(Не) Избранная

Примечание от автора:
Данная глава находится тут временнно, потому что появилась вместе с первыми днями жизни портала. Продолжение долго откладывалась по множеству причин. Дабы не перечитывать первую часть, которую я к сожалению всё ещё не вычитала, далее краткий пересказ первой части. Если что-то непонятно, можно спросить в комментариях или в моих социальных сетях. Ссылки на последние имеются в разделе  
Ирина решает срезать дорогу до дома через парк и натыкается там на плачущую девочку, у которой котёнок забрался на дуб. Ирина берётся помочь девочке снять котёнка.

Но на самом деле девочкой притворяется ведьма Белава, а на дубе девушку поджидает фамильяр ведьмы. Как только Ирина забирается на дуб, ведьма переносит девушку из парка в свой лес.

Ирина нужна ведьме для того, чтобы подменить принцессу Верею, пока та будет отсутствовать в замке, потому что Ирина двойник принцессы из другого мира.

Белава заключает с Ириной магический контракт: «Я, Белава Снежная, ведьма Тёмного леса, нанимаю иномирянку Ирину выкрасть и принести мне книгу заклинаний Целемира. Взамен отправлю иномирянку домой сразу, как только она принесёт книгу. Живую, здоровую и в человеческом облике». После этого Белава отправляет Ирину к помощнице Ингерде дожидаться в Храме Прии встречи с принцессой.

В назначенный день в Храме появляется принцесса Верея с фамильяром. Она проверяет, что Ирина действительно на неё похожа. Они меняются одеждой, и вместо принцессы Храм покидает Ирина в сопровождении фамильяра Фифи.

Следующие несколько дней Ирина притворяется Вереей: она ходит на уроки, трапезничает с родителями принцессы, встречает делегацию из другой страны и одновременно со всем этим пытается выяснить, как отыскать нужную ведьме книгу и не выдать истинной причины, по которой она подменяет принцессу. Фифи подсказывает Ирине, как себя вести с обитателями замка, помогает скрыть отсутствие магии у Ирины на уроках, но у девушки не всегда всё получается так, как надо. 

Преподаватели удивляются внезапным провалам в знаниях принцессы и докладывают об этом королю. Двоюродный брат принцессы, Томислав, пристально следит за Ириной. При каждой новой встрече с королём Ирине всё сложнее отвечать на его вопросы о произошедшем в Храме Прии и находить оправдание происходящим с ней странностям. Да и личная служанка Вереи заметила кардинальные изменения в поведении принцессы.

Ирина понимает, что её вот-вот раскроют. Она спешно придумывает повод, чтобы Фифи отвела её в королевскую библиотеку, и план побега из замка. 

Заполучив нужную книгу, Ирина предлагает принцу Дунгату, который приехал вместе с делегацией из другой страны, устроить свидание-пикник за пределами замка так, чтобы никто об этом не узнал и не отправил с ними сопровождение. Принц соглашается. В оговорённое время Ирина вместе с корзинкой для пикника и пледом, в который спрятала книгу, приходит в выделенную для гостей часть замкового парка.

На одном из летальных аппаратов делигации принц и Ирина улетают на находящийся неподалёку от замка островок. На этом острове располагается только Храм Прии. Во время пикника Ирина предлагает поиграть в прятки, принц соглашается. Пока принц ведёт счёт, Ирина от него сбегает. Не сразу, но принц понимает, что Ирина вовсе с ним не играет и пытается догнать.

Ирине удаётся добежать до Храма и спрятаться в нём от Дунгата, которого служительницы храма внутрь не пускают. Вход мужчинам в Храм запрещён.

Ингерда связывается с ведьмой и сообщает, что Ирина и книга в Храме и срочно нужен портал, потому что за Ириной к Храму уже явилась королевская стража. Белава обещает открыть портал.

Пока Ирина ждёт портал, Ингерда выпивает оборотническое зелье и превращается в Верею. Они быстро меняются одеждой. Ингерда отправляется утихомиривать стражу, а Ирина — через портал к ведьме.

Ирина отдаёт ведьме книгу. На руке у девушки вспыхивает золотым магическая метка контракта, подтверждая выполнения условий.

Белава открывает новый портал и велит девушке следовать за ней. Когда ведьма и её фамильяр скрываются в новом портале, Ирина замечает, что тот портал, через который она попала в дом ведьмы из Храма, ещё не закрылся. Ирина хватает книгу и закидывает её в портал, чтобы хоть как-то помочь Ингерде избежать гнева короля. Только потом Ирина следует за ведьмой.

Ирина, Белава и её фамильяр оказались на поляне посреди леса перед дубом. Белава нараспев читает заклинание, чтобы открыть портал в мир Ирины. В это время поляну окружают оборотни. Они всё ближе и ближе подбираются к ведьме и девушке, скрываясь за растущими вокруг кустами. 

Фамильяр ведьмы и Ирина почти одновременно замечают неладное. Кот шипит и топорщит шерсть. Ирина замечает, что Белава тоже испуганно оглядывается, но продолжает напевать заклинание. Наконец, на стволе дуба полностью проявляется портал в мир Ирины. Ведьма забрасывает в него сумку Ирины (сумка — маяк для привязки выхода из портала в нужное время в нужном мире) и вместе с котом исчезает с поляны. 

На поляну выбираются волки. Раньше, чем Ирина успевает скрыться в открытом для неё портале, один из них сбивает девушку с ног и прижимает к земле, не давая подняться. В голове у Ирины раздаётся голос: «Ведьма обещала нам тебя! Пока ты не снимешь проклятие, мы тебя не отпустим».

