(Не)случайная проблема дракона. Академия Лоренхейта

Нос щекочет запах какой-то травы, а в голове шумит, как будто мы с девчонками вчера сидели над конспектами до пяти утра. 

Черт! Не как будто, а именно так. У меня ж экзамен! Меня Данилыч грохнет, если я опоздаю.

Подскакиваю на кровати, в глазах темнеет, и начинает мутить. Сдам сессию — буду неделю спать, наверное.

— Прекрати, Лери! — раздается приятный молодой голос. — Мне уже надоели твои уловки. Они больше не подействуют. Завтра я отправлю родителям письмо о том, что отказываюсь от официальной помолвки с тобой. 

Что?!

Распахиваю глаза и тут же зажмуриваюсь. Это точно не моя комната в общаге. Уж к этому виду-то я точно привыкла: там надо мной “второй этаж” кровати и даже в солнечные дни темно, потому что окна выходят аккурат на торцевую стену соседнего корпуса. 

А тут все залито солнечным светом, а на потолке (да-да, я успела разглядеть) — роспись. 

— Лери, — настойчиво повторяет голос. — Я вижу, что ты в сознании. 

А вот я не уверена, что это осознанное сознание. Разлепляю сначала один глаз, потом второй и поворачиваю голову, чтобы рассмотреть говорящего. 

Уф… Ну что тут скажешь. Явно не с нашего факультета: у нас таких шикарных кадров не водится. Как говорила моя бабушка, косая сажень в плечах и дорога из разбитых сердец. В том плане, что парень явно хорошо тренирован и весьма привлекателен на лицо, во многом благодаря ярко-синим глазам, высоким скулам и невероятно мужественному подбородку. 

— Очень надеюсь, что ты поняла меня, — парень внимательно, с угрожающим прищуром смотрит на меня.

Честно говоря, вообще не поняла. Ни то, что он имеет в виду, ни вообще где я нахожусь, ни что со мной произошло. Поэтому смотрю на него, надеясь, что он еще хоть как-то намекнет на то, как я должна отреагировать: впасть в истерику или покорно согласиться. Почему-то мысль вскочить с криками “Что за ерунда вокруг творится?” я отметаю сразу. Наверное, потому, что сил вскочить у меня просто нет.

Парня, похоже, моя реакция не устраивает. Он опускает подбородок, хмурит свои выразительные брови, а темная удлиненная асимметричная челка падает на высокий лоб, чуть прикрывая глаза. Наверное, надо сделать вид, что я испугалась, и согласиться на все, но все, что я могу выдавить из себя: 

— А ты кто? 

Этот вопрос сначала озадачивает парня, а потом явно злит. 

— Лерианна Лефрон, — почти рыча, говорит он. — Ты снова за свое! Ты нарушила договоренности. И у тебя последний шанс на то, чтобы никто не узнал, что ты подделала метку истинности. 

— Я не… — мне очень хочется объяснить, что он обознался, что я Лера Левченко, а не какая-то там Лерианна. И я точно ничего не подделывала.

— Если ты не снимешь ее, то я буду вынужден донести об этом ректору, и тогда тебя вышвырнут из академии, — давит на меня красавчик. 

Почему-то попытка вдуматься в то, что он говорит, а еще, что очень желательно, вспомнить, что же было вчера, причиняет невыносимую боль. Сжимаю руками виски в надежде хоть немного ослабить боль. Еще и парень продолжает что-то мне доказывать и снова спрашивает: 

— Лери, мы с тобой договорились?

— Слушай, иди ты… лесом, а? — в сердцах говорю я.

Меня ослепляет яркая вспышка, зажмуриваюсь, а когда открываю глаза, парня в комнате не нахожу. 

— Правду говорят, попаданки опасны… — раздается  глубокий, бархатистый и немного хрипловатый голос, а у меня в ногах появляется нечто.

Прямо из воздуха около моих ног появляется серебристое существо. Серое, с немного искрящейся шерстью. Не то лис, не то волк.

