(Не)признанная в Академии Оборотней

Тёмная и тесная карета, в последний раз запнувшись на очередной кочке, остановилась.
Отняв лоб от уже вспотевших коленей, я завертела головой. Бессмысленно. Не видно даже собственных ног.
Неужели я настолько опасна для человечества, что меня нужно запихивать в тёмную душную клетку на колёсах? Без единой щели и связи с внешним миром? Неужели бабушка настолько не любила меня, что согласилась на подобные меры?
Кричать и биться о холодные стены — бесполезно. Уже не раз пыталась. Только голос сорвала, да кожу на кулаках ободрала.
Тот, кто вволок меня сюда и запер, объявил, что эти условия для моей же безопасности.
Так я ему и поверила!
Подула на саднившие костяшки правой руки. Больно. Но отчаяние и страх неизвестности притупляли любые остальные чувства.
Когда мы остановились, я решила, что сейчас вновь тронемся, пропустив очередную телегу на узком тракте, или где мы там уже неслись целую вечность. Однако, на удивление, вместо хлесткого удара кнутом и ржания лошадей, послышалась тяжёлая поступь. Стук набоек военных сапог о плитку. Откуда здесь плитка? Куда они вывезли меня из родной деревни? В наших краях вместо дорог простиралась лишь мягкая голая земля.
— На выход, — отворив невысокую металлическую дверцу, скучающим тоном объявил тот, кто ранее затолкнул меня в карету.
Я и не подозревала, как сильно затекли конечности, пока со стоном на губах не выбралась наружу и не тряхнула ногой.
— Где мы? — простой вопрос резанул опухшую гортань.
Вечернее солнце ослепило, заставив несколько мгновений стирать слёзы с отвыкших от света глаз. Когда я немного привыкла к такой ощутимой смене обстановки, то тут же приметила необычайно длинное здание из крупного тёмного кирпича с несколькими высокими башнями. Вокруг него, за витиеватым забором, простирался двор с удивительно яркой для нашей местности зелёной травой. Увиденное вскружило голову от восторга. Это место совсем не походило на мою деревню.
— Вас ожидают, — отвлёк меня хриплым голосом мужчина.
А я уж почти и забыла, благодаря кому и каким образом здесь очутилась.
Кстати, действительно, где?
Морщинистая рука указала на мощные ворота, покрытые серебряной краской. Возле них, подперев плечом металл, с ровной осанкой стоял взрослый мужчина.
Сбитая с толку, я на всякий случай осмотрелась по сторонам, ожидая увидеть ещё хоть кого, кто мог быть ему интересен. Но никого, кроме меня и мужчины в облачении гвардейца больше не наблюдалось.
И пока я терзалась переживаниями о том, что попала непонятно куда без вещей и денег, мужчина подошёл сам.
— Лея Бонти из деревни Риолит?
Откуда он мог знать? Ладно, бабушка назвала моё полное имя гвардейцу, но тот его сейчас точно не произносил!
— Да, — прищурившись, я вгляделась в лицо незнакомца.
Обычный невысокий мужчина средних лет с проблесками седины в волосах. Немного напоминал дедушку. Однако его тёмно-зелёное одеяние со странным гербом на груди привлекло внимание. Этот же знак служил для пик на заборе.
— Мы вас очень ждали, — радушно улыбнулся мужчина, придвинувшись ещё ближе.
Я была вынуждена отступить на шаг. Доверия он не вызывал, хоть и казался безобидным. Из-под стопы вылетел мелкий камешек, на который я неосторожно наступила.
— К сожалению, вы прибыли последней, поэтому выбрать комнату не сможете, — наигранно печальным голосом продолжил незнакомец, не замечая моих сомнений.
Даже не удосужился представиться.
— Кто вы? И куда меня привезли?
Его сухие бледные губы вновь растянулись в снисходительной улыбке.
— А вы не знаете? — его рука описала линию, представляя мне вид на высокое здание. — Проходите же! Добро пожаловать в Академию Оборотней, Лея Бонти. Ваша комната номер тридцать восемь. Второй этаж, от главной лестницы самый левый коридор.
Проигнорировав первый вопрос, мужчина отворил ворота и впустил меня на территорию удивительного двора, куда я и проследовала за ним, аккуратно ступая по плитке.
Можно было броситься назад, в надежде, что мужчина стар и слаб, чтобы догнать меня, а гвардеец не заметит побега. Но какой бы безрассудной меня не называла бабушка, инстинкт самосохранения у меня всё же присутствовал.
Пути домой для меня уже не было. Пока что. Я оглянулась, скользнув взглядом вдоль границы густого леса, начинавшегося сразу у дороги. Что ж, новое приключение, новая передряга. И в этот раз виной этому даже не я сама.
— Академия Оборотней, — зачитала вслух табличку на самом здании, пройдясь по длинной брусчатой тропинке вдоль прекрасного газона. — Главный корпус и общежитие.
Оборотни... слово знакомое каждому с детства. Дед любил рассказывать сказки про магических существ. Иногда упоминал и перевёртышей, в чьём теле уживаются две сущности: человек и зверь.
Никогда прежде мне не доводилось встречаться с оборотнем вживую. Либо они просто не раскрывали свою сущность. И когда бабушка, схватившись одной рукой за сердце, а другой за топор, завизжала на всю округу, что чудовищный оборотень пытается её убить — я не на шутку перепугалась. За неё, но ещё сильнее за то, что перед ней в тот момент находилась я...
Гвардеец уже успел умчаться на своей карете подбирать новых несчастных, чтобы увезти их в неизвестность. Перед отъездом он вручил мне потрёпанную кожаную сумку, в которой я признала бабушкину.
И уже хоть с какими-то вещами ступила в новую для себя реальность в виде здания, размером с городок, явственно пропитанного древней историей и тайнами. Людей было много. В основном молодые ребята примерно моего возраста. Они суетились, равномерно распределяясь по просторному холлу. Из чужих разговоров я поняла, что большинство из них такие же ничего не понимающие новички, как я. Ответить на мои вопросы они особо не смогли, лишь отправили искать свою комнату, якобы нам всем скоро объяснят, что здесь происходит.
Комната... какую цифру он там называл? Тридцать восемь?
Деваться некуда, я отправилась на второй этаж на поиски нужной двери.
С каждым новым шагом отбивая каблуки о каменный пол, с интересом оглядывалась по сторонам. Как же много в этом здании коридоров! И студенты снуют повсюду так буднично, привычно. Будто бы в этих одинаковых каменных стенах невозможно заблудиться!
Очередная дверь встречает меня табличкой с цифрой «сорок один».
— Да как же так! — я закатила глаза и несдержавшись простонала вслух.
Как же хотелось уронить на пол сумку и проехаться спиной по этому холодному кирпичу. На удивление поездка меня вымотала даже сильнее, чем ежедневный труд в бабушкином огороде.
Не уверена, что когда-нибудь буду скучать по мотыге, но прилечь в собственную постель я бы сейчас не отказалась.
Горько вздохнула. Пока что вернуться не представляется возможным. Бабушка тотчас же выставит меня из дому и отправит обратно. А какие меры наказания применяются в Академии к беглецам я ещё не выяснила. Придётся обустроиться, свыкнуться и дальше определяться, что делать.
Сильнее сжала заболевшие пальцы вокруг кожаной ручки багажа и двинулась обратно, чтобы проверить дверные номера уже в другом коридоре.
— Пожалуйста, прости!
Чем дальше я продвигалась вглубь, тем громче раздавались всхлипы.
Кому-то плохо? Я ускорилась.
— Помилуй! Не выгоняй, умоляю!
Я бежала вперёд, заплетаясь в трясущихся ногах. Икры уже давно саднило от длительной ходьбы.
Чуть не споткнувшись о высовывающийся из пола кривой кирпич, я замедлилась. Да и вполне вовремя, чтобы суметь разглядеть необычную картину перед глазами: впереди в небрежно накинутой форменной одежде студента академии, засунув руки в карманы брюк, стоял высокий брюнет. И всё бы ничего, но прямо в его ногах бился в истерике ещё один студент со светлыми волосами.
— Пожалуйста... — парень попытался зацепиться пальцами о штанину брюнета, но тот, брезгливо поморщившись, дёрнул ногой, отбрасывая чужие руки.
— Жалкий, — брюнет грубым тоном бросил оскорбление прямо в лицо ещё сильнее сжавшемуся парню. — Твой зверь — червь.
— Нет! Я... — светловолосый рыдал навзрыд, аж завывал. — Я исправлюсь! Сделаю, что прикажешь! Всё сделаю! Только...
Продолжить он не успел. У его губ замерла ладонь.
Я удивлённо вздрогнула на месте, когда брюнет наклонился к
бедолаге и принялся то ли трепать того за щёку, то ли унизительно похлопывать.
— Непослушный пёсик боится, что волк его сожрёт?
Это просто какое-то безобразие! Нельзя так говорить с живым человеком! Что этот брюнет вообще о себе возомнил?! Напыщенный индюк, мнивший себя выше других!
Во мне разгорался праведный гнев. И пусть страх лёгким уколом ткнулся в сердце, я не могла поступить иначе, как устремиться к парочке, в надежде их разогнать и пресечь несправедливость.
Но, заметив меня, блондин поднялся с колен и рванул вглубь коридора так быстро, что я даже и глазом моргнуть не успела.
Как так? Он прямо-таки исчез?
Уже поравнявшись с оставшимся на месте брюнетом, я продолжила вглядываться вдаль. Удивительно...
— Новенькая, — хмыкнул брюнет, как утверждение.
И только сейчас я поняла, какой же он высокий. Почти на целую голову возвышался надо мной.
Взгляд упал на уже знакомую эмблему, прикреплённую к груди этого парня. Морда непонятного существа воинственно блеснула медью в неярком свете свечей. Благодаря этому значку, стало понятно, как близко мы с брюнетом оказались друг к другу. Я неловко отступила на шаг, затем ещё на один.
Брюнет не сдвинулся с места, позволив мне впечататься плечом в рамку картины.
Жестокий, опасный, уверенный. От него исходила неподдельная угроза. С такими следовало держать дистанцию.
— Да, новенькая, — попыталась поглядеть на него с уверенностью на лице, но, судя по новой усмешке, выходило плохо. — И что с того?
— Забавная, — он наклонил голову вбок, приподняв краешек губ. — Ничего не знаешь, а строишь из себя героя.
— Да ты! — я возмущённо взмахнула руками, из-за чего сумка выскользнула из пальцев и небрежно плюхнулась на пол. — Да я!
Он ничего не ответил. Лишь провёл указательным пальцем по щетинистому подбородку и развернулся, устремляясь вперёд по коридору к главной лестнице, от которой я и начала поиски своей комнаты.
Бежать за ним и что-то доказывать я не стала. Сейчас и так забот хватало. Например, что это такое ещё на стене?

Не сразу придя в себя после увиденной сцены, я пробежалась пальцами по серому кирпичу, пачкая их мелом.
Сильные унижают слабых. Всё, что казалось неправильным в моей школе, выходит, присутствовало и в незнакомой мне Академии Оборотней.
Законы жизни одинаковые везде, независимо от статуса места. А данное учебное заведение на первый взгляд выглядело очень солидным. Шикарный сад, величественное здание с несколькими многоэтажными башнями, общежитие и единая форма одежды для учеников вызывали во мне благоговейный трепет с восхищением.
И как я только здесь очутилась?
— Тридцать семь, — себе под нос зачитала надпись на табличке, попавшей под пальцы.
Удача!
Пробежалась чуть дальше, чтобы не задерживаться в коридоре. Вдруг этот брюнет вернётся и снова меня начнёт задирать.
Вот он! Тридцать восьмой!
На радостях дёрнула дверь на себя, тут же влетев в комнату. Закусила губу, закрывая глаза. От суеты школы меня отделяла лишь толстая деревянная дверь.
Эмоции от только начавшегося приключения длиной в неизвестность переполняли до краёв. Оставшись в тихой безопасности комнаты, я почувствовала и боль, и страх, но куда больше непомерное любопытство. Для меня это первый выезд за пределы родного дома, не считая коротких поездок в соседние селения. Но если раньше мы всегда путешествовали вместе с бабушкой, то сейчас я оказалась одна в новом месте и, по ощущениям, будто в новом мире.
Усталость словно рукой сняло. Надо срочно узнать, что это за Академия и почему меня сюда определили. Неужели бабушка взаправду решила, что я могу быть... оборотнем? Да только помыслить о чем-то подобном ещё вчера...
— Стучаться не учили?
От неожиданности услышать чей-то голос, я вздрогнула. Сомкнутые всё это время пальцы, наконец, разжались, выпуская тяжёлую ношу.
Раздался не просто шлепок о пол, но ещё и треск лопнувшей кожи.
— Собака! — слетело с моих губ, когда какая-то склянка ударилась о туфлю, а затем укатилась в сторону.
— Это мы ещё посмотрим, — недовольно произнесла девушка, сидящая за письменным столом перед небольшим зеркалом.
Блондинка, волосы длинные, лицо симпатичное. Даже очень симпатичное. Передо мной, развернувшись вполоборота, находилась поистине белокурая красавица с идеально ровным пробором. Её глаза были подведены чёрной краской, а накрашенные ресницы чуть ли не бились о расчёсанные аккуратные брови.
В её пальцах зажата кисточка, которой девушка взмахнула, описывая полукруг, стоило мне заговорить.
— Привет, — улыбнулась блондинке. — Я Лея, а ты моя соседка по комнате?
Девушка пожала плечами и, скользнув по мне быстрым оценивающим взглядом, отвернулась обратно к зеркалу, чтобы провести кистью по губам.
— Вивьен.
Через отражение в зеркале я видела, как она поджала губы, растирая помаду по всей площади и, удовлетворившись густотой цвета, принялась вырисовывать мягкий контур, уже еле надавливая на кисть.
— Ты очень красивая, Вивьен, — не сдержалась я и произнесла вслух очевидное.
— Я знаю.
В последний раз чмокнув губами перед зеркалом, Вивьен подправила на щеке и так идеально сидящую пудру и убрала косметику со стола в лежащую у стены крупную шкатулку. Тара, скорее всего, изготовленная из слоновой кости, была полностью набита различными склянками с жидкостью и порошками.
Впервые мне удалось лицезреть столько средств для красоты одновременно. В деревне с косметикой было просто — старушка-травница измельчала в ступке всё подряд и продавала местным женщинам. А дальше, кому что досталось, то и наносили на лицо.
Профессиональная косметика, созданная алхимиками и мастерами, была слишком дорогая и редкая, чтобы, чтобы пользоваться ей каждый день. Да и вообще иметь хотя бы один флакончик дома казалось непозволительно роскошью.
Блондинка практически не обращала на меня внимание, занимаясь собой. Её движения казались резкими и неестественными, будто Вивьен что-то сильно волновало и беспокоило.
Мне захотелось развеселить девушку, да и задать пару-тройку вопросов.
— Я слышала, что сейчас делают помады из оленьего жира, — решила завязать разговор с отчего-то угрюмой соседкой
— Убивать зверей ради косметики? Варварство, — Вивьен продолжила разглядывать своё отражение, уже прикладывая различные цепочки к шее.
Расстёгнутые верхние пуговицы на её зелёной рубашке оголяли светлую кожу.
— Я не знаю, — сделала шаг к ней, чтобы разговаривать не через всю комнату.
Для этого пришлось переступить через разбросанные вещи. Неважно. Никуда они не убегут. Мне же, судя по всему, придётся здесь прожить какое-то время.
— Наша травница Зелька в лесу собирает растения. Из них уже варит и отвар от подагры, и тушь для ресниц. Не удивлюсь, если из одних и тех же трав.
Я попыталась немного растопить напряжение от знакомства и расположить блондинку к общению.
— Откуда ты? — Вивьен поймала мой взгляд в отражении.
— Из Риолита, — тут же ответила на вопрос.
Любопытно пообщаться с кем-то незнакомым. Дома мне так не хватало новизны. Каждый день был точной копией предыдущего: зубрежка одних и тех же книг, огород, готовка, уборка. А вечером, за ужином, чтение наизусть этих самых книг для бабушки, словно ритуал.
Иногда скучные будни мне позволяли разбавлять прогулками с соседскими девчонками, с которыми мы ходили на речку и по грибы. Да изредка выезжали с бабушкой по делам в соседские селения.
Не раз бывало, что я сбегала из дома от бесконечной скуки, из-за чего затем нехило получала.
— Что это? Заморская страна?
Это был первый вопрос, который задала Вивьен с искренним интересом. Однако я и не замечала её отстранённости, радуясь, что, наконец, могу поговорить с кем-то, кто может объяснить мне, что здесь да как.
— Нет, это деревня на берегу Фиолетовой реки.
— Хм. Ясно, — наконец остановив выбор на цепи с крупными жёлтыми звеньями, Вивьен попыталась её застегнуть.
Но маленькие детали разных концов украшения никак не желали соединяться. Лишь путались в густых светлых волосах.
Непослушный замочек вновь защёлкнулся чуть в стороне от нужного кольца.
— Давай помогу, — я прикоснулась к её пальцам, попытавшись перехватить украшение, но Вивьен резко дернулась и отстранилась, едва не вскочив на ноги.
— Спасибо, — она увернулась от моих рук и продолжила свои попытки. — Я сама справлюсь.
Пару раз глупо моргнув глазами, я всё-таки приняла решение больше к ней не лезть. Мало ли что с ней. Может, ей неприятны чужие прикосновения?
— Давно учишься в Академии? — я перевела тему с неловкого диалога на более насущную для себя.
— Второй курс.
Отлично! Я мысленно подпрыгнула от радости. Раз она не новенькая, то я точно смогу многое узнать!
— И как? Нравится? Как попала сюда? Что здесь вообще есть? Это как обычная школа, но с магией? А учителя кто? Ты оборотень? Сколько лет учиться и что будет потом? Я стану могущественной ведьмой? А какой у тебя зверь?
Вопросы, вопросы, вопросы. Я начала спрашивать у неё всё, что меня волновало, боясь упустить какую-либо деталь.
Вивьен округлила свои зелёные глаза и наспех застегнула цепь. Из позы «нога на ногу» она поднялась и начала кружить по небольшой комнате, что-то выискивая.
— Ты вообще ничего не знаешь?
Цокот каблуков прервал мои новые вопросы.
— Всё! Перестань! — она дёрнула дверцу шкафа и вытащила вешалку с белой курткой. — Скоро собрание с ректором. Там будут все перваки. Там и объяснят азы, раз ты приехала не удосужившись даже прочитать об Академии! Да как же ты жила все годы, если совсем ничего не знаешь?
Ой, кажется, я переборщила с расспросами? Не следовало так заваливать её?
Вивьен откинула вешалку на кровать, но потом быстро схватила её и вернула в шкаф. И просунула кисти в рукава такой же куртки, как у большинства студентов, которых я встретила по дороге.
— Кто твой зверь? — выдохнув, спросила девушка, больше не глядя на меня. — Ты слишком активная. Волчица?
Наверное, хотела бы я быть волчицей. Слышала, что у них очень острый нюх и невероятная скорость. А ещё огромные когти и тёплый мех. А ещё они могут колдовать!
Однако точного ответа на вопрос у меня не было. К сожалению.
— Нет... — я прищурилась, вглядываясь в её фигуру.
Могла ли она быть волчицей?
Или медведем?
Дед рассказывал, что оборотни бывают нескольких видов. Те, кто обращается в медведей или волков, как он говорил, обыкновенные перевёртыши. Существовали же и более редкие представители. Например, орлы.
— А кто?
— Я не знаю, — честно созналась я.
Блондинка хмыкнула и сделала пару шагов ближе, чуть не наступив на какую-то мою кофту.
— Непризнанная, значит, — кивнув самой себе, Вивьен поглядела на меня с интересом. — Не повезло тебе. В Академии непризнанных не сильно жалуют.
Нагнувшись, я выхватила кофту прямо из-под её ног. У меня и так немного вещей, не хотелось бы портить последнее. Вряд ли бабушка вышлет новое платье или деньги на его покупку.
— А кто это такие? Непризнанные?
Необычное слово будто застряло в горле. Неприятное оно.
— Ты и это не знаешь? — подав мне сумку, Вивьен всё-таки пояснила. — Это те, у кого в таком возрасте ещё не проявился зверь. Они не знают, кто сидит внутри. А здесь, в Академии, им помогают выпустить свою настоящую сущность и приручить её.
Ого! Нижняя губа треснула от нового укуса. Пора бы уже избавляться от этой болезненной привычки!
В груди защемило от предвкушения, и я рухнула на стул у зеркала, обхватив поверхность стола руками. Ноги немного затряслись. Захотелось тут же приступить к обучению. Немедленно.
И доказать бабушке, что я совершенно не опасна!
— А ты кто? Волчица?
Неожиданно Вивьен переменилась в лице и выскочила из комнаты, оставив меня недоумённо глядеть на закрытую дверь.
