(Не)зачёт, Мальцева!

От лица Иры

— Да сдам я, что там, один зачёт остался? — отмахиваюсь, проверяя духовку.

И да, самое время делать печеньки, я считаю. Сессия слишком выматывает, хочется и покулинарничать, и себя побаловать сладеньким.

— Обожаю твою уверенность, — снисходительно улыбается на том конце города Лена, а я перевожу её на громкую связь.

А то неудобно — печенья почти готовы, и возиться с ними, одновременно держа телефон, совсем не тянет.

— Я бы поняла ещё, если бы на первом курсе была, а это уже третий, — беспечно поясняю. — Я работать со второго начала, и уже тогда мои пропуски прокатывали. И сейчас почти всё из зачётов сдала, осталась только история.

— Ну как раз историк больше всех жаждет с тобой познакомиться, — вздыхает Лена. — Это как раз он и говорил про то, что ты у него наизнанку вывернешься, а зачёт не получишь.

Я дёргаю плечами,  украшая печенья топлённым шоколадом. Над словами подруги почти не думаю — подобные формулировки мне чуть ли не о каждом преподавателе всегда говорили. Я даже не запоминала, кто из них что из себя представляет по слухам. На месте ориентировалась, и вряд ли завтра что-то будет иначе.

— Скинешь мне его номер? — кажется, староста говорила, что у меня недопуск. Наверное, стоит прояснить это с преподавателем, пока ещё день в разгаре. — Раз он так говорил, то, значит, всё-таки ждёт меня. Как там его зовут хоть, Дмитрий Евгеньевич?

Я так отчётливо представляю, как Лена осуждающе качает головой, что словно вижу это перед собой.

— У тебя, как всегда, всё в последний момент. Хорошо было бы связаться с ним заранее, — она вроде не нудит, даже весело говорит, но знает ведь, что бесполезно. — А если бы ты его хоть раз увидела, точно запомнила бы имя. Дмитрий Сергеевич он.

— Ага, — только и говорю я.

Обожаю Лену, но в вопросах учёбы мы расходимся. Подруга вот завтра даже не придёт — у неё уже автомат есть. Как и почти по всем зачётам. У неё сейчас просто каникулы перед экзаменами, пока мы все огребаем свои пропуски.

Но как по мне, лучше пару недель в ударном темпе потрудиться, а где-то и найти другие способы выкрутиться, чем каждый день пахать ради корочки. Мне красный диплом и не нужен, а обычный получить не так уж трудно. С первого курса для меня было приоритетнее уже начать работать, чем на все пары ходить.

— Ладно, сейчас скину его номер, — сдаётся подруга. — Удачи тебе завтра и подучи хотя бы!

Я улыбаюсь. В моём случае правильнее «выучи», потому что я ещё даже не заглядывала в её конспекты.

Ну ла ладно. День только начался, а материал вряд ли намного шире школьного, все мы историю изучали. Успею…

********

Материал оказывается всё-таки шире школьного. Причём намного. Уж не знаю, к кому тут вопросы — к Лене, конспектирующей всё подряд, или к преподавателю, который, судя по всему, чуть ли не фанат своего предмета. Но у меня от фактов уже в глазах рябит, мозг кипит. Хотя, кстати, поданы они грамотно, аналитически, без навязывания своего мнения.

Лена сказала, что не хочет меня отвлекать, а потому больше не будет звонить или писать. К тому же, она вроде в загородный дом к родителям уезжает и может пропасть из связи. Но увы ей, у меня уже нет сил учить это всё. Надо отвлечься, иначе с ума сойду. Хотя бы попытаюсь начать диалог, а там посмотрим.

В общем, я решаю, что самое время написать и Дмитрию Сергеевичу, и ей. Я уже сохранила его вотсапп.

Сначала пишу Лене.

«Я уже задолбалась учить, он прям всё это будет спрашивать? Как ты думаешь?», — отправляю и откладываю телефон, задумчиво листая конспект.

Уж не знаю, подруга и вправду пропала из связи, или это она так даёт мне шанс взяться за голову и с толком использовать время. Но новых уведомлений так и нет, а материала учить хоть отбавляй.

«Дмитрий Сергеевич, это Мальцева Ира. Я не была на ваших занятиях, но по уважительной причине. Надеюсь, вы не будете предвзяты, я готовилась», — отправляю, хотя почти не готовилась на самом деле и сомневаюсь, что моя формулировка в целом прокатит. Как-то мало смысла в таком сообщении, но хоть отметилась.

Мозги всё ещё плывут. Я либо вырублюсь, либо отвлекусь на Лену — тут одно из двух, потому что совесть не позволяет перестать изображать деятельность и пойти погулять или в кино. Читаю ещё пару лекций и сокрушённо вздыхаю. Всё это, конечно, интересно, но не когда разом наваливается на мою несчастную голову.

Новых уведомлений так и не появляется. Теперь меня игнорит не только Лена, но и Дмитрий Сергеевич. И если второго донимать уже неправильно будет, то первую я всё же собираюсь призвать к ответу.

«Зачем учить, если можно просто переспать за зачёт? Так сказать, приятное с полезным», — точно знаю, чем мою правильную подругу зацепить, чтобы уж наверняка прочитала, а там и ответить придётся.