 — Мой тебе совет: лучше не ори, — говорит оно, слегка гортанно порыкивая. 

 И почему-то я сразу верю ему, поэтому обеими руками зажимаю рот и старательно пытаюсь дышать. 

 — О! Сообразительная, молодец, — мерцая, существо исчезает, а потом появляется на стульчике рядом. — А я уже решил, что мне с тобой придется попрощаться. 

 Хлопаю глазами и оцениваю свое состояние: если уберу руки, заору или нет? Вроде бы нет, поэтому медленно расслабляюсь и шепотом спрашиваю:

 — Может, сначала поздороваемся? 

 Зверь запрокидывает голову и издает странный звук, похожий на тявканье лисы. Это он так… смеется? Надо мной?

 — Ты мне нравишься, — он наклоняет морду набок и смотрит на меня своими глубокими, поблескивающими золотыми глазами. — С тобой не скучно. Если бы ты могла остаться, я был бы самым счастливым фамильяром в Эфире. 

 Так. Вот часть “Ты мне нравишься” я поняла. А вот дальше…

 — Я не шучу, — хрипло говорю я, откашливаюсь и продолжаю: — Давайте все-таки начнем сначала? Могу я первая. Привет, меня зовут Лера. Я студентка биологического факультета в академии…

 — Стоп-стоп-стоп! — зверь мотает хвостом и морщится, как будто учуял что-то противное. — Вот это все на время забудь. Просто забудь и сделай так, чтобы никто больше это не слышал. 

 — Почему? — я подтягиваю к себе ноги и сажусь в позу лотоса. — Может, все же представитесь?

 Зверь закатывает глаза и тяжело вздыхает. 

 — Ладно, настойчивость — тоже хорошо. В общем, я Таэмар, твой фамильяр, —  говорит он. 

 — Эм… Прекрасно. А фамильяр — это?.. — решаю уточнить я.

 Нет, я, конечно, не совсем темная, знаю, что фамильяры — это помощники ведьм. Но как-то вот сразу принять, что я ведьма — задача не из простых. Хотя, честно говоря, тут, по-моему, проблема глобальнее: не кто я, а где я?

 — Помощник одаренных магов, — расшифровывает он. — У тебя, то есть у Лерианны, и магия была необычной, но не очень сильной, а теперь, с твоим появлением в ее теле, магия просто плещется вокруг. Вон как ты махом Дэриана перенесла. 

 — Я? Перенесла? — тру уже не виски, а все лицо, потому что чем дальше в лес, тем толще елки…

 — А кто же? Портал открыла и отправила. Куда ты там сказала? В лес? Вот, значит, туда, — кажется, фамильяр улыбается.

 — Мамочки, — выдыхаю я. — Слушай, Таэмар. Можно мне по порядку? А то это лоскутное одеяло из сведений в моей голове плохо сшивается. Скорее голова лопнет.

 Фамильяр ложится, вытягивая перед собой лапы, и вводит в курс дела. 

 В общем-то, информация действительно общая, но для того, чтобы хоть какие-то логические цепочки в голове построить, просто необходимая.  

 Итак, я в Королевской Магической Академии в Лоренхейте, столице Фернандии. Здесь обучаются лучшие маги со всей страны вне зависимости от их социального положения. Дэриан, например, (тот самый красавчик, которого я лесом послала) — единственный наследник Главного Советника Его Величества Таракса Пятого. Я, то есть Лерианна, старшая дочь обнищавшего аристократического рода с редкой портальной магией. А моя соседка — вообще из крестьянской семьи с горных провинций, обладающая смесью магии земли и огня. 

 Лери хоть и была одарена магическим необычным даром, особым старанием и ловкостью не обладала, поэтому магия слушалась плохо, остальные предметы шли очень средне, а сама девушка частенько становилась предметом насмешек.

 Семья требовала от Лерианны, чтобы она непременно нашла в академии себе богатого жениха. Но она с самого детства сохла по Дэриану, поэтому ее выбор был очевиден. И как-то так вышло, Таэмар сам не знал, как, что этот красавчик обратил на Лери внимание, а семьи вели переговоры о браке. 

