(Не) свободные

Оливия

Болезненный поцелуй обжог основание шеи, заставив меня выгнуться и гортанно застонать, извиваясь в сильных руках. Мужчина чуть прихватил кожу зубами и сжал, посылая по телу болезненные энергетические разряды, словно ставил на мне свою метку. А может так и было. Кто знает этих лунатиков. Говорят, древние волчьи инстинкты в них продолжали бурить даже в наше время, особенно когда дело касалось секса и всё что было с ним связано.

В обычной жизни я бы никогда не позволила такого.

Проклятье, будь у меня на месте голова, я бы никогда не оказалась чужой квартире, в руках совершенно незнакомого мужчины. Но голова, как и здравый смысл, остались там, за стойкой бара, где-то между третьей или четвёртой стопкой горячительного алкоголя. Последние его капли исчезли, стоило взглянуть в чёрные, как сама ночь глаза и увидеть в них своё отражение.

- Сладкая, - прохрипел оборотень.

Мой короткий стон, рваные вдох и зубы тут же заменил важный язык, которым он будто хотел зализать крохотную ранку, которую оставил на шее.

Сильные руки подхватили за талию, и мужчина рывком усадил меня на высокий комод, не переставая при этом целовать. Его нога вклинилась меж бедер, разводя их в стороны.

Пока я, задыхаясь от новых эмоций, горячая ладонь успела проникла под узкую юбку и скользнула пo краю чулок. Настойчивые пальцы принялись осторожно поглаживать нежную кожу внутренней стороны бедра, все ближе подбираясь к кружевному треугольнику бикини.

Голова, чумная не только от выпитого алкоголя, но и от сумасшедших чувств, которые бурлили в крови, закружилась еще сильнее. Я задыхалась, не хватало воздуха, но даже это не могло меня остановить сейчас.

"Хочу, хочу, хочу!"

С жалобным стоном разъехалась молния на спине и узкий корсет, сдавливающий грудь, сполз вниз, обжигая кожу. Бюстика сeгодня на мне не было. И оборотню это явно пришлось по вкусу.

Он застыл на мгновение, задержав дыхание и медленно скользя голодным взглядом по обнаженной коже. Грудь тут же налилась и болезненно заныла от желания. А соски напряглись, став похожими на крохотные горошинки.

Закусив губу, я наблюдала за ним, пытаясь впитать его желание и разглядеть хоть что-то в темноте ночи.

Небольшой светильник, горевший в коридоре, бил ему в спину, обрисовывая сильные плечи, обтянутые тёмной тканью рубашки.

Оборотень протянул руку, накрывая грудь и чуть сжимая, пробуя её на тяжесть. Все тело в ответ тут же покрылась болезненными мурашками, а зуд под кожей стал просто невыносимым.

- О-о-ох, - простонала я, вцепились в край комода, который опасно зашатался подо мной.

Голова откинулась назад и длинные рыжие волосы щекоткой прошлись по обнажённой спине.

- Нравится? - спросил мужчина, провокационно сжав между большим и указательным пальцем горошинку соска.

- Проклятье, - ахнула я и попыталась свести вместе бедра, чтобы хоть как-то унять томление внизу живота.

Но не вышло. Оборотень уже занял своё место между ног и отступать не собирался.

- Нравится, - с довольной улыбкой подытожил мужчина, накрывая губы в сумасшедшем коротком поцелуе, очередной поцелуй в шею и глухое: - Очень нравится. И мне тоже.

Лунатик чуть отодвинулся, на мгновение поймав мой шальной взгляд, но лишь для того, чтобы через секунду провести дорожку из коротких поцелуев от шеи к ключице, а оттуда к груди.

Я даже воздухом поперхнулась, крепко зажмурившись. Ведь не маленькая девочка, уже двадцать пять лет и мужчины в жизни были. Точнее мужчина. А такое ощущение, что всё в первый раз. Потому что таких крышесносных эмоций от обычного поцелуев, я никогда в жизни не испытывала.

 Едва уловимое прикосновение к вершинке груди. После чего мужчина кончиком языка очертел спираль, пока губы не сомкнулись вокруг соска, сладко посасывая его. To втягивая, то отпуская. Ладонь тем временем накрыла другую грудь, пощипывая тугую вершинку.

Ласка иногда становилась болезненной, и я слабо вскрикивала, пытаясь при этом не свалиться с комода, который вновь застонал подо мной.

 - Хочешь меня? - спросил оборотень, подняв голову.

Наши глаза оказались на одном уровне. У меня в который за этой вечер сбылось дыхание и тревожно заныло сердце.

Играть в кошки-мышки не было никакого резона. Мы не дети, чтобы притворяться и тратить драгоценное время на ненужные реверансы, изображая стеснение или равнодушие. Нет, не сегодня и не сейчас. И я, и он пришли сюда совсем для другого.

- Да-а-а-а-a, - промурлыкала я так, как никогда в жизни.

И указательным пальчиком провела по его груди. От воротника рубашки к бляшке ремня, чуть надавливая на кнопочки, наблюдая при этом, как пламя разгоралось в глубине черных глаз. Таких черных, что зрачка не рассмотреть. И эта темнота манила, очаровывала, заставляя забыть обо всём.

- Плохая девочка, - усмехнувшись, отозвался мужчина и вновь подхватил меня на руки, посадив на свои бёдра.

Я тут же обхватила его талию ногами, с восторгом ощущая всю силу мужского желания, которое недвусмысленно упиралось мне в бедро.

Целуясь как сумасшедшие, мы пришли короткий путь до кровати, сбивая на ходу всё то, что имело несчастье попасть нам под руки.

Например, настольные часы, которые стояли на полке. Они с глухим ударом упали на ковёр. Фарфоровой статуэтке повезло меньше. Она со звоном разлетелась на куски. Последним упал стул, поставив жирную точку в этом маленьком разгроме.

А следом и мы рухнули на мягкую перину кровати, сплетаясь в жарких объятьях, разомкнуть которые не было ни сил, ни желания.

"Хочу, хочу, хочу!"

Пусть это безумие, сумасшествие и уже завтра буду рвать на себе волосы от стыда, но сейчас я хотела обо всём забыть в его руках.

- Ты сведешь меня с ума, - прохрипел он, приподнимаясь на локтях и жадным взглядом скользя по телу.

И пусть в темноте лица не разглядеть, но я видела, как блестели его глаза, слышала, как с шумом вырывалось дыхание из лёгких.

В голове сплошной туман, в горле пересохло и губы болели от властных поцелуев. Добавить к этому бешеное сердцебиение, учащенное дыхание и узел желания внизу живота и можно сказать, что у меня от этого мужчины началась самая настоящая ломка.

Лунатик встал на колени и схватился за край платья, рывком стаскивая его с меня. Остались лишь кружевные трусики и тонкие чулки.

- Это нам мешает, - прошептал оборотень, томительно медленно стягивая тонкое бельё, не забывая при этом ласкать чувствительную кожу, посылая по телу, очередные волны колкого удовольствия. - А вот это, - мужчина задел большими пальцами края чулок, но снимать не стал. - Mы оставим…

Он приподнялся, нависая и почти касаясь губами губ:

- Хочу, чтобы ты была в чулках, когда я проникну в тебя, - сообщил мужчина чуть слышно. – Когда ты будешь изгибаться подо мной… когда начнёшь кричать от наслаждения.

- Проклятье, - выдохнула я, пытаясь вспомнить, когда возбуждалась от слов.

Да никогда. Тихий шепот, запретные желания и разгулявшаяся фантазия: этого хватило, чтобы меня накрыло и дрожь предвкушения уже не остановить. Безумное желание уже стянуло нервы внизу живота.

- На тебе слишком много одежды, - прохрипела я, закидывая руки за голову и медленно сгибая ногу в колени, чуть изворачиваясь. 

Давая ему возможность рассмотреть меня снова. Аккуратную, упругую грудь, тонкую талию, округлые бёдра. И тонкие белые полоски - следы от купальника. Кто сказал, что рыжие не загорают? У меня загар ложился ровно и имел приятный золотистый оттенок.

- Это ненадолго, - тяжело сглотнув, отозвался мужчина и принялся лихорадочно стаскивать рубашку, брюки с носками и боксеры.

Жаль в темноте не рассмотреть его совершенное тело. А его формы я успела оценить еще в баре. Мимо такого мужчины сложно было пройти, не оглянувшись. И дело не только во внешности, а его природа щедро наградила. От черноглазого мужчины за десяток метров вeяло опасностью и обещанием самого грандиозного приключения в жизни.

Но ничего, глазами не увижу, так пощупаю, попробую на вкус. Это даже интереснее.

- Иди сюда, - призывно улыбнулась я, отлично зная, что мужчина меня видит сейчас.

Для него темнота помехой не была.

- Да...

Всё было, как в самых сумасшедших фантазиях: никаких запретов, полная свобода, безумное желание, которое никак не хотело утихать в крови.

И оказалось, что страсть, которую я испытывала до этого момента, страстью не являлась. Жалкий пшик в сравнении с безумным взрывом, который накрыл с головой, стоило мужчине только коснуться меня пальцами. А ведь это была лишь прелюдия.

Описывать то, что испытала, ощутив первый толчок, смысла не было. За ним последовал второй, а потом уже никто и не считал. Новая волна сладкой дрожи прошлась по телу, заставив до скрипа сжать простыни, выгнуться, упираясь пятками в матрас и вскрикнуть, встречая свой личный фейерверк перед глазами.

Я брала и отдавала. Чутко отвечала на каждое движение. Стонала, всхлипывала, умоляла, а в следующую секунду рычала, царапалась и даже кусалась, пытаясь завладеть ситуацией. 

Но он не давал. О нет, этот мужчина привык всегда и во всём быть первым и уступать не привык.

