Не последний волшебник

- По большому счету, в физиологии я не слишком большой специалист, - улыбнулся Антон. Сейчас он старался с полной отдачей сил, но в последние несколько месяцев сверхнагрузки уже не мешали ему работать. Как биоэнергетик, он стал уже на порядок сильнее и с каждым днем все профессиональнее пользовался своими способностями.

Его сильные руки плавно двигались вдоль живота пациентки на расстоянии нескольких сантиметров от тела. 'Думаю, у меня получится в будущем обходиться без помощи рук, - подумал Антон. - главное не распугать клиентуру. Экстрасенс, который производит загадочные пассы, выглядит намного убедительнее. А если ты напряженно сидишь как статуя, с умным видом, то это ненатурально'.

- Неужели? - удивилась женщина.

- Пока это так... Если по-простому, то у вас прекрасно функционирующие почки. Вот здесь, чуть пониже. Печень, тоже замечательная, без признаков проблем. Да, вот здесь... Отлично работающее сердце. Тоже один экземпляр, - мягко улыбнулся Антон. - Теперь женские дела... В этой области я почти специалист. Не сомневайтесь, у меня мама гинеколог. Я все приведу в порядок, не волнуйтесь. Это только для обывателя просто - печень, сердце, почки, щитовидка... А для меня совершенно иначе.

- А как вы видите человека?

- Это непросто описать. Человек сам по себе очень сложная структура. Намного сложнее любого компьютера. Мы думаем, какой пустяк - бац по клавише, буква или цифра пропечаталась. А на деле сколько микросхем задействовано... Вы ведь почувствовали улучшение после того сеанса?

- Да, Антон, это было так прекрасно...

- Ну вот... Да, я целиком сосредоточился на вашей конкретной проблеме. При этом сумел воздействовать на все структуры организма в целом. Поэтому, когда одному органу стало лучше, организм освободил больше сил для того, чтобы подтянуть остальные. В организме человека абсолютно все взаимосвязано. А я всего-навсего стараюсь сделать ваше биополе здоровым.

- Скажите, Антон, а какое оно у меня?

- Здоровое биополе я вижу в желтом и оранжевом цвете. У каждого человека эти цвета разной интенсивности. Как, впрочем, у большинства людей. Но вот так я вижу человеческий организм. Не исключено, что у каждого биоэнергетика своя палитра, своя цветовая гамма. Мы не похожи друг на друга. А я стараюсь отличаться от других. Я не контактирую с другими экстрасенсами. И не стремлюсь афишировать свою деятельность.

Aнтон убрал руки от пациентки, сильно потер ладони в воздухе, словно 'умывая руки' и медленно, через все уровни своего пси-восприятия, стал возвращаться к действительности. Секунд через пятнадцать он сложил руки на коленях ладонями вверх, открыл глаза и расслабленно откинулся на спинку стула.

- Все хорошо. - удовлетворенно сказал он. - Теперь жду вас в четверг, в семь вечера. Еще два-три сеанса, и все.

- Я так вам благодарна. - сказала женщина, садясь и одевая блузку. На Антона она смотрела с неподдельным восхищением.

- Спасибо, - вяло улыбнулся Антон. - когда у вас родится крепкая здоровая девочка, тогда приходите с благодарностями. А пока уж лучше деньгами.

- Девочка? - удивилась женщина.

Антон замялся, стал тереть кончик носа.

- Не знаю... - пробормотал он, краснея. - Столько я всего ощущаю, что иногда сам удивляюсь. Будто нахожусь в океане знаний. Но скорее всего.

Женщина рассмеялась и вдруг протянула руку и провела ладонью по его пышной светло-коричневой шевелюре, доходящей до плеч.

- Мне все равно, - сказала она по-матерински мягко. - только бы получилось. Мы с мужем так хотим ребенка... Вы не представляете, у скольких врачей мы побывали...

- Я надеюсь... - Антон окончательно растерялся. - Я тоже не всемогущ. Да, я расту, совершенствую свое мастерство, но процессы в природе тоже не стоят на месте. Экология сейчас намного хуже, что говорить. Тут мне один целитель-биоэнергетик жаловался, что в последние годы в Москве что-то нарушилось. Он уверен, что его терапия перестала быть такой эффективной, как раньше. Симптомы он снимает по-прежнему превосходно, но саму болезнь уже не в состоянии лечить. Мне кажется, это очень серьезное предупреждение для многих и для меня в том числе.

- Воздух такой грязный? - спросила женщина, открывая сумочку.

- Все вокруг грязное, - вздохнул Антон, принимая деньги. - спасибо. Воздух очень грязный, вода, продукты... А главное, на мой взгляд, что мысли у людей грязные. Кстати, о грязи. Мой совет, если все получится, рожать постарайтесь за границей. Или подыщите себе заранее надежную, пусть подороже, клинику здесь.

- Да, мы сможем...

- Все у вас будет в порядке. Родится нормальный здоровый ребенок.

Женщина рассмеялась.

- Я поняла, - сказала она. - в таком случае я вас приглашу, Антон. По-моему, вы намного лучше, чем любой врач. Во всяком случае, мне о вас говорили...

- Кто говорит, тот не знает, - отрезал Антон.

Утро туманное... Десять часов. Завтрак. Каша уже почти дошла до кондиции, и Антон, обжигая губы, рискнул ее попробовать. Надо бы посолить... Ничего, так тоже сойдет. Пока он возился с немудреной стряпней, автоответчик преподнес несколько коротких сообщений. Антона настоятельно приглашали на юбилей его бывшего преподавателя Володи Сафонова (придется идти, тоскливо подумал Антон), информатор из Львова односложно уведомил о том, что есть возможность выступить с оздоровительными сеансами в местном ДК (так-так...), какой-то мутный тип скороговоркой сообщил о существенной задолженности за аренду помещения (оплатить Антону задолженность тип, слава богу, не предложил), секретарь Московской ассоциации целителей известил, что некая тусовка состоится в Крекшино в следующее воскресенье и Антон в списке (какого черта, чуть не взвыл Антон, тоже мне, нашли целителя! Все равно пустая трата времени. Такие сборища порой заканчивались попойками и драками, в результате которых у некоторых экстрасенсов появлялся синяк под третьим глазом). Последним вчера звонил Сергей Леонченко с медицинского- просил, по возможности, заглянуть на факультет.

Так, с сообщениями разобрались. Можно кушать.

Больше клиентов на сегодня не было.

Скоро одиннадцать. Надо выйти, встретиться с Ринатом. Антон вышел из дома, зацепив своими метр восемьдесят пять дверной косяк.

Искомый обьект после непродолжительных поисков нашелся на Кутузовском проспекте. Рядом с подсвеченной неоном вывеской магазина одежды курил друг - Ринат Темиров.

- Что нового в Павлодаре?

После окончания института Темиров занимался переводами юридических текстов с казахского языка на русский, затем переехал в Москву. Устроился юрисконсультом в одну коммерческую структуру, где продержался уже два года. Там он познакомился с Антоном, консультируя его по юридическим аспектам частной целительской практики. Ему исполнилось двадцать семь лет и он был полон желания сделать карьеру в столице.

- Ничего хорошего, - сказал Темиров, пожимая Антону руку, - каждый день там за два. Тоска. Ой, пардон! - И он отошел от двери из - за входившей юной особой выдающихся форм.

- Меня опять предупредили насчет задолженности за аренду помещения. - сообщил Антон.

- Когда ты научишься зарабатывать на своем таланте? Ты знаешь, что деньги тебе сейчас ой как пригодятся. - Темиров ловким щелчком выстрелил окурок в урну.

- Ты знаешь, мои способности нестабильны. Пока не получается раскрутиться.

- Антоныч, - недовольно сказал Ринат. - как там дела с той клиенткой, на которую я тебя навел? Волшебник - недоучка?

- Cправился. Слушай, ты сам хоть в это дело веришь?

- Что пошло опять не так? Сделать хотел утюг, жираф получился вдруг?

Темиров рассмеялся.

- Прости меня, но у тебя такие спосоности. Ты экстрасенс от бога, а не можешь найти клиентуру. А всякие ловкие мошенники деньгу гребут.

Антон почесал в затылке. Темиров был резкий, прямой, но доброжелательный. Он пытался помочь Антону. Сам себя фактически сделал на новом месте и вертелся как белка в колесе. Тут станешь нервным, черт возьми! Его дерзкая манера держаться, совершенно не по-восточному, тем не менее располагала к себе самых разных людей. Да и школу он прошел хорошую, прекрасно научился использовать слабые струнки собеседника, прожив уже столько времени в мегаполисе.

- Кстати, ты сначала с банком расплатись. - продолжил он.

Темиров как в воду глядел.

- Вот определение суда, и на основании статей двадцать девять и сорок три федерального законодательства судебные приставы - исполнители проведут опись и арест имущества фирмы - должника. Антон, вы я так понимаю, директор этой фирмы, Антон Александрович Лернер. - В данный момент в офисе находились судебные приставы. Мужчина держал в руке папку: тяжёлое красноватое лицо с презрительной складкой губ, глазки-буравчики, приплюснутые уши, короткие черные волосы, синий служебный костюм. Женщина была помладше, тоже в служебном костюме, с рыжими вьющимися волосами и прозрачными глазами.

- Да, вы понимаете, я просил об отсрочке, мой вопрос обещали расмотреть... истец и банк были не против. - Почему- то Антон сразу окрестил женщину 'юристом'.

- Это все делается для сохранности вашего имущества. - свысока заметил мужчина.

- Ну какое тут имущество! Это воистину смешно! Здесь же ценностей просто нет. Взгляните. - Антон открыл пустой сейф. - Кстати, мой адвокат сейчас придет, он немножко задерживается.

- А почему вы тогда дрожите над этим? - удивилась женщина.

-Так я же не над этим трясусь. Дело в том, что арест имущества повлияет на репутацию фирмы. У меня небольшие трудности, я неправильно провел рекламную кампанию. - Антон листал определение суда.

- Ну это вы просчитались. Реклама в подобных делах минимум половина успеха. - заметил пристав.

- А что вы неверно сделали? - женщина перебирала карты из рассыпавшейся колоды. - Вот, например, это что такое?

- А, карты таро. Я всю правду написал в рекламе.

- Ну Антон Александрович, вы как будто с луны свалились, -засмеялся пристав. - кто пишет правду в рекламе!

- Ну так я сейчас это понимаю. Я просто не хотел писать банальности. Там порчу снимаю, привораживаю ушедших мужей, питаю космической энергией...

- Неужели вы питаете космической энергией? - удивилась пристав.

− Ну по сути дела... - замялся Антон.

- А что именно вы делаете?

- Много. В моих силах, скажем, найти человека или вещь потерянную.

Приставы заинтересованно переглянулись.

- А допустим клады?

- Не знаю, не занимался, но вора точно могу. - уверенно ответил Антон.

- А этих самых, ну которые... взятки берут. Можете? - не отставал мужчина.

- Нет. Это крайне трудно. - пожал плечами Антон.

- Не густо у вас со способностями, не густо. - разочарованно протянул пристав. - Вот мы недавно были у этой целительницы...

- Бабы Лиды. - добавила женщина.

- Да. Баба Лида. Кстати, ваша коллега. - мужчина присел на стул посередине комнаты.

- Описывали имущество. Правильно? - поинтересовался Антон.

- Нет, это ей наоборот должны все. Она вообще у нас феномен. - с уважением произнесла 'юрист'.

- Феномен. Ну ладно.

- Именно что феномен! Она и ясновидящая, и порчу снимает, карму выправляет, энурез устраняет и каналы чистит, я сам видел. Она пашет по десять - двенадцать часов, по фотке сразу ставит диагноз. Вот так проведет рукой и говорит -все, не жилец человек на этом свете, не жилец. Ну потом сама, конечно, этому человеку помогает.

- Импотенции как не бывало. - добавила женщина.

- Причем за ту же цену. - пристав что-то записал в блокнот.

- А-а... скажите, вы можете венец безбрачия снять? - шепотом поинтересовалась 'юрист', подойдя вплотную к Антону.

- Нет... не знаю, где он находится. - отстраненно покачал головой Антон.

- А вот баба Лида прекрасно знает и легко, за двадцать минут снимает. И вообще у нее, так сказать, инструменты не для красоты, как у вас, а функционально у нее все как - то. - пристав положил карты таро назад в стол.

- Вы знаете, у вас вряд-ли удастся вернуть кредит банку. -добавила его коллега.

- У меня действительно реальные способности в области гипноза, телекинеза и телепатии. Просто клиентуры маловато. - рассердившись, Антон уперся руками в стол.

- Тарелки двигать умеет любой фокусник. Вы докажите, что вы мани-мани можете заработать. - мужчина сделал характерный жест пальцами.

- Ну и кому вы это покажете, посетителей-то нет. - добавила пристав.

- Пустая у вас приемная. - мужчина развел руками.

Входная дверь открылась от удара ноги и вошел Ринат. Он был одет в бежевый плащ современного и элегантного покроя. Плащ был распахнут, несмотря на отвратительную погоду, а под ним был строгий темно-зеленый пиджак и узковатые черные джинсы. Воротник плаща был поднят так, что закрывал щеки. Черные волосы модно пострижены под длинное элегантное "каре". В руках классический дипломат.

- Я адвокат фирмы 'Мебиус' Ринат Темиров. - начал он с места в карьер. - Вот моя визитная карточка. Мы решительно протестуем против ареста имущества. Мы подали апелляцию и она была принята. Вы его не слушайте, он человек творческий. - он показал на Антона.

- Способности у него может и есть, но... - пристав положил визитку в карман пиджака.

Оба пристава встали и направились к дверям.

- Подождите, это все случайность. - задержал их Ринат. - Вы знаете, он конечно нестабилен, но иногда он выдает нечто фантастическое.

- Да все мы уже видели. - протянул мужчина.

- Нет-нет-нет, подождите, вы еще ничего не видели. - Темиров клещом впился в обоих.

- Нет, товарищи уже все видели. - успокаивающе произнес Антон, не веря в усилия друга.

- Вот бессеребренник. А вы слышали, как он на древних языках говорит? - не унимался Ринат, загородив приставам путь.

- Нет. - пожала плечами женщина.