Конечно, вряд ли она всерьёз решит, что я на это пойду. Но по универу ходили слухи, что так зачёт одна девчонка сдала. Уж не знаю, Дмитрию Сергеевичу или ещё кому, но моё сообщение — отсылка к этому случаю.

Лена всё ещё молчит. И две заветные галочки синими не становятся.

«Хотя насчёт приятного для меня — это ещё не факт. Честно говоря, сомневаюсь я в сексуальных способностях у занудных преподов», — предпринимаю последнюю попытку.

Отправив, уже жалею — какую-то ерунду пишу. Ну понятно же, что Лена, скорее всего, не на связи давно. Можно подумать, она единственный вариант, на кого отвлечься можно. Несколько соцсетей — виртуального общения хватает, раз уж я реальное на сегодня себе урезала.

Закрываю вотсапп, смотрю на время. Эх… Ладно, прорвёмся. Лягу спать пораньше, может, на свежую голову ещё что-нибудь почитаю.

Я прихожу чуть позже назначенного времени. Зачёт начинается в десять, а я прихожу в двадцать минут одиннадцатого. Ну и ладно, зато поспала и подучила чуть дольше, чем собиралась.

А так всё равно в первой пятёрке обычно самые активные, те, которые чуть не дотянули до автомата.

Оксана, одна из таких девушек уже выходит из кабинета. И тут же приковывает всеобщее внимание. Причём зачёт ведь уже далеко не первый, да и курс третий, но нет, народ всё равно интересуется, спрашивает активно.

Видимо, этот Дмитрий Сергеевич не из простых.

Я откладываю Ленин конспект и присоединяюсь к народу. Лучше бы мне тоже быть в курсе, как там и что.

— Ну что, как там обстановка? — спрашиваю.

— Всё хорошо, особо не спрашивал, — почти сияет Оксана. — Настроение у него отличное, прикалывался над нами по-доброму. Позитивчик, в общем. Так что давайте проходите вперёд, у кого проблемы, — последнее она говорит уже громче и чуть наклоняется вправо, поглядывая на сидящих и доучивающих ребят.

Хотя, как по мне, они вряд ли настолько прогуливали, как я. Точно не знаю, конечно, в универе почти не была. Но всё же, пока у Дмитрия Сергеевича хорошее настроение, именно мне лучше не терять времени.

— Отлично, — решительно говорю, тоже глядя на уткнувшихся в конспекты ребят. — Я следующая, ладно?

Не успеваю увидеть или услышать их ответ — Оксана неловко треплет меня за плечо. Поворачиваюсь к ней.

— Ой, Ир, тебе нельзя. Тебя он самой последней ждёт. Причём даже не в общей пятёрке, а одной сказал зайти, когда уже все сдадут, — виновато сообщает она.

Понятливо киваю головой — эх, ну, неудивительно. Мне староста вообще о недопуске говорила, а так хотя бы меня ждут, уже хорошо. С персональным приёмом, так с персональным.

— Ммм, ясно, — выражаю мысли вслух, а то Оксана совсем уж сочувственно смотрит. — Отрабатывать,  значит, придётся.

— Да, про отработку он как раз говорил, ещё усмехнулся так, что, мне кажется, спрашивать будет много.

Мне даже немного волнительно становится. Раз уж Дмитрий Сергеевич первой пятёрке меня упоминал, то реально настроен помучить. А я ведь не то чтобы всё успела прочитать, не говоря уж о том, чтобы выучить.

— А он обо мне как говорил, со злостью? — вздохнув, решаю выяснить детали.

— Нет, скорее наоборот, даже с удовольствием. В общем, отыграется он на тебе, но, скорее всего, поставит.

Не похоже, что Оксана пытается смягчить ситуацию — отвечает сразу, причём сквозь улыбку. Видимо, Дмитрий Сергеевич обо мне скорее иронично говорил, чем с осуждением.

А значит, да — проведёт мне что-то вроде воспитательного испытания, постёбется, возможно, — и отпустит с зачётом.

— Ладно, спасибо, — успокаиваюсь окончательно.

Ну что ж… Провожу вокруг рассредоточенным взглядом. Народу в коридоре пока хватает. Это я рано, видимо, пришла, а могла бы учесть, что ко мне индивидуальный подход возможен. Ну да ладно, тут не угадаешь. Пойду пока в столовую, поем и подучу. А то торопилась выйти, а потому даже не позавтракала.

— Ребят, напишете, когда там моя очередь подойдёт? — обращаюсь ко всем.

— Конечно, — отвечают мне, и я с чистой совестью спускаюсь вниз.

Уверена, что и этот зачёт будет моим. Лена зря меня пугала — Дмитрий Сергеевич, судя по всему, безобиден.

*********

Из кабинета выходит Егор. Он был последним — моя очередь неумолимо настаёт. Меня уже ждут, и вышедший парень жестом даёт это знать.

Я вздыхаю, не понимая, откуда это тянущее чувство волнения. Наверное, потому что два часа мариновалась в ожидании. Ну или потому, что три человека всё-таки не сдали, а значит, Дмитрий Сергеевич не ставил всем подряд.