Я её как-то обидела?
Спустя пару минут Вивьен вернулась. И по ней уже невозможно было сказать, что девушка чем-то недовольна или оскорблена. Наоборот, на её лице проявилась лёгкая улыбка, которая ей очень шла. Ярко подведенные косметикой черты лица вмиг стали казаться куда мягче.
— Переоденься, — скомандовала блондинка, едва переступив порог.
— А? Я пропотела? Это крутой нюх оборотней?
Вивьен закатила глаза, будто я опять сморозила глупость, и кивком головы указала в сторону заправленной белоснежным бельём односпальной кровати. На ней ровной стопочкой покоилась сложенная одежда. Такая же, как и на самой Вивьен.
— Объявили, что через пятнадцать минут будет собрание с ректором, — пояснила блондинка, оставшись в дверях. — Не советую опаздывать. Ректор Елена очень строгая.
Произнеся имя ректора, девушка фыркнула. Видимо, она не сильно любила эту Елену. Однако это мне предстояло выяснить позже.
— Поняла! — я тут же принялась разворачивать вещи.
Белая куртка с эмблемой Академии, белая футболка и чёрные брюки.
— На уроки надевать куртку крайне желательно, — наблюдая за тем, как я начала стремительно переодеваться, рассказала соседка. — Под ней можешь носить, что хочешь. Низ тоже на твой выбор, но ректору нравится сочетание белого и чёрного.
Опять она выплюнула слово «ректор» прямо-таки с ненавистью. Но я застеснялась задавать столь личный вопрос, чтобы вновь ненароком не обидеть девушку.
Закончив с нарядом, я откинула рыжую прядь, прилипшую к значку школы, и посмотрелась в зеркало. Выглядела статно и даже слишком взросло. Непривычно видеть себя в штанах, вместо обыденных старых платьев с кружевом.
Бабушка бы точно меня заругала. Обозвала бы мальчишкой и заставила переодеваться. Но здесь её не было. И здесь я оказалась отчасти по её воле.
Через зеркальную гладь я заметила, что белые волосы, подпрыгнув на девичьих плечах и спине, уже отдалялись от меня.
— Вивьен! — чуть ли не бегом бросилась за девушкой. — А куда мне идти?
— Прости, но я не провожу тебя, — заторопилась соседка. — Спроси у кого-нибудь. Туда сейчас все пойдут. Встретимся там или уже в комнате.
С этими словами она юркнула в коридор и быстро скрылась за поворотом.
Ну и загадочная же мне досталась соседка.
Быстро швырнув в сторону кровати валявшиеся на полу остатки вещей, я суетливо выскочила в пустой коридор. И у кого спрашивать, если здесь никого нет?
Мурашки пробежались по ногам, стоило мельком вспомнить встречу с тем брюнетом. Я быстро отыскала то самое место. Практически возле моей комнаты.
Уж лучше пусть коридор пустует, чем я вновь пересекусь с местным забиякой. Надо было спросить про него у Вивьен. Наверняка, он со старших курсов.
А студентов я сейчас быстро отыщу. Вряд ли все за час до нужного времени толпятся возле кабинета ректора. Наверняка половина опоздает.
И, прикрыв за собой дверь, я двинулась в сторону главной лестницы. Оглянулась и понадеялась, что никто не заберётся в комнату. Ведь никакого ключа у меня не было.
Хоть я и не разбирала сумку, но была уверена, что бабушка не вложила в неё ничего ценного. Зато моё нелюбимое платье — самое неудобное в мире — положить не забыла.
За вещи соседки же я немного запереживала. Такая дорогая косметика... надеюсь, всё будет в порядке.
А вон и парочка студенток спускаются по лестнице!
— Девочки! А не подскажите...?
Должно быть обыкновенно просторный и воздушный коридор сейчас встретил меня гулом различных голосов. Какого только звучания и тембра голоса не услышишь от урождённых перевёртышей. Всевозможные рычания смешались в единую симфонию вместе с карканьем и даже угрюмым завыванием.
На всякий случай я выглянула в окно. Полумесяц нежного розового оттенка с трудом проглядывался сквозь тяжёлое облако.
Едва собралась внимательно осмотреть будущих сокурсников, как кто-то больно пихнул меня в плечо, пробиваясь к массивной двери какого-то кабинета.
— Первокурсники! — попытался перекричать столпившийся народ мужчина. — Все заходим и рассаживаемся! Не шумим! Сейчас подойдёт ректор!
И тут же меня подхватила группа учеников, утягивая за собой. Очнулась я уже на первом ряду учебной аудитории, которая стремительно заполнялась новыми волнами студентов.
Через пару рядов сверху состоялся очень громкий разговор. Невольно я заслушалась:
— Ну, как домой съездил?
— Предки не особо мне рады были. Дома ночевал только.
— А ты здесь все каникулы была?
— Ага, тут такое творилось!
— Опять кто-то кого-то бросил, а кто-то подрался?
— А то! Руфь, ну, волчица, второкурсница теперь. Она Идена у своей подружки отбила. А поступали-то обе непризнанными, жили вместе, а теперь злейшие враги.
— Так они подрались или нет?
— Придурок этот Иден. Больной ублюдок просто.
— Подрались две подруги. Комендант их расселил, а ректор такой разбор устроила прям во дворе, что нас аж звуковой волной откинуло оттуда!
— Из-за этой сволочи не только хорошие люди гибнут, но и дружба распадается!
— А я понимаю этих девок. Он же нереальный ходячий секс!
— Тьфу!
Неожиданно голоса стихли. Вначале я не поняла, что произошло, и уже собиралась дёрнуть за рукав девушку справа, чтобы спросить, как приметила проходящую через дверной проём элегантную блондинку средних лет.
— Всем доброго вечера, студенты, — женщина неспешно и уверенно взошла на некую возвышенность с кафедрой по центру и вальяжно упёрлась в цельный камень локтями. — Приветствую вас всех в Академии Оборотней и поздравляю с успешным поступлением и началом нового учебного года!
Я прыснула себе в плечо. Будто нас спрашивали, хотим ли мы сюда попасть. Хотя, судя по тому, что моя временная соседка по каменному столу кивала на каждое слова женщины, кто-то действительно находился здесь по собственному желанию.
— Моё имя, возможно, вам уже известно, — она смотрела на всех одновременно, но сердце подпрыгнуло так, будто ректор знает, что я абсолютно забыла, как её зовут. — Но для тех, кто не знает или позабыл, напомню. Я ректор Академии Оборотней. Елена Сильвия Стратгордон. Можете называть меня коротко — ректор Елена или просто ректор. Я не обижусь.
Я выдохнула. Возможно, ректор Елена и не будет такой же строгой, как директор деревенской школы. Госпожа Оливия Мария дель Персон требовала от нас обращения только по полному официальному имени.
— Наша Академия отличается от любой школы магии, — продолжила Елена. — И если вам довелось общаться с кем-то или даже обучаться в магической школе, то вы уже ощутили разницу. Наша Академия специализированное заведение, элитное. Те, кто учится здесь не один год, с гордостью подтвердят мои слова.
Я мельком оглянулась. Даже просто повернуться было страшно. Казалось, отвлекись хоть на мгновение, как ректор окажется прямо перед тобой и прилюдно выпорет, как однажды это сделала бабушка.
Тогда я была совсем юна, но память, как смеялись деревенские дети над моим красным задом и нестихаемыми рыданиями, сохранилась со мной спустя столько лет.
— Первокурсникам предстоит провести здесь шесть счастливых лет обучения. Если вы, конечно, доживёте до выпускного экзамена.
И всё-таки я не была бы собой, если не позволяла себе легонько нарушить правила. Отвела взгляд от вещающей женщины за кафедрой и попыталась сосчитать, сколько же в зале находилось учеников. Таких же первокурсников, как и я.
И число им было бесконечность. Хотя отличить, кто из них был перваком, а кто нет, я не смогла.
Как там сказала ректор? Шесть лет учёбы, шесть потоков учеников.
Конечно же, на самом деле, их было исчисляемое количество, но человеческая толпа выглядела серьёзно. Неужели в нашем мире столько молодых оборотней? И ведь это только те, которых отловили и заставили учиться. А сколько же ещё бродит по свету магических существ, которые даже и не ведают, что владеют волшебством? А сколько тех, кто скрывался, боясь, что его обнаружат?
Страх и одновременно таинственный трепет захватили моё сознание. Я же никогда не видела магию, только слышала о её существовании и удивительной редкости.
Так необычно и волнительно находиться в здании, насквозь пропитанном волшебством. Кого, наверное, эти стены только не видели!
И я, вчерашняя обычная девушка, среди могучих кирпичей в окружении магических созданий. Такая же особенная, как и они!
До сих пор не могу поверить, что это всё правда!
Не заглядываясь ни на кого конкретно, я прошлась взором по первым рядам аудитории. Как же неудачно я оказалась практически прямо перед ректором. Никого больше не разглядеть!
Хотя не буду скрывать, смотреть на женщину оказалось крайне занимательно. Её внешность буквально притягивала внимание. И, уверена, не только моё.
Необыкновенно красивая и интересная женщина.
— Вы опоздали, Иден, — неожиданно строго произнесла пышногрудая блондинка, прервав свой рассказ о перспективном будущем, ожидавшем нас при успешном окончании Академии.
— Простите, ректор, — в прозвучавшем голосе не было и намёка на сожаление.
Из дверного проёма выглядывало плечо, накрытое серой курткой, а по стене, словно паутина, скользили короткие чёрные пряди. Названный Иденом повернулся к кабинету, чтобы каждый мог лицезреть наглую физиономию.
Это он! Тот самый задира из коридора!
И как ректор, стоявшая спиной к двери, могла не просто заметить человека, а аж определить, кто это? Неужели она настолько могущественная?
Пока Елена была занята Иденом, я покрутилась на месте, ища зеркальные поверхности, где бы мог отразиться брюнет. Но ни зеркал, ни подходящих окон в аудитории не имелось. Я заволновалась. Другие студенты же сидели смирно, будто ничего особенного и не произошло.
— Проходите в аудиторию, не стойте за спиной. Мы почти закончили.
Моё место и находилось в центре ряда, а брюнет неспеша потопал к лестнице скраю. Но почувствовать присутствие чего-то странного расстояние не помешало. От парня веяло самоуверенностью и дерзостью, которую Иден при любой возможности демонстрировал.
А ещё силой. Нереальной, незримой мощью. Нечеловеческой.
Вот, кто точно, без сомнений, являлся оборотнем и не скрывал этого.
Мои колени стукнулись друг об друга, а пальцы на ногах стиснулись в узкой туфле. Воздух словно пропитала такая магия, что даже я, обычная деревенская девчонка, ни с чем её не спутала. Дышать стало необычайно тяжело, из-за чего я приоткрыла рот, пытаясь урвать крупицы воздуха рваными глотками.
Жарко, непонятно и напряжённо.
Что происходит? Это реакция на этого Идена? Но в коридоре всё было нормально!
Повернуться и глянуть на других студентов сил не оставалось, я буквально сжалась в комок, опустив подбородок к ключицам.
Голова закружилась, а в уши словно воды залили. Ещё и к горлу подкатил щекочущий здоровенный комок.
— Иден, оставь их в покое! — сквозь толщу воды раздался повышенный голос ректора.
И тут же водопад схлынул, очищая слух. Я могла вновь слышать перешептывания и стук каблуков о камень. Тогда-то краем зрения и заметила, что мои соседи по ряду опустили головы в ладони. Кто-то тёр глаза, кто-то ковырял в ухе, а вот у той девочки кровь из носа капала.
— Простите, ректор. Просто захотелось, чтобы перваки поняли, куда попали. А то уж слишком уверенно смотрят.
Его слова прозвучали под аккомпанемент шепота и рычания. В открытую никто не проявлял своих эмоций, но я приметила и негодование на рядах, и страх перед сильным оборотнем, и агрессивные пыхтения.
«Простите, ректор». Он других фраз не знает? Подумала о том, какой же невозможно наглый, и повернулась к лестнице, по которой спокойно поднимался студент. И именно в этот момент наши взгляды пересеклись.
Его глаза с медовым отблеском и мои карие. Одно мгновение, пока Иден не затерялся среди студентов последнего ряда, но и этого хватило, чтобы я заметила разгоревшийся яркий янтарь, практически полностью поглотивший зрачок.
Стон удивления вырвался из груди, и я резко отвернулась, уставившись на свои дрожащие пальцы, вцепившиеся в стол.
Удивительно.
И я тоже так смогу? Сверкать глазами тогда, когда сама пожелаю, а не по глупой случайности? И... оказывать влияние на других?
Усмехнулась в открытую. Губы непроизвольно растянулись в улыбке, и я закусила нижнюю, пока ректор не заинтересовалась моим настроением. Интересно, очень интересно!

Стоило первый раз попасть в огромный холл для практических занятий, как я поняла, почему в Академии всё сделано преимущественно из камня.
В центре широкой округлой залы, не заступая за пределы расчерченных линий, сражались два человека. Разглядеть их лица, даже определить пол оказалось невозможной задачей. Определить удалось лишь цвета их курток — серая и коричневая.
Двигались бойцы крайне быстро. Совершенно не плавно и не грациозно, как описывают сражения в книгах. Это больше походило на драки в тавернах — резко, громко и жёстко. Нечеловеческие удары кулаками, коленями рассекали воздух. Никогда не жаловалась на зрение. Оно у меня было острее, чем у деревенских соседок, однако уловить, кто сражался и на чьей стороне был перевес — я не сумела.
— Не использовать магию! — прокричал вжавшийся в кирпичную колонну длинноволосый мужчина, которого я не приметила сразу. — Не обращаться!
Дуэль продолжался недолго. Видимо, устав наблюдать за бойцами, мужчина скомандовал им разойтись. И те уже было расступились по разным сторонам холла, как вдруг «коричневая куртка» совершила, вернее, совершил неожиданный выпад к сопернику. Пролетев через весь зал, он подлым ударом впечатал кулак в колонну у головы парня. И если бы тот вовремя не увернулся, то вместо несчастного расколовшегося кирпича на этом месте остался бы раздробленный череп.
Я поёжилась от ярких кровавых мыслей. Будь проклято это бурное воображение! Вечно подбрасывает мне неприятные картинки во всех подробностях!
Благо парень оказался ловким. Я бы точно не пережила этот удар, да и сотню ударов до этого.
— Захари! — мужчина побежал к парням, поправляя по дороге свалившиеся с носа очки. — Отойди от него! Захари! Клык тебе в глотку!
— Учитель Дориан сейчас им покажет! — шепнул один из студентов рядом.
— Жаль Захари не убил волка, — раздалось в ответ.
Бой заинтересовал не только меня.
Мужчина, оказавшийся стройным пепельноволосым преподавателем, влез между парой парней и упёр кулаки обоим во вздымающиеся от ярости груди. Парни ненавидели друг друга, и это напряжение между ними буквально замерло в воздухе осязаемым облаком гнева.
— Я позволил потренироваться здесь не для того, чтобы потом оттирать ваши кишки от стен, — отпихнул от себя обоих парней, которые хоть и были выше ростом и массивней в плечах, но послушно разошлись подальше, продолжая сверлить друг друга убийственными взглядами.
— Пойдёшь к ректору, Захари, и объяснишь ей сам, чем вы тут занимаетесь на глазах у всего первого курса! Какой пример ты подаёшь своей стае!
Захари выглядел опасным. Здоровенный двухметровый амбал с короткой стрижкой запахнул свою форменную куртку, обхватив края широченными ладонями. На его кистях проглядывались практически чёрные вены.
Напротив него стоял уже знакомый мне парень. Опять он! Этот Иден прямо-таки звезда Академии!
Захари громогласно хмыкнул, сверля яростным взглядом соперника, и показав тому кулак, отвернулся. Но далеко отойти не успел.
— Доброе утро, студенты.
Хоть я и слышала этот тембр лишь один раз в жизни, чую, что уже никогда и ни с чем его не спутаю.
— Здравствуйте, ректор! — чуть ли не хором пропели студенты, да и я с ними заодно.
— Развлекаетесь тут? — пышная блондинка обошла Захари, смерив его мятую форму оценивающим взглядом, затем подошла к учителю. — Обьяснитесь, профессор Дориан?
— Конечно, — поправив сползшие очки, Дориан нежно улыбнулся, предложив ректору отойти в сторону. — Они попросили разрешить им потренироваться рукопашке в зале. Обратите внимание, ректор, именно попросили, а не подрались где-нибудь в саду.
Тихий голос Дориана постепенно исчез в гуле студентов, облепивших бойцов.
Как я успела узнать, сегодняшнее занятие было общим для всех первокурсников. И для непризнанных, и для тех, кто уже имел контроль над своим зверем.
— Внимание, студенты! — закончив приватный диалог с учителем, ректор один раз хлопнула в ладоши.
Смолкли все. Даже те, кто подбадривал Захари и шептал оскорбления в сторону Идена.
— Профессор Канто сегодня не сможет провести занятие, поэтому вместо него буду я.
Повисла тишина.
— Вы познакомьтесь с ним в следующий раз. А сегодня я хочу, чтобы вы все увидели, кто такие оборотни. И каково им владеть своим зверем. К счастью, нас навестили эти замечательные юноши, — ректор жестом руки приказала Захари и Идену встать возле неё. — Так пусть же они и продемонстрируют своё обращение. А затем и вы покажете, что можете.
— Но ректор Елена... — перебила её одна из студенток, но сжалась, когда старшая перевела на неё строгий взгляд.
— Говори.
— Но... что будут делать непризнанные? Мы же не умеем... — тоненьким голоском с трудом произнесла вопрос девчушка с короткой стрижкой.
Да она младше меня. Совсем ещё девочка!
А вопрос действительно интересный.
— Она права! Многие даже не знают, какой зверь у них внутри! — поддержала я девчонку, чтобы ей не пришлось в одиночку противостоять ректору. — Кого нам звать?
— Вот за этим мы тут и собрались, — ректор махнула рукой в сторону центра зала. — Вы же не хотите все шесть лет слушать лекции? Вам же всегда нужно всё и сразу? Вот сегодня и начнём курс «превращения».
Всё время, пока говорила ректор Елена, я пыталась пересилить себя и не сводить с неё глаз. Взгляд же, издевательски, пытался соскользнуть на брюнета в сером.
Я почувствовала, что закипаю. Да почему мне так хочется разгадывать этого засранца!
Злилась на себя и на то, что не могла отвести взгляд от Идена. Наглый студент, кажется, даже не слушает, что там говорит ректор.
Однако, как бы я не была зла на себя, в голове продолжили звучать обидные фразы, брошенные в сторону брюнета соперником и его друзьями. И за что они так ненавидели Идена? Неужели он сделал что-то настолько ужасное, что его готовы за это убить? Хотя, если он даже новичков пугает тёмной магией, то от оборотня можно ожидать чего угодно.
Инструктаж был коротким. Елена попросила Дориана тоже остаться, хотя предметы, связанные с обращением в зверя, к нему не относились. Мужчина, как выяснилось, преподавал классическое и неклассическое боевое искусство, чтобы это и не значило.
— Ректор Елена! — я выбилась вперёд, чтобы задать вопрос, съедавший меня изнутри уже пару дней.
— Слушаю вас, — женщина неторопливо сделала пару шагов и остановилась, посмотрев прямо на меня.
Волнительно.
— А как понять, какой он... твой зверь? — я стеснялась спрашивать подобное при мужчинах, но ответ был мне жизненно необходим. — Какое он животное?
— По-разному, — блондинка задумалась. — Некоторые чувствуют тягу к определённым вещам. Например, Волкам хочется выть, а Орлам летать. Главное — не проводить много времени у окна в высокой башне, если ты ещё непризнанный.
Желаний летать у меня не возникало, но, на всякий случай, я запомнила, что не надо стоять у открытых окон.
— А внешность?
К разговору присоединился учитель Дориан. Прервав беседу с Захари, он прокричал мне пару фраз:
— Ты рыжая, кареглазая, стройная и интересная. Это может быть кто угодно. Грациозная кошка, может, величественная волчица или стремительная орлица... я не знаю.
— Хах, — медведь рядом с ним заливисто рассмеялся. — Если бы это зависело от внешности, то Иден был бы навозным жуком.
Кто-то из первокурсников поддержал его весёлый настрой.
— А ты им являешься с рождения, — не оставил оскорбление без ответа Иден.
— Так, — ректор вернула себе всеобщее внимание. — Это всё вы узнаете на теоретических занятиях. А сейчас начинаем. Мальчики!
Захари и Иден вышли в центр зала и с не особо заинтересованными лицами по команде Елены вдруг начали меняться в размере. Я охнула, когда раздался зверский рык от одного из них, а следом за ним и треск студенческой формы. Ткань натянулась за мгновение и тут же лопнула, лоскутами свисая с покрытых густым мехом конечностей.
— Ничего себе! — вырвалось неподдельное восхищение, облачённое в слова.
