Готова?

Кира подхватила сумку и сосредоточенно кивнула. Ярвин Виртанен открыл портал, и их подхватил сиреневый вихрь.

Миг — и Кириана Мортале, потомственная некромантка и преподаватель новой академии, уже стояла на булыжной мостовой перед главным входом в означенное учебное заведение.

— Удачи! — крикнул на прощание кролик, исчезая в портале.

[1] лира — госпожа

Риган Сван

Утро определённо не задалось. Вовсе не из-за того, что я всю ночь кутил с друзьями. И не потому, что внезапно разбушевавшийся вулкан залил лавой матушкину плантацию адских растений, а в мою чашку щедро отсыпал отборного пепла.

Наоборот, с такой экзотичной добавкой кофе приобрёл пикантную горчинку и аромат костра, а мамины демонические овощи и фрукты получили мощную магическую подпитку и пошли в бурный рост.

Всю прелесть распития кофе в летней беседке с видом на озеро Смерти испортил вестник, присланный отцом. И нет, как раз этот вертлявый комар-переросток, мнящий себя крылатым ящером, не упал в кофе. Жаль.

Он тяжело плюхнулся передо мной, распластавшись на инкрустированном столике, и выплюнул письмо, которое держал в зубах.

— Шиньор Шван, — прошепелявил он, широко улыбнувшись и демонстрируя отсутствие нескольких зубов, — вам пошлание от его демонейшества Хебе́ра!

Я потянулся за конвертом, запечатанным массивной сургучной печатью, и лениво поинтересовался:

— Где зубы посеял, голубь почтовый?

— Нигде, — смущённо буркнул он, — молочные выпали.

— Такой зелёный, и уже работаешь в императорской курьерской службе? — присвистнул я.

— Бате помогаю, — приосанился посланник.

— Понятно, — кивнул я и вскрыл конверт.

Пробежался глазами по содержанию и досадливо поморщился.

«Риган, надеюсь, ты не забыл, что завтра должен явиться в межмировую академию тёмных?» — значилось в письме. — «Приятной учёбы, сын. И да, перед отбытием загляни к Делкину».

Разумеется, я забыл! После улётной вечеринки — кстати, вот ведь ирония: я устроил её как раз в честь отбытия на учёбу в другой мир — сам факт поездки совершенно вылетел из головы.

— Ваше вышочештво, ответ будет? — выдернул из невесёлых размышлений голос вестника.

— А? Да, скажи, что я уже в пути, — рассеянно отмахнулся я.

— Шщашливой дороги! — мелкий беззубо улыбнулся на прощание и улетел, отчаянно махая прозрачными крылышками.

Собственно, мне теперь тоже нужно поторопиться. С сожалением посмотрел на остывший кофе, развеял его вместе с чашкой и открыл портал в своё крыло замка.

В гостиной царил бардак, а точнее, следы дружеской пирушки, которые ещё не успели убрать горничные, привыкшие, что после подобных вечеринок я встаю не раньше обеда. Сегодня же я вообще не ложился, а, проводив друзей, отправился пить кофе на природу.

 Под ноги медленно выкатилась пустая бутылка из-под коллекционного вина. Ловким пинком отшвырнул её с дороги и вздрогнул от редких хлопко́в в ладони. Вскинул голову и едва удержался от малодушного желания свалить обратно в портал: в кресле у окна сидела её величество Онора Сван собственной императорской персоной.

Перенёсся к ней и почтительно облобызал узкую кисть:

— Доброе утро, маман! Какими судьбами тебя занесло в мою скромную обитель?

— Не переигрывай, Риган, — поморщилась мама, скептично осматривая погром, царящий в комнате, — тебя можно заподозрить в чём угодно, но только не в скромности.

Мысленно согласился с ней, обведя взглядом роскошную обстановку и не менее шикарные остатки пиршества. Мдаа, умолчу про стоимость элитных вин из императорских погребов, но и закуска была им под стать. Премиальные сорта рыбы и мяса, иномирные черганские [1] сыры, экзотические фрукты. Даже хлеб, и тот был в посыпке из пищевого золота.

— Приходится соответствовать, иначе друзья могут подумать, что императорский дом обеднел, — сокрушённо вздохнул я.

— Я так и поняла, — усмехнулась мама и ехидно добавила: — вижу, тебе приходится адски страдать ради поддержания имиджа!

— Именно, маман, репутация превыше личного удобства, — поддакнул я.

— Кстати, о репутации, — оживилась она, — во избежание провокаций или, не дай Хаос, покушения на наследного принца, ты будешь находиться в академии инкогнито.

— Хотя бы не под личиной какого-нибудь эльфа? — притворно ужаснулся я.

— Не волнуйся, мы не планировали менять твой образ настолько радикально, — успокоила мама, — видишь ли, в Соузмаре эльфы — коренастые приземистые мужчины, значительно уступающие в росте демонам. Было бы нерационально накладывать столь сложную иллюзию, ты ведь знаешь: чем минимальнее изменения, тем сложнее их распознать.

— И кем же я буду?

— Демоном из небогатого аристократического рода.

— Теперь понятно, зачем отец велел зайти к Делкину.

Не успел договорить, как на столе ожила серебряная статуэтка цербера. Средняя голова с металлическим лязганьем раскрыла пасть и голосом главного артефактора империи произнесла:         

— Ваше высочество, зайдите ко мне в лабораторию!

— Лёгок на помине, — усмехнулся я.  

— Не буду тебя задерживать, — императрица выпорхнула из кресла и, аккуратно обходя разбросанные вещи, направилась к выходу из комнаты.

На пороге обернулась и деловито сообщила:

— Кстати, твоя невеста тоже будет в академии, присмотрись к ней. Благодаря режиму инкогнито, у тебя будет отличный шанс узнать, какова она на самом деле и как относится к тебе и к вашему браку.

Матушка растаяла в тумане портального перехода, а я от души чертыхнулся: мало мне учёбы в ином мире, ещё и невесту подсунули!

— Поторопитесь, мой принц! — недовольно гавкнул цербер, и я благоразумно последовал его призыву.

[1] Черган — город в Соузмаре, где делают элитный сыр, знаменитый на все миры

Хебер Сван

В рабочем кабинете императора демонов традиционно царил полумрак, едва подсвеченный языками адского пламени из камина. Посвящённые знали: этот камин — не что иное, как жерло мелкого вулкана, вокруг которого много веков назад был построен и этот кабинет, и весь дворец повелителя.

— Благодарю, что откликнулся на зов, дружище, — негромко произнёс Хебе́р и посмотрел в самый тёмный угол, давая понять, что заметил пришедшего.

Мужчина бесшумно скользнул из тени и слегка склонил голову в знак приветствия.

— Разве я мог проигнорировать зов своего императора? — прибывший теневой тропой проговорил это с должным почтением, но глаза с вытянутым зрачком на миг насмешливо блеснули.

— В пекло придворные расшаркивания, мы не на официальном приёме, — досадливо поморщился Хебер, жестом указывая на кресло рядом, — неужели старые друзья не могут пообщаться запросто?

Мужчина усмехнулся и сел на предложенное место.

— На какую тему будем общаться, Хеб? — в тон императору спросил он.

— А не пропустить ли нам сначала по стаканчику, Сол? — проигнорировав вопрос, венценосный собеседник потянулся к дверце бара, украшенной затейливо сплетёнными рунами.

— Почему бы и нет, если речь о стаканчике «Эвиринского»? — не стал настаивать на немедленном ответе на свой вопрос вышеупомянутый Сол. — Поговаривают, у тебя уже налажены торговые отношения с Соузмаром, а об их знаменитом бренди не слышал только глухой.

— Всё-то ты знаешь, хитрый лис, — по-доброму усмехнулся леспри, перебирая содержимое бара.

— Всего лишь дракон, ваше величество, — иронично поправил мужчина.

— Всего лишь?! Не скромничай, начальнику имперской разведки это не к лицу, — махнул украшенной перстнями рукой Хебер.