Уж не знаю, настроение у него испортилось, или они вообще ничего ответить и сообразить не смогли. Но в любом случае это не особо вселяет оптимизма, как и то, что на моё сообщение он вчера не ответил. Я не смотрела, прочитал или нет — потом быстро вырубилась, а утром было не до вотсаппа. Вспоминаю об этом только сейчас, и в душе немного скребёт.

Неловко стучусь — какая теперь разница, читал или нет. Сориентируюсь по ситуации.

— Проходите, — слышится довольно приятный мужской голос. Молодой, я бы сказала.

Неожиданно. Я почему-то была уверена, что Дмитрий Сергеевич старый.

Я прохожу, нацепив на себя максимально лёгкий и невозмутимый вид, хотя у самой внутри буря из волнения и неуверенности. С молодыми, с одной стороны, легче, но с другой — они наглее бывают. И пусть я никогда не придавала большого значения учёбе или сессии, но сейчас… Сейчас всё иначе.

Потому что я судорожно выдыхаю, увидев Дмитрия Сергеевича. А это точно преподаватель?..

Редко видела настолько красивых мужчин. Это даже с толку сбивает, причём меня, хотя я никогда не придавала значения внешности, ведь для сильного пола гораздо более значимы другие характеристики.

Дмитрий Сергеевич вообще не вписывается в этот кабинет, ну вот никак. Его бы на обложку хорошего журнала, часы рекламировать, например. Обычно такие красавчики в деловых костюмах именно там появляются. Ну или в рекламах фитнес центров, он ведь явно качается.

Его пиджак наброшен на спинку стула, а рубашка на теле позволяет заценить развитость мышц. Особенно, когда он слегка приподнимает руку, в задумчивости взъерошив свои и без того не в идеальном порядке лежащие тёмные волосы.  На меня всё ещё не смотрит — отчётность заполняет, списки сверяет.

— Дмитрий Сергеевич? — наконец, подаю голос я. Только вот он немного охрип, видимо, после долгого молчания. — Это Мальцева Ира.

Он, наконец, смотрит на меня. Причём смотрит с нескрываемым интересом, да ещё и испытывающе. Ну понятно, хочет увидеть, кто я такая, самая злостная прогульщица в его группе.

— Мальцева, значит, — как-то довольно проговаривает преподаватель, растягивая губы в хитрой ухмылке. — Проходи. Я тебя ждал.

Мне показалось, или Дмитрий Сергеевич сейчас беглым оценивающим взором моё тело окинул?..

— Это хорошо, что ждали, — как можно более приветливо говорю я. — Я вам для этого и писала.

Вроде как настроение у него хорошее, почему бы не задобрить. Тем более, если я ему внешне понравилась — может, не так уж спрашивать будет.

Взгляд Дмитрия Сергеевича становится насмешливо задумчивым. Я даже горло прочищаю, слишком уж странный блеск в его глазах мелькает, тут же во мне волнением отзывается.

— Да, ты извини, что вчера не ответил. Решил в глаза сказать, — преподаватель вроде бы говорит серьёзно, но меня не покидает ощущение, что прицельный у него не только взгляд, но и слова.

Словно он прощупывает что-то, испытывает меня…

Что ж, видимо, Дмитрий Сергеевич хочет знать, насколько я уверена в своих силах и как буду действовать. Особенно, когда даёт понять, что получил моё сообщение, читал, но намеренно не ответил. Видимо, держит меня в напряжении, мол, хоть сейчас может на выход указать. Создаёт мне стрессовую обстановку, изучает.

Могу понять, я вообще была готова, что Дмитрий Сергеевич стебаться надо мной будет и всячески отыгрываться. Ну, как Оксана говорила.

— Да я не против, главное, что прочитали и, видимо, приняли положительное решение, — беспечно пожимаю плечами, выдерживая зрительный контакт.

Всем видом даю понять, что мне всё ни по чём и я готова ко всему.

Дмитрий Сергеевич с любопытством приподнимает брови, усмехается, откидывается на спинку кресла и более внимательно оглядывает меня.

От этого взгляда у меня почему-то создаётся ощущение, что обстановка вокруг накаляется.

— А ты смелая, — мне кажется, или в его голосе дразнящие нотки?

В любом случае, если он по-свойски, то и я могу так. Чем больше лёгкости между нами — тем проще зачёт будет сдать.

— Ну а что мне терять, — весело констатирую, издав притворный вздох.

Наверное, под смелостью он имел в виду, что я вообще написала ему за день до зачёта, да ещё и сейчас не теряюсь. Хотя это мало объясняет его коварно прищуренный взгляд и тот факт, что мне всё сложнее даётся держаться непринуждённо.

Что-то едва уловимо меняется между нами. Вот только не могу понять, что.

— И то верно, — это Дмитрий Сергеевич говорит даже строго, серьёзно так. — В общем, я обдумал твоё предложение и да, как ты говоришь, принял положительное решение.

Как-то неопределённо он это сказал, вроде бы уверенно, но задумчиво, да ещё и не отрывая от меня испытывающего взгляда. Чуть ли не прожигающего, я бы сказала. И с лёгкой хитринкой…

— Это очень правильно, — на всякий случай, горячо поддерживаю я, чтобы не передумал. — Вы не пожалеете.