Портал в стволе дуба закрывается, а Ирина остаётся на поляне в окружении оборотней.

По тропинке между полуразваленных бревенчатых изб бежал серый волчонок. Он так торопился, что едва не падал, путаясь в собственных лапах. Добравшись до единственного целого, но ветхого дома, он принялся прыгать, скребя лапами по двери, и поскуливать.

— Иду, иду, — раздался в глубине дома надтреснутый голос.

Вскоре дверь, в которую так нетерпеливо скрёбся волчонок, распахнулась. На ветхое крыльцо, скрипящее от каждого шага, вышла старуха. Волчонок тут же отскочил и принялся крутиться на месте. Затем резко остановился так, что его морда оказалась повёрнута в ту сторону, откуда он пришёл.

— Уже? Тогда пора готовиться, — пробормотала старуха и вернулась в дом.

Шаркая, она прошла к печи и достала сначала глиняную глубокую миску, а затем стала складывать в неё пучки сушёных трав.

— Наконец-то дождались! А то я уж решила, что ведьма нас обманула, раз тогда забрала девчонку с собой, — пробормотала старуха и, подхватив миску, побрела к двери.

В это время на лесной опушке колдовала ведьма. Она нараспев читала заклинание. На стволе дерева проступили контуры двери. С каждым новым словом рисунок становился всё чётче и чётче.

У ног ведьмы сидел чёрный кот. Он закрыл глаза и шевелил ушами. В нескольких метрах от ведьмы и кота стояла девушка. Она переминалась с ноги на ногу и нервно оглядывалась по сторонам. 

Серая волчица аккуратно просунула голову под плотно свившиеся ветки куста и прислушалась. Ведьма стала творить своё колдовство быстрее. В последний момент волчища успела отдёрнуть морду назад, и девчонка её не увидела. Волчица побежала дальше, старательно выбирая, куда поставить лапу. Ни одна ветка не хрустнула, пока серая обходила поляну по кругу.

— Поспеши! — прозвучал возглас ведьмы.

Сразу же за этим раздалось рычание. Серая волчица выскочила из своего укрытия и встала между деревом и девчонкой. Та стояла к ней спиной и ещё не знала, что путь к наколдованной ведьмой двери у неё нет. Волчица принюхалась и тихо фыркнула. Девчонка сделала несколько шагов спиной вперёд, затем чуть обернулась и замерла, увидев её. Серая всем своим видом пыталась показать, что не желает девочке вреда. Ей не нравилось, что остальные волки рычали, запугивая девчонку. Серая почему-то была уверена, если попросить, то девчонка и так поможет. Ведь это ведьма их обманула и не сразу отдала девчонку. Да и тут она тоже пыталась сделать так, чтобы девчонка сбежала.

Дочь шаманки воспользовалась заминкой и повалила девчонку на землю. Она встала ей на спину, придавливая к земле.

«Займи своё место!» — прозвучал приказ от дочери шаманки, и серая волчица отбежала в сторону.

Девчонка пыталась спорить с дочерью шаманки и освободиться, но серая знала, что та её не отпустит. Она скорее перегрызёт девчонке горло, чем упустит возможность снять проклятие с их стаи. Серая с трудом подавила желание заскулить и отошла на край поляны, не желая видеть, как дочь шаманки будет заставлять девчонку идти за ними.

Тяжесть со спины исчезла, но вздохнуть я по-прежнему не могла. Грудь давило. Перед глазами всё начало расплываться. «Сумка исчезла в портале. Портал закрылся. Я не смогу попасть домой», — крутились в голове мысли друг за другом.

«Вставай, нам пора идти, — вклинились в мои мысли чужие слова. — Не переживай. Когда придёт время, ведьма снова откроет для тебя портал».

— Вы не понимаете, Белава… — начала было я, но потом замолчала.

Какая разница, что мне говорили. Оборотни, живущие в лесу, вряд ли знают что-то о магии и перемещении между мирами. А если бы знали, то позволили бы Белаве открыть портал? Они, как и ведьма, всего лишь хотят мной воспользоваться! До меня никому и дела нет! Белава с самого начала не собиралась выполнять свою часть сделки! Она просто отдала меня волкам!

«Вставай! Нам пора!» — снова раздался в голове женский голос. На этот раз в нём слышалось раздражение, которое разозлило меня окончательно!

— Не пойду! Никуда с вами не пойду! — заявила я и вцепилась в траву перед собой.

Позади послышался рык. Плате в области поясницы натянулось, послышался треск ткани, а затем меня оторвало от земли! Я только пискнуть успела и зажмуриться, чтобы голова не закружилась, когда меня резко развернули.

«Ты пойдёшь с нами!» — зло прозвучало у меня в голове.

Вот только моё платье оказалось категорически против такой эксплуатации. Оно затрещало, и через секунду я грохнулась на землю. Волк нёс меня невысоко, но от удара у меня всё равно вышибло дух. Задыхаясь, я поползла прочь от волка.

Перед моим носом внезапно возникла серая лапа, а над головой раздалось рычание. Я подняла взгляд и увидела брюхо серого волка. Развернулась и увидела, что позади стоит скалящийся чёрный волк.