 И вот, буквально накануне происшествия, Дэриан и Лери поругались. Таэмар в это время пытался разузнать, что будет на экзамене, чтобы помочь хозяйке, а когда вернулся, застал ее плачущей и в ярости. Она накричала на него и прогнала. 

 Так что теперь я в лазарете, подробностей, что произошло, никаких, а проблем хоть отбавляй. 

 — Лери никогда не была гениальной, — заканчивает он. — То есть, если она смогла перенести тебя сюда, значит, она нашла способ сделать это, и наверняка есть способ вернуть всех обратно. Только тебе надо найти это в ее записях. 

 Что ж… Цели видны, задачи ясны. 

 Из коридора слышатся шаги, а фамильяр переводит взгляд на дверь и снова начинает мерцать исчезая.

 — Главное, Лера, помни, что никто не должен знать, что ты попаданка. 

 — Да почему, черт возьми! — ругаюсь я. 

 — Что вы сказали? 

 Упс… Я прокололась так быстро?

От досады хочется выть. Во-первых, потому что я так и не поняла, что мне грозит, если кто-то догадается, что я не Лери. А во-вторых, потому что надо как-то объясниться. 

 Оборачиваюсь и вижу перед собой мужчину лет за тридцать, высокого, атлетично сложенного, с тяжелым серьезным взглядом, буквально пронизывающим меня насквозь. Его темные волосы падают на плечи дорогого, но строгого камзола, а на указательном пальце правой руки надет массивный перстень. Про таких говорят, что они источают властность и силу. 

 По спине пробегают мурашки, словно я стою на самом краю пропасти, и стоит мне сделать хоть малейшую ошибку, я рухну вниз. 

 За мужчиной входит хрупкая женщина, едва доходящая мужчине до плеча, внешне молодая, но в необычных, с каким-то восточным разрезом глазах плещется мудрость и жизненный опыт. Вот по ней с первого взгляда понятно, что она лекарь: на ней белое строгое хлопковое платье с передником, шапочка, скрывающая волосы. 

 Женщина явно недовольна:

 — Нельзя вот так врываться в палату к девушке! — раздраженно произносит она. — К тому же вы могли ее разбудить. 

 — Но не разбудил же, — мужчина сверлит меня взглядом и даже не оборачивается к лекарю. — Так что вы сказали?

 — Я… — теряюсь и закусываю губу, судорожно придумывая, как я могу отговориться. 

 — Господин ректор, — вмешивается женщина, видя мою растерянность. — Лерианна подверглась сильному магическому воздействию с пока что невыясненной природой. И последствия этого могут быть самые неожиданные. 

 Ректор поднимает бровь и смотрит на меня так, будто говорит: “Признаешься сама, или мне достать из тебя эту информацию?”. 

 — Я просто не расслышал, доктор Курт, — говорит он, а у меня сердце в пятки уходит. 

 — Я не помню… — мямлю я. 

 — Не помните, что сказали пару мгновений назад? — хмыкает ректор. 

 — Да… Я, честно говоря, вообще ничего не помню, — я жалобно смотрю на доктора. — Проснулась тут, испугалась и… Выругалась, наверное. А что я сказала?

 Эта игра может быть и в обратную сторону повернута. К тому же меня осеняет, что если я притворюсь, что потеряла память, то… Может, у меня получится подольше побыть “на больничном”, поменьше светиться где-то? Тогда и вероятности того, что меня вычислят, будет мало. 

 — Лерианна, как вы себя чувствуете? — доктор Курт укоризненно смотрит на ректора и подходит ко мне. — Слабость? Боль? Тошнота?

 Она сжимает своими тонкими пальцами мое запястье и прикрывает глаза. От места касания по всему телу расходится тепло и легкое покалывание. 

 — Голова болит, когда пытаюсь вспомнить, — честно признаюсь я. — И сил нет. 