Дмитрий Сергеевич словно смешок подавляет, качая головой. Будто я — тот ещё кадр, который интересно изучать. Ну, наверное, так и есть — почти не ходила на пары, но держусь тут бодрячком, уверенно о способностях своих заявляю.

— Что ж… — мгновенно серьёзнеет преподаватель, и его взгляд как-то резко властным становится. — Тогда закрывай дверь на замок и проходи, наконец, ближе.

Дмитрий Сергеевич так властно сказал запереть дверь, что я как-то машинально поворачиваюсь и делаю это. Даже не особо вникаю.

И лишь когда обратно к нему разворачиваюсь, понимаю, что это требование странное. Поднимаю на него взгляд, и у меня внезапно загораются щёки, смущение накрывает. На довольно чувственных губах преподавателя застывает коварная ухмылка, а смотрит он одновременно насмешливо и жадно.

Не решаюсь подойти ближе, как Дмитрий Сергеевич говорил. Что-то тут не так…

— Я мог бы и сам начать, но мне интересно, как ты себе это представляла, — вкрадчиво проговаривает он.

Я сглатываю ком. Очень необычно всё это. Может, это его изощрённый способ поиздеваться надо мной, как над злостной прогульщицей? Напугать необъяснимыми требованиями, недосказанной обстановкой и такими неоднозначными взглядами?..

Смотрит так, словно ждёт чего-то от меня. А где, кстати, билеты? Или я должна сейчас рассказывать вообще все темы?

— Ну… — стараюсь не терять уверенности. — Я представляла, что вы начнёте, если честно. А это какой-то непривычный формат.

— А говоришь, готовилась… — Дмитрий Сергеевич с притворным осуждением качает головой, а меня не покидает ощущение, что его откровенно веселит моё замешательство. — Разве не представляла такой сценарий?

Точно издевается, значит. Хочет выставить меня дурой? Ладно, но зачем тогда эти чувственные взгляды?..

Сомневаюсь, что мне кажется. Блеск в его глазах слишком красноречивый. Горячо от него. Не по себе даже…

— Я представляла, что вы мне скажете, что делать, — с лёгким нетерпением говорю я.

Дмитрий Сергеевич с интересом скользит по мне взглядом, постукивая кончиками пальцев по столу. Уж не знаю, о чём там сейчас размышляет, но я близка к тому, чтобы выпалить ему, что либо пусть спрашивает, либо отпускает.  Сохранять спокойствие всё сложнее, напряжение сковывает.

— Ну тоже неплохо, — с задумчивой многозначительностью констатирует он. — Ладно, мне нравится твоё предложение. Садись на стол и раздвинь ноги.

Я чуть воздухом не поперхнулась. Это мне сейчас не послышалось? Ладно, взгляды, чёрт с ними, я довольно часто нравлюсь мужчинам, но эти слова?..

— Простите, что? — едва узнаю свой голос, совсем садится.

Дмитрий Сергеевич неожиданно поднимается и приближается ко мне. Надвигается неумолимо, не спеша, не отводя взгляда. А я, вопреки разуму, замираю странно и чуть дышу. Его глаза почти гипнотизируют, вглубь куда-то смотрят.

— Поздно строить из себя скромняжку, Мальцева, — негромко, но очень отчётливо и проникновенно заявляет преподаватель. — Бросая вызов, будь готова, что его примут.

Я с трудом соображаю, когда Дмитрий Сергеевич так близко и так жарко смотрит. По губам моим взглядом скользит… Между нами совсем незначительное расстояние — коснуться можно. И такое ощущение, будто он уже это делает, пусть даже взглядом. Уже этого достаточно, чтобы волны волнующего жара по телу гуляли. Его энергетика обволакивает.

— Ка..какой вызов? — едва проговариваю я. — Я не ходила по уважительной причине, я ведь писала… В-вам.

С трудом заканчиваю, потому что не похоже, что Дмитрий Сергеевич сейчас в состоянии меня услышать. От него такая страсть исходит, что у меня ноги подкашиваются. Страшно даже. Такой натиск, ещё даже не касаясь!

Он, конечно, красив. Притягателен. Крышу чуть не сносит, тело откликается, но я всё равно сохраняю выдержку. Прогоняю мысль про «а что такого, если я разок сделаю это». Представляю Лену, осуждающе качающую головой.

— Вот именно, что ты писала мне, — нетерпеливый требовательный баритон прорезается сквозь мои мысли.

Его голос и без того чувственно низкий, по телу вибрациями отдаёт. А ещё с такими хрипловатыми нотками…

Хмурюсь, призывая себя к адекватному диалогу. Дмитрий Сергеевич говорил что-то про вызов, а потом про моё сообщение. Типа нельзя было ему писать? Я то думала, что он изначально про мои пропуски имел в виду.

— Это проблема? — непонимающе уточняю.

На него не смотрю — мне хватает его близости, чтобы жар по телу гулял. Даже не представляю, что на этот раз плещется в его взгляде, и что-то мне подсказывает, что и не надо.

— Ты обещала, что я не пожалею, если приму твоё предложение, — не понимаю, как так можно говорить, чтобы и несдержанность в голосе, и сталь непоколебимая, и чувственность одновременно. — Ты чертовски заводишь, так давай, целуй уже. Или на колени опускайся.