- Перестань ты! Ну... не стоит, не надо. - замялся Антон.

- Ха! А вы видели, как он мысли читает?

- Нет! Серьезно?

- С легкостью!

- Hе надо! - Антон уже делал знаки глазами Ринату.

- Надо, надо, Антон. Видишь, народу интересно. - не обращал на это никакого внимания Темиров.

- Вы что, хотите на нас сейчас? - женщина заколебалась.

- Конечно. Вот Антон, скажи, о чем сейчас думает девушка.

- Ой нет, не надо, не надо. - замялась пристав.

Антон, уже подключившийся к энергетическому полю женщины, застыл в нелепой позе, потом оглянулся, глаза его расширились.

- Нет, стыдного ничего нет, вы просто хотите ребенка к бабушке отправить.

- Какого ребенка? Ты же говорила... - пробормотал мужчина, шокированный этой информацией.

- Извини, я хотела тебе все сказать, ну не здесь и не сейчас... не надо ничего здесь устраивать. - юрист побледнела.

- Ну ты даешь. - Пристав налился злостью и выпалил: - Скажи, предсказатель, что я о ней думаю, а то у меня сил больше нет.

- Пожалуйста, не надо. - женщина закрыла лицо руками.

- Нет, он хорошо думает сейчас, нежно повторяет так: Света моя, родная.

- Даже я слышал. - в полном замешательстве поддакнул Ринат.

- Света моя, Света? - внезапно вскипела пристав.

- Кого ты слушаешь? Он же нестабильный. - ее напарник побледнел.

- Света, значит? - женщина побелела, буквально испепеляя своего коллегу бешеным взглядом.

- Ну ведь же... но... это совсем не то... Инна постой! Инна! А наша работа сегодня! Инна!

Мужчина схватил фуражку и куртку и бросился за ней следом.

- Что - то ты не те мысли читаешь, - буркнул он, поравнявшись с Антоном.

Ринат схватился за голову.

- Знаешь, Антон, с одной стороны это конечно плохо, что ты всегда говоришь людям в открытую, что они думают на самом деле, но с другой стороны, у тебя порой получается гениально. - сказал он уже во дворе, косясь на опечатанную дверь.

- У меня был реальный шанс с ними обо всем договориться. Они могли дать отсрочку по платежу и тут пришел ты.

- Что же, извини. Я тоже сожалею, что все имущество фирмы арестовали. - Ринат с тоской посмотрел на печати, наклееные на дверях.

- Все что ни происходит, все к лучшему.

- Нет, я имел в виду не то...

- Что нужно поискать другой выход?

- Хватит читать мои мысли.

- Ты мне уже надоел. Я знаю наизусть все что ты сейчас скажешь.

- Что ты тоже не идеален.

- Что я скажу Наде, нам просто не на что жить. - вздохнул Антон.

- Но она же поймет.

- Что она поймет? Что она поймет? С чего ты взял?

- Главное, она верит в тебя! Если бы кто-нибудь также верил в меня, я наверно, горы свернул. Ну ладно, завтра что - нибудь придумаю. Еще с твоими...

- Только не говори мне, пожалуйста, про мои способности! Я уже не знаю, что мне делать с моими способностями. Зачем я нужен, где мое место?

- Антон, ты напоминаешь древнего философа. Знаешь, я тоже время от времени задумываюсь, зачем нужны люди и вообще жизнь на Земле. И у меня стойкое убеждение, что космосу по барабану, есть мы или нет. Но мы, тем не менее, существуем. И не стоит здесь париться. Думать кто я, откуда и где мое место. Где бабки взять. Знаешь, что я тебе скажу, братан?

- Только не говори, что богатые тоже плачут. - с досадой ответил Антон.

- Да еще как! Причем плачут навзрыд. Потому что им есть что терять. И вообще, хорош читать мои мысли.

Антон рванулся с места и зашагал вперед под моросящим дождем. Темиров последовал за ним.

- Позовите ко мне в кабинет, пожалуйста, майора Мальцева. Это срочно.

Полковник Виктор Кочиев пришел на должность начальника отдела по делам тоталитарных сект из штаба Министерства обороны, показав себя хорошим аналитиком и грамотным тактиком. Шел ему уже пятьдесят девятый год, но его опыту и уму, а больше всего - волевому характеру могли позавидовать многие более молодые специалисты. Худой, с виду нескладный, с узким лицом, на котором выделялись тонкие губы, он выглядел рафинированным интеллигентом, постоянно смущенным своими успехами на высоком посту, но те, кто работал с ним раньше, знали его и как великолепного бойца, мастера самбо, способного постоять за себя, а также как опытного стратега, обладающего тонкой интуицией.

В десять утра Мальцев вошел в кабинет полковника и как обычно, увидел его поглощенным работой.

Майор Алексей Васильевич Мальцев был по натуре порывист и суетлив, за что получил кличку Волчок. Он и обликом походил на свое прозвище - рост сто семьдесят восемь, с неширокими плечами, простым лицом с достаточно резкими чертами, синеватыми глазами, которые изредка становились серыми. В отделе по предотвращению деятельности тоталитарных сект он был вторым человеком после своего непосредственного начальника полковника Кочиева, именно с ним полковник советовался по большинству оперативных вопросов, ему давал наиболее сложные задания.

- Нам нужно определиться с приоритетностью наших дел, - сказал Кочиев, наливая себе и предлагая Алексею стакан минеральной воды. - Что вы разрабатываете в первую очередь?

- Свидетели Иеговы, Белое Братство... - Алексей покосился на стопку книг на столе, среди которых виднелись труды Гурджиева, Штайнера, Блаватской, Успенского, Андреева, Рериха и многих других философов и эзотериков современности, а также древних времен, пожал плечами.

- Месяц назад произошла перестрелка в спортклубе в Южном порту, которым по информации из наших источников, владеют бывшие спортсмены, мастера восточных единоборств. Пять трупов, все покойные не засвечены ни в каких базах. Местная милиция не горит желанием лезть в эту разборку. Они маринуют это дело. - нетрополиво излагал шеф. - Теперь что по нашей части: по оперативным данным, убитые были членами секты 'Путь к свету', разгромленной ФСБ пару лет назад. Меня интересует участие во всем этом деле Владислава Юрьевича Морозовского. Слышал о таком?

- Читал о нем в газетах, бизнесмен, инвестор в нашу экономику.

- Он выпускник физтеха Новосибирского университета, кандидат наук, долго работал в закрытом институте при минобороны, занимавшимся проблемами психотронного оружия, короткое время руководил лабораторией в Подмосковье. Так вот, в последнее время Владислав Юрьевич, ставший некоторое время назад гражданином Германии, вышел на связь с оставшимися на свободе членами секты.

- Зачем?

- Неизвестно. Ведь они личности совершенно разного круга. Зачем солидному бизнесмену связывать себя с непонятными сектантами? Вот это тебе и предстоит выяснить.

- Ну мало ли чего их может связывать, - задумался Мальцев. - а где сейчас Морозовский?

- Как раз здесь в Москве. Остановился в гостинице 'Спорт-Лайт'. Твоя задача усиленно поработать с той 'ниточкой паутины', которая зацепила уважаемого Владислава Юрьевича. Я набросал примерные варианты. Вот они.

Кочиев поманил пальцем Мальцева, пробежался пальцами по клавиатуре. Экран компьютера мигнул, стал синим и плоским, затем словно обрёл глубину, и в нём выплыла объёмная конструкция связей, объединившая свыше десяти фамилий.

Алексей присвистнул.

Ничего себе 'ниточка' - целая сеть!

- А ты что думал? У Морозовского существуют обширные связи как в Москве, так и по всей России. Итак, начнём очень аккуратно. Сосредоточимся пока на его контактах в столице. Вот примерная схема.

На экране отобразилась новую система связей, украшенная красными и синими стрелочками векторов.

Они оба углубились в изучение схемы...

Звонок мобильного поднял Морозовского с постели.

- Владислав Юрьевич, здравствуйте, это Арвид. - знакомый голос деловито прозвучал в трубке.

- Здравствуйте, Арвид. Я собирался вам позвонить.

- Вы это говорили еще на прошлой неделе. - в голосе собеседника слышалось недоумение.

- Простите, не помню.

- Вы не отвечаете больше месяца. Вы достали вещь?

- Да. Вещь у меня.

- Так что же? Мы ждем с нетерпением.

- У меня небольшие проблемы. Нужно некоторое время. - после паузы произнес Морозовский.

- Мы можем помочь?

- Вам придется набраться терпения. Я вам перезвоню.

- А как долго придется...

Морозовский, не дослушав собеседника, выключил телефон. Затем он достал из чемодана футляр, похожий на футляр для очков, открыл его и достал странный крупных размеров медальон, состоящий как - будто из двух половинок - белой и черной. Он долго держал его в руках, крепко сжимая. Затем положил его назад в футляр.

Ринат бодро поднялся по лестнице обычной московской многоэтажки. Потерев замерзшие руки, он позвонил в дверь квартиры девяносто четыре.

- Ты что трезвонишь? Второй час ночи! - возмущенно выскочил из дверей квартиры Антон.

- Да ну брось, детское время. - Ринат облокатился о лестничные перила.

- Надя спит. Она весь вечер работала. - было видно, что Антон не настроен для ночных разговоров.

- А-а...ну это святое. Ты рассказал ей про наши успехи?

- Какие успехи? - отмахнулся Антон. - Она переводит статьи по физике, днем репетиторствует. Ты же знаешь, как она устает.

- По этому поводу гениальные идеи и будоражат мои серые клеточки. - Ринат вынул из кармана куртки газету и развернул ее. - Меня осенило и я сразу к тебе. Надо ковать железо пока горячо.

- Что это такое? - Антон кивнул на очередную рекламную газетенку, десятками наименований которых увешаны все киоски, а некоторые регулярно заполняют почтовые ящики граждан.

- Читай, читай!

- Демократическая общественность вновь... ты что, с ума сошел?

- Нет, ниже. Смотри. Известный бизнесмен Владислав Морозовский, владелец компании 'Азон', представительства которой открыты в десятках стран мира, собирается открыть в нашей столице восточноевропейский филиал компании.

- Нам-то что с того?

- Смотри дальше. Они объявляют конкурс на замещение вакантной должности старшего менеджера - аналитика с заработной платой от десяти тысяч долларов с бонусами и соцпакетом.

- Ты мне это предлагаешь? - Антон вернул газету Ринату.

- Ну а кому же еще?

- А почему не пекарь, не автомеханик, не балетмейстер?

-С твоими великими способностями к внушению ты можешь работать везде! -убеждал Антона Ринат.

- Ты серьезно?

- Ну конечно! Резюме я тебе изготовлю на высшем уровне. На собеседовании запудришь им мозги. Продержишься какой месяц. Получишь разок зарплату и свалишь!

Антон ударил кулаком по перилам лестницы, затем пошел назад в квартиру и хлопнул входной дверью.

- Все ясно. - пожал плечами Ринат.

- Я понимаю, ты из лучших побуждений, но запомни: с нашими авантюрами покончено раз и навсегда! Ты понял меня? - отрезал Антон, высовывая голову из-за двери.

- Мне только Надю жалко! - Ринат свернул газету трубочкой. - Сам потом прибежишь ко мне.

И Ринат все же оставил газету в дверях.

Надежда спала за столом в окружении раскрытых словарей и компьютера. Антон подошел, мягко поцеловал ее в макушку и взяв на руки, перенес на диван.

- Проснулась все-таки? Ринат приходил.

- Мне все равно к утру надо закончить. Там меньше одного абзаца осталось. - она устало взглянула на него.

- Давай помогу.

- Ты конечно владеешь многими языками, но ни одним из них до конца. - она погладила Антона по щеке. - А перевод должен быть точный.

- Увы, здесь я совершенно бесполезен.

- Брось, ты самый лучший... и не переживай так. Это все ерунда. - Надежда прижалась к Антону и обняла его, стала гладить его по голове своими длинными тонкими пальцами.

- Что ерунда?

- Ну крах великой фирмы 'Мебиус'. Я же по глазам все поняла. - Она уткнулась в его теплую спину, но ее рука обняла только подушку.

- Затея провалилась. - помрачнел Антон.

- Ну ты же не перестал бороться, правда?

Она начала вставать. Антон поддержал ее под руку.

- Нет-нет. Не надо, я сама должна.

Надежда, опираясь на костыль, добралась до стола.

- Не смотри на меня так, ладно? - строго сказала она.

- Я люблю тебя. У меня скоро будет работа. Очень хорошая, денежная работа.

- Хорошо. Иди спать.

- Да.

Лицо у Надежды Дроздовой было одухотворённое, пальцы порхали над клавиатурой компьютера, словно над клавишами рояля. Или органа. Или чего-то ещё музыкально-возвышенного. В детстве Надежда подавала большие надежды в самых разных областях, и умиляла своих и чужих родителей исполнением Бетховена на школьных вечерах. Те годы давно прошли, и из-под бойко порхающих пальчиков рождались отнюдь не волшебные звуки сонат - а переводы по физике и матанализу.

Времена расцвета НИИ и науки давно прошли, зарплата учителя прокормить никак не могла - и Надежда Дроздова подрабатывала переводами. Крутясь как белка в колесе...

...Ее сбил автомобиль, ехавший на красный свет. Из шокового состояния она вышла относительно легко и оправилась быстро, но через некоторое время оказалось, что у нее проблема с ногой. Результат не замедлил сказаться: комплекс неполноценности и психологический срыв, надолго определивший ее состояние.

Антон обил пороги многих частных и государственных клиник, консультировался с ведущими хирургами столицы, но помочь Надежде не удавалось. В последнее время она, похоже, смирилась со своим положением, и тоска сменилась грустью, но разговаривала она мало, все чаще уходила в себя, стала худеть и таять на глазах. Антон понимал, что без операции не обойтись. Он уже знал, что на операцию подруге потребуется около восьми тысяч евро.

***

Запищал 'горячий' телефон. Мальцев, эти несколько дней находившийся в управлении почти круглосуточно, снял трубку - звонил шеф:

- Алексей Васильевич, зайди.

- Слушаюсь, товарищ полковник. Что произошло?

