Не хочу, как Русалочка!

– Арина Константиновна, в вашем возрасте это очень опасно! – стенала младшая невестка. – Так и умереть можно!

– А с твоим весом, Шурочка, опасно скакать на муже, – иронично глянула я на её широкую душу. – Так и вдовой стать можно.

– Мама, разве прилично женщинам о весе говорить? – обиделся младший сын и прижался к любимой жене.

– Про возраст тоже, – саркастично хмыкнула я, – но твою лихую наездницу это не остановило. И вообще, довольно мне тут Шексира на бабки разводить. Доктор сказал, я подхожу. На этом всеобщее стенание предлагаю зафиналить.

– Аня, – Саша обернулась к старшей невестке. – Ты хоть ей скажи!

– Что сказать? – прошептала бледная, как привидение женщина. – Никто из нас больше не может быть донором для Коленьки. Только его бабушка подходит.

– Она ему не бабушка, – Шура начала всхлипывать. – Колю вы только год назад усыновили…

Вася одёрнул жену, и она разрыдалась, а я решительно поднялась и подхватила сумку.

– Шурка, не затопи дом. И вообще, не понимаю, что ты тут воешь. Я тебе загородный дом в завещании отписала. Правда, с условием, что ты Ваську моего не раздавишь…

– Мама! – возмутилась она сквозь слёзы.

Аня медленно опустилась на колени и посмотрела на меня, как на ангела.

– Спасибо, Арина Константиновна… – дрожа всем телом, пролепетала она. – За сыночка моего век молиться за вас буду!

Толя молча обнял меня. Огромный, как медведь, он казался чудовищем рядом с хрупкой Анечкой. Оба настрадались, переживая выкидыш за выкидышем, прежде чем решились взять мальчика из детдома. Тихий и скромный, Коля завоевал сердце каждого в нашей семье. Вот только беда подкралась незаметно.

Аня поднялась и тоже обняла меня. К ней присоединись Вася с Александрой.

– Всё, довольно, – высвободилась я. – Задушите прежде, чем врачи успеют почку вырезать. Вася, вызвал такси?

– Сам отвезу.

– Ой, не плетите мне косички! – я закатила глаза. – Отвезёт он! На чём? На велосипеде? Будто я не знаю, почему машины под окном третьи сутки нет. Ты лучше спасибо скажи, что я в своё время соседа соблазнила, иначе бы его сын арестовал тебя за попытку купить человеческие органы. Лёшка мне всё рассказал! Мафиози Саратовского разливу. Тьфу!

В общем, они всё равно увязались со мной. И приезжали каждый день, вплоть до самой операции…

О том, что доктор был излишне оптимистичен к моим семидесяти, я поняла, открыв глаза в раю. Надо мной раскинулось ослепительно голубое небо, под которым таинственно синело бескрайнее море. Лёгкий ветерок играл наперегонки с пенными барашками, а тёплый песочек грел моё обнажённое тело.

Юное и красивое.

Гладкая кожа, нежные пальчики без намёка на артрит, стройные ножки, будто мне снова восемнадцать, и приятная лёгкость во всём теле. Я потянулась, наслаждаясь тем, что в боку не колет, колени не выворачивает, а глаза видят идеально, и счастливо вздохнула.

«Померла, клюшка! Надеюсь, Коленьке достались обе мои почки».

– Ариэль! – горестно взвыл кто-то рядом. – Зачем ты это сделала? Что теперь я скажу твоему отцу? Он же меня на трезубце поджарит! Ариэль…

Повернула голову и при виде сурового краба, в отчаянии заламывающего клешни, рассмеялась. В своё время я помоталась по приморским городкам, и когда муж уходил в море, а кушать было нечего, ловила крабов. Очень их любила! И дети тоже.

Хотела сказать странному ангелу, что меня зовут Арина, а не Ариэль, но не удалось издать ни звука. Наверное, в раю не говорят. В этот момент на поверхности воды показались дельфины… Так я подумала за миг до того, как увидела девушек с рыбьими хвостами.

– Ариэль! – испуганными чайками закричали они. – Где твой хвост, сестра? Откуда у тебя ноги?

И тут у меня похолодела спина.

Из всех сказок, которые когда-то читала детям, эту я ненавидела всей душой. Про глупую девушку, которая влюбилась в принца и променяла голос на призрачное счастье. Далее всё было, как в жизни. Принц встретил принцессу, и они поженились, а доверчивая дурочка превратилась в морскую пену.

Второй раз на те же грабли?!

Ну уж нет.

Не хочу, как Русалочка!

Почему я оказалась в этом аду? За какие грехи я стала Русалочкой? Да, с соседом замутила, но мужик был видный, а жена ему уже лет десять не давала. Меня же так скрутило после болезненного развода, что до смерти требовалась убойная доза романтики. И живительная порция поддержки для одинокой женщины с двумя мальчишками.

Никита устроил моих детей в школу, а его сын стал всё чаще бывать у нас дома, подружился с Васей и Толей. Ульяна, его мама, периодически пыталась поправить мне причёску, но каждый раз наша потасовка заканчивалась посиделками на кухне и песнями на извечную тему «Мужики – козлы».

Это бодрило нас обеих, пока, лет через тридцать, Никита каким-то загадочным образом снова воспылал нежными чувствами к супруге. У них всё наладилось, но наших с Ульяной еженедельных посиделок не отменило. Это меня радовало, хотя, признаю, немного скучала по первой части. Волос становилось меньше, зато и стресса тоже.

