Не та истинная. Академия Шторма

— Вот ты где, ящерка!

Я не успела закрыться и полетела прямо в стену напротив. Удар, болезненный жар по щеке.

— Накар Ардор, — выдохнула сипло.

После урока равновесия сил практически не осталось, но я всё-таки пересилила себя, развернулась и поклонилась как положено. Вот только Вейну с прогрессирующей манией величия этого оказалось недостаточно.

— Покарауль, — бросил он своему дружку Руфусу Драко.

Тот хоть и не входил в клан Пылающего сердца, но очень хотел. Потому и соглашался с Вейном во всём. Почти во всём.

— Да брось, Вейн, сдалась тебе эта… — но заткнулся, стоило Ардору бросить на него один только взгляд.

Сжав губы в тонкую линию, Руфус отвернулся и пошёл в начало коридора. Сторожить, пока Вейн развлекался. Увы, снова со мной.

— Ах, Анели, Анели… наступаешь на одни и те же хвосты, — с притворным сочувствием вздохнул Вейн.

Чувствуя его приближение всей кожей, я отступала, пока не упёрлась спиной в стену. Но и тогда, стоило ему поставить ладони по обе стороны от моей головы, поднырнула под руку и попыталась сбежать. Не тут-то было.

Такой фокус проходил с Вейном только, когда тому было лень со мной возиться. Или когда рядом находился кто-то из преподавателей.

Увы, сегодня не подходило ни под один из случаев.

— Не марай себя общением со мной, Ардор, — покачала головой.

Дёрнула запястьем, но Вейн держал крепко. Ещё бы! Самый-самый в академии, накар огненного клана, талантливейший, богатейший, сильнейший и дальше по списку. Вейна боялись, хотя до диплома было ещё полгода. Перед Вейном заискивали — даже преподаватели, хотя очень старались это скрыть.

Но именно я встала ему поперёк крыла.

Что же, если мне не везло, то всегда по-крупному.

— Я сам разберусь, что мне делать, Севера! — рыкнул Вейн.

И всё-таки прижал меня своим телом к каменной стене.

Проблема в том, что камень в Лазурной академии Шторма специфический: чёрный, полупрозрачный, со светлыми прожилками, подозрительно похожими на молнии. А ещё он холодный. И острый. 

Я уже ободрала о него щёку после неудачного толчка Руфуса. А благодаря Вейну ещё и приложилась со всего маху спиной.

Но слабостей в Лазурной академии не прощали.

— Как скажете, накар Ардор.

Опустила глаза, сцепила руки перед собой. Пальцы едва-едва, тыльной стороной, но всё же касались тяжёлой пряжки ремня на академической форме Вейна. Нос втянул привычный аромат Ардора: пряный — выжженных степей, терпкий — раскалённой хвойной смолы и тяжёлый — огня.

Хотелось есть. И спать. Я пришла из библиотеки под утро, потому что профессор Калем обещал дополнительные вопросы к экзамену. И самые сложные по традиции достанутся мне.

Да и ладно. Лишь бы Вейн отстал в своей странной одержимости. 

Я ощущала его тяжёлое, жаркое дыхание на своей щеке. Чувствовала, как обжигает прикосновение огненного дракона даже через плотную ткань формы.

И ждала, пока он подостынет и уйдёт. Так всегда было. С первого мгновения, стоило нам встретиться взглядами на вступительной ректорской речи. Так что к пятому году обучения я научилась жить со вспышками Вейна.

— Ты меня бесишь, Севера!

Да как бы взаимно. Только в отличие от него я не имела права на подобные чувства.

— Простите, накар Ардор.

Ледяная вежливость — единственное, что заставит Вейна психануть и уйти.

— Вейн, кто-то идёт, — предупредил Руфус.

Послышался скрежет зубов. Меня обдало вихрем воздуха, а в следующее мгновение стало гораздо холоднее. Оттолкнувшись от стены, Вейн ушёл, не оборачиваясь и не говоря ни слова. Прошёл мимо приятеля и резким, отрывистым шагом направился дальше.

Руфус бросил на меня нечитаемый взгляд и последовал за Ардором.

А я просто выдохнула и расслабила сведённое судорогой тело. С тихим: “Ауч”, отлепилась от стены. Ноги дрожали — сегодня на равновесии профессор заставила нас стоять на одной ноге над пропастью глубиной в тысячу махов. И трижды плевать, что пропасть была иллюзией. Уверена, стоило кому-то сорваться, и лететь пришлось бы о-очень долго.

Зато по равновесию всегда и у всех были хорошие оценки. У всех выживших.

Весело фыркнув, коснулась щеки и поднесла ладонь к глазам. Кровь — просто прекрасно. Конечно, она не лилась, заливая пол, но даже так приятного мало.

А ведь следующее занятие “Практическая магия” у профессора Окли. Снова на улице, на свежем воздухе, как говорил профессор. При этом сам он стоял в куполе, защищающем от непогоды, пока адепты пытались выполнить задания в дождь, град и метель.

Ладно, выбора всё равно нет. 

Так что я улыбнулась, в основном чтобы подбодрить саму себя, поправила сумку на плече и, наконец, покинула этот злосчастный коридор.

Пришлось согласиться на многое, чтобы поступить в Лазурную академию, и в первую очередь окончательно отказаться от гордости и права на голос. Из пяти академий Арканиса: “Багрового шпиля”, “Шторма”, “Вечного пламени”, “Кристальной мудрости” и закрытой “Мрачной тени” — в миру Багровой, Лазурной, Алой, Перламутровой и Серой, — академия Шторма была самой высокомерной. Никто здесь даже не думал делать вид, что адепты равны, не говоря о чём-то большем. И только в академии Шторма платили не адептам, а адепты. За обучение.