Волки рычали друг на друга, скалили клыки. Несколько раз они припадали на передние и задние лапы, словно готовились к прыжку, но оставались на месте. Выбраться из-под волка, у меня не получалось. Волк тут же отступал, снова нависая надо мной. А мою лодыжку несколько раз прикусывал другой волк. Тогда серый издавал страшные лающие звуки. Я замирала и боялась даже дышать.

— Да что вам от меня надо? Оставьте меня! Я не ведьма и никак не могу вам помочь! — закричала, не выдержав очередной перепалки между волками над собой.

Внезапно воцарилась тишина. Через некоторое время в голове послышался всё тот же раздражённый женский голос: «Тебе не обязательно иметь магию. Нам нужна была та, которую ведьма приведёт из другого мира. Белава обманула нас! И когда ты появилась, она увела тебя! В этот раз она снова хотела сделать так, чтобы ты ушла раньше, чем мы бы смогла захватить тебя! — на последних словах волк… Вернее, чёрная волчица зарычала, оскалила клыки, но довольно быстро взяла себя в руки и недовольно продолжила: — В нашем пророчестве ничего не говорится о том, что ты должна быть ведьмой. Ты просто должна прийти вместе с ведьмой. Дочь вождя просит тебя пойти с нами и обещает тебе защиту».

— Но как я могу помочь вам с проклятием?

Чёрная волчица оскалилась, затем облизнулась и всё тем же раздражённым тоном ответила: «Я не знаю, человечка. Моя задача — привести тебя в наше село. Шаманка скажет, как нам заставить ведьму снять с нас проклятие. У тебя есть два варианта: пойти с нами добровольно или я тебя потащу в зубах. Но тогда не обещаю, что ты останешься целой».

Серый волк надо мной оскалил зубы и шагнул вперёд, прикрывая собственным телом мои ноги. Я воспользовалась тем, что при этом дорога передо мной стала свободной, и выползла из-под волчицы. Развернулась и села, подняв руки вверх.

— Ладно! Хорошо! Не рычите! Я схожу к вашей шаманке. Сама.

Собственно, выбора мне никто не оставил. Но я предпочитала идти на своих двоих, а не болтаться в пасти волков. Разодранное на пояснице платье дало понять, что такой способ транспортировки может выйти мне боком.

Серый волк сразу перестал скалиться, обернулся и, раньше, чем я успела среагировать, лизнул меня в щёку. Что ж, ещё один несравненный плюс в том, что хоть кто-то не желает меня в этом лесу сожрать! И мало того что не желает сожрать, так ещё и заступается!

Но особо рассиживаться и обдумывать ситуацию, в которую я угодила, мне не дали. Чёрная волчица в очередной раз на меня оскалилась и в голове прозвучало: «Вставай и пошли!» Пришлось подчиниться.

Дорога через лес оказалась долгой и трудной. Сначала меня вели через бурелом прочь от поляны. Я с трудом пробиралась через кусты, которые не представлялось возможным обойти. Какие-то из них можно было пройти бочком, аккуратно раздвинув ветки. А в некоторых случаях только проползти под ветками там, где это делали волки.

У меня постоянно цеплялись за ветки волосы и платье. Особенно платье цеплялось в том месте, где его разорвала волчица. А ещё мне казалось, что я расцарапала себе уже всю поясницу. Но делать нечего, приходилось подчиняться и идти дальше. Ползти и вспоминать свои вещи, которые так некстати потеряли в Храме. Ползать по лесу в джинсах всё же было бы удобнее! А ещё очень жалела, что не обстригла волосы до того, как вернулась к ведьме. 

Я выползла из-под очередного куста, больше похожего на живую стену, так плотно в нём переплелись ветви, и осталась лежать. Сил двигаться дальше у меня уже не осталось. Сколько мы уже в пути? Часа два? Три? Четыре? Почему этот лес такой огромный?

Моей щеки коснулся шершавый язык, а в голове прозвучал раздражённый голос волчицы: «Вставай! Мы почти пришли!» Я открыла один глаз и вздрогнула. Передо мной столпилось уже не четыре оборотня, а куда больше! Вперёд протолкались мелкие волчата и прыгнули ко мне. Серый волк преградил им дорогу, но я всё же отползла назад.

Волчата тявкали, но не решались обойти серого волка. Взрослые же волки молча наблюдали за мной. Я пыталась понять, чего в их взглядах больше: звериного или человеческого, — но так и не смогла. Мыслишка о том, что они попросту заведут меня в своё логово и слопают, никак не желала уходить.

Словно по команде волки дружно развернулись направо и побежали. Волчата взвизгнули и пустились догонять взрослых. Серый обернулся, боднул меня в плечо и тоже затрусил следом за своими. Только чёрная волчица осталась стоять рядом.

«Хватит рассиживаться, пошли! Иначе тебя и правда здесь кто-нибудь слопает», — прозвучало ехидно в моей голове и волчица, коротко показав клыки, неспешно пошла туда же, куда и все волки.

Волчица удалилась от меня всего на пару метров, а рядом что-то затрещало. Над головой вспорхнула какая-то большая, тёмная птица. Послышалось невнятное ворчание какого-то зверя. Я подхватилась и пустилась догонять оборотней. Уж лучше пусть меня сожрут те, кого хоть чуть-чуть знаю!

Бежать на удивление оказалось легко. Мы словно с волчьих троп вышли на извилистую лесную дорогу. Деревья стеной выстроились по бокам, а тропка петляла и вела куда-то дальше. Я довольно быстро догнала волков. Только хотела выдохнуть и сбавить ход, но волки ускорили бег, и мне пришлось ускориться, чтобы не отстать от них.