В общем, я не считала, что заслужила судьбу Русалочки за то, что немного поиграла в любовный треугольник. Лучше бы моему изменнику-мужу хвост подарили. И рога! Это он бросил меня с детьми, женившись на девчонке на пятнадцать лет моложе. Хуже того – на певице! Видеть, как любимый уходит к той, что исполнила мои мечты, оказалось пыткой.

И всё же Русалочка – я. Влюблённая дурочка без голоса, хвоста и мозгов.

Сёстры Ариэль оставили меня и уплыли в море.

«Что же делать? Не хочу становиться пеной, и полурыбой быть не собираюсь. Вернуться в свою жизнь не могу, остаётся одно. Играть эту грёбанную роль».

– Не плачь! – сурово рявкнул краб. – Некогда слёзы лить. Делать нечего, надо слушаться ведьму, иначе голос и хвост не вернуть. Ариэль, шевели клешнями! Тебе нужно как можно быстрее соблазнить принца. Что глазками моргаешь? Встала! Пошла!

Легко сказать. Я попыталась подняться, но ноги были настолько слабыми, что дрожали и разъезжались в стороны. А краб не умолкал:

– Люди не так ходят. Колени выше! Пальцы растопырь…

«Я тебе сейчас глаза растопырю, если не заткнёшься!» – показала ему неприличный жест.

– Один палец? – удивился краб и активно закивал. – Не волнуйся, я тебя не брошу. И морскому царю ничего не скажу. Из панциря вылезу, а помогу тебе принца заполучить! А ну вытяни губки вот так… Чмок-чмок!

«Может, поджарить этого болтуна? – прищурилась я. – Всё польза».

Вспомнив любимый вкус, цокнула языком.

– Бестолковая, – огорчённо вздохнул краб и вдруг подскочил в безудержном энтузиазме: – Смотри! Там человек. Человек!

Мужчина был хорош!

Высокий и широкоплечий, с сильными руками, длинными ногами, привлекательным лицом и вальяжной походкой капитана дальнего плавания. Если это тот, в которого втюрилась эта глупышка, то неудивительно, почему у неё мозг поплыл. У меня самой так же было, как отца Васи и Толи встретила.

Тогда я только-только начала выступать на сцене, а Евгений пришёл на моё выступление. Вокруг мужчины в форме морского офицера девчата так и кружились, но смотрел он только на меня. И этот тоже глаз не сводил, остолбенев при виде обнажённой девушки.

Я улыбнулась и помахала, приветствуя незнакомца. А потом знаками показала, что если этот любитель естественной женской красоты не отдаст мне рубашку, я ему глаза выцарапаю. Судя по тому, как поспешно мужчина принялся расстёгивать пуговицы, пантомима удалась на славу.

Но после он начал стаскивать брюки, и я догадалась, что благородством незнакомец не обременён и явно собирается воспользоваться подарком небес. То есть немой красивой девушкой. Видимо, придётся прибегнуть к тяжёлой артиллерии.

Пригодился надоедливый краб, которого я с силой метнула в пах мужчины.

– У-ы, – выдохнул крючившийся незнакомец.

– Ы-у, – вцепился в него краб.

Я же подковыляла ближе и надела не только рубашку, которую вежливо попросила, но и брюки, которые мужчине не стоило снимать. Затянув завязки потуже, проверила карманы. Обнаружив мелкие монетки, обрадовалась.

А потом отцепила краба, и мужчина, закатив глаза, прилёг отдохнуть.

Подхватив палку, я нарисовала у головы человека корону на песке и поставила знак вопроса. Краб догадался:

– Тот ли это принц? Я не знаю, это же не я в него влюбился!

Приплыли. Мало того, что мне нужно за короткое время заполучить принца, так ещё и понятия не имею, какого именно. Не факт, что тот мужчина королевских кровей, ведь для влюблённой девушки любой смазливый матрос принцем белом коне покажется. По себе помню.

«Хм. А может, не обязательно выходить замуж именно за того, в кого Русалочка влюбилась? Может, я попала в ненавистную сказку, чтобы изменить её?»

Эта мысль мне понравилась.
_________
Друзья, уже представили себе героев? 
Давайте посмотрим, совпадает ли наше видение🔥🔥🔥
Листайте скорее и пишите ваши впечатления!

Друзья, добро пожаловать в мою новую историю попаданки! Вас ждут приключения языкастой старушки, которая лишилась не только прежней жизни, но и голоса в новом молодом теле! Будет легко и весело, присоединяйтесь! 
💜💜💜
Чтобы не потерять книгу, добавляйте её в библиотеку!
Спасибо вам за лайки и комментарии! Ваши эмоции бесценны! 
А сейчас познакомимся ближе с героиней

Арина Константиновна бросила карьеру певицы и скоропостижно выскочила замуж за военного. После десяти тяжёлых лет брака с морским офицером, она оказалась разведёнкой с двумя детьми. Муж женился на любовнице и уехал. Арина Константиновна подняла сыновей, но внуков так и не дождалась. Всем сердцем она полюбила приёмного мальчика и рискнула здоровьем, чтобы спасти ему жизнь.

Оказавшись в теле Ариэль, бабуля решает изменить ход сказки.