Несведущие люди (и нелюди) могли бы подумать, что правитель демонов питал постыдную слабость к драгоценным побрякушкам, но на самом деле у каждого кольца имелись свои особые функции. Будучи по роду службы посвящённым во многие тайны, Сол мог без запинки перечислить все.

Самое массивное кольцо из черного золота [1] с кровавым рубином — мощнейший родовой артефакт и символ императорской власти. Перстень с замысловатым плетением, украшенный сине-зелёным опалом, усиливал ментальную магию повелителя, а также давал особую власть над стихиями ветра и воды.

Неприметное тонкое колечко с россыпью агатов служило самым точным индикатором и нейтрализатором всех известных и неизвестных ядов [2]. Ещё один массивный серебряный перстень с цитрином охранял обширную сокровищницу императора, а заодно служил ключом к ней.  

— О чём задумался, Сол? — выдернул его из размышлений повелитель, пододвигая пузатую рюмку с янтарным, пряно пахнущим напитком.

— Любовался твоими самоцветами, — честно признался собеседник.

— Тю, будто ты их раньше не видел. У меня предложение поинтереснее, — подмигнул леспри.

— Слушаю, — шеф разведки моментально подобрался и посуровел лицом.

— Не-е-ет, — рассмеялся Хебер, — о делах поговорим потом, сначала — дегустация.

Тот, кого называли Солом, мысленно чертыхнулся. Вот ведь, интриган, любит держать паузу! Ну, пусть развлекается, коли есть охота, а пока можно отдать должное эвиринскому бренди.

Тестирование иномирного напитка затянулось далеко за полночь, однако древний демон и его загадочный гость были по-прежнему свежи и бодры. По правде говоря, их организмы расценивали горячительный напиток как яд и моментально разлагали его на безобидные компоненты, ограждая себя от пагубного воздействия спиртного.

 Хебер поднял бокал и провозгласил очередной тост:

— За наше будущее! За детей!

Сол отсалютовал бокалом и, пригубив, заметил:

— В этом плане моё будущее пока туманно.

— Ничего, дети — дело наживное, — наигранно хохотнул демон.

— Нужно ещё найти, с кем их наживать, а это не так-то просто, — хмыкнул Сол.

— Могу подсказать парочку кандидатур, — хитро прищурился Хебер, — недавно нам как раз был сделан ряд предложений...

— Нет уж, здесь мне помощники не нужны, —  решительно отказался мужчина.

— Как знаешь, моё дело — предложить. Однако такими темпами ты рискуешь пойти под венец со смертного одра, — попенял правитель.

— Всё в руках судьбы, — философски заметил Сол.

— Судьбе не грех и помочь, — император помолчал и веско подытожил: — именно для этого я тебя и позвал.

— И в чём я должен помочь этой своевольной и могущественной даме? — прищурился разведчик.

— В деле государственной важности, — ответил Хебер.

— Все мои дела так или иначе связаны с безопасностью империи, — пожал плечами Сол.

— Это — особый случай, поскольку касается лично меня, — несколько волнуясь, изрёк император.

Разведчик мысленно чертыхнулся. Личные дела Хебера всегда касались исключительно его семьи, а это означало, что Сола ждут «весёлые» деньки.     

[1] чёрное золото — драгоценный металл, сплав золота, кобальта и хрома, считается одним из самых дорогих и популярных видов золотых сплавов из-за эстетической ценности и высокой прочности.

[2] раньше действительно считали, что агат помогает определить яд

Кириана

Ярвин доставил меня точнёхонько к главному входу в МАТ, Магическую Академию Тёмных. И всё бы ничего, но то ли из-за синхронизации с чужим порталом, то ли из-за искривления магических потоков перед академией, но на выходе из портального окна я со всей дури влетела в чью-то широкую грудь.

Вскинула голову и попыталась вырваться из крепких объятий, но высокий смазливый брюнет ещё крепче прижал меня к мускулистому торсу и плотоядно сверкнул янтарными глазами со всполохами огня:

— Какая цыпа! Определённо мне уже нравится эта академия!

— Отпустите! — вежливо — пока вежливо — потребовала я, не прекращая попыток освободиться.

Где-то в недрах сумки завозилась и угрожающе зашипела Варь. Леспри, а это был именно он, заинтересованно повернулся на звук, и я, пользуясь случаем, со всей дури впечатала каблук в его ногу и вывернулась из захвата.

— Куда? — раздосадованно рыкнул он, пытаясь снова схватить меня, но поймал лишь воздух. 

Не мешкая, подхватила упавшую сумку и решительно направилась в сторону входа.

— Ещё увидимся, горячая цыпа! Надеюсь, мы будем учиться вместе. Запомни, меня зовут Риган! — проорал он вслед.

— Надейся, — пробурчала я себе под нос, — надейся, что я не буду твоим куратором! Хотя, на занятиях по некромантии мы обязательно встретимся, и тогда посмотрим, чей смех будет задорнее.

В просторном холле было прохладно, пахло свежим деревом и немного — краской. В старинном особняке, выделенном под новую академию, недавно закончился ремонт. Низшие духи, служившие помощниками бытовым магам, устраняли последние недоделки, до блеска натирали огромные витражные окна, полировали паркет и развешивали информационные стенды.

Мимо прошествовала тощая дама лет тридцати в строгом деловом костюме и с не менее строгой причёской. Гладкие каштановые волосы собраны на макушке в тугую гульку, тонкие губы брезгливо поджаты. Серые, чуть навыкате, глаза взирали на окружающую действительность через круглые очки с тонкой оправой.

— Лира, простите, не подскажете, как пройти в приёмную ректора? — окликнула я её.

Дама остановилась, оценивающе оглядела меня с ног до головы и снисходительно процедила:

— Адептка?

— Преподаватель.

— Так и знала, что в это захолустье приличных магистров не пришлют, — тихо фыркнула она под нос, — наверняка набрали на магической бирже труда.

— А что, есть и такая? — удивилась я.

Мадам «тугая гулька» слегка стушевалась, она явно не ожидала, что я расслышу её бормотание, однако быстро взяла себя в руки и сухо ответила:

— Кабинет ректора на втором этаже в конце коридора.

— Благодарю, — я изобразила дежурную улыбку и повернулась к лестнице.

Дамочка же бодро юркнула в неприметную дверцу, за которой я успела разглядеть самый настоящий лифт. Разумеется, на магической тяге. Пожала плечами и отправилась покорять бесконечные ступени. Меня ли пугать подобной конструкцией? Она определённо проигрывала лестнице в папину башню.

Коридор на втором этаже был тих и пустынен, и дверь здесь была всего одна, но зато какая! Солидная, из тёмного дерева, с лаконичной табличкой, гласящей: «ректор МАТ архимагистр Реджинальд Дарк».

Рядом мялся худощавый парень с белыми, как лунь, волосами, собранными в длинный хвост. Вероятно, мой будущий коллега.

— Привет, — я кивнула на дверь, — тоже к ректору?

— К нему, — он нервно сглотнул и представился: — Юран Бирн, провидец первой категории, буду преподавать в академии… надеюсь.

— Кириана Мортале, некромантка, — скромно отрекомендовалась я и не удержалась от вопроса: — почему ты не уверен, что будешь здесь работать? Неужели не мог погадать сам себе?

— Мы не гадаем, а смотрим в будущее, — оскорбился он, — но в своё заглядывать нельзя, это одно из основных правил провидцев.

— А чего не заходишь? — перешла я к более насущным вопросам.

— Боюсь, — признался Юран.

— Ректора?? — изумилась я.

— Его секретаршу, — провидец опасливо покосился на плотно закрытую дверь, — там такая церберша, её все боятся.

— И как зовут сторожевую собаку ректора? — поинтересовалась я.

— Скорее, сторожевого птеродактиля, — тихо хмыкнул Юран, — Горулия Кожмар, и упаси тебя боги Соузмара когда-либо назвать её Горгульей!

— Любопытно, — хихикнула я, пытаясь представить птеродактиля в костюме секретаря.