- По твоей части. В номере гостиницы 'Спорт-Лайт', где остановился Морозовский, жуткий шум, как - будто десять человек мебель ломают. Сьезди, посмотри, что там. Только аккуратно. Милиция только испортит дело.

Мальцев положил трубку, помассировал сонное лицо, зевнул, допил холодный кофе и взяв со спинки стула пиджак, быстро вышел из кабинета.

Кочиев еще раз открыл файл с наименованием 'Морозовский'. Лицо полковника приняло озабоченное выражение.

- Черт бы его побрал! - выругался он, щелкнув пальцами.

Шофер служебного авто, молодой человек спортивного вида, с ежиком светлых волос, с веселым и открытым лицом, которое несколько портили только настороженные, цепкие, колючие глаза, при виде севшего рядом хмурого Алексея пошевелился:

- Неприятности?

- Наверное, будут. К гостинице 'Спорт-Лайт'!

- Кто?

- Морозовский и его секьюрити. Дьявол! Устроят что-то среди ночи. Ладно, управимся. Все, поехали.

Шофер, а это был капитан Власов Иван, наклонил голову, пряча насмешливые огоньки в глазах, но Алексей ничего не заметил.

Алексей и Иван вылезли из машины и пошли к центральному входу в гостиницу. Алексей чувствовал, что предстоит драться, только не знал - с кем. Вызов поступил неожиданно, но ощущение опасности только раззадоривало майора.

- Морозовский в пятьсот семнадцатом. - сообщил ему человек из группы наружки.

- Уже началось? - озабоченно спросил Алексей.

- Да. Непонятный шум, свист, нечленораздельные голоса.

- А мы вас не вызывали. - в ответ на предьявленное удостоверение пожал плечами подошедший здоровяк из службы охраны гостиницы. По комплекции он походил на сумоиста.

- Иногда мы приходим сами. Прошу нас не сопровождать. - отрезал Алексей, рукой отстранив бдительного стража.

Толстяк на входе убрал мобильный и поплелся назад на пост.

Просторный современный лифт бесшумно поднял их на пятый этаж. Алексей подергал дверь номера. Оттуда раздавался звон разбивающейся посуды и грохот мебели.

- Не понимаю, кого он там может бить.

- Они же там... у них же там еще эти два... телохранителя. - вспомнил Иван.

- Нам от него достается по выходным. - подошел Роман. Агрессивность так и читалась на его лице. Он сверлил их недоброжелательным взглядом, в котором угадывалась решимость любой ценой защитить хозяйна.

- А сегодня вторник. - Дмитрий также приблизился к переглядывающимся Мальцеву с напарником. Намерения его по всей видимости были схожими. Он даже расстегнул пиджак, обнажив кобуру с пистолетом.

- Так, очень хорошо. - попытался скрыть волнение Алексей, поглядывая то на одного телохранителя, то на другого. - Что там происходит?

- Частная жизнь. - хмыкнул Дмитрий, становясь на всякий случай на пути майора.

- Имеет право человек отдохнуть как ему заблагорассудится. - добавил Роман, готовясь в любой момент приступить к действиям.

За дверьми номера снова раздался шум, похожий на повторяющееся однообразное песнопение, а затем звон разбитого стекла.

- Слушайте, над кем он там издевается? - воскликнул Алексей.

- Хозяин выкупил весь этаж, он никому не мешает. - Дмитрий был непреклонен.

- Не мешает? - изумился Иван.

-Морозовский, откройте, милиция! - Мальцев прошел вперед и загрохотал кулаком в дверь.

Дмитрий и Роман угрожающе приблизились нему.

- Будете вмешиваться, вызову ОМОН и арестую. - Никогда раньше Мальцев не чувствовал такого подъема, как сейчас, и никогда не переживал такого странного состояния легкости и удальства, не отменяющих, однако, чувства опасности и концентрации воли. В данный момент он был уверен, что может все, и поэтому не сомневался в успехе операции, построенной не на трезвом расчете, а на внезапности, быстроте и наглости.

- Ради бога, нам хозяин запрещает туда входить. - тон Дмитрия сменился с агрессивного на насмешливый.

- Мы и вам не советуем, - добавил Роман.

- Только не надо нам указывать. - встрял в разговор Иван, которому надоели эти препирательства.

- А-а, доблестные стражи? - открыв дверь, с иронией проговорил Морозовский. Вид у него был слегка взлохмаченный, помятый.

- Владислав Юрьевич, помочь вам? - настороженно спросил Роман.

- Нет, не надо, я сам справлюсь. Хотите осмотреть комнату? - слегка насмешливым тоном бросил Алексею Владислав Юрьевич.

- Не мешало бы. - кивнул Мальцев.

- Пожалуйста. - улыбнулся хозяин номера.

- У них наверняка нет постановления на обыск. - Роман преградил им путь. Он властно встал перед пришедшими, играл под рубашкой мускулами, показывая видимое презрение к органам.

- А вы идите, ребята, спать. - все в том же расслабленном, успокаивающем духе протянул Морозовский.

- Но Владислав Юрьевич! - попытался возразить шефу Роман.

- Нет идите, идите, а то гости мои нервничают. - Морозовский пустил внутрь только одного Мальцева, его охранники вместе с Иваном остались стоять в коридоре.

- Как-то вы весело гуляете. - Алексей посмотрел в разбитое покосившееся зеркало, поправив и без того аккуратно повязанный светло - синий галстук.

Вся комната носила следы погрома, как будто по ней пронесся ураган. Стулья были опрокинуты, этажерка повалена, шкаф покосился набок, в нем было разбито стекло. Одежда из шкафа была разбросана на полу по всему номеру.

- Специально выбрали номер попроще. Все бьющееся спрятали. Зеркало, правда, не устояло. - Морозовский повесил зеркало назад на стену, отчего, правда, оно не улучшило свой внешний вид. В нем отразился поваленный на пол стол и общий разгром комнаты.

- Вы заранее значит, готовились? К чему?

- Что делать, случается. Присаживайтесь. - гостеприимно кивнул Морозовский на просторный кожаный диван возле столика. Одет он был в мятые просторные джинсы и длиннополую рубашку. - Это ваши люди ведут за мной наблюдение? - Он посмотрел на нервно шепотом матерящегося Ивана веселыми глазами.

- Ладно, Владислав Юрьевич, что у вас тут происходит? Вы больной человек или вы...? - озабоченно изучал лицо собеседника Алексей, толком не зная с чего начать.

- Понимаю. - умиротворенно протянул миллионер. - Обе ваши версии предполагают, что я больной человек.

- Да. В первом случае вы сами тут беситесь, в другом варианте кто-то еще вам составляет компанию. - Майор медленно, собранно окинул взглядом комнату в поисках возможного сообщника. Разгромленную, но уже 'спокойную' комнату. Никаких логических объяснений тому, что здесь было у него не находилось.

- Очень логично.

- Куда вы спрятали тело? - очень тихо спросил Алексей.

- Я его съел по - быстрому, пока вы в дверь стучали... - апатично ответил Морозовский.

- Что...

- Хотите увидеть, что тут происходит? - тем же равнодушным тоном предложил бизнесмен.

- Очень. - В голосе Алексея послышалось облегчение.

- Вы все равно не отстанете, а ваше усердие достойно всяческого пооощрения.

- Скажите это моему начальству. - вздохнул майор.

- Хотите провести со мной ночь? Ненадолго, часов до семи утра. Серьезно, я не шучу.

- И что? - с интересом спросил Мальцев.

- Сами все увидите. - спокойно сказал Морозовский.

- Вы думаете, я откажусь? - Алексей оживился, он почувствовал прилив сил. - Я принимаю ваше предложение. Но уверен, вы надо мной прикалываетесь.

- Не понял, что вы говорите?

- Вы шутите?

- Вам будет не до шуток, когда вы все увидите. Интересно, как вы потом рапорт составите начальству.

- А мне тоже можно? - спросил Иван, оставаясь на пороге.

- Нет, ты обожди снаружи. Каждый час звони на мобильный. - отослал подчиненного Алексей.

- А я не разбужу?

- Нет. Давай-давай. - подойдя, майор выпроводил коллегу за дверь.

- Пошел.

Мальцев закрыл номер на ключ, поставил стул в углу комнаты, присел на него, посидел с минуту, потом так же стремительно вскочил и прошелся по комнате.

- Вы не курите? - спросил он, не зная, что спросить в данной ситуации и что нужно делать вообще.

- Нет, бросил. - равнодушно ответил Морозовский.

- Я тоже.

- Тогда зачем спрашиваете?

- Да так. Может кофеечку выпьем? - чтобы как-то сгладить неловкость, предложил Алексей.

- Нет, я специально спрятал кофеварку и чашки.

- Жалко.

- Вот пожалуйста, в шкафу, закрыто. Но я вас предупреждал. - глаза Морозовского бывшие обманчиво пустыми и равнодушными, окрасились в цвета иронии.

- Кофе у нас профессиональный напиток. - довольно сказал Алексей, доставая банку и чашки.

- А не водка? - хмыкнул Морозовский.

- Нет. Вам тоже сделать?

- Нет, ни в коем случае.

- Напрасно. От кофе еще никто не умирал.

- Ну-ну. - невозмутимо заметил Владислав Юрьевич.

***

Над городом поднимался рассвет. Дмитрий тихо и незаметно выскользнул из здания гостиницы и направился к служебной 'Волге' наружного наблюдения ФСБ, явно терявшейся на фоне остальных машин стоявших рядом - 'Форд - Фокуса' Морозовского, прочих шикарных иномарок и джипов постояльцев гостиницы. Он осмотрел глубоко посаженными серыми глазами салон машины, пробуравил взглядом спавшего за рулем с мобильным телефоном в руке напарника Мальцева Ивана. Наконец он потряс спящего за плечо.

- Эй, вставай рыбак, путину проспишь. - в его голосе слышались веселые нотки.

- В чем дело? - Иван разом проснулся и резко схватил Дмитрия за руку.

- Пойдем, поможешь своему. - равнодушно бросил тот, смеясь в душе над верным служакой.

Вскоре из дверей гостиницы двое санитаров вывели совершенно ничего не соображающего, бессвязно бормочущего Алексея. Его костюм был в нескольких местах порван, один рукав пиджака висел лохмотьем. В волосах сидели перья из подушек.

- Все в порядке, все позади. Сейчас поедем, ляжем в кроватку. - ласково проговорил Морозовский, похлопав по плечу Алексея.

- Что? Что вы с ним сделали? - ошеломленно произнес Иван, разглядывая бессмысленную физиономию напарника.

- Да ничего страшного. Пил кофе, обжегся немного. - отозвался невозмутимый Владислав Юрьевич.

А тем временем Мальцева уже аккуратно усаживали в машину 'Скорой помощи'.

- Владислав Юрьевич, у мента этого ни перстней, ни медальонов никаких нет. - Дмитрий подошел поближе к шефу, смотревшему куда-то вдаль.

- Я видел его документы, отвезите в приличную клинику. - отозвался Морозовский.

- В дурдом? - понимающе спросил Дмитрий.

- Нет. К невропатологу. Все оплатите.

- Понятно. - телохранитель стал что-то объяснять на ухо подошедшему врачу, седому старикану с мешками под глазами.

Через пять минут 'Скорая' набрала ход, завывая сиренами.

- Сегодня презентация у префекта, а вы как-то странно выглядите. -осторожно подощел к Морозовскому Роман.

- С каких это пор мы стали избегать презентаций? - удивился шеф.

На поясе у Владислава Юрьевича зазвонил телефон.

- Да, я слушаю. - Морозовский, посмотрев номер, поднес трубку к уху. - Арвид, я повторяю, что я скоро перезвоню.

- Владислав Юрьевич, нам очень важно знать, что с вами присходит. - голос на другом конце был настойчив и тверд.

- Когда я выясню сам, я все вам сообщу. - Морозовский опустил телефон в карман плаща.

- Шеф, вы только скажите, что нам делать. - вмешался Роман.

- Спасибо тебе, конечно, но мне от вас ничего не нужно. Мне нужен специалист.

- Какой?

- Колдун, экстрасенс, только не липовый. Да, и подыщите тихое место где-нибудь не слишком далеко от центра. Мы переезжаем.

Роман поднял брови, не понимая интереса шефа к деятельности колдунов, но ничего не сказал.

Владислав Юрьевич Морозовский несмотря на длительное отстутствие в России без проблем вписался в среду властного истеблишмента страны, был постоянным участником значительных светских раутов, запросто общался с людьми из окружения президента, был знаком с мэром столицы и некоторыми другими представителями власти, среди которых были генералы МВД, ФСБ и Министерства обороны. Поэтому устойчивость корпорации 'Азон' была весьма высока. Однако большинство коллег по бизнесу не принимали его за своего, хотя уважали и побаивались. Они считали, что Морозовский некоторыми своими проектами только увеличивает интерес правительства к предпринимателям. Кроме того, Владислав Юрьевич слыл щедрым меценатом, так как охотно поддерживал, будучи официальным владельцем приличного состояния, театр 'Современник', ряд творческих Союзов художников и писателей, а особенно - ветеранов спорта. В глазах же спецслужб, знавших подноготную Морозовского и особенно то, каким путем было нажито его состояние, он был циничным и расчетливым дельцом, классической 'акулой капитализма' российского смутного времени девяностых, человеком, нужным и удобным всем - от представителей легального бизнеса и политики до теневиков криминального капитала. Он часто вел себя экстравагантно, а многие его коллеги вовсе не хотели быть на виду, они хотели, чтобы им давали возможность спокойно развивать бизнес.

Люди, бывшие более-менее близкие к нему, отмечали, что в последнее время у него стали возникать навороченные, но детально проработанные странные концепции. В частности, он был одним из основателей 'Центра Нетрадиционной Медицины', куда в свое время захаживал на лекции по телекинезу Антон.

Напористости Владислава Юрьевича хватило бы, возможно, чтобы стать даже советником президента, только это ему было не нужно. Он смог войти в круг людей, чьи жизнь и смерть не зависели от слепого случая, амбиций или претензий конкретного лица, даже наделенного влиянием и полномочиями.

Утром Антон с Надеждой были у врача.