Никогда не думала, что доминирование альфа-самца (в прямом смысле этого слова) может понравиться. Я всю сознательную жизнь избегала таких собственников, а сейчас готова была пищать от восторга. Оказывается, это так невероятно быть просто женщиной, слабой, беззащитной. Пусть всего на одну ночь, но я запомню это ощущение, позволяя направлять себя, ласкать и возносить на очередную волну блаженства.

 Скорее всего опять виноват алкоголь. Не стоило столько пить. Но с другой стороны, без алкоголя не было этого приключения, мужчины и страсти, от которой окружающий мир взрывался на миллиарды осколков.

Очередная волна сладкой дрожи прошлась по телу, заставляя меня задрожать и хрипло вскрикнуть. Голос всё-таки сел, но это не главное.

Но ему было всё мало. Оборотень вновь и вновь вторгался в моё тело, вдавливая в мягкий матрас, до синяков сжимая ягодицы. Апофеозом этого безумия стал новый укус на шее. И на этот раз он был настоящим, с болью и капельками крови. Но даже тут я не возразила, полностью сосредоточившись на том, чтобы подняться из огненной бездны, в которую мужчина меня в очередной раз толкнул. 

Утро встретило меня головной болью, сухостью во рту, жуткой жаждой и ломотой во всём теле. Я уже хотела повернуться на другой бок, когда внезапно поняла, что нахожусь в постели не одна. Чья-то горячая рука держала меня за ягодицу и отпускать не собиралась.

События прошлой ночи нахлынули со всех сторон, во всех мельчайших подробностях, заставив меня задержать дыхание.

Уж лучше бы я половину забыла. Так было бы намного легче. Но нет, мозг, как назло, вспоминал всё новые и новые пикантные подробности.

Твою мать!

Мне хотелось спрятаться под простынями и не вылезать оттуда несколько дней.

Это не сон. Я действительно переспала с кем-то! Напилась в баре и переспала! С совершенно незнакомым мужчиной, у которого даже имени не спросила! Надо сказать, моё он тоже не спрашивал.

Одно радовало: хоть красивого выбрала. От мысли о его бездонных чёрных глазах и чувственной усмешке у меня щеки полыхнули жаром. И не только щеки.

Осторожно повернув голову, я увидела на соседней подушке ЕГО.

Хорош.

Я и вчера это успела заметить, а сейчас в свете дня могла оценить. Идеальный мужчина, который так и просился на обложку какого-нибудь модного журнала. Тёмно-каштановые волосы, чёрные брови, нос с горбинкой, лёгкая синева на щеках и упрямом подбородке. Я хорошо помнила, как его короткая щетина царапала нежную кожу на груди и ниже. Значительно ниже. 

Ох, не об этом сейчас надо было думать.

Просто само совершенство. И мысль об этом ничего, кроме горечи, не вызывала. Знаем мы таких самцов, гуляют по бабам и беды не знают. А я только что стала еще одной в списке побед.

Но самое потрясающее было в другом. Он спал!

Ведь я совершенно не знала, что принято говорить в таких случаях, как себя вести. Может, порядок какой существует? Правила поведения?

Не могла же я помахать ему ручкой и сказать:

– Привет, меня зовут Оливия, и этой ночью у меня был самый лучший секс в жизни. И сейчас мне лучше уйти, потому что я полная дура!

Я ведь никогда в жизни такого не испытывала. Да еще столько раз за ночь… Разве нормальный мужчина не должен после двух раз отвернуться на другой бок и уснуть?

Наверное, мне надо просто побольше узнать о сексуальных аппетитах оборотней. Вот только я никогда не любила этих поклонников Лунной богини. Инстинкты, хищники, бешеные эмоции, бр!

Их столько за эти два года прошло через мои руки, поэтому я иллюзий не питала и знала, чем такие страсти могут обернуться.

Мужчина вздохнул, сильнее сжал мою ягодицу, притягивая к себе. Потом его рука поползла вверх по талии, пока собственнически не накрыла грудь.

Ой-ой-ой!

Я уже и дышать боялась.

Но нет, не проснулся, продолжая спать.

Испытывать судьбу больше не имело смысла. Надо бежать! Прямо сейчас!

Осторожно и очень медленно я переложила его руку на кровать рядом с собой и начала отползать в сторону, пока не выбралась.

Из одежды на мне были только проклятые чулки!

Подобрав с пола трусики и платье, я шмыгнула в коридор. Уже там быстро оделась. Ни о каком душе и мысли не было. Схватила сумочку и пиджак, кое-как обула туфли и выбежала на лестничную площадку, плотно закрывая за собой дверь, о которую оперлась спиной, тяжело дыша.

Пара секунд на то, чтобы прийти в себя и снова бежать, бежать, бежать. Я даже лифт не стала дожидаться. Лишь однажды я замедлилась свой ход, застыв у высокого зеркала в огромном вестибюле элитной многоэтажки. Надо было хоть как-то привести себя в порядок. Пригладив волосы, я осторожно коснулась припухшей ранки на шее.

– Ох, нет, – прошептала я и сморщилась от боли.

Он же меня укусил! А вдруг заразу какую занёс? Надо было срочно с кем-нибудь проконсультироваться. Она же болит. А если инфекция или заражение? Я понимаю, что за секс с таким мужчиной надо платить, но не своим здоровьем же!

Дверь мне открыл шикарный портье в роскошной ливрее. Я такие только по телевизору видела. На меня он даже не глянул. Ну и хорошо.

– Такси!

Машину удалось поймать довольно быстро.

Назвав адрес, я полезла в сумочку, нашла на дне телефон и быстро набирала нужный номер.

Меган ответила почти сразу:

– Лив, ты куда пропала? Мы тебя вчера обыскались!

– Мег, чрезвычайная ситуация. Собирай наших, я уже еду.

– Поняла. Ждём!

***

Маркус

Только за рыжей закрылась дверь и щелкнул замок, как мужчина открыл глаза, уставившись на примятую подушку, которая еще хранила тепло и аромат женского тела. Полежав так секунд тридцать, Маркус повернулся на спину, закинув руки за голову.

Девчонка снова его удивила. Вновь поступила неожиданно, неординарно и странно.

Точно так же, как прошлым вечером в баре, когда сидела за стойкой и пила в одиночестве, игнорируя попытки подкатить, а некоторых и вовсе посылала, когда вежливые слова заканчивались, а ухажёр отказывался отчаливать.

Маркус, расположившсь на втором этаже зa личным столиком, наблюдал за ней минут двадцать. Сначала его внимание привлекли волосы. Таких ярко-рыжих волос с красно-оранжевыми вкраплениями, красиво переливающихся в свете ламп, он никогда не видел. Нет, мужчина не был романтикам и в цветовых вариациях разбирался мало. Фуксия, малиновый, пудра или лиловый – для него были просто розовым цветом. Где-то темнее, где-то светлее. Ментоловый, оливковый, яблочный, липовый. Кроме продуктовых ассоциаций, эти цвета ничего не вызывали. Просто зелёный и т.д. Но незнакомка и её волосы заслуживали отдельного пункта в перечне красок.

Само огненное пламя. Настоящая последовательницa солнечной богини, темпераментная, яркая, непредсказуемая.

Нет, он не собирался с ней знакомиться. Ведьмы его не прельщали. Маркус был не настолько экстремален, чтобы закрутить интрижку с одной из них. Слишком много от ведьм было проблем. Немного неравноценная плата за короткиe часы удовольствия. Да и какой хищник в здравом уме добровольно подойдёт к племени?

Поэтому он просто сидел и смотрел. А посмотреть там было на что. Девушка сидела на высоком табурете, повернувшись к нему боком. Короткое темно-синее платье без бретелей отлично обрисовывало фигуру. Немного не в его вкусе. Маркусу нравились блондинки модельной внешности, такие как Шарлотта. Длинные ноги, стройное тело, совершенно лицо.

Рыжая была другой, хотя Маркус и не мог сказать, что хуже. Просто другой. Среднего роста, с тонкой талией, округлыми бедрами и красивой грудью. Она напоминала мужчине статуэтку, которая когда-то стояла у матери в гостиной. Может, она и сейчас там стоит, Маркус давно не был дома. Изящная, аппетитная и сексуальная.

Сначала его привлекла её внешность, потом то, с каким упорством она отшивала мужчин. Одинокая молодая женщина в баре всегда привлекает внимание, особенно такая эффектная.

Сначала оборотень решил, что она просто набивает себе цену. Потом – что ищет рыбу покрупнее. Но шло время, а рыжая продолжала сидеть и пить, игнорируя окружающий мир.

Это было... интересно. Оборотень даже не мог вспомнить, когда ему было так интересно наблюдать за кем-то. Предсказуемые люди, докучливые женщины, а тут вдруг загадка.

Отсчитав и бросив купюры на стол, Маркус спустился вниз и направился прямо к рыжей ведьме.

– Здесь не занято? – спросил мужчина и, не дожидаясь ответа, уселся на соседний стул.

Он-то отлично знал, что не занято.

– Еще один, – пробормотала незнакомка и повернулась к нему, явно собираясь отправить туда же, куда посылала всех остальных.

Вот только Маркус не остальные. Он и есть та самая рыба, которую мечтает поймать любaя хищница и охотница за красивой жизнью.

– Проклятье! Еще и оборотень, – выдала она не очень почтительно, заставив Маркуса приподнять брови. – Только мне может так повезти!

Мужчина не страдал завышенным сомнением, по крайней мере ему так казалось, но обычно женщины на него реагировали немного иначе. Кокетливо улыбались, строили глазки, томно округляли губы и касались, словно невзначай.

Эта же лишь еще больше нахмурилась и радоваться явно не собиралась. На лице читала досада. Если она играла, то весьма искусно.

Маркус не ошибся со стихией. Огонь. Он не только горел в волосах, но и пылал в глубине светло-карих, почти янтарных глаз. Зверь внутри заворчал, такое соседство ему было не по вкусу.