Я шагнула чуть ближе, оказавшись впереди всех учеников. Остальные первокурсники тоже не сдерживали эмоции. Сзади раздавался шёпот и свист. Кто-то даже вскрикнул.
Если в детстве я представляла, что обращение в зверя занимает минимум несколько минут, думала, что он постепенно увеличивается и зарастает шерстью, то на деле я и не заметила, как Иден обратился гигантским серым волком, а Захари бурым медведем. И медведь, как и заведено природой, превосходил волка размером.
Волк сверкнул здоровой лоснящейся шерстью и, подогнув все четыре громадные лапы, прыгнул прямо в толпу первокурсников!
Всё происходило одновременно быстро в реальности и замедленно в сознании. Огромный серый волк летел на студентов. На меня!
Кто-то завизжал, кто-то бросился бежать, а я замерла как вкопанная, боясь шелохнуться. Ноги потяжелели, будто сделанные из железа, я не могла сдвинуться с места.
Неужели это последний вздох перед кончиной? А я ведь даже не узнала, что за зверь сидит внутри меня.
Я закрыла глаза. Пусть последним, что я увижу, будет не огромная клыкастая пасть, сомкнувшаяся на шее.
— Иден!
Я вновь открыла глаза, ожидая увидеть себя среди неупокоенных душ. Но каменный пол, кирпичные колонны и неброские витражи на окнах оказались реальными.
В шаге передо мной, опираясь на все четыре громадные лапы, застыл волк. Он был крупнее меня в несколько раз и выше на пару голов. Взъерошенная серая шерсть слиплась в нескольких местах острыми сосульками.
По бокам от него напряжённо держались за волчью шерсть учитель и медведь. Захари вцепился чёрными пугающими когтями в серый бок. Дориан одной рукой наматывал на кулак густую шерсть, другую же выставил вперёд, направив на меня прямую ладонь, из центра которой расходились полупрозрачные магические лучи.
— Что ты творишь, Иден? — ректора не было видно за массивной волчьей спиной.
Зато прекрасно слышно.
— Ты с ума сошёл? С каникул бешеный вернулся? — Елене не нужно было даже кричать, чтобы все, кто находился поблизости, сжался от страха, будто грозные слова были обращены не волку. — Второй день ты пугаешь первокурсников, устраиваешь травлю среди собственной стаи, дерешься с медведями! Ты нарываешься, Иден? Быстро стал человеком! Быстро!
Стоило шерсти магическим образом бесследно исчезнуть, как медведь с учителем Дорианом нехотя отпустили обнажённого юношу. Ну, как обнажённого...
Мускулистое тело, тронутое лучами летнего солнца, предстало перед глазами всего на мгновение. Затем, произнеся себе под нос какое-то непонятное слово, Иден сомкнул пальцы одной руки. И в одночасье лоскуты его разорванной одежды слиплись, возвращаясь к исходному виду.
Практически невидимый щит между нами распался.
— Школа восстановления и такое может... — удивился студент, выползая на корточках из-под лавки.
— Этот волк псих!
— И как его сделали лидером?
— Да все волки больные! Надеюсь, я буду медведем.
— Если его не накажут, то я свалю из этой школы! Нафиг надо бояться за свою жизнь каждый день!
— Хм, — единственное, что произнёс волк, окончательно вернув себе человеческий вид.
Дикий, безумный. Зверь.
Я мотнула головой.
Я была согласна с непрекращающимися высказываниями однокурсников.
Чуть не погибнуть от лап чудовищного зверя... в сознании не укладывается. Да я ещё и стояла, как дура. Нарвалась на свою голову!
— Психопат, — я, нахмурив лоб, произнесла, едва он начал разворачиваться, чтобы предстать перед ректором. — Больной!
И что он сделал? Не извинился, не объяснился, а поклонился мне и ушёл.
— Правильно о тебе говорят, волк! — меня забила крупная дрожь. — И ты ещё лидер?!
Чьи-то руки мягко опустились на мои плечи в успокаивающем жесте. Это была одна из студенток, чьего имени я пока не знала.
Девушка усадила меня на лавку и принялась убеждать, что всё закончилось. Я же то и дело оборачивалась в сторону тихо беседующего с ректором волка.
Если он ещё нападёт... я буду готова! Руки сжались в кулаки. Да!
— Всё, Лея, смотри, — нервным тихим голосом прошептала студентка, попытавшись разжать мои кулаки.
Ногти впились в ладони до крови.
— Его уводят, всё хорошо.
Убедившись в правдивости её слов, я кивнула и заверила, что всё в порядке и я уже успокоилась. Девушка велела мне продолжить сидеть и позвать её, если вдруг почувствую себя нехорошо.
Такая милая. Не то, что этот душегуб!
Чуть позже ко мне подошла сама ректор и, пообещав, что разберётся с негодяем, попросила у меня прощения. Я удивилась, но приняла его с улыбкой.
Тем временем начался урок. Волк пропал вместе с медведем и Дорианом.
— Встаньте в два ряда друг напротив друга, — отделив непризнанных от уже «умелых» перваков, ректор вернулась в центр зала. — А теперь
оборотни превращаются в зверя, а затем тут же обратно. И без глупостей!
— Но мы же не умеем в магию восстановления, как они... — скромно прошелестела девушка, которая мне недавно помогла.
Оборотень.
— Можете раздеться заранее, чтобы не портить одежду, — пожала плечами женщина.
Ничего себе! Раздеваться, когда вокруг столько парней! Да девочек потом до конца шестого курса будут стебать!
— Но...
Елена цокнула и велела каждому оборотню развернуться к стене, чтобы не видеть тех, кто напротив.
— А вы, — когда бедняги начали переодеваться, ректор обратилась к остальным. — Вы будете просить своего зверя выйти наружу.
Вот так просто? И как я это сделаю?
— Как? — заглянув в серые глаза, озвучила я вопрос каждого непризнанного.
— Стоите и пытаетесь. Отставить разговоры. Мы начинаем!
Выматывало занятие похлеще любой физической работы. Я чувствовала, как в голове, прямо в сознании, что-то сопротивляется. Будто кто-то не просто закрыл ворота к так называемому внутреннему зверю, а подпёр их горами, даже щель не оставил.
Я присела прямо на холодный пол, обхватив заболевшую голову руками, затем встала обратно, глядя в потолок.
Давай же! Ну, пожалуйста, зверь, давай! Ты же где-то там спишь, просыпайся!
Всё лицо было мокрым, по рукам тоже струился скользкий пот. Я вытерла капельку, упавшую с волос на губу.
Занятие для непризнанных длилось вечность. Оборотней давно отпустили отдыхать, когда последний из них уже свалился на пол и расплылся в позе звезды. Превращаться больше никто не мог.
Мы же корчились во всевозможных позах, пытаясь выдавить из себя хоть какой-то намёк на зверя. У одной студентки получилось удлинить когти, у ещё одного парня призвать крохотный хвост, за который его дружно засмеяли.
Остальные же не могли похвастаться никакими успехами.
Не получилось на первый раз, не получилось на десятый. Постепенно непризнанные оказывались печально сидящими на скамье и лежащими на полу, без сил встать и продолжать занятие. Я осталась одной из немногих, кто продолжал попытки достучаться до внутреннего зверя.
Надеюсь, он у меня не такой, как у Идена.
— Теперь я понимаю, почему нас отправили на урок до завтрака! — заныл студент, стягивая с себя промокшую насквозь майку.
— Да-а-а, — простонал другой парень. — Обычно я ем каждые три часа, но сейчас меня точно вывернет от мысли о стейке.
— Зачем ты сказал? — хлопнул его по голове товарищ.
Всё это время ректор шагала вокруг нас. Иногда выкрикивала советы, которые не помогали. Иногда заставляла терпеть и пытаться ещё.
Пару раз она доставала из кармана маленький блокнотик и призванным магическим пером оставляла там одной ей известные заметки.
— Ладно, салаги, — кажется, женщине самой надоело с нами возиться.
Она взглянула на часы и попросила всех прекратить попытки.
— Приходим в себя и собираемся.
Ректор покинула тренировочный зал первой. Сощурившись, она оглядела каждого студента и, на всякий случай, поинтересовалась, не нужна ли кому медицинская помощь. Убедившись, что все ученики более-менее в порядке, она громко зацокала каблуками, отправившись по своим делам.
Постепенно стонущие и жалующиеся на учёбу и несправедливость ученики буквально поползли отдыхать или есть.
Кстати, столовую я здесь ещё не видела, но настроения питаться не было. Мне хотелось продолжить тренировку. К счастью, никто отговорить меня не пытался.
— Давай, зверь, давай! Волк, медведь, кошка, орёл, ну, хоть кто-нибудь! Ты же там сидишь и всё видишь, всё чувствуешь! — сил не оставалось даже на шёпот, но я намеренно заставляла себя пытаться ещё.
Уговаривала, умоляла, даже угрожала, но тщетно. Зверь молчал, а я уставала ещё сильнее. Даже моргнуть казалось непосильной для меня задачей.
Отчаяние, злость, негодование и грусть боролись между собой за право быть единственным ощущаемым чувством в теле. Потому что нескольким уже не хватило бы места.
— Ты ещё здесь, девочка? Иди отдохни. Ты же первокурсница?
Я попыталась кивнуть, но голова буквально повисла. Шея её уже не держала.
— Чего же ты так с собой? — руки преподавателя сжали мои плечи. — Может, тебе в медпункт? Ты как себя чувствуешь?
— Не надо...
Если бы не лютая усталость и желание отключиться, я бы засопротивлялась Дориану, который отвёл меня к каменной скамье и усадил.
И сам примостился рядом, продолжая придерживать меня за плечи уже только одной рукой.
— Не просто так у вас сегодня лишь один урок, — Дориан принялся оглядывать моё тело. — Ректор Елена продемонстрировала вам наглядно, как сложно быть магическим созданием. Сколько сил и концентрации на это требуется. А ты чего? В первый день насмотрелась на Захари с Иденом и думаешь такой же стать за пару часов? Они оттачивали мастерство годами! И отдыхали столько же!
Преподаватель говорил и говорил, упрекая меня в безрассудстве. Его ладонь то подпрыгивала на моём плече, то сжималась, стоило его голосу прозвучать громче.
— Ты же симпатичная девушка, — в этот раз он аж ущипнул за кожу, и я не выдержала.
Отстранилась от него, но не рассчитала, решив, что я уже полностью ослаблена. Поэтому Дориан продолжил свою фразу, уже глядя на меня, распластавшуюся по полу:
— ... ты себя беречь должна.
Моё положение, кажется, его развеселило, судя по приподнятым уголкам губ. Я же, наоборот, мечтала стать жидкостью и просочиться в щели между плитками.
— Давай, — перед моим носом оказалась ладонь, обтянутая коричневой кожаной перчаткой. — Не бойся.
В голову закрались сомнения, и сковала неловкость.
— А то так и останешься тут, пока завтра второй курс не придёт тренировать бой на стилетах.
— Зачем оборотню стилет, если у него есть когти?
— А зачем купцу счёты, если он умеет считать? — парировал учитель Дориан, всё ещё не убирая руки.
— Потому что так легче? — ответила я не подумав. — Но оружие нужно носить с собой, нужно успеть достать! Единственный в нём смысл, если ты непризнанный, но что тогда отличает тебя от простого смертного.
— Ах, вот оно что, — устав ждать от меня действий, Дориан нахально поймал мою руку и одним движением мягко вернул обратно на скамью.
Твёрдый камень захолодил лопатки, но я продолжала намеренно вжиматься в стену, чтобы хоть незримо, но увеличить расстояние между нами с учителем.
Хоть обнимать перестал. Я уставилась на его пепельные локоны. Гладкие, блестящие и здоровые, они струились по белому вороту его пиджака.
Интересно, а сколько учителю Дориану лет? Эта седина от старости или от чего-то ещё?
— Многие непризнанные пытаются самостоятельно выдавить из себя зверя, но ни к чему хорошему это обычно не приводит, — его рука чуть ослабила галстук. — Травмы, психозы, иногда самоубийства, когда ничего не получается.
Он говорил это так просто и легко, как само собой разумеющееся.
— И вам кажется это нормальным? — я вскрикнула. — Они хотят быть полноценными! Хотят стать настоящими оборотнями, чтобы с ними считались и не издевались другие!
Дориан шумно выдохнул и спросил настолько серьезным тоном, что я даже испугалась:
— Над тобой издевались? Унижали за то, что ты непризнанная?
— Нет, но...
Но я слышала разговоры...
— В Академии запрещена травля учеников, — словно зачитал пункт из устава. — У ректора и профессора Канто отличная методика, как разбудить зверя без серьёзных осложнений. Советую следовать их указаниям.
Мужчина поднялся со скамьи и расправил пиджак. В уголках его глаз образовались мелкие морщинки, заметные даже через стёкла очков, когда учитель мне мягко улыбнулся.
Я же разглядывала пылинки на его ботинках, не смея поднять голову.
— Мне кажется, ректор даже из обычного смертного может вытащить звериную душу, — он белозубо улыбнулся и подмигнул. — Поэтому не переживай. У тебя всё получится.
Подбодрив напоследок, Дориан ещё раз уточнил, не хочу ли я посетить медпункт. На всякий случай. Но получив отказ, кивнул и покинул тренировочный зал.
Выдох облегчения сорвался с губ, стоило стуку каблуков стихнуть. Неловкая получилась встреча.
Зато учитель добился своего — заниматься уже совершенно не хотелось. С трудом переставляя ноги, я отправилась в комнату.
В комнате же царил сущий хаос.
Белоснежное постельное бельё устилало пол, одна из подушек растеряла половину перьев, а тёплое одеяло высовывалось из окна.
Я понадеялась, что комплект был не моим. Или хотя бы не единственным.
Должно быть, я обязана была испугаться и тут же броситься собирать постель, попутно ища причину безумия обстановки. Но я с трудом доползла до комнаты и повисла на дверной ручке. Может, упасть на пол, прямо на эту подушку. Нет сил разбираться.
Хотелось усмехнуться. Это всё из-за того, что я опять не закрыла дверь на ключ?
— Лея?!
Крик донёсся со стороны шкафа.
— Вивьен? Это ты?
Я преодолела крайне мучительные сантиметры и распахнула дверцу.
На грудь тут же бросилось нечто, перепугав меня до смерти! Какого… Ноги не выдержали, и я свалилась прямо задом на подушку. Та, с неприличным звуком, растеряла последние перья.
Я безудержно била себя ладонями по груди и животу в надежде смахнуть непонятное создание, которое прилипло к моей куртке. Потерпев поражение, истошно закричала и принялась кататься по полу, пытаясь отодрать от себя это!
Кошмар! Я же сейчас погибну!
И ведь, откуда ни возьмись, появились силы!
Перевернувшись обратно на спину, я вновь оглядела грудь. Ничего. Провела руками по телу и судорожно оглядела себя. Всё чисто. Никаких следов укусов или чудовищ.
— И что это было? — дрожащим голосом спросила сама у себя.
Ответом послужил хруст. Кто-то наступил на какие-то крошки.
Передо мной предстала взъерошенная Вивьен. Она вышла из-за шкафа, будто пряталась за ним.
— Лея! Зачем ты его выпустила?
Из угла комнаты донёсся шелест, будто кто-то шкрябает когтями по полу. Поджав под себя ноги, я повернулась, даже не представляя, что там может быть.
Вивьен осталась на месте, подхватив с моей кровати целую подушку.
Нечто притихло.
Но лишь для того, чтобы через пару мгновений застать нас с соседкой врасплох и зашуршать уже на другом конце комнаты. Как раз таки за вооружившейся мягким предметом блондинкой.
— Убирайся! — Вивьен подпрыгнула на месте и начала размахивать моей бедной подушкой во все стороны, задевая шкаф и кровать.
Существо стремительно пробежало мимо. Тогда-то я и смогла разглядеть его очертания. Что-то небольшое и юркое. Синего цвета.
Я сжалась в комок и попыталась напрячь все мышцы. Возможно, так оно не сможет прокусить мне жизненно необходимые органы!
Пронесясь мимо меня ураганом, оно взобралось на стол и замерло, во все два крупных глаза уставившись на нас. Мы же с Вивьен испуганно глядели на него в ответ.
— Оно жрёт мои румяна, — дрожащим голосом пролепетала соседка и, взяв себя в руки, бросила в существо подушку.
Та задела зеркало и потянула за собой те самые румяна. Повезло, что они оказались твёрдыми и не рассыпались по всей комнате, пачкая полы кровавыми следами.
— Ш! — существо ловко выскочило из-под подушки и оказалось сверху.
Его глаза пылали жёлтым огнём, а изо рта на половину морды высунулся юркий маленький алый язычок с чёрной точкой на кончике.
Я аж привстала на коленях и выпрямила спину. Это существо было мне знакомо.
— Вивьен... — хотела сообщить соседке, что Винсент не опасен.
Но девушка вновь пошла на него уже с одеялом в руках. Всё произошло быстро. И вот уже растрёпанная Вивьен с победной ухмылкой открывает окно. Чтобы выкинуть Винсента, беспомощно беснующегося в тряпке, свернутой на манер мешка!
— Вивьен! Стой!
Но девушка будто не слышала.
— Винсент!
По телу разнёсся жар. Ноги будто обратились пламенем, и я, подгоняемая болью от несуществующего огня, вскочила на ноги и бросилась к соседке.
В голове звенела тишина и расходилась пустота, а перед глазами была лишь одна цель — трясущийся от страха пойманный Винсент. Ох, малыш, как же ты сейчас, напуган!
Удивив соседку своим внезапным наступлением, я крепко обхватила одеяло чуть ниже её руки и дёрнула на себя в безумном порыве. Не ожидала от себя таких сил в этом полуобморочном состоянии! Но думать сейчас могла лишь о возможной гибели доброго друга!
Ткань треснула между нашими ладонями, разделив одеяло на две части. Бедняжка Винсент оказался в моей руке.
— Ты сдурела? Я бы сейчас избавилась от него! — возмущённо отпрыгнула от нас Вивьен и замахала руками.
По её красивому лицу размазались подводка и тушь. Девушка выглядела немного комично. Особенно учитывая её нервные движения.
— Эта тварь! — Вивьен издала звук, похожий на рык. — Ты посмотри, что она здесь устроила!
— Вив... — я плюхнулась на свою раскуроченную кровать и прижала к груди пойманное животное, успокаивающе поглаживая его через одеяло.
Пока что выпускать его нельзя. Он перевернёт всю комнату от негодования и обиды. Но Винсент быстро отходит, я знаю. Он славный мальчик.
— Что «Вив»? Ты такая сердобольная? — Вивьен говорила злобно, принявшись быстро кидать на стол упавшие принадлежности для учёбы и красоты.
Истерзанную подушку она отшвырнула ногой в угол, подняв за собой ворох из медленно закруживших перьев.
— Вивьен, — я попыталась говорить мягко, но губы тряслись, а язык заплетался. — Всё в порядке. Это Винсент.
— Так ты его знаешь? — она обернулся ко мне, взмахнув какой-то кистью. — Ты привезла с собой животное и не сказала? Ты хотя бы представляешь, что со мной было, когда я пришла в комнату, а тут... это!
Говорила она про Винсента или про беспорядок, который он устроил — я не уточнила. Комок в руках притих, поэтому я развернула одеяло и вытащила дрожащую ящерицу наружу.
— Винсент! — искренне улыбнулась рептилии и поцеловала её в лоб.
Затем ещё и ещё, пока не осталось ни малейшего не зацелованного миллиметра на его мордочке.
— Малыш, откуда же ты взялся?
Ящер яркого голубого цвета лишь млел от нежных поглаживаний по спинке.
— Видимо, оно было в твоей сумке, — всё ещё раздражённо проговорила Вивьен. — Ладно. Надо что-то сделать с этим.
Вивьен принялась за уборку, иногда поглядывая, как себя ведёт любопытная ящерица. Винсент смирно восседал на моих коленях, но на каждое новое движение незнакомой для него девушки, озадачено поднимал свой хвост.
На удивление происшествие с Винсентом сплотило нас с соседкой. Видя, в каком я состоянии после затянувшегося занятия, Вивьен под угрозой жестокой расправы запретила мне помогать с уборкой. Она быстренько сходила в прачечную и принесла нам новые комплекты постельного белья, старые же свернула в огромный ком и унесла прятать. Портить местное имущество — запрещено, но Вивьен обещала, что никто не узнает, какая комната виновата в уничтожении подушек и одеял.
Когда она вернулась, я успокаивала ящерицу. Винсент, кажется, проникся Вивьен и нетерпеливо мотал мордой, пока её не было.
— Ты ему нравишься, — улыбнулась я вошедшей.
— Ему нравится моя косметика, — обречённо выдохнула девушка.
Посидев в тишине, нарушаемой лишь хрюканьем ящерицы и вознёй Вивьен, мы разговорились. По душам.