Юран придвинулся ближе и заговорщицки прошептал:

— Ты ведь в курсе, что преподавательский состав тоже смешанный? Есть и местные, и из мира леспри. Поговаривают, что в роду у секретаря ректора были демоны невезения, так что не рекомендую злить её понапрасну, если не хочешь стать неудачницей.   

— Как бы то ни было, зайти всё равно придётся, — резонно заметила я и взялась за дверную ручку, — ты идёшь?

— Завидую некромантам, безбашенные вы ребята, вам что гуль, что секретарь — всё едино, — восхитился провидец, пристраиваясь рядом, но чуть сзади меня.

Я решительно распахнула дверь и оказалась нос к носу с давешней дамой с гулькой. Она уставилась на нас своими выпуклыми глазами и дёрнула орлиным носом, словно принюхиваясь.

Я растерялась и неожиданно выпалила:

— И снова здравствуйте, лира Горгулья! Ректор у себя? 

Кириана

Я растерялась и неожиданно выпалила:

— И снова здравствуйте, лира Горгулья! Ректор у себя?

За моей спиной раздался приглушённый вскрик и, кажется, шум падающего тела. Нет, всё-таки, провидцы ужасно нервные и впечатлительные особи!

Хотя, чего уж кривить душой? Под пристальным взглядом Горгульи Кошмаровны, обещающей все муки ада, мне и самой хотелось прилечь рядом с Юраном. Но нам, некромантам, подобная слабость непозволительна.

— Ч-ш-ш-што вы с-с-сказали? — натурально прошипела секретарша.

Клянусь, на миг её гулька раздулась, как капюшон у кобры! Не знаю, как насчёт демонов, но в родословной Горгульи наверняка отметились змеи.

Я сглотнула, до боли сжала ручку сумки и ответила:

— Лира Горулия, я спросила, на месте ли лир [1] Дарк? Мне нужно представиться и получить расписание занятий.

— Мне показалос-с-сь…

— Уверяю, вам всего лишь показалось, — поспешно заверила я, — такое бывает в сезон магнитных бурь: искажение звуковых волн, и всё такое…

— Сезон магнитных бурь? — недоверчиво переспросила она.

— Он самый, — энергично закивала я.

Секретарша озадаченно замолчала.

— Так что ректор? Принимает? — напомнила я о своём присутствии.

Горулия ткнула пальцем в магический кристалл, стоявший на столе, и заискивающим голосом поинтересовалась:

— Лир Реджинальд, вы свободны?

Артефект мигнул и бодро выдал:

— Гыр-гыр-гыр!

Я обернулась к Юрану:

— А ректор у нас тоже из леспри, или местный?

— Ни то и ни другое, он — уроженец Таавара, нашего мира-близнеца, — провидец по-прежнему был бледным, но губы почти не дрожали, — ты ведь знаешь, что в Соузмаре нет драконов, а наш ректор…

Договорить он не успел, потому как Горгулья закончила общаться по магическому селектору и бодро рявкнула:

— Лир Дарк готов вас принять!

Поспешно поблагодарив секретаршу, мы вошли в кабинет ректора. Лир Реджинальд Дарк восседал за массивным столом, заваленным бумагами, и тоскливо озирал эти самые залежи. На его лице отчётливо читалось горячее желание испепелить к демонам все документы, а не заниматься их изучением.

Увидев нас, ректор облегчённо вздохнул и решительно сдвинул внушительную кипу на край стола, освобождая место. Она опасно закачалась, и я невольно ахнула, представив, как бумаги разлетаются по кабинету.

Вероятно, подобная мысль посетила и высокое начальство, потому как он схватил увесистый том и прижал им документы. Удовлетворённо кхекнул и махнул в сторону стульев, рядком стоящих вдоль стола:

— Добрый день! Присаживайтесь, господа преподаватели, будем знакомиться.

— Юран Бирн, предсказатель, — представился мой новый приятель, протягивая свои документы.

— Отлично! Они всё-таки нашли преподавателя для провидцев! — возрадовался ректор. — Я уж думал, что придётся выбивать его со скандалом.

— На самом деле, у нас был конкурс на эту должность, и я безмерно рад, что мне удалось получить место в вашей академии, — горделиво проинформировал Юран.

— Вот как? — удивлённо выгнул бровь лир Дарк, но развивать мысль не стал, а вместо этого повернулся ко мне.

Я как раз рылась в зачарованной сумке, пытаясь отыскать папку с документами. Папка не находилась, зато вместо неё из сумки высунулась любопытная усатая морда и уставилась на дракона мутными глазами. Не обнаружив опасности, бобёр, гремя ведром, запрыгнул на ректорский стол.

Да раздери его Анубос! Он-то как здесь оказался? Ещё и с ведром…

— Судя по виду питомца, вы… 

— Кириана Мортале, потомственная некромантка, — отчеканила я и, помедлив, уточнила: — светлая.

Между тем, Фил деловито огляделся и, прямо по документам, ринулся к подоконнику, на котором стоял горшок с полузасохшим фикусом.

— Какой на редкость живой зомби, простите за оксюморон, [2] — насмешливо фыркнул ректор, — позвольте полюбопытствовать: что он намеревается делать?

— Поливать цветок, — пискнула я, между делом прикидывая, как эффективно отловить бобра, попутно не устроив погром в кабинете начальника.

С победным кличем Фил вскочил на бортик цветочного горшка и опрокинул ведро. Из него выкатилась одинокая капля и, укоризненно покачавшись на краю обода, плюхнулась вниз, взбив фонтанчик сухой земли.

Архимагистр Дарк, вместе со мной наблюдавший эту дивную пантомиму, фыркнул в кулак, безуспешно пытаясь сдержать рвущийся наружу смех. Где-то на заднем плане, не стесняясь, всхрюкнул, а затем заржал Юран.

Бобёр заглянул в ведро с видом страждущего в пустыне, нашедшего колодец и обнаружившего, что тот безнадёжно пуст. Озадаченно почесал за ухом, отчего в стороны полетели клочья бобровой шерсти, а ухо опасно накренилось, грозя покинуть бедовую зомбячью голову.

«Надо бы обновить стабилизирующее заклинание», — сделала себе зарубочку в памяти, одновременно посылая тонкую белую ленту восстанавливающей магии. На самом деле, магия была целительской, но кто в здравом уме будет лечить зомби? К тому же, для нежити эффект этого заклинания был не заживляющим, а, скорее, склеивающим.

— Хрусь! — ухо повернулось под нужным углом и прочно прилипло к бобровому черепу.

Фил благодарно дёрнул вернувшимся фрагментом тела и настойчиво потряс ведром, как бы вопрошая: «где вода, коллеги?».

— Пустое ведро — плохая примета, — вякнул провидец, — оно символизирует безденежье и тлен.

— Мой бобёр сам по себе символ тлена, — не согласилась я, — а если ты продолжишь предсказывать в том же духе, тебя уволят из преподавателей, вот и будет у тебя безденежье.

— Для того, чтобы уволить, сначала нужно принять, — резонно возразил он, бросив опасливый взгляд на нашего потенциального работодателя, и тихо-тихо добавил: — а уж если примут, в случае незаконного увольнения можно попросить помощи у магического профсоюза.

Бобру были глубоко фиолетовы и приметы, и незавидная участь безработных педагогов. Он алкал воды. Не для себя, для иссохшего от жажды цветочка, без должного полива имеющего все шансы пополнить ряды моих мёртвых питомцев.

Кстати, о них. После того, как лир Дарк указал Филу дорогу к ближайшему источнику воды (им, к вящему удивлению бобра, оказался кран в комнате отдыха), у него появилась прекрасная возможность познакомиться со следующим членом банды.

Ни я, ни уважаемый архимагистр не планировали этого, но жизнь, как обычно, внесла свои коррективы.

[1] лир — местное обращение, аналогичное слову «господин»

[2] оксюморон — образное сочетание противоречащих друг другу понятий, парадокс  

Кириана

— Я всё ещё надеюсь увидеть ваши документы, лира Мортале, — доброжелательно сказал ректор.