- И да, и нет. Есть кое-какие шансы... Необходима тщательная проверка. Вам придется привезти ее ко мне еще раз, я проверю свою гипотезу с помощью новейших приборов.

- Здесь есть такие аппараты?

Доктор Панарин, высокий, поджарый, сухой, с молодым энергичным лицом, на котором горели светлые - не голубые и не серые, но и не бесцветные, с металлическим блеском - глаза, снова улыбнулся.

- Мои личные разработки в области хирургии. На основе аппарата Илизарова.

- Уговорю. А что за ваши разработки? Вы сказали, что она может поправиться.

- Какие у нее шансы избавиться от хромоты, я вам скажу после детального исследования. Посмотрим. Приходите завтра вечером, часов в семь.

Антон пожал руку врачу и вышел в коридор поликлиники, где его ждала на диванчике безучастная ко всему Надежда. Глянула на него снизу вверх, и, видимо, что-то в выражении его глаз поразило девушку.

- Ну что, плохо?

Антон опустился рядом на колени, не обращая внимания на оглядывающихся посетителей, и поцеловал Надежде руку.

- Все будет в порядке, Надя. Главное, что мы вместе!

А через полтора часа его уже ждало собеседование в фирме Морозовского.

Фирма занимала два этажа в новом шестнадцатиэтажном здании на Кутузовском проспекте, в центре престижного жилого массива, где селились преимущественно "хозяева новой жизни" и располагались деловые конторы других фирм.

Нужный кабинет Антон нашел на втором этаже и назвался секретарше в приемной.

- Садитесь, пожалуйста, - только и сказала она.

Антон опустился на виниловую банкетку, которая выглядела так, словно ее вытащили из семидесятых. Плакат у него над головой восхвалял преимущества терпения. Напротив красовалась яркая фотография с выбрасывающимися на пляж китами, а внизу затейливым шрифтом провозглашалось, что успех приходит к тем, кто рискует ломать преграды. На низком столике передо ним лежали зачитанные финансовые журналы и свежий 'Профиль'. За пальмами в горшках по обоим концам банкетки прятались скрытые камеры - в дополнение к встроенным в потолок. Антон убивал время, делая вид, будто листает 'Профиль', а сам внимательно изучал камеры, которых ему не полагалось видеть. И заодно отмечал про себя мелкие движения секретарши. Держалась она с безжалостной деловитостью и на звонки отвечала очень лаконично.

Телефон мягко замурлыкал. Она сняла трубку, ничего не сказала и снова ее положила.

- Вон в ту дверь. - бросила она в сторону Антона и вернулась к своим делам.

- Входите, господин Лернер. - Голос был скрипучим от курева и каким-то пыльным.

Толкнув дверь, Антон переступил порог. Кабинет оказался большим и светлым, словно проникающий из окна солнечный свет накачивал его красками. Антону навстречу из-за стола встал крепко сбитый человек, плотный и с крупной головой.

- Спасибо, что пришли, Антон Александрович. Меня зовут Андрей Кулаков.

Он протянул Антону руку. Кожа у него была сухая и холодная. Антон не понял, было это его настоящей фамилией и именем либо просто он назвал первое, что пришло ему в голову.

- Садитесь, пожалуйста.

Антон двинулся к столу, по ходу осматривая комнату. На столе ничего, кроме компьютера, включенного в розетку. На полке журналы и книги по экономике. Грифельной доской никогда не пользовались. Камер не обнаружилось. Антон сел на прямой деревянный стул перед столом. Офисное кресло Кулакова громко скрипнуло, когда он последовал примеру Антона.

Взяв со стола какой-то листок, он сделал вид, будто читает.

- Почему по дороге сюда вы поднялись по лестнице? Не такого начала я ожидал.

- Люблю быть в форме, - сказал Антон, умолчав, что у лифта стояли два типа, чей вид ему не понравился. Он пришел в обычное офисное здание, тут неприятностей не ждешь, но лифт не самое подходящее место, чтобы убедиться, что излишне доверял ближнему.

- Да, Антон Александрович, резюме, прямо скажем, у вас блестящее. Бизнес школа при Пенсильванском университете, работа в серьезных компаниях, стажировка в Англии, рекoмендация от 'Цюрих Файнэншиал'. Сертификаты 'ДМС Финанц-Hетцверк' и Cи-би-ай.

- Eще у меня есть рекомендация от 'Маккинси'. - добавил Антон.

- От них тоже. - покачал головой Кулаков.

- Да, это так. - уверенно сказал Антон, полагая, что уверенность - самое главное в такой момент.

- Что вы говорите! А вы знаете, Антон Александрович, что специалистов с такими характеристиками в стране меньше, чем пальцев на одной руке. - Кулаков медленно выговаривал каждое слово.

- Меньше пяти?

- Hеплохо для финансиста: их меньше пяти и каждого я хорошо знаю.

- Pинатыч... - Aнтон весь вскипел внутри.

- Что?

- Может я один из тех, кто вам нужен. - Антон решил рискнуть. Или сейчас продемонстрировать свои умения, или ему тут не место.

- Ну вы меня несомненно заинтриговали и позабавили. - Кулаков улыбнулся, в глубоких складках бесцветного лица залегли тени.

- Но это самое легкое, что я могу.

- Да?

- Да. Я незаурядный, талантливый, с неожиданно свежим взглядом на проблему. Я не боюсь невозможного и всегда ставлю перед собой максимальные задачи. - Антон начал гипнотизировать собеседника.

- Это неплохо... Что можете рассказать о расстановке сил на европейском рынке? - Кулаков начал плыть, он был на крючке.

- А зачем вам скучные клерки, от которых нечего ждать? Вам нужен прорыв, смелость, энергия. Если я смогу убедить вас, я смогу убеждать и других людей. Я смогу работать с 'Маккинси' и другими компаниями. А ваша фирма поддержит меня в случае ошибки. Через пару месяцев вы поймете, чего я стою.

- Да. Как раз такой человек мне нужен. - Кулаков смотрел на него расширенными глазами.

- Это не я. - Антон решил остановиться.

- Кхм... что значит не вы?

- Я не тот человек. Который вам нужен.

- Что это было? Гипноз? - Кулаков мелко потряс головой, как будто стремясь сбросить некую пелену.

- Да. Извините. Я не смог.

- Что не смогли?

- Обмануть вас. Мне нужна работа, на месяц. Заработать восемь тысяч евро.

- И смыться?

- Да, я не разбираюсь в финансах.

- Это я понял сразу. Тут другое поразительно. Я не поддаюсь гипнозу, я проверял. Как у вас получилось? - с интересом спросил Кулаков.

- Вызовете милицию?

- Да бросьте вы... скажите, а почему вы остановились? Ведь я уже был ваш, с потрохами? - внимательно глянул на гостя Андрей.

- Я увидел, вы человек порядочный. Делом своим болеете. Я могу вам все испортить.

- Вы или редкий аферист или сумасшедший. - пробормотал Кулаков.

- Я аферист.

- Тогда возможно вы действительно нам пригодитесь.

- Вы серьезно?

- С вашими талантами... будущее предвидите?

- Нет.

- Жаль. - Кулаков зашагал по комнате. - Прогноз в нашем деле залог успеха. Что вы еще можете?

Антон взглядом придвинул к себе стакан.

- Вот. - добавил он. - Только вряд ли это вам нужно.

- Забавно, забавно. - усмехнулся Кулаков. - Да шеф меня на смех поднимет. - Потом добавил: - Вы, Антон Александрович, оторвите что - нибудь господину, который вам резюме составил.

- Это обязательно.

- Он тут еще написал... Что вы знаете, шесть языков или семь...

- Сорок семь.

- Как?

- Это единственная правда во всем резюме. - улыбнулся Антон.

- Я ничему не удивляюсь. Или вы все-таки ненормальный?

- Нет, когда я служил в Чечне и наша колонна попала под обстрел, я получил осколок в левое полушарие.

- И что?

- Врачи сказали, что будут сложности с изучением иностранных языков. Вышло наоборот.

- Неужели сорок семь?

- Да, но я их не учил, они сами приходят ко мне.

- Час от часу не легче. - безмерное удивление не проходило на лице Кулакова.

- Стоит мне прикоснуться к чему- либо, связанному с этим языком или культурой, я начинаю слышать, понимать...

- Вы разыгрываете меня?

- Нет, и в мыслях не было.

- Вы не преувеличиваете?

- Нет. Я не говорю, что знаю языки, я говорю, что знаю их основу.

- Да нет, вы больше сумасшедший, чем аферист, - задумчиво протянул Кулаков. - извините, вы не подходите нам.

Антон кивнул, как будто заранее ждал этого ответа. Он встал и вышел, тихо закрыв за собой дверь.

***

Прием, устроенный новым замминистра по культуре, был великолепен и длился до самого вечера, шампанское лилось рекой, женщины были одна привлекательнее другой, и Владислав Юрьевич получал настоящее удовольствие.

- За тех людей, наших людей. Которые правильно поставили себя там на западе. А теперь несут в Россию свой опыт, знания. Свои миллиарды. - тостующий помощник префекта был громок и пьян.

- Господа! Я прошу всех внимания и неудивительно, что именно сегодня, при этом президенте, при нашем правительстве начался такой важный... - другой оратор изливал свое красноречие не менее обильно.

- Сегодня в фирму приходил устраиваться один странный парень, - тихо сказал несколько разомлевшему Морозовскому подошедший Кулаков. - внушил мне, что знает сорок семь языков... Он сумел меня загипнотизировать. Но вдруг он остановился, чудак.

- Что, на самом деле загипнотизировал?

- Профессионально внушал, я все смогу, я тот кто вам нужен. Кашпировский просто отдыхает.

- И что, подействовало? Он тебя смог загипнотизировать? Ведь ты не поддаешься гипнозу. - Морозовский пока не принимал информацию близко.

- В том- то то и дело, что он сумел это сделать. Внешность заурядная ... неброская. Но, судя по способностям, профессионал он великий. Он, я думаю, нам пригодится. У меня есть его координаты. Его зовут Антон Лернер.

- Интересно. Так уж и сорок семь языков?

- Ну да, ему когда то попал осколок в левый череп.

- Левое полушарие.

- Да, и после этого на него якобы снисходит. Даже продемонстрировал какой-то кеталанский...

- Кетагаланский?

- Да. есть такой язык?

- Существовал две тысячи лет назад в Юго-Восточной Азии. Однако. Найти его надо, - поставил бокал на поднос посерьезневший Морозовский. - Попытайтесь уговорить его встретиться со мной. Я хочу посмотреть на него. Такие спецы мне нужны, так что овчинка стоит выделки. Если удастся его найти и предложить сотрудничество...

-Я поднимаю этот бокал за тебя, Владислав Юрьевич! Прости, что так просто и без церемоний! - замминистра готов был заключить в обьятия Морозовского. - За тебя начинателя, за первую ласточку, так сказать!

Морозовский покосился на Кулакова.

- Дмитрия сюда, - приказал он шепотом.

- Увы, опять не получилось... - пробормотал Антон, входя в квартиру и бросаясь на неубранный диван со смятым одеялом. Он откинулся на спинку, взялся было за телефон, но передумал. Поднялся, открыл холодильник, сделал из горлышка хороший глоток дешевого портвейна и некоторое время сидел, уставившись невидящим взглядом за окно.

- Надя! - позвал он свою подругу. - Ну что, зверюга, где твоя хозяйка Надя! - покосился он на пушистого серого кота, Надиного любимца. - Вот так сидишь часами, думаешь что сказать. А ее и нет. Эх, Гомер, и ты не любишь меня. Ну и правильно делаешь.

Кот мяукнул и выскочил на балкон.

Антон взял вырванный тетрадный лист со стола с наспех написанным черным фломастером текстом.

'Прости. Я не в силах больше с тобой тянуть. Я не могу больше с тобой обьясняться.'

- Hе может быть... Надя! - Антон задумался на минуту, крепко помял шею ладонью, снова взялся за записку.

'Я ушла... не знаю, надолго или навсегда, но мне необходимо побыть одной. Не переживай, пожалуйста и не нужно меня искать... виновата только я и все проблемы только мои...' Каждое слово било Антона в самое сердце.

- Этого не может быть. - вскочил на ноги Антон, но его ждало разочарование. Шкаф был отперт и пуст. Надиных вещей не было вовсе.

- Куда она пошла? Где же она? Я могу ее найти! - Антон сел за письменный стол и держа записку в руках, ужасно сконцентрировался. - Я смогу ее найти... Гомер, ты тоже осуждаешь меня? Но почему она не взяла тебя? Она не ушла и не уйдет! - Радость высветилась на его лице. - Ты где, Гомер? Ты куда подевался, Гомер! Вот чертяка! Ты видишь, что я из-за тебя сделал.

Антон вышел на балкон, случайно опрокинул стоявшее в углу пластмассовое желтое ведро с пустыми бутылками, пара из них вывалилась и разбилась.

- Она вернется, а тебя нету. Тебя велели беречь. Ты куда пошел? - он осмотрелся по сторонам в поисках домашнего любимца. - Вернись. Что же делать с тобой, а?

Антон далеко высунулся с балкона и посмотрел наверх. Кот сидел на крыше и нагло мяукал.

- Гомер! Скотина. Без меня не убегай. - Антон осторожно перелез с балкона на пожарную лестницу и стал медленно карабкаться по ней вверх. - Иди сюда. Подонок. Вот сволота.

Руки его не слушались, плохо приваренная лестница угрожающе раскачивалась.

- Мы на месте. - телохранители Морозовского вышли из машины прямо у дома Антона.

- Ну что там? - донесся из трубки нетерпеливый баритон.

- Какой-то придурок лезет по пожарной лестнице на крышу. Может упасть. Внешне похож на нашего клиента, но отсюда трудно разобрать. - Роман внимательно наблюдал за рискованными альпинистскими похождениями Лернера.

- Это может быть он. Да, это точно он. - в голосе шефа чувствовалось волнение.

-Вперед. - небрежно бросил Дмитрий.

В погоне за котом Антон едва не сорвался вниз с крыши, когда мощные руки Романа и Дмитрия схватили Лернера за рукава рубашки. Они с силой потащили его назад и его голова постепенно показалась над листами железа. Тогда Роман достал другой рукой из кармана пиджака сложенный вчетверо лист бумаги, раскрыл его и поднес к лицу Антона:

- Читай...