Друзья, книга входит в межавторский литмоб  

Вдали виднелись шпили, и я решительно направилась к человеческому жилью. Шла по берегу, размышляя над создавшейся ситуацией.

Итак, что мы имеем?

Ничего, кроме молодого здорового тела. А это уже немало! Только тот, кто познал тяжесть лет, давящих на сердце, почки и прочие части тела, поймут ценность здоровья. Деньги можно заработать, а вот потерянное здоровье уже не вернёшь, несмотря на все попытки здравоохранения, фитнесс-центров, лекарств и БАДов.

Когда годы капля за каплей отнимали у меня силы, оставалось лишь смиряться и приноравливаться к новому положению вещей. Песок сыплется, и время не остановить. Но я старалась радоваться тому, что ещё оставалось в верхней колбе судьбы. Наслаждалась жизнью до самой последней песчинки.

Поэтому так обрадовалась возможности пожить ещё немного.

Русалочка? Зато плавать умею.

Немая? Это отлично, а то никогда язык за зубами держать не умела. И учиться не собиралась!.. Стоп.

«Это хорошо, и точка!»

Времени у меня немного, но и с этим как-нибудь разберусь.

Насколько помнила, Русалочке надо было выйти замуж за принца. Дурочка надеялась, что он узнает её и влюбится в благодарность за спасение жизни. Была рядом и ждала, что увидит её душу чистую и сердце пылкое…

Глупости! Она превратилась в тень. Удобную и безмолвную. Потеряла драгоценное время и проиграла хитрой ведьме. Я же собиралась перевернуть сказку и начать с конца. Поэтому и направлялась к людям.

– Девка с крабом! – услышала окрик. – Стой на месте!

Ко мне от ворот, прижимая к боку меч, чтобы не бил по ногам, быстро бежал стражник.

– Девка?! – возмутился краб. – Перед тобой, жалкий двуногий, Её Высочество…

Я поспешно вжала в себя краба, призывая к молчанию, и пытливо посмотрела на запыхавшегося мужчину. Тот без объяснений схватил меня за руку и потащил от ворот к неприметной дверце в стене. Открыв её, крикнул:

– Господин Эттриан, эта девка странно одета!

И втолкнул меня внутрь.

Я с трудом восстановила равновесие и, прижимая к себе притихшего краба, слепо заморгала, пытаясь привыкнуть к неожиданной полутьме помещения после яркого солнца.

Небольшое помещение с высоким потолком и одним единственным маленьким окошком, расположенным высоко от пола. Здесь было почти пусто, не считая стола, заваленного свитками, и двух стульев. На одном сидел суровый темноволосый мужчина, одетый во всё чёрное.

Постукивая пальцами по столу, он пристально изучал меня, и от его пронизывающего насквозь взгляда становилось не по себе. Такой иногда смотрел Лёшка, сын соседей. Парень поступил на службу в полицию и довольно быстро вскарабкался по карьерной лестнице, чем Ульяна и Никита чрезвычайно гордились.

Я подошла к мужчине и, коснувшись своих губ, показала, что не могу говорить.

– Немая, значит.

Голос его оказался глубоким, невероятно звучным и приятным на слух. Я бы с удовольствием послушала, как он поёт, но вместо этого мужчина схватил меня за рукав и холодно сообщил:

– Действительно, одета очень странно. Судя по виду, ты ныряльщица и принесла в замок краба, чтобы продать. Но чтобы купить эту ткань, потребуется поймать сотни крабов. Признавайся, у кого украла одежду?

Я стряхнула его руку и тяжело вздохнула. Указала на бумагу, и у мужчины глаза на лоб полезли:

– Умеешь писать? – Сузив глаза, он усмехнулся и пододвинул письменные приборы. – Посмотрим, правда ли это.

Я поставила краба на стол и взяла перо.

«На берегу на меня напал сексуальный маньяк. Я взяла его одежду в качестве возмещения морального ущерба».

Писать было жутко неудобно. Пока сумела приноровиться и нажимать так, чтобы не оставлять клякс, при этом всё же проводить линию, прошло немало времени. К тому же я сильно перемазалась чернилами, но в итоге всё же закончила «объяснительную. Отложив перо, довольно кивнула и повернула лист к мужчине. Глянув на него, он на миг скривился:

– Так и знал.

Видимо, маньяки здесь под каждым кустом, стражи привыкли, что на девушек нападают. Улыбнувшись мужчине, я подхватила краба и направилась к дверце.

– Куда собралась? – Он догнал меня в два счёта и вжал в стену. – Я не закончил.

Вдруг начал быстро ощупывать.

Ну точно маньяки на каждом шагу! Не на ту напал. Что нужно уметь жене морского офицера, мужа которой нет дома по нескольку месяцев в году? Защищаться. Размахнувшись, я «случайно» уронила краба на ногу Эттриану, и мужчина зашипел от боли. Подхватив своего помощника, я метнулась к выходу и даже открыла дверь, но меня схватили за шиворот и снова втянули внутрь.

– Куда спешишь, воровка? – зло процедил мужчина.

И показал монетки, поблёскивающие на его ладони.

Те самые, что я нашла в карманах брюк.

Эттриан

Дэйжин не возвращался в замок шестой день, и я начинал беспокоиться. Брат ещё никогда так долго не задерживался. Хуже, что от него не приходило никаких вестей, а вечно мрачный королевский советник пребывал в отличном настроении.