Ахнув, наклонилась к саквояжу, мысленно моля Анубоса о помощи в поисках злополучной папки. Однако меня опередили. Навстречу из бездонного нутра сумки взметнулась голова анаконды, держа в челюстях искомый предмет.

— Вот это да! — присвистнул начальник, — не ожидал! Вы полны сюрпризов, лира Мортале. Ну же, возьмите папку, вашей питомице, наверное, тяжело её держать?

Варьяна, которая легко могла таскать в пасти многотонные конструкции, картинно затрясла челюстью, демонстрируя всю тяжесть ноши, возложенную не неё нерадивой хозяйкой.

— Ва-арь, переигрываешь, — вкрадчиво прошипела я, с трудом вытаскивая папку из сомкнутых зубов.

— Кириана, вы слишком строги к своей питомице, — посетовал ректор, — вовсе она не тварь, а настоящая красавица.

Красавица томно закатила глаза, попутно осуждающе фыркнув на меня. Совсем от рук отбилась, поганка! В ближайшее время займусь её воспитанием.

— Ах, это, — отмахнулась я, — вам послышалось. Я сказала: «Варь», мою питомицу зовут Варьяна.

Змея кокетливо похлопала глазницами и приветственно затрещала первым десятком рёбер. Нет, вы только посмотрите на неё! Распушила скелет перед первым встречным мужчиной! Кокетка костяная!

А ректор-то, ректор! Тоже хорош! Архимагистр с умилением смотрел на Варьяну, изогнувшую спину не хуже кошки, а потом протянул руку и почесал услужливо подставленную черепушку.

— Вы хотели ознакомиться с документами, — напомнила я, разрушая идиллию.

— Верно, — лир Дарк с сожалением оторвался от Варьяны и переключился на рабочие моменты.

Не удержалась и показала змее язык, на что та немедленно продемонстрировала свой, длинный и раздвоенный. И, хотя он был призрачным, но слюна с него капала вполне реальная. Почему в моих мертвых питомцах столько много жизни? Я не могла объяснить ничем иным, как своей светлой силой.

Когда с формальностями было покончено, ректор выдал учебные планы, расписание на семестр, зачарованный план академии и универсальный ключ-пропуск, положенный всем преподавателям. Дополнительно пояснил, что ключ даёт допуск ко всем помещениям академии, исключая кабинет ректора и личные комнаты преподавателей.

Завершая аудиенцию, лир Дарк порекомендовал в первую очередь заглянуть к коменданту академии, который снабдит нас ключами от личных комнат и прочими бытовыми мелочами.

Пока мы общались, бобёр завершил поливные мероприятия и, весело насвистывая, вместе с ведром упаковался обратно в сумку.

— Весьма практичный артефакт, — заметил ректор, заинтересованно глядя на бездонный саквояж, — из Таавара?

— Оттуда, — подтвердила я, — местные артефакторы из семейства Лицеров настоящие кудесники.

— Наслышан о них, — кивнул он.

Юран, молча слушавший наш разговор, вдруг заунывно завыл, уставившись в пространство остекленевшим взглядом:

— Не противься судьбе, дева! Прими волю родителя своего! Но смотри, не ошибись, выбирай сердцем!

Выдав тираду, он резко замолчал, устало прикрыв глаза. А вот я молчать не стала.

— Откуда ты знаешь моего отца и сколько он заплатил за этот спектакль? — зашипела я не хуже Варьяны. — Неужели ему так важен этот брак, что он не погнушался использовать подобные методы принуждения?

— Я не… причём здесь твой отец? — икнул Юран, опасливо отодвигаясь подальше от меня.

— Притом, что он хотел… впрочем, это не твоё дело, — огрызнулась я, начиная сомневаться в своих выводах.

Ну, в самом деле, отец не стал бы действовать столь недостойно и топорно! Окончательно меня убедили слова ректора. С исследовательским интересом посмотрев на Юрана, он повернулся ко мне:

— Поверьте, Кириана: вас никто не разыгрывал, это было самое настоящее предсказание. И не тираньте лира Бирна. Он всё равно не помнит ни слова из того, что сказал вам.

— А вы… — я с опаской взглянула на архимагистра.

— А я буду нем, как рыба, — хмыкнул он, делая жест, словно запечатывает свой рот, — и вообще, я ничего не слышал, а вам пора заняться обустройством в академии.

Мы распрощались с лиром Дарком и покинули его кабинет, не забыв вежливо попрощаться с Горгульей. Она недовольно фыркнула и что-то процедила сквозь зубы. Надеюсь, это было не проклятие.

— Ты упомянула про брак, — осторожно поинтересовался Юран, — отец хотел устроить твоё замужество?

— Неважно, кто и что хотел, я не собираюсь замуж! И никакие предсказания не заставят меня делать то, чего я не хочу.

— Я предсказал тебе свадьбу? — присвистнул Юран.

— Не совсем, — неохотно призналась я.

— Почему ты так настроена? Мне казалось, все девочки хотят замуж. Или тебе не понравился жених?

— Понятия не имею, — дёрнула плечом я.

— Ты никогда его не видела! — догадался Юран.

— Скажу больше: я даже не знаю, как его зовут, — буркнула я.

— Ну, дела… — протянул провидец, — твой отец не назвал имя жениха?

— Не успел, я вспылила и сбежала.

— Очень взрослый поступок, — насмешливо фыркнул Юран.

— Ой, вот только не нужно читать мне морали! Зачем я вообще говорю с тобой об этом?

— Потому, что мы друзья? — подмигнул он, останавливаясь перед дверью с табличкой «комендант академии А.Домнус, часы приёма с 8-00 до 18-00, в субботу и воскресенье выход на работу за отдельную плату».

— Максимум — приятели, — осадила провидца и взялась за ручку с намерением войти.

— Погоди! — остановил меня Юран. 

Кириана

— Что не так? — опасливо отдёрнула руку и покосилась на дверь.

— Хотел по-дружески предупредить: местный комендант — леспри, — заговорщицки шепнул Юран.

— Тебе было видение? — фыркнула я.

— Не-а, прочитал в памятке, выданной ректором.

— И когда только успел?

— Пока вы мило беседовали. Я просто подумал, вдруг ты испытываешь по отношению к леспри предубеждение и неприязнь. Если это так, постарайся не демонстрировать это коменданту.

— Ну, демон и демон, у всех свои недостатки, — я пожала плечами и толкнула дверь.

На широкой стойке стояла табличка с надписью: «Асмодей Домнус, демон порядка, комендант МАТ», а рядом звонок для вызова. Не успела я притронуться к нему, как по ту сторону прилавка материализовался мужчина.

Комендант был рогат, демонически красив и столь же самоуверен. Он ослепительно улыбнулся, блеснув белоснежными клыками, и проурчал:

— Добрый день, прекрасная лира! Чем могу быть полезен?

— Здравствуйте, лир Домнус, — растянула губы в дежурной улыбке.

— Здравствуйте, лир комендант, — вторил мне Юран, шагнув следом.

При виде моего спутника улыбка леспри поблёкла, и он довольно сухо ответил на приветствие.

— Нам бы получить всё необходимое, согласно списку, выданному лиром ректором, — за двоих ответила я, протягивая бумаги.

Демон вновь лучезарно улыбнулся мне, картинно тряхнув гривой смоляных волос:

— Милая лира…

— Мортале, — любезно подсказала я.

— М-м-м, — восхищённо промычал он, — из ТЕХ САМЫХ Мортале?

— Э-э-э, из каких? — дипломатично уточнила я.

— Я имею ввиду знаменитое семейство выдающихся некромантов Соузмара, — пояснил демон, с новым интересом разглядывая меня.

— Вероятно, из тех, — не стала отпираться я.

— Точно! — возрадовался он ещё сильнее. — А я-то всё думал: кого вы мне напоминаете?

— Кого? — растерянно повторила я.

— Вы невероятно похожи на вашу бабушку!