Антон посмотрел на рисунок на бумаге и невольно дернулся, едва не выпав из цепких рук охранников Морозовского: буквы, скорее напоминавшие символы или китайские иероглифы, как будто ползли по странице сверху вниз, как ровные ряды жутковатых насекомых! Тем не менее Антон с трудом узнал рисунок, хотя символы не напоминали буквы какого - либо алфавита.

- Читай!

- Я... не понимаю!

- Попытайся.

Антон напрягся, пытаясь зафиксировать ползущие буквы, и на одно мгновение это ему удалось.

- Человек, познай себя... - прочитал он слова, готовясь "остановить" следующие, но этого оказалось достаточно.

- Вытаскиваем. - немедленно произнес второй охранник, блондин, похожий на Дольфа Лундгрена. Они втащили Антона назад на гладкую поверхность крыши и помогли встать на ноги.

- Пройдем назад в дом! - произнес холодным голосом Дмитрий.

Некоторое время все трое молчали, изучая друг друга. В глазах брюнета мелькнуло любопытство, и Антон улыбнулся в душе: редко кто угадывал в нем профессионала.

- Присаживайтесь, - кивнул на кресло в углу комнаты Антон. - вы из фирмы 'Азон', как я понимаю?

- Да, это так.

- И приехали по мою душу.

- Да, наш шеф, Владислав Юрьевич хочет с вами встретиться.

Антон равнодушно махнул рукой и после пережитого стресса как следует приложился к оставленной на столе бутылке портвейна, а Роман стал названивать шефу. На староватой, неброской с виду, но бронированной 'Тойоте' с тонированными стеклами Морозовский приехал к Антону минут за двадцать.

Спустя час они входили в здание 'Интеллект-банка', где Владислав Юрьевич не был ни президентом, ни даже служащим банка, но он имел свой кабинет на самом верхнем - двадцать втором этаже здания, откуда открывался чудесный вид на столицу.

Морозовского здесь уже ждали. Оставив внешнюю охрану - троих мускулистых парней с табельным оружием у дверей офиса, он прошел в сопровождении Антона и телохранителя Романа в кабинет.

Обставленный высококачественной итальянской мебелью, кабинет с деревянными панелями из ясеня на стенах, с новейшими видео и аудиокомплексами корейских фирм 'ЭлДжи' и 'Самсунг', поражал размерами, роскошью и функциональной гармонией. Его убранством, сверкающим стеклом, металлом, кожей, действительно, стоило восхищаться. Владислав Юрьевич, раскинувшись в кресле напротив, кивнул Антону на тележку-поднос из толстого стекла, где стояли бутылки и бокалы. Антон налил себе немного сухого вина - крепкого ничего не хотелось, - пригубил и сел у стены.

- Красота. Всегда любил этот город. - бросил взгляд вдаль Владислав Юрьевич. - Да оставили бы вы вашего кота в машине. Не мучайте животное.

- Сбежит опять.

- Не, ну мои парни присмотрят.

- Я им не доверяю.

- А вы знаете, что вы из-за этого кота могли получить очень престижную премию имени Чарльза Дарвина? - усмехнулся Морозовский.

- Какую премию? За что? - удивился Антон.

- За самую нелепую смерть.

- Нелепая смерть для кого-то трагедия. - сказал негромко Антон. - Это не смешно.

- А вы никогда не думали, почему люди часто смеются над смертью? - спросил Морозовский, изучая собеседника.

- Им страшно. Страх свой прячут. - буркнул Антон.

- От страха.. Да, может быть. От страха перед чем? - не отставал Морозовский.

- Перед неизвестностью. Вы же не такой циник, как все богачи.

- Мысли мои читаете? - наклонил голову Владислав Юрьевич.

- Не все. До сих пор не понимаю, что вам от меня нужно. - индифферентно произнес Антон.

- Я про вас навел справки в интернете. О вас писали 'Аргументы и Факты'. Вы знаете, а мне сначала показалось, что вы просто мошенник.

- Так и есть. - Антон допил вино, хрустнул орешками, налил себе еще.

- Нет, если бы были мошенником, вы бы сделали себе уже потрясающую карьеру.

- Вы сильно преувеличиваете мои способности. - ухмыльнулся Антон.

- Нет. Вы знаете, что за пиктограмму вы расшифровали?

- Без понятия.

- Это фрагмент так называемого Фестского диска. Ему четыре с половиной тысячи лет. До cих пор не прочитан. Считается одним из самых загадочных текстов на планете.

- Почему вы решили, что я прочитал его правильно?

- Совпало с вариантом перевода, который вы никак не могли знать. - Морозовский парой глотков опустошил свой бокал.

- Вы меня за деньги хотите показывать? - сухо резюмировал Антон.

- Нет. Я вас нанимаю на работу. Пять тысяч евро в неделю вас устроят?

Антон молчал.

- Десять тысяч в неделю. Я знаю, это пройдет, ты еще захочешь получить эти деньги. Ты человек настроения, сейчас настроение у тебя паршивое, ты хочешь найти свою девушку, я тебе ее найду за сутки. - перейдя на 'ты', давил Морозовский.

- Не надо. - бросил Антон.

- Почему? Я видел записку. - пожал плечами миллионер.

Расслабившись, Антон 'припал' к биополю Морозовского и увидел ярко светящееся нечто. Этакую звезду, из которой энергия так и хлестала во все стороны, и конца-края энергии не было. По ощущениям Антона, Морозовский черпал ее прямо из Матери-Земли, с которой состоял в каких-то непростых отношениях.

- Я сам бы мог ее найти.

- Так найди! - Морозовский нагнулся вперед, глаза его горели задорным молодым огнем. - Разлука это же как смерть. Нет ничего ужаснее не видеть тех, кого ты любишь.

- Я знаю.

- А ты знаешь, почему она ушла от тебя?

- Нет. - нехотя ответил Антон. - Для меня легче прочитать этот Фестский диск, чем понять ее психологию.

- Какой великим даром ты обладаешь. Ты не читаешь слова, а проникаешь сразу в суть сказанного. - поразился Владислав Юрьевич, успокаиваясь. - Так вот, у меня есть конкретное деловое предложение, но здесь мне все не объяснить.

- Вы такой же безумец как и я. - усмехнулся Антон. - Ладно, поехали к вам. Вы меня просто достали.

Морозовский принял Антона в уютном доме на окраине нового массива, в зеленой зоне Щелково. Дом был окружен лесом, а к нему примыкал участок с плодовыми деревьями и огородом размером около шести соток, который был тщательно ухожен и содержался в образцовом порядке, как и дом относительно недавней постройки, больше смахивающий на коттедж в скандинавском стиле. В доме было четыре комнаты и кухня, но Морозовский их не показал, проводив гостя в большую гостиную, от убранства которой Антон буквально обалдел.

Морозовский сам приготовил кофе, и несколько минут оба молча смаковали ароматный бразильский напиток, поглядывая друг на друга. Потом Антон отставил чашку.

- Кто вы? Я имею в виду, что обыкновенному человеку не нужны такие письмена, как это.

- Сейчас поясню. - Морозовский промокнул губы салфеткой, жестом отказался от второй чашки кофе. - Только прошу выслушать все внимательно и спокойно, без восклицаний, какой бы удивительной ни показалась вам моя речь. Я не сумасшедший, я просто много знаю. Дело в том, дорогой Антон... э-э... Александрович, что я как бы побывал в будущем и вернулся и теперь знаю практически все, что будет происходить. С вами, со мной, с миром вообще. За примерами долго ходить не будем, я представлю доказательства сразу после рассказа. А теперь слушайте. Вы случайно не читали кое-какую эзотерическую литературу? Что такое артефакты, знаете? Вот с этого и начнем...

И Антон услышал самую невероятную и захватывающую из историй, когда-либо прочитанных или услышанных им в жизни.

Рассказ Морозовского длился примерно час, во время которого Антон выпил, наверное, литр кофе.

Наконец он не выдержал:

- Где у вас ванная?

Антон закрыл за собой дверь и умывшись холодной водой, просто подставил голову под кран, не скрывая бушевавших чувств. Когда он вернулся, настал черед беседы.

- Не верю! - решительно заявил Антон после того, как Морозовский закончил повествование.

- Знакомься, великий пентакль Пара-Брахмы. - Морозовский достал медальон из сейфа.

- Что это значит?

- Он сделан из сплава, который невозможно получить в нынешних условиях на Земле. Найден в развалинах древних городов вблизи Дели. Он хранился в частной коллекции одного британского лорда, был выкран агентами 'Аненербе' во время второй мировой войны, затем исчез на много десятилетий, но вот, нашелся.

- Из чего он сделан?

- Такой сплав на Земле не встречается, его изучали эксперты, по их заключению, внутри половинок содержится какое-то вещество, но все попытки их вскрыть оказались безуспешными. Структура такая вообще невозможна по всем законам физики.

- Как вы его нашли?

- Приобрел недавно у хороших знакомых, - Морозовский ухмыльнулся. - не зря за ним в свое время охотились и гитлеровцы и наши.

- А зачем?

- А... это длинная история. Вся эта мистика Третьего Рейха. Сейчас это не так важно.

- А известно его предназначение?

- Мои друзья расшифровали один древний текст, связанный с пентаклем. Так вот, один раз в тысячу лет, - продолжал Владислав Юрьевич, - при определенном расположении звезд наступает время 'Ч', момент благоприятный для того чтобы сделать добро необратимым. - Он сделал жест рукой. - В этот момент можно вмешаться в диалектику взаимоотношений добра и зла. Изменить их взаимосвязь, столь порочно сложившуюся. - он протянул медальон Лернеру.

-В нем столько энергии. - заметил Антон, сжав пентакль в руке.

-Ты чувствуешь? Впрочем, не в этом суть. Силы зла считают, что этот талисман, этот великий пентакль и есть та последняя, седьмая печать, о которой говорится в Апокалипсисе. -Морозовский четко произносил фразы, глядя вдаль.

Антон внимательно смотрел на миллионера.

- Черные маги убеждены, - продолжал тот, - что талисман это детонатор вселенского коллапса, именуемого в просторечьи конец света. Белые маги имеют противоположное суждение. Мы считаем, что эта вещь есть корректор цивилизации, что тоже конечно условно. Откуда взялся этот корректор никто не знает, - продолжал Морозовский. - может быть он имеет внеземное происхождение, а может быть это наследие одной из прошлых земных цивилизаций, которая не сумела воспользоваться своим открытием и сама стерла себя с лица планеты.

Как правильно пользоваться пентаклем Пара-Брахмы, написано в Книге Судеб, еще одном артефакте, сведения о котором у меня имеются. Если в общих чертах, соединение двух половинок пентакля высвободит огромное количество пси-энергии, которая, воздействуя через астральные тела людей на их подсознание, создаст человеческому обществу глобальную установку на добро и созидание. С воздействием этим выбросом энергии на всемирное информационное поле Земли я и собираюсь скорректировать развитие нашей цивилизации. Хорошо, мы можем это называть массовым гипнозом - неважно. По имеющейся у меня информации, это возможно. Время 'Ч' наступит менее чем через месяц и я собираюсь попробовать.

- Глобальные у вас масштабы. - сказал Антон, допивая остатки кофе.

- Для реализации своих планов я ищу людей, владеющими экстраординарными возможностями тела и разума. Я иду своим путем, - вздохнул Морозовский. - к тому же мне помогли.

- Кто помог?

- А вот это еще одна история. Несколько лет назад я читал лекцию в МАИ о присмертном опыте и о людях, переживших такое состояние. Тогда я увидел Арвида. Непонятно откуда он появился на лекции, словно вырос из воздуха. Среднего роста сухощавый мужчина средних лет в очках и с темной шевелюрой. Во время дискуссии после лекции он поднял руку и поведал о своем опыте. Остальные была захвачены его занятной историей. Он рассказал, что покинул свое тело после того, как был 'убит' молнией, и отправился в царство духа, где все пропитано любовью, а знание так же доступно, как воздух. Слушая его, я внезапно понял, что это тот самый человек, который может мне помочь.

- О, простите. Я наверное, не должен был подходить. - Одет он был во всё черное, с обычной папкой в руке. На белой коже явственно синели вены. Он был худощав, чуть выше моего телохранителя, Романа. Длинные волосы волной лились на его плечи. Свободный художник - понял я. Лицо его было как глыба льда на солнце: менялось каждый миг, и в памяти оседало лишь искристое сверкание.

Зачем я остановил его? Мне нужно было поговорить, все равно с кем. А этот человек, возможно знал ответ или какую-то его часть.

- Вас так интересует предмет моей лекции? - я посмотрел ему в глаза: они казались тусклыми, подёрнутыми серым туманом, пустыми. Но это были тяжелые глаза. Глаза древнего моря. 'Глаза медиума!' - подумал я.

Впоследствии я договорился с ним о встрече и выслушал его историю. Присмертный опыт Арвида является и поныне одним из самых замечательных среди всех, которые мне известны. Он дважды видел свое мертвое тело - когда покинул его и когда вернулся назад, - а в промежутке побывал в параллельных мирах, населенном необычными и могущественными созданиями, которые позволили ему взглянуть на собственную жизнь в полном объеме и самому оценить свои успехи и неудачи. Потом он прикоснулся к энергетическому полю Земли, которое наполнило его знаниями.

Это были удивительные знания. Арвид утверждал, что в присутствии этих существ ему было позволено заглянуть в будущее.

Арвид рассказал мне, что именно он видел, и я счел это полной чушью, бредом человека, пострадавшего от удара молнии. Например, он заявлял, что наступит момент, когда времени уже не будет. Как я уже сказал, я счел эти предвидения полнейшей чепухой. Какое - то время я всего лишь кивал и записывал, что говорил мне Арвид. Долгое время мне казалось, что просто его мозг пострадал от несчастного случая. В конце концов, любой человек вел бы себя несколько странно после удара молнией.

Со времени нашей первой встречи в МАИ я стал его близким другом. За эти годы еще одно открытие поразило меня. Оказалось, Арвид умеет читать чужие мысли.