– Эттриан! – завидев меня, он махнул рукой, и пришлось приблизиться.

Коротко поклонившись, я застыл в ожидании привычных нравоучений или жалоб на тяжёлую службу, но сегодня Лауссиан расплылся в улыбке:

– Что не весел? Неужели какая-то придворная дама разбила сердце бастарду короля?

Я насторожился, уловив в голосе советника нотку самодовольства, и на душе мгновенно заскреблись кошки. Лауссиан мог плести интриги за спиной, но в лицо высказываться о моём происхождении не посмел бы.

Без веской причины.

– Вы встали сегодня не с той ноги? – выгнул бровь и многозначительно посмотрел на мужчину. – С какой стати возомнили себя дворцовой сплетницей? Боюсь, господин Лауссиан, платье вам будет не к лицу.

– Высокомерный щенок, – исказившись лицом, прошипел советник.

– Брехливый кабысдох, – не остался в долгу и снова поклонился. – На этом обмен любезностями считаю завершённым.

– Ах, ты… – выпучив глаза, он затряс двумя подбородками из трёх.

Я не стал дождаться нового эпитета, а поспешил в казармы. Там, где принц переоделся и, скрыв лицо, выскользнул в порт. Небольшой корабль, который был подарен мне Его Величеством на совершеннолетие, отчалил в тот же день. И до сих пор не причалил.

Я заподозрил худшее.

Что, если советник пронюхал о новой страсти Дэйжина и нанял пиратов, чтобы избавиться от законного наследника? Тогда бы Лауссиан сумел добиться от короля одобрения на бракосочетание Лейи и котлийского принца. У отца выбора бы не осталось, как отдать дочь троюродному племяннику своего советника.

Политические игры интересовали меня меньше всего. Я переживал за жизнь человека, который отнёсся ко мне, как к родному брату, с первого же дня моего пребывания во дворце. Стал для меня семьёй, которой я лишился.

– Нейг, – позвал капитана стражи. – Нет вестей?

Тот молча покачал головой, но взгляд мужчины выдавал всю бурю, что творилась внутри него. Если с Дэйжином что-то случилось, Нейг не простит себе, что отпустил принца за пределы дворца без стражи.

«Да что может случиться? – весело восклицал брат и улыбался так бесшабашно, что я не мог не ответить тем же. – Команда у тебя вышколенная, ими даже командовать не нужно».

Утверждал, что лишь в море может быть счастлив, ощущая себя полностью свободным. Молил позволить отдохнуть от душной роли наследного принца. Я поддался на уговоры, потому что знал, что за каждой медовой улыбкой придворных скрывается смертельный яд, который те берегут в надежде получить шанс взобраться на трон.

Путь к короне выстлан костями и щедро смочен кровью, и Дэйжин ежесекундно испытывал огромное давление. Я не мог лишить его крохотного глотка свободы, но теперь жалел о своём безрассудстве. На кону стояло много жизней.

– Ваше Высочество!

Мы с капитаном обернулись к двери, в которую вихрем влетел один из стражников, всецело преданных наследному принцу.

– Казните меня, – молодой мужчина рухнул на колени и склонил голову. – Я принёс дурные вести.

Нейг покачнулся, а я припал на одно колено и схватил стражника за плечи. Легонько встряхнув, поспешно приказал:

– Говори!

– Ваш корабль разбит, – затараторил он. – Команда погибла…

– Нет, – капитан белел от ужаса, а у меня едва не остановилось сердце.

–…Тела принца не нашли, – закончил стражник.

Я с шумом выпустил воздух свозь зубы и поднялся, а Нейг выругался. Мы с капитаном переглянулись.

– Думаете, он в плену? – предположил Нейг.

– Вряд ли. – Я не представлял брата в плену. Этого Дэйжин не допустил бы. – Им невыгодно оставлять наследника в живых.

– А если пираты решили потребовать выкуп? – не сдавался капитан. – Заработать больше, чем предложил советник. Прикажите начать поиски.

Кивнул в ответ, а сам направился к городским воротам. Знал, что Нейг, если потребуется, морское царство на жабры поставит, но найдёт принца, если тот всё ещё в море. Я же буду ждать его здесь, зная, что Дэйжин обязательно найдёт способ сообщить о себе.

– Если увидите кого-то странного, ведите ко мне, – приказал страже у ворот.

Сам же отправился в сторожку и принялся перебирать полученную почту. Неизвестно, когда произошло кораблекрушение. Принц уже мог послать зашифрованное послание, и я должен получить его первым. Обязан сохранить тайну Дэйжина от всего двора и даже от самого короля.

Иногда стражники приводили подозрительных людей. После допроса каждого сажали под замок, чтобы не позволить просочиться слухам.

Но самой странной оказалась немая девица с ослепительно белыми, как у котлийцев, волосами и яркими синими, как море в погожий день, глазами.

Арина Константиновна

В тюрьму?!

Вот если бы у меня не отобрали голос, я бы этому законнику рассказала, где видела его обвинения! Кто-кто воровка? Да Арина Константиновна и щепотки соли у соседки не украла! Ульяна сама мне всё из солонки на голову высыпала, когда узнала, где её муж прячется от сковородки жены.

Я мечтательно улыбнулась. Сковородка была чудо как хороша! Советского закалу, чугунная, с литой ручкой. Никитке бы не поздоровилось. Как минимум бы выросли рога, ведь Улька била наотмашь и одним ударом не ограничивалась. Как максимум, стала бы вдовой, а этого я допустить не могла – Сашку было жаль.