Но эта академия стала единственной, куда я могла поступить. И единственной, где я могла выучиться.

Могла бы, не окажись здесь Вейна Ардора. 

И то, что случилось дальше, в какой-то степени тоже его вина. Ведь не задумайся я так, что не смотрела, куда иду, это бы не случилось.

Я бы смотрела на дорогу. И не столкнулась с ним.

Сначала появилась она: жаркая, неприятная волна, что прокатилась по телу и сконцентрировалась где-то в районе правого локтя. И только потом до меня дошло, что за этот самый локоть меня больно держат.

— Простите… — как обращаться к высокому, хмурому дракону я не знала. — Извините, я задумалась. Прошу простить великого дракона.

Собственно, обращение “великий дракон” любили все. Никто толком не понимал, откуда оно пришло, но на слово “великий” ещё никто не жаловался.

Никто, кроме дракона, который так и держал меня за локоть, глядя убийственным взглядом. Даже я, прошедшая через многое, вздрогнула.

— Имя, — хрипло произнёс он, словно ему было тяжело говорить.

И кто бы знал, как мне хотелось промолчать. Но прожив почти всю жизнь в клане Пылающего сердца, окружённая одним, но самым взрывным драконом Арканиса, я слишком хорошо понимала, что молчать как раз не стоило.

Вместо этого я попыталась освободить руку, но дракон держал крепко. Пришлось поклониться из неудобного положения и улыбнуться — вежливой, отрепетированной улыбкой.

— Адептка Анели Севера.

— Анели… — повторил странный дракон.

Странный и властный. Что, а это я могла понять с полувзгляда. Только их, хозяев этого мира, отличала атмосфера вседозволенности. Будто магический щит она отрезала их от проблем и желаний простых жителей Арканиса вроде меня.

Впрочем, аркан Пылающего сердца громко посмеялся бы, если бы услышал о моей простоте.

От этих мыслей привычно ёкнуло сердце. Привычно и страшно. А на боль я давно перестала обращать внимания.

Из-за спины дракона выступили двое белторов — самый опасных, с детства натаскиваемых на войну, драконов в тёмных кожаных доспехах. Впрочем, что-то подсказывало, что с неприятелями этот дракон справлялся без помощи своей охраны.

Аркан. Это кто-то из арканов!

Приступ паники ознаменовался пятнами перед глазами и дурнотой. Сердце подскочило и забилось как ненормальное, а мне очень хотелось зажмуриться и стать как можно меньше.

В груди закололо, а мне пришлось три раза повторить себе, что всё в порядке, перед тем, как вернуться в себя. Относительно, конечно.

— Нам увести адептку? — уважительно спросил один из белторов.

В теории, арканы стоили друг друга и не претендовали на чужую собственность. В памяти ещё жили воспоминания о давних, но ярких кровопролитных битвах между кланами, чтобы кто-то из арканов рискнул повторить опыт. 

Империя пяти когтей жила в мире как раз потому, что арканы пяти кланов были умны и умели договариваться друг с другом.

Но этот случай выбивался из общего ряда. 

Я видела, как на меня смотрит этот аркан.

Я чувствовала болезненную хватку на своей руке.

Я знала, что что-то происходило, хоть и не понимала пока что.

И я рискнула.

— Меня зовут адептка Анели Севера, — подняла голову, чтобы взглянуть в яркие голубые глаза аркана. — И я — Истинная Кайлиана Ардора.

Волшебные, приглашаю вас в новую историю цикла “Империя пяти когтей”. Будет интересно, волнительно и очень романтично

А пока познакомимся с героями…

Анели Севера

25 лет, адептка академии “Шторма” или Лазурной академии. Анели умна и достойна. Больше всего на свете она хочет избавиться от внимания драконов, но удастся ли ей это?

Динор Мортекс

45 лет, аркан клана Шторма, уже знакомый нам по книге “Бездарность для проклятого декана”. У Динора непростая судьба, сложный характер и четыре младших сестры

Вейн Ардор

25 лет, адепт академии “Шторма”. Наследник клана Пылающего сердца со всеми вытекающими. Наглый, умный, сильный. Верит в собственную безнаказанность и весь мир у своих ног

Интересно? Тогда идёмте, я покажу вам, чем всё обернётся…

Обычно после этих слов от меня отскакивали в панике, потому что репутация Кая бежала впереди него. Хуже этого дракона были только Умбратар с Мортексом — арканы кланов Кровавого пламени и Шторма, но первый практически не вылезал из своей академии, а второй заслужил славу затворника и не спускался с горы Монс, где располагалась цитадель клана.

Самых сильных драконов Империи и видели только на заседаниях Совета, но туда вестников не пускали, а скандалами и происшествиями эти двое не славились.

И кто-то из них стоял сейчас передо мной, потому что ничем другим объяснить издевательскую усмешку было нельзя. Этот аркан знал Кая. И этот аркан им совершенно не впечатлился.

В голубых глазах мелькнуло что-то, а в следующее мгновение меня толкнули в руки белтора.

— Увести на гору, — равнодушно отозвался аркан и развернулся, чтобы уйти.

На гору. Неужели…

— Аркан Мортекс, прошу дозволения вызвать аркана Ардора.

Он не имел права отказать мне. Пусть из общего доступа изъяли практически всю информацию об Истинности, законы я знала. Кай постоянно таскал мне книги — часто запрещённые или очень редкие, — чтобы прикинуться добрым и милым. Получалось плохо, но многое я всё-таки узнала. И в первую очередь то, что Истинность охранялась самим незыблемым законом Арканиса.