Вскоре рядом со мной бежали два маленьких волчонка. Один серый, другой рыжий. Оба заливисто повизгивали и поглядывали на меня. Отвлёкшись на них, не заметила, когда мы вбежали в старую, разрушенную деревню. Я сбавила бег и стала оглядываться.

Крыш у изб уже не было. Пола, скорее всего, тоже, потому что через пустые оконные проёмы внутри виднелись деревья да кусты. Кое-где ещё сохранились остовы заборов. Неужели оборотни тут живут? Хотя оборотни же люди, оборачивающиеся в животных. Или животные, оборачивающиеся в людей?

Волки провели меня через всю деревеньку к окраине, где располагался, наверное, единственный целый дом. Бревенчатый сруб покосился, крыша накренилась, но дом был цел, и из трубы шёл дымок.

Чёрная волчица села перед крыльцом, обернувшись к волкам. Волчата принялись скакать вокруг меня и повизгивать. Дверь дома так резко распахнулась, что я аж вздрогнула. А когда заскрипели доски и на улицу вышла старушка в тряпье, невольно попятилась.

Сразу как-то вспомнились сказки про Бабу-Ягу и её любовь к поеданию путников. Правда, я не слышала историй, в которых у неё были бы свои оборотни, но ведь и я не в сказке очутилась!

Сзади меня кто-то боднул. Я подскочила и обернулась. Серый волк посмотрел мне в глаза, затем наклонился и снова боднул, заставляя вернуться к старому дому.

— Вот ты и пришла к нам, — раздался позади старческий, дребезжащий голос. — И пришла в самое лучшее время. Пойдём, поможешь мне приготовить ужин.

Старушка стала спускаться с крыльца. Каждый её шаг сопровождался ужаснейшим скрипом, а крыльцо заходило ходуном. Я даже испугалась, что либо какая-нибудь доска не выдержит и всё же сломается у неё под ногами, либо крыльцо полностью развалится. Но всё обошлось. Старушка благополучно спустилась и, медленно переставляя ноги, пошла куда-то прочь от своего дома. Волчата радостно затявкали и побежали за ней. Взрослые волки, смирно сидевшие всё это время перед домом, встали и побежали обратно в лес. Только мой серый волк остался рядом со мной, да чёрная волчица не сдвинулась с места.

— Пойдём, чего застыла, — проскрипела старуха не оборачиваясь. — Готовить много придётся, чай целую стаю накормить надо.

— Стаю накормить? — не понимая, о чём вообще речь, переспросила я и обернулась к лесу. — Но они же ушли.

 — Они вернутся ночью. А нам надо быть готовыми. Пошли.

Делать было нечего, пришлось догонять старушку. Поравнявшись с ней, я с опаской втянула воздух. Вопреки опасениям пахло от неё травами и немного пылью. Одежда, которая на первый взгляд выглядела как беспорядочные лахмотья, оказалась чистой. И я даже смогла понять, что на старухе поверх платья одето несколько кофт.

— Что, думаешь в замке принцессы лучше, чем в лесу с оборотнями? Думала, что я совсем дикая? — усмехнувшись, спросила старуха и повернула направо, обходя одну из разрушенных изб.

— Я ничего такого не говорила.

— Зато подумала, — старуха остановилась и неожиданно резко развернулась. Она наставила на меня узловатый указательный палец и, потрясая им у меня перед носом, заговорила: — Ты дитя другого мира, но твой мир ничем не лучше нашего. Он просто другой. И ты в нём другая, не такая, как здесь. Но в глубине, в скрытой от всех частичке души, мы все одинаковые. Чем раньше ты это осознаешь, тем проще тебе будет.

Она погрозила мне ещё пальцем, облизала тонкие губы и пошла дальше.

Что ж, лучше с ней не спорить. Вполне возможно, что она всё же местная Баба-Яга. Вон даже волчата на время её тирады умолкли!

Я так и побрела следом за шаманкой оборотней, старательно делая безразличный вид. Получалось, правда, плохо. Волчата вокруг нас беспрестанно скакали, тявкали и всё время норовили куда-нибудь залезть. Старушка никак на них не реагировала, а вот я не могла. Мне было смешно. А когда один из малышей каким-то чудом влез на вершину остова забора, а потом чуть не свалился, бросилась ловить.

А ещё меня так и подмывало спросить у старухи, зачем мы петляем по разрушенной деревне. Мне вообще стало казаться, что она водит меня кругами! Но за очередным поворотом направо показалось кострище, а рядом с ним лежал олень. Мёртвый олень.

— Ну что встала? Давай, надо разделать его, — окликнула меня старуха.

— Я такое делать не умею, — пробормотала и только потом удивилась тому, что старуху узнала, что я остановилась. Она ведь даже не оборачивалась.

— А готовить ты хоть умеешь? — насмешливо поинтересовалась старуху и всё так же на ходу вытащила откуда-то нож.

При виде такого, казалось бы, обычного предмета, меня охватил ужас. Ноги, которые и без того при виде трупика потяжелели, теперь и вовсе словно провалились в землю. Стало невыносимо холодно и захотелось, чтобы происходящее оказалось сном. Я приложила руки к щекам и сначала не поняла, что у меня холодное: ладони или щёки?

— В твоём мире нет дичи? — останавливаясь перед тушей оленя, спросила старуха. — Слышала про такие миры. Там люди уже давно не убивают животных, потому что их у них попросту нет.