Он проделывал подобное со мной много раз - просто жал мне руку, смотря в глаза и говорил, что происходит в самых личных областях моей жизни. Самое поразительное то, что я был свидетелем того, как он читает мысли совершенно незнакомых людей, говорит им, что они получили сегодня по почте, кто звонил им по телефону или что они испытывают по отношению к своим мужьям, женам, детям и даже самим себе.

- Вы экстрасенс?

- Непрофессиональный. Я не зарабатываю этим на жизнь, я ученый.

- В какой области?

- Биохимия, медицина. История. Математика. Лингвистика. Наука будущего воспринимает мир как единое целое. Все наши души связаны воедино. Жизнь и смерть неразделимы, нужно только знать вход и выход.

- Абсолютный разум...

- Да-да. но вы читали теоретиков, а я практик.

- Экстрасенсы все практики.

- Как высокомерно называют они себя - 'экстрасенсы'. А ведь на самом деле они - недоучки.

Арвид усмехнулся.

- Любимое их занятие - зарабатывание денег. Когда такой человек перебирает свои желтяки, он даже свой страх забывает.

- А чего ж ему бояться?

- А того, чего боится любой недоучка. В любой час, минуту, миг может появиться маг, который знает в азбуке жизни на три буквы больше, и полный человек, повинуясь жесту, или звуку, или взгляду, сделает то, что этому магу нужно. А магу не нужны деньги, магу нужна власть. Власть и повиновение. От поклонения и славы он тоже не откажется.

- А как же закон?

- Это и есть закон нашего мира.

- Мне кажется, этот мир прекрасен!

- Да, этот мир прекрасен, пока не сталкиваешься с этими безмозглыми тварями, называющими себя 'венцом творенья'. Как точно об этих 'венцах' было сказано - 'ленивы и нелюбопытны'. И что самое страшное, они и думать не хотят, что заперты в своем маленьком мирке, словно крысы в клетке. Ведь существуют другие миры, невообразимо более прекрасные и богатые. А самым прекрасным был первозданный хаос.

- А откуда это известно? - поинтересовался я.

- Да всем это известно. Все знают эту легенду. Когда-то давно наш мир был большим и сильным. В нем было много морей, много рек, озер, лесов, городов. Только однажды, не знаю, за какую уж провинность, могучие маги отгородили нас от этого мира горами, морем и пустынями. А ведь мы умели ходить морем! Но скалы и мели погубили наши корабли. А здесь люди, и маги, все смирились с крошечностью своего мира и не хотят другого. Но это можно изменить! - Арвид грохнул кулаком по столу. - Наступит время 'Ч', когда будет открыт проход! Я трижды уходил в мир первозданного хаоса и трижды мне приходилось возвращаться, но я уже узнал заклинания, как вернуться оттуда. Я все равно пройду весь путь! Потому что я - исследователь.

Это были отнюдь не неопределенные заявления. Напротив, он был в высшей степени конкретен. При близком контакте с людьми он мог назвать подробности личной жизни каждого из них! Его описания были настолько точны и детальны, что многие слушали, раскрыв рты, а некоторые не могли удержаться от слез. Должен заметить, что он никогда раньше не разговаривал ни с кем из этих людей. Все они были ему абсолютно незнакомы.

Я столько раз видел, как Арвид 'читает мысли' посторонних людей, что это стало для меня почти обыденным явлением.

- Вы кто, дьявол?

- Я только учусь. Предлагаю вам вполне серьезно посетить будущее. Я докажу вам, что это реально.

- И что, доказал? - не веря услышанной истории, спросил Антон.

- Он это сделал и очевидно мог сделать больше. Это был тот, кто мне нужен! Поиски Великих Артефактов продолжают как белые, так и черные маги, - продолжал Морозовский. - с помощью этих ключей можно будет повлиять на ход развития цивилизации. К сожалению, нынешняя цивилизация - такая же тупиковая, как и тысячи до нее, потому что общая направленность человеческого мышления ведет не к истине, а от нее! Гомо бонис - человек добрый - миф, как и гомо сапиенс.

Три года я финансировал его исследования. Доставал редкие материалы, книги, рукописи, артефакты. Они обещали, что научатся переходить туда и обратно. Сотрут границу времени и пространства, жизни и смерти. Они продвинулись так далеко, что возможно остался один шаг. Я с помощью Арвида стал способен защититься от физического и психологического воздействия в более сложной реальности мира. Изучив труды древних мудрецов и современных философов я пришел к выводу, что человек утратил подлинное видение Вселенной и владение ее законами не окончательно.

- А эти помощники... их сколько?

- Двое. Они носят магические имена. Арвида зовут Фауст, другого - Янус. Я не знаю, кто из них главный.

- Мы ждем кого -то из них?

- Нет.

- Все это потрясающе интересно, но... - Антон посмотрел на часы. - уже одиннадцать, и я совсем не могу понять, зачем вам нужна моя скромная персона. На вас работают такие монстры - Фауст, Янус.

- Вот это и страшно.

- Угу... за столько лет ничего страшного не произошло.

- Всему свое время. - Морозовский подошел к столику у зеркала и выпил какую -то таблетку. - Я пока вам не предлагаю.

- Вы меня простите, Владислав Юрьевич, я послушаю в другой раз. Вдруг Надя правда вернется. Я думаю, без меня здесь ничего интересного...

Ложка в чашке сдвинулась.

- Не произойдет. - закончил Антон.

- Зря надеешься. - ухмыльнулся Владислав Юрьевич.

- Это вы сделали? - насторожился Антон, вслушиваясь во все нарастающий странный звук.

- Если бы. Ну теперь держись. - помрачнел Морозовский.

- Что это?

- Началось. Я когда первый раз отсоединил части пентакля, видимо выпустил наружу демона, охранявшего его. Теперь как видишь, две недели толком не могу уснуть. Регулярно ко мне является, будь он неладен. Где бы я не останавливался, не дает мне покоя.

- A я в таком случае вам зачем?

- Мне нужна твоя помощь. Мне нужен переводчик при контакте с ним. Иначе я его никогда не пойму.

- Я не переводчик. Если вы хотите, чтобы я читал его мысли, я этим тоже не занимаюсь.

- А мы с тобой договоримся. Захочешь - будешь переводить, не захочешь - не будешь. Но от нас он так просто не отстанет.

- Что это? - взметнувшаяся книга ударила Антона по голове.

- Хэмингуэй. Забыл убрать. Бутылку возьми. Посмотри, какой вихрь!

- Сейчас поймаю... - произнес Антон и тут же осекся, стеклянная бутылка больно ударила его по затылку.

- Я же предупреждал, будь начеку! - Морозовский сноровисто оттащил Лернера за рукав в угол комнаты.

Звук превратился в какое-то настойчивое бормотание на языке, который Антон не мог узнать. Это был какой-то удивительно навязчивый ритм, бесконечно повторяющиеся, режущий слух звук; от этого он неожиданно почувствовал приступ тошноты. В комнате становилось все теснее и теснее, и было уже невозможно вдохнуть воздух, который не был бы пропитан смрадом демона. Антон вытер внутренней стороной рукава со лба пыль, пытаясь сохранять напряженными мышцы желудка, чтобы не вырвало.

Сначала не было ничего, кроме этого непрерывного, монотонного бормотания. Но затем у Антона появилось странное чувство, что-то вроде звенящей металлической пустоты. Он осознавал, что температура опускалась все ниже, ниже и ниже; ему казалось, что дальняя стена комнаты исчезла, и там не было ничего, кроме леденящей пустоты.

Теперь казалось, что стены комнаты испарились и сквозь них дул холодный астральный ветер. Казалось, что Владислав Юрьевич и Антон парили в пространстве без времени и воздуха, и Лернер не мог сообразить, где находился верх и где низ или как далеко или близко располагался к нему тот или иной предмет.

Дух, однако, пока не появлялся. Снова и снова он бубнил свое заклинание грубым голосом, похожим на жужжание насекомых; Антон чувствовал, что демон был все ближе. Приближалось что-то неведомое, вызываемое этой странной песней, которую не слышали на земле с незапамятных времен. Антону показалось, что он слышал крик Морозовского, но этот звук был подавлен гулом, вызываемым демоном и бесконечной пустотой, окружавшей их.

Наконец появилось неясное существо, выглядевшее как гигантская обезображенная раздувшаяся кобра. Его появление из воздуха сопровождалось резким звуком, тысячедецибельным свистом, и сам воздух был искажен, подобно тому, как искажает его тепло, поднимающееся с дороги. Несколько бесконечных минут демон из пентакля стоял и крутил головой, с высокомерной злобой озирая Антона и Владислава Юрьевича.

- Мне надо понять, что он от меня хочет. - прошептал Морозовский.

'Подойди поближе', - прошелестел бестелесный хрупкий голос.

Никак не ожидавший подобной встречи Антон безропотно шагнул вперед. Опомнившись, сбросил с себя гипнотическое оцепенение.

- Кто вы?

Существо проигнорировало вопрос. 'Я знаю, что ты ищешь. Но этого здесь давно нет'.

- Я знаю, что ты ищешь. Но этого здесь давно нет, -процитировал полтергейста Антон.

Владислав Юрьевич опешил.

- Вы не можете знать, ради чего я...

'Ты ошибаешься. Хочу предостеречь тебя, незавершенный. С недавних пор ты научился преодолевать порог выхода в астрал и ментал и создавать устойчивый канал передачи запрещенной информации. Эти походы уже заставили нас предпринять защитные меры. Однажды Закон равновесия уже был тобой нарушен...' - продолжал хрупкий голос.

- Кто вы? Я не заказывал встреч с полтергейстом. - Морозовский пытался лучше разглядеть демона.

'Догадайся сам. Мы не можем позволить пройти на следующий уровень.'.

Раздался тяжелый грохот, а свист стих до негромкого завывания. Стены комнаты начали снова материализовываться. Демон исчез.

***

- Еще Гермес пытался донести потомкам тайну артефактов, но в закодированном виде. Позже египетские жрецы, владевшие фрагментами учения Гермеса, для сокрытия его от всех непосвященных создали систему троякого изложения мысли. Любое слово имело обычный смысл, образный - символический и священный, трансцендентный. Их тексты мог прочитать лишь тот, кто владел ключом - системой связи смыслов в одно целое. На Земле таким ключом мог пользоваться только один человек... - тихо рассказывал Морозовский, сидя на кровати. В одной руке у него был наполненный фужер с коньяком, в другой - платок, которым он вытирал мокрый от пота лоб.

- Христос? - Антон не спеша приводил гостиную в порядок.

- И он тоже, но до него - Моисей. Про цивилизацию Атлантов я ничего не знаю. Кстати, учение Моисея также изложено в трех уровнях понимания, а третий уровень еще и закодирован. Арвид, по его словам, пытается много лет уже решить эту проблему.

- Трогать этот каркас не рекомендуется. Так мне дал понять полтергейст.

- Если я захочу воспользоваться Знаниями, моих сил не хватит. Нужен экстрасенс, читающий их язык - как ты.

- Я его слышал.

- Что?

- Я слышал его. Он назвал свое имя. Тот, кто подает голос.

- Ну что же, будем знакомы. Хотя я уже слышал это имя. - улыбнулся, как-будто вспомнив что-то знакомое, Морозовский.

На следущее утро они завтракали в комнате с выходом на веранду, из которой виднелся прекрасно ухоженный сад, навевавший покой. Лишь высокий сетчатый забор и установленные видеокамеры несколько диссонировали с природой, подчеркивая значимость владельца дачи.

После завтрака и неспешного обсуждения событий прошедшей ночи Владислав Юрьевич блаженно растянулся в кресле-качалке. Он чувствовал себя в прекрасной боевой форме.

- Ты же меня не бросишь, Антон? - он с надеждой посмотрел на Лернера.

- Вам стоит обратиться к вашим специалистам. - задумчиво бросил Антон.

- Я им не доверяю. Мастера найдутся, а надежных пока нет. Я не доверяю этим двоим, Фаусту и Янусу. А известные мне маги на западе пока не дотягивают до супервысоких кондиций. - Морозовский глянул на него сквозь сентябрьское солнце, как ленивый кот, но впечатление это было обманчивое: в лености Владислава Юрьевича никак нельзя было упрекнуть.

- Три года доверяли? - Антон поднялся с кресла и стал собираться.

- Три года не было ничего похожего на то, что произошло сегодня ночью. Кстати, что это был за язык, на котором вы общались? - с интересом спросил Морозовский.

- Похож на халафский, довольно древняя форма.

- Я должен знать, что хочет демон, я должен узнать! - Морозовский встал из-за стола и азартно прошелся по комнате.

- Почему вы мне доверяете? Мы пол-суток знакомы. - Антон напялил потрепанную кепку.

- Эти пол-суток стоят многого! Это отнюдь не случайно. В нашем математическом мире нет места случайностям. Кто снял тебя с крыши? Получается, ты тоже меня искал! Люди отдают миллионы, чтобы залезть в чужие мозги, чужие письма. Тебе этот дар дан природой, но ты ни разу не заработал на нем ни копейки. Никогда никого не предал, не обманул, не использовал свою силу во вред ближнему. Антон! - Миллионер поспешил вслед за экстрасенсом, уже шедшему к воротам.

- Вы даете понять, что я неудачник? - обернулся Лернер.

- Ты дурень, Антон. - улыбнулся Владислав Юрьевич. - Из-за этого ты мне и нравишься.

- Вы меня не случайно нашли и я не случайно вам отказываю. - сдержанно ответил Антон, открывая заднюю дверь 'Форда', за рулем которого сидел невозмутимый Роман.

- Ты чего-то боишься?

- Да. Но я подумаю. - Антон захлопнул дверцу.

- Отвезите его домой, - обуреваемый гаммой чувств, махнул рукой помощнику Морозовский.

Из-за своего относительно молодого возраста Антон мало в чем был до конца уверен. Тем более в такой сложной для экстрасенса операции как общение с демоном из древних времен. Точнее, до конца он не сомневался только в одном: каждый живой человек во что-то верит. В бога, в дьявола, в научно-технический прогресс, в светлое будущее, в то, что все будет хорошо, в то, что ничего хорошего не будет, в то, что ему не изменяет жена, или ее муж - отпетый бабник... Человек верит!