— Моя бабушка погибла во время войны… кхм… — я замялась, боясь спровоцировать первый в истории академии межмировой конфликт.

— …войны с леспри, — нисколько не смутившись, продолжил лир Домнус, — ну же, не тушуйтесь вы так! Что было, то было, но теперь совсем другие времена. И… вы уверены, что она погибла? Вы видели тело?

— Н-нет, — промямлила я, — она пропала.

— То есть, теоретически, она может быть жива? — продолжал допытываться демон.

— Теоретически… наверное, да, — неохотно согласилась я, — но к чему эти странные разговоры?

— К тому, милая лира Мортале, что не так давно я имел честь видеть вашу знаменитую бабушку, — огорошил лир Домнус.

— Не может быть! — вырвалось у меня. — Если она жива, почему не дала нам знать? Почему не приехала? Кстати, где вы могли её видеть? Это точно была она?

— Сколько вопросов сразу, — рассмеялся леспри, разведя руки, — это определённо была Луиза Мортале, а видел я её… кхм…

— Где? — насторожилась я.  

— В доме одного уважаемого демона.

— Она в плену? — я непроизвольно сжала кулаки.

— Кхм…  — клянусь, я заметила, как на лице коменданта промелькнула тень смущения, — в некотором роде…

— Что значит: «в некотором роде»?  Нельзя быть немножко в неволе! Она пленница? Да или нет? — от волнения я на миг упустила контроль над силой, и тлен разрушил часть прилавка, в который я неосознанно вцепилась во всех смыслах мёртвой хваткой.

Виновато зыркнула на коменданта и стряхнула с пальцев труху. Хотела извиниться, но не успела и рта раскрыть, как из-под стойки выполз дохлый карликовый осьминог и пошустрил ко мне, смешно размахивая щупальцами.

— Роберт?! — изумлённо вздёрнул брови лир Домнус. — Где ты был два дня? И… почему ты в таком виде? — добавил он, наконец заметив, что осьминог немного мёртв, и пристально посмотрел на меня.

— Это не я!

— Нет, именно вы, — не согласился демон.

— Я не убивала вашего питомца!

— Разумеется, — махнул рукой комендант, — но вы его подняли. Поразительная способность! Поднять умертвие без специальных заклинаний и пентаграмм! Истинная Мортале!

Тем временем Роберт дополз до меня и нежно обвил щиколотку одним из щупалец. Я нервно хихикнула, нет, не от страха. Какая же некромантка боится умертвия? Точно не я! Было щекотно. И немного неловко перед демоном: всё-таки, осьминог принадлежал ему. А ну как лир Домнус рассердится, решив, что я сманила его животное?

Не рассердился. Он озадаченно почесал рога и спросил:

— Кто же тебя убил и зачем?

Осьминог ожидаемо не ответил, лишь крепче вцепился в мою ногу. Зато ожил до этого молчавший Юран. Он подошёл к Роберту, положил руку ему на голову и прикрыл глаза.

— Повар, — через некоторое время лаконично заявил он.

— Вот, шельмец! — цокнул языком леспри. — Кухаж давненько облизывался на Роберта. Он всегда мечтал о многоруком помощнике и хотел заполучить Роба себе на кухню. Не слушал меня, а ведь я предупреждал, что осьминог не подходит для подобного. Но кто будет слушать младшего брата?

— Он — ваш брат? — ахнула я.

— В полном смысле этого слова, — кивнул комендант, — он у нас демон чревоугодия. Как вы понимаете, эта категория демонов просто обречена быть великолепными поварами. Мой брат — один из лучших.

— Но зачем он убил Роберта? Из мести? По принципу: «так не доставайся никому»?

— Это была случайность, — вновь подал голос Юран, — у лира Кухажа есть электрический скат, он допускал его к работе без положенного заземления. Осьминог потянулся за сахаром, который стоял на верхней полке, не удержался и упал на ската. Его убило током.

— Как же он сейчас оказался здесь? — не поняла я.

— В момент опасности демонические питомцы автоматически переносятся к хозяину, — пояснил лир Асмодей, — но осьминог оказался мёртв по прибытии, поэтому луч переноса сбился. Сквозь щель в полу Роберт провалился в подвал, — леспри указал себе под ноги, — а когда лира Кириана выпустила силу, ожил и приполз на её источник.

И тут я вспомнила, что именно вывело меня из равновесия и спросила:

— И всё-таки, я хотела бы узнать, что случилось с моей бабушкой?

— Мы обязательно обсудим это, но позже, — пообещал демон, — сейчас мне нужно поговорить с братом.

— А вещи? — напомнил Юран.

— Да-да, одну минуту, — кивнул комендант.

И действительно, через минуту на стойке материализовались две увесистые сумки.

— Здесь всё, что нужно, и в благодарность за Роберта бессрочный абонемент на деликатесы Кухажа, — мне в руку лёг чёрный прямоугольник с золотым тиснением.

Машинально провела пальцем по карточке, и на ней появилось моё имя.

— Ого! Вот это магия! — восхитилась я.

— Ничего особенного, — пожал плечами лир Асмодей, — абонемент активируется при соприкосновении с владельцем. А теперь, молодые люди, вам пора.

Отцепив от ноги осьминога, передала его хозяину, и мы с Юраном, забрав сумки, отправились на этаж с комнатами преподавателей. 

Риган

Принц Леспринии валялся на кровати в своей комнате и жмурился, как довольный кот.  

— Какая зачотная цыпа, — мечтательно проурчал он, вспоминая девушку, с которой столкнулся у портала, — определённо следует познакомиться с ней поближе.

От приятных планов его оторвала заливистая трель переговорного зеркала. Риган взял артефакт с прикроватной тумбочки и, досадливо поморщившись, активировал связь.

— Вижу, ты уже на месте, — пророкотало зеркало голосом отца, — как устроился?

— Интерьерчик довольно аскетичный, — хмыкнул принц, обводя взглядом скромную обстановку.

— Не забывай, что сейчас ты простой леспри Риган Истван, а не принц Риган Сван, так что из привилегий у тебя лишь одноместная комната с личным санузлом, в остальном всё как у обычных адептов академии.

— И на том спасибо, — без особого воодушевления поблагодарил принц.

— Наслаждайся, — иронично ответил император.

— Ваше великодушие не знает границ, — в тон ему ответил Риган.

Впрочем, несмотря на привычку к роскоши, принц не особо страдал от её отсутствия. В конце концов, леспри весьма прочные создания, способные без последствий спать хоть на гвоздях. Недовольство было напускным, больше для того, чтобы понозить батюшку, но Хебер слишком давно жил на свете и повидал немало хитровыделанных юнцов.

Он насмешливо поглядел на любимого отпрыска и ехидно заметил:

— Для того, кто уснул на экскурсии в жерле вулкана, общежитие академии должно показаться раем.

— Между прочим, в жерле вулкана было гораздо уютнее, — подхватил шутку Риган, — кстати, может быть, хоть сейчас объяснишь, зачем мне вообще здесь учиться, если я окончил академию в Леспринии?

— Затем, что знаний много не бывает, — назидательно сказал Хебер, — я дал тебе возможность изучить магическую школу другого мира, считай, что ты в магической командировке по обмену опытом.

Император взглянул на часы и поморщился:

— Рад был повидаться, сын, но меня ждут дела. До связи!

Он протянул руку, чтобы отключить артефакт, но принц его остановил:

— Отец, ты так и не назвал имя моей невесты, кто она?

— Она из уважаемой семьи, будет преподавать у вас… Хотя, попробуй вычислить её сам, — хитро прищурился Хебер и погасил зеркало.

— Интриган, — беззлобно пробурчал Риган, — впрочем, так даже интереснее.

На память снова пришла рыжая студенточка, и он внезапно подумал, что не отказался бы замутить с ней, но вряд ли удастся скрыть эту интрижку от обитателей академии, а значит, и от неведомой невесты.