И трижды плевать, насколько редкой она была.

Белторы ослабили хватку и переглянулись. А потом одновременно уставились на своего господина.

— Аркан? — после недолгого молчания неуверенно раздалось надо мной.

— Вы слышали приказ, — никак не отреагировал Мортекс.

Смерил меня ещё одним безумно холодным, как гора, на которой он жил, взглядом.

— С Каем я разберусь сам. Уверен, он уступит по старой дружбе.

И, полностью игнорируя меня, этот… аркан направился куда-то дальше явно по своим делам.

Белторы усилили хватку, практически распяв меня между собой, и потащили к лестнице. Они здесь, кстати, тоже выдающиеся: словно бы висящие в воздухе, невесомые, но, одновременно каменные и устойчивые. Всё с теми же молниями вместо узора.

Закричать? А толку. Как будто кто-то в академии пойдёт против аркана Шторма и, собственно, хозяина этой академии. 

Попробовать отбиться? От кого? От белторов? Драконов, которых с пелёнок воспитывали на поле боя?

Смешно.

Но в этот момент мой взгляд упал на язык пламени, рисунок на одной из дверей, мимо которых белторы вели меня к выходу. Пламя. Мой единственный выход.

Даже если потом я сильно, очень сильно об этом пожалею.

Но я решилась. Глубокий вдох поднял грудную клетку. Решительный выдох.

А дальше всё как в тумане.

Вот я оттолкнула одного из белторов. Потянулась к кинжалу на поясе. Не ожидавшие такой прыти драконы замялись буквально на пару мгновений, а мне только их и надо было.

С широко открытыми глазами, запрещая себе зажмуриваться, я полоснула по открытой ладони кинжалом, а в следующий миг произнесла два коротких слова, которые Кай оставлял мне на самый крайний случай.

Это ведь он?

— Voca Amicum!

Заклинание призыва — в моём случае, друга, — сработало как-то криво. Во-первых, за ним не последовало вспышки, как должно было быть по уверениям Кая. Во-вторых… а о во-вторых следовало подумать до того, как произносить заклинание в академии.

Потому что “другом”, способным меня защитить, магия посчитала не кого иного, как Вейна! 

Вейна, прикапывающегося ко мне с момента поступления в академию.

Вейна, который сам не понимал, чего от меня хочет.

Вейна, только благодаря которому я здесь и оказалась.

И Вейна — младшего брата Кая.

Вот… дырявые крылья!

С другой стороны, прямой задачей Вейна было не только следить за моим достойным поведением, но и защищать — от всего. Правда, возникал вопрос, кто защитит меня от него самого, но…

Возникла заминка. Белторы во все глаза смотрели на Вейна. Сильно растёпанного Вейна с расстёгнутой рубашкой и… следом чьих-то губ на шее.

И первое, что сделал младший Ардор — это проследил мой взгляд на тот самый след.

И взбесился.

Я уже говорила, что драконы сначала бьют, а потом спрашивают? Так вот, Вейн ударил.

Накар клана Пылающего сердца ударил аркана клана Шторма. 

Накар аркана!

Жуткая, воистину смертельная волна магии опалила тёмные стены коридора. Белторы, которые должны были тащить меня на гору, закрыли собой, оттесняя к стене. Спина снова ощутила острые грани необработанного камня, но какая разница! Полыхнуло жаром так, что я видела, как оплавляются металлические вставки на доспехах белторов!

Металл. Плавился.

Что происходило за спинами белторов, страшно даже представить. Поэтому я не стала, вдохнула обжигающий, раскалённый до красной дымки, воздух и закрыла лицо руками, отворачиваясь к стене. Уткнулась лбом в холодный даже так камень.

И вот вопрос, что будет, если бешеный — весь в брата, — Вейн сейчас убьёт аркана соседнего клана? Война. И сильное недовольство Кая, при одной мысли о котором я содрогнулась всем телом.

А если аркан Шторма убьёт единственного накара огненного клана — в чём лично я не сомневалась? Кай снова будет вне себя, и мне снова не повезёт. 

А если он узнает, что всё из-за меня? Что именно я вызвала его дурацким заклинанием Вейна — а он узнает, в этом даже не приходилось сомневаться?

М-да.

Это изначально была плохая идея. Очень плохая.

Но я действительно испугалась. Той силы, той жёсткости и непримиримости, что видела в глазах Мортекса. Холодной уверенности в том, что он хозяин этой жизни — и моей за компанию. Своей реакции на этого конкретного дракона, которая отличалась от всего, что я чувствовала до этого.

И ощущения силы, магии, что уходила от меня… к нему?

За спиной что-то грохнуло оглушая. Я инстинктивно зажала уши, хотя уже оглохла на оба.

Или…

Убрав руки от ушей, поняла, что это не я оглохла, а всё вдруг закончилось. Нас больше не обжигало страшным пламенем, не трепало ветром. Правда, белторы всё ещё удерживали меня около стены, но… один раз они уже не успели среагировать, так чем отличается это мгновение?

Вывернувшись между их рук, я увидела коридор и отшатнулась.

Святые крылья!

Не в силах справиться с собой, приоткрыла рот, глядя на плачущие, оплавленные стены, пепел в тех местах, где стояла мебель и висели факелы и насмерть закопчённые рамы без стёкол вместо окон.

Но всё это померкло в миг, когда я увидела Вейна. Накар клана Пылающего сердца лежал на полу, словно устал: руки вдоль тела, выпрямленные ноги и вечная усмешка на губах. На теле Вейна не было ран, но после магической битвы это, вообще, ничего не значило.

— Вейн! — выдохнула одними губами и бросилась к дракону.