Мне же пришлось работать с тем, что есть.

Краб, когда я его «уронила» на ногу Эттриана первый раз, стеснительно промолчал. Видимо, не нашёл слов, чтобы выразить своё негодование. Зато легко подобрал их, когда я, воспользовавшись тем, что мужчина отвернулся положить монеты на стол, с размаху двинула крабом по затылку своего обидчика.

– Да чтоб у тебя клешни заело, глаза выскочили и панцирь пятнами пошёл! – выпалило басом членистоногое чудо.

Эттриан замер, втянув голову в плечи, и медленно обернулся. Я отступила на шаг и прижала к себе краба.

«Крепкий попался» – огорчилась я.

Раньше, когда возвращалась с работы домой поздно вечером по пустынной улочке, мне было достаточно треснуть насильника или вора по голове сумочкой, чтобы на раз вырубить преступника. После оставалось дома протереть мокрой тряпочкой сумку и гантель, лежащую внутри, и я была готова к новому дню.

Краб весил не меньше, чем та гантель, но это не помогло.

«Видимо, теряю навык».

Эттриан опустил взгляд и, не мигая, уставился на краба.

– Ариэль, чего это он? – шевеля клешнями, забеспокоился тот. – Может, проголодался? Слышал, люди крабами питаются…

Мужчина открыл рот, будто хотел что-то сказать, но резко захлопнул его и помотал головой.

Услышав клацанье, краб взвыл:

– О, ужас! Ариэль, немедленно бежим отсюда!

А Эттриан вдруг медленно осел на пол и затих. Краб вытаращился на него и с надеждой прошептал:

– Он умер?

Пожала плечами. От такого ещё никто не умирал. Перешагнула через мужчину и забрала монетки – мало ли пригодятся. Затем, поразмыслив, дописала в «объяснительной»:

«Это вам за превышение полномочий, безосновательные обвинения и сексуальные домогательства! Впредь держите себя в руках, а лучше женитесь. Такой видный мужчина обязательно найдёт своё счастье с молодой женой».

И с чувством выполненного долга покинула помещение. Помахала растерявшемуся стражу, что топтался неподалёку. Тот глянул на дверь, но так как его начальник не вышел, то решил, что меня отпустили. И я беспрепятственно вошла в город.

Будто в море нырнула!

Шумное, бурлящее, по поверхности которого плавало чёрт знает что, начиная от деревянных ящиков, заканчивая предметами, предназначение которых было мне неизвестно. Кружочки со стрелочками были бы похожи на часы, но по краю катался шустрый блестящий шарик, от которого во все стороны отходили маленькие молнии.

Полоски из кожи, свешивающиеся с прилавка, можно принять за ремни, но пряжек на них было от трёх до десяти, и каждая выглядела так, словно сошла с экрана фильма об инопланетянах. Мигала разными огоньками и вертелась, словно инопланетный компас.

– Артефакты! – заорал над ухом громила двух метров ростом и плечах шире моего Толи. – Покупайте артефакты! Заморские, ступензенские, котлийские и даже с самого острова Кристи! Артефакты!

Так это базарный день? Как сразу не поняла? Так, где тут лавочки с пирожками и булочками? Прижала руку к ноющему животу и огляделась. Уверена, шаурма есть в любом из миров!

– Барышня, купите артефакт, – обратился ко мне торговец.

Помотала головой и коснулась губ, показывая, что не могу говорить. Торговец заулыбался ещё шире и, положив ладонь мне на спину, мягко привлёк к прилавку. Заговорил голосом, каким вещают гипнотизёры и консультанты в самых дорогих магазинах города:

– Только сегодня, только сейчас, исключительно для вас голосовой артефакт с острова Кристи! Для такой красавицы сделаю скидку девяносто девять процентов…

Ощутив лёгкое головокружение, заподозрила, что вспомнила о гипнотизёрах не просто так. Хотела уйти, но вдруг обнаружила, что рука моя уже вынула из кармана все монетки и протянула торговцу.

При виде медяков, мужчина скривился и посмотрел на меня, как ювелир на бомжа, который пришёл покупать золотое кольцо с мешком мелочи за плечами. Но вдруг вздрогнул и повернул одну из монеток, на которой было изображено что-то вроде раздавленного осьминога.

Побелев, попятился, лепеча:

– П-пиратская гильдия?..

Упал на колени и схватил мою руку:

– Умоляю, красавица, не губи! Прости, что использовал пси-магию! Вот… Возьми. И это… Всё бесплатно!

Хватал что-то и, не глядя, засовывал мне в карманы. Потом долго кланялся, будто заведённая игрушка. Самое удивительное, что на нас никто не обращал внимания. Люди бесцеремонно толкались, рьяно торговались, активно шумели, перекрикивая друг друга. В таком бедламе кто-то мог незаметно родить, а кто-то и забеременеть…

Я спрятала монетки в карман и направилась на поиски лавки со съестным. По дороге рассматривала подарки, вынимая их один за другим. Угрызений совести не было, ведь тот человек явно воздействовал на меня чем-то, заставляя купить ненужную вещь. А то и попросту ограбить.

Одна штучка мне особенно понравилась. С затейливой инкрустацией, похожая на старинную табакерку, она завораживала таинственными переливами цвета внутри самого металла. Такие плавающие радужные пятна бывают на лужах от бензина.