Слава слышались словно через трубу. Эхом скакали в сознании, и смысл доходил до меня не сразу. Но старуха смотрела на меня и терпеливо ждала ответа. Я мотнула головой, надеясь хоть немного прийти в себя.

— Нет. Вернее, у нас просто уже всё готовое для приготовления продаётся. Мне никогда не приходилось кого-то разделывать, — проговорила я и зажмурилась.

— Что ж, тогда ступай в лес. Нам нужны дрова. Много дров.

Я кивнула, крутанулась на месте так, что аж не упала, и бросилась прочь, не разбирая дороги. Только поняв, что окончательно заблудилась среди разрушенных изб, остановилась. Подошла к торчащему толстому бревну, который раньше служил опорой для забора, и села рядам с ним. Ко мне тут же подбежал волчонок и присел рядом, заглядывая в глаза. А спустя пару минут ко мне подошёл серый волк и сел с другой стороны.

— Как думаешь, если я принесу доски от старых домов, старушка не будет ругаться? — спросила я у серого и тот, словно задумавшись, отвёл взгляд в сторону на несколько секунд, а потом снова посмотрел на меня и помотал головой, словно бы говоря «нет».

Сначала я решила, что просто сошла с ума, а потом вспомнила, передо мной не просто волк. Передо мной оборотень, и он наверняка должен понимать человеческую речь. Чёрная волчица же понимала.

— Тогда если ты мне покажешь, куда нести подходящие для костра брёвна, то буду тебе благодарна, — произнесла я, не особо надеясь на результат.

Но оборотень согласно кивнул, боднул меня в плечо и, встав, отбежал в сторону. Я не стала рассиживаться. Пока страх отпустил и дурнота прошла, встала, огляделась и принялась собирать валявшиеся рядом доски. Набрала охапку и пошла за волком.

Серый, как и обещал, вывел меня к тому месту, где старуха разделывала тушу оленя. Ещё издали я разглядела красное пятно и часто-часто задышала, стараясь преодолеть подкатывающую дурноту. В конце концов, я остановилась, не доходя до старухи, сгрузила свою ношу сбоку от утоптанной тропинки и, развернувшись, пошла обратно. Потом перенесу дрова для костра поближе.

Таких ходок я сделала не меньше десятка. Старуха за это время разделала тушу и даже убрала следы, чтобы мне не становилось плохо.

— А теперь тебе надо принести воды, — заявила она и выдала мне два ведра.

— Где же я её возьму?

— Дочь вождя тебе покажет, — ответила старуха и кивнула на серого волка рядом со мной.

Я уставилась на волка… Волчицу и подумала: почему я раньше не поняла, что это она, а не он? А волчица повиляла хвостом и, развернувшись, побежала вглубь деревни. Пришлось её догонять.

Серая поводила меня по заросшим улочкам деревни и вывела к покосившемуся колодцу. Бревенчатый сруб почти полностью разъехался в разные стороны и оброс мхом. Ровно стояли только два столба, на котором крепился барабан с намотанной цепью и торчащей в сторону ручкой, чтобы его крутить. Цепь, к которой на крюк крепилось ведро, изрядно проржавела. Я опасливо заглянула внутрь и поинтересовалась:

— А оттуда точно можно пить воду?

Разглядеть дно мне не удалось. Слишком темно оказалось внутри колодца. Отблесков воды тоже не увидела, слишком глубоко. Может, там уже и вовсе ничего нет? Но ведь старушка явно живёт здесь не первый день и наверняка знает, есть вода в деревенском колодце или нет.

Волчица упёрлась передними лапами о край колодца и тоже заглянула. Я видела, как задёргался у неё нос, а затем она коротко тявкнула.

— А другого колодца нет? — на всякий случай поинтересовалась я.

Волчица совсем по-человечески замотала головой, дважды тявкнула и отскочила от колодца. Она присела на задние лапы и завиляла хвостом.

— Что ж, давай попробуем набрать воду, — пробормотала, чувствуя себя ненормальной, потому что разговариваю с волком.

Сначала дрова наносила, теперь вот воду надо натаскать. Что дальше попросит сделать старушка? А главное — как это вообще поможет снять проклятие, о котором говорили оборотни? Может, меня просто отвлекают от чего-то?

Да и сами оборотни мне всё равно казались нереальными. Волки как волки. В голове не укладывалось, что на самом деле они люди. Но почему тогда они не превращаются в людей, а бегают в облике волков? Разве маленькие оборотни бывают? И вообще, полнолуние же только сегодня ночью, почему они уже волками бегают?

Размышляла я обо всём этом под скрип вертушки, которую крутила. Сброшенное мной ведро действительно зачерпнуло воду, и я старательно её поднимала. С каждым витком вопросов у меня становилось больше, а понимание происходящего всё меньше. Поэтому, когда притащила ведро к кострищу, вывалила все свои вопросы на старушку.

— Оно как у тебя голова заработала активно, надо было раньше тебя за водой отправить, — усмехнулась старушка. — Потому-то они все и волки, что прежняя хранительница Тёмного леса проклятие на нас наложила. Давай ещё ведро неси, одного на всех не хватит.

Она отдала мне пустое ведро. А я открыла рот и уставилась на огромный котёл, в который старушка перелила всю воду. И откуда только она его взяла? Как притащила? Поддавшись порыву, привстала на цыпочки и заглянула. Там, наполовину скрытое водой, лежало мясо, крупно порезанные какие-то овощи и плавали травы. Ладно, значит, меня в качестве блюда на ужин не рассматривают. Хоть что-то хорошее.