Не то чтобы я любила Вейна, скорее, даже сильно наоборот, но в данный момент от его жизни и здоровья зависели мои жизнь и здоровье. 

Рухнув на колени рядом с его телом, я приложила пальцы к запястью. Магическая жила, проходящая через кисть правой руки, билась и пульсировала — Вейн потратил столько сил, сколько мне за всю жизнь не накопить, но не выгорел. В общем-то, до выгорания ему лететь и лететь. Если бы аркан его не вырубил, Вейн ещё минимум половину часа сражался бы в полную силу.

А вот поднимать глаза на Мортекса я побоялась. Казалось, стоит так сделать, и произойдёт что-то необратимое. Необратимо плохое, а этого добра у меня и так столько, что я могла легко поделиться.

В поле моего зрения попадали только идеально вычищенные сапоги, несмотря на то что вокруг творился хаос, а воздух полнился мелкой взвесью пыли и остатков мебели.

От души стараясь забыть про аркана Шторма, я отпустила руку Вейна и попыталась коснуться его шеи. Попыталась, потому что в пяди от кожи наткнулась на невидимую преграду.

Стоило ли гадать, чьих рук дело?

Так что я сцепила челюсти, на мгновение прикрыла глаза и успокоилась. Ну, почти.

— Вейну нужна помощь, — проговорила медленно и чётко, глядя перед собой. — Я могу помочь. Или вы хотите войны с кланом Пылающего сердца?

— Меньше всего меня заботит война с кланом Пылающего сердца, — отозвался Мортекс.

Его красивый, глубокий голос звучал холодно и равнодушно. Словно всё в этом мире опротивело одному из сильнейших драконов Арканиса. И я тоже.

Последнее совсем не огорчало. Я бы радовалась больше всех, забудь высокопоставленные драконы о моём существовании, но что-то подсказывало, что этой радости мне не дождаться.

— Дайте мне ему помочь. Пожалуйста.

Пусть Вейн до ящериц надоел мне за пять лет учёбы, но, во-первых, он всё же был условно своим. А во-вторых, ему требовалась помощь. Это перевешивало все “заслуги” накара огненного клана.

Вот только кого волновали мои слова и мои чувства. К этому стоило бы привыкнуть за столько лет в золотой клетке, но что-то не привыкалось.

Мортекс молчал, белторы не вмешивались.

Не выдержав, я оглянулась и подняла взгляд.

Мортекс выглядел так, словно ничего не случилось. Словно он не прерывал своей расслабленной прогулки по академии: идеально сидящий тёмный сюртук военного кроя, идеально расшитый жилет, белоснежная рубашка с расстёгнутой верхней пуговицей вразрез любому этикету. И скучающий взгляд.

Даже несмотря на неслабую битву скучающий!

Но вот неестественно яркие голубые глаза коснулись моего лица, а показалось, что души. Меня будто молнией ударило, но я сохранила лицо и не пошевелилась. Только кулаки сжались сильнее.

— Пожалуйста, — повторила с нажимом.

А потом вернулась к Вейну и снова попыталась прикоснуться к его лицу. Бесполезно.

— Накар Ардор обойдётся без твоей жалости, — заявил Мортекс и бросил уже белторам: — Увести.

— На гору? — только и уточнили они.

— Для начала в кабинет ректора.

И вот это оказалось удивительно. Настолько, что я вскинула было взгляд на Мортекса, но увидела только удаляющуюся спину, а слуха коснулся звук уверенных шагов.

— Идёмте, адептка, — покачал головой самый разговорчивый из белторов. — Не обостряйте.

— Обострять? — невольно откликнулась, всё ещё глядя туда, где только что скрылся Мортекс. — Да куда уж больше.

— Поверьте, есть куда, — невесело хмыкнул белтор, в этот раз аккуратно взял меня за локоть и повёл.

Видимо, в кабинет ректора.

Кабинет, где я оказалась впервые за пять лет, ничем не отличался от кабинета ректора любой другой академии в Империи. Всё те же тяжёлые шторы, всё та же массивная тёмная мебель, шкафы с книгами, шкафы с артефактами, строгий ковёр на полу и пара жёстких кресел для посетителей.

Туда меня и усадили.

Присев на самый краешек, выпрямила спину до хруста и сложила руки на коленях. Белторы удалились после того, как убедились, что я на месте и одна.

А меня душил стоячий воротничок формы, стоило вспомнить, где и в каком состоянии остался Вейн! 

Небо! 

Потянулась рукой к шее, попробовала оттянуть ткань. Воздуха больше не стало, а, значит, виноват не воротник. Но как успокоиться, когда перед глазами жестокий, скорый на расправу Кай?

Очень хотелось вскочить. Но сбежать отсюда — идея ещё хуже, чем была призвать Вейна. А показывать всем свою слабость, нервозность и прочие недостатки? Увольте. Я и так слабейшее создание в этой академии. Академии, куда допускали учиться только самых-самых, по мнению клана Шторма. А, как мы знаем, мнение драконов — вещь достаточно субъективная. И гибкая. И…

От звука шагов я вздрогнула, замерла, пытаясь незаметно выдохнуть и успокоить пульс. Но вот звук прекратился, а в кабинет так никто и не зашёл.

Академия Шторма. Лазурная академия. Учебное заведение, где на десять адептов приходились десять высокомерных, приближенных к арканам драконов и дракониц. И я.

Я бы никогда в жизни не оказалась здесь, просто не захотела бы, но эта история началась задолго до моего поступления, и была далеко не красива и благородна.

Звук голосов на мгновение отвлёк меня от мыслей. Я сильнее сцепила пальцы на коленях, но это оказались всего лишь белторы по ту сторону двери.