«Может, пригодится?» – подумалось мне.

– Мож-гет пры-ган-дыт-цц-ца, – проскрипел металлический голос.

Эттриан

– Капитан!

Голос был едва слышен, будто я снова оказался в эпицентре бури, но судьбе этого оказалось недостаточно, и на корабль напали пираты. Я не мог потерять драгоценность, которую вёз с острова Кристи, поэтому пошёл на крайние меры.

Вот только цена оказалась слишком высока…

– Очнитесь!

С трудом приоткрыл веки и уставился на стражника. Вспомнил, что морские приключения давно позади, а мой помощник теперь капитан стражи. А мне уготована стезя незаконного сына короля, незавидная доля бастарда, на которого плевать всем, кроме одного человека.

Вот только этот сумасшедший, гонимый мечтами о свободе, пропал, угробив мой корабль и команду.

– Что произошло?

Нейг помог мне сесть, и сразу закружилась голова. Сказывалась старая рана, которая навеки отрезала меня от моря и бескрайнего простора. Заперла в стенах королевского замка, будто в тюрьме. Но оно того стоило, ведь на кону стояла жизнь дорогого мне человека.

Застонав, я зарылся лицом в ладони. Нужно было продать корабль! Распустить команду, и тогда никто бы не погиб. Стоило промолчать и не рассказывать о морских приключениях, тогда неугомонный Дэйжин не грезил бы о другой жизни.

Если брат погиб, это будет на мой совести!

– Капитан, что случилось? – упрямо допытывался Нейг.

– Не зови меня так! – рыкнул излишне резко, и лицо помощника окаменело.

Он помог мне подняться и сухо ответил.

– Слушаюсь, Ваше Высочество.

– Ты хоть не режь по живому, – поморщился я. – Никакой я не принц. Бастард, которого быть здесь не должно.

– Тогда не ведите себя, как придворный засранец, – проворчал Нейг и нахмурился. – Ваше лицо белее морской пены. Эта девчонка что-то сделала?

– Девчонка, – задумчиво повторил я и представил странную немую незнакомку с крабом. – Волосами похожа на котлийку, но глаза не карие, а…

Не подобрал нужных слов. Невероятные глаза! Переливающиеся, искрящиеся, будто солнечные лучи, пробивающиеся свозь толщу морской воды. Они манили, притягивали к себе, как если бы погрузился глубоко и стремительно всплывал на поверхность.

– Напала на вас? – требовал объяснений помощник. – Как? Магия? Артефакт? Зелье?

– Хм, – задумался я и посмотрел на лист, где к имеющимся строчкам добавились ещё две. Подхватил записку и показал Нейгу. – Как думаешь, что это?

– Каракули какие-то, – пожал тот плечами.

– Тоже так подумал, – присмотрелся внимательнее, отмечая похожие завитушки. – Но если она хотела меня обмануть, то зачем тратила время, чтобы нацарапать ещё две строки? Что, если это неизвестный нам язык?

– Заклинание? – потрясённо ахнул страж.

– Возможно, – я нервно усмехнулся. – Мне показалось, что я слышу мужской голос, хотя здесь была лишь немая девушка и краб. Она точно не могла говорить басом! На миг я подумал, что у меня галлюцинации.

– Вам срочно нужно посетить королевского целителя, – Нейг потянул меня к выходу.

– Нет, – я вырвался. – Нужно найти девчонку.

– Зачем? – округлил он глаза. – Она что-то украла?

– Сначала я предположил, что она ныряльщица и мелкая воровка, – сурово проговорил я. – В дорогой одежде с чужого плеча и монетками разных стран в кармане. Но тайный язык всё меняет... Как не понял очевидного?

– Чего? – капитан стражи заинтересованно подался ко мне.

– Пиратка, – жёстко усмехнулся я и потрогал шишку на затылке. – Уверен, прибыла, чтобы передать королю условия выкупа наследного принца!

Арина Константиновна

Когда ощутила запах мяса и хлеба, ностальгически улыбнулась. Пусть не шаурма! Чебуреки тоже очень даже подойдут. Надеялась, что денег мне хватит. Но, прежде чем подойти к лавочке, внимательно перебрала монетки. Все они были разными, но символ, похожий на раздавленного осьминога, был лишь на двух.

Их отложила в левый карман, чтобы машинально не вынуть. Всё же я правша. Сжав остальные в кулаке, приблизилась к лавочнице и, положив краба на прилавок, протянула артефакт, на который изо всех сил пыталась воздействовать силой мысли.

«Сколько стоит один пирожок?»

– Ско-ко-ко-ко… ж-ж-ж… Пфр-р-р!

Артефакт завис, как мой любимый планшет. Миры разные, а гаджеты всё так же глючат. И если тот можно было перезагрузить, чтобы продолжить просмотр дорамы, что делать с блестящей железякой, я понятия не имела. Так и помереть от голода можно!

Скрипя зубами, сунула переводчик в карман и выбрала самую маленькую монетку. Торговка хитро прищурилась, наблюдая за моими манипуляциями. Знаю таких! Покажу все деньги, загребёт и скажет, что этого мало.

Надо действовать осторожно. Денег у меня немного, сколько придётся искать счастливчика, которого удастся затащить под венец, неизвестно. Красота при мне, но как сделать предложение так, чтобы не получить реакцию того бандита на берегу, я пока не придумала.