— Но как я могу помочь снять это проклятие, если у меня даже магии нет? — поворачиваясь снова к старушке, поинтересовалась я.

— Воды ещё принесёшь, тогда скажу.

Мда, вот всегда они, эти старушки, так.

Я быстро сбегала до колодца и обратно. Серая волчица от меня не отставал и навострила уши, садясь рядом со мной, словно тоже впервые слышала о проклятии и прочем.

— Ты — знамение того, что появилась ведьма, способная снять проклятие, — выливая воду в закипевший котёл, сказала старуха и снова протянула мне ведро. — Неси ещё.

— Но там ведь уже много!

— Нам ещё на отвар надо воду. Так что давай, неси.

Только после этих слов обратила внимание, что в стороне от кострища стоит ещё один большой котёл. 

— Но мы не сможем поменять их местами, — удивляясь решению старухи, заметила я. — Нам с вами просто не снять котёл с рагу. Он слишком тяжёлый.

— А нам и не надо его снимать. Ступай за водой, потом сама всё увидишь.

По-прежнему недоумевая, я принесла ещё воду. Старуха вылила её во второй котёл и попросила принести ещё. А потом ещё. Мы вылили в котёл три ведра. Чтобы его сдвинуть, понадобится не только не дюжая силища, но ещё и приспособление какое-нибудь. Ну или великан, который поднимет его за ручку и будет держать над костром.

— А теперь нам надо накрыть столы, — проскрипела старушка и направилась обратно в деревню.

Пришлось идти за ней. Не оставаться же одной у котелка с булькающим то рагу. Оно ещё так соблазнительно пахло, что у меня живот заурчал.

— Если моя роль сводится к тому, чтобы сообщить о появлении нужной вам ведьмы, то зачем вы меня к себе увели? Разве не достаточно было просто меня увидеть? — спросила я, желая отвлечь себя мыслями о еде. Но аромат тушёного мяса в пряных травах так и преследовал меня. 

— Нет, не достаточно, — ответила старушка и остановилась перед сколоченными буквой Х круглыми брёвнами. Она ухватилась за одно торчащее в сторону бревно и велела мне взять второе.

— Что ещё вам тогда от меня надо? 

Я не торопилась выполнять задание старушки. Скрестила руки на груди и демонстративно встал напротив неё. В голове промелькнуло воспоминание о Верее, и я поспешно опустила руки. Старушка хмуро посмотрела на меня и ответила:

— Ты должна помочь ведьме пройти испытание. А теперь давай уже бери подпорку для стола и потащили!

Не дожидаясь от меня действий, старушка приподняла конструкцию и попыталась толкать её вперёд. Я поспешно схватила свой край, постаралась приподнять, на сколько сил хватило, и потянула на себя. Кряхтя и отдуваясь, мы дотащили её до кострища.

— Отлично, теперь пошли за столешницей, — бодро произнесла старушка и снова направилась куда-то вглубь деревни.

У меня ужасно болели руки и ноги. Я еле дышала, и мне очень хотелось лечь. 

— Догоняй! — донёсся до меня возглас старушки.

Серая толкнула меня в поясницу, заставляя сдвинуться с места, а затем оббежала и радостно понеслась вперёд, оглашая окрестности тихим тявканьем. Пришлось пойти за ними.

Сначала мы притащили огромный деревянный щит, который и служил столешнице. Затем мы притащили шесть лавок. Чуть кривоватых, пошатывающихся и грубо сколоченных лавок. Четыре из них мы поставили с двух сторон от стола. Оставшиеся две поставили в стороне, ближе к лесу. После этого старушка выдавала мне стопками деревянные я относила к кострищу. Посуды было столько, словно мы ждали маленькую армию, а не стаю оборотней. Меня встречало куда меньше волков. За это время солнце успело скрыться за верхушками деревьев. Небо потемнело, появились первые звёзды, и на улице изрядно похолодало. В порванном платье я начала подмерзать. Придвинулась ближе к костру, над которым так соблазнительно булькало и пахло рагу, и протянула руки. 

Ладони и лицо опалило жаром. Я на мгновение зажмурилась, наслаждаясь теплом. Затем краем глаза заметила, что ко мне снова направилась старушка, и поняла, что уходить в очередной раз за чем-то от костра мне не хочется. Лихорадочно стала придумывать, что ответить старушке, если она меня снова за чем-нибудь отправит.

— Вот, накинь, — вдруг произнесла она, стянула с себя шаль и протянула мне.

Я помедлила. Выцветшая, бледно-зелёная и тонкая треугольная тряпица выглядела сомнительно, но всё же взяла её. Накинула на плечи, стянула впереди длинные края и почувствовала, как спине становится тепло. Меня аж всю перетряхнула, а живот громко и пронзительно заурчал.

Старушка усмехнулась.

— Подожди немного, сейчас ещё одежду приготовим, а там уж недолго останется, — произнесла она и снова велела идти за ней.

Я не сдержалась и застонала.

— Зачем всё это? У меня уже ноги не идут и руки болят. Можно я просто посижу у костра?

— Какая ты неженка! Пойдём давай! У костра сидеть — только себя изводить. А за работой и время быстрее идёт, — ответила старушка и снова устремилась вглубь деревушки.

Я вздохнула. Делать нечего, пришлось идти. Вот только на этот раз серая меня почему-то не сопровождала. Покрутив головой, поняла, что её вообще нет.

— А куда убежала волчица?

— К своим. Скоро они обернутся и придут. 

Я ухватилась за ответ старушки и стала выспрашивать про оборотней, а та без увиливаний наконец-то начала рассказывать.

Оборотни оказались какими-то странными. Почти всё время они находились в обличии волков и только один раз в месяц, на полнолуние превращались в людей.

— Но так ведь не должно быть, — возразила я.

— Не должно, — согласилась старушка, открывая скрипучую дверь в тот же сарайчик, из которого мы вот только что перетаскивали миски с ложками.

— Но почему тогда так? — не отставая от старушки ни на шаг, поинтересовалась я.

Внутри сарая оказалось очень пыльно и темно. Старушка что-то прошептала, и вспыхнул масляный фонарь, висящий над дверью. На мгновение я ослепла, но глаза быстро привыкли к свету. Сарай оказался забит разнообразной деревянной посудой, лопатами, мётлами и тряпьём.

— Почему-почему, — протянула старушка, стоя перед полками с тряпьём и пытаясь там что-то разглядеть. Затем она резко развернулась ко мне и ответила: — Да потому, что одной зазнавшейся ведьме взбрело в голову завладеть королевством, и она отчего-то решила, что оборотни обязаны ей помочь! А мы, оборотни, свободный народ! Никому ничем не обязаны!

Тирада оказалась настолько неожиданной, что я отошла от старушки на несколько шагов. Та снова повернулась к полкам, махнула в сторону рукой и пробормотала:

— Всё достанем, а там уж разберутся, кому что подойдёт. Давно уж новое всё надо.

После этого старушка достала стопку тряпья и всучила мне.

— Неси к костру. Полож на лавку, только на ту, что ближе всего к лесу стоит. Поняла?

Я кивнула, забирая очередную ношу. Теперь, пока всё тряпье не перетаскаем, дальше она рассказывать не будет. Но справились мы довольно быстро. Ходить туда-сюда без серой оказалось скучно, а старушка меня ещё и подгоняла каждый раз. 

Как и было велено, тряпьё, которое оказалось разномастной одеждой, сложила у самой близкой к лесу лавке. Старушка всё проверила и повела меня обратно к костру.

— И что же было дальше? — поинтересовалась я, едва старушка уселась на лавку. Сама я пристроилась на соседней, поближе к огню.

— Дальше? — переспросила старушка и сощурилась.

— Ведьма хотела захватить королевство с помощью оборотней, — напомнила я.

— А, это дальше… — старушка вздохнула. — А дальше оборотни отказались помогать ведьме. Она обиделась и прокляла нашу стаю. Меня лишила возможности оборачиваться в зверя, а всех остальных — превращаться в людей. Да только что-то там напутала в своём проклятии, и теперь в полнолуние оборотни в нашей стае превращаются в людей.

— А вы в волка?

— Нет, я просто с тех пор не могу обрести покой и вынуждена жить в забытой всеми деревне одна, — закончила старушка и обернулась на лавку, на которой стопками лежала одежда.

Я не спешила нарушить воцарившееся молчание. Обдумывала услышанное и пыталось понять, сколько лет эта старая женщина тут живёт. Наверняка ей нелегко давалась такая жизнь. А волки? Большую часть времени бегать на четырёх лапах и превращаться в человека только один раз в месяц. А ведь среди них дети.

— Проклятие снимет та, что приведёт двойника из другого мира. Двойник укажет ведьме верный путь, — неожиданно скрипуче произнесла старушка.

От её слов по коже пробежал озноб, и я поёжилась. Так вот почему они так в меня вцепились. Им нужна ведьма, которая меня привела.

— А та ведьма, которая вас прокляла, это Белава? — сипло произнесла я и откашлялась.

— Нет, что ты, — старушка обернулась ко мне и улыбнулась. — Белавы ещё тогда на свете не было.

От такого заявления я поперхнулась воздухом. Откашлявшись, хотела уточнить, уверена ли старушка, но замерла. По лесу разнёсся многоголосый волчий вой. Взглянув вверх, нашла луну.

Вой стих. Раздался треск. Я повернулась на шум и увидела, как из-за кустов к лавке с одеждой стали подходить сгорбившиеся люди.

Один за другим из темноты леса к лавочке выходили люди. Старушка встала и направилась к ним. Она помогала людям одеться, что-то говорила им, а они отвечали. Разобрать слова у меня не получилось. Слишком далеко они находились.

Я же сидела на лавке и не решалась ни сдвинуться с места, ни спросить, нужна ли помощь. Сидела и смотрела, как оборотни в обличии людей направлялись в мою сторону.

Они шли медленно и немного пошатывались. С каждым новым шагом выпрямляли спины всё больше и больше, а их походка становилась более уверенной. Когда они вошли в круг отбрасываемого костром света, они выглядели вполне обычно. Угрюмые, настороженные, но совершенно обычные люди. Разве что старая, залатанная местами мешковатая одежда смотрелась на них несуразно.

Они друг за другом проходили мимо меня и выстраивались вереницей перед котлом. Совершенно не стесняясь, по-звериному облизывались.

— Эй, девочка! Чего сидишь? Бери черпак, бери миски и разливай рагу! По черпаку каждому! — крикнула старушка.

Смотревшие всё это время на котёл оборотни резко развернули головы ко мне. От их голодного взгляда мне стало не по себе. Ещё и черты лица будто заострились, и что-то звериное выглянуло из-под человеческой маски.