Не пытайтесь его разуверить! Если вам это не удастся, он будет над вами смеяться. Если удастся, то вы наживете себе врага. Встреча с Морозовским лишний раз укрепила это мнение в Антоне.

Он не знал, сколько было времени, когда он добрался до своей кровати, но спать ему, похоже, пришлось не слишком долго. Он вынырнул из сна, почувствовав, как по нему прошлись нежные ладони, а затем раздался милый и такой родной голосок Надежды:

- Антоша, ты так сильно натоптал по всей квартире. Кинул куртку на пол, Гомеру воды не налил.

- Привет, Надя. - Антон проснулся. - Прости, мы только что пришли. - схитрил он.

- Понятно. Два кота отправились гулять сами по себе. - она погладила его по голове.

- По крышам. - подхватил он.

- С кем ты снова дрался?

- С одним наглым демоном. - Антон отреагировал на тон подруги адекватно, несмотря на смятение чувств. Всё-таки события прошедшего дня и поступившее предложение работы от Владислава Юрьевича дали ему новые надежды.

- Я тоже сражалась с демоном. Он меня победил. И растоптал. - Надя выглядела странно потухшей.

- Что?

- Антон, только не надо читать мои мысли. Они всегда такие глупые.

- Как обычно.

-Послушай, я говорила с врачом, там ничего нельзя сделать. Начались осложнения, воспаление кости, в общем моя нога умирает.

- Что ты говоришь? Немедленно прекрати это! Сейчас это лечат. - потрясенно шептал Антон.

- Слишком поздно, врачи определили, в лучшем случае я останусь хромой. Ты будешь возиться с хромой женой?

- Если это будешь ты, то да.

- А я нет. Нет, я так не хочу.

- Ну что ты, ты просто сейчас такая.

- Не ври.

- Да я не вру. - настаивал Лернер.

- Не ври мне, я не такая. Я сейчас почти не могу ходить. Представь себе, я приехала на Белорусский вокзал, стою и шага сделать не могу.

- Как же ты вернулась?

- Он меня привез. - она кивнула на Рината, стоявшего в прихожей и чистившего щеткой свой забрызганный грязью плащ.

- Ринат!

- Я уж полчаса стою и жду, пока вы тут обрыдаетесь. - Темиров вошел к ним в комнату, посмеиваясь, остановился у окна, подышал на стекло и нарисовал на нем рожицу.

- Ладно тебе, не издевайся. - улыбнулся Антон.

- Будь великодушен. - Надежда протянула к Темирову руки.

- Я уже почти ангел. - усмехнулся Ринат. - Всю ночь искал сначала тебя, затем ее. Пока она сама не позвонила.

- Погоди, как ты узнал? - недоумевал Антон. - Откуда?

- Ну я же ангел, это у вас все демоны, духи. А что просто существуют друзья, не предполагал?

- Я твой должник. - Антон обнял Надежду.

- Вечный. Сидел вчера один, злился на себя за эту глупую идею с банком, - начал Ринат, раскачиваясь на стуле. - да уж.

- С банком? - насторожилась Надежда.

- Слушал любимого Мика Джаггера, и внезапно так за душу схватило, решил поехать к вам. У вас все нараспашку, на полу валяется роковая записка, у меня же личной жизни нет, вот и занимаюсь вашей. Пришлось ехать, искать. И вообще, Антоныч, женщин надо искать. Как бывший химик - любитель говорю.

- А я в это время искал кота.

- Ну и правильно поступил. Это священное животное. -Надежда ласково взяла кота на руки.

- Между прочим, геном домашней кошки ближе всего к геному человека. - заметил Ринат.

- Это я знаю, я все про кошек знаю. - заметила Надежда.

Антон и Ринат переглянулись и направились в коридор.

- Вы куда? - встрепенулась Надежда, сбросив Гомера на пол.

- Сейчас - сейчас. - Антон поцеловал подругу и проследовал за Темировым.

- Я знаком с одним гением, - зашептал Ринат, закрыв плотно дверь. - в институте ортопедии и травматологии. Завтра же ее покажем. Только, конечно, нужны средства. - он сделал характерный жест рукой.

- О'кей, деньги будут. - задумчиво пробормотал Лернер.

- Ты что, банк ограбишь?

- Нет, всего-то надо одного полтергейста укротить.

- Ты что, Антоныч, только не это. - замотал головой Ринат.

- Я для Нади и это и все что угодно... - убежденно прошептал Антон.

- Ну что вы все шепчетесь, - раздался голос Надежды. - это просто неприлично. Так что, друзья, если вы ищете каких-то дорогих суперврачей, то это бесполезно. Мне сказали определенно, - она продолжала механически поглаживать кота. - ничего уже не поможет.

- Надя, - успокаивающе начал Антон, - мы говорили совсем о другом.

- Антон, а действительно люди произошли от кошек? -скороговоркой поддержал тему Темиров.

- Это не так. Кошки намного более совершенные создания. -вздохнула Надежда. - это реальность.

- Стало быть, получается, мы у них в услужении. - улыбнулся Ринат.

- Зато они охраняют дом от разных злых духов.

- А зачем тогда Антоныч? Oн ведь у нас охотник на барабашек! - пихнул друга в бок Темиров.

- Hе знаю, как получается у Антона, но если в дом с полтергейстом привести кошку, полтергейст исчезает. - отметила Надежда.

- Правда?

- Это давно установленный научный факт. Животные видят то, чего не видит человек. - в этот момент Надежда как - будто читала лекцию.

- Впервые слышу. Слушай, Антоныч, а ты умеешь читать кошачьи мысли? У вас был бы неплохой дуэт. - не отставал Ринат.

- Отстань ты! -Антон присел на диван рядом с подругой. - Больно? - участливо спросил он.

- Нет. Ничего страшного. - она приложилась ладонью к его щеке.

Антон на глазах у друга расцеловал Надю, укрыл ей ноги пледом и вышел на кухню. Постоял в задумчивости у окна, склонив голову набок, и наконец решительно достал из кармана телефон.

- Антон, голубчик, не перечисляй условий. Я их все принимаю списком. В одиннадцать за тобой заедут. Я готов к борьбе. Представь, я кажется смог наконец-то нормально поспать. Спасибо тебе огромное. - Морозовский, было видно, был очень рад звонку Антона.

- Тот самый очень богатый и очень хороший? - приблизившись, тихо спросил Ринат.

- Угадал, очень богатый и очень хороший человек.

- Либо ты ошибаешься, либо этот хороший человек очень несчастен. - продумав с полминуты, заключил Темиров.

- Ты как юрист говоришь?

- Если вспомнить библию, хорошему человеку деньги счастья не принесут.

- Слава богу, нам это точно не грозит. - Антон глотнул заварки из чайника.

-Увы.

Морозовский в сопровождении верного телохранителя Романа шел из отеля к машине. Он был очень доволен, что нашел такого помощника в своем деле. Он не привык предаваться унынию и хандрить. Характер его требовал действия. Но решить проблему с пентаклем сразу не представлялось возможным, поэтому Владислав Юрьевич с радостью был готов предоставить Антону любые условия для работы. Но тем временем телефон в его кармане заверещал веселую мелодию еще раз.

- Владислав Юрьевич, это Арвид. - раздался тот же беспокойный голос.

- Да мне пока нечего вам сказать, Арвид. - буркнул Морозовский, желая побыстрее отделаться от навязчивого компаньона.

- Тогда скажу я. Похоже, вы решили разорвать наш договор. - в голосе собеседника слышалось явное раздражение.

- Я этого не говорил.

- Не в этом дело. Я хочу предупредить вас об очень серьезных проблемах, которые вы себе можете создать. То что оказалось в ваших руках, чрезвычайно опасно. Может произойти непоправимое. Отдайте вещицу нам, Владислав Юрьевич, пока не поздно. Если что-то случится, даже мы не сможем вам помочь.

- Спасибо, я все приму к сведению.

- Мы можем встретиться сегодня вечером? - настойчивость Арвида насторожила Морозовского.

- Нет, не стоит, завтра я проясню ситуацию.

- Хорошо, тогда до завтра.

- До моего звонка. - Морозовский сел в машину, неожиданно для себя самого резко хлопнув дверцей.

Когда майор Мальцев вошел в кабинет, полковник с совершенно разбитым видом сидел в кресле, уставившись в окно, где за чисто отмытыми стеклами тускло серело сентябрьское небо.

Мальцев сел без предисловий - полковник не любил формализм с подчиненными, а тем более с ним, ощущая, как по ногам дует холодный ветер, и внезапно подумал, что Виктор Петрович знает слишком много о происшедшем в гостинице.

- Вот об этом человеке я собирался с вами поговорить. -Алексей ткнул в черно - белую фотографию, сделанную, по - видимому, не так давно.

- А давай лучше поговорим вот об этом человеке. - полковник Кочиев повернулся в кресле и аккуратно положил наверх фотографию с изображением самого Мальцева с бессмысленным взглядом и высунутым языком.

- Да нет же, товарищ полковник, - Алексей перекрыл эту фотографию новой, цветной, где Арвид стоял рядом с Морозовским. - дело именно в нем. Ну смотрите же.

- Мне кажется, дело все таки вот в этом, а не в том. - полковник ткнул пальцем в фотографию, где ошалевшего, глядящего в одну точку Алексея ведут в машину двое дюжих санитаров. - Ты посмотри внимательно. Наши сотрудники запечатлели. У них не было слов, чтобы описать твое состояние. Так что, - полковник налил воды из графина в стакан. - это лучшая иллюстрация к твоему рапорту. Так читаешь рапорт один раз, другой - непонятно. Смотришь кто рапорт написал - все становится ясным. - он протянул полный стакан немного степлившейся воды Алексею.

- Ну да, все так, конечно. - вздохнул Мальцев, сразу почувствовав властную силу полковника.

- Как ты себя чувствуешь? - неожиданно бросил Кочиев.

- Hичего так. Транквилизаторы велели попить.

- Какие у тебя? - оживился Виктор Петрович.

- Вот. - Морщась и виновато улыбаясь, Алексей достал лекарство.

- О-о, - полковник сравнил оба пузырька. - а у меня другие. Ну и как, помогает?

- Надеюсь. - засмеялся Алексей, стараясь говорить бодрым тоном.

- А что там было в действительности, знаешь? - уставился на него полковник.

- Я все написал, как было.

- Как летала мебель и посуда. Ты хоть понимаешь, что стал жертвой гипноза?

- Синяки тоже гипнозом поставили? - отпарировал Алексей.

- Двадцать лет назад известный психотерапевт Анатолий Кашпировский провел сенсационный телемост 'Киев - Тбилиси' - когда дистанционно обезболил сразу двух тяжело больных пациенток, от которых его отделяли две тысячи километров. Обе дамы были успешно прооперированы без наркоза: первая провела под скальпелем минут пятьдесят, а вторая - аж три часа. Вот что с человеком делает гипноз. - важно ответил полковник, стремясь показать свои знания.

- По вашему, я сумасшедший?

- Тебя сейчас откуда доставили? - Виктор Петрович насмешливо глянул на майора.

- Из Кащенко. Но товарищ полковник, а раньше Морозовский сам себя гипнотизировал?

- Ты в курсе, кто такой Морозовский?

- Популярный меценат, инвестор, благотворитель.

- Именно так. И если ему нравится себя колотить по морде - пожалуйста. В этом мы ему не будем воспрещать. В этом плане у нас как раз очень свободная страна.

- А что мне было делать?

- Тебе было приказано наблюдать, а ты что учинил? Вербовать известного бизнесмена, которого мэр назвал своим другом?

- Непредвиденная ситуация, надо было срочно принимать решение. - несколько подрастерялся Мальцев.

- Ты что? Без моей санкции? - было видно, что полковник поражен самодеятельностью Алексея.

- Пять утра, вы были недоступны.

- Скажи спасибо, что Морозовский не стал шум поднимать. Раскусил тебя словно двоечника. Да еще документы твои видел.

- А не подозрительно, что он шум решил не поднимать?

- Подозрительно.

- А вы знаете, как погиб его секретарь? В перестрелке в Южном Порту! - перешел в контратаку Алексей. - И что за секретарь! Бывший краповый берет!

- Весьма подозрительно! - выжидательно поглядел на своего подчиненного Кочиев.

- А вот это что такое? - Мальцев снова вытащил из вороха фотографий ту самую, с Морозовским. На фотографии с камеры видеонаблюдения, сделанной на подземной автостоянке, был ясно виден сам бизнесмен, но фигура человека, идущего чуть сзади, была совершенно размыта, как будто двигалось человекообразное облако.

- Это еще кто? - всмотрелся в фотографию Кочиев.

- Не удалось вычислить фигуранта. От слежки он ушел совершенно непонятным образом.

- Ну это просто брак! Нашел что показывать! - отмахнулся полковник.

- А это, по-вашему, тоже брак? - Алексей вытащил из кармана пиджака новое фото. На нем чуть поодаль от Морозовского стоял высокий мужчина. Лицо его было также странным образом засвечено.

- Само собой, брак. Это все технические моменты. Посоветуйся с нашими экспертами. - полковник отодвинул снимки.

- Но это не подозрительно?

- Да, подозрительно.

- А работа Морозовского в закрытом НИИ под Зеленоградом в середине восьмидесятых? Там ставились опыты по внедрению в чужое сознание и программированию психики. Затем он выныривает в девяностых миллионером но продолжает интересоваться возможностями воздействия на сознание и подсознание людей!

- Значит, слушай: на все наплевать и растереть. - подытожил Виктор Петрович.

- Наплевать? А чем же мы тут с вами занимаемся?

- Наш отдел интересует связь тоталитарных сект с международным терроризмом и иностранными спецслужбами. Клиенты наши это 'Аум Сенрике', папаша Мун, а разного рода сатанисты, толкиенисты - это все к МВД.

- Вы хотите сказать, что тайные эзотерические знания не касаются государственной безопасности?

- Нас и так сократили на треть. Бюджет урезали, сам знаешь. Шпионы толпами по Москве ходят. А ты собираешься Шамбалу искать?