 Доктор Курт кивает. Уголок ее шапочки чуть сползает, и я замечаю заостренное ухо. Эльф! Закашливаюсь от неожиданности, отчего ловлю очередной взгляд ректора, полный подозрения. 

 — То есть вы ничего не помните? — уточняет доктор, обеспокоенно глядя на меня. 

 Качаю головой. 

 — Странно, — она поджимает пухлые губы. — Я не вижу ничего, что могло бы привести к такому эффекту. Возможно, было что-то, что  послужило еще эмоциональным блоком. Я обязательно еще поговорю со студентом Рэйгарном, чтобы уточнить обстоятельства.

 — Вы оставляете студентку Лефрон в лазарете? — уточняет ректор. 

 Я скрещиваю пальцы, чтобы она ответила “да”, но мне это не помогает. 

 — Я думаю, ей пойдет на пользу вернуться в привычную жизнь, — говорит доктор Курт. — Возможно, какие-то обыденные мелочи подтолкнут память, и Лерианна быстрее все вспомнит. 

 Ох, блин… То есть мне придется учиться в настоящей академии магии МАГИИ? Голову снова простреливает резкая боль, я шиплю и хватаюсь за виски.

 — Выпишу тебе настойку, она снимет боль, — доктор достает из маленькой сумочки на боку блокнотик и стеклянное перо. — Будешь пить на ночь и каждый день приходить ко мне. Буду проверять твое состояние. А теперь можешь переодеваться и возвращаться к себе. Фамильяр тебе покажет дорогу. На учебу завтра. 

 Женщина выразительно смотрит на ректора, тот дергает уголком рта и выходит. 

 Я переодеваюсь и, осматривая пространство, зову:

 — Таэмар, выходи. Я же понятия не имею, куда мне теперь идти. 

 Лисоволк появляется снова из ниоткуда прямо передо мной, виляет хвостом и выходит из палаты. 

 Мы сначала проходим по белым коридорам лазарета, потом спускаемся по широкой лестнице, оказываемся в светлых коридорах, очень напоминающих мне те, что в моей академии, несколько раз преодолеваем сложные развилки, а потом через высокие двери входим в большую комнату. 

 — Это комната отдыха женского общежития, — тихо говорит Таэмар. — Дальше по коридору, третья дверь направо. Соседки сейчас нет, но тебя на столе ждут другие неприятности. 

 — Погоди, а ты куда? — останавливаю я фамильяра. 

 — Кое-что проверить надо, — загадочно отвечает он и уже привычно растворяется в воздухе. 

 Третья дверь… Касаюсь нужной ручки, замок сам отщелкивается, и я вхожу в комнату. 

 Что ж, тут уютно и практично. Две кровати, два стола, шкафы для личных вещей и одежды. Значит, у меня есть соседка. Надеюсь, с ней Лерианна дружила. 

 Стены с одной стороны украшены детскими рисунками и магическими артефактами, на кровати — пара милых подушечек и стеганое покрывало. По-простому уютно. 

 А с другой — абсолютно голые. И кровать застелена так, что на покрывале ни одной складочки. 

 И какая из них у Лерианны? 

 На столе, как и сказал Таэмар, лежит письмо. Желтоватый конверт, ровные строчки почерка с мелкими завитушками. И я даже могу прочитать — ну хоть это осталось в голове от Лери. 

 Вскрываю сургучную печать, бегло просматриваю письмо и понимаю, что прав был фамильяр. Это — точно неприятности.