Всего лишь!

Я прижала ледяные ладони к пылающим щекам. Душно. Тесно в груди. Сложно сделать полный вдох.

История… да не случилось никакой истории. Просто в городок на окраине Империи — гордый и достаточно богатый, чтобы иметь ратушу, школу, библиотеку, торговые улочки и даже порт, — по каким-то своим делам прилетел сам аркан Пылающего сердца. Красивый почти вызывающей, кричащей красотой Кайлиан Адрдор — глава огненных драконов. 

Подошвы его сапог только коснулись брусчатки, крылья ещё не до конца материализовались, а огненный во всех смыслах взгляд Ардора уже прилип ко мне, на беду отправившейся в ближайшую булочную по просьбе мамы.

Никто толком не понял, что случилось. Я сама не поняла, но через несколько минут Кайлиан Ардор пил чай в нашей гостиной. А ещё через четверть часа он увёз меня от семьи и родного города, чтобы больше никогда…

Тряхнув головой, выбросила глупые мысли из головы. Не время и не место.

И реальность доказала это, когда в следующий миг дверь распахнулась, едва не впечатываясь в стену, а в кабинет уверенным шагом вошёл Динор Мортекс.

Я поднялась, присела в положенном поклоне и заслужила очередной холодно-равнодушный взгляд. Всем нутром я чувствовала, насколько безразлична аркану Шторма. Он уделял мне едва ли больше внимания, чем пыли под подошвой своих сапог.

Но тогда зачем я здесь?

В момент, когда я подняла взгляд, на стенах уже потухали фиолетовые искры сложного заклинания. Аркан позаботился, чтобы нас не увидели, не услышали и не побеспокоили.

А моё сердце пропустило удар, чтобы забиться с утроенной силой.

Я не отрывала взгляда от груди аркана, не имея никакого желания смотреть ему в глаза, но всё-таки проследила его путь до ректорского стола, но который аркан присел, словно у себя дома.

Хотя, по большому счёту, в пределах многих махов от академии он и был у себя дома.

— Анели Севера, — раздался насмешливый голос. — Истинная аркана Ардора. Это он так сказал?

Вообще, да. В тех книгах, что я читала, Истинность представлялась высшим благом. Драконов она одаряла растущей силой, невосприимчивостью к чужим заклинаниям, выносливостью, драконицам же оставалось всё время хотеть близости с драконами. Как по мне, несправедливое разделение, но меня никто не спрашивал.

— Да.

А что ещё оставалось? Только вспомнить как, улучив момент, Кай со всё той же милой улыбкой, которой так очаровал моих родителей, сообщил, что либо я улетаю с ним, либо от нашего милого городка не останется даже пепла. И я точно знала, что он не шутит — не успел звук его голоса затихнуть в стенах нашего дома, как с улицы раздались крики. Редкие, потому что белторы быстро потушили дикое пламя, едва не перекинувшееся на крышу нашего дома, которое якобы случайно развёл кто-то из них.

— Ты поверила?

Вскинув взгляд, посмотрела в неестественно яркие голубые глаза. Словно в ясное небо, украшенное редкими отсветами молний.

С того момента моего мнения не спрашивали. Кай запер меня в дальней башне своей цитадели, украсил золотую клетку шелками и золотом, носил мне книги и ежедневно приходил, чтобы провести со мной время.

Но мнения… моё мнение его не интересовало никогда.

— Великий дракон не может врать, — в последний момент исправила я уверенное “Нет”.

Смешок Мортекса стал мне ответом. И не высказанным мнением о том, что он думает по поводу величия Кая Ардора.

— Ты умная адептка, Анели Севера, — прищурился Мортекс, гипнотизируя взглядом.

— Вы этого не знаете.

Стоять надоело. Я вдруг устала бояться. И без позволения устроилась на краю кресла.

— Почему не знаю, — казалось, всерьёз удивился Мортекс.

Вот только глаза оставались безразличными.

— Анели Севера, средний балл 4,95 махов из пяти возможных. Отличные оценки по всем предметам, кроме равновесия. Никаких нареканий. Стипендия…

И вот здесь я не сдержалась. Я просто не смогла. Потому что он врал, этого не могло быть. В академии Шторма не существовало стипендий, и Кай каждый раз, стоило мне вернуться на каникулы, напоминал, что это он платит за моё никому не нужное обучение.

Ему не нужное, а, значит, никому.

В груди что-то как будто лопнуло. Может, сломалось ребро? Боль была похожа.

— Что, об этом аркан Ардор вам не сообщил? — усмехнулся Мортекс. — Обязал быть благодарной за то, сколько он платит за академию?

Мортекс бил по больному, не зная об этом. По крайней мере, мне очень хотелось верить, что я держу лицо.

— Нет. Конечно, нет, аркан… — но голос изменил.

И так сиплый, он сорвался с самой высокой башни академии и затих.

Стипендия. Мне платили стипендию.

— Вы одна из лучших адепток академии, а лучших в клане Шторма всегда поощряли, — любезно пояснил он.

А я просто не нашлась что ответить.

Сколько раз я переступала через себя, улыбалась Каю, выполняла его требования, общалась с его гостями только ради этой учёбы. А вышла, что всё зря?

Впрочем, сейчас это не имело значения. Важнее другое.

— Чего вы от меня хотите?

Боль в груди разрасталась, хотя я думала, что привыкла уже ко всему. Поэтому задала этот вопрос, хотя не должна была вообще ничего спрашивать. В обществе любого из арканов всем остальным требовалось радоваться и подчиняться, исполняя любой их каприз.

— Вас, — с той же холодной любезностью ответил Мортекс.