В животе предательски заурчало, и Риган с удивлением обнаружил, что за окном стемнело. Заглянул в выданный распорядок дня, понял, что почти опоздал на ужин, подскочил с кровати и вышел в коридор.

Его комната находилась в самом конце этажа, целиком отданного студентам из Леспринии, поэтому Риган нисколько не удивился, увидев в коридоре группу демонов. Вероятнее всего, парни тоже собирались посетить столовую. Что ж, пора вливаться в коллектив.

— Эй, ребята, подождите меня, — окликнул он.

Молодые леспри остановились, как по команде, и почтительно склонили головы. Риган инстинктивно нащупал спрятанный под свитером изменитель внешности. Вдруг умудрился потерять? Но нет, выданный Делкином артефакт никуда не делся.

Тогда в чём дело? Демоны только изображают адептов, а на самом деле они — его охрана? Иначе откуда это беспрекословное подчинение?

«Перебор», — недовольно подумал Риган, — «перестарался батя».

Однако всё оказалось гораздо проще. Разговорившись с парнями, он выяснил, что администрация академии приняла решение распределить иномирных гостей по этажу согласно их статусу на родине. Таким образом, чем дальше от лестницы, тем родовитее проживающий в комнате адепт.

Никто из его соотечественников не предполагал, что он их принц, но расположение его комнаты говорило само за себя: среди них он был условно главный. Леспри, представившийся как Зо́лан, сын барона Кре́хта, по большому секрету сообщил, что этажом выше в двухкомнатных апартаментах поселили самого́ Ригана Свана, наследника Леспринии.

— Да ну? — фальшиво изумился принц, а про себя усмехнулся и подумал, что надо бы познакомиться со своим дублёром.

Словно в ответ на его мысли, Золан заговорщицки подмигнул и, наклонившись ближе, прошептал:

— Я уже пообщался с ним, мировой парень. Если хочешь, можем зайти к нему после ужина.

— Разве его не будет в столовой? Он на диете или считает ниже своего достоинства принимать пищу вместе с другими адептами? — саркастично поинтересовался Риган, а про себя с досадой подумал: — «Вот так и рождаются сплетни о моём высокомерии».

Но Золан поспешил развеять его заблуждения.

— Конечно, будет, он не какой-то там заносчивый засранец, — хохотнул баронет, — просто подумай сам: какие разговоры в едальне? Так, общий трёп. А вот после можно и пообщаться поближе в спокойной неформальной обстановке. Я слышал, что Риган прибыл в академию с небольшим запасом вин из знаменитых императорских погребов.

«Офигеть, — подумал принц, — как много я не знаю о себе!».

Кира

— А вот и твоя комната, —  обрадовался Юран, как истинный джентльмен, тащивший обе кипы полученных вещей.

Когда я приложила выданный ключ к выемке в двери, он на мгновение засветился. В руку ударил слабый магический разряд, и ключ слился с дверным полотном, на котором медленно проявилась серебряная табличка с витиеватой надписью: «Кириана Мортале».

— Теперь тебе достаточно приложить руку к двери, и она откроется, — с важным видом пояснил Юран, — очень удобно: ключ невозможно потерять, а дверь сможешь открыть только ты.

— Да-да, я тоже читала инструкцию, — рассеянно кивнула, поворачивая дверную ручку.

Юран подхватил вещи, зашёл в комнату и сгрузил мою часть в кресло у стола. Из сумки тут же выскользнула Варь и, нарочито гремя костями, поползла осматривать наше новое жилище. Что это? Демонстрация силы? Обычно она передвигалась совершенно бесшумно, чтобы разведать обстановку или застать врасплох тех, кто находился поблизости.

Немного погодя сумку покинул Фил, не забыв прихватить своё ведро. Я строго посмотрела на питомцев:

— Вести себя тихо, без меня из комнаты — ни лапой… ни хвостом!

Звери состроили невинные физиономии, всем своим видом говоря: «обещаем сидеть на месте, как прибитые». Будь я более наивной, поверила бы безоговорочно, а так…

— Пожалуй, на всякий случай поставлю магические запоры на окно и дверь, — сообщила я.

На кое-чьих мордах появилось разочарованное выражение. Так и знала, что их смирение было напускным.

Юран тихо фыркнул, тоже раскусив нехитрый план моих дохликов, за что немедленно получил два укоризненных взгляда.

— Ну, я пошёл к себе, — засобирался он, — судя по нумерации комнат, моя где-то в конце коридора, — потоптался на пороге и добавил: — пойдём вместе на ужин?

— Конечно, пойдём! А он скоро? — с надеждой спросила я, почуяв зверский голод, который всегда испытывала после прохождения межмировых порталов.

Сегодня это произошло чуть позже, вернее, я не ощущала его из-за разнообразных событий, произошедших после прибытия в академию.

— Через час, — ответил Юран, сверившись с расписанием в браслете.

Мысленно хлопнула себя по лбу: на моей руке красовался подобный аксессуар, выданный нам комендантом академии. Вот балда! Могла бы и сама посмотреть, ведь браслет содержит в себе всю информацию.

— Тогда нужно поторопиться, — засуетилась я, выпроваживая провидца из комнаты.

Нужно успеть разложить вещи, умыться и переодеться, а времени осталось — всего ничего. Юран понятливо усмехнулся и шагнул в коридор, где чуть не столкнулся с проходящей мимо девушкой. Эффектная синеглазая брюнетка рефлекторно отшатнулась и качнулась на высоченных каблуках.

— Извините, — стушевался он, придерживая её за локоть, — вы не ушиблись?

— Я в порядке, — сухо ответила она, аккуратно высвобождая руку.

— Ещё раз простите, — развёл руками Юран и почему-то махнул рукой в мою сторону: — мы тут заселяемся.

— О, в наших рядах пополнение, — хмыкнула незнакомка, — я Магда Эвиринская, проклятийница. А вы?..

— Юран Бирн, факультет предсказателей.

— Кириана Мортале, некромантия.

— Вам, наверное, нужно успеть разместиться до ужина, — спохватилась Магда, — не буду задерживать, позже познакомимся поближе.

Юран согласно кивнул и умчался искать свою комнату.

— Жених? — подмигнула Магда.

— Где? — икнула я и заозиралась, пытаясь понять, с какой стороны ждать подвоха, и как потенциальный женишок умудрился так быстро разыскать меня в академии.

Магда одарила странным взглядом и уточнила:

— Вы ведь парочка? Ну, с этим Юраном?

—Что?? Нет! — облегчённо выдохнула я. — Познакомились час назад в ректорате.

— А чего ты так испугалась? — заинтересованно блеснула глазами Магда.

— Не то чтобы испугалась, — я махнула рукой, — это долгая история.

— Расскажешь после ужина? Кстати, наши комнаты рядом, — она указала на соседнюю дверь.

— Расскажу, — неожиданно пообещала я, тем более, в этом не было какой-то тайны, а новая знакомая моментально расположила к себе.

Знаете, бывает такое: видишь человека в первый раз, а кажется, что знаком с пелёнок. С первого момента я ощущала по отношению к Магде именно это, а потом выяснилось, что мы землячки. Девушка была внучкой князя Эвиринского. Княжество находилось на юге Соузмара и славилось винами и знаменитым эвиринским бренди. Поговаривают, что этот напиток стал одним из любимых даже у императора демонов.

Короче, на ужин я отправилась с новообретёнными друзьями. По дороге Магда показала нам одну любопытную вещь. Оказалось, в академии существовали так называемые «короткие пути». Если в определённом месте в коридоре нажать на камень в стене, открывался магический путь, этакий микро-портал, который значительно сокращал дорогу и позволял быстро оказаться в нужном месте.

На мой вопрос, откуда такая осведомлённость, Магда пожала плечами:

— Магический проект реставрации здания делал мой отец.

— Это секретные сведения? — на всякий случай уточнила я.

— Для преподавателей — нет, а для адептов — да, — ответила она и, подумав, добавила: — мне кажется, наши ученички быстро раскопают сведения о «коротких путях». Не знаю, как они это делают, но в любой академии в любом мире адепты знают больше, чем некоторые магистры.