Дорогие читатели! 
Рада вас приветствовать в этой истории. Она обещает быть легкой, забавной и очень отдыхательной. 
Всегда благодарна за ваши сердечки и комментарии - для автора ничего нет более ценного, чем отклик от читателей!
А теперь познакомимся с героями поближе?
Лерианна Лефрон,
* 21 год,
* выпускница Королевской Магической Академии Лоренхейта
* наследница обнищавшего аристократического рода
* обладает портальной магией
* до дрожи боится пауков
* любит изюм и страдает аллергией на клубнику

Дэриан Рэйгарн
* 21 год
* выпускник Королевской Магической Академии Лоренхейта
* единственный наследник  Главного Советника Его Величества
* одаренный боевик, дракон, умеет совмещать разные виды магии
* ненавидит изюм
* на досуге разгадывает головоломки из артефактов

Таэмар, фамильяр Лерианны.
* То ли лис, то ли волк — сам не определился.
* Чувствует разломы в пространстве и времени, может перемещаться, появляться и исчезать.
* Обидчив, но отходчив.
* Ненавидит занудство и скуку

“Лерианна Лефрон!” — начинается письмо, и уже от одного обращения мне становится как-то дурно. Как будто я даже слышу эту надменную, презрительную интонацию, чувствую укор в том, что я, точнее, Лери, не оправдала надежд.

 “Все, что от тебя требовалось — это найти в академии себе мужа! А ты не только не нашла его, но и опозорила весь наш род своими сомнительными успехами в учебе!”

Вот вроде просто письмо, а по обилию восклицательных знаков прекрасно понимаешь: на тебя сейчас наорали. Очень интересные цели обучения. А какие цели, такие результаты: какие могут быть вообще претензии-то?

“Очень настоятельно советую тебе перестать тратить время! Подумай о своей семье и своих сестрах! Раз уж тебе, такой бестолковой, достался семейный дар, будь добра использовать его с выгодой! 

В общем, у тебя время до выпускного экзамена. Если к тому времени не будет заключена помолвка с подходящим женихом, я лично найду деньги на обряд переноса магии на Элизару. А ты выйдешь замуж за барона Хорна, чтоб глаза мои тебя больше не видели.

Подумай своей головой хоть раз в своей жизни.

Твоя маменька, Гнеда Лефрон”. 

Кому как, но последние пару абзацев были произнесены в моей голове ядовитым шепотом. “Маменька” у Лери — та еще змеюка. Не Гнеда, а какая-то гнида. Как можно так втоптать в грязь за несколько предложений, пройтись по самооценке и сделать обязанной на пустом месте? 

Если с Лерианной всегда так общались и угрожали, то я не удивлена, что она могла пойти и на какие-то хитрости, чтобы охмурить этого Дэриана. Хотя, на мой взгляд, могла бы выбрать себе цель и попроще. Он же явно высокомерный красавчик, который ни за что просто так не обратил бы внимания на кого-то из обнищавшего рода.

Ведь наверняка у него была на прицеле какая-то другая, статусная девушка до того, как Лери что-то там сделала не то.

Но теперь я точно знаю две вещи: скоро в магической академии выпускной экзамен, который я с почти стопроцентной вероятностью не сдам, и мое время сильно ограничено, потому что если я не разберусь в том, как мне отправиться обратно до этого времени, то быть мне женой некоего барона. И я почти уверена, что эта перспектива не особо радужная, иначе бы ею не пугали. 

Откладываю письмо от “любящей” мамочки в сторону и осматриваюсь. Какая же из кроватей моя? Конечно, мне хочется верить, что уютная. Но после письма я почти стопроцентно уверена, что педантично заправленная. 

Если в ее жизни все было так, то как я оказалась тут? Что пошло не так? Или… Как раз так, как она и хотела? 

— А вот это тебе и предстоит узнать, — на подоконнике появляется Таэмар. 

Его шерсть серебрится с перламутровыми переливами, а на морде как будто сияет улыбка. Хитрый.

— Ты еще и мысли читаешь? 

— Надо просто думать не так громко, — фыркает он и спускается через стол и кровать (как раз ту самую, идеальную) на пол и кивает мордой следовать за ним. — У тебя все на лице было написано. Ну почти.

— В смысле почти?

— Ты последний вопрос вслух задала, — говорит фамильяр. — Аккуратнее с этим, а то вляпаешься. 

Мы выходим из комнаты, проходим чуть дальше по коридору и останавливаемся перед раздвигающимися дверями из матового непрозрачного стекла. 

— Ванная, — Таэмар садится и обвивает себя своим пушистым, совсем лисьим хвостом. — Туда я не пойду. Но там то же самое: шкафчик третий справа. Встретимся в комнате.

Киваю и захожу внутрь большого светлого помещения. Внутри никого нет, наверное, потому что сейчас разгар учебного дня. Вот больше чем уверена, что в утреннее и вечернее время тут не протолкнешься. 

Окон тут нет, зато есть белые светящиеся кристаллы на потолке, пол из шероховатого мрамора и два ряда душевых кабинок в середине. Вдоль стен расположены шкафчики. 

Отсчитываю третий справа: внутри белые, похожие на вафельные, полотенца, чистые сорочки и халаты. Все в двойном экземпляре. Тоже хорошо: тут уже думать не приходится, где чье. 

Беру все и иду к кабинке, но по дороге вздрагиваю и чуть не взвизгиваю: боковым зрением вижу кого-то еще! А потом, едва отдышавшись, понимаю, что это не кто-то. Это я. В зеркале.

Ловлю себя не мысли, что мне впервые попалось зеркало и возможность рассмотреть себя. Как же это непривычно! Смотреть на себя, а видеть совсем другого человека. Надо было еще найти настолько непохожих!

Вместо короткого обесцвеченного боба у меня длинные густые каштановые волосы, вместо угловатых плеч и нулевочки — вполне себе достойная трешечка и женственные плечи. Тонкая талия и красивые бедра с попой, будто Лери на тренировки каждый день ходила. 

Личико милое, немного по-детски наивное, с бездонными, как осеннее небо, голубыми глазами, аккуратным носиком и пухлыми, красиво очерченными губами.

Сдается мне, все проблемы Лери и были именно из-за чрезмерного давления гниды, ой, простите, Гнеды. Потому что с такими данными она вполне могла закадрить кого угодно. 

Еще немного кручусь, разглядывая себя, чтобы привыкнуть и больше не рисковать тем, что испуганно шугнусь от своего собственного отражения. Потом принимаю душ, удивляясь тому, насколько интуитивно тут устроены душевые: справа плюс, слева — минус, и их надо нажимать, чтобы настроить температуру, а дозатор для мыла и шампуня встроен прямо в стенку.

Мозги потихоньку приходят в норму, чувствовать всем телом прикосновение потоков воды оказывается очень приятным и важным. Этим я словно доказываю сама себе, что все то, что происходит — по-настоящему, а не галлюцинация. 

Вытираюсь, по привычке наматываю на голову “тюрбан” из полотенца, одеваюсь и собираюсь выйти из ванной, когда двери разъезжаются в стороны, а на пороге появляется блондинка  с разъяренным взглядом.

— И вот чего ты не сдохла?
Ваши ставки? Кто это может быть?)

Ой, какое милое приветствие. 

— И тебе привет, — отзываюсь я, но по лицу блондинки понимаю, что не этой реакции она от меня ожидала. 

Палюсь. Поэтому натягиваю наивную глупую улыбку и добавляю:

— Ты тоже помыться решила? 

Блондинка подвисает на несколько секунд, а потом, вернув себе уверенный, недовольный вид, продолжает:

— По-моему, мы с тобой уже разговаривали об этом! Или ты отстаешь от моего Дэриана, или тебе будет плохо! — шипит она.

Кажется, Лерианна очень любит рептилий, вон какой серпентарий вокруг себя собрала. 

— Забирай! — пожимаю плечами.

— Не думай, что я не понимаю! Ты специально устроила весь этот спектакль с обмороком, чтобы он снова был с тобой, — продолжает она. 

— Так… — я оглядываюсь по сторонам. — А где он, не подскажешь? Что-то я его рядом не наблюдаю. 

Это снова обескураживает блондинку, а я, пользуясь этим, протискиваюсь мимо нее и иду по коридору к своей комнате. 

— Я тебя предупредила, Лефрон! Ты пожалеешь, если не прислушаешься к моим словам!

— Да-да, — не оборачиваясь, машу ей рукой. — А ты выбери, пожалуйста, направление, куда тебя послать. 

Она еще что-то говорит вслед, но я решаю не обращать внимания и возвращаюсь в комнату. 

— Ты это специально?

Я вздрагиваю от неожиданности и хватаюсь за грудь, пытаясь отдышаться. Таэмар недовольно смотрит на меня с “идеальной” кровати и шевелит носом. 

— Что специально? — стягиваю с головы полотенце и взъерошиваю волосы, чтобы они быстрее сохли. 

— Ведешь себя так… заметно, — отвечает фамильяр. 

— А что я должна была сделать? Потупить взор и проглотить всю ее наглость? 

Неужели так и поступила бы Лери? Вот уж повезло, попасть в тело покорной овечки, с которой все, кто ни попадя, разговаривают как с пустым местом. 

— Такое изменение поведения привлечет внимание, — говорит Таэмар. — А если ты еще будешь использовать магию, то вообще будет не скрыться. 

— Мне всего лишь надо найти,  что такого сделала Лери, чтобы мы махнулись местами, — поплотнее запахиваю халат и осматриваю рабочий стол Лерианны. — А потом она снова станет собой, а я вернусь на экзамен к Данилычу. Она ж там за меня его не сдаст. Ох… А если еще и диплом под угрозой окажется…

— Скорее тут твоя жизнь под угрозой, Лери, — вздыхает фамильяр и качает мордой. — Давай повторим правила? 

Я отвлекаюсь от осмотра ящиков стола, в которых ничего особо интересного не нахожу: тетради, стеклянные перья, чернила, карандаши. Ничего, что приблизило бы к решению задачки.

— Скорее озвучим в первый раз, — хмыкаю я. 

— Зануда, — отзывается Таэмар. 

— От такого слышу!

Ну, могу же я высказать недовольство! Фамильяр закатывает глаза, но решает не продолжать спор. 

— В общем, правил всего два: не делать ничего, что привлекло бы внимание, и не использовать магию. 

— А с магией-то что не так? Ты же сам сказал, что ее стало больше, — искренне пытаюсь понять я. — Разве это не хорошо?

— Плохо, — выносит вердикт Таэмар. — У Лери он был слабый и нестабильный. Она едва выполняла минимальные нормы на практиках. А у тебя слишком сильный для того, кто не умеет осознанно им управлять. Можешь натворить дел, и тогда точно все поймут, что ты попаданка. 

— То есть ту блондинку не стоит посылать куда-то? — кажется, в моем голосе сквозит разочарование. 

— Хватит и того, что ты послала дракона своего, — тяжело вздыхает фамильяр. 

— Послала… кого? 

Я надеюсь, я ослышалась? Или неправильно поняла?

— А… Ты же не в курсе. Дэриан — потомственный дракон. Один из самых сильных в его роду. 

Он говорит это как само собой разумеющееся, просто ничего не значащее. Обыденное, в конце концов. Но если вдуматься, то я послала дракона. Мое биологическое видение мира просто исключает наличие в фауне такого вида. Однако в этом видении магии тоже не было, а значит…

— Ты же не имеешь в виду такого огромного летающего огнедышащего ящера? — снова на удачу скрещиваю пальцы. 

И снова мне это не помогает. 

— Именно такого. Только сейчас еще и очень злого… Лучше сразу придумай, как объяснишь ему все, — кажется, Таэмар посмеивается и снова исчезает в переливающемся мерцании.  

— Кому? — запоздало спрашиваю я и слышу громкий, возмущенный стук в дверь. 

Я надеюсь, это не тот, о ком я сейчас думаю?

Кажется, я успел только моргнуть и услышать: “Иди лесом”. А потом пространство и мгновение словно растянулись, прямо до самого предела, до состояния, когда не совсем понимаешь, кто ты и где. Так бывает в порталах между весьма отдаленными точками страны. 

Но это же не может… Лери же не… 

Твою ж ящерку! 

Открываю глаза среди какого-то бурелома в чаще леса. Где-то высоко над головой, между густыми ветвями, плывут серые дождевые облака. И это при том, что в академии сияло яркое жаркое солнце и небо синело бесконечной глубиной. 

Выдыхаю, и изо рта вырывается маленькое облачко пара. Плохой признак. Очень плохой! 

Зябко потираю руки и уже не надеюсь выбраться отсюда чистым. Впрочем, не мне, боевику, бояться грязи. Делаю небольшой взмах кистью, складываю пальцы в нужный символ, чтобы окружить себя тепловым коконом и начать разбирать завалы, но ничего не происходит. 

Варианта два: или я ошибся, или я там, где мне меньше всего хотелось бы оказаться. Причем вероятность того, что верен первый, максимум десять процентов.

Складываю пальцы, мысленно ныряю в свой магический центр, чтобы вытянуть оттуда дополнительную магию, и наталкиваюсь там на непроницаемый барьер. 

Стадии отрицания и гнева длятся пару секунд, за которые я успеваю подумать очень много “хорошего” про Лери и составить порядка десяти планов, что я с ней сделаю, когда вернусь в академию. 

А я вернусь. Даже отсюда — из гиблых северных топей. Их главная опасность не в болотах и непроходимой чаще леса, а в том, что в них есть проплешины в магическом куполе, где магия совсем не работает. Ее просто нет. Этим как раз объясняется аномально низкие температуры на этой территории.

Я понимаю, что торговаться и страдать бессмысленно, поэтому я просто смиряюсь с тем фактом, что эта пигалица выкинула меня из академии на окраину страны, и решаю, что надо уже действовать. 

Магии нет, дракона нет. Есть только моя физическая подготовка, на которую я, как боевик, не жалуюсь. Ну и все знания географии страны. 

Как назло, солнца нет и не предвидится, поэтому, как только я выбираюсь из кучи сваленных веток, я осматриваю растения, чтобы хотя бы понять расположение частей света. Гиблые топи находятся к северо-западу от столицы и нашей академии, примерно в часе полета дракона. 

Главное, выйти из магической проплешины, и тогда я смогу спокойно добраться обратно. И предупредить пигалицу, что мое терпение кончилось, и я иду к ректору. Заодно предупрежу его о ее магическом всплеске после происшествия.

Лезу через ветки, поваленные стволы деревьев, пару раз проваливаюсь в болото почти по колено, в одном месте приходится забраться на дерево и перемещаться прямо среди ветвей, пользуясь тем, что они плотно переплетены между собой. Каждые сто метров проверяю магический центр, пока в какой-то момент не ощущаю, что барьер исчез. 

В это же мгновение выпускаю дракона и взмываю в небо. Ну все, Лерианна, жди!

Приземляюсь прямо перед наружным выходом женского общежития и ловлю на себе заинтересованные взгляды тех, кто вышел насладиться солнышком в перерыве между лекциями. Прекрасно отдаю себе отчет в том, как я выгляжу, но внутри кипит такое возмущение, что сейчас плевать на имидж статусного дракона древнего рода. 

Захожу внутрь и накладываю на комендантшу, которая пытается меня остановить, плетение отвода глаз. Она быстро переключается на полив цветов на окне, а я поднимаюсь на третий этаж, пересекаю комнату отдыха и стучу в дверь Лери. 

Мне приходится постучать раз пять, прежде чем дверь распахивается, а на пороге возникает Лерианна. 

Она отшатывается от меня, оглядывая с ног до головы и, кажется, активно выискивая пути побега. Но в итоге, натягивая на себя воинственный вид, очень нелепо смотрящийся на ней, учитывая еще влажные после душа волосы, падающие на хрупкие плечи, испуганно распахнутые лазурные глаза, которые я почему-то раньше не замечал, и запахнутый халат, не прикрывающий тонкие лодыжки босых ног. 

Она всегда была такой?

— Свежий воздух полезен для здоровья! — раньше, чем я успеваю что-то ей сказать, выпаливает Лери. — Так что можешь не благодарить! 

Что она сказала?!