– И в чем же тебе повезло? – поинтересовался оборотень, поворачиваясь к ней всем телом.

Но она не ответила, снова повернувшись к своему стакану. Сделала глоток и чуть скривилась. Пила, но через силу.

Интересно. Что же ты здесь делаешь? Какую грусть пытаешься запить алкоголем? Или забыть кого-то?

– Угощать меня не надо, – неожиданно произнесла рыжая. – Я не скучаю, мне нравится чувство одиночества. Развлекаться не хочу. Приключения не люблю. Восторгаться твоим величием не стану, будь ты хоть самый-самый крутой альфа в мире. Я вообще оборотней не очень люблю. 

– Чем мои собратья и я так не угодили тебе?

Снова глоток спиртного и всё та же гримаса.

– Тебе все пункты перечислить? Собственники, властные мужланы, которые признают только личное мнение, тираны и деспоты. Это самые мягкие характеристики, которые я смогла подобрать, – добавила она.

Маркус тихо рассмеялся.

– Не могу с ними не согласиться.

– Здравомыслящий оборотень? Вау!

Маркус хмыкнул. Эта ведьма нравилась ему всё больше.

– Поставишь напротив меня галочку в графе «не виновен»?

– А зачем? – пожала та плечами, отказываясь флиртовать и кокетничать.

– Не хочется выглядеть в твоих глазах деспотом и тираном, – неожиданно признался мужчина.

И снова не та реакция, на которую Маркус рассчитывал:

– Моё мнение роли не играет.

Значит, флирт не проходит? Отлично. Будем действовать напрямик.

– А как насчёт разового, ни к чему не обязывающего секса?

Оборотень сам не знал, зачем спросил. Обычно мужчина действовал тоньше, а встретив сопротивление, просто уходил. Не захотела эта, найдется другая. Но они все хотели. Всегда. Надеялись стать той самой. Дуры.

Рыжая сжала стакан, едва его не расплескав. Маркус даже решил, что она в него им запустит, уж очень свирепым был у неё вид.

Откажет. Конечно же, откажет. Или поиграет в невинность, но согласится.

– Не обязывающий секс? С тобой? – резко спросила она, поворачиваюсь к нему всем телом.

– Да.

Всё-таки не согласится.

– A давай! – вдруг согласилась ведьма и принялась копаться в сумочке.

– Я оплачу счет, – предложил Маркус и тут же пожалел об этом.

– Не нуждаюсь! – резко ответила рыжая, доставая купюру из кошелька. – Ну, пошли, оборотень с галочкой в графе «не виновен»?

Непредсказуемая, непонятная...

Утром она снова его удивила. Маркус проснулся раньше неё, но предпочёл скрыть это. Ему было интересно, что ведьма станет делать. Он специально провёл рукой по её телу, сжал упругую грудь.

Одни залезали под одеяло, стремясь доставить ему удовольствие и продлить сумасшествие ночи, другие отправлялись в душ, ожидая, что он последует за ними. Большинство обожало надевать его рубаху на голое тело и щеголять перед ним, сверкая обнаженными частями тела. Кто-то варил ему кофе, даже не спросив, какой он любит. Был у него интересная ситуация, когда одна девица, пользуясь моментом, решила залезть к нему в бумажник. Но это был единичный случай.

Но никто и никогда от него не сбегал.

Может, это и к лучшему. Маркус ненавидел объяснения, слезы и женские истерики. Не любил оправдываться и повторять дважды. Вчера они обо всем договорились, и точка.

Рыжая даже сделала ему одолжение. Останься она дольше, и оборотень бы сам на неё набросился, подмял под себя, лаская полные, чувственные губы, сжимая упругие груди, поглаживая дрожащий живот и ниже, чувствуя, как постепенно она раскрывается под ним, задерживает дыхание, напрягаясь всем телом.

Но самое главное – останься она здесь, Маркус обязательно узнал бы её имя и устроил бы еще одну встречу. А это недопустимо.

Ведьма и оборотень. Солнце и луна. Огонь и хищник. Это всё слишком сложно.

Да и Шарлотта не поняла бы. Невесте было плевать на его романы, у неё самой сейчас было аж два любовника. Ему докладывали. В офисе даже лежали личные папки на каждого. Но она и её семья требовали соблюдения приличий. Хочешь отыметь кого-то? Так сделай это тайно! И выбирай любовниц так, чтобы не было неприятностей. Скандала высокое семейство не потерпит.

Подойдя к окну, Маркус видел, как рыжая поймала такси и сбежала, не оглядываясь.

Больше они не увидятся. И это к лучшему.

Оливия

– Что ты сделала? – сидящая напротив меня Клэр поперхнулась кофе.

Едва не выплюнула его назад и закашлялась до слёз в глазах цвета моря.

– Переспала с первым встречным оборотнем, – мрачно подсказала Меган, откинув назад волосы, которые были гладко зачёсаны и собраны в высокий хвост. – Я правильно поняла, Лив?

Кареглазая Мег никогда не стеснялась в выражениях и всегда говорила правду в глаза. Одни за это её любили, другие ненавидели, но равнодушных не было. Яркая, запоминающаяся, она полностью соответствовала статусу «ведьма» и вела себя соответственно.

– Совершенно верно.

– А перед этим еще и напилась, – вставила Ната.

– В первый раз в жизни, – кивнула я и схватилась за голову, едва не свалив на колени свою чашку с кофе. – Девочки, что делать?

Мы сидели в летнем кафе, которое находилось ровно посередине между нашими офисами. Собственно, здесь мы и познакомились несколько лет назад. Такие разные внешне и по характеру, но объединённые общим статусом «ведьма» и всеми вытекающими из этого последствиями.

Простое и уютное заведение, где варили чудесный кофе и пекли воздушные булочки с кремом. Такие вкусные, что даже страх перед лишними килограммами не мог остановить их поедание.

– Сначала к гинекологу! – решительно заявила Мег, закидывая ногу на ногу.

– З-зачем? – опешила я, опуская руки.

У меня был целый список того, куда бежать и что делать, но похода к гинекологу там точно не было.

– Уверена, что вы не предохранялись! Не так ли?

Клэр опять поперхнулась, и сидящая рядом Ната сочувственно похлопала её по спине.

– Да или нет... Не помню, – призналась я растерянно. – А это так важно?

В тот момент я думала о другом. И не тем.

– Ну вот, что и требовалось доказать! – торжественно заявила подруга.

– Мег, подожди, у неё же амулет специальный. Мы же себе одинаковые делали, – заметила Ната, накручивая на палец золотистый локон. – Забеременеть она не могла.

– Забеременеть? – свистящим шепотом переспросила у неё.

Об этом я тоже не думала.

– Амулет не защищает от болячек, девочки. Лив, ты же сама сказала, что он тебя укусил.

– Да, – пробормотала я, касаясь припухлости на шее, которая все не проходила.

Вроде не болела, а состояние какое-то странное, болезненное. А вдруг действительно этот лунатик мне инфекцию занёс?

– И укус не проходит. А если этот лунатик бешеный? Заразу переносит. Знакомится с наивными дурочками в баре и заражает. Помните, года два назад как раз над таким уродом суд был? – продолжила Меган.

И чем больше она говорила, тем бледнее я становилась.

Вот как так могло получиться? Столько лет прожила, игнорируя оборотней, общаясь с ними лишь по работе. И то только потому, что они приносили больше всего денег. Никаких личных отношений, никаких совместных посиделок с кофе и отказ от встреч.

Одна крохотная ошибочка. Всего одна глупость, совершенная в пьяном угаре, в сумасшедшем желании, – и приходится платить.

Я судорожно кивнула.

– И что мне делать?

– Мег, прекрати запугивать! – мешалась Клэр, убирая за ушко короткие белые волосы. – Она и так в шоке, а тут еще ты ужасы рассказываешь.

– Надо исключить все возможности. Согласна, Лив? – возразила брюнетка.

– Да.

– Допивай кофе, и я отведу тебя к своему врачу. Ты имя его заполнила?

– Врача? – рассеянно спросила у неё, поднося чашку к лицу.

Меган глянула на меня так, что захотелось сквозь землю провалиться.

– Любовника своего.

– Он не мой. Один раз не считается.

– Только один? – улыбнувшись, уточнила Ната, а в голубых глазах заплясали смешинки.

Не один. И не два. Я еще ночью сбилась со счёта, а сейчас просто не хотела вспоминать.

– Не смешно.

– Лив, я не поняла. Ты забыла его имя? – вмешалась Меган, подаваясь вперёд.

– Конечно, нет. Я его просто не знаю. Мы не представлялись.

За нашим столиком воцарилось молчание.

– Bay! – вскрикнула Ната. – Я тоже так хочу! Это что там за мужчина, если даже у тебя, Лив, рассудок отключился? Ты же оборотней на дух не переносишь.

– Ната, – предупреждающе произнесла Клэр, покачав головой.

– Но я знаю, где он живёт! – торжественно произнесла я, чтобы не выглядеть полной дурой. – Улица, дом, квартира.

Хотелось верить, что я, несмотря на свой быстрый побег, смогу их найти. Но еще больше надеялась на то, что это не потребуется.

– Уже хорошо, – кивнула Меган. – Будет куда полицию посылать.

– O, ты думаешь, до этого дойдёт? – ахнула Ната.

– Ничего я не думаю. Говорю как есть. Провериться всё равно надо. А потом уже решать, что делать.

– Она права, – кивнула Клэр. – Главное – не нервничать. Истерики никому никогда не помогали.

– Да какие истерики, – вздохнула я, поставив кружку с нетронутым кофе на чашку. – И так глупостей наделала.

– Тебе хоть понравилось? – выдала Ната

Я вновь поспешно схватила кружку и сделала глоток, пытаясь скрыть своё состояние. Девчонки еще более внимательно на меня посмотрели.

– Ну? – спросила Клэр.

– Что, не видите? Еще как понравилось! – усмехнулась Мег.

– И глаза блестят, – еще шире улыбнулась Ната.

– Девочки, прекратите, – пробормотала я. – Если Чарльз узнает, мне конец.

– Ты ему ничего не должна, – возразила Клэр.

– Ты же знаешь, что это не так.

– Все разговоры потом, – вставая, произнесла Меган, поправляя пиджак, который слегка собрался складками на груди. – Насколько мне известно, экспресс-тест делается быстро.

Я кивнула и вздрогнула, когда в сумочке запиликал телефон. Глянув на имя звонившего, я поджала губы и нажала отбой, а потом и вовсе отключила телефон. Разговаривать с ним у меня не было сейчас никакого желания.

Такого унижения я не испытывала очень и очень давно, так давно, что успела забыть, какое же это противное и неприятное чувство – сидеть напротив гинеколога, ухоженной ведьмы неопределённого возраста (когда и девушкой назвать сложно, и на тётеньку не очень тянет), и рассказывать о том, что провела ночь не пойми с кем и теперь хочу провериться на всякого рода заболевания.

Вpaч Стэлкорт шокированной не выглядела, выслушала меня совершенно спокойно и даже немного равнодушно. Укоризненного и многозначительного взгляда тоже не последовало. Наверняка к ней за годы практики столько таких загульных ведьм приходило с подобными пикантными проблемами – не сосчитать. На всех не накричишь и жизни не поучишь. Да этого и не надо было. Я сама себя ругала так, что врагу не пожелаешь.

– Как скоро будет готов результат? – спросила Мег, которая вошла в кабинет вместе со мной.

Подруга расположилась в углу на диванчике и листала какой-то толстый журнал.

– Через несколько часов, – надевая перчатки, произнесла женщина. – Но думаю, всё обойдётся. Теперь не только маги следят за своим здоровьем, но и оборотни. Несмотря на то, что клиники у нас разные, базы синхронизируются, поэтому вспышек заболеваемости давно не было.

– Но проверить всё равно надо, – заметила Мег.

– Конечно.

Я вздохнула и вновь почесала ранку на шее. Зудит, рука так и тянется.

Подруга это тут же отследила и быстро поинтересовалась, взглянув на доктора Стэлкорт:

– А инфекцию можно занести через ранку?

Я тут же опустила руку.

– Через ранку? – переспросила женщина, повернувшись к нам с пустым шприцем в руке.

– У Оливии укус на шее, – тут же сдала меня подруга.

Отлично. Я теперь не только гулящая ведьма, но и извращенка, обожающая игры в постели. С шипами, наручниками и кровью.

– А залечить не пробовали?

Женщина подошла ко мне и встала сбоку, изучая укус и касаясь кожи прохладными пальцами, обтянутыми тонким латексом, запах которого ударил в нос.

– Пробовали – не выходит.

Доктор как-то странно хмыкнула и поинтересовалась:

– Болит?

– Чешется, – призналась ей, сжав кулаки.

Так сильно хотелось вновь почесать укус.

– Интересно, но ничего конкретного я вам сказать не могу. Подобные ранки мне приходилось видеть пару раз, но их значение мне неизвестно. Если хотите, я могу выписать вам направление в больницу оборотней. Возможно, там вам скажут что-то определённое, – предложила доктор, убирая пальцы.

Сразу стало легче, и даже зуд чуть стих.

 – Нет! – выкрикнула я, прежде чем Меган успела открыть рот.

Дважды проходить через это унижение я не собиралась. Да еще у оборотней! Одна только мысль о том, что мне придётся встретиться с этими лунатиками, рассказывая о прошлой ночи, вызывала сухость во рту. Ведьма у оборотней в больнице – это нонсенс! Однажды мне пришлось пройти через это! Пусть тогда я была подростком и ситуация была пустяковой, но произошедшее запомнила хорошо.

– Уверена? – поинтересовалась подруга.

– Да!

– В любом случае я уверена, что это нестрашно, – заметила доктор, возвращаясь к столику с инструментами. – От этого не умирают. А ранка не заживает из-за конфликта магии. Всем же известно, что наши два вида очень редко взаимодействуют. При большой внешней схожести есть существенные различия. Именно поэтому заболевания у нас разные и методы лечения тоже. Пройдет пара дней, и укус заживет сам, как у обычных людей. Тем более что существенного дискомфорта он не представляет.

– Ну, если только так, – не очень уверенно произнесла Меган.

A я закрыла глаза и откинулась на спинку стула. Поскорее бы всё это закончилось.

Взяв анализы и пообещав прислать результаты на почту, доктор отпустила меня домой и попросила не нервничать.

– Может, стоило взять направление к оборотням? – спросила Меган, когда мы стояли в коридоре, ожидая лифт.

Она бы точно пошла. И не успокоилась, пока бы не нашла ответы на все вопросы. Возможно, Мег права и в другой раз я бы тоже так поступила. Но сегодня я слишком устала и слишком перенервничала.

– Если завтра припухлость не спадет, то именно так и сделаю, – пообещала ей, доставая телефон из сумочки и находя нужный номер в телефонной книге.

– Обещай, что расскажешь о результатах, – попросила Меган, когда мы вошли внутрь лифта.

– Конечно, – кивнула я, нажимая вызов.

Ответили почти сразу.

– Салон «Огненная лилия», – бодро произнесла секретарша.

– Tина, добрый день, это Оливия Даррен.

– Добрый день, ми Даррен, – тут же перешла на деловой тон девушка.

– Мне кто-нибудь звонил?

– Да, миарте Соул подтвердила сеанс на послезавтра, орэ Пяйтленс хотел обсудить с вами повторный курс лечения, но я сказала, что это ему надо обсудить лично с вами. Там не менее десяти сеансов. И еще три раза звонил господин Чарльз Фергюсон, просил вас перезвонить ему как можно скорее.

– Ясно. Позвони орэ Пяйтленсу и договорись о сеансах, обсуди с ним удобное время и напомни о предоплате. Не забудь сверить с моим ежедневником, чтобы не было накладок.

– Да, ми Даррен.

– Отлично, – произнесла я, сбрасывая звонок.

– Проблемы на работе? – поинтересовалась Меган, когда мы вышли на улицу.

– Всё как всегда. Рабочие процессы.

– Я подвезу тебя до дома. Мне всё равно по пути.

– Спасибо.

Приехав домой, я первым делом приняла ванну. Набрала горячей воды, налила ароматических масел, добавила морской соли и забралась внутрь, шипя от лёгкого дискомфорта. Зато кожа распарилась и стала нежной-нежной, а мысли ясными-ясными.

Ну что? Не я первая, не я последняя. Ничего страшного не произошло, зато я провела одну из самых классных ночей в жизни. Осталось только дождаться результатов анализа, и всё.

А укус…

Я осторожно коснулась припухлости на шее. Доктор была права. Мы слишком разные. Маги и оборотни. Мы даже поклонялись двум разным богиням, двум сёстрам-близнецам, которые были так непохожи друг на друга. Светлолицая Луна и Яркая Солнце.

Просто случился небольшой диссонанс, и скоро всё пройдет.

Результаты теста пришли ближе к ночи и, как и сказала доктор Стэлкорт, оказались отрицательными. Отправив сообщения подругам, я отправилась на кухню, собираясь приготовить себе что-нибудь перекусить.

Именно в этот момент в дверь и позвонили.

Мне не надо было смотреть на экран, чтобы понять, кто именно пришёл ко мне в гости в столь поздний час.

Открыв дверь, я взглянула на красивого светловолосого мужчину с букетом огненных лилий. Моих любимых цветов.

– Что тебе нужно, Чарльз?

– Здравствуй, Лив, – улыбнулся мой муж. – Разрешишь войти?

Я молча отступила в сторону, наблюдая, как мужчина вошёл, закрывая за собой дверь.

– Это тебе.

Цветы я приняла. Они не виноваты в наших сложных взаимоотношениях. И даже поблагодарила.

– Спасибо.

Чарльз всегда приносил мои любимые лилии, когда ему было что-то нужно, то есть всегда. По другому поводу мы и не встречались.

Развернувшись, отправилась в кухонную зону.

Квартира у меня была большой и светлой. Купив её пару лет назад, я снесла почти все стены, чтобы освободить пространство, оставив лишь опорные столбы, которые украсила, и отгороженную ванную с туалетом.

Именно поэтому моя квартира напоминала огромное помещение с зонированными участками. Гостиная с полукруглыми мягкими диванами молочного цвета у большого телевизора. Кухонный островок из белого глянца, чёрного фартука и тёмно-серой каменной столешницы, с барной стойкой и небольшими стульями. Большой коридор и моя спальня. Да, только моя. С огромной кроватью на толстых ножках, мягкими подушками и постельным бельём с лёгким ароматом лаванды.

Поставив лилии в прозрачную вазу, я водрузила её на барную стойку и только тогда повернулась к мужу.

– Не угостишь меня кофе? – спросил Чарльз, который уже сел на один из диванов, закинув ногу на ногу.

Глаза цвета неба медленно прошлись по мне снизу вверх. От тонких светлых носков и простого домашнего серого костюма до обычной косы, в которую я заплела волосы после ванны.

– А ты разве надолго? – спокойно поинтересовалась я.

Улыбнулся, но эта улыбка не тронула глаз, в которых всегда сверкали крохотные осколки льда.

Мы всегда были с ним слишком разными, но это совершенно не мешало нам существовать вместе с пользой друг для друга.

– Ты меня прогоняешь?

– Нет. Кофе так кофе, – отозвалась я и направилась на кухню.

Нет, я еще не забыла, какой именно кофе любит мой муж. Я сама предпочитала зелёный чай с мятой, но для Чарьза у меня всегда был припрятан пакетик с ароматными зернами.

Две чайные ложки молотого кофе, палочка корицы, чайная ложка сахара и щепотка соли. Смешать, влить воду и подогреть до образования пенки.

– Ты отлично выглядишь, – произнёс муж, продолжая сидеть на диване и прожигать взглядом мою спину.

Надо же, всего лишь человек, а так действует.

– Спасибо.

– Как бизнес?

– Отлично.

– Тебя сегодня не было в салоне.

Сняв турку с огня, я повернулась к нему, чуть приподняв брови:

– А должна была? За эти годы у меня получилось сделать так, чтобы даже без личного присутствия салон прекрасно функционирует.

– Молодец.

– Что тебе нужно, Чарльз? – снова спросила я и опять поставила турку на огонь, повторяя нагрев.

– Может, я по тебе соскучился.

– Мог просто позвонить.

– Ты не брала трубку.

Не брала. Но сомневаюсь, что это отсрочило нашу встречу.

– Была занята. Итак? Что ты хотел на этот раз?

– Неужели для того, чтобы встретиться с законной женой, мне надо разрешение?

Спокойствие, Лив, только спокойствие.

Если у меня были страхи, что Чарльз узнал о моём ночном приключении, то сейчас они рассеялись. Нет, не узнал и пришёл со всем для другого.

Я дождалась, пока кофе повторно закипит, выключила конфорку и только потом повернулась к мужчине.

– С чего вдруг такие речи? Или дело в том, что моя роль не ограничится вечером в качестве миарте Фергюсон?

– У меня намечается крупная сделка, Лив. Очень крупная, – посерьёзнев, произнёс мужчина, подаваясь вперёд.

– Поздравляю.

– Компания «Оригинал – ЭКСП». Тебе это название что-то говорит?

– Оборотни, – сухо бросила я, поворачиваясь назад к столешнице.

Осторожно извлекла корицу из турки и перелила кофе в чашку.

– Не просто оборотни. Это крупнейшая компания, владеющая сотней магазинов по продаже электроники и бытовой техники по всей стране и даже заграницей. Если они включат наши товары в свой список и разрешат продажи, то мы поднимемся на другой уровень.

Поставив на столик перед ним чашку с кофе, я села напротив и равнодушно отозвалась:

– Поздравляю.

– Это удача, Лив. Ты же знаешь, что оборотни предпочитают заключать договоры лишь с сородичами.

– Закон нашего мира.

– Конечно, без помощи твоего отца…

Ему всё-таки удалось пробить мою защиту.

– Он мне не отец! – резко произнесла я, чувствуя, как пламя вновь поднимается в крови.

– Прости, – тут же пошел на попятную Чарльз. – Отчим. Твой отчим помог.

– Это он тебя сюда прислал? – процедила я сквозь зубы.

За эти годы я так и не научилась нормально реагировать на упоминание Орэна Форстора, уж слишком сложными у нас были взаимоотношения.

– Нет. Необходимость. У нас соглашение, Лив, ты же знаешь, и сейчас мне нужна моя жена.

– Для чего?

– Следующие две недели мы проведём в тесной работе с представителями компании «Оригинал – ЭКСП». Будем обсуждать договоры и кучу других бумажек. Ты должна присутствовать там как моя жена.

Должна. Сама же подписалась под этим.

– Две недели? – переспросила я. – И в чём будет заключаться моя роль? Изображать самую лучшую жену в мире, улыбаться и быть незаметной? А тебя не смущает, что я ведьма? Сам же знаешь, какие у нас сложные взаимоотношения с оборотнями.

– Там будет твой отчим и мать. Для них всех ты…

Проклятье!

– Примерная дочь, – понимающе выдохнула я и вскочила. – Что еще?

– Мы будем жить в загородном отеле. Номера уже забронированы и оплачены.

– Мой салон.

– До города полчаса на машине. Если хочешь, я выдам тебе личного шофёра. Лив, послушай, если всё получится, то я сниму с тебя долг. И через полгода, как только всё более-менее уляжется, мы оформит развод.

Свобода! Долгожданная и выстраданная.

 Я медленно обернулась, встречаясь взглядом со светло-голубыми глазами.

– Даже так? А орэн Форстор об этом знает?

– Это наше дело, Лив, и твой отчим не имеет к нему никакого отношения.

Всего две недели. Это же совсем немного. И всё закончиться. Больше никаких игр в добропорядочную семью, светских раутов и фальшивых улыбок.

– Хорошо, – кивнула я и улыбнулась. – В последний раз миарте Фергюсон.

***

Маркус

– Человек?

Мужчина поднял глаза от документов, которые ему вручила секретарша, и уставился на генерального директора и по совместительству своего отца.

– Человек, – кивнул тот, продолжая сидеть в своём огромном кресле.

Несмотря на почтенный возраст, Стефан Аркор выглядел отлично. Высокий, подтянутый, с тёмными волосами, лишь слегка затронутыми сединой. Умные тёмно-карие, почти чёрные глаза, небольшое количество морщин.

– С каких это пор нас интересуют людские разработки?

– С тех пор, как они производят качественную технику по невысоким ценам.

Перечисленные качества Маркуса не вдохновили. Сколько он уже видел этих гениев, которые мечтали влиться в огромный конгломерат «Оригинал – ЭКСП», став его неотъемлемой частью. И почти все они получили отказ.

– И? – спросил оборотень, отбрасывая папку в сторону.

– У него протекция Форстора.

– Старый лис еще на плаву? – удивился мужчина.

– Пока да. И очень поручался за парня.

– С чего вдруг ему так волноваться о человеке? – поинтересовался Маркус и снова взял папку в руки, бегло просматривая документы.

Фото, цифры, характеристики и снова цифры.

Толково, понятно, даже можно сказать интересно, но ничего выдающегося. Тогда в чём заинтересованность въедливого оборотня? Маркус встречался с Форстером всего пару раз, и впечатления были не самые приятные. Резкий, дотошный, взрывной и обожающий отстаивать своё мнение, даже если оно совершенно бредовое. Но при всём при этом отличный стратег с чуйкой на интересные проекты. Именно это еще помогало ему держаться на плаву и занимать определённую нишу в их мире.

– Он его родственник, – пояснил генеральный директор.

Маркус хмыкнул:

– Я так понимаю, по линии жены?

Форстор долго не заводил семью. И причиной этого был не только его характер, но и скупость и придирчивость. Мужчина искал совершенство и неожиданно нашел его в обычной человеческой женщине.

И ладно бы она была моделью и красавицей, тогда его можно было понять.

Но госпожа Алита Форстор была самой обычной. Невысокая, маленькая, худенькая, даже щупленькая. Волосы короткие, натуральный цвет определить сложно, так как она красила их в жемчужный цвет. Правильные, но лишенные живости черты лица и мёртвые светло-карие глаза.

Она была скучной и незапоминающейся, особенно на фоне красавца мужа, которому с трудом доходила до плеча даже на каблуках.

Зато покорна, услужлива и равнодушна. На выпады мужа не реагировала и все приказы исполняла быстро и качественно.

Просто тень.

– Точно. Он муж его падчерицы.

– У Форстера есть падчерица?

Тут Маркус по-настоящему удивился. О наличии сына и наследника он знал. Дункан Форстор обожал хвалиться своим долгожданным потомством, показывая снимки всем и каждому. Но вот падчерица…

– О ней мало что известно. В наших кругах она не вращается и лишний раз не показывается. Кроме того, она ведьма.

Маркус чуть не поперхнулся воздухом и не смог скрыть удивления.

– Ведьма?!

– Да, – хмыкнул отец. – Первый муж Алиты Форстор был магом. И довольно сильным. Погиб во время испытаний лет пятнадцать назад. Сам понимаешь, Дункан не любит афишировать данную информацию.

– Еще бы.

– Комиссию по обсуждению договора возглавишь ты. И Шарлотта будет рядом с тобой, – с нажимом произнёс отец.

– Это еще зачем? – нахмурился оборотень.

– Она твоя невеста, и у вас скоро свадьба. Будет лучше для всех, если бы станете проводить как можно больше времени вместе, узнаете друг друга получше. И это не только моё мнение, Маркус.

Ясно, родители объединились, поняв, что их чада не желают проникаться друг к другу безграничной любовью, хотя от союза не отказались.

– Я так понимаю, возражения не принимаются?

– Верно понимаешь. Шарлотте уже сообщили. Она остановила все съемки и вылетит первым же рейсом назад. Завтра днём будет в городе. Надеюсь, тебе не стоит напоминать об обязанности встретить свою невесту в аэропорту?

– Не стоит. Я помню свои обязанности.

– Это хорошо. А документы изучи. То, что Форстор поручился за человека, не значит, что мы должны ему слепо верить.

– Да, отец. Сейчас же займусь этим, – произнёс Маркус, вставая и направляясь к двери.

– И еще, – голос отца застал его у самого выхода. – Не разочаруй меня, сын.

– Как всегда, – криво усмехнулся оборотень и вышел, прикрыв за собой дверь.

Немного полезной информации:Ми/мит – уважительное обращение к незамужним магам, женщине и мужчине соответственно.Миарте/мирте – уважительное обращение к замужним магам, женщине и мужчине соответственно.Ори/орэ – уважительное обращение к незамужним оборотням, женщине мужчине соответственно.Орели/ орэн – уважительное обращение к замужним оборотням, женщине и мужчине соответственно.Госпожа/господин – уважительное обращение к людям.

Оливия

Чарльза удалось выставить через только час. Обсудив с ним дальнейшие действия и выпив чашку чая за компанию, я выпроводила его вон и с облегчением закрыла дверь.

И только потом с наслаждением впилась в укус ногтями и почесала. Скрытый за косой, он не привлекал внимания, и Чарльз его не заметил. И очень хорошо. Потому что объясняться с мужем, пусть и фиктивным, мне сейчас хотелось меньше всего. А если он обидится и возьмет свое предложение назад? Нет, этого я допустить не могла, поэтому на зуд не реагировала.

А это оказалось очень сложно. Чем дольше мы с Чaрльзом общались, тем сильнее чесался проклятый укус. Мне пришлось сцепить руки в замок на коленях, чтобы случайно не выдать себя. Я уже и отвлечься пыталась. Сначала по гостиной бродила, кружа вокруг мужа и стараясь повернуться к нему правильным ракурсом, потом чай себе налила, пытаясь занять руки.  Но зуд всё не прекращался, а даже, наоборот, усиливался. 

Мне страшно хотелось подбежать к зеркалу, откинуть косу в сторону и посмотреть, что же происходит. А если он увеличился? Покраснел? Вдруг началась жуткая сыпь или аллергия? У ведьм вообще бывает аллергическая реакция? Кто его знает, что этот лунатик занес мне в рану своими зубам и слюной. Надо было послушать Меган и ехать в больницу оборотней. Пусть это унизительно, зато я сейчас не мучилась бы от страха и сомнений, накручивая себя еще больше.

Стало намного хуже, когда Чарльз при расставании решил поцеловать меня в щеку. Совершенно обычный, абсолютно невинный поцелуй. Мы всегда так прощались! Но ранку на шее словно огнём обожгло. Я едва не взвыла от боли, вовремя прикусив язык.

Дражайший супруг моё нервное состояние заменил, но расценил по-своему.

– Не переживай, Оливия, мы справимся. Две недели – это не такой большой срок.

– Конечно-конечно, – забормотала я, с трудом сдерживаясь, чтобы не выбросить его за дверь с помощью магии. Жар спал, но кожу всё еще неприятно пощипывало. – До завтра, Чарльз.

"Уйди же ты отсюда!"

– До завтра. И отвечай на звонки, Лив.

– Обещаю!

Сейчас я готова была обещать ему всё что угодно!

Махнув рукой, хлопнула дверью и почесалась, не в силах сдержать счастливый стон. Но это облегчение длилось недолго, секунд пять, не больше.

Продолжая ожесточённо чесать ранку, я бросилась к зеркалу, размышляя о том, является ли укус оборотня экстренным случаем, ради которого можно поехать среди ночи в приёмное отделение. Или лучше сразу вызвать скорую? Вдруг не доеду до больницы?

 Кое-как развернувшись и скосив глаза на своё отражение, я провела рукой по шее, пытаясь рассмотреть степень своих неприятностей. Зуд пропал где-то на полпути к зеркалу. И пропал не только он. Припухлость исчезла, краснота тоже. На коже остались лишь едва заметные белые следы от зубов. И всё!

– Не поняла, – пробормотала я и принялась разглядывать отражение с другого бока.

Потом достала телефон и попробовала сделать снимок. Но то ли руки дрожали, то ли еще что, но фотография вышла размытой и нечёткой. Следующей попыткой стало видео. Тут мне повезло больше и укус удалось хорошо заснять. Но и видео показало то же самое.

Укус почти исчез.

– То ли у меня паранойя, то ли я схожу с ума, – тихо произнесла я, убирая телефон в карман штанов. – А может, и то, и другое.

Я была, несомненно, рада, что ранка начала заживать и ничего страшного не произошло. Но как тогда объяснить всё остальное? Откуда эти неприятные ощущения? Нарастающий зуд? Да и реакция на поцелуй Чарльза была слишком резкой.

Наверноe, это нервы и расшалившееся воображение. Сама себя накрутила и напугала. Прям как истеричка.

– Нет, Лив, так не пойдёт. Надо успокоиться, выбросить из головы прошлую ночь и полностью сосредоточиться на настоящем, – принялась убеждать я себя. – Тем более что Чарльз обещал аннулировать наше соглашение.

В пятнадцать лет, когда сбежала из дома, прикрываясь поступлением в специализированное училище для одарённых магов, я давала слово, что никогда и никому не позволю себя купить, что всего добьюсь сама. Благо дар от отца достался сильный, несмотря на то, что я была полукровкой.

Юная максималистка, поделившая мир на черное и белое. Я уже и не помнила, когда утратила радужные мечты и окунулась в жесткую реальность.

Когда мне устроили тёмную сокурсники, которым страшно не нравилась моя одержимость учёбой, и я полночи просидела в холодной уборной, пытаясь залечить раны? Или, возможно, когда руководитель практики позвал к себе в кабинет и попытался залезть под юбку, а когда не вышло, выгнал с позором, отказавшись подписывать документы? Или мой первый клиент-оборотень, который захотел получить намного больше, чем было указано в прейскуранте цен?

Жизнь быстро расставила всё по своим местам, потрепала, поучила и заставила изменить свои взгляды.

Я клялась, что не стану похожей на мать. Но и здесь не вышло. И пусть ситуации были немного разные, но я тоже продала себя. Да, можно было рассуждать о фиктивности нашего с Чарльзом брака, моём сложном положении, но чувство горечи не уходило. Даже собственная квартира и небольшой салон не помогали. Временами мне хотелось всё бросить и сбежать, но не могла.

Чарльз взял с меня слово, а я не из тех, кто станет его нарушать.

Но это не мешало мне все эти три года ждать подходящего момента, чтобы исправить всё и вернуть долгожданную свободу. И теперь этот шанс точно не упущу!

Чарльзу и отчиму нужна идеальная жена в моём исполнении? Они её получат! Никто и ничто не собьет меня с поставленной цели! Ни один оборотень не помешает мне достичь желаемого!

Забравшись в постель, я взяла с тумбочки планшет и открыла поисковик, вбив в строку: "укус оборотня". Может, всемирная сеть даст ответы на мои вопросы.

К сожалению, все радужные мечты разбились о жестокую действительность.

– «Укус оборотня» – суперпопулярный молодежный сериал, – прочитала я, открыв первую вкладку. – Юная Филимона, гуляя по темному лесу в полночь, стала жертвой сексуального оборотня Дезмонда, который не смог устоять перед очарованием невинной девушки и вкусил девственной крови. Один укус связал их судьбы навечно. Но враги не дремлют. И теперь Дезмонд должен спасти возлюбленною из лап древнего врага!» Что за ерунда?!

Если это такой популярный сериал, то почему я ничего о нём не знаю? Да, мне не восемнадцать, но всё равно молодежь. Taкже у меня была парa вопросов по поводу логичности сюжета. Какая нормальная девушка будет в полночь гулять по лесу?! И что значит вкусил девственной крови?! Какой-то провокационный смысл.

Открыв картинки, я пару минут рассматривала перекачанного оборотня с засаленными длинными волосами, который везде, на каждом снимке был с одинаково глупым выражением на лице и с голым торсом! Наверное, так он пытался изобразить мужественность. Героиня была ему под стать – восторженная белобрысая девица, которая смотрела на героя либо с желанием, либо со страхом.

– Укус оборотня, не сериал, – вбила я новый запрос и принялась листать информационную ленту.

Снова ничего интересного.

Минут пять спустя я набрела на статью какого-то человеческого ученого. На ней я и остановилась.

Мужчина рассказывал, что бояться укусов оборотней не стоит. Никакая инфекция через них не передаётся. В том числе бешенство. Именно на бешенство был сделан основной акцент. Потом рассказывалось о том, что укус – это проявление сексуальности у оборотней, в которых еще дремали древние хищные инстинкты. За это их надо простить, как глупеньких несмышлёнышей. Своего рода брачные игры, которые надо перетерпеть. Сильного дискомфорта они не причиняют. Наоборот, укус означает интерес мужчины и выделение девушки как подходящей самки для спаривания.

Я эту фразу раза три перечитала, пытаясь вникнуть в смысл. Кажется, этот профессор совершенно серьёзно приравнял оборотней к хищникам. Но я себя самкой считать отказывалась – и прощать брачные игры тоже.

Конец этой статьи я уже пролистала. Ничего о моих симптомах сказано не было. Значит, время потрачено зря. Посмотрев на часы, отложила планшет и выключила свет. Завтра предстоит тяжелый день, и надо выспаться.

Уснула я быстро и проспала до самого утра. А точнее, до звонка будильника. Приняв душ, я включила чайник и побежала собирать чемоданы. Всё собрать не успею, но хотя бы часть. Потом выпила чай, перекусила бутербродом и поспешила на работу.

У самого выхода неожиданно затормозила, продолжая держаться за ручку двери.

Я забыла!

Проклятье! Я совсем забыла про укус! Бросив сумочку и папку на ближайшее кресло, я стащила пиджак и поспешила назад к зеркалу.

Благо блузка на мне была с открытым воротом, а волосы привычно собраны в узелок на макушке. Поэтому лишних телодвижений делать не пришлось.

Следов не было. Совсем. Лишь едва заметные белые чёрточки, и только. Ни припухлости, ни красноты. Ничего, что бы говорило о странном укусе и непонятных последствиях для меня.

Может, моя кровь всё-таки взяла верх и регенерация прошла быстрее? Так, как и должно было быть? Хотелось верить.

Я провела пальчиками по шее, не чувствуя совершенно никаких изменений. Гладкая шея и никаких бугорков. Значит, можно успокоиться.

Бросив еще один взгляд на своё отражение, я бегло улыбнулась и поспешила на работу.

– Доброе утро, ми Даррен, – с широкой улыбкой поприветствовала меня Тина, которая сидела на ресепшене.

– Доброе утро, – кивнула я, принимая у неё папки с личными карточками пациентов. – На сколько назначена первая процедура?

– На десять утра.

– Хорошо, – улыбнулась в ответ и направилась в свой кабинет.

А жизнь-то налаживается.

Маркус

– Какой сюрприз. Сам Маркус Аркор вызвался меня встретить, – поднимая солнечные очки на макушку, произнесла красивая длинноногая блондинка в розовом мини, спускаясь по трапу личного самолёта.

– Здравствуй, Шарлотта, – спокойно отозвался мужчина, вручая ей букет чайных роз. – Это тебе.

– Цветы. Мои любимые. Это так мило, – принимая подарок, отозвалась молодая женщина. – Неужели запомнил?

Маркус неопределённо пожал плечами.

Розы любили все женщины. Ну а то, что именно этот сорт и цвет, напомнила секретарша. Это входило в её обязанности – делать его жизнь лучше и запоминать незначительные мелочи, до которых ему не было дела.

– Всё для моей невесты, – отозвался мужчина равнодушно и нахмурился.

Шарлотта подалась вперёд, запечатлев у него на щеке звонкий поцелуй. Но не резкий звук заставил оборотня поморщиться. Слишком резкий запах духов, настолько резкий, что у него защекотало в носу и во рту появился не слишком приятный привкус.

Ведь сама оборотница и должна понимать, что так делать не стоит. Но её аромат явно не беспокоил. Может, дело в личной непереносимости? Раньше такого отторжения запах невесты у него не вызывал. Наверное, парфюм поменяла. И точно ему назло.

Мужчина не знал, но на всякий случай отступил, засунув руки в карманы тёмных брюк.

– Ведь знаю, что врёшь, а всё равно приятно, – вдруг произнесла молодая женщина, откидывая назад длинные золотистые локоны, а в глубине зелёных глаз промелькнула сталь. – Умеешь же ты сделать девушке приятное, Маркус. Даже с такой миной на лице.

– Какой миной? – уточнил мужчина, открывая перед ней дверь машины.

– Равнодушной. Мог бы хотя бы сделать вид, что рад меня видеть.

– Ты же не любишь ложь, Шарлотта. Сама сказала: что угодно, но только не обман.

Она ответила не сразу. Забралась на заднее сиденье, прижимая к груди букет с розами, дождалась, пока Маркус обойдёт машину с другой стороны и сядет рядом.

– Знаешь, временами мне хочется, чтобы ты солгал. И сделал это так, чтобы я смогла поверить.

Маркус кивнул, давая понять, что понял её, и чуть приоткрыл окно, впуская свежий воздух в салон автомобиля. Дорога до отеля обещала быть долгой.

Оливия

Половина дня прошла довольно быстро. Пациентов было всего трое, и все они приходили не в первый раз, поэтому я примерно знала, что от них ожидать.  Да и сил забирали немного, процесс восстановления был налажен, и проблем не возникало. Это первые несколько сеансов были сложными и выматывающими. 

Но мои сегодняшние клиенты были другими. Обеспеченные оборотни, которые знали себе цену и не привыкли к отказам. Но и меня сложно было напугать.

– Вы всё так же холодны, Оливия, – медленно застегивая крохотные пуговицы на светло-голубой рубашке, произнёс opэ Кайл Моpитор.

Молодой оборотень чуть старше тридцати трёх лет. Красивый, улыбчивый, интересный. Короткие светло-русые волосы, рваная челка красивого медового оттенка, падающая на глаза, прямой нос, чувственные губы. Его состояние давно стабилизировалось, и наши сеансы уже не требовались, но Кайл – именно так он попросил себя называть – продолжал приходить ко мне не менее одного раза в неделю. Все в клинике думали, что причиной тому я, но меня это мало волновало. Здесь о моём браке никто не знал и просто считали чудачкой.

Но что-то в этом было. При каждой встрече Моритор не оставлял попыток пригласить меня на свидание с романтическим предложением.

Мне его внимание льстило. Красивый и обаятельный оборотень с галантными манерами и вкрадчивым голосом. Он умел производить впечатление и не оставлял попыток соблазнить меня. Какой молодой женщине не понравится такое отношение?

Но сегодня что-то изменилось. Вроде всё как всегда, и даже слова те же, a меня буквально подташнивало. От взгляда, голоса и даже аромата туалетной воды. Может, я начала сходить с ума, но этот красивый мужчина с медовым взглядом начал меня раздражать.

– Я не холодна, а просто собранна, – возразила ему, тщательно моя руки в раковине.

После использования магии кожу на руках неприятно покалывало, она покраснела и чуть шелушилась. Надо будет хорошо смазать заживляющим кремом, иначе потом проблемы появятся. Странная реакция. Обычно такие последствия возникали после первых сеансов, сегодня же предпосылок не было.

– Нет, холодны, Оливия, и в глаза не смотрите. Я вас чем-то обидел?

– Нет.

Я повернулась к нему, продолжая вытирать руки о белое полотенце, и изобразила дежурную улыбку на лице.

– И приглашать на обед бесполезно? – понимающе хмыкнул мужчина.

– Совершенно верно понимаете, – ответила я и неловко коснулась шеи.

Как раз в том месте, где еще вчера горел укус. Нет, боли и дискомфорта больше не было. Просто захотелось коснуться.

Но нет, глупости, укус оборотня не мог так на меня повлиять. Это невозможно.

– Это ведь преступление, Оливия. Такая красивая, очаровательная молодая женщина – и совсем одна.

– Я не женщина, я – ведьма, – возразила я, подходя к двери.

– О нет, в первую очередь вы женщина. Оливия, всего лишь чашечка кофе. И ничего больше.

– Я не пью кофе, лишь чай. С мятой и лимоном.

– Хорошо. Вам чай, мне кофе.

– Заманчиво, но нет. Орэ Моритор, наши сеансы подошли к концу, и повторять их не имеет смысла. Ваши энеpгоузлы восстановлены, и связь возобновлена.

– Ну почему же нет смысла? – возразил оборотень, продолжая наблюдать за мной. – А как же удовольствие видеть вас раз в неделю?

Опять одно и то же.

– Ваше право записываться еще на сеансы. Я в них необходимости не вижу, но отказываться не стану. Расценки вы знаете. Записаться можете у Тины на ресепшене, – подходя к двери, ведущей в моей кабинет, произнесла я. – Всего доброго.

– Я не отступлю, Оливия, – вдруг серьёзно произнёс мужчина. – Ваш отказ распаляет, ваша недоступность интригует. Вы мне нравитесь, и даже ваше происхождение не пугает.

– Тогда вы очень смелый оборотень. Всего доброго, – произнесла я и закрыла за собой дверь, давая понять, что разговор окончен.

Что ж, тот профессор был в чём-то прав. Лунатики действительно похожи на хищников. Азарт погони горит в крови, отключая рассудок. Но пока опасаться было нечего. Моритор держит себя в руках.

После обеда, который я провела у себя в кабинете, извинившись перед подругами, разобрала бумаги, согласовала поставки, раздала указания сотрудникам и отправилась домой.

Надо было дособирать чемоданы, пока Чарльз за мной не приехал. И ничего не забыть. Конечно, отель находится не так далеко от города, и я всегда смогу приехать домой и взять всё нужное, но это так неудобно. Нет, я предпочитала иметь всё необходимое под рукой. Особенно если от этого зависела моя будущая жизнь.

Нижнее белье, чулки, пара шелковых пеньюаров, одна пижама с короткими шортами и топом, халат, спортивный костюм, десяток платьев на самый взыскательный вкус, юбка, блузки, брюки. Пять пар обуви, три клатча. Небольшая отдельная сумочка с косметикой и кремами. Свитер, пиджаки, пуловер, кардиган…

От всего этого начала кружиться голова. Особенно когда я пыталась застегнуть молнию одного из трёх чемоданов, который совершенно отказывался закрываться. Вариант убрать что-то даже не рассматривался. И так взяла лишь самое необходимое.

– Привет, – поздоровался Чарльз, возникая на пороге ближе к четырём часам.

– Привет. – Я чуть напряглась, когда муж подался вперёд и поцеловал меня в щеку.

Ничего. Никакой реакции не последовало. А легкая тошнота лишь результат нервного перенапряжения. И только.

– Ого, – рассматривая чемоданы, воскликнул Чарльз. – Это всё твоё?

– Ну а чьё же, – усмехнулась я, надевая пиджак. – Ты же хотел идеальную жену, от которой у всех оборотней снесёт крышу. Здесь всё самое необходимое для этого.

– Ты хорошо подготовилась.

– Я всегда ко всему хорошо готовлюсь, – произнесла в ответ.

– Знаю, – смерив меня задумчивым взглядом, отозвался муж.

– Так и будешь стоять или всё-таки пойдём?

– Идём, – кивнул Чарльз, беря за ручки чемоданы.

Я тоже взяла один и вышла следом за мужем.

Но неожиданно застыла на пороге. Напоследок осмотрев квартиру, я тяжело вздохнула и закрыла за собой дверь.

Внизу нас ждала машина с личным водителем. Я вежливо улыбнулась ему и забралась внутрь, потирая уставшую шею.

Всего две недели – и долгожданная свобода!

До отеля мы доехали за полчаса, как и говорил Чарльз.

Отель был очень красивым и располагался в лесу у небольшого озера. Одно большое здание и десяток уютных домиков из дерева и стекла поменьше, которые соединялись между собой вымощенными плиткой тропинками. Несколько летних беседок, зелёные лужайки, красивый ухоженный сад, множество скамеек.

– Нравится? – спросил Чарльз, когда мы остановились у главного корпуса отеля.

– Невероятное место.

– Полностью согласен, – отозвался мужчина и выбрался из машины, обходя её сзади и подавая мне руку, помогая выбраться наружу. – Знал, что тебе здесь понравится.

– Это не может не понравиться, – улыбнулась я, надевая солнечные очки и делая два шага вперёд. – А какой здесь воздух! Надышаться не могу.

Свежий, ароматный и такой вкусный. А солнышко яркое. Лёгкий ветер шелестел в листве, тревожа короткие пряди волос и принося с собой аромат хвойного леса и озера.

И тут…

Шею кольнуло.

Нет, совсем не больно, скорее тревожно, непонятно и странно. Сердце тут же замерло от странного предвкушения и томительного ожидания.

Я застыла, растеряно и осторожно касаясь кожи в том месте, где вчера был укус. Желая и боясь оглянуться, чтобы встретиться с опасностью лицом к лицу.

На меня кто-то смотрел. Я точно это знала. Пристально, изучающее, тревожно. Не первый и не последний раз, но тогда откуда такая странная реакция?

– Идём? – спросил Чарльз, подходя ближе.

– Да, конечно, – через силу улыбнулась я, обнимая его за руку и шагая в сторону главного входа.

Я так и не оглянулась, хотя очень хотелось. А кожа на шее продолжала покалывать, с каждым шагом всё больнее.

«Это просто усталость», – убеждала я себя.

Еще несколько шагов – и спасительная прохлада здания. Отрезающая от чужого опасного взгляда.

Маркус

Длинные ноги, обтянутые тёмной тканью узких брюк, округлая пятая точка, короткий пиджак насыщенного изумрудного цвета, аккуратные туфли на высоком каблуке. Красивая фигура уверенной в себе молодой женщины. Но не это привлекло внимание оборотня.

Ярко-рыжие волосы, собранные в обычный узелок на макушке и закреплённые шпильками. Солнечный лучик, упав на них, заиграл новыми оттенками красивого оранжевого цвета. Какой красивый и неожиданно знакомый оттенок.

Незнакомка вышла из машины и встала к нему спиной, так что лица не разглядеть, но, может, и не надо было.

Маркусу доставляло удовольствие просто стоять и смотреть на неё. 

Небольшой ветерок, налетев со стороны леса, потревожил рыжие волосы на висках, подхватил аромат лёгкой туалетной воды и женского тела и понес вперёд, ударив прямо в мужчину, который стоял у открытых окон второго этажа.

Маркус глубоко вдохнул, чётко отделяя запах незнакомки от всего остального многообразия. Зверь внутри него заворчал и даже немного заурчал.

Вкусно, свежо и в то же время терпко. По телу прошла едва заметная дрожь, застывшая на кончиках пальцев болезненной судорогой.

«Ну же, обернись! Посмотри на меня!»

Незнакомка застыла, напряглись плечи, рука осторожно коснулась затылка, неловко провела по шее.

Еще немного, и обернётся…

Маркус прищурился, чуть подаваясь вперёд.

«Ну же!»

Её отвлёк мужчина.

«Чужак!» – взревел зверь внутри, зарычал, выпуская когти, которыми прошёлся по натянутым нервам, заставив его сцепить зубы и задержать дыхание.

Незнакомка что-то сказал своему спутнику, повисла на его руке и позволила увести в здание отеля.

Маркус пристально следил за её передвижением, ожидая в любой момент, что она оглянется, снимет очки и посмотрит на него.

Но этого не произошло.

Дверь за рыжей закрылась, и давление, которое сковывало всё внутри, спало, словно и не было этого странного помешательства.

Оборотень сам себя не понимал. Подумаешь, красивая женщина! Сколько их было в его жизни, и сколько еще будет. Подумаешь, рыжая, сколько таких было в этом мире. Просто совпадение. Это не она, не та ведьма, образ которой то и дело возникал в голове.

– Что там такое увидел?

Шарлотта неслышно подошла к нему и обняла за плечи, упираясь острым подбородком в плечо. Резкий аромат её туалетной воды вновь неприятно ударил в нос.

– Ничего, – сразу же напрягшись, отозвался мужчина.

Ему не понравилось, что она так легко и незаметно к нему подкралась. Это неправильно и непривычно. Сама того не осознавая, Шарлотта застала его врасплох.

– Ты так зажат, – шепнула невеста.

И узкие ладошки скользнули по его груди, поглаживая через тонкую ткань рубашки, затем опустились чуть ниже, прощупывая каждый кубик, прокладывая путь к бляшке ремня.

– Хватит! – приказал Маркус, убирая руки невесты и резко поворачиваясь.

– В чём дело? – нахмурилась Шарлотта.

Молодая женщина была практически обнажённой. Небольшое полотенце, которое оборотница обмотала вокруг тела, сложно было назвать одеждой. Светлые волосы, влажные после душа, обрамляли красивое личико в форме сердечка, с огромными зелёными глазами, аккуратным носиком и полными розовыми губами.

– Ты хотела поговорить, – заметил Маркус, обходя её и присаживаясь в небольшое плетёное кресло, закидывая ногу на ногу. – Я слушаю.

– Ну раз ты хочешь только поговорить, – раздраженно отозвалась Шарлотта, легко сбрасывая полотенце и оставаясь перед ним совершенно обнажённой.

Мужчина спокойно осмотрел её сверху вниз. Идеальное тело модели: ноги от ушей, плоский живот, небольшая грудь, узкие бёдра. Красивая, как какая-нибудь статуя, которая никаких чувств не вызывала.

А проклятая память подсовывала совсем иную картинку. Округлые бёдра, тонкая талия, пышная грудь с коралловыми вершинками.

«Нельзя!»

– Может, оденешься? – предложил Маркус совершенно спокойно, и в глубине чёрных как ночь глазах ничего не отразилось.

– Непременно, – огрызнулась Шарлотта, надевая тонкие кружевные стринги, а сверху простой льняной, в белый горошек, сарафан на узких бретелях.

Оборотень продолжал смотреть и ждать.

– Свадьбы не будет!

Сколько раз он уже слышал от неё эту фразу? Не сосчитать.

– А твои родители об этом знают?

– Я не выйду замуж за тебя, Маркус Аркор! – выкрикнула оборотница и даже ногой притопнула.

– Ты говоришь это вот уже года три.

– Тебе этот брак тоже не нужен! Тебе плевать на меня! Тогда зачем потакаешь нашим родителям?

– Во-первых, этот брак нужен. Он укрепит компанию. Во-вторых, мне на тебя не наплевать, ты моя невеста.

– Очередное хорошее вложение средств. Ты даже спать со мной не хочешь больше! Этого брака не будет, Маркус! Я хочу нормальной семьи! Я хочу печать, в конце концов!

– Тон убавь, – жёстко приказал мужчина, и она тут же поникла, присаживаясь на край кровати, опустив плечи и чуть вжав голову, признавая власть и силу жениха. – Печать она хочет. Именно поэтому меняешь любовников каждую неделю?

– Следишь за мной? – криво усмехнулась молодая женщина, теребя край сарафана.

– Ты моя невеста – конечно, за тобой следят. Шарлотта, мы с тобой это обсуждали, и не один раз. Свадьбу больше откладывать не получится. И мы поженимся, хочешь ты этого или нет.

– А ты? Чего хочешь ты? – вскакивая, выкрикнула оборотница.

– Чтобы ты успокоилась, пришла в себя и прекратила этот концерт. Наши родители на моей стороне, и твоя истерика этого не изменит, – произнёс Маркус, поднимаясь и направляясь к выходу. – Я прикажу доставить ужин сюда. Тебе надо прийти в себя, завтра тяжелый день.

– Играть идеальную невесту, – горько прошептала Шарлотта, поднимая на него глаза, полные боли. – А что будет, если ты её встретишь? Свою пару? Что тогда?

– Этого не будет, – уверенно произнёс мужчина и вышел, закрыв за собой дверь. – Я, в отличие от тебя, иллюзий не питаю.

Буквально через несколько секунд в неё с обратной стороны что-то врезалось и разбилось. Шарлотта опять чем-то запустила. Судя по звуку, это была ваза.

Мужчина спустился на второй этаж, оттуда вышел на улицу, направляясь в сторону ресторана. Можно было сделать заказ по телефону, но ему хотелось прогуляться.

Тем более что Маркус уже не помнил, когда в последний раз где-то отдыхал на природе, просто гулял и дышал свежим воздухом.

До ресторана мужчина так и не дошёл, свернул на противоположную тропинку, прошёл мимо увитой плющом беседки, еще немного прямо, пока не оказался на небольшой площадке с каменными перилами. А внизу настоящее лесное озеро. С кувшинками, речной тиной и пузатыми утками, которые небольшими стайками плавали туда-сюда, то и дело крякая. С одной стороны озеро было вычищено, берег усыпан свежим белым песком, построен деревянный пирс, а с другой стояли высокие камыши.

Оборотень опёрся руками о перила, вглядываясь в ровную гладь озера.

Хорошее место отец выбрал для переговоров. Конечно, им руководили совсем иные помыслы, Аркор-старший надеялся, что романтичная обстановка наладит отношения между женихом и невестой.

Бесполезно. Но Маркус не питал надежд, брак в любом случае будет заключен, как бы Шарлотта ни сопротивлялась. Оборотнице давно надо было смириться и принять правду. Они никогда не принадлежали себе. Никогда не были свободны.

Мужчина отстранился, прогоняя неприятные мысли.

Хватит. Пора было возвращаться в реальность и работать.

Маркус вернулся на главную дорожку и почти дошёл до ресторана. Оставалось лишь подняться по ступенькам и войти внутрь, когда он внезапно ощутил на себе чужой взгляд.

На него всегда смотрели, так что удивляться и напрягаться не было смысла. Мужчина привык к повышенному вниманию, но этот взгляд был каким-то другим.

Зверь внутри него завозился, привлекая внимание, а сердце неожиданно забилось сильнее. Он не стал ждать и просто резко обернулся, пристально осматривая всё вокруг, пытаясь понять, кто же потревожил его внимание, кто так смотрел…

Но никого и ничего.

Пустые тропинки, какая-то пожилая пара в беседке распивала чай, полностью его игнорируя. Мимо прошёл один из служащих отеля, неся перед собой какую-то коробку.

Приоткрытые окна домика напротив и лёгкие занавески, которые трепыхались от ветра туда-сюда.

Ощущение чужого взгляда тоже исчезло, а вместо этого возникла пустота.

Маркус еще постоял секунд десять, а потом продолжил путь в ресторан, стараясь выкинуть из головы непонятные ощущения.

Слишком часто он стал думать о той рыжей ведьме. Давно пора выбросить её из головы. Всего лишь короткий эпизод в его жизни, и только.