— Есть такое, — ухмыльнулась я, вспомнив годы учёбы и наши проделки.

— Ученики напоминают мне муравьёв с их коллективным разумом, — заявила Магда, — мы, магистры, тоже должны держаться вместе, в том числе и для того, чтобы вовремя пресекать их шалости.

Я покивала с умным видом, а Юран тут же подхватил нас под руки и заявил, что уже держится за нас изо всех сил. Мы рассмеялись, и так, смеясь, ввалились в столовую.

Как и в большинстве академий, в МАТ была общая едальня, поделённая ажурной загородкой со стеклянной мозаикой на зоны для адептов и преподавателей. Благодаря специальному заклинанию, загородка обладала хитрой особенностью: магистры могли видеть, что творилось в зале у адептов, а с их стороны она была непроницаемой. «Короткий путь» вывел нас прямо за неё, минуя общий зал.

Поприветствовав коллег, мы уселись за свободный стол, и на столешнице тут же материализовалось меню. Выбрав блюда по душе, мы принялись ужинать, ведя неспешный разговор о будущей работе.

Посреди беседы меня словно толкнули в бок. Подняла голову и сразу заметила давешнего демона, который наглым образом тискал меня у портала. Он зашёл в столовую с опозданием и в окружении своих соотечественников. Обшарил глазами зал, словно кого-то искал, нахмурился, дёрнул плечом и с независимым видом проследовал к столу.

— Эй, Кира, ты всё ещё с нами, или где-то на луне? — шутливо толкнула в бок Магда. — Уснула, или знакомого увидела?

— Да, то есть, нет, — пробормотала я.

— Как это? — вскинула бровь она.

— Пустяки, столкнулась у портала вон с тем парнем, но мы так и не познакомились, — неохотно ответила я.

— Дело поправимое, на занятиях познакомишься, — усмехнулась Магда.

— Нисколько не сомневаюсь, — скривилась я.

Эрин Солберг

— Лир Солберг, мы чрезвычайно рады, что вы приняли наше приглашение! — с придыханием воскликнула Горулия Кожмар, нервно теребя пальцы.

Сейчас никто бы не узнал в ней вечно недовольную чопорную селёдку. Секретарь ректора взирала на пришедшего с неподдельным восхищением. Глаза блестели, щёки расцветил румянец, даже извечно бледные губы ярче выделялись на скуластом лице.

— Кхм, — деликатно отозвался визитёр, несколько обескураженный столь откровенным проявлением эмоций, — лира Кожмар, я весьма польщён горячим приёмом, оказанным простому преподавателю по физической подготовке, но право же, не стоило...

— Не скромничайте, лир Солберг, ну, какой же вы простой? — перебила его Горулия и кокетливо стрельнула глазами. — Насколько я знаю, вы — один из сильнейших магистров боевой магии. Нашей академии тёмных несказанно повезло, что вы согласились работать у нас!

— Но откуда…

— Я наводила справки… то есть, мы… мы проводили тщательный отбор кандидатур для преподавательского состава. Ваша вакансия долго оставалась незакрытой, и мы было отчаялись, но тут — невероятная удача — вы согласились.

«Если бы не обстоятельства, ноги бы моей здесь не было», — мрачно подумал Эрин, с вежливой полуулыбкой слушая щебет секретарши.

— Горулия, — на столе секретаря ожил кристалл связи, — лир Солберг прибыл?

— Да, лир Дарк, он уже здесь, — отрапортовала лира Кожмар, продолжая поедать глазами широкоплечего брюнета.

— Тогда почему он не заходит? — в голосе ректора явственно сквозило нетерпение.

— Я как раз собиралась доложить, но вы опередили, — заюлила секретарь.

Эрин мысленно усмехнулся, учтиво кивнул и скрылся за дверью ректорского кабинета.

— Привет, старина, — Реджинальд Дарк шагнул навстречу и заключил вошедшего в крепкие объятия.

— Сам такой, — шутливо парировал Эрин, — и да, я тоже рад видеть тебя.

— До сих пор не могу поверить, что ты будешь преподавать в моей академии. Конечно, для тебя это не карьерный рост, но моя ректорская сущность весьма довольна приобретением, во всех смыслах ценным для академии.

— Ты стал бюрократом до мозга костей, Реджи, — цокнул языком Эрин, — но сущность у тебя не ректорская, а самая что ни на есть драконья. Ну, какое я тебе приобретение?

— Самое дорогое, — хохотнул ректор, сверкнув узким зрачком.

Едва они расселись в массивные кресла с высокими спинками и широкими подлокотниками, дверь отворилась, и в кабинет вплыла Горулия, толкая перед собой сервировочный столик с чаем и холодными закусками.

— Лиры, ваш чай, — проворковала она, незаметно — как ей казалось — придвигая тарелку с аппетитной мясной нарезкой поближе к Эрину.  

— Я смотрю, ты хорошо устроился, лир ректор, — хохотнул он, когда секретарь покинула кабинет.

— Полагаешь? — хитро прищурился Реджинальд.

— Факты налицо, — Эрин красноречиво указал на столик, ломившийся от еды.

— Вынужден огорчить тебя, — ректор состроил печальную физиономию, — обычно я не удостаиваюсь столь трогательной заботы.

— Позволь не поверить. Неужели это исключение из правил?

— Всё из-за тебя, дружище. Крепко же ты зацепил Горгулью, раз она так расстаралась, — хмыкнул Реджинальд.

— Час от часу не легче, — поморщился Эрин, — ко всему прочему не хватало мне ещё и отбиваться от озабоченных дамочек.

— Ты, как я погляжу, по-прежнему убеждённый холостяк? — прищурился ректор.

— Нетрудно им быть, если вокруг одни меркантильные эгоистки, — пожал плечами Эрин.

С обсуждения женщин беседа, как водится, перетекла в служебное русло. Обсудив текущие дела и учебный план, приятели принялись вспоминать дела не очень давно минувших дней.

А вспомнить было что. Так вышло, что судьба свела двух драконов ни больше ни меньше — на полях сражения. И были они по разные стороны баррикад. Полковник Реджинальд Дарк, как и многие драконы Таавара, сражался вместе с Соузмарскими побратимами против нашествия демонов. Команданте [1] Солберг был начальником войсковой разведки, всецело преданным родине, но горячо не одобряющим её военную экспансию в Соузмар.

В одном из сражений проигрывающие леспри применили запрещённое заклинание «чистая ладонь». Не выжил никто. Так считали. Однако, на самом деле, выжили двое: полковник Дарк и команданте Солберг.

Благодаря невероятной драконьей регенерации, через несколько дней они очухались от тяжёлых ранений и, первым делом, чуть не поубивали друг друга. Вернее, попытались, но силы и магия ещё не вернулись, поэтому дело ограничилось вялой потасовкой с обоюдной потерей сознания.

Когда бравые вояки окончательно пришли в себя, их боевой пыл несколько поутих, и вместо хорошей драки состоялся непростой разговор, в ходе которого они выяснили, что оба против войны и за мир во всех известных и неизвестных мирах. А также сошлись во мнении, что все драконы — братья, независимо от цвета чешуи и особенностей магии.

Ничего не предвещало беды, но она пришла, откуда не ждали. На них напали бесхозные личи, и быть бы драконам растерзанными по причине опустошённого магического резерва, но Эрин каким-то чудом, на крохах магии, смог открыть теневую тропу, вытолкнул на неё еле живого Реджа и сам шагнул следом, прикрывая друга.

Тропа уже закрывалась, когда его настигло заклятие «копьё некроманта», и он вывалился на руки Дарку без сознания и истекая кровью. Отсутствие магической подпитки нарушило регенерацию тканей. В итоге на память об этой заварушке у Эрина остался внушительный шрам на шее. И друг.

Вскоре всё-таки наступил долгожданный мир, и отпала нужда скрывать свою дружбу. Наоборот, деловые и личные контакты поощрялись обеими сторонами.

А теперь судьба снова свела их под одной крышей.