Ничего себе приказы пошли! Он совсем офигел?!

Думает, раз такой красавчик, то может пользоваться служебным положением, и все только рады будут? Может, это ему та девчонка через постель сдала?..

Меня всё ещё ведёт от его близости, от накала атмосферы между нами, но возмущение помогает сохранять адекватность. Отступаю на несколько шагов, совсем рядом с дверью останавливаюсь. Но ещё не выхожу.

— Подождите, я ничего не понимаю… — нерешительно пытаюсь разобраться, что происходит. — Вы что, предлагаете мне зачёт за секс?

— Ты мне. А не я тебе.

Не успеваю осмыслить это его заявление — Дмитрий Сергеевич мгновенно сокращает расстояние между нами, буквально вжимая меня в дверь за спиной.

— Хотя какая к чёрту, разница… — сдавленно шепчет он куда-то мне в шею, разнося горячие волны по всему телу. Ноги мгновенно подкашиваются, я слабею, еле сохраняю равновесие. А может, и не сохраняю, а он поддерживает. — Не представлял, что ты настолько хороша…

Кажется, я растворяюсь в этом горячем шёпоте, поглощающей близости крепкого мужского тела, жарких ладонях, исследующих моё тело. Мужские ладони скользят по груди, по животу, опускаясь все ниже… Горячие губы терзают шею… Ооооо, чёрт, это на самом деле происходит!

Голос разума вопит где-то на задворках подсознания, но треск ткани мгновенно приводит в себя. Да меня сейчас здесь, у двери, позорно оприходуют!

Резкими движениями вырываюсь, кулаками машу, даже не видя, куда попадаю. Получив свободу, наношу ещё удар — на этот раз осознанный. Отвешиваю преподавателю пощёчину.

Некоторое время между нами звенит зловещая тишина, а потом до меня доходит, что самое время бежать отсюда. И наплевать уже на долбанный зачёт.

Так и не глядя на Дмитрия Сергеевича, поспешно тянусь к замку на двери, но меня вдруг резко перехватывают за руку.

— Стоять, Мальцева, — жёстко отчеканивает Дмитрий Сергеевич.

Ничего хорошего его тон не сулит. Как и всё, что тут уже происходило между нами.

— Отпустите! — вспыхиваю, дёргаясь, пытаясь освободиться от хватки. Куда там, силён. — Я на вас заяву подам!

Он даже не дрогнул, лишь достаёт телефон и, продолжая удерживать меня, зачитывает:

— «Дмитрий Сергеевич, это Мальцева Ира. Я не была на ваших занятиях, но по уважительной причине. Надеюсь, вы не будете предвзяты, я готовилась».

Это он пытается сказать, что всё, что тут устроил мне, оправдано этим чёртовым сообщением?!

— И где тут про секс? — злобно выпаливаю, предприняв ещё одну безуспешную попытку выдернуть свою руку из его хватки. Сильно вцепился, больно даже.

С удовольствием врезала бы по его красивой физиономии ещё раз. Хорошо устроился, гад, студенток пользовать за зачёты!..

— Дальше, — не обращая внимания на мой гнев, уверенно заявляет Дмитрий Сергеевич. —  «Зачем учить, если можно просто переспать за зачёт? Так сказать, приятное с полезным».

Сердце мгновенно пропускает удар. Что?!

Я ведь Лене это писала…

Машинально достаю свой телефон свободной рукой, словно невидящим взглядом шарю по нему, открываю вотсапп…

— А вот и тот самый вызов,  —  с язвительной ухмылкой продолжает Дмитрий Сергеевич. —  «Хотя насчёт приятного для меня — это ещё не факт. Честно говоря, сомневаюсь я в сексуальных способностях у занудных преподов».

От лица Дмитрия Сергеевича

У меня едва хватало выдержки спокойно зачитывать всё это Мальцевой. Такая упоительная, нежная энергетика сладкой девушки всё никак не отпускала. Это, наверное, самый жёсткий облом из всех, что были в моей жизни.

А держать её в объятиях, будучи уверенным, что получу своё совсем скоро, было потрясающе. Давно меня настолько не охватывало страстью. И неважно, дело было в провокационных сообщениях, которые разожгли азарт, или в том, что Ира Мальцева оказалась чертовски соблазнительной. Брюнетка с выразительными, почти невинными глазами, мягкими трогательными чертами лица и совсем не ангельской фигурой. Стройная, но с формами в нужных местах — строгая юбка до колен и блузка с застёгнутыми почти полностью пуговицами оказались безнадёжны в попытках скрыть её сексуальность.

Ох, Мальцева.

И теперь она так уязвимо бросает на меня взгляд снизу вверх, что не умилиться невозможно просто. Вот только моё сердце не дрогнет, у меня другие проблемки пока не решены.

Изначально не собирался с ней спать. Не в моих правилах студенток в постель тащить, другие варианты всегда найдутся. Так что хотел только немного испытать наглую Мальцеву, написавшую мне такие сообщения, посмотреть, как далеко зайдёт…

А потом как переклинило. Эти её «не пожалеете», уверенность, сама Мальцева, в конце концов… Решил, что к чёрту, формально она мне и не была студенткой никогда.