В любом случае, это нужно сделать, чтобы предоставить морской ведьме мужа и получить обратно голос. Дальше я пока не загадывала. Будем ловить мальков по мере вылупления!

Протянула монету торговке и кивнула на корзину с пирожками. Женщина иронично фыркнула и уперла руки в боки:

– Да чтоб у тебя так крабов покупали, как ты у меня пирожки. – Глянула на монетку и добавила: – Две таких.

«Где я тебе две таких найду, – поджала губы. – Они все разные!»

Отвернулась и, пряча монетки от хитрой торговки, выбрала ещё одну небольшую. Повернулась и протянула их женщине. Та придирчиво рассмотрела деньги и пожевала губы. Потом покачала головой:

– Ещё надо.

Я сунула деньки в карман и, подхватив краба, направилась прочь, но лавочница вцепилась в меня и заголосила:

– Стой-стой! Уж и пошутить нельзя! Давай две.

Я усмехнулась и покачала головой, а потом показала ей один палец. Не указательный. Торговка разозлилась:

– Одну? Ты меня разорить хочешь?.. Ну ладно, ту, что побольше.

Я миролюбиво улыбнулась и отдала медный кругляш. Женщина, рассматривая его, направилась прочь, бормоча:

– На вид старинная. Отнесу старьёвщику, может дорогая. А если нет, продам на медь. Всё прибыль…

«А корзина?»

Я выхватила гаджет, и он заорал на всю площадь:

– Га-а-ди-н-на!

Женщина подскочила на месте, подхватила юбки и, не оглядываясь, припустила быстрее. Вскоре скрылась с глаз, а я посмотрела на корзину с пирожками. Неужели, она всё мне отдала за ту монетку? Хм.

– Ариэль, хватит развлекаться, – донёсся до меня недовольный бас краба. – Надо принца искать!

Люди начали оборачиваться, недоумённо смотреть на меня. Положив артефакт в карман, я подхватила членистоногое, сунула в корзину и прикрыла тряпочкой. Потом схватила один из пирожков и потащила добычу к замку. На принца я не рассчитывала, но надеялась найти кого-то на замену. И побыстрее.

Пирожок на вкус оказался странным.

«Интересно, кукарекало это мясо или квакало?»

– Ква, – буркнул артефакт.

«Чёрт, как его отключить?»

– Лечить! – громко и отчётливо произнёс магический голос.

– А вот и целительница! – обрадовался кто-то, и меня втянули в неприметную дверцу вместе с корзиной и крабом.

Эттриан

Я послал во дворец одного из верных людей. Нужно было предупредить кормилицу принца о возможном требовании выкупа, но так, чтобы никому не стало известно об исчезновении Дэйжина.

Пока считается, что Его Высочество плохо себя чувствует, я должен его найти. Или брату придётся несладко, если всплывут его пристрастия к морским приключениями. Король накажет его за тайные отлучки из замка. О том, что станет со мной, не задумывался. Всё, что могло случиться плохого, уже произошло. Лишившись возможности выходить в море, я потерял часть души.

Большую её часть.

Другого гонца направил в порт. Девушка обладала яркой и редкой внешностью, поэтому не составит труда узнать, на каком корабле или лодке она прибыла. А потом и найти пиратов, удерживающих моего брата.

Но сначала нужно найти пиратку.

– Куда пошла эта чертовка? – Нейг оглядывался на шумной площади. – Если вы правы, и девушке нужно попасть во дворец, то это будет не просто. Пираты отправили не того гонца!

– Верно, – шагал вперёд, игнорируя пульсирующую боль в затылке. – Служанкой прикинуться не выйдет, аристократкой тоже. Разве что… Идём к посольству Котлийи!

Нейг шепнул что-то следующим за нами стражникам, и они разбежались в разные стороны. Я одобрительно усмехнулся и направился к высокому зданию, выстроенному в стиле, который привычен взгляду котлийца. Брату изогнутые, будто завитые крыши и высокие узкие окна, застеклённые затейливыми витражами, казались вычурными.

В Вазриане предпочитали добротные приземистые дома с толстыми стенами и небольшими окошками, крыши были покатыми, а витражи стояли лишь в королевском дворце. Но даже там крыши не были похожи на парик модницы. Острые шпили, будто копья воинов, пронзали синее небо, напоминая о былых временах.

Дэджин гордился историей своего рода…

Я скривился, исправляясь в мыслях. Нашего рода! Сколько ещё пройдёт времени, прежде чем я начну воспринимать себя не как свободного моряка, а как потомка воинов, отстоявших право жить на этой земле?

Нейг постучал в высокие двери, затейливо украшенные изысканной резьбой, и прокричал:

– Его Высочество принц Эттриан!

Двери тут же распахнулись, и мне навстречу, раскинув руки в доброжелательном жесте, спешил посол Котлийи.

– Какими судьбами? – радушно воскликнул он на своём языке. – Как я рад лицезреть прекраснейшего из смертных!

– Эр Льински, – сурово кивнул ему, предупредительно выставив ладонь. – Сохраняйте дистанцию.

Объятия и поцелуи, которые котлийцы щедро дарили друг другу при встрече, я терпеть не мог. Считал это крайней степенью лицемерия, особенно учитывая нежную любовь котлийцев к зельям и ядам. Эр всё понял и пригласил меня в гостиную, приказав подать напитки.