— Ты прости меня за вчера, — не глядя на меня, вдруг произнесла Вивьен.
Он наклонилась, чтобы расстелить простынь, поэтому я не могла увидеть её лицо.
Зато я не на шутку удивилась.
— За что?
— Я была груба, — она замолчала на мгновение. — Это неправильно. Ты новенькая, а я ничего тебе не рассказала.
Что это с ней? Я совсем не обиделась. — Не бери в голову, — я произнесла совсем тихо, чтобы не побеспокоить сладко заснувшего на коленях ящера.
С ним ещё предстоит разобраться. Вот же! Пробрался тайно в сумку, едва заметив, что хозяйку куда-то увозят. Бабушка точно не могла его положить, она даже не знала о существовании Винсента, ведь все животные были под запретом. Даже сельскохозяйственные. Бабуля вообще их терпеть не могла.
— Я за этот день убедилась, что оборотни вспыльчивые и непредсказуемые.
И кратко описала дуэль Идена с Захари, а затем, и последующее нападение волка. Вивьен выслушала не перебивая. Задумчивость на её лице сменилась печалью.
— Да, от Идена можно ждать всего, но он неплохой парень, на самом деле, — застелив свою постель, она прогнала нас с Винсентом и принялась приводить в порядок моё спальное место. — Точнее, он неплохой, как человек, а вот, как парень кошмар! Уж поверь моему горькому опыту!
— О чём ты? 
Ящерица подскочила от моего громкого вопроса.
Вивьен серьёзно? Она встречалась с волком? Жаркие, наверное, отношения у них были. Интерес разгорался внутри, и я выпытывающе глянула на Вивьен.
— О том самом. Мы сошлись в конце первого курса, — она быстро разгладила волны на простыни. — А потом поссорились. Но он недолго горевал.
Я прикусила губу от любопытства. Любовные интриги студентов. Проклятье, как мне этого не хватало в школе. А здесь же все взрослые, уже серьёзные.
— Увлёкся непризнанной, которая раскрыла в себе волка и увязалась в его стаю.
— Ох, мне так жаль...
Понятия не имела, что говорят в таких случаях. Лишь раз в жизни утешала безответно влюблённую деревенскую подругу. Но тогда мы убежали на речку собирать ракушки, где она повстречала новую любовь. Браконьера...
— Ну, и поделом ему! — я аккуратно переместила спящего Винсента на свою подушку и накрыла одеялом. — Ты такая красотка! Невероятная! Он просто понял, что не потянет конкуренции за тебя!
— Спасибо.
Только было подступила к Вивьен, чтобы обнять её, как вспомнила, что вчера она дёрнулась от одного только прикосновения. Поэтому глупо замерла на полпути.
Заметившая мою нерешительность соседка, добродушно улыбнулась и сама подпрыгнула, заключив меня в дружеских объятиях.
— Спасибо тебе, — уткнувшись носом в моё плечо, прошептала Вивьен.
— Ты можешь на меня положиться, — так же тихонечко ответила я, счастливая, что обрела здесь подругу. В груди затеплились нежные чувства, желавшие вырваться наружу в виде слёз и комплиментов.
Чуть позже она меня выпустила из объятий и потребовала быстро прыгать в кровать и засыпать. Завтра предстоял полноценный учебный день с тремя двухчасовыми лекциями. На них желательно присутствовать свежей и выспавшейся, а то профессора любят частенько задавать каверзные вопросы на внимательность.
После того, как я отодвинула Винсента подальше и пообещала Вивьен, что он будет вести себя спокойно, я решилась на последний вопрос перед тем, как закрыть глаза и попытаться заснуть.
— Если он... — мне было неловко и спрашивать, и произносить мужское имя, но, проклятье, я не могла сдержать свой язык. — Если он ушёл к волчице, то кто же ты?
Из тёмного угла раздался выдох. Мгновение я не слышала ничего, кроме своего учащенно забившегося сердца. Даже успела решить, что соседка заснула, как та решила ответить.
И услышав её ответ, мне стало больно. Пальцы на ногах подогнулись, а к горлу подкатил неприятный ком.
— Я не смогла раскрыть зверя, — едва слышный голос разрезал тишину. — Непризнанная без намёка на успех.
Я долго ворочалась в постели в неприятных чувствах, пока недовольный Винсент, не ущипнул за локоть, чтобы я, наконец, угомонилась и заснула. Пришлось послушаться, а то кусается эта мелкая зверюга весьма неприятно.    
Лекционное занятие начиналось через час после открытия столовой для оборотней. Предполагалось, что студенты обязаны вставать в пять часов утра и проделывать водно-косметические процедуры не больше часа.
Без пяти минут шесть самые резвые студенты уже подпирали двери столовой, желая ворваться одними из первых. Ведь потом не всем хватит мест.
Как и мне сегодня. В небольшом помещении, казалось, собралась вся Академия. Кухарки еле успевали бегать с кухни до окна раздачи, одновременно с этим ругаясь с наглыми чем-то недовольными оборотнями.
Первый свой поход в местную столовую я провела в поисках свободного стула.
— Извини, а можно сесть рядом с тобой?
— Тут занято, — бросила мне заспанная блондинка, тут же облокотившись о спинку скамейки и занимая собой два посадочных места.
— Тут кто-то сидит? — не заметив никаких вещей, я поинтересовалась у студентки.
— Я, — она навалилась на стол и принялась тягуче медленно пить чай из железной кружки.
— Но здесь бы хватило места для нас обеих.
— Проваливай давай, первокурсница, — гаркнул на меня сидящий напротив лысый оборотень.
И для пущего эффекта сверкнул алыми глазами.
Почувствовала, как на моём лбу сходятся брови. Хотелось закричать, привлекая к себе и этой несправедливости всеобщее внимание. И так сесть вообще не куда, так на единственное местечко не пускали!
— Девочка, — шепнул мне ещё один парень, вытащивший изо рта вилку. — Послушай его и иди отсюда, пока Сун не взбесился.
Этот Сун издал неприятный гортанный звук, и мне ничего не оставалось, как повержено уйти. Отвоевать место я бы ещё могла, но сидеть по соседству с разъярённым чудовищем мне сегодня не захотелось.
В итоге, кое-как я жевала мясо на булке, прижавшись к стене столовой. Вынести еду мне строго запретила кухарка. А в первую учебную неделю я пообещала себе не нарушать никаких запретов и только присматриваться к округе.
Выдохнула, когда пришлось стирать с кофты жирное пятно. Кто-то сильно толкнул меня в бок, и мясо слетело с хлеба прямо на мою одежду.
— Извиняй, — прошептал выходивший из столовой грузный парень.
Надо было оставаться в комнате, как Вивьен. У соседки была припасена какая-то еда, которой она и поделилась со мной вчера.
Вивьен редко посещала столовую утром, предпочитая сладко досыпать лишний час и избегать толкучку из невыспавшихся студентов.
В обед, говорят, народу почему-то в столовой меньше. Вроде бы группы распределяются по часам.
Быстро закончив со скромной трапезой, я смахнула с белой одежды оставшиеся жирные крошки и побежала искать нужную аудиторию. Самой первой студенческой лекцией в моей жизни будет «Всеобщая история».
Звучало неимоверно скучно, но посещение было для меня обязательным. Посмотрим, что там за преподаватель.
На деле оказалось ещё скучнее, чем я предполагала. Безбородый дедок в светлом балахоне вещал размеренно и тихо. Так, что я пару раз ловила свою сползающую к столу голову. Другие студенты, тоже не прячась, клевали носом. Удивительно, как сам профессор не заснул.
Мировую историю я и так знала назубок. Ничего нового профессор не рассказывал, лишь зачитывал строки из учебника.
И тогда я решила больше не посещать эти лекции. А на экзамене... пусть назовёт мне любую страницу из этой толстой книги, и я зачитаю её наизусть без подсказки.
Спасибо бабуле. Всеобщая история являлась одной из нескольких книг в нашей скромной домашней библиотеки. И, разумеется, бабушка заставляла меня всё детство её перечитывать, да рассказывать.
Среди первокурсников находились как оборотни, так и непризнанные. Те же лица, что и на вчерашней тренировке с ректором. Я сидела рядом с девочкой-оборотнем, которая не осталась ко мне вчера равнодушной.
Красноволосая с неровными кудряшками по плечи. Девушка первая подошла ко мне с добродушной улыбкой.
Теперь-то я могла познакомиться без каких-либо мешающих обстоятельств. Мы проболтали половину лекции до тех пор, пока профессор не попытался нас рассадить.
Оборотень оказалась медведицей и представилась Анной. Поинтересовалась моим самочувствием. Я поблагодарила её за помощь и предложила ходить на занятия вместе. Анна приняла это предложение с удовольствием. Видимо, она тоже ещё не успела здесь как следует обжиться и завести знакомства.
Так я и обрела свою вторую подругу среди студентов Академии Оборотней.
За занятием историей мира следовала ещё одна история. Но уже ближе к теме. «История оборотничества». Вот на этом курсе точно должны дать ответы на мои бесконечные вопросы.
Отправилась искать кабинет я в одиночку. Перед занятием захотелось зайти в туалет. Анна порывалась пройтись со мной, но её увлёк беседой какой-то парень из медведей, чему моя новая подруга, кажется, была очень рада. Я заверила её, что найду кабинет сама, и мы скоро встретимся на уроке.
За очередным поворотом скрылась серая куртка. Я почувствовала нарастающую неловкость. Вчера же наговорила Идену плохих вещей. Его и так не любят, а я поддалась чужим разговорам и высказала грубости ему в лицо.
Было стыдно. Сильно стыдно. Так, что возникла мысль догнать парня и извиниться, но...
Щёки защипало. Наверняка на них проявился яркий румянец, как бывало, стоило мне заговорить с мужчинами!
И пока я пыталась успокоить нервно зашедшее в скачке сердце, серой куртки и след простыл. Затерялся в одном из бесчисленных коридоров этого замка с лабиринтами. И зачем было строить настолько сложное и запутанное здание? Как сам архитектор смог додуматься до подобного решения? И кто его поддержал?
Я брела вдоль одной из стен. Говорят, чтобы не потеряться, следует придерживаться одной и той же стороны коридора. Я выбрала левую. По дороге разглядывала старинные настенные подсвечники с незатухающими свечами. В каждом медном канделябре находилось ровно по три одинаковые свечи. И горели они слишком ровным и похожим друг на друга пламенем, чтобы быть реальным. Выходит, кто-то поддерживает во всей Академии освещение магией? Я всерьёз задумалась, повстречалась ли мне хоть одна потухшая свеча? Ммм… наверное, нет.
Тихонько отыскала дверь в туалет. Чисто, светло и пахло травами. Видимо, окуривают чем-то приятным, чтобы не раздражать чувствительное обоняние любого оборотня.
Обошла длинный стол для вещей и упёрлась руками в бортики умывальника. Над ним располагалось зеркало.
— Какой же у меня усталый и болезненный вид, — я провела указательным пальцем под глазом, надавливая на проявившийся отёк.
— И как бы я предстала в таком виде перед Иденом?
Палец резко спустился по щеке к губам, которые я резко захлопнула и прикрыла ладонью. Что я только что сказала? Ещё и вслух?
Я не могла признаться себе, что постоянно думала об этом несносном оборотне. Но только о том, что мне было стыдно за свои слова перед ним!
Я продолжала глядеть на своё отражение с распахнутыми в изумлении глазами и ругала себя. Дура! В столовую и на занятия ты, значит, не стесняешься ходить в таком виде. Чем же этот Иден был более особенным, нежели остальные студенты?
Ответ был одновременно так близко, и так далеко, чтобы поймать его и осмыслить.
Мы с волком уже не раз сталкивались за эти три дня в Академии, чтобы считать это случайностью. Хотя это случайность и есть!
Я мотала головой, всё ещё давя ладонью на губы. Не хватало ещё чего вякнуть лишнего, ведь из одной кабинки туалета донеслось шуршание.
Надо уходить отсюда побыстрее, пока я не опозорилась. Вдруг эта девушка слышала мою необдуманную фразу и потом расскажет кому-то, что я влюблена в волка. А это просто недопустимо. Что подумают обо мне остальные? Вивьен? Иден? Его девушка?
Проклятье, у него же есть девушка!
Я оторвала от раковины вторую руку и шлёпнула себя по щеке ладонью. Лёгкая боль отрезвила разум, и я успела выбежать из туалета, пока меня не заметили.
Фух, нашла себе беду на голову.
Отбежав на приличное расстояние, чтобы не быть пойманной, позволила себе отдышаться и раствориться в толпе снующих вокруг оборотней.
Отправившись на поиски нужного кабинета, я запретила себе думать о странном оборотне и о его не менее странном поведении. Я была уверена, что не влюбилась. Такого быть не могло. Скорее меня влёк к нему интерес другого плана.
Мало того, что Иден был непомерно силён, о чём заявлял его статус лидера волков, но и отчего-то мне казалось, что с ним была связана некая тайна. Возможно, мрачная. Возможно, сложная и запутанная.
Все эти неприятные разговоры и шёпот, извечно следующие за парнем по пятам — вот, что меня привлекало по-настоящему. Что мог такого натворить Иден, чем не оставлял ни одного студента равнодушным?
И это мне предстояло выяснить. Ведь Лея не будет Леей, если не придумает себе авантюру и не влезет в неё с головой. И пусть на этот раз дело было настолько деликатным.
Моё дико бившееся сердце не верило, что Иден мог кого-то там убить, как шептались студенты. Будь это правдой, его бы исключили? Верно?
Что-то в этой истории было не так.
Но его «нападение» на меня не давало покоя. Что это означало? Очевидно, парень не желал меня покалечить, а то бы никто не успел сдержать взбесившегося волка. Он позволил себя остановить.
Отыскав верный кабинет, я облизнула губы и прикрыла густыми волосами опухшее лицо. Сейчас я узнаю про оборотней, кем сама и являлась, а загадочных студентов оставим на потом.
Лекция началась довольно бодро.
— Профессор, скажите, — и вновь, моя рука устремилась вверх.
Молодая женщина кивнула, разрешая говорить.
— Какие звери, на самом деле, могут покровительствовать нам? Кроме волков, медведей и орлов?
Готовая к этому вопросу профессор сначала пыталась уговорить меня дождаться, когда она сама дойдёт до этой темы во время лекции. Но я упросила её рассказать сразу.
— Я не устану повторять, что человек может обратиться лишь в одного из четырёх животных. И это: волки, медведи, орлы и кошки.
— Но, профессор, я слышала, что мальчик из одной деревни обернулся крысой и проник на морское судно, чтобы... — какая-то девчонка оказалась столь же любопытна, что и я.
Однако преподаватель прервала её.
— Это легенда. Если вы будете внимательно меня слушать и не пропускать занятия, то ни одну такую услышите, — строго объявила женщина. — Обыкновенные смертные боятся и нас, и любой магии, поэтому принимают всякую нелепость и случайность за волшебство и козни колдунов. А теперь прошу вас успокоиться и слушать лекцию дальше, а то мы уже не успеваем.
Учебный день выдался долгим. Третью историю я выдержала с трудом. «История письменности и языков»… повеситься можно. Казалось, сейчас нас быстро обучат древнейшим магическим проклятьям, но нет.
— … так называлось слоговое письмо, изобретение которого происходило на протяжении…
И тогда я позволила себе задремать.

Сон выдался беспокойным, а пробуждение неожиданно резким. Утро началось с того, что в дверь без стука влетел один из преподавателей и криком принялся выяснять, не видели ли мы одного из студентов. Якобы тот пропал.
Не добившись от нас с соседкой ничего внятного, учитель предостерёг от глупостей и направился будить остальных.
Шум и гам не стихали несколько долгих минут. Кто-то вопил, плакал и стучал о стену.
— Что это было? — сипло произнесла я и прочистила горло.
— Я вообще ничего не поняла, — глухо пробурчала в ответ Вивьен.
Я потёрла глаза и повернулась в сторону соседней кровати. На ней, уткнувшись носом в подушку, засопела Вивьен. Золотые локоны распределились по светлому постельному белью, прикрывая едва задетое золотистым загаром лицо. Рассмотреть девушку внимательней было сложно. Глаза слипались, а онемевшая рука требовала перевернуться на другой бок.
Не в силах спорить с организмов, я быстро отыскала удобную позу и накрылась одеялом с головой, подумав о том, зачем же Вивьен каждый день высветляет свою кожу косметикой. Она же и без того очень эффектная девушка.
Под мысли о макияже удалось незаметно для себя уснуть. Но ненадолго. Сознание будто само переварило недавние события и вытянуло меня из грёз о качественной косметике и необычной одежде в реальный мир.
— Проклятие! — вскрикнула, вскакивая с кровати.
С другого конца комнаты раздался недовольный женский стон.
— Вив, вставай! — я наспех начала заправлять постель и случайно завернула в одеяло спящую ящерицу.
Винсент издал неопределённый свист и попытался выпутаться из тканевой ловушки.
Пока я его освобождала, тихо причитая себе под нос, Вивьен вновь засопела, иногда прерываясь на храп. Вот он, единственный изъян белокурой красавицы. Храпела она, словно пузатый дед. А как храпят пузатые деды я знала не понаслышке.
— Вивьен!
Оставив зверька досыпать на мягкой подушке, я принялась тормошить соседку. Ну, какая же она соня!
Одной рукой я поддела занавеску и мельком глянула в окно. Темнотища. Такая бывает перед рассветом.
Невольная дрожь от несуществующего холода пробежалась по всему телу. Босые стопы прилипли к полу, и я начала двигать онемевшими пальцами на ногах.
Какое-то непонятное сомнение поселилось в душе. Сонливость полностью улетучилась, а на её место пришёл липкий разрастающийся страх.
— Вив? — протянула я имя подруги.
Паника волной переместилась к горлу и сковала рот, мешая чётко говорить.
— Да что тебе?
Стоило прозвучать знакомому голосу, как волна будто бы схлыстнула. Отпустила. Ох, на мгновение я ведь подумала, что Вивьен мне больше никогда не ответит.
И откуда, волк меня дери, появились подобные мысли? Но ругать себя времени не было.
— Вив, преподаватель приходил... — я начала бессвязно бормотать, путаясь в словах от жуткого волнения. — Пропал. Он. Или она. Вивьен!
Надо было вспомнить, что говорил тот незнакомый преподаватель, но я не могла. Паника пульсировала в висках, заставляя теряться в мыслях и даже действиях. Я перетаптывалась на месте, пытаясь скинуть с себя дрожь, но та лишь усиливалась, переходя в нервную тряску.
— Успокойся, — вновь прозвучал заспанный голос. — Спи.
Вивьен никак не хотела внимать моим словам и намеренно продолжала засыпать с последующим храпом.
Спустя пару минут я плюнула на попытки её растолкать. Ладно. Сама разберусь, что происходит.
И быстро нацепив на себя лёгкое цветастое пальто, выскользнула из комнаты, оставив этих сонь в комнате вдвоём.
Ночной коридор встретил небывалым простором и воздушностью. Должно быть, сейчас хорошее время для прогулок, однако настроения наслаждаться одиночеством и тишиной у меня не было.
Я оббежала весь этаж, но не повстречала ни единой живой души. Постучалась в пару случайных комнат, но студенты либо спали, либо прогоняли, едва заслышав, что мне нужно.
В этот момент я пожалела, что не владею никакой магией, которая могла бы помочь с затеей. Да и способности оборотней у непризнанных проявлялись в очень малой степени.
Лишь редкие портреты известных личностей, которые оказались оборотнями, горделиво глядели мне в след. Академия будто вымерла. И не скажешь, что через часа полтора половина дверей распахнётся, и из них выползут недовольные очередным ранним подъёмом студенты.
И разойдутся они по душевым. Все, кроме кого-то одного... пропавшего...
— Ты чего бегаешь? Подойди-ка сюда!
От звонкого женского голоса я подпрыгнула на месте. Сердце пропустило удар и притихло. Не успела я обернуться, как заговорил кто-то ещё.
— Ректор Елена! Вот вы где! Нам необходимо ваше присутствие. Скорее, идёмте!
Я мгновенно сжалась от страха, но затихающие шаги слегка успокоили. Попыталась притвориться маленькой мышкой, слившейся с тенями, которую никто не заметит.
Ректор и мужчина, чей голос мне показался знакомым, ушли. Я могла продолжать искать... сама не зная что. Однако почему-то в голову закралась мысль, что мне несказанно повезло, ведь ректор не стала заострять на мне внимание. Отправила бы обратно в комнату спать и заперла бы на ключ. На всякий случай, чтобы не мешалась. Но какое спать, когда меня трясло, будто в начинавшемся приступе лихорадки?
Голыми стопами прошлёпала на первый этаж и остановилась посреди главного холла перед массивной входной дверью. Глубокие царапины от когтей на толстенном деревянном полотне не вызывали доверия, но они уже много лет украшали несколько дверей. Надо будет спросить у Вивьен, кто исполосовал половину Академии.