- Товарищ полковник, вы же лукавите. Вон у вас повсюду картины Николая Рериха. Не просто же для красоты. А портреты Жюля Верна, Александра Дюма, Леонардо, наконец. А как же великие чекисты? Бокий, Барченко?

- Точнее, великие романтики. - поправил Алексея полковник.

- Все состояли в тайных оккультных орденах. Все!

- Ну а я и не спорю. Брахмапутра... Люблю эту картину. Так успокаивает, никаких лекарств не надо. - Кочиев восхищенно смотрел на картину. - А портреты эти держу для антуража. Начальство станет проверять - а я им про Леонардо да Винчи с Гете. И получается, что мы с тобой при деле. - глубокомысленно произнес полковник.

- А как насчет экспедиции Рериха в тысяча девятьсот двадцать пятом году? ГПУ разве не участвовало в этом? Не Шамбалу ли искали? - Кочиев в ответ улыбнулся. - Духовный центр планеты?

- Алеша, перестань наконец читать желтую прессу. И передачами по ящику на исторические темы не увлекайся. Они для рейтинга маму не пожалеют.

- Про Шамбалу тоже выдумки?

- Как сказать... Николай Константинович был неординарный художник. Пока он искал в Гималаях Шамбалу, ребята из ГПУ собирали разведданные на территории сопредельных государств. Материалисты они были, Алеша, в первую очередь. К войне они готовились.

- Ну а что после войны?

- Ничего такого особенного. Ну Джуна, Кашпировский там, Чумак. А там и Союз развалился.

- А Нинель Кулагина? Вольф Мессинг; его способности к телепатии это тоже вранье? - не отставал Алексей.

- С Мессингом не вранье. Но это не значит, что надо все принимать всерьез. Время было такое, боролись две системы, две империи. Я вообще считаю, что все эти утечки информации, опровержения и разоблачения являются скорее всего делом рук самого КГБ, стремившегося создать видимость активных работ по разработке психотронного оружия, дезинформировать Запад и направить его тем самым по неверному пути. Пусть деньги тратят на бесплодные исследования. Некоторые были уверены, что 'Самиздат" посыпали радиационной пыльцой, чтобы выяснить круг читающих. Ты что, этим предлагаешь заняться?

- Все равно, ну не были же они идиотами. Я же читал, что на исследования, которые проводил институт 'Аненербе', Третий Рейх потратил столько же, сколько американцы на атомную бомбу.

- Потому что дураки! А войну все равно проиграли. Наши деревенские Иваны без всякой чертовщины сломали хребет всему Третьему Рейху. - беззаботно махнул рукой полковник.

- Я не верю. Товарищ полковник, если информация засекречена, просто скажите.

- А вот не скажу. Архивы министерства госбезопасности изучай сколько хочешь. Иди в государственный военный архив. Допуск я тебе оформлю в два счета.

- А они еще не изучались? - удивился Алексей.

- Да кому это нужно? Да не принимай ты это так болезненно, - успокаивающе произнес Виктор Петрович. - лучше прими лекарства. Хочешь свое, хочешь - мое.

- Тогда я не понимаю, зачем существует наш отдел - контроль за деятельностью тайных оккультных обществ. Зачем?

- Хочешь, расскажу, как возникло наше направление? - Кочиев задумчиво повертел в пальцах брелок в виде олимпийского мишки.

- Наверное возникла необходимость и...

- Однажды дочка бывшего президента посмотрела американский сериал. 'Папа, а почему у нас ничего подобного нет?' 'Как нет? У америкосов есть и у нас будет'. А как ты сюда попал, в курсе? Мама твоя похлопотала, тебя переростка устроить. В память твоего дяди, заместителя товарища Подгорного.

- Ну сколько можно мне глаза колоть. - нахмурился Мальцев.

- Да перестань, Алеша. Я искренне восхищался Вадимом Яковлевичем, царство ему небесное. Вот кто умел решения в кратчайшие сроки находить. Дипломат был от бога, и империя была - не чета нынешней.

- Вы меня прямо в порошок стерли. - криво улыбаясь, проговорил майор.

- Да уж тебя попробуй стереть. Вон зубами скрипишь, думаешь про себя - пусть старый хрен тут языком чешет, а я буду продолжать.

- Товарищ полковник, вы же столько лет меня знаете. - скромно потупился Алексей.

- Ага! Думаешь, думаешь, по глазам вижу. А старый хрен, кстати, тебя от увольнения спас.

- Спасибо. Что мне теперь с Морозовским делать?

- Дожимать до конца. Если человек не жалуется, шум не поднимает, значит что - то там не чисто. - тем же будничным тоном произнес полковник.

- Вы же говорили, что вы материалист. Вы же сами не верите. - хитро посмотрел на начальника Алексей.

- Я в родину верю, Алеша, понимаешь?

- Понимаю.

- Родине надо помочь, избавить от забот и в первую очередь от нас с тобой.

- То есть?

- Самим о себе позаботиться. Теперь ответь мне искренне, как родному человеку. Правду я все равно узнаю. Скажи, ученик: Морозовский предлагал тебе деньги?

- Нет.

- Верю. Все потому, что мы с тобой пока плохо работаем.

- Он же меня расколол, - удивился Мальцев. - как же теперь быть дальше?

- Поверь моему опыту, это ничего, что он сделал из тебя лоха, как сейчас говорят. Ты и подойди к нему как лох, с распахнутым сердцем.

- Он мне не поверит.

- А я тебе покажу. Ты опирайся на настоящие чувства: на любовь, на страх, на восхищение. Это высшее мастерство. Пробуй, тебе еще самому понравится. - убеждающе напутствовал майора Кочиев.

Они раскланялись, не подавая друг другу руки, и Мальцев вышел из кабинета.

- Так... ну кто тут у нас. - полковник задумчиво положил перед собой две фотографии, где были изображены люди с засвеченными лицами. Затем, вдоволь насмотревшись на них, убрал фотографии в стол. Постояв в глубоких раздумьях несколько минут у окна с видом на Лубянскую площадь, он сел за компьютер.

***

Был уже вечер, когда Антон вошел в просторный, но скромно обставленный гостиничный номер своего нового работодателя. Морозовский усадил Лернера в кресло против себя и сразу приступил к делу.

- Я очень рад, что ты решил мне помочь, - начал он, расхаживая по комнате, - вместе мы сможем горы свернуть. Я тебя отблагодарю по-царски.

В его голосе зазвучали мягкие, почти отеческие нотки.

Антон окинул взглядом стол с высоким кофейником и графином с плещущимся на дне коньяком.

- Еще одно, последнее условие. Скорее, не условие, а просьба. - задумчиво протянул он.

- Не стесняйся. - Владислав Юрьевич раскрыл записную книжку. - я со своей стороны гарантирую тебе всестороннюю поддержку.

- У меня друг аспирант, талантливый химик. А занимается всякой ерундой, мелкий клерк в юридической фирме, зарплата вы знаете... - Антон запнулся.

- Понятно, можешь не говорить. чем он занимается?

- Экологией морей. Регулярно за границу на симпозиумы приглашают.

- Экология это хорошо. - Морозовский чиркнул несколько слов. - Пусть завтра позвонит мне между десятью и одиннадцатью. Ты знаешь, я спонсирую кое-какие научные проекты здесь.

- Зачем вам это?

- Для души. Знаешь, она все-таки у меня есть. Я вырос у моря, в Мурманске. К тому же я к науке имел непосредственное отношение. Ты плохо выглядишь - не спал? - Морозовский заметил у Антона покрасневшие глаза и синеву под ними.

- Нет. - честно признался Антон.

- А я отключился на целых шесть часов. Между прочим, впервые за эти дни.

- Я подготовился. Перелопатил гору литературы, из интернета не вылезал.

- Молодец. - Морозовский налил себе полный фужер коньяка.

- Владислав Юрьевич, у меня еще одно, самое главное условие. Задам вам один вопрос и от вашего искреннего ответа будет зависеть, останусь я с вами или уйду.

- Что ж, спрашивай.

- Заодно вы узнаете, почему отклонил ваше предложение сегодня утром.

- Давай без предисловий. Если демон начнет прямо сейчас, ты ничего не успеешь. - Владислав Юрьевич стоял с фужером в руке, как будто изучая напиток на свет.

- Хорошо. Сегодня утром мне впервые удалось прочесть ваши мысли.

С треском разбилась одна из лампочек на люстре. Захлопнулась с шумом антресоль на шкафу.

- Началось. Ты опоздал. - мощный белый свет прорезал всю комнату ослепляющим сиянием и так же внезапно исчез.

- Он на полчаса раньше. - удивился Антон.

- Выпить не успели. - Морозовский с досадой поставил фужер на стол.

Раздался тяжелый грохот, а начавшийся свист был похож на негромкое завывание.

- Ты тот, кто подает голос? - спросил Владислав Юрьевич.

Cтул опрокинулся.

- Идиотский вопрос я задал. Юмора ему не занимать. - пробормотал Морозовский, пятясь к стене.

- Мы не договорили. - остановил его Антон, хотя летающие по воздуху предметы могли запросто его задеть.

- Поздно, он нас не выпустит.

- Без вашего ответа я ничего не стану предпринимать.

- Отступаем, - Морозовский с необычайной легкостью ринулся в момент затишья к двери в соседнюю комнату, сделав вид, что не слышал слов Антона. - давай-давай.

В комнате резко похолодало и воздух снова пропитался как и в прошлый раз смрадом демона.

- Антон! Брось ты этот ящик, тебе мешает. - Морозовский ткнул в коробку под мышкой у Антона.

- Не могу! - вихрь, вызванный демоном, поднял Антона в воздух, он парил посередине комнаты, лишенный возможности за что-либо зацепиться. Но картонную коробку он не выпускал из рук.

И тут наступило временное затишье. Антон упал на пол плашмя, раздался странный звук - не то всхлипывание, не то вой, и Морозовский буквально втащил его в другую комнату.

- Пожалуйста, сделай что-нибудь.

- Я пытаюсь, он сильный.

- Я думал, что сегодня он будет как-то повежливее. Мы же вчера с ним договорились. Ну придумай что-нибудь.

- Я не стану ничего делать, пока вы не выслушаете меня. - упрямо стоял на своем Антон.

- Так говори, или ты ждешь, когда он сюда ворвется? - Морозовский смотрел на него непонимающими глазами.

- Я знаю, что все очень плохо для вас закончится. - заключил Антон со всей серьезностью.

- Откуда ты знаешь, ты же не можешь видеть будущее? - что-то шевельнулось в душе Владислава Юрьевича.

- Не вижу, но иногда чувствую.

- И мысли мои тоже тебе доступны? - Владислав Юрьевич внутренне несколько напрягся.

- Когда вы нервничаете, я кое-что улавливаю. - Алексей глянул на действительно занервничавшего Морозовского.

- Правда?

- Да. Я будущее не вижу. Но вам оно известно из ваших опытов. Я конечно не Нострадамус. Но... - Морозовский вдруг стал совершенно открытым для пси - сканирования. - вот это и есть ваша цель? - тихо спросил Антон.

- Какая моя цель? Говори яснее. - опешил миллионер.

- Контроль над сознанием других людей, их подчинение себе.

- Нет, ты не прав. В этот раз ты ошибся.

- Вы опять нервничаете?

- Да.

- Вы знаете, что мое участие в вашем деле может привести к вашей гибели. Я против этого.

- Я знаю, знаю. Но это целиком мой выбор, моя судьба. Ты не должен себя ни в чем винить, к тому же ты еще ничего не сделал.

- Вы правда верите, что оккультизмом можно изменить нашу цивилизацию?

- Я не верю, друг мой. Я знаю.

Таким наверное был Джордано Бруно, - подумал Антон и в этот момент совсем недалеко из воздуха проявилась снова эта эфемерная субстанция, точнее, дракон с разинутой пастью и четырьмя длинными, суставчатыми, когтистыми лапами. Лишь на мгновение Антон принял эту тварь за галлюцинацию. Потом пришло понимание ситуации. Он сумел, зная цену промедлению, почти мгновенно перестроить свою энергетическую сферу. Именно поэтому первый ментальный удар, нанесённый демоном, был отражён, а второй он нанести ему не дал, ответив контратакой на уровне пси-восприятия. И дракон-демон отлетел назад, распадаясь на несколько зыбких силуэтов, не успев защититься.

- Он здесь! Антон, надо с этим скорее покончить. Ты знаешь как. Что ему нужно?

- Я сейчас. - Лернер распаковывал принесенную с собой картонную коробку.

- Ну! Не тяни, прошу тебя! Сделай же что-нибудь! Умоляю!

- Не бойтесь, вы не должны так бояться.

- Я не смерти боюсь, а бессмысленной смерти. Уйти, ничего и не сделав. Вот что страшно, - жался к стене Морозовский. - а это еще тебе зачем? - он кивнул на выскочившего из коробки симпатичного кота.

- Коты нейтрализуют полтергейста. Сейчас мы его скрутим. - пообещал Антон.

Кот выбежал на середину комнаты и усевшись, уставился большими желтыми глазами в увеличивающееся невероятным образом пространство помещения. Плавающие в нем силуэты в форме неких пресмыкающихся задвигались со все большей скоростью, распадаясь и вновь сливаясь в замысловатые рисунки.

- Он что, не собирается на нас напасть? - всматривался в эти скачущие фигуры Морозовский.

- Да нет же, смотрите! Демон говорит с нами!

- Красота... невероятно... кто - нибудь кроме нас видел такое? Читай, Антон, читай скорее.

- Когда тот кто видит, видит меня, а тот кто слышит, слышит меня, я говорю тому, кто не видит, не слышит, но знает - мы запрещаем тебе...

- Что?

- Запрещаем идти дальше, запрещаем прикасаться к великому пентаклю Пара-Брахмы.

Демон заревел и комната содрогнулась. По стенам пошли трещины, с потолка посыпалась штукатурка.

- Запрещаем тебе! - Антон ловил раз за разом появляющиеся из воздуха символы.

Через несколько минут почти все закончилось. Буквы постепенно исчезали, пока от них не осталось лишь бесформенное воспоминание на раздраженных слизистых оболочках глаз Морозовского и Лернера. По помещению пронесся холодный ветер, который, казалось, унес пыль и смрад демона. Кот пронзительно мяукал и выгибал спину.