— Так почему на самом деле ты приехал в Соузмар и согласился на должность преподавателя боевой и физической подготовки? — улучив момент, спросил Реджинальд.

— По личной просьбе императора, — не стал лукавить Эрин.

Во-первых, он не хотел использовать друга вслепую, а во-вторых, посчитал, что осведомлённый ректор в случае чего и поможет, и спину прикроет.

[1] команданте — так в некоторых странах именуют майора

Кириана

Я ещё несколько раз исподтишка косилась в сторону шумной компании демонов, но нахальный леспри увлечённо беседовал с приятелями и больше не проявлял интереса к присутствующим адептам. И с чего мне вдруг показалось, что он разыскивал меня? Наверное, потому, что принял за адептку там, у портала?

Пожала плечами и, по примеру друзей, отдала должное местной кухне. Комендант Домнус был совершенно прав: его брат гениальный повар, даже повседневные блюда отличались отменным вкусом.

Когда на столе материализовался чай, я вспомнила про абонемент.

— Как насчёт десерта? — помахала в воздухе заветным чёрным прямоугольником.

— Вау! — взвизгнула Магда и захлопала в ладони. — Откуда у тебя это сокровище?

— От мёртвого осьминога, — хихикнула я, полюбовалась на вытянувшееся лицо подруги и призналась: — Вернее, от его хозяина.

— Ай, неважно, главное, что эта карта открывает двери в мир гастрономического наслаждения, — махнула рукой Магда.

Мы сделали заказ, и пока нам готовили фирменные пирожные лира Кухажа, я поведала ей историю с осьминогом.

— Получается, у нашего коменданта теперь есть собственное умертвие со щупальцами? — хихикнула Магда. — Интересно, что он с ним будет делать?

— Поручит сортировать документы и подотчётные материальные ценности, — раздалось у нас над головами.

Я подняла голову. Рядом с нашим столом стоял ректор собственной драконистой персоной, да не один, а с незнакомым мужчиной, который и ответил на вопрос Магды. Карие глаза, тёмно-каштановые волосы с пепельным отливом, мускулистое тело, на котором как влитой, сидел неброский, но явно пошитый из дорогой ткани, камзол.

В мужчине чувствовалась скрытая мощь и гибкая грация смертоносной змеи. Сердце ёкнуло. Тьфу, ты! Вот к чему приводит общение с Варьяной, везде мерещатся чешуйчатые рептилии! Упс! Ректор-то у нас тоже из этих, из рептилий, надо бы быть поосторожнее с языком. И так уже опростоволосилась с Горгульей, неизвестно ещё, будут ли последствия.

— …берг, — ворвался в мои уши голос ректора.

— Что, простите? — смутилась я.

— Повторяю специально для витающей в облаках лиры Мортале, — усмехнулся лир Дарк, — позвольте представить вам нашего преподавателя физической подготовки: лир Эрин Солберг.  

— Повелитель эстафетных посохов, — на грани слышимости шепнула Магда.

Солберг криво усмехнулся, Дарк закатил глаза. Божечки, они услышали! Я прикрыла лицо ладонью, как будто это могло оградить от неловкой ситуации. Интересно, кто такой этот лир Солберг с его абсолютным слухом? Оборотень? Или дракон, как и ректор? Пришли вместе, так кто они друг другу: друзья или родственники?

Сквозь пальцы глянула на мужчин, пытаясь понять, рассердило ли их высказывание подруги, и наткнулась на внимательный взгляд. Ай, ну чего я, в самом деле? Убрала руки от лица и смело уставилась в ответ.

Гляделки прервал ректор:

— Эрин, а эта остроумная особа — магистр-проклятийник лира Магда Эвиринская.

— Эвири-и-инская, — выразительно протянул лир физрук, переключив внимание на Магду.

А я почувствовала досаду. На меня он так не смотрел и не моё имя произносил тягуче и многозначительно. «Фу, Кира, — одёрнула себя, — нельзя быть такой эгоисткой, мир не вертится вокруг тебя, и этот мужчина — не твоя собственность!». А жаль. Да что ж такое? Нужно немедленно прекратить думать об этом Эрине!

— Да, Эвиринская, — между тем подтвердил лир Дарк.

— Как бренди? — вроде бы невинно уточнил Солберг, но при этом его глаза озорно блеснули.

«Поглядите-ка, он с ней заигрывает!» — мысленно скривилась я.

Искоса глянула на мужчину и поняла, что ошиблась. Он не флиртовал, а обменялся колкостью в ответ на её эпитет. 

Поняла это и Магда, но ничуть не расстроилась, а задорно рассмеялась, слегка запрокинув голову. Взгляд Эрина скользнул по открывшейся шее, а я с какого-то перепугу представила, как он скользит по ней не глазами, а губами. Проклятье! Наверное, я отравилась десертом, вот и лезет в голову всякая чепуха.

Отсмеявшись, Магда снисходительно заметила:

— Вы чуть-чуть перепутали, лир Солберг. Не я как бренди, а бренди как я. Ведь именно моя семья подарила своё имя напитку, который мы производим.

— Вы уж простите заурядному физруку его невежество, — фыркнул он, — ведь я отродясь не видел ничего круче эстафетного посоха.

— Если ты продолжишь в том же духе, мы рискуем остаться без ужина, — поторопил друга лир Дарк.

— Неужели в этом заведении нет поблажки даже его руководителю? — удивился Солберг.

— Распорядок дня един для всех, и я не исключение, — развёл руками ректор.

— Лиры, великодушно простите, но я не могу оставить начальство голодным, — посетовал магистр боевой и физической подготовки, подхватывая друга под локоть и раскланиваясь с нами.

— Хорош, чертяка, — одобрительно проронила Магда, когда приятели удалились на приличное расстояние.

— Угу, — угрюмо промычала я, ковыряясь ложечкой в десерте.

— Он тебе совсем не понравился? — удивилась она.

— Ни капельки, — как можно более равнодушно ответила я, — напыщенный и самодовольный индюк.

— Ага, ну, я так и поняла, — многозначительно поиграла бровями Магда.

— Зато тебе, как вижу, он пришёлся по душе, — не удержалась я.

— Интересный экземпляр мужчины, — пожала плечами она, — но не в моём вкусе.

— И поэтому ты активно строила ему глазки? — не удержалась я от язвительного замечания.

— Брось, с каких пор подобное считается преступлением? — сморщила нос Магда.

— И то верно, — натужно улыбнулась я, — не обращай внимания, я сегодня несколько переутомилась.

— Ох, мы и впрямь засиделись, — встрепенулся Юран, мирно дремавший под наши разговоры, — не опоздать бы на занятия.

— Скажи это им, — Магда махнула в сторону общего зала, где до сих пор сидела компания старшекурсников.

— Зачем лишние слова? Прокляни их непреодолимым желанием учиться и беспрекословно соблюдать режим, — предложил провидец.

— Ты чего? Это жестоко даже для меня, — усмехнулась она, — а уж я-то знаю толк в забористых проклятиях. Представляешь, какой унылой станет их жизнь, если я последую твоему совету? Пожалей детишек.

— Молчу-молчу, — Юран поднял руки вверх, — ты меня убедила, не будем ломать их психику и губить молодые неокрепшие организмы.

Тем временем свет в помещении стал более тусклым.

— Смотрите-ка, им ещё и интимные условия создают, — обиженно заметил Юран.

Однако он ошибался. Заметив уменьшение иллюминации, адепты подскочили и оперативно слиняли из столовой.

— Чего это они? — не понял провидец.

— Распорядок дня, — подмигнул ректор, проходя мимо нас на выход, — ученики в курсе, что это — последнее предупреждение. Кто не внял — схлопочет отработку.

— А если не вняли преподаватели? — осторожно поинтересовался Юран.

— Не нарывайся! — ткнула его в бок Магда.

— Хмм, интересный вопрос, я обязательно подумаю об этом, — с воодушевлением пообещал лир Дарк под насмешливое хмыканье Солберга.