А тут такой облом. Пауза, кстати, уже затягивается, да и тонкая рука Иры в моей напрягается.

— Дмитрий Сергеевич… — наконец, нерешительно начинает Мальцева, спрятав свой телефон обратно в карман. Как растерянно она заговорила, а ещё недавно чуть ли не испепеляла словами и взглядом, который теперь старательно прячет. — Произошло недоразумение. Отпустите мою руку и выслушайте, я всё объясню.

Уже знаю, что она скажет. Два плюс два слишком легко сложить. Вот только я не собираюсь сворачивать наше представление — отыграюсь за неудовлетворённость. И нет, мне не стыдно. Хоть позабавлюсь, поддразнив её лишний раз.

Если я не имею удовольствие видеть её, задыхающуюся от страсти, то хотя бы смущающуюся и вот так неловко волос касающуюся я уж точно получу.

— Жги, Мальцева, — отпускаю её руку, сделав вид, что готов слушать и пока не понимаю, к чему ведёт.

— Я действительно писала это, но не вам, а подруге, — вздохнув, неохотно сообщает Ира.

И это всё? Ну понятно, Мальцевой неловко продолжать, потому из неё выжимать информацию надо, через паузы. Ну или она наивно ждёт, что остальное я и сам пойму.

Я то понял, только ей это знать необязательно. Не ну а что, я запросто мог бы решить, что она всерьёз собиралась это мне предложить, а с подругой посоветоваться решила.

— Воу, ну это всё меняет, да, — усмехаюсь нагло, скольжу по ней недоверчивым взглядом. — Это ведь не обо мне сообщения, как я мог подумать?

Мальцева мгновенно вспыхивает. Недовольство от неё чуть ли не волнами исходит — мало того, что ей приходится обсуждать эту тему, так ещё и меня надо убедить, что ничего такого не имела в виду!..

А я убеждаться не хочу. Особенно, когда она стоит такая, с чуть розовеющей кожей на щеках, вздымающейся грудью, кусочек которой обнажил треснутый шов. М-да, я, видимо, перестарался, когда на девчонку набросился.

Вот теперь немного стыдно.

— О вас, но в шутку, — подчёркнуто вежливо начинает Мальцева. Но не выдерживает, горячо добавляет. — Я никогда и в мыслях не собиралась… Вы разве сами не прикалываетесь с друзьями?

— Сомнительные у тебя приколы, Мальцева, — с притворным осуждением качаю головой.

Ну а что, я преподаватель, в конце концов. Имею право отчитать.

— Я думала, что вам отправилось лишь первое сообщение, поэтому и вела себя, как ни в чём не бывало, — теперь Иру, кажется, прорывает в объяснениях. Выдаёт быстро, решительно, убедить хочет. —  Не заглядывала в вотсапп, вы не ответили, и…

— А то, что подруга не ответила, тебя не смутило? — насмешливо перебиваю.

А ведь в самом деле, нестыковок у Мальцевой хватает. Да и так промахнуться, не заметив причём, ещё умудриться надо. Хотя всё равно в глубине души верю ей, уж слишком невинно и беспомощно мнётся тут передо мной. Прям воплощение непорочности.

А у самой лифчик уже виднеется. Белый, в тон блузке, кружевной. Плотно облегает грудь.

— Она в загородный дом к родителям уехала, там связь сбивается, и… — возмущённо-жалобно возражает Ира, но тут же сбивается, губы поджимает. — Понимаю, слишком много совпадений, но всё это правда.

Она так мило теряется и смущается, что я разрываюсь между двумя противоположными желаниями — прекратить её мучения и продолжать изображать недоверие, как можно дольше растягивая тему нашего несостоявшегося секса.

— Правда или нет, но ты меня уже распалила, Мальцева, — вкрадчиво заявляю, выбрав средний вариант.

Ищу своим взглядом её, и, как ни странно, быстро нахожу. На этот раз Ира не избегает зрительного контакта, смотрит на меня с плохо скрываемым недовольством.

Вот тебе и скромняжка с невинными глазками. Впрочем, её сообщения уже много чего выдали… Как и огненный отпор мне несколько секунд назад. Девчонка отлично сочетает в себе и стержень, и мягкость.

Мальцева полна сюрпризов. Выдерживает мой взгляд, осуждением отвечает. Мол, нехорошо это, Дмитрий Сергеевич, откликаться на такие предложения от отчаявшихся студенток.

— Я думаю, вы вполне способны найти себе девушку, которая скрасит вам вечер, — озвучивает Ира совсем другое, причём почти безэмоционально. — Говорят, в местный клуб только за этим и ходят.

Прогоняю дурацкий порыв спросить у Мальцевой, а ходила ли она в тот самый клуб. И вообще узнать, как там у неё на личном.

Странно, но одна только мысль, что Ира куда более сговорчивая с каким-то другим мужчиной, внутри что-то ковыряет. Неприятно об этом думать.

— Какая трогательная забота, — только и усмехаюсь, понимая, что придётся тему всё-таки замять. Мальцева явно не позволит себя в угол загнать. Причём ни в каком из смыслов… — Ладно, а с зачётом твоим что, готовилась хоть?

