Не любимая жена, или лекарка из другого мира

Солнце нещадно палило каменные плиты перед Высоким Храмом, заставляя золото на парадных мундирах сиять почти ослепляюще. Принц Стефан поправил жесткий воротник, чувствуя, как под слоями шелка в груди закипает раздражение.

— Ты выглядишь так, будто идешь на собственную казнь, а не под венец с самой загадочной девой трех королевств, — Эзраэль прислонился к статуе горгульи, нарочито расслабленный. Как глава Тайной канцелярии, он привык извлекать пользу даже из безвыходных ситуаций, но сегодня его профессиональная гордость была задета.

— Можешь порадовать меня чем-то, кроме очевидного? — сухо бросил принц.

Эзраэль вздохнул и развел руками.

— Наш будущий тесть — мастер зачистки хвостов. О принцессе Валери информации меньше, чем о рецепте их фирменного ростбифа. Росла в «Золотом дворе» — так называют её крыло во дворце. Никаких скандалов, никаких интрижек, никаких сплетен. Избалованная, наивная, тихая. 

— Скучная, — добавил Ксандр, скривив губы. 

— Она верит, что мир крутится вокруг её желаний. И собственно до сегодняшнего дня все было именно так, — бросив раздраженный взгляд на побратима, закончил краткий отчет Эзраэль.

— В тихом омуте, мой друг, черти не просто водятся, они там строят замки, — подал голос Габриэль, лениво покручивая фамильный перстень. Его глаза хищно прищурились на дорогу, замечая появившийся кортеж. —  Возможно, за этой «наивностью» прячется истеричный нрав или, того хуже, политическая амбиция, которую нам продают под соусом невинности. Договор дороже правды, Стефан. Нам подсунули кота в мешке, просто мешок расшит жемчугом.

— Хватит сотрясать воздух, — глухо отозвался Арден. Генерал стоял по правую руку от принца, прямой и непоколебимый, как скала. — Габриэль, твои подозрения не отменят печати на пергаменте. Эзраэль, твои отчеты уже не важны. Сегодня она станет нашей женой и принцессой Дорсета.  В любом случае наш долг — это забота и безопасность королевства. 

Вдали послышался перестук копыт и тяжелый рокот колес.

Кортеж возник из облака пыли, словно мираж. Шестерка белоснежных лошадей замерла перед ступенями храма. Тяжелая карета из темного дерева с гербами соседнего королевства была украшена живыми цветами, чей аромат мгновенно перебил запах раскаленного камня.

Стефан сделал шаг вперед. Лакей распахнул дверцу, и воцарилась тишина, которую, казалось, можно было потрогать рукой.

Принц протянул ладонь в белой перчатке. Из полумрака кареты показалась тонкая, почти прозрачная рука. Когда принцесса Валери вышла на свет, разговоры друзей смолкли сами собой.

Она была не просто красива. Безупречна, ослепительна. Тонкие черты лица, огромные глаза цвета штормового моря и тяжелые янтарно-рыжие волосы, едва прикрытые тончайшей вуалью. Но в её взгляде, вопреки ожиданиям Эзраэля, не было робости. Она обвела собравшихся коротким, оценивающим взором и чуть наморщила идеальный носик.

Пятеро мужчин  у дверей застыли. Ксандр невольно выпрямился, забыв про свою вальяжность. Арден едва заметно кивнул, признавая, что такая красота сама по себе является мощнейшим оружием.

Стефан почувствовал, как пальцы девушки дрогнули в его руке.

— Добро пожаловать в Дорсет, Ваше Высочество, — опомнившись, поприветствовал её Стефан. 

— Здравствуйте, Ваше Высочество, — ее голос дрогнул, но мимикой она никак себя не выдала.

— Вы боитесь? 

— Боюсь? Нет, я крайне разочарована, — выдохнула девушка, слегка покраснев. 

— Что же вас расстроило? 

— В карете сломался артефакт охлаждения и я ехала в духоте, — капризно надула пухлые губки принцесса.

Габриэль за спиной принца едва слышно хмыкнул, но в этом звуке уже не было прежнего сарказма.

— Тогда нам стоит поспешить и зайти в храм, — пробасил Эзраэль, шагая к невесте. — Там намного прохладнее. 

— Да, конечно, а вы...— деликатно замолчала наполуслове девушка. 

— Эзраэль, — подсказал он. 

Валери замерла на полушаге и посмотрела на главу Тайной канцелярии. В ее глазах промелькнула растерянность, которая тут же сменилась робким интересом.

— Вы, тот самый канцлер, который знает всё и обо всех? — она понизила голос до заговорщицкого шепота. — Скажите... это правда, что в вашем подземелье живут ручные летучие мыши, которые приносят вам записки? 

— Только по четвергам, Ваше Высочество, — со всей серьёзностью ответил мужчина, наслаждаясь моментом. — В остальные дни я полагаюсь на более традиционные способы общения.

Ксандр прикрыл рот ладонью, издав звук, подозрительно похожий на подавленный смех, чем сразу же привлек внимание принцессы. 

— Вы простужены? Если это заразно, отойдите подальше, у меня на вечер были планы, — капризно приказала она. 

— Конечно, Ваше Высочество, кто я такой, чтобы их нарушать.

Стефан кашлянул, пытаясь скрыть усмешку. Арден же с интересом наблюдал за принцессой, делая мысленные пометки: «Капризна, но быстро отходит. Робка, когда не чувствует поддержку. Чувствительна к комфорту». Габриэль оставался бесстрастным, как статуя, но его взгляд стал чуть менее ироничным.

— Пора идти, — твёрдо произнёс Стефан, мягко направляя Валери к ступеням храма. — Церемония вот‑вот начнётся.

Принцесса на мгновение задержала взгляд на принце, словно пытаясь прочесть что‑то в его глазах. Затем, чуть приподняв подбородок, сделала шаг вперёд. 

Пока они поднимались по ступеням, Валери вдруг замедлила шаг и тихо, так, чтобы слышал только Стефан, произнесла:

— Знаете, я представляла вас совсем другим.

— И каким же? — спросил принц, стараясь сохранить невозмутимость, хотя внутри всё сжалось от неожиданности.

— Более… напыщенным, что ли. С этой королевской осанкой и взглядом, которым можно заморозить озеро. А вы… — она на секунду замолкла, подбирая слова, — вы выглядите так, будто тоже не в восторге от всего этого.

— Возможно, мы оба оказались не совсем теми, кого ожидали увидеть, — невольно улыбнулся Стефан.

У входа в храм их уже ждали священнослужители в белоснежных ризах. Воздух наполнился ароматом ладана и воска, а вдалеке раздались первые аккорды свадебного марша.