– Пираты? – округлил глаза, когда я описал девушку. – Ваше Высочество, вы невероятно добры! Спасибо, что уделили драгоценное время и предупредили меня о страшной опасности! Я немедленно распространю описание девушки среди своих людей. Не пройдёт и часа, как мерзавка будет у вас!

Улыбнулся так широко, что я не поверил ни единому слову, но кивнул на прощание. Проигнорировав предложенные напитки, поспешил покинуть посольство. Мне не понравился тяжёлый дух масел и специй, царивший там.

– Девушку будут искать, – сухо сообщил Нейгу, – но если найдут, спрячут у себя в надежде воспользоваться ситуацией себе на пользу.

– Как же быть? – забеспокоился стражник.

– Ей не дадут воспользоваться сходством с котлийцами и проникнуть во дворец, – холодно усмехнулся я. – Этого достаточно. Другого шанса у девчонки не будет. Твои люди спугнут её, если будет слоняться по улицам. Поэтому прекратим поиски и отправимся в порт…

Ощутив неожиданную дурноту, покачнулся.

– Что с вами? – Нейг придержал меня. – Эти лизоблюды всё-таки вас отравили?

Хотел успокоить его, что ничего не пил и не ел, но всё быстрее погружался в тёмный вихрь. Слишком поздно осознал, почему мне не понравился запах в гостиной посольства. Это было воздушное зелье!

В угасающем сознании вспыхнула ужасная мысль. Что, если эр Льински заодно с пиратами?!

Арина Константиновна

– Пожалуйста сюда, госпожа целительница, – услужливо толкали меня в спину, и приходилось двигаться по тёмному коридору. – Вот здесь больной.

Впихнули в комнату и поспешно захлопнули дверь, хорошо, что пинка не дали.

«Подозрительно всё это, – я быстро осмотрелась, отметив узкую кровать, на которой кто-то лежал, и несколько сундуков вдоль стены. – Может, здесь чума? Мне только этого не хватало!»

Поставила на пол корзину с крабом и пирожками, а сама подёргала дверь. Заперто. В крохотное окно могла протиснуться лишь моя мысль о свободе. Заявить об ошибке не давало проклятие морской ведьмы, а прибегать к артефакту – добавить себе проблем.

Бочком-бочком, я приблизилась и посмотрела на больного.

«Да это тот самый маньяк, что меня лапал!» – узнала мужчину.

Пятен на нём не было, да и не было у Эттриана времени подхватить где-то заразу. Недавно расстались.

«Может, я его так? – испугалась. – Вроде несильно приложила крабом, но кто знает?»

Мне нужно было найти мужа и забрать у ведьмы голос, и заключение под стражу за убийство в этот гениальный план слегка не вписывалось, поэтому я быстро приблизилась и дотронулась до руки мужчины.

Пульс прощупывается, но слабый.

Прислушалась к дыханию. Тоже не ахти! На ладан дышит, болезный. Пора мерки снимать… Неужели, таким хлипким оказался? Даже не верилось. С виду такой ладный, широкоплечий, мускулистый.

Видимо, я так нахваливала молодца, что тот забыл, как дышать. Причём, совсем.

«Ой, только не умирай!»

Подскочила я и заметалась, не зная, что делать. Ведь я не целитель! И даже не медсестра!

«Погоди-ка, – замерла у кровати. – Как-то помогала Анечке тренировать на манекене искусственное дыхание. Авось, помню?»

Так, надо сесть на пациента. Забралась на кровать и поставила ладони на грудь мужчины. Неудобно, что он в одежде, манекен голый был, с крестиком на груди, куда жать надо. Быстро расстегнула рубашку, но крестика не обнаружила. Вместо него на цепочке висел крупный кулон в виде золотой ракушки.

Отодвинула в сторону, чтобы не мешал, и резко надавила на грудину, как учила Аня. Потом наклонилась и, приоткрыв рот пострадавшему, вдохнула воздух. Выпрямилась и снова надавила на грудину. Что-то ещё запамятовала, но никак не могла вспомнить, поэтому делала, что могла.

– Ариэль, – краб приподнял полотенце и увидел, как я наклоняюсь к Эттриану. Да как заорал: – Прекрати целовать человека, глупая! Сначала свадьба, потом поцелуй. Ясно?!

Я ощутила дуновение и обрадовалась – дышит! Продолжила с удвоенным рвением, а краб замахал клешнями:

– Стой! Остановись! А то мальки появятся! Что я морскому царю скажу?

Пациент зашевелился и застонал, а я поставила руки по обе стороны его тела и счастливо улыбнулась:

«Ура! Теперь живой!»

– Ура! – вдруг проснулся артефакт, на сей раз правильно транслируя мои мысли. – Теперь…

Мужчина распахнул глаза и замер при виде меня.

…Ты мой! – закончил артефакт.

Ну вот. А так всё хорошо начиналось!

Эттриан отчего-то задёргался, и блестящий кулон скользнул к покрасневшему месту, где я нажимала. И в этот момент по моему лбу скатилась капелька честно заработанного в борьбе за чужую жизнь пота, упала на украшение, и вдруг что-то полыхнуло.

Да так, что на миг я ослепла. А когда проморгалась, решила, что у меня галлюцинации.

Эттриан улыбался.

– Любимая! – счастливо выдохнул он.

Кто любимая? Я?! Ой, не плетите мне косички!