Он встал, взял меня за безвольную руку и заставил встать рядом. Повернул мою ладонь запястьем вверх, так что я видела синеватые тонкие вены под кожей, второй же рукой начертил что-то прямо в воздухе, заставляя вспыхивать серебряные символы.

А потом наши руки укутало самое настоящее грозовое облако.

— И вашу магию.

В следующий миг по моей руке скользнула искра. Одна, вторая, ещё немного, и они понеслись непрерывным потоком с моей, перетекая в Мортекса.

А следом потух и мир вокруг.

Я до последнего верила, что всё сон. Очень хотела верить. Страстно желала проснуться и увидеть если не дом родителей, намертво отпечатанный в моих воспоминаниях, то хотя бы свою спальню в академии. И понять, что аркан Шторма мне приснился — в жутком, леденящем сне.

Но первое, что увидела — ярко-голубые глаза Мортекса.

— Анели Севера, вы в курсе, что это комнаты преподавателей? — усмехнулся он.

И не знаю, на что надеялся, но я села в кровати, игнорирую тупую боль в затылке, и прямо посмотрела на аркана.

— В курсе. Аркан Ардор позаботился о моём максимальном удобстве.

И изоляции от остальных адептов академии. Доступ в эту часть академии имели только преподаватели и Вейн. Первые были не настолько дураками, чтобы проявлять интерес к Истинной Кая, а второй… про Вейна не хотелось думать вовсе.

— Вы постоянно упоминаете аркана Ардора, — поднял бровь Мортекс. — Ещё немного, и я поверю, что вы в самом деле его Истинная.

Ну да. Кай тоже верил. Проблема в том, что за семь лет у меня так и не проявилась метка, хотя Кай старался. 

О, как он старался!

Сначала меня поселили в самых шикарных комнатах цитадели клана. Но я, глупая наивная восемнадцатилетняя идиотка отказывалась есть, пить и разговаривать. Тогда меня спустили с небес на землю, и с вершины башни в самые тёмные подземелья — Кай оказался приверженцем принципов кнута и пряника.

Не давали ничего, кроме воды. Насильно вливали питательные зелья, раз я отказывалась от еды. А в один прекрасный момент вдруг пришли драконы в чёрных масках, взяли под руки и повели прямо к краю вулкана, рядом с которым располагалась цитадель.

Тот самый кнут. В понимании Кая самый страшный из всех. Вот только к тому моменту оставаться рядом с ним стало для меня худшим кошмаром. Так что, когда белторы решили, что я достаточно напугана, меня вдруг подняли в те самые шикарные покои.

Хуже того, недолго думая, меня обрядили в самое дорогое платье, расшитое камнями и золотом, сделали причёску, накрасили и фактически вытолкнули в огромную, поистине королевскую, залу. Залу, в дальнем конце которой на возвышении расслабленно развалился Кайлиан Ардор.

Меньше всего желая думать о Кае в такой ситуации, я спустила ноги с кровати и обулась — даже знать не желая, кто снял с меня туфли.

— Я уже говорила вам, аркан Мортекс, я — Истинная аркана Пылающего сердца. И, признаться, плохо понимаю, зачем вдруг понадобилась вам.

Поднявшись на ноги, отошла от кровати и практически склонившегося над ней Мортекса. Коснулась ладонью тёплого дерева стула, и стало почти хорошо.

Вот бы ещё забыть дико неприятное, тянущее чувство, будто из меня по венам вытягивают жизнь. С другой стороны, на фоне подобного притязания Кая казались почти естественным. Он хотя бы не подзаряжался от меня так, как это сделал Мортекс.

— У меня была Истинная, адептка. Я знаю, что это такое, — криво усмехнулся Мортекс.

— Тогда вы тем более должны уважать право Кая на сч… счастье.

Как выговорила — не знаю. Потому что счастьем там не пахло даже отдалённо. Но от Кая у меня хотя бы был шанс избавиться, а вот от Мортекса…

Пусть выглядел он менее устрашающим, чем высокий и мощный Кай, но ум, что светился в ярких глазах, намекал, что обвести его вокруг пальца вряд ли получится.

Одним издевательским взглядом Мортекс выразил всё, что думал про такое счастье.

— Сколько сейчас колец у Кая?

Вообще-то, это интимный и неприличный вопрос.

— Вы не можете спрашивать, — покачала головой.

— Хорошо, посмотрю сам.

И Мортекс начал подниматься. Чтобы слетать к Каю и посмотреть? Интересно, если два аркана случайно прибьют друг друга, я смогу считать себя свободной об обоих?

— Что привело вас в академию Шторма, аркан?

От неожиданного вопроса Мортекс остановился.

— Это моя академия, адептка. Считаете, мне нужна причина, чтобы навестить её?

— А как часто вы навещали свою академию за последние пять лет?

Я пока не понимала, к чему задаю эти вопросы. Просто знала, что они важны. Чувствовала, если хотите.

И то, что Мортекс задумался, наводило на печальные мысли.

— Что вы хотите этим сказать, адептка? — нахмурился он.

— Вы ведь поняли, — качнула головой. — То, что вы сделали в кабинете… понятно, что у вас проблемы.

Говорить такое аркану — уже половина преступления. Но и промолчать я не могла.

— Не знаю, что это, да и не хочу знать. Но раз вам оказалась нужна моя магия, что-то явно непростое. Зачем вы прилетели в академию?

Банальный вопрос, на который у аркана вдруг не оказалось ответа. Он качнул подбородком, словно хотел что-то сказать, но промолчал. А яркие голубые глаза на одно короткое мгновение затянуло тьмой.

Если бы я так внимательно не смотрела на него — не заметила бы. А так…

Ржавая чешуя! 

Всё оказалось намного хуже, чем я ожидала. И спасло аркана только то, что такое я уже видела.

— Откиньтесь на спинку кресла и сожмите подлокотники! — приказала ему, подходя. — Вам будет очень больно.

— Что вы можете знать, адептка… — начал он и застыл, скованный моим простеньким заклинанием.

Собственно, Мортекс мог сбросить его, не особенно напрягаясь, но не стал. Следил настороженно, как я подхожу, и молчал.

А мне сильно не хотелось делать того, что надо было сделать. Я уже видела такое, ещё дома.

Как примерная дочь я ходила в приходскую школу, а учителем там был профессор, давно сосланный в нашу глушь. Он увидел во мне способности и с разрешения родителей учил всему, что знал.

И однажды к нему привели моряка из порта. От заросшего мужчины пахло рыбой, тиной и табаком, а в глазах мелькала такая же тьма.

— Вас отравили, аркан. Этот яд не вредит здоровью, но делает мага внушаемым. Человека же, не обладающего способностями, медленно и верно убивает.

Моряка принесли, когда он уже вступил в последнюю стадию: брыкался, кусался и уничтожал всё, до чего мог дотянуться. Мортексу повезло больше. Или меньше — это как посмотреть.

С сомнением взглянув на обездвиженного аркана, я решилась. Мне нужен был доступ к его глазам, и я поставила колено между его ногой и креслом. Отвратительное поведение для воспитанной девушки, но о каком воспитании речь после того, как я столько лет провела фактически наедине с Кайлианом.

Криво улыбнувшись своим мыслям, приблизила своё лицо к лицу Мортекса и шепнула:

— Kraen.

Яркая вспышка света ослепила меня, но не причинила никакого вреда дракону. Проморгавшись, я успела заметить, как тлеет, словно очень тонкий лист бумаги, плёнка на его глазах. Дым, которым отравили Мортекса, почти впитался, он готовился перейти во вторую фазу, но здесь аркан наткнулся на меня.

— Это всё? — вдруг спросил Мортекс, хотя под заклинанием не должен был говорить.

Так же, как и положить руки мне на бёдра.

— Либо вы убираете руки, либо убираюсь я, — предупредила мрачно. — А вы с вашей проблемой отправитесь к лекарям.

Руки с задержкой, но всё же убрались обратно на подлокотники.

— Очень правильная адептка Севера, — насмешливо отозвался аркан.

А я сосредоточилась на втором и самом сложном этапе лечения.

— Haer.

И тёмная, очень неприятная дымка потянулась змеёй от глаз и носа Мортекса. Просто тёмный дым, но у меня он вызывал исключительно омерзение. Ведь только маг, переступивший грань, стал бы использовать заклинание подчинения на аркане Шторма.

Вся суть в том, что нельзя было отрывать взгляда от дымки, пока та полностью не исчезнет с лица жертвы. Конечно, называть Мортекса жертвой — сомнительный аттракцион, но уж что есть.

— Кто это сделал? — тем же насмешливым тоном продолжил аркан.

Но я чувствовала, от насмешки там капля, и то для видимости. Этот дракон умел убивать. Он привык защищать свою территорию и своих людей — любым приемлемым способом.

И сейчас собирался заняться именно этим.

— Ищите среди своих врагов, — пожала я плечами.

Нога затекла в неудобном положении, но я терпела. К счастью, то ли аркан вдохнул немного ядовитого дыма, то ли сопротивляемость у него оказалась на высоте, но дымка быстро испарилась, а я вздохнула с облегчением.

— Вряд ли я могу судить о том, кто решился на подобное по отношению к аркану могущественного клана, — я склонила голову в честь признания его заслуг и собралась было убрать ногу, но…

На моём колене оказалась рука, сжимая не больно, но так, что стало ясно: дёрнусь — и могу остаться без ноги. А вторая легла на талию, притягивая ближе к аркану.

Которому я, между прочим, только что спасла если не жизнь, то что-то важное точно.

— А, может, это была ты? 

— Конечно, я, — отозвалась с сомнением в его умственных способностях. — Именно поэтому я задаю вам вопросы и спасаю от внушения. Пустите.

Удивительно только то, что он в самом деле меня отпустил.

— Это Ардор тебя натренировал?

Закатывать глаза неприлично, но я воспользовалась тем, что стояла к аркану спиной.

— О да, — отозвалась с сарказмом. — Все семь лет в цитадели он только и делал, что тренировал меня причинять вред другим арканам. Это была его скрытая цель, которую вы, великий дракон, раскусили с первой минуты.

— Переходишь границу, — с насмешкой указал аркан.

И вроде звучало легко, только пугливые мурашки на руках этого не поняли.

— Не больше, чем вы, когда решили присвоить меня себе и увезти на гору, потом вытянули силу, а потом… схватили за коленку.

И это самое безобидное, за что он меня схватил.

Щёки бросило в жар, и очень хотелось думать, что от возмущения, а не смущения. Увы, себя я знала.

— Схватил за коленку, — протяжно и с явным удовольствием повторил аркан. — Так сколько колец у Ардора?

Последний вопрос жарким шёпотом прямо в ухо. 

Отскочив от аркана, который каким-то образом оказался у меня за спиной, я приложила руку к бешено бьющемуся сердцу и ещё отошла. А потом и отгородилась от него маленьким столиком для закусок.

Навещая меня в академии, Кай любил с комфортом развалиться именно за ним.

— Два! — нервно воскликнула я. — Два кольца. Ясно вам?

— Значит, два…

И такой взгляд у него появился. И вся поза просто кричала о том, чего не произносят вслух.

Моим щекам просто не оставили возможности остыть, но я старалась. Выпрямила спину до хруста, подняла голову и посмотрела на аркана. Так, как воспитанные девушки смотрят на… ну, допустим, мышь.

— Прошу вас покинуть мои комнаты. С дальнейшим восстановлением справится любой умелый лекарь.

— А если нет? — поднял бровь аркан. — Что мешает мне получить свои два кольца. Или три.

И оглянулся вокруг так, словно планировал здесь и остаться.

О, я знала, на что он намекал. Истинность и так довольно редкое явление, но и вокруг него ходили упорные слухи, что третье кольцо, финальное, появлялось только после… консумации. Той самой, о которой приличные девушки не говорят.

Но Мортекс просчитался в одном — я семь лет жила в цитадели Пылающего сердца. Чего только обо мне не говорили: вслух и шёпотом — чтобы я обязательно услышала, — и намёки Мортекса были самыми безобидными из всех.

Впрочем, я же не ожидала от очередного властного дракона, зацикленного на своей персоне, понимания и хоть какого-то желания разобраться в ситуации?

Но почему-то именно сейчас это оказалось больно.

Опять же, мне не привыкать.

Поэтому я улыбнулась — вежливо и самую малость холодно. Поклонилась так, как принято кланяться перед главой Совета, а не простым, хоть и сильнейшим арканом.

— Да не утихнет буря, что сметает преграды, — ровно произнесла клановое пожелание драконам Шторма.

И вышла за дверь.

Хочет оставаться в моей спальне? Пусть остаётся, а пока проведаю Вейна, который должен рвать и метать из-за проигрыша. У огненных драконов проигрывать запрещено на уровне инстинктов, а Вейн не просто вырубился, он ещё и меня в каком-то смысле уступил.

Криво улыбнулась.

Драконы! У кого сила — тот и прав. Так было всегда. В каком-то клане сильнее, в каком-то слабее, но всегда. Беда в том, что под горячее крыло драконам попадались простые смертные, часто даже не маги. И вот у них не было возможности выбраться из этих битв без потерь.

Покачав головой, положила ладонь на холодный камень лестничных перил и начала спускаться. На втором пролёте вспомнила, что забыла тёплый плащ или хотя бы подаренную мамой шаль — родители всё ещё верили, что я вернусь и передавали мне подарки и письма. А Кай зачитывал их мне вслух, думая, что я не замечаю издевки.

Драконы!

Выбросив глупые мысли из головы, прошла по переходу в лекарское крыло. Встреченные адепты не смотрели мне в глаза. Они в принципе старались меня не замечать, то ли опасаясь гнева Кая, то ли глубоко презирая за — как они считали, — бесстыдный выбор.

И здесь самое время вернуться к истокам Истинности, которую в древние времена считали благословением, а сейчас… сейчас вся цитадель клана Пылающего сердца считала, что я захотела хорошо устроиться и приворожила их аркана. Уже семь лет считала: они ежедневно проверяли Кая на приворотные, проклятия и внушение.

Стоило им найти хоть что-то — и мне грозило в лучшем случае пожизненное заключение. Но даже оно было бы лучше золотой клетки, в которой я застряла сейчас.

— К Вейну Ардору, пожалуйста, — вежливо улыбнулась лекарю за высокой стойкой.

В лазарете всегда холодно, вот и сейчас по плечам пробежали зябкие мурашки. Я ждала, пока девушка-лекарь с красивыми фиолетовыми глазами найдёт имя, хотя кого, а Вейна не запомнить трудно. Отсюда вывод: она специально держала меня на сквозняке, надеясь, если не на мою простуду, то хотя бы на мою же злость.

И я ещё не говорила, что народная молва записала меня в любовницы не только к Каю, но и к Вейну заодно?

— Вам помочь? — улыбнулась ей ещё раз, отчего красивые и большие глаза лекаря сверкнули злыми молниями.

Но ответить она не успела.

— Палата 101, — усмехнулся мужчина за моей спиной, — первая строчка в журнале.

Лекарь вспыхнула, а мне на плечи опустился тяжёлый плащ на меху. Мой плащ.

Некстати вспомнила, что процесс избавления от яда должен был быть очень неприятным, но аркан Шторма даже не поморщился. И это не выглядело так, будто он терпел. Нет. Он в самом деле не заметил процедуры, от которой выли и просили смерти самые отважные моряки порта.

— Спасибо, — кивнула Мортексу и как можно скорее отошла, запахиваясь в тёплую одежду.

Если мне повезёт и кроме Вейна и белторов никто не видел магический бой в коридоре, то в любовницы Мортекса меня всё-таки не запишут. Впрочем, с моим ли везением на такое рассчитывать.

Особенно, учитывая взгляд лекаря на меня и на аркана, всё ещё стоящего за моей спиной.

— Всего доброго, — пожелала им обоим и как можно скорее пошла в сторону нужной палаты.

— До скорой встречи, адептка Севера, — раздалось насмешливое вслед.

А да, я проигнорировала Мортекса, делая вид, что у меня большие проблемы со слухом.

Только услышала тихий “Ах” девушки с глазами и свистящий вой ветра, который закончился так же резко, как начался. К слову, помимо проблем со слухом, у меня имелись ещё и большие трудности с любопытством, так что я всё-таки обернулась.

И едва сдержала улыбку, когда увидела, в каком виде осталась девушка за стойкой: мокрые обвисшие пряди, сосульки на светлой лекарской форме и стучащие от холода зубы. Как будто её окунули в море и сугроб одновременно.

Что же, по крайней мере, чувство юмора у аркана Шторма в наличие. А это вселяло хоть мизерную, но всё-таки надежду на человечность этого конкретного дракона.