(Не) робот для попаданки

Голова раскалывалась.  

Это было первое, что она осознала, прежде чем даже открыла глаза. Она попыталась пошевелиться, но тело не слушалось - тяжелое, странное, словно её сознание втиснули в чужой скелет.  
- Что за...

Она помнила студию - зеркала, музыку, своих учеников, смех. Помнила, как шла домой под дождём, как услышала свист…  

А потом… Потом - тьма.  

Лина заставила себя открыть глаза, и мир взорвался яркими пятнами. Белый потолок с изящной лепниной, огромные окна, сквозь которые лился золотистый свет. Она лежала на кровати — не своей, слишком мягкой, Лина ненавидела мягкие кровати. В комнате пахло свежими цветами, где-то тихо играла непривычная музыка

Она попыталась сесть, и в тот же момент дверь распахнулась.  

- Наконец-то проснулась! - в комнату влетела женщина лет сорока пяти, с идеально уложенными каштановыми волосами и в изумрудном платье. - Мы уже начали волноваться, что ты проспишь весь вечер!  

Лина застыла, уставившись на неё.  

- Ма… ма? — её собственный голос прозвучал странно - выше, мягче.  

Женщина рассмеялась, подошла и нежно провела рукой по её щеке.  - Конечно, мама. Или ты так сильно перебрала вчера на выпускном, что теперь не узнаёшь родных? 
- "Выпускной?"

Лина резко подняла руки перед собой. Узкие запястья, тонкие пальцы с идеальным маникюром. Она ненавидела делать маникюр.  

- Лин, ты в порядке? - женщина нахмурилась. - Ты бледная.  

- Я… - голос снова подвёл её. “Лин” Имя. Так похожее на ее, но в тоже время чужое. 

В дверях появился мужчина — высокий, с проседью у висков, в безупречном костюме. - Поздравляю, выпускница, - он улыбнулся, и в его руке блеснул маленький брелок с ключами. - Квартира твоя. Как и договаривались.  

Лин почувствовала, как комок подкатывает к горлу.  

- Квартира?  

- Ну да, - мужчина усмехнулся. - Ты же три года только об этом и говорила. «Пап, я хочу свою квартиру в «Эстеран», когда закончу лицей». Ну вот, держи. Документы уже готовы, заселяйся когда захочешь.  

Он протянул ключи, и Лин машинально взяла их. Металл был холодным, реальным.  - Спасибо… - прошептала.  

- Ну всё, одевайся, - «мама» хлопнула в ладоши. - У нас ужин через час, а тебе ещё надо прийти в себя. И подумай наконец, какую специальность выбирать - документы-то поданы, но ты до сих пор не решила!  Они вышли, оставив её одну.  

Лин медленно поднялась, подошла к зеркалу на стене и увидела не себя.  

Девушка лет восемнадцати. Хрупкая, с большими серыми глазами, светлыми волосами, спадающими волнами на плечи. Красивая.  Отражение было почти её - но не совсем.  Глаза - всё ещё большие, но теперь не голубые, а серые, как утренний туман над рекой. Волосы, всегда русые и чуть вьющиеся, стали светлее, словно выгорели на солнце, и теперь ниспадали идеальными волнами. Кожа гладкая, без единого изъяна. Даже те два идиотских прыща, которые всегда выскакивали перед важными событиями, исчезли.  

Где-то за дверью раздался смех -  её новых «родителей». Они ждали её к ужину. Ждали ту, прежнюю хозяйку этого тела.  

Лин глубоко вдохнула, в последний раз провела ладонью по незнакомому контуру лица в зеркале и резко развернулась. В груди колотилось что-то тяжелое и горячее. Что конкретно - она не могла определить. Но прятаться здесь бессмысленно.

Лин натянула первое, что нашла в гардеробе - белую рубашку и черные брюки. Одежда сидела идеально, будто сшитая специально для этого тела. Чужого тела.

Столовая встретила её теплым светом и ароматом чего-то пряного. За огромным стеклянным столом, который, казалось, парил в воздухе без всякой опоры, сидели её «родители» и ещё двое людей.

— Ну наконец-то! — «Мама» хлопнула в ладоши, и где-то в углу комнаты мягко замигали встроенные в стены световые панели.

Лин замерла на пороге, её взгляд сразу же выхватил девушку с огненно-рыжими волосами, которая сидела напротив и сейчас широко улыбалась.

— Линка! Ты выглядишь так, будто тебя переехал грузовик, а потом развернулся и сделал это ещё раз! — Девушка засмеялась, и её веснушчатое лицо стало ещё живее.
- Ага, представляешь, у меня в голове будто марширует целый оркестр,– Лин фыркнула, намеренно потирая виски. Рыжая залилась смехом.

Тарелка перед Лин ожила – голографическое меню всплыло над поверхностью. Лин наугад ткнула в "омлет с трюфелями", и через секунду из скрытого в столе отсека поднялось блюдо с идеально золотистой корочкой.
Так, девочки -  отец отложил вилку. Его голос принял тот самый "торжественный" тон, от которого у Лин автоматически напряглась спина. Хочу вам напомнить, что в "Лифорте" у каждого первокурсника есть..."

"...личный раб!" – выпалила рыжая, чуть не опрокинув бокал. "Лин, нам наконец-то купят своих!

Раб. Неожиданно. Лин удивленно пережёвывала кусочек омлета, наблюдая, как "родители" обмениваются довольными взглядами.

- На самом деле, мы подготовили для вас кое-что особенное, - женщина в желтом платье с бриллиантовыми вставками (мать Саши, как теперь поняла Лин) сделала паузу для драматического эффекта. Ее пальцы с длинными ногтями поиграли с голографическим браслетом на запястье. - Как ключевые акционеры 'БГ', мы договорились об эксклюзивном туре на нашу флагманскую фабрику.

Отец Лин поднял бровь: "Прямо на производственный комплекс? Но там же"

- Полная безопасность - женщина махнула рукой. - Девочки заслуживают самого лучшего. Тем более, - ее глаза блеснули, - у нас есть экспериментальный цех, где можно создать серва по индивидуальным параметрам. С нуля.

Лин почувствовала, как у нее перехватило дыхание. Это уже звучало как что-то из научной фантастики.

Саша вскочила со стула, чуть не опрокинув бокал с фрешем: "Мааам! Значит я смогу сама выбрать форму глаз? И чтобы голос был как у Дена Крэйга?!"

"В разумных пределах, дорогая," - засмеялась мать
- А... сколько времени занимает... производство? - осторожно спросила Лин.

- Стандартные модели - мгновенная активация, - пояснила мать Саши. - Кастомные сборки от трех часов до недели, в зависимости от сложности. Но для вас, дорогие, она многозначительно посмотрела на дочь, мы сделаем исключение и ускорим процесс.

- Транспорт уже ждет, - отец Лин провел пальцем по умным часам, и стены комнаты превратились в экраны, показывающие летающий кэб у террасы. 

Лин встала, чувствуя, как ее новое, чуждое тело движется с привычной грацией. В голове крутилась только одна мысль: Они говорят о людях... как о мебели. И я... я начинаю это принимать?

- Я... наверное, переоденусь, - пробормотала она.

- Отличная идея! - мать Лин одобрительно кивнула. Надень что-нибудь из новой коллекции, сделаем красивые фото на память.

Когда Лин вышла в коридор, ее нагнала Саша: "Представляешь? Мы сможем сами конструировать их внешность! Я уже знаю, что попрошу родинку над губой, как у..."