В холле оказалось пусто и темно. Я прошла вдоль широкой колонны, где взору открылся неприметный выступ с небольшим окошком. От любопытных глаз он был прикрыт не только колонной, но и тяжелой шторой, которая сейчас оказалась небрежно отодвинута. Один из уголков занавеса застрял в оконной раме. Удобное место, чтобы спрятаться прямо в центре главного холла! Наверняка, студенты скрываются здесь от преподавателей, чтобы потом тайно выскочить на улицу!
Подошла к окну и аккуратно выглянула во двор, где меня привлекло какое-то движение среди высаженных в ровный ряд невысоких деревьев вдоль забора.
Чтобы разглядеть хоть что-то пришлось хорошенько напрячь зрение. Две фигуры, в предрассветном сумраке облачены в белые форменные одежды. Примерно одинакового роста, но с расстояния невозможно определить их пол. Они наклонились друг к другу так близко, словно шептали на ухо различные тайны, боясь, что те попадут в стены школы.
Один из них неожиданно повернулся в сторону Академии, и я, испугавшись оказаться замеченной, отскочила от оконной рамы в сторону.
— Ой! — тихо прошипела, когда почувствовала резкую боль в области макушки.
Зубы плотно сжались.
Пошевелиться я не могла. Всё тело сковало едким страхом. И если бы не продолжающаяся режущая боль в голове, я так и осталась бы на месте. Задержалась бы здесь на несколько лишних сердечных ударов.
Едва стоило отклониться и проползти спиной вдоль шершавой стены, как вдруг на место, в которое я только что упиралась ногами, упал камень и раскололся на две части! Каждая из них была размером с кулак.
Любопытно. Как мог ни с того ни с сего свалиться камень? С таких мощных, непробиваемых стен! 
Костяшки пальцев пригладили твёрдые кирпичи. Держатся крепко.
Их же построили ещё в далёкие годы, чтобы удерживать магов и магических созданий в заточении. Древние человеческие монархи пошли на меры, решив что оберегают простых людей от неизведанного и непонятного им «ненормального зла». По крайней мере, об этом поведал профессор базовой алхимии во время лирического отступления на своей лекции.
И я, как вечная отличница, досконально запомнила практически каждую его фразу. Теперь же, информация, будто не прошенная гостья, лезла в голову.
Стоило только задрать голову вверх, как по холлу раздался цокот каблуков.
Вот же идиотка! Я мысленно обзывала себя всеми, когда-либо услышанными ругательствами. Почему же я не додумалась задёрнуть штору?
Если человек пройдёт чуть в сторону от центра холла, он точно заметит девушку в ярком оранжевом пальто, зачем-то ковыряющую стену Академии.
Выбора не было. Сделав несколько коротких шагов и стараясь ступать как можно тише, я прижалась грудью к шершавой колонне и замерла. Затаив дыхание, выжидала дальнейших действий незнакомца.
Неизвестный тоже не издал ни единого звука. Пропал, что ли? Или готовился напасть?
— Ах! — я максимально беззвучно взвизгнула, едва на плечо опустилась тяжёлая рука.
Мгновенно обернулась, норовясь с размаху ударить неприятеля в нос и царапнуть его ногтями. Но в последний момент, когда кулак уже практически соприкоснулся с чьей-то челюсти, мою кисть резко сжали, а на устах сомкнулась крепкая ладонь.
В тот момент я буквально умерла от страха, и даже спокойный знакомый голос не сразу привёл меня в чувства.
— Тише, — прозвучало прямо у мочки уха.
Горстка мелких мурашек пробежалась от ушной раковины по груди к животу и ногам. Я сдавлено выдохнула через нос в чужую ладонь.
Иден. Снова Иден.
И по непонятной причине, оборотень вдруг прижался к моей спине своей грудью, буквально вжав в колонну. Он накрыл меня практически целиком, закрывая собой от любого не прошеного взгляда. А я лишь сильнее сжималась. Уже не только от страха и неожиданности ситуации.
Мы были рядом. Катастрофически близко. Свежее дыхание приподнимало мои волосы на макушке. Я чувствовала, как Иден поморщился. Видимо, один из коротких отрастающих волосков скользнул ему в нос или уколол в губу.
От подобных мыслей мне становилось ещё более некомфортно.
Но повторившийся стук каблуков оборвал все мысли. Кто-то, постояв в холле, возобновил свой ход.
Я мельком глянула вниз — на оборотне ботинки с мягкой и бесшумной подошвой. Говорят, в столице такая начинает входить в моду. Непрактичная и не износостойкая, зато почти полностью подавляет звук шагов.
— Ц!
Раздалось еле слышное прямо у виска. Его дыхание участилось и стало слишком обжигающе жарким. Настолько, что по моей щеке скатилась влажная капелька.
Ох! Надеюсь, пот не будет пахнуть!
Но долго стыдиться естественной реакции организма мне не пришлось. Неизвестный человек прошествовал по холлу и скрылся в одном из множества коридоров.
Выждав с минуту, Иден сначала отлип своей грудью от моей спины. Затем оторвал ладонь от губ. Я свободна! Глотала воздух жадно ртом, будто не могла насытиться. Лёгкие горели от горячего кислорода. Чуть менее жаркого, чем недавнее дыхание поправлявшего свою задравшуюся куртку Идена.
— Милое платьице, — заметив, что я пришла в себя, парень усмехнулся.
— Это пальто!
Я поджала губы и отступила на несколько шагов. Мы всё ещё находились непозволительно близко для тех, кто даже не был представлен друг другу лично.
Выйдя из тени колонны, я уж было инстинктивно рванула обратно, но успела заметить, что в холле находились только мы вдвоём.
Тогда я бросилась к окну, но к разочарованию никого там не увидела. Следом вспомнила о камне, выпавшем из стены. Но только из-за того, что наступила прямо на него и чуть не подвернула ногу! Оборотню на потеху!
Мои конечности продолжали трястись, но я уже не ведала этому причины.
Иден окинул обнажённые ляжки взглядом, но ничего не сказал, за что я осталась ему благодарна.
И пусть нас сейчас едва не застали в подобной неоднозначной позе, мне всё равно было стыдно за свои голые ноги перед каким-то парнем! А тот, как назло, молча наблюдал за моими действиями.
— Что ты сделал? — намекая на недавние ужасно тесные объятия, спросила, больше не смотря на оборотня.
— А что я сделал? — его нарочито спокойный тембр ехидно лизнул мой слух.
Но я лишь возмутилась:
— Ты вжал меня в стену! — старалась говорить тихо, опасаясь, что кто-то услышит. — Ты зажал мне рот!
Послышался смешок. Ему ещё весело?!
— А, что, нельзя? — Иден подошёл ближе, вновь создавая это нарастающее с каждым шагом напряжение между нами. — Не понравилось?
Сдерживать эмоции всегда казалось мне ужасно сложной задачей. Хотелось одновременно влепить дерзкому нахалу пощёчину и, вместе с тем, униженно убежать в свою комнату. Общение с мужчинами давалось мне тяжелее, чем контроль эмоций. Я не могла спокойно терпеть их внимание к своей персоне. После того случая...
Мотнула головой.
— Нет, — чёткий и прямой ответ.
Ещё раз мотнула головой и отыскала взглядом упавший камень. Посмотрим. Мысленно провела прямую линию от него наверх и...
— Ух ты! — пропищала от радости, как ребёнок, тут же забывая об оборотне.
Довольная непонятной находке, вытянула из неприметной щели какой-то конверт.
На ощупь конверт сделан из самого обыкновенного шершавого пергамента. Цветом тоже не особо выделялся — обычный белёный пергамент.
Но что меня действительно поразило, так это цвет капли сургуча, которой запечатали конверт. Что могло содержаться в письме, если для окрашивания воска использовали черную древесную смолу?
А то, что внутри находилось не что иное, как записка, я не сомневалась.
Как же хорошо, что у меня неплохое зрение, и я вполне могу различать предметы в темноте.
Только начала переворачивать находку на обратную сторону, чтобы изучить был ли подписан отправитель, как вдруг запечатанная бумажка выскользнула из пальцев. Вот так легко и просто — была и нет.
И обнаружилась она нигде иначе, как в руках застывшего сзади оборотня!
Стоило резко обернуться, как я вновь оказалась непозволительно близко к парню. Чуть ли не впечаталась носом в его наклоненный к груди подбородок. А то точно бы расцарапала свой нос об острую щетину. Волки вообще редко бреются? Пытаются всем показать, какой у них густой и здоровый мех? Интересно, а волосы у него растут везде?
Хватит, Лея! Не думай о таком! Это непозволительно!
Щёки закололо маленькими иголками, будто их лизнул лютый морозец.
Я потупила взгляд и опустила голову вниз, желая, чтобы кудряшка скрыла от Идена проявившийся румянец.
Иден же больше не проявлял ко мне никакого интереса.
— Это моя находка, — я поджала губы.
Протянула руку, чтобы выхватить конверт из его напрягшихся пальцев, но Иден отступил от меня и развернулся, сразу же резко вскрывая печать.
— Эй!
Он чего творит?
— Оно не твоё! — я оббежала оборотня и оказалась впереди.
Пусть я и смущалась мужчин, но желание узнать о конверте съедало меня изнутри сильнее.
— И не твоё, — Иден грубо скомкал конверт и засунул его в передний карман брюк.
— А вдруг там что-то важное! Что ты делаешь?! — я буквально захлёбывалась от возмущения.
Не успела прочитать, был ли указан отправитель или получатель! Скорее всего, нет, раз Иден так небрежно смял пергамент. Да и зачем на письмах в тайниках оставлять подобную информацию? Но мало ли!
В мужских пальцах осталась зажата лишь небольшая белая бумажка квадратной формы.
Я невольно обратила внимание на ногти оборотня. Обычные короткие ногти. Совсем не скажешь, что они могут превратиться во что-то жуткое.
— Письмо? — про себя шепнул оборотень. — Кому владеющему магией нужно использовать обычную бумагу и карандаш?
Всё ещё обиженная, что оборотень не показывает найденный мною предмет, я высказалась:
— Может, это любовная записка? Романтично же, наверное, когда вы обмениваетесь письмами в секретном месте, а потом твой тайный возлюбленный хранит его под подушкой!
— С чёрной печатью? Хорошее любовное письмо, — хмыкнул Иден.
— Так, может, у них не было других цветов? Магазинов в округе нет, а уголь топят постоянно. Да и Академия такая мрачная, что здесь только чёрным цветом и подписывайся!
Я кивнула ему на ближайшую колонну, к верхней части которой была приделана каменная статуя горгульи, подпирающей потолок широкими крыльями. На каждой колонне в холле было по две таких же фигуры.
— Непризнанная испугалась? —  бросил он насмешливым голосом.
Непризнанная. Как Вивьен и говорила, нас здесь за равных не считали. В груди колыхалось неприятное негодование. Я потопталась на месте, пытаясь выместить обиду на каменный пол.
— Нет, — тихо возразила ему, пытаясь подглядеть в письмо.
Даже на носочки пришлось привстать и шею изогнуть под неудобным углом, но Иден нарочно постоянно прятал от меня текст.
Жители родной деревни называли меня проворной, но против этого парня ловкости и сноровки мне крайне не хватало.
— Дай мне тоже! — продолжив прыгать вокруг парня, я воспалила.
Но Иден лишь быстро пробежался взглядом по черным, кое-где смазанным угольным чернилам, и сложил лист в четыре раза перед тем, как убрать в тот же карман, что и мятый конверт.
— А мне показать?
— Не доросла ещё, — сверкнув медовой радужкой глаз, Иден выпрямился, специально или невольно демонстрируя этим нашу разницу в росте.
Или он говорил про возраст? Интересно, сколько ему лет? Да и на каком он курсе? Все оборотни поступали в Академию на первый курс, независимо от их уровня подготовки или возраста, поэтому Иден мог быть, как и моим ровесником, так и сильно старше.
Выглядел он лет на 25 примерно, но кто его знал.
— Первокурсникам скоро вставать на занятия, — он глядел на меня, как на ребёнка и от того было вдвойне неприятно. — Что вы там проходите? Сложение чисел?
— Пф, — я хмыкнула, поджав губы.
Вот зачем он так разговаривает с незнакомой девушкой?
— Иди досыпай, непризнанная, — рука Идена на миг согнулась в локте и приподнялась, но затем он быстро опустил её, прижав к собственному бедру. — А то так и не научишься ничему. Особенно уважению старших.
Я выглянула в окно. Совсем скоро рассвет, ложиться спать уже бессмысленно. Зато в душ могу успеть раньше всех и очередь в столовую занять, чтобы больше не стоять с булкой во рту у входной двери.
— Что ты тут делаешь вообще? — я перевала тему.
— А ты?
Не знала, стоит ли ему рассказывать, что я решила прошпионить за сомнительной парочкой во дворе.
— К нам в комнату пришёл преподаватель и спросил, не видели ли мы какого-то студента. Думаю, к тебе тоже приходили!
— И ты на ночь глядя отправилась его искать? Если даже сильные оборотни не справились, ты решила, что сможешь сама? — он удивился. — Непризнанная найдёт того, кого не способна отыскать ректор? Нонсенс!
От ухмылки у него приоткрылся рот, и я приметила белые острые клыки. Не хотелось бы, чтобы они впились в мою плоть даже в его человеком обличие.
— А, может, и смогу!
Честно, слова Идена меня ни сколько не обидели, даже, наоборот, раззадорили интерес. Парень буквально бросал мне вызов.
— Я узнаю, что произошло, — произнесла твёрдо, ступив на шаг ближе к Идену.
Задрала голову и глянула на него открыто, не боясь.
— Если твои сильные оборотни не могут его найти, то найду я. Человек пропал! Тут не до шуток!
Чужая рука вновь приподнялась, но уже не опустилась на место. Парень пригладил ладонью мои нерасчесанные волосы, задерживаясь на макушке. Я чуть было не взвизгнула, но сдержалась. Этим трюком он не поколебит мою волю!
— Да ты даже имени его не запомнила, а уже что-то рыщешь, — накрутив локон у моего виска на палец, наглец всё-таки оставил волосы в покое и развернулся, чтобы уйти.
— Погоди! — придя в себя после прикосновения, я прокричала ему в след. — Письмо!
— Почаще проси меня в этом платьице, тогда, может быть, дам глянуть.
— Это пальто! — неосознанно я вновь поправила парня.
— Да хоть портками назови. До встречи, непризнанная.
Он тихо ушёл, больше не оборачиваясь. Я осталась в пустом холле, прислушиваться к беззвучной поступи. Постояв немного, вновь бросилась к тайнику, надеясь нащупать что-то ещё.
— Жаль, — разочарованный выдох слетел с губ, и я съехала спиной по холодной стене.
Задницей плюхнулась на пол и застыла, обдумывая план. Почему Иден сказал, что ректор не способна найти пропавшего? И почему я не спросила у него?
Моя губа заболела от того, что зубы уже длительное время впивались в плоть. Задел моё самолюбие и увёл тему! Я пыхнула. Хорошо, пойдём от обратного. Иден ещё говорил, что я даже не знаю, кого вообще надо искать.
Надо узнать, кто пропал и всех ли студентов опросили преподаватели. Послушаю, что говорят в столовой, поспрашиваю одногруппников.
Пальто неприятно загнулось, поэтому я привстала, чтобы вытащить его из-под зада и расправить.
Платьице. Придумал же.
Почему-то сердце вдруг забилось чаще, я почувствовала страх? Панику? Тревогу? Нет, это было что-то ещё. Не менее яркое чувство, чем страх, но более странное и трудно определяемое. Сама не заметила как, но рукой уже давно оглаживала макушку. Так, как сделал он.
Вновь закусила губу и поморщилась, отрывая руку от волос.
Какие же глупости! Что я делаю?
Мне неожиданно сильно захотелось найти Идена. Накричать на него, что не отдал письмо, что ни разу не поинтересовался, как меня зовут.
Но это же так неправильно искать встречи с тем, кого не почти не знаешь...
Я попыталась выкинуть эти мысли из головы. Резко поднялась на ноги и, прислушиваясь к каждому шороху, отправилась в комнату за полотенцем и чистой студенческой формой.

В первую учебную неделю у первокурсников должны проводиться лишь лекционные занятия. По словам ректора, приступать к практике, а уж тем более, сражениям, к которым тяготели все оборотни, без знаний — совершенно недопустимо. И после шести лет обучения в мир мы должны выйти максимально ответственными и умеющими держать себя в узде.
А то первое занятие, где мы пытались вызвать своего зверя, было лишь демонстрацией нашей слабости и необразованности в вопросах владения своим же телом. Да заодно и сама ректор приняла к сведенью, что за первокурсники к ней поступили. И сделала вывод, что никого выдающегося среди нас не было. Так она и объявила нам, собрав всех непризнанных в просторной аудитории.
Среди нас оказалось и несколько второкурсников. Однако на удивление Вивьен среди присутствующих не наблюдалось. Хотя я была уверена, что она появится. Ведь требование для каждого непризнанного явиться на разговор с ректором с помощью магического усилителя разнёсся по всей Академии!
Преподаватель базовой алхимии велел непризнанным первокурсникам сдать ему гербарии с ночными цветами и бежать к ректору. Я даже немного расстроилась — он только начал рассказывать о растении, из которого можно сделать отличное средство от блох.
Хотела подарить Идену на полнолуние.
Оно, кстати, ожидается через недельку.
Пока пробегала через коридоры, выглядывала в окно. С недавних пор это стало моим любимым занятием. Тайные предрассветные интриги во дворе Академии, секретный балкончик с таинственными письмами и исчезновения студентов — это то, чего мне не хватало в сельском доме бабушки.
Когда единственным развлечением было расследование дела о пропаже соседской курицы. Зато случись нечто подобное — деревенские всегда приглашали меня, чтобы я вывела похитителя на чистую воду.
— Все собрались? У нас мало времени, — Елена уже поджидала студентов в одной из лекционных аудиторий.
Мест здесь было немного. Видимо помещение служило кабинетом для совсем узких специальных предметов. Такие должны у меня появиться уже курсе на четвёртом, когда я всецело научусь владеть своим зверем и определюсь с подвластной мне школой магии.
— Хочу объявить вам, что нет причин для беспокойства, — торопливо заговорила женщина, когда все студенты расселись.
Нас было около двух дюжин человек. Должно быть, присутствовали все, кроме моей соседки.
— Но ректор! Это уже второе исчезновение студента за этот месяц!
Необходимость собрания была очевидна. Среди непризнанных пошли разговоры о намеренном истреблении слабых студентов злобными оборотнями. О причинах и дальнейших последствиях велись разные слухи. Верить в них или нет, оставалось на усмотрение каждого. Для себя же я решила, что пронаблюдаю и докопаюсь до правды, чего бы мне это не стоило!
— Отставить панику! Ничего пока не случилось! — блондинка, занявшая своё место у кафедры, раздражённо повысила голос. Перекричать гул студентов было нелёгкой задачей. — Никто их не похищал. И вас не тронет. Будьте в этом уверены.
— Кай был нормальным парнем! Он стремился учиться! Да хвост мне в зубы, он был умным парнем! — один из присутствующих привстал с места и наклонился грудью вперёд. — Он бы сам не сбежал! Я сидел с ним за партой!
Точно, я вспомнила говорившего непризнанного и его пропавшего друга. Они всегда сидели вместе. И если Кай довольно активно отвечал на вопросы преподавателей и сам часто участвовал в дискуссиях, то его сосед всячески отвлекался на занятиях и пытался настроить Кая забить на учёбу. Парню была интересна жизнь Академии за пределами учебных кабинетов. Столовая, да коридоры — вот и все его увлечения.
Стоило только вспомнить о столовой, как мой живот чуть ли не перекричал непризнанного. Да уж, сегодня я была так счастлива, что попала на завтрак самой первой, что выпросила у поварихи несколько порций. Она, наверное, подумала, что я набрала еды для своих друзей, но нет. Съела, вернее сожрала всё в одно лицо и даже не постыдилась. Разве что, совсем немного.
Вивьен всё равно не посещает завтраки, поэтому можно считать, что я не дала её еде пропасть!
Теперь же я уже второй час чувствовала неприятное ощущение в растянутом желудке. Даже дышать было тяжеловато до сих пор.
— Сядьте на место, студент, — Елена подняла руку и поводила ладонью вверх-вниз, жестом усмиряя непризнанного.
Но тот не думал слушаться. Он распрямился и продолжил спор.
— И как нам теперь ходить по школе? Постоянно оглядываться? А если Кай не последний в их списке, а? — он перешёл на крик. — Если они нас всех уничтожат?!
— А вы даже научить нас защищаться отказываетесь. Одни лекции, да лекции! — поддержала его ещё одна студентка в крупных круглых очках.
Плохое зрение — редкость для оборотня, но девушка объясняла свой аксессуар тем, что сейчас носить очки модно. Так ли это было на самом деле — я не знала. Когда попыталась стащить их с её носа, студентка чуть ли в волка не обратилась от гнева. И обратилась бы, не будь она непризнанной.
— Мы учимся уже почти неделю, а вы даже защитить нас не можете! — вновь прокричал друг пропавшего Кая, чуть ли не заходясь в истерике.
Я молча наблюдала за происходящим, внимая каждому слову. Но один вопрос не давал мне покоя:
— А кто ещё пропал? — спросила я негромко, но слышно для каждого.
— Ты не знаешь? — сидящая рядом кудрявая девушка с родинкой на губе, наклонилась ко мне ближе.
— Отставить панику! — голос ректора прозвучал, как гром.
Даже ещё сильнее и раскатистей.
— Никто никуда не пропадал! Никто никого не похищал! — женщина стукнула кулаком о кафедру.
— И снова... и снова непризнанный... — напуганный шёпот прозвучал сзади.
Я наклонилась к соседке, чтобы уточнить у неё, так, кто же ещё исчез. Она зыркнула на недовольную Елену и тихонечко мне пояснила:
— Питер. Тоже непризнанный. Только окончил первый курс, а на каникулах исчез, — она шептала в самое ухо, будто боялась, что ректор услышит. — Он точно не мог сам уйти! У него семьи не было. Все погибли от рук людей.
— Ох, сочувствую, — произнесла и осеклась на полуслове.
Сочувствовать было уже не кому.
— И что сказали тогда, когда Питер пропал? Его искали?
— Конечно, — студентка оглянулась. — Опрашивали многих, но потом объявили, что он сам ушёл и тему замяли.
— Так просто? Он пропал всего месяц назад, а я узнаю об этом только сейчас! Неужели никто не ищет его? Прошло ведь ещё так мало времени! — я еле сдерживалась, чтобы не закричать во весь голос.
А, в общем-то, чего мне молчать?
— Ректор Елена! — я подняла руку, прерывая её спор с другом Кая.
Неприлично так делать, но куда деваться.
— Ректор Елена, позвольте спросить.
Женщина поправила ворот своего жакета и устало потёрла переносицу.
Я вгляделась в её красивое, всё ещё молодое лицо. Обычно светящиеся жизнью и властностью глаза сейчас казались тухлыми серыми речными камнями. Опухшие веки и бледное лицо придавали ей нездоровый уставший вид. Даже большое количество косметики не скрывали, что эта ночь для ректора оказалась напряжённой.
— Раз вы уже устроили тут портовый рынок, то давай, продолжай, — она махнула на меня рукой.
Переместив часть веса на ладони, которыми я опёрлась о длинный каменный стол, я уверенно встала.
— Почему перестали искать Питера?
— Лея! — шикнула на меня соседка.
Я мельком улыбнулась ей и тут же вновь поглядела ровно на ректора. Ситуация с пропажей принимает неожиданный поворот.
Я ожидала, что это всего лишь игра в кошки-мышки. Соревнование, кто быстрее найдёт Кая. Я или преподаватели. Но раз речь зашла о том, что это не первая пропажа студента, да ещё и непризнанного? Была ли здесь связь?
Додумать и выстроить догадки мне не дал ответ ректора.
— Потому что он самовольно решил покинуть стены Академии. Сбежал, как трус, никого не предупредив, — её брови сдвинулись, создавая пару глубоких складок на переносице.
— Но я слышала, что бежать ему было некуда.
Ох, не нравится мне всё это.
— Лея, ты что творишь? — соседка начала незаметно дёргать рукав моей формы. — С ума сошла?
— Некуда? — Елена искренне удивилась. — А как же его подружка, жившая в соседнем селении?
— Что за подружка? — продолжила допрашивать Елену.
— Вы, кажется, начинаете переходить границы, студентка Лея Бонти. Если вам так интересна личная жизнь студентов, то спрашивать об этом нужно точно не меня, — Елена не повышала голос, не меняла тон, но эти слова отдавали холодом и строгостью.
Я даже дышать перестала. Переминалась с ноги на ногу, как при близком столкновении с парнями.
— Питер Сайер никуда не пропадал, а сбежал. И в этом мы собственноручно убедились. Не думаю, что обсуждение его жизни является важным занятием. Садитесь, пожалуйста, и продолжим.
— Тогда почему вы нас собрали здесь, если это не является важным.
Ненамеренно я усилила голосом это «не». И, похоже, прозвучало слишком язвительно.
— Лея Бонти, вы, кажется, забыли, где находитесь и с кем разговариваете.
И тут я, действительно, испугалась. Хоть ректор и не показывала своих эмоций, но она была зла. Точно-точно! И если у пропавшего Питера была какая-то подружка, к которой можно было сбежать из Академии, то у меня совсем никого.
— Нужно ли мне сейчас объяснять, зачем вы находитесь в Академии? И что вас, лёгкую добычу для сект ненавистников магии, ждёт за её пределами?
Я сидела уже без возможности что-то ответить. Елена принялась запугивать и так несчастных студентов историями о человеческой жестокости.
Все разошлись, когда в аудиторию постучался учитель Дориан, кивнул студентам и спросил у ректора, когда та освободится. Та ответила, что собрание окончено, и все могут возвращаться к занятиям.
Студенты на такое ответили недовольными стонами, которые ректору уже не довелось услышать.
Друг Кая уже в коридоре пытался всех подговорить прогулять:
— Да он, что, проверит? Сама ректор не шарит, когда мы закончили. Вон, как ускакала с Дорианом.
Парень не давал никому разойтись.
— Давайте, а? — он быстро влетел в кабинет, сверился со временем и продолжил уговаривать. — У нас будет больше получаса отдыха, ребят. Зачем возвращаться? Всё равно ничего не успеем!
— Я за! — согласилась с ним одна из непризнанных.
Следом раздались неуверенные сомнения, но их быстро поглотило одобрение большинства, включая меня. Давно я не прогуливала уроки, даже как-то волнительно становилось на душе. Что будет, если преподаватели заметят нас праздно шатающихся по коридорам?
— Идём в столовку, там сейчас никого нет, — шепнул один из студентов и увёл почти всех за собой. — А вы что?
Он остановился, удивлённо поглядывая на оставшихся троих.
— Я в комнате полежу.
— Я подышать хотела бы, — сказала девушка, но быстро спохватилась. — Я никому на глаза не попадусь!
— А ты чего? Лея?
— Я? — быстро попыталась придумать ответ. — Я тоже полежу. Устала.
— Лучше бы поела, — хмыкнул парень. — Но лежать тоже неплохо. Ректор на тебя, прям, набросилась. Думал, что сожрёт тебя.
— Меня не так просто сожрать, — почувствовала, как уголки губ слегка приподнялись.
— Хорошо, Лея, если что, приходи. Буду рад тебя видеть, — напоследок он подмигнул мне и убежал за остальными в столовую.
Я впилась пальцами в рукава формы, начиная её мусолить.
— До встречи на занятии, — бросила девушка и пошлёпала сандалиями по плитке.
Второй студент тоже быстренько отправился в корпус с общими комнатами.
А я же, вновь поглядев на время, бросилась искать кабинет ректора. Уж больно интересно послушать, о чём могли говорить учитель с ректором. Возможно, это связано с Каем? Или...
Я переживала за Вивьен и всячески гнала от себя невольную мысль, что соседка такая же непризнанная, как и пропавшие парни.
— Что будем делать?
Хоть двери в замке Академии и вставили максимально толстые и глухие, но слух оборотня легко преодолеет любую человеческую поделку. Так приятно, оказывается, ощущать себя особенной! Даже, если ради этого приходиться навалиться грудью на дверь и прижаться ухом к щёлке. Главное, чтоб не ударили.
— Елена, мы должны найти этого парня, — голос учителя Дориана звучал уверенно и строго.
Ох, как бы и ему сейчас не влетело от ректора.
О Дориане студенты отзывались двояко:
«Учитель отличный парень. Он за нас. Никогда не кричит, закрывает глаза на опоздания и не жалуется ректору на шалости».
«Он такой красавчик! Волосы цвета полной луны, глаза, как месяц, а его стиль... я растекаюсь лужицей, когда он проходит мимо! Ох, девки, держите меня, это же учитель Дориан идёт!»
«Не нравится он мне, он точно за нами следит, а потом всё этой стерве рассказывает. На занятиях издевается! И рожа у него смазливая, а одевается вообще, как последний...»
Я же с учителем Дорианом особо и не пересекалась. Ведёт он практические боевые занятия, а у нас они пока ещё не начались.
— Должны! И мы ищем его, Дориан! — очевидно думая, что её больше никто не слышит, Елена позволила себе проявить эмоции.
Я даже отодвинулась от двери от страха, что закричали на меня, но тут же вернулась на место. Ого, я и не знала, что в её голосе может быть столько оттенков чувств!
— И мы найдём его! Так же, как и Питера, — последнюю фразу она произнесла тихо, но надрывно и с болью.
Мои ладони коснулись стен. Холод прошёлся с кончиков пальцев до груди. Питер...
Значит, они не знают, где он?!
Страх и трепет тонкими щупальцами подползли к горлу. Сердце замерло, чтобы не мешать слушать разговор дальше.
— Ты только дай согласие и я...
— Нет! — отчеканила Елена так, что я чуть не подпрыгнула от неожиданности. — Нет. Ситуация ещё не так критична!
Дориан цокнул.
— А когда будет «время»?
В кабинете что-то хрустнуло или треснуло, я не поняла.
— Тогда уже может быть поздно, — мужчина проговорил тихо, но в приятном тембре слышалось недовольство.
Он не боится спорить с ней. Интересно, что он собирается делать такого, чего боится ректор?
— Нет. И не смей без моего ведома этим заниматься!
— А когда? Сколько должно ещё учеников пропасть, чтобы ты, наконец, поняла, что у нас нет выбора.
— Дориан! Пропали трое. Трое, а не двадцать. Причина может быть любой.
Трое?!
— И вообще, Дориан, я попрошу тебя усилить контроль над студентами. Над всеми, — ректор замолчала на мгновение. — Особенно за непризнанными. Они лёгкая добыча.
— Комендантский час вводим?
Ничего себе! И так же не разрешалось бродить ночью по коридорам!
— Я объявлю о нём к вечеру. А теперь можешь идти и позови Аппо ко мне.
Как вкопанная я замерла у двери, пытаясь переварить всю услышанную информацию. И это промедление вышло мне боком.
Когда дверь беззвучно приоткрылась и из неё показалась мужская кисть, я от испуга отпрыгнула, едва не сшибая плечом низкий светильник с волшебным канделябром.
Коридор ближайшие метры без поворотов! Дориан поймёт, что я подслушивала!
Каблуки зацокали по каменному полу. И почему я не додумалась разуться?
Свечи и осуждающие портреты проносились перед глазами, пока я бежала вперёд по коридору. Шаг, ещё один, поворот влево и...
Прямо мне в грудь устремляются огромные медвежьи когти!
Именно тогда, когда я уже набрала скорость прямо передо мной откуда не возьмись в агрессивной позе образовался здоровенный медведь цвета стали. Малахитовым отблеском сверкнули злые глаза, а пасть раскрылась, готовясь сожрать меня не пережевывая.
И стоило мне уже проститься с жизнью, и наугад увернуться от нападения, как краем глаза я заметила, что зверь застыл в разъярённой позе и дальше двигаться не желал.
Вжавшись спиной в стену и присев, сбоку от медведя, я закрыла голову локтями, в надежде, что он не раздерёт лицо. Но животному, похоже на меня было всё равно!
Ох! Лея, Лея!
Тыкнула дрожащим пальцем медведя в подмышку и счастливо выдохнула. Статуя! Это была всего лишь статуя! А как же я перепугалась!
— Ну, и напугал ты меня, мишка! — пригладила ладонью холодную лапу и обошла зверя, чтобы поглядеть на него прямо.
— Не советую с ним долго играть, его сегодня не кормили.
Мужской голос застал меня врасплох. Из-за страха, что меня сейчас сожрут, я уже и позабыла о кое-чём куда более опасном.
По ушам словно ударили чем-то металлическим. Я мечтала оказаться сейчас в своей тёплой постели в комнате с сопящим на моём локте Винсентом.
Бежать уже не куда, меня застали врасплох. Я подняла голову наверх, заглядывая в изумрудные очи статуи, но она тоже не рвалась меня защищать.
Придётся действовать самой. Я осторожно обернулась к высокому длинноволосому мужчине.
Приготовилась к худшему, поджав пальцы в тесных туфлях.
— Ой, учитель Дориан, здравствуйте!
Не зная на чём остановить взгляд, я обращала внимание на всё подряд — свеча, красный галстук, царапина — ого — от клыков на стене?
Только собралась открыть рот, чтобы спросить у блондина, как можно было укусить стену, как мужчина перебил:
— Вас, кажется, зовут Лея, — произнёс мужчина, шагая ко мне.
По его лицу невозможно было понять, о чём учитель думает.
Острые когти ненастоящего медведя ткнулись в мою спину. Отступать не куда.
— Да, учитель.
Стоило учителю Дориану поднять руку, как я сжалась и зажмурилась, готовясь к удару, которого не последовало.
— Лея? — удивился мужчина.
Я открыла глаза и увидела, как он поправлял свои чуть съехавшие с носа очки.
— Простите, — пробормотала я.
И понадеялась, что он не станет заострять на этом внимание.
— Лея, не бойтесь меня, — опустил руку учитель. — Посмотрите на меня.
Медведь продолжал царапать куртку на спине, поэтому пришлось отойти, чтобы не коготь не оставил дыру. И поднять голову выше, как просил учитель. Теперь он точно запомнит меня и всё расскажет ректору.
А Елена прилюдно выгонит меня из Академии с позором! Отправит обратно к бабушке или в цирковую клетку!
Лучше бы меня похитили, чем это! Так бы хоть узнала, куда делись трое непризнанных.
Стоп! Трое... они говорили трое... Вивьен?!
Догадка поразила в самое сердце. Мои пальцы непроизвольно сжались на губах.
— Лея! Да, что с вами?
Времени на размышления и эмоции уже было. На кону стояла жизнь моей подруги!
— Вивьен... — лёгкие жгло. — Она? Это она пропала?
Лицо учителя оказалось ближе. Намного. И я не давала себе отчёта в том, что сама наступаю на мужчину. Хотелось схватить его за лацканы пиджака и хорошенько потрясти, пока не сознается!
— Что с ней сделали?
Едва удерживала язык за зубами, чтобы не начать обвинять их в халатности и неспособности брать ответственность за учеников!
— Студентка Лея!
На плечах оказались тяжёлые руки. И в ту же секунду весь мой корпус дёрнулся.
Я ошарашено глядела перед собой, пытаясь устойчиво встать, но чуть не повалилась за мужчину.
— Успокойся!
Он не кричал, но и этого строгого полушепота хватило, чтобы я замолчала и немного пришла в себя.
— Вивьен? Непризнанная со второго курса?
Ему хватило моего согласного моргания, чтобы продолжить.
— Видел я её сегодня. В медпункте была.
— Что?
Наконец-то меня перестали трясти. Я выдохнула и шагнула в бок, пытаясь отстраниться от прикосновений, но учитель Дориан держал меня крепко.
И если бы не страх за Вивьен, то я уж точно бы густо покраснела от неловкости и уже пялилась в пол, как дурочка.
— Подружка твоя в медпункте. Ногу повредила, вроде бы, — объяснил мужчина и похлопал меня по плечам, перед тем, как отпустить. — Ах, вот оно что! Послушала наш разговор и решила, что третий пропавший это Вивьен?
Я неуверенно кивнула. Щёки кололо от стыда.
— Ох, нет же! — он округлил глаза и резко выдохнул.
На мои просьбы поделиться информацией, Дориан склонил голову и прикрыл глаза. Его пальцы скользнули в карманы брюк, а кисти вывернулись под странным углом.
 — Я не должен рассказывать об этом, но раз ты и так уже оказалась в курсе и не отстанешь от меня, то скажу по секрету. Обещай, что никому, даже Вивьен не обмолвишься! Ни об этом, ни о том, что ещё слышала! Особенно, если это дойдёт до Елены...
— Я вас поняла, — перебила учителя.
Предупредить и отругать он всегда успеет! А вот рассказывать, что за третий пропавший просто так точно не станет! Нужно вытянуть из него это прямо сейчас!
А потом лететь в медпункт.
— Я надеюсь, — учитель свёл брови к переносице и принялся бегать по мне взглядом, словно изучая.
Мне показалось, что юбка задралась, и я принялась её одёргивать. И куртку запахнула, а то прохладно в коридоре. И
уши бы прикрыть волосами, чтобы сквозняком не надуло...
— Третий, вернее, первый, — мужчина заговорил совсем тихо, предварительно повернувшись в сторону кабинета ректора. — Если совсем вернее, то первая. Это была девочка Алиса, первокурсница на тот момент. Сейчас бы она было уже...
Секундную паузу занял стук моего сердца.
— На третьем, да.
— Кто она? Как пропала? Почему о ней не говорили студенты? Вы уверены, что её тоже похитили?
Я принялась спрашивать всё, что приходило на ум, боясь упустить хоть что-то, что могло оказаться важным.
— Подожди, девочка.
Учитель Дориан весь диалог активно жестикулировал, и его реакция на мои вопросы не была исключением. Ухоженные руки поднялись вверх на уровень его груди. Ладони были направлены в мою сторону.
— Я не должен тебе это вообще рассказывать.
— Но я же всё равно узнала! Я теперь тоже замешана в этом деле!
— Хах, а энтузиазма и любопытства тебе не занимать, — усмехнулся мужчина и обошёл меня сбоку.
Эта мимолётная близость между нашими телами слегка смутила меня, то отступить я уже не могла.
— Надеюсь, на моих занятиях ты проявишь себя, — поравнявшись со статуей медведя, Дориан пожал тому лапу. — Говорят, один из учеников тоже был крайне активным и из-за этого его превратили в камень.
Не может быть!
— Но разве не все чары временные?
Я оглядела зверя уже совсем другими глазами. То-то же он показался мне настоящим! Это оборотень! Живой!
— Не все, иногда рождаются очень сильные маги, способные безгранично искажать пространство.
— И как же... — я заглянула в зелёные бусины несчастных медвежьих глаз. — Расколдовать его?
— А? Не знаю, я на такое не способен, — погладив зверя по крупным клыкам, учитель развернулся на каблуках. — Не будем говорить здесь. Смотри, какие у него уши.
— Так он ещё жив? И понимает нас? — испуганный выдох вырвался из груди.
Если он ещё жив, то, возможно, есть способ спасти его?
— Отойдём.
Спустя сотню шагов, мы оказались на другом конце этого длинного коридора, который уже расходился в две стороны. Продолжать решили здесь. Возле кабинета ректора редко, кто позволял себе променад, поэтому мы могли себе позволить разговор без лишних ушей.
— Ты же теперь не отстанешь? — спросил и сам же кивнул.
Верно.
— Этот ученик был такой же, вот и поплатился. Давно это было, ещё до моего прибытия сюда, поэтому всего не знаю. Ректор не распространяется об этом, но ходят слухи, что статуя по ночам сходит со своего места и гуляет по коридорам Академии, наказывая не спящих любопытных ребят.
Я пару раз моргнула, глядя на учителя. Подобные истории мне рассказывала бабушка, чтобы отучить меня гулять в лесу. И в детстве это работало до тех пор, пока подвыпивший дед не сознался, что всё это выдумки про ночных охотников на детей, и в нашем селе самое страшное, что могло случиться — это наступить в чью-то «лепешку». Даже дикие звери обходили стороной наше поселение из-за месторождения риолита.
— Поэтому не советую ночью надолго покидать свою комнату, — подытожил учитель.
Дориан не смеялся, не улыбался. Наоборот, говорил ровным голосом, предостерегающим, но неизменно сопровождал свою речь кивками головой и лёгким взмахом рукой.
— А что он сделает, если встретит? — пролепетала я, сглотнув.
— Ох, представь себе ректора в ярости, — Дориан улыбнулся. — С характером Идена.
Я чуть не поперхнулась слюной.
— Крайне... неожиданное сравнение.
— Вот и я говорю — будь осторожней.
Заметив мои активные кивки головой, учитель Дориан меня похвалил и уже собирался уйти, как я остановила его. Вот же! Зубы мне заговорил и убежать решил!
— Учитель! Вы хотели рассказать мне об Алисе и остальных пропавших! — я буквально собиралась схватить его за рукав пиджака, но не решилась.
— Разве? — он приподнял брови. — Не хотел, но ты меня заставляешь! Что за студенты пошли...
Учитель тихо поругался себе под нос, но затем бросил мне крупицы информации, которые я бережно сохранила в сознании:
— У нас мало времени. Слушай, — Дориан показательно оглянулся в сторону кабинета ректора. — Она была способной девочкой, хоть и непризнанной. Дочь охотника с детства носилась с луком подмышкой, пока родной отец чуть не пристрелил её.
Не обращая внимания на мой трагический выдох, учитель продолжал быстро говорить.
— У неё либо глаза засветились, либо хвост отрос — не знаю. Суть в том, что во владении оружием ей не было равных здесь. Да и в магии она, говорили, немного смыслила. Разговоры с животными и целительство были её коньком, что удивительно для охотницы, — буквально без пауз вещал преподаватель, а я слушала развесив уши. — В Академии её не особо любили. Не знаю почему. Девушка она была милейшая и нежная.
Он смерил меня взглядом, а я поёжилась.
— Чуть менее мила, чем ты.
Ногти впились в ладони.
— И однажды, она ушла на тренировку в лес и не вернулась. Тогда все решили, что Алиса не выдержала гнёта со стороны одногруппников и сбежала.
— А на самом деле она не сбежала? — я зацепилась за эту фразу. — Её похитили?!
Послышался цокот. Дориан покачал головой.
— Не знаю, милая Лея, не знаю. Тогда ввели запрет выходить в лес без разрешения ректора.
— Этот случай похож с теми, что случилось с Каем и Питером? Хоть какая-то схожесть, кроме того, что они все непризнанные?
— Ну, — он отвернулся. — Первокурсники, непризнанные, молодые и неопытные. А теперь тебе пора идти, Лея. И я надеюсь, что об этом разговоре ты никому не скажешь.
— Ни кому, — подтвердила.
Теперь у нас с учителем есть одна тайна на двоих, и это вызывало трепет на душе.
— Рассчитываю на тебя, студентка, — и, потеребив мне волосы на затылке, учитель попрощался.
А я начала приглаживать причёску и соображать, куда двигаться дальше.
— А Питер? — попыталась выцепить ещё информации, но тщетно.
— Вас ждёт подруга в медпункте, — напомнил учитель чуть громче, чем до этого.
Очевидно, больше он мне ничего не скажет. Пора уходить.
— Лея, — тихо окликнул учитель, когда я уже было отвернулась. — Почему вы так боитесь меня?
— Нет, я... — не знала, что сказать.
Его вопрос не относился к делу и был слишком личным, чтобы сбить меня с толку.
— Вы боитесь мужчин? — догадался учитель.
Как он узнал? Я настолько не могу держать себя в руках?
Я неопределённо пожала плечами и заторопилась поскорее уйти, раз мы уже попрощались. Не хотелось продолжать эту тему. Слишком она болезненная и неприятная.
— Лея, — вновь позвал.
— Мм?
— Если вам понадобится помощь или вы захотите поговорить, то я всегда буду рад тебе.
Закончив фразу, он сверкнул стеклом очков, опустив голову ниже. Улыбнулся нежной улыбкой и, подмигнув, направился вновь в кабинет ректора.
Я же простояла с минуту, глупо пялясь ему в след. Он только что предложил помощь, которая мне невероятно сильно нужна. Искать пропавших студентов одной первокурснице будет очень сложно, и я понимала это. А союзник среди преподавателей это крайне полезный человек!
По дороге в медпункт, я пыталась сообразить, сколько времени и не опаздывала ли я на следующее занятие. Лекцию об истории оборотней не хотелось бы пропустить!
— Эй, девочка, прогуливаем? — глухо крикнул кто-то из-за толстых каменных колонн.
Архитектура здания поражала. Высоченные потолки на каждом этаже! А эти резные колонны с фигурами удерживают потолок, чтобы он не свалился на студентов? Интересно, а оборотень может силой заставить его обвалился?
— Глухая? Орлица, что ли?
Кто-то продолжал кричать, пока я брела по залу возле главной лестницы. Интересно, из какого камня здесь всё построено?
Подошла к лестнице и пощупала перила. Холодные. Такие облизывать будет страшнее сосульки зимой.
Неожиданно по спине прошёлся морозец, а в груди застучало. Не успела я удрать отсюда, как на плечо резко опустилась чужая тяжёлая рука.
— Ты кто такая? М?
Этот незнакомый человек пресёк мою нервную попытку вырваться и ухватил уже за второе плечо, разворачивая меня к себе. Я не желая того, уткнулась взглядом в широкую грудь, из-под ворота майки которой торчали кудрявые чёрные волосики.
— Я спешу! — бросила этому наглому человеку и вновь безуспешно дёрнулась.
Хват стал ещё крепче. А парень оказался здоровенным бородатым мужчиной! Его волосы на груди шевельнулись, едва он приблизился ещё сильнее.
Мне не удалось оторвать его руки от своих плеч, и человек только посмеялся над моими жалкими попытками. Да за что мне такое наказание сегодня?
— Не люблю, когда меня игнорируют, малая, — чёрная борода дёргалась, когда он двигал челюстью.
И меня это до жути пугало.
— Так я не игнорирую...
— Когда я спрашиваю, мне должны отвечать, — грубый бас сотрясал воздух и неприятно пульсировал в ушах.
Что делать, если рядом ни души, а это чудовище прижало меня к лестнице? Драться с ним бессмысленно, да он меня всю пололомает! Мной овладел первобытный страх жертвы перед этим здоровенным хмурящим брови хищником. Один удар, и он сотрёт меня в порошок, а я... я ничего не успела в этой жизни!
— Дайте мне пройти, я правда спешу, — попыталась воззвать к его порядочности трясущимися губами.
— Что ты там мямлишь?
— Отпустите меня, — произнесла чуть громче, но всё равно не достаточно уверенно, чтобы убедить этого парня.
— Ты пойдёшь, когда я этого захочу.
Волосы на его груди тряслись от каждого нового произнесённого им слова. И я представляла, что сейчас они удлинятся, превращаясь в густой мех.
Огромная ладонь скользнула с моего плеча по руке вниз, задевая ногтями кожаную ткань форменной куртки. Мои попытки вывернуться опять ни к чему не привели! Нужно было срочно что-то предпринять, пока он ничего не сделал!
— Извините, но я... — вобрав в лёгкие, как можно больше воздуха
Когда неподалёку раздался стук каблуков по коридорам, я замолкла на полуслове, а затем принялась говорить громче, чтобы меня услышал приближающийся человек.
— Отпустите меня! Отпустите! — надрывно закричала, начав яростно трепетать в руках опасного оборотня. — Я не хочу! Не бейте меня!
Визжала так, что даже статуи должны были свернуть свои тяжеленные шеи и обратить на меня внимание.
Шаг незнакомца на миг неуверенно замедлился.
Ну, нет! Не пугайся, кто бы ты ни был!
— Помо...
В губы вжалась горячая ладонь. От неё тошнотворно веяло старой гнилой землёй. Я замычала, царапая волосатую руку ногтями. Помогите!
— Что случилось? — прозвучал молодой женский голос.
Через миг краем зрения я приметила стремительно приближавшуюся шатенку. Её глаза горели жёлтым пламенем, а зрачок был длинным и острым, как у настоящей кошки. Из-под тёмных волос выскочили два небольших стоящих ушка.
И неслась эта дева прямо на нас. Со всех сил я попыталась толкнуть мучителя в её сторону, чтобы случайно не попасть под когти разъярившегося оборотня.
— Отойди! — скомандовала девушка, приблизившись к нам.
Хватка на моём рту ослабилась, а затем и вовсе пропала. Я принялась тут же тереть лицо и морщиться. Попыталась отступить, но холодные узоры витиеватой лестницы упёрлись в ногу.
— Ещё одна пришла, — хмыкнул парень и уже целиком развернулся к новоприбывшей.
Видимо решил, что я от него и так уже никуда не денусь.
— Поиграть хочешь, кошечка? — гортанный пошлый хохот отвратительным звучанием застыл в воздухе, пока его не прервал удивлённый вздох и кашель.
Я ахнула.
— Я сказала тебе — свали, — отчеканила девушка.
Я моргнула, а её кулак уже находился где-то в районе живота парня.
— Я убью тебя, стерва! И твою подружку тоже! — безумно взревел парень и...
Начал обращаться во что-то ужасно огромное. Между двумя оборотнями завязалась потасовка. И пока я кое-как сумела выбраться из западни, эти двое практически полностью покрылись шерстью и принялись бросаться друг на друга.
Пригнувшись, я отбежала на небольшое расстояние, чтобы меня не задели. Ноги тряслись от ужаса.
— Р-р-р!
— Р-в-а-а!
Зверские звуки сотрясали холл. И почему никто не выбегает! Это нужно остановить, пока кто-то кого-то не ранил! Да, где же преподаватели, студенты, ректор?!
Повращав головой, я приметила небольшую картину, к которой тут же и бросилась. Рамка оказалась тяжёлой, металлической с острыми углами.
То, что надо!
— Эй ты, уродливый! — дрожащим голосом крикнула, но слова потонули в шуме битвы. — Тупой мужик!
Более громкие и оскорбительные слова смогли привлечь внимание оборотня. Жуткий волк, недолго думая, полетел прямо на меня!
— Нет! — прокричали мы с девушкой одновременно.
Я вытянула руки вперёд, закрываясь от громадных клыков картиной.
— Р-а-а!
Перед глазами всё поплыло и обернулось красными тонами. Нет! Нет! Нет! Я не умру здесь!
Руки с усилием вскинулись вперёд, а следом выпустили картину.
— Убью! — ужасающий рык преследовал меня, когда я со всех ног дёрнула с этой дуэли.
По пути нагло схватила за волосатый оголённый локоть девушку, и вместе с ней мы рванули вниз по лестнице, оставляя разъярённого волка в попытках снять с головы картину! Так ему!
В спешке мы добежали до первого этажа и вылетели во двор. И только там, опустившись коленями прямо на высокую траву, я поняла, как сильно запыхалась.
— Вот это... — говорить тяжело, я задыхалась. — Да...
Лёгкие жгло так, что хотелось выплюнуть их прямо здесь. И я свалилась боком вниз, утопая в холодной зелени.
— Почему... зачем он? — губы заледенели и затряслись.
Остеклевшим взглядом я пялилась вперёд, но картинка перед глазами не появлялась, лишь пульсирующая мгла слепца неприветливо глядела на меня в ответ.
Хотелось забиться в пыльный угол и сжаться. Так больно, так страшно. Я перестала чувствовать своё тело, перестала ощущать запах земли, на которой уже лежала. Быть может, я всё-таки умерла? Не убежала от этого урода?
— Эй, ты как? — сквозь пелену ужаса пробивался чей-то голос.
Я вздрогнула так, что чуть не подпрыгнула. Опять тот парень?
— Ты чего? Да он просто засранец!
Нет, девушка.
Выдохнула. Это просто девушка.
Острая трава царапала щёки и залезала в глаза. Луна-луна, я снова что-то чувствую! Эмоции возвращались первыми, следом за ними осязание. И вот я уже потихоньку села и окинула взглядом двор. Где-то далеко, на другом краю двора за деревьями, студенты играли в мяч. От увиденного мне ещё сильнее полегчало. Я была не одна!
Передо мной прошлись чьи-то ноги в брюках. Я подняла голову и увидела уже знакомую шатенку с неестественными жёлтыми глазами и странными зрачками.
— А все оборотни умеют себе одежду зашивать? — спросила я, чтобы успокоиться и отвлечься от неприятных мыслей. — Ну, то есть, магией её заново создавать.
— Не завидую тому, кто не умеет, — ответила мне шатенка, накидывая на голову белый капюшон. — Тебе лучше?
Я аккуратно кивнула.
— В медпункт не надо?
Я ощупала свою шею на предмет укусов и ран, повертела запястьями, втянула и вытянула живот. Вроде бы цела. Только устала, как собака, от бега. До сих пор отдышка не прошла! Вот мне и физическая выносливость оборотня!
— Тогда пока, — произнесла моя спасительница и быстрым шагом направилась в сторону входа в Академию.
И всё бы ничего, и я была не против отпустить её и продолжить сидеть на траве. Но мне вдруг стало так страшно оставаться одной. Казалось, если девушка уйдёт, то из-за вон того дерева на меня выпрыгнет тот волк и сожрёт! Или из-за того! Наверняка, он тут спрятался и поджидает, когда я ослабну!
— Подожди! — крикнула из последних сил, в надежде, что шатенка побудет со мной ещё хоть немного времени.
Пара дыхательных циклов, и я очухаюсь. Я всегда быстро приходила в себя после бега!
Девушка обернулась, но что-то в её движениях было не так. Её пухлые губы на загорелом лице поджались так, что аж вдавились друг друга, образуя тонкую линию. На её лбу выступила испарина. Что с ней?
Продолжив оглядывать девушку, я заметила, что на белой форменной куртке расползалось алое пятно!
— Проклятье!
Виски запульсировали. Надо было что-то делать! У неё на боку, похоже, огромная рана! А я тут сижу и ною, как мне страшно и плохо!
— Не уходи! — поднимаясь с земли и не отряхиваясь, я побежала к ней, едва не падая, запутавшись в траве, которая то и дело цеплялась за обувь.
Нет! Не сейчас! Давайте, ноги, не подведите!
Добравшись до девушки, я принялась разглядывать её целиком.
— Со мной всё нормально, — едва слышно прошептала шатенка и потопала дальше к дверям.
Но я уже не отставала.
— Я провожу тебя в медпункт, — подхватив её под плечо, я уже более уверенно направилась вперёд.
Времени раскисать не было. Нужно срочно показать её врачу.
— Не надо, — она почему-то вяло засопротивлялась.
— Надо.
Недовольный цокот через мгновение сменился болезненным стоном.
— Ты как? — обеспокоенно спросила я, пытаясь ускориться.
Идти и уже буквально тащить на себе живого человека было тяжело, мы едва продвигались вперёд.
Девушка не ответила, только выдохнула и промычала.
Наверное, ей было очень больно. Я напрягла мышцы пресса, чтобы не свалиться под тяжестью чужого тела и двинулась дальше. А вот, куда идти, я понятия не имела.
И что делать?! Нельзя медлить! И почему я не узнала заранее, куда идти?! Дура!
— А ты... — ничего не оставалась, кроме как спросить у самой пострадавшей и надеяться, что она сумеет ответить.
Продолжая оглядываться в поисках сама не зная чего, я наткнулась взглядом на знакомую колонну, за которой вчера пряталась. И прямо за ней, из-под развивавшейся тёмной шторы вынырнул парень.
Смущаться времени не было, но я всё равно почувствовала, как закололо щёки, стоило нам пересечься взглядом. Иден быстрым шагом устремился в мою сторону.
— Живая? — без издёвок и привычных усмешек, парень отнял раненную девушку от моего плеча, поднял её на руки, и торопливо зашагал в один из коридоров. — Ты. За мной.
Идти сразу стало легче.
Едва поспевая за широкими шагами, я возрадовалась нашей встрече с Иденом. Несказанно повезло, что он был здесь! А ещё больше повезло, что медпункт находился в этом же крыле здания и на первом этаже. Подниматься по лестнице мои мышцы могли и отказаться. К тому же там мог ещё находиться тот гадкий оборотень! Хах, надеюсь, картину с головы он ещё не скоро снимет.
Дорога заняла совсем мало времени. Очевидно, только что закончились занятия, поэтому вылетевшие из кабинетов толпы студентов, глядели нам в след.
— Смотри, Иден опять кого-то убил!
— И куда он тащит труп?
— Сожрёт, наверное… Он же на всю голову больной!
Эти слова словно ударили меня по голове. Вот именно сейчас. Хотя до этого я уже слышала обвинения в адрес оборотня, но почему-то не верила в них. А вдруг он... сделает что-то этой девочке? Я не могу этого допустить, нет!
Но долго терзаться мне не дал сам виновник нахлынувших сомнений.
— Открывай, — от голоса Идена веяло холодом и нетерпеливостью.
Парень, удерживающий раненную девушку на руках, застыл у закрытой двери. Сбоку от неё висела совершенно неприметная каменная табличка, сливавшаяся с остальной стеной:
«Медпункт».
Девушка в который раз застонала и задрыгала ногой, но Иден не собирался её выпускать.
Не сомневаясь ни секунды, я дёрнула ледяную ручку на себя, едва не задевая свисавшую женскую ногу.
— Осторожнее! — Идену пришлось отскочить, чтобы я их не пришибла.
— Ой.
Не дав мне извиниться, оборотень отпихнул меня плечом в сторону и влетел в комнату, тут же укладывая девушку на свободную кушетку.
— Ами! — крикнул оборотень, попутно озираясь по сторонам.
Я вошла следом и направилась к раненной. К носу подобрался солёный запах ржавчины. Тошнотворный и резкий. Из моего горла вырвался гадкий звук, подступающей рвоты, а глаза резко защипало. Проклятье!
— Уходи, — обойдя зал по периметру, Иден глыбой вырос передо мной.
Его широкая грудь, прикрываемая серой курткой, закрыла мне обзор на девушку, под спиной которой расползалось по кушетке бордовое пятно.
И это всё из-за меня...
— Убирайся!
Сильные руки развернули меня, как куклу, лицом к дверям и подтолкнули вперёд, но я не далась. Застыла, как статуя, не желая сдвинуться ни на шаг. Я не брошу девушку, пока не смогу убедиться, что с ней всё в порядке!
— Я не уйду, — я развернулась обратно, зло глядя на высокого парня.
Пришлось задрать голову, чтобы увидеть эти агрессивные медовые глаза. Его ноздри задрожали в нетерпеливом дыхании.
— Тебе здесь нечего делать, непризнанная, уходи, — он сжал челюсти и через колючую на вид щетину проступили острые желваки.
— Я. Не. Уйду.
— Зараза мелкая, — недовольно цокнул языком Иден.
Открыть рот и попытаться вновь меня выгнать ему не позволил тихий женский голос.
— Иден?
Мы с оборотнем одновременно повернулись к дальней кушетке, стоящей в углу комнаты. Там, прижавшись к окну плечом, сидела та, ради которой я стремилась в медпункт. Бледная, с синяками под глазами и белой повязкой вокруг шеи.
— Ами сейчас подойдёт, — едва слышно прошептала Вивьен, устало запрокидывая макушку к стеклу.
Сквозь полуприкрытые веки, девушка взирала точно на оборотня. Но поймав взгляд парня, быстро отвернулась и натянула лежащее рядом одеяло прямо до подбородка.
— Вив... что с тобой? — мои губы задрожали.
Хотелось тут же подбежать к соседке и выяснить, что могло случиться, но сейчас куда большего внимания требовал другой человек.
Я присела на кушетку к незнакомой девушке и принялась осматривать её рану. Ничего не понятно! Боясь прикасаться, чтобы ненароком не сделать ей больно, я попыталась аккуратно расстегнуть её белую куртку. Пальцы дрожали и не слушались, то и дело выпуская упрямую пуговицу. Я должна! Должна сделать для неё хоть что-то!
— Иден?
И только эти глупые пуговицы подчинились, как меня вновь грубо отпихнули в сторону, едва не повалив на пол. И благо я не успела зацепиться рукой о стонавшую студентку. Вместо неё моя рука сомкнулась на локте толкнувшего. Мы повалились на пол вместе.
Горячая широкая грудь этого нахала придавливала меня, не давая и шанса вырваться. Лёгкие жалобно молили о крупице воздуха, спустя пару бесполезных попыток вздохнуть.
— Ммм... — болезненно застонала.
Сейчас он меня раздавит! Рёбра сдавило, вжимая прямо в органы. Мои руки тут же нашли его плечи, пытаясь оттолкнуть из последних сил.
А Иден будто и не собирался вставать!
— Мило дрожишь. Нравится? — горячее дыхание лизнуло щёку и будто забралось под кожу, растекаясь тёплой волной по телу.
Стыдно, страшно, но иных неприятных ощущений, кроме как давления на рёбра, я не ощущала.
— Ммм! — слова застряли в горящих лёгких.
Сердце выпрыгивало из груди от страха, что тело сейчас погибнет без кислорода. Конечности бились о парня, оттягивая его одежду. Руками и ногами я пыталась отпихнуть его от себя, но он лишь сильнее надавил мне на грудь своим весом и ухмыльнулся, отклоняя голову назад.
— У тебя глаза красные, ты знаешь?
Его лицо было так близко, губы едва не касались моего носа.
Конечно, они красные, я же задыхалась!
Миг. Давление спало, я смогла дышать! Перевернулась на бок, тут же начиная кашлять и хрипеть. Да что же это такое! Аж слёзы из глаз брызнули от ощущения, что я жива.
Волосы упали на лицо, закрывая часть обзора, но аккуратно отползала, хватаясь руками за кушетку. Иден уже успел отойти и протянул руку в мою сторону. Покачала головой, отказываясь. Я сама. Я не слабая. Я не опозорюсь перед ним ещё раз.
И почему меня это вообще беспокоит!
Стоило немного прийти в себе, как я поднялась на неустойчивых ногах. Голова слегка закружилась, стоило мне увидеть огромную рану на уже оголённом боку лежащей девушке. Возле кушетки сновала низенькая женщина в толстых очках и в белом халате чуть ли не до пола.
— Так, если все встали и не при смерти, то вон из кабинета! — заметив меня, чересчур высоким голосом крикнула незнакомка. — Брысь! И тебя это тоже касается!
Она небрежно поправила халат на груди и указала пальцем с огромным перстнем на Идена.
— Сейчас заберёте в рану инфекцию! Я её только открыла, а она уже затягивается! Уходите оба!
Не в силах терпеть визг, бьющий по перепонкам и жгучую тошноту, я в последний раз убедилась, что девушка дышит, и отправилась к выходу. По дороге попыталась разглядеть Вивьен и поймать её взгляд, но вместо соседки на койке сидел огромный белый ком одеяла. Вивьен накрылась с головой.
— Я был уверен, что тебя вывернет, — когда мы вместе оказали в коридоре, Иден опёрся спиной о стену и скрестил руки у груди.
Я медленно вдохнула воздух. Кислый привкус металла и тошноты всё ещё ощущался во рту. Насколько большую рану я видела впервые! Неудивительно, что испугалась!
— С ней же всё будет хорошо? — я неосознанно повторила позу оборотня, но уже по другую сторону от двери.
— Не знаю, — пожал плечами Иден и провёл ладонью по подбородку, будто стряхивая плохие мысли.
Но судя по тону, ему было всё равно на раненную девушку!
— Мы должны что-то сделать! — я встрепенулась и приоткрыла дверь кабинета, но не успела и моргнуть, как она захлопнулась.
— А?
Мою руку сжимала ладонь Идена.
— Отпусти ручку, — скомандовал парень.
Но я не послушалась.
— Мне надо хотя бы взглянуть на неё! Это же из-за меня она...
Чувство вины вязким ядом растекалось по венам. Говорить об этом практически незнакомому оборотню не хотелось, но я не могла сдержать эмоции!
— Отойди и успокойся, — Иден громко выдохнул через рот. — Всё с ней будет отлично. Астрид ракшас, а Ами знает, как работать с ранами! Не мешай делу своим мельтешением!
И наклонив голову, я отступила. Наверное, он прав. Да, он прав! Я уже сделал всё, что могла. И теперь девушка ранена!
Вдох-выдох, мой пульс бился на пределе возможного. Захотелось скулить от ожидания, когда же уже разрешат заходить в кабинет.
— Молодец, девочка.
Иден встал ровно напротив, закрывая от меня дверь.
— Подыши, сходи поешь, а то бледная, — он нескромно заскользил по мне взглядом. — И майку не помешало бы сменить.
— Что? — на мгновение позабыв о девушках в медпункте, я удивилась его словам.
Оборотень кивнул, и мой взгляд зацепился за собственную одежду. Ох! Прямо в районе живота на бежевой кофточке расцвела кровавая роза. Руки сами собой прикоснулись к пятну, хотя я прекрасно понимала, что кровь не моя и раны никакой нет. Но почему-то живот пронзило ненастоящей и неестественной болью.
— Я бы помог тебе переодеться, но не хочу пачкать руки, — насмешливый голос.
Щёки закололо румянцем от глупой неуместной шутки. Почему он так странно себя ведёт со мной с самого момента знакомства? Почему всё время издевается и шутит так, что внутри всё сжимается?
— У тебя девушка есть, — напомнила я парню, сама не понимая зачем.
Блин.
— А, ты уже всё про меня вынюхала, — весёлый тон вдруг сменился на серьёзный.
Он карих глаз оборотня повеяло холодом так, что я запахнула куртку, наверняка пачкая её чужой кровью.
— Ты права, зачем же я ношусь тут с вами, когда меня ждёт волчица, которая не доставляет проблем?
Сказал, как отрезал.
Его удаляющаяся спина в несменной серой куртке однозначно намекала, что разговор окончен. Но я не отпущу его, пока не разберусь во всём!
— Стой! — дернулась я и застыла, стоило оборотню остановиться. — Иден...
— Моё имя сегодня на устах всех девушек Академии, — судя по тону, парень опять развеселился, а я, наоборот пожалела о том, что вновь спровоцировала насмешки.
Сердечный ритм убыстряется.
Ну и ладно! Мы с ним даже не вместе учимся, чтобы я о чём-то там переживала!
— Почему ты так ненавидишь меня? — задала интересующий вопрос.
— С чего ты взяла? — Иден не развернулся ко мне, но остановился, чтобы ответить.
— То прыгаешь на меня! То ругаешь! Толкаешь! То отбираешь... — я оборвалась на полуслове и оглянулась.
Ночную встречу с Иденом за колонной я решила пока оставить в тайне. Это событие казалось слишком интимным, чтобы распространяться. К тому же, лишние сплетни ни к чему, если я собираюсь вести своё расследование!
— Мне кажется, что ты выдумываешь, героиня, — в нетерпении Иден топнул ногой и собрался опять уходить, но отойдя ещё немного, вдруг, остановился.
Если бы его слова могли быть предметом, то я точно назвала бы их булыжником, летящим на голову несчастному шахтёру. Такие же грубые, неожиданные и смертоносные.
— Ты не такая уж и особенная, чтобы я как-то выделял тебя, непризнанная.
Одно предложение, а сколько унижения. Даже кончики пальцев закололо от негодования.
— Что я тебе сделала? Почему ты такой?!
Из-за поворота послышался смешок. Вот же нахал! И что Вивьен в нём нашла?!
Переполненную бурным возмущением, меня застала врач.
— Как она? — заметив застывшую в дверях женщину, я встрепенулась.
— Вы так громко кричали, что я уж подумала, будто ты пришла ради него, а не подруги, — её пальцы постучали по деревянному полотну.
— Что? — брови поползли наверх. — Да он мне никто!
— Ага, — пожала плечами Ами и кивнула головой на помещение, мол, проходи давай, пока я не передумала.
Первое, что сделала, когда вошла — принюхалась. Едкого и тошнотворного запаха, заполонившего помещение парой минут ранее уже не было. Стоял какой-то не раздражающий аромат чего-то хвойного, смесь пихты и ели.
— Вкусно пахнет, — поделилась я и бросилась к кушетке, где лежала больная.
— Ага, это розмарин.
— Приправа?
— Естественный устранитель запахов для оборотнического обоняния, — наспех рассказала женщина, отвлёкшаяся на звук колокольчика, раздавшегося из соседней комнаты.
— Недолго, пожалуйста. Больной нужен покой сегодня, — кивнула врач и скрылась за выкрашенной в голубой цвет дверью.
На полотне не было никаких опознавательных знаков, но, скорее всего, там тоже лежали пациенты, которым требовалась неотложная помощь. Иначе, зачем ещё звонить в колокольчик?
На кушетке в чистой широкой майке лежала девушка и ковыряла ногти. Короткие, поломанные пластины были совершенно неаккуратными и кривыми, будто девушка впивалась ими в деревяшки или постоянно жевала.
— Ты как? — я присела возле её ног, накрытых тонким покрывалом.
— В порядке, — ответила девушка, продолжая терзать свои ногти.
— Спасибо, что помогла мне, — я покачнулась на кушетке. — Меня, кстати, Лея зовут.
— Астрид.
О, я же уже слышала её имя от Идена!
— Я слышала, что ты рак... шись? — запнулась, уводя взгляд в левый угол на потолке.
Как же там было?
— Ракшас она, — ответила мне моя старая знакомая, с которой я даже не поздоровалась!
Вивьен, водя голыми ступнями по полу, сидела с идеально ровной осанкой и с поджатыми губами смотрела на нас. Выглядела она так себе. Синяки и кровоподтёки превращали её из миловидной девочки в жертву разбойничьего налёта. Ещё она немного напоминала тётушку Агату, которая частенько приползала из соседней деревни домой в нетрезвом виде после какого-то религиозного праздника.
Я усмехнулась. Этот праздник у тётушки намечался минимум раз в неделю. И всегда на следующее утро она брела к травнице и жаловалась, что ноги стали дурными и падает уже на каждом шагу.
— А что это такое? Ракшас?
Лежащая дёрнула ногой. А Вивьен закатила глаза, будто я сморозила несусветную глупость.
— Лея, у тебя разве не было лекций про оборотней? Ракшас это кошка! Оборотень кошка!
— А...
Я покопалась в голове. Уверена, что впервые слышала такое определение. Ну, ладно.
— А что с тобой случилось, Вив? Я весь день тебя ищу! Кто тебя ударил?! Не гадкий волк, случайно?
Принявшись махать руками, я попыталась описать внешность и объёмы того парня, который уже испортил нам с Астрид день.
— Фу, — скривилась блондинка, но быстро расслабила лицо. — А я уж подумала, что ты Идена называешь гадким волком.
Я перестала жестикулировать на мгновение. Затем тут же затрясла руками, выказывая протест.
— Нет-нет-нет! Иден, наоборот, помог нам.
— Я видела, — её носик вздёрнулся.
— Мы встретили Идена в холле, и он помог отвести Астрид сюда, — я быстро пересказала всё, что произошло. — Я ему очень благодарна.
— Ага, отвёл, — её глаза забегали. — И мы тут все слышали, как ты ему благодарна.
Упс. Я и не думала, что была настолько шумной. Видимо, это всё слух оборотней! От них ничего не утаишь! Хорошо хоть про письмо не начала трепаться! Вивьен я доверяю, а вот Ами с Астрид вижу в первый раз! Хоть они и кажутся хорошими, но бабушка когда-то велела не доверять никому, даже ей самой. М-да. В этом я уже успела убедиться.
Светлые локоны Вивьен будто поблекли, становясь практически прозрачными. Девушка выглядела так непривычно, что у меня сердце сжималась в крошечный пульсирующий камешек.
— Так, что с тобой случилось, Вив? — задала самый главный вопрос и, заодно, увела тему с Идена.
Мне было неприятно его обсуждать с кем-то, прям до скрежета челюсти и дёргающегося века.
— Упала, — как-то неприятно хихикнула моя соседка.
— С лестницы кубарем, утянув за собой всех студентов Академии, затем впечаталась в задницу гаргульи, — раздался голос Астрид. — А потом на ректора наткнулась. Вот она тебя и «поваляла».
Вивьен цокнула и злобно глянула на лежащую ракшаси. Кошка, наконец, оторвалась от ковыряния ногтей и провела ими по стене, оставляя заметные царапины на белой краске.
— Это правда? — я подскочила на месте, из-за чего сбоку раздался стон. — Тебя так Елена?!
Вивьен успокоила меня, убедив, что это была несмешная кошачья шутка.
— Вив... — догадка ловкой мышью пробежалась в голове. — Ты же непризнанная.
— И?
Блондинка прищурилась, как и всегда, когда кто-то смел напоминать ей об этом статусе.
— Ты запомнила, кто это был? Он хотел тебя похитить?! Ты отбивалась?!
Вивьен хлопнула веками, а сбоку раздался смешок. Кажется, Астрид развеселило моё предположение, но комментировать его она не стала.
— Я... — Вивьен натянула на лицо покрывало, будто хотела скрыть от всех свою слабость. — Я просто шла на лекцию, а потом...
Тихий вздох на грани отчаяния.
— Я не видела кто, но это был оборотень. Точно.
— Надо срочно доложить ректору! — я взмахнула руками так, что едва удержала равновесие. — Немыслимо! Нападать на студентов прямо в стенах Академии!
Это невероятно! Началось всё с Алисы, затем Питер с Каем, а теперь не прошло и суток, как они взялись Вивьен! А ведь она даже не первокурсница!
— Ами уже сообщила.
Девушка откинула с головы покрывало и вскочила с кушетки.
— Я сама дойду.
Остановив меня жестом, она прошлась до небольшого умывальника с зеркалом и с неприкрытым отвращением приблизилась к нему лицом.
— Жаль я не кошка, — расстроено произнесла девушка, возвращаясь на кушетку. — Хотя бы благодаря Ами всё быстро заживёт.
— Тебе больно?
Пока она шла, я приметила, что всё стройное тело девушки, не скрытое тканью длинной больничной майки, исполосовано мелкими царапинами и следами желтеющих синяков. Её кожа выглядела, как лист бумаги, на котором мы с деревенскими подругами выплёскивали все свои эмоции с помощью красок.
И так светлые волосы казались почти прозрачными, а взгляд выражал вселенское расстройство и недовольство одновременно.
— До бала заживёт, — с усмешкой произнесла Вив, пряча взгляд.
Несмотря на растянутые в нежной улыбке губы, я видела, что она сильно расстроена. И только я хотела её ещё раз поддержать, как неожиданно заговорила молчащая до сих пор Астрид.
— Надеюсь, в этом году нас не будут заставлять на него идти, — простонала шатенка.
Так. Я навострила уши.
— А что за бал? — поинтересовалась я, не обращаясь ни к кому конкретно.
— Оу, я тебе не рассказывала? — удивилась Вивьен и подскочила на месте. — Каждый год ректор проводит бал по случаю окончания учёбы! Приглашены все курсы!
— Все? — я подивилась. — Где же все поместятся?
— За это не боись, — блондинка подмигнула мне и прилегла на кушетку. — Преподы всё устроят. Эх, в прошлом году оторвались!
— Это было ужасно уныло, — буркнула сзади Астрид.
Вивьен закатила глаза и повернулась к ракшаси.
— Ой, да тебя, наверное, никто из парней не позвал, вот ты и бесишься!
Закинув голые стопы на своё временное лежбище, Вивьен принялась тереть их друг об друга.
— Пф, — фыркнула Астрид. — Только время своё тратить. Лучше бы домой раньше отпустили.
— Не слушай её, Лея, — Вивьен махнула рукой в сторону раненной девушки и накрыла ноги покрывалом.
Но то соскользнуло с кушетки и завалилась под неё, из-за чего девушка, чертыхаясь, принялась лезть за ним.
Астрид же уже всю вращалась на кушетке, двигая руками и ногами. Затем она выгнулась в спине под таким углом, что у меня челюсть отвисла. Вот это гибкость! И рана на боку ей не мешает!
— На ней всё, как на кошке заживает, как говорится у людей, — хихикнула лёгшая обратно Вивьен, заметив мой удивлённый взгляд.
— Астрид, тебе точно не больно?
Ракшас кивнула.
И здесь я уже не выдержала. Две девушки лежат раненые в медпункте, троих похитили и враг гуляет по Академии ничего не страшась!
Мои каблуки звонко ударилась о пол в центре кабинета.
— Девочки, вам не кажется странным то, что происходит в Академии?
— Ты про студенток, которые не хотят идти на бал? — спросила Вивьен довольным голосом. — Не переживай, Лея, нам больше парней достанется! Хотя они и так были бы нашими. Кто же подойдёт к буке, стоящей в уголке с недовольным лицом?
— Да кому твои одноразовые ловеласы сдались?
— Ты это про кого сейчас? — в голосе блондинки возмущение смешалось с угрозой.
— Я вообще не об этом! — хоть было и забавно наблюдать за их препираниями, но сейчас не было на это времени! — Непризнанные пропадают, а учителя ничего не предпринимают! Что вы думаете об этом, девочки?
— Я хоть и не девочка, но думаю, что тебе не нужно лезть в это, первокурсница.
Гневные вздохи Вив и скучающие царапанья стены Астрид в миг затихли, вместе с моим ритмом сердца.
Обернулась.
— Нельзя же так пугать! — выпалила я в лицо просунувшемуся в дверной проём Идену.
И как его никто не почувствовал ещё на подходе? Я принюхалась. Конечно, розмарин!
Парень вошёл в помещение и прикрыл за собой дверь. В воздухе повисло удушливое напряжение. И судя по отсутствию радостных прыжков и выкриков, возвращение Идена никем не было воспринято с воодушевлением.
— Вижу, вы все чувствуете себя прекрасно, — он прошёл мимо меня, едва не задевая рукой.
Мои руки тут же запахнули куртку. Не хотелось, чтобы он вновь упрекнул за кровавое пятно.
— Чего тебе, волк? — когда оборотень оказался у зеркала, спросила Вив, вновь накрываясь покрывалом полностью.
Иден глянул на своё отражение и пригладил распушенные тёмные волосы.
— Навестить захотелось, поинтересоваться, живы ли вы, подставить плечико для слёз, — парень усмехнулся своему отражению и развернулся к нам. — Ну, кто первый расскажет о тягостях жизни маленьких девочек?
— Что?
Я опешила. Возмущение щекотливой волной осело в горле. Тягости жизни?
Именно в этот же момент, когда Вивьен промычала из-под покрывала, а Астрид зашипела, в дверь постучались.
Несмотря на то, что все промолчали и открывать дверь неизвестному не спешили, не дождавшись, человек решил войти сам.
— Как вас тут много, — произнёс вошедший, в котором я тут же узнала учителя Дориана.
Поздоровались все, кроме, конечно же, Идена. Парень решил ограничиться простым кивком головой.
— Почему ты не приветствуешь учителя, как подобает? — тут же спросила я.
Оборотень проигнорировал, чем вызвал у меня новый всплеск негодования. Да что с этим парнем не так?
— Всё хорошо, Лея, — рука преподавателя оказалась на моём плече. — Спасибо, что переживаете за меня, но не стоит.
Мужчина добро улыбнулся мне, а я отшагнула в сторону, выскальзывая из-под его ладони.
— Пф, — раздалось со стороны умывальника, но я не стала смотреть.
Нечего ещё тешить его самолюбие своими взглядами! И так уже возомнил, что все девушки хотят быть с ним!
— Вижу, Вивьен, вам уже лучше, — Дориан оказался возле соседки и справлялся о её самочувствии.
Та нехотя показывала ссадины и коротко отвечала. Видимо, ей было некомфортно. И я могла её понять.
Затем учитель обратился к Астрид, и тут уже в разговор встряла я. Поведала ему о драке с волком в коридоре.
— Понятно, — покачал головой учитель, качая головой. — Вы его запомнили?
— Такого урода не забудешь, — ответила на вопрос Астрид и вспорола вылезшим когтем простыню на кушетке. — Ой. Простите.
Учитель улыбнулся, но не прокомментировал эту маленькую оплошность. А у кошек ещё тот нрав!
— Какой курс поняла? — получив отрицательный моток головой, Дориан продолжил. — В столовой покажешь мне его. Поговорим.
— Может, я сама...
— Нет, — твёрдо прервал её Дориан.
— Тогда Рин...
— Нет, — вновь перебил учитель. — За подобное поведение студент не отделается простым дисциплинарным выговором. Я обсужу это происшествие с ректором. Будьте уверены, девочки, волк понесёт наказание. Иден.
Услышав своё имя, уже собирающийся незаметно уйти, парень нехотя остановился.
— Ты узнал запах? Не твой парень?
Тот выдохнул.
— Узнал. И уже решил этот вопрос, — отчеканил Иден как само собой разумеющееся.
— Решил? — моему удивлению не было предела.
Его не было пару минут, а он вычислил того дрянного волка и ещё как-то разобрался с ним?
— Подробности не для твоих нежных ушек, — хмыкнул Иден и зашагал к выходу.
— Сейчас мы с тобой прогуляемся, Иден, и ты всё подробненько расскажешь, — мягко произнёс Дориан, но с таким нажимом, что отказаться у студента шансов не было.
Я даже задрожала от этого уверенного властного голоса. Учитель может быть убедительным. А если ещё вспомнить нашу с ним недавнюю беседу...
Когда мужчины собирались нас покинуть вместе, я вдруг не выдержала и перекрыла спиной дверь. Сейчас или никогда!
— Скажите мне, пожалуйста, этот волк связан с пропажей студентов? — эта идея не давала мне покоя.
Быть может, не повстречай я Астрид, похищенных непризнанных было бы уже четверо!
— Вряд ли, Лея, — ответил учитель и пожал плечами. — Это обычный хулиган. Среди волков их почему-то больше всего.
Иден поджал губы, но ничего не сказал. Точно, он же лидер волков! А Дориан его сейчас этой фразой оскорбил?
— Но...
— Лея, вы пережили неприятный инцидент, — произнёс Дориан, вновь улыбаясь. — Вам с девочками надо отдохнуть.
— Нет, — я была тверда. — Я хочу знать, что непризнанным больше ничего не угрожает. Вы... только посмотрите, что сделали с Вив!
Я ткнула пальцем в её сторону, а Вивьен только отвернулась, будто и не про неё говорили. Почему? Я была уверена, что она меня поддержит!
— Это ужасно, Лея, вы абсолютно правы. И мы с ректором разберёмся с этим.
Дориан шагнул к двери, но я осталась стоять, как каменная фигура. Практически та статуя медведя.
— Студентка Лея, отойдите, пожалуйста.
Дверная ручка вдруг болезненно впилась мне в бок. Да так, что пришлось отступить. И отходя, я приметила внимательный взгляд Идена.
— Мы разберёмся, Лея, вы не одна, — раздался голос учителя перед тем, как он вместе со студентом покинули медпункт.
Мы с девочками остались втроём. И я, потирая бок, глядела на закрывшуюся дверь и эту дрянную ручку. Что это была за магия?
И что значит, что я не одна?