Стоит только мне включить преподавателя — и она тоже мгновенно перестраивается. Будто даже забывает об инциденте.

— Да, могу ответить на  любой вопрос, — интересно, Ира и вправду так уверена, как демонстрирует?

А ещё интересно, когда она, наконец, заметит, что её блузка безнадёжно разъезжается по швам с каждым вдохом, обнажая всё больше интересного моему любопытному взгляду. Судя по всему, рассеянность — определённо её черта. Если Мальцева не чувствует, что у неё с одеждой происходит, то неудивительно, что и сообщения не туда отправила. Наверное, даже не в первый раз.

Странно, но меня это даже умиляет.

Надо будет ей мой пиджак потом отдать. И, возможно, предусмотрительно забыть там кое-что в кармане…

Мальцева настороженно смотрит на меня, но не решается напомнить, что я ей вопросы должен задать.  

Нет, это точно не станет нашей первой и последней встречей. Помнится, я её однокурсникам обещал, что не сдаст мне Ира с первой попытки, что не допущу её. Так почему бы не выполнить обещание? В конце концов, так справедливо будет.

— Не спеши с этим. У тебя ни одного посещения, а твои однокурсники и практические работы делали, и на семинарах работали. Сделаешь парочку тех работ и ещё одну дополнительную — получишь допуск, — отбрасываю игривый тон, говорю строго и даже жёстко, чтобы спорить не вздумала.

Мальцева явно улавливает, что со мной лучше не спорить. И, кажется, ей это не нравится — девчонка хмурится, губы поджимает, с трудом сдерживается, чтобы не поспорить.

Вот чёрт. Ей идёт даже недовольство. Заводит, как она вынужденно гасит свой пыл, как смотрит на меня украдкой, когда думает, что не замечаю. Ох, сколько страсти в Мальцевой…

Я ведь сразу это прочувствовал.

— Неделя зачётов уже закончилась, — миролюбиво напоминает Ира. Вроде бы утверждает, а взгляд вопросительный, будто даже поддержки ищет. Внутренне мгновенно откликаюсь, внешне продолжаю строго смотреть, изображать непробивного преподавателя. — Сейчас одна неделя каникул, а потом экзамены.

— Раньше надо было писать мне, — безжалостно обозначаю. — И другое. Теперь уж имеем, что имеем. Чем быстрее сделаешь, тем быстрее  дойдёшь до самого зачёта.

Сухое «другое», напоминающее Мальцевой тексты сообщений, которые мне отправила, играет нужную роль. Девчонка тушуется, теперь даже в мыслях не бунтует.

— Хорошо, — виновато соглашается, глазки в пол опускает.

Ох, знала бы она, какие у меня ассоциации с этим её выражением…

Да Мальцева просто издевается надо мной. Столько всего за одну только встречу, ещё и блузка эта бесстыдная. Кстати, даже опустив взгляд, Ира не замечает, что её наряд становится всё более откровенным.

Потом скажу. Пока даю ей темы и задания.

— Жду сигнала о скорой встрече. Мой номер ты знаешь.

Совсем не тянет отпускать Мальцеву сейчас, но видимых поводов для задержки больше нет. А раз она, оказывается, принципиальная такая, тут подход нужен. Не буду сразу всё вываливать.

Как минимум, ещё парочка встреч у нас будет.

— А ограничения по срокам? — Ира часто моргает, почти не скрывая удивления.

Привыкла, что преподаватели обычно обозначают, как и что. Ну а меня подход другой.

Кардинально.

Ей ещё предстоит узнать, насколько…

— Их нет, но в твоих интересах поторопиться, ведь к экзаменам без моего зачёта тебя не допустят — ровно отвечаю, ведь пока мне надо держаться роли «занудного препода».

При этой мысли вспоминается её последнее сообщение. Сомневается она, значит, в сексуальных способностях нашей братии… Ну-ну.

Ира вздыхает, облизывает губы, а я не могу удержаться, чтобы не проследить за движениями  кончика её языка. А ведь поцелуя у нас так и не случилось, теперь жалею. Представляю, какой вкус и мягкость этих губ…

Чёрт, надо держать себя в руках, тем более что на этот раз от Мальцевой не ускользнул мой взгляд. Она мгновенно убирает язык и немного нервно спрашивает:

— Может, я вам эти работы просто по почте скину, а встретимся уже на зачёте?

— Нет, мы должны обсудить твои работы, — и бровью не веду. Поздно от меня прятаться, Мальцева.— И я поспрашиваю по ним.

Она по-детски морщит нос, но, конечно, не находит возражений.

— Я поняла, — неохотно соглашается, к двери разворачивается и через плечо бросает. — Ну, до свидания тогда.

— Мальцева, — с ласковой усмешкой тут же окликаю.

Тот ещё кадр эта девчонка. Ведь реально пошла бы так сейчас по улице.

Ира оборачивается и хмурится, смотрит на меня с нетерпением.

— Сколько я тебе за блузку должен? — вкрадчиво интересуюсь, игнорируя волны исходящего от неё недовольства.

Ещё раз многозначительно окидываю взглядом открывшийся кусочек груди, вот только на этот раз долго пялиться мне не дают — Мальцева тут же вспыхивает, руками закрывает. Так и чувствую, как Иру сейчас разрывает от самых разных эмоций в мой адрес. Но и смущается ведь тоже. И от того, что напомнил про момент, при котором блузка пострадала, и от того, что смотрел туда всё это время.

Хотя злится сильнее. Что набросился, не сказал, обнаглел, не стыжусь этого и всё такое.

Этот её быстрый пылающий взгляд на меня просто бесценен.

— Возьму зачётом, — надо отдать Мальцевой должное, быстро перестраивается, умело сдерживается.

Усмехаюсь, качаю головой. Так просто Ира от меня не отделается.

— Я лучше такую же тебе сам куплю, — говорю, одновременно подходя к креслу, на которое повесил пиджак. Проверяю карман, убеждаюсь, что всё на месте, протягиваю одежду ей. — На вот, мой пиджак надень, а то непорядок в таком виде по улицам ходить.

Вызывает улыбку, как осторожно Мальцева берёт пиджак. При этом продолжает скрывать дырку в блузке. Но хорошо хоть не спорит, принимает. У неё и выбора особо нет.

А ей идёт. Мило смотрится. Сразу видно, какая она маленькая по сравнению со мной.

— Иди уже, — тороплю, пока совсем не поплыл.

Она тут же поспешно запахивает пиджак, и, придерживая его руками, поспешно выходит. Походка быстрая, совсем не соблазнительная, но всё равно отвести взгляд не могу.

Ох, Мальцева…

От лица Иры

Пиджак Дмитрия Сергеевича всё время нашего разговора на кресле провисел, но каким-то образом умудрился сохранить тепло. По крайней мере, меня словно обволакивает мужской энергетикой, согревает при этом. Словно это не просто предмет одежды, а объятия, покровительственные и надёжные. Странное ощущение, учитывая, что обладатель этого пиджака выбесил меня так, как давно и никто этого не делал!..

Мало того, что Дмитрий Сергеевич легко поверил в серьёзность полученных сообщений, согласился на «предложение» студентки, набросился и лапать начал, так ещё и порвал мне блузку, знал это, но до последнего не сообщал! Пялился нагло, гад. Я тоже хороша, слышала же треск ткани, но мозги отключились проверить, что там с одеждой.

В итоге я ещё и зачёт не поучила, зря только учила и проторчала в универе, пока другие сдавали. Вот и смысл был меня до последнего мариновать, чтобы послать потом?..

 Горько усмехаюсь, открывая дверь своей квартиры. Да понятно, какой там для Дмитрия Сергеевича толк был. Этот его взгляд… Прикосновения, даже от воспоминаний о которых кожу прожигает… Как назло, наглый преподаватель ещё и чертовски хорош собой, вот я и не сразу разум обрела в той ситуации. Причём, уверена, Дмитрий Сергеевич прекрасно знает о своей привлекательности, потому и привык получать всё, что захочет. Переспать со студенткой, которую до этого ни разу не видел? Да не проблема. Ему хватило парочки сообщений, чтобы прийти к такому решению. И ведь сомнений даже не было, что что-то пойдёт не так! Помню, как у меня допытывался, о деталях спрашивал, не верил, что ошибочка вышла.

Ещё даже не раздеваясь, мою руки и сразу включаю ноутбук. Чем скорее я сделаю его долбанные задания, тем быстрее вычеркну этого человека из своей жизни.

Сбрасываю с себя пиджак, но лёгкое очертание чего-то в кармане вдруг задерживает взгляд. Некоторое время замираю, не зная, а стоит ли посмотреть, что там. С одной стороны — да наплевать, это же просто преподаватель, что бы там ни было, меня не касается. С другой… Любопытно почему-то. Хотя не замечала ярких проявлений этой черты за собой раньше. Она была, конечно, но не до крайностей. Уж по карманам ничьим никогда не лазила.

Но зачем-то делаю это сейчас. Ну а что, Дмитрий Сергеевич и похуже себя вёл, гораздо более дерзко в моё личное пространство влезал. Этим и оправдываюсь.

М-да… Увидев то, что там у него лежало, я больше совсем не чувствую никакого чувства вины из-за того, что залезла в чужой карман. И даже из-за того, что сообщения не туда отправила — да этот извращенец и без них нашёл бы повод пристать, если бы захотел!..

Какой нормальный преподаватель носит с собой презервативы?

Почему-то жар приливает к щекам, когда замечаю, что они для внушительного размера. Невольно представляю Дмитрия Сергеевича без одежды…

Причём в моём воображении он всё с той же хитрой ухмылкой и жадно скользящим по мне взглядом нависает надо мной. И я там почему-то совсем не против, вниз смотрю, оценивающе презерватив на него примеряю…

Чёрт! Сильно мотаю головой, дыхание спирает. Умом понимаю, что фантазии всегда остаются фантазиями, и непрошенные мысли бывают чуть ли не о первом встречном, а тут меня ещё и провоцировали на них. Но учащённое биение сердца не так уж просто успокоить.

Особенно, когда до меня доходит, почему Дмитрий Сергеевич взял с собой презервативы. Я ведь ему писала накануне. У него, получается, даже мыслей не было о том, чтобы отказаться от моего предложения.

Судя по всему, о принципах и субординации этот наглый красавчик мