(Не)забытая жена генерала драконов. Я твоё спасение

– Милый, когда ты уже скажешь своей жене, что ей предстоит занять моё место? – промурлыкал капризный девичий голосок из палаты мужа, за секунду до того, как я потянула ручку двери на себя. – Я уже устала быть в тени. Хочу пышную свадьбу и статус жены канцлера империи!
– Ты давай делом занимайся, статус свой будущий отрабатывай, – хрипло отозвался муж. – А то скоро эта дура явится со своими спиногрызами. Я уже чувствую магию их браслетов.
Эта дура – это я?! Мы с детьми как раз пришли навестить нашего папу, уже два месяца лечившегося в императорском госпитале. Но оказалось, что он нас, похоже, не очень-то и ждёт.
– Что-то она… никак не придёт… Уже давно… должна была, – причмокивая, проворчала девица.
– Раз уж у нас есть время на второй заход, поторопись детка… охо-хо… охо-хо… хорошо-о-о, давай, давай, дава-а-а-а-ай, – протяжный стон мужа вывел меня из ступора.
Звуки были настолько вульгарными и характерными, что меня бросило в жар.
Всё-таки это не было ложью. В том письме была написана горькая правда. Муж мне изменяет.
Вчера я получила анонимное письмо, в котором мне советовали приехать на час раньше оговорённого с мужем времени визита и увидеть своими глазами, что он мне изменяет.
Мне эти лживые обвинения показались невероятными. Муж любил меня и наших детей, ценил нашу семью и защищал её!
Только благодаря ему мы с детьми были живы до сих пор, поэтому, разумеется, я не обратила внимания на письмо и приехала, как мы и договаривались с Гидеоном, ровно в полдень.
Я знала, что до обеда у мужа целебные процедуры, так какой смысл из-за этой грязной клеветы нам с детьми торчать под дверью битый час? Вот КАКИЕ у него здесь, оказывается, процедуры?!
– Мама, что там происходит? – обеспокоенно спросил меня Кайл. – Папе плохо? Почему мы не заходим?
– А кто его спину грызёт? – следом за братом вопрос задала Эмбер, наша дочка.
Сын, увидев, что я замешкалась, протянул руку к двери, но я его опередила. Не хватало ещё моим семилетним близнецам увидеть, как какая-то девица ублажает их отца на больничной койке, или где они там этим занимаются.
– У него пока лечебные процедуры, – чужим, неестественно ровным голосом проговорила я и, расставив руки, преградила путь к двери. – Подождите пока в холле, дети, на том конце коридора. Я пока у врача спрошу, через сколько времени можно будет заходить к папе.
Как назло, стоны из-за палаты только усиливались, и, кроме мужского голоса, появились характерные женские всхлипывания и сочные звуки шлепков.
– Но ему же плохо! Его кто-то бьёт! Надо его спасти! Папа! – выкрикнул сын и, вывернувшись, рванул к двери.
Я сделала шаг назад, но не рассчитала силы, и с грохотом стукнулась о деревянное полотно. Звуки из палаты не прекратились даже ни на секунду: мужу и его подстилке явно было не до шума из коридора.
– Кайл! НЕТ! – испуганно крикнула я, снова преградив сыну путь в последний момент, и тут же сменила тон на более мягкий. – Милые мои, идите в холл, пожалуйста. Папу лечат с помощью опасной магии, она вредная для здоровых людей. Кайл, присмотри за сестрёнкой, хорошо?
Несмотря на пояснения и просьбу, Кайл уже успел насупиться. Дочка тоже. Мои близнецы всегда тонко чувствовали эмоции друг друга. Вот и сейчас они не поняли ситуации, слава богам, но зато синхронно отреагировали.
– Вечно ты так, мама! Чуть что, сразу всё оправдываешь опасной магией, – проворчал сын. – Ладно, пойдём, Эмбер. Подождём, пока мама узнает, когда нас к папе пустят.
Когда дети развернулись и пошли в конец длинного коридора, я обмякла и выдохнула с облегчением. Но всего на секунду.
Сцена в палате, кажется, подходила к кульминации, а я стояла и слушала это всё, прислонившись к двери и дрожа всем телом. Вопреки пустоте и горечи внутри, слёз не было: я боялась, что дети могут вернуться, если услышат мои всхлипы или заметят, как я плачу.
Мой мир разбился вдребезги… Что теперь будет с нашей семьёй? Как мне спасти моих детей теперь?
Уйти и сделать вид, что ничего не знаю, ради жизни детей, которых любимый муж только что назвал «моими спиногрызами»?
Или открыть эту прокля́тую дверь в палату и закатить скандал, как и положено жене из рода драконов, пусть мой дядя и был свергнут с престола?
Пока я пыталась понять, как мне правильно поступить, парочка в палате, судя по резко прекратившимся крикам, закончила «процесс». Так и не приняв никакого решения, я решила отойти от двери и подумать.
Для этого оперлась на деревянное полотно руками, чтобы оттолкнуться… Но ледяной голос мужа из-за двери «приморозил» меня обратно.
– Ты долго… ещё будешь… там стоять, Сиара? – тяжело дыша и делая паузы между словами, процедил муж. – Где твои манеры, жена? Тебя в твоей поганой семье бывшего императора не учили, что подслушивать – это плохо? Заходи, раз, наконец, пришла. Есть разговор.