Я вскочила и поспешила к котлу. Уже подходя, подумала, что не знаю, где брать черпак. Я ведь его не приносила! Но увидела прислонённый к одному из деревянных столбов, на котором держался котёл над костром, огромный ковш. Остались тарелки…

Покрутив головой, увидела, что тарелки остались стоять стопкой на краю стола, где я сидела. Ой…

Оборотни сами догадались о моей оплошности. Всё так же молча они друг за другом пошли к столу, взяли миски и так же друг за другом пришли обратно ко мне. Я поспешно зачерпнула черпаком рагу в котле и налила в подставленную миску. Тут же на месте первого оборотня оказался второй. Я повторила действие, и его сменил третий. Словно робот, я опускала черпак, зачерпывала рагу, переливала его в миску и снова опускала черпак в котёл, зачерпывала рагу, переливала в миску и снова… И снова, и снова. Оборотни сменяли друг друга, и я уже перестала обращать внимание, кто именно передо мной стоит. Замерла, когда увидела две миски вместо одной. Подняла взгляд и вздрогнула.

Передо мной стояла девушка и скалилась, демонстрируя заострённые белые зубы. Растрёпанные, светлые, почти пепельные, волосы у неё торчали в разные стороны. Старая, выцветшая рубаха свободно висела на ней. Опустив взгляд, я ещё больше оторопела. Полы рубахи доходили ей почти до колен, но, кажется, ничего другого на девушке больше нет.

— Ну чего застыла? Налей ей рагу! Я долго буду ждать своей очереди?! — выглянув из-за спины странной девушки, прокричала знакомым голосом черноволосая.

— Но… У неё две миски, — протянула я, не зная, как поступить.

Мне было не жалко, но старушка сказала наливать не больше одного черпака в миску. До этого все подходили с одной миской: и мужчины, и женщины, и дети. А эта пришла с двумя.

Пока я размышляла, ко мне подошла старушка. Она отобрала у меня черпак и налила девушке рагу сначала в одну миску, затем во вторую. После этого обернулась ко мне и сказала:

— Ступай с дочерью вождя. Это она для тебя миску взяла.

Подтверждая слова старушки, девушка протянула мне вторую миску. Она по-прежнему пугающе улыбалась, поэтому пришлось перебороть себя, чтобы забрать у неё миску. Девушка быстро-быстро закивала, затем махнула рукой, давая мне понять, чтобы следовала за ней.

— Ступай, после ужина соберёмся у костра и обсудим наши дела, — добродушно сказала старушка, наливая рагу черноволосой.

Черноволосая девушка с презрением на меня глянула, фыркнула и направилась в противоположную сторону от той, куда меня звала дочь вождя. Надо же… Дочь вождя… Получается, что она та самая серая волчица, которая весь день бегала со мной по деревне?

— Подожди, надо ложки взять, — крикнула я удаляющейся от меня оборотнице.

Та остановилась, обернулась и непонимающе на меня уставилась.

— Ну ложка, чтобы есть рагу, — пояснила я, шаг за шагом отступая к столу, на котором вместе с пустыми мисками лежали ложки. Девушка медленно кивнула и направилась за мной.

Первое на что я обратила внимание, пока шла за ложкой, так это то, что никому, кроме меня, похоже, ложка была не нужна. Оборотни пили из мисок бульон и руками ели мясо и овощи. А ещё вместо лавок они расселись на земле, разделившись на небольшие группы. При моём приближении они переставали есть и настороженно смотрели, прикрывая свои миски одной рукой. Я поспешно добралась до стола и взяла ложку. Рядом со мной появилась та, что ранее была серой волчицей, и тоже взяла ложку. Справа послышалось фырканье.

Обернувшись, я увидела черноволосую девушку. Она в одиночестве сидела на краю стола и ела рагу ложкой. Она скривилась и произнесла:

— Серая, зачем тебе ложка? Ты ведь так и не научилась ей пользоваться.

Моя провожатая оскалилась и, кажется, даже глухо зарычала. Я положила руку ей на плечо и попросила уйти. Обортница тут же развернулась, перехватила мою руку, цепко ухватив за запястье, и повела за собой. Мы недалеко ушли от стола. Уселись на одну из лавок. Она выжидательно на меня посмотрела.

— Есть ложкой несложно, — заявила я и показала, как держать ложку. Затем зачерпнула немного бульона и проглотила. Горячая, солоноватая жидкость оставила после себя пряное послевкусие. Я аж зажмурилась, а когда открыла глаза, увидела, как Серая держит ложку. Да уж, ей явно привычнее есть руками. Но девушка старалась.

Ели мы молча и не спеша. А вот остальные оборотни умяли свои порции довольно быстро. Дети принялись бегать и визжать. Несколько девушек чуть старше меня собрали пустые миски и куда-то с ними ушли. Три женщины сели в стороне и следили за детьми. Остальные мужчины и женщины разбились на новые группы и просто сидели перед костром.

— Нам пора, — произнесла Серая.

Я вздрогнула при звуке её голоса, не сразу поняла, что это она.

— Нам пара к шаманке и вождь, — повторила она.

Голос у неё оказался тихий и звонкий.

— А что мы будем обсуждать? — припомнив слова старушки, поинтересовалась я.

— Они напомнят всем о пророчестве, покажут твою метку и выберут тех, кто будет тебя охранять, пока ты не поможешь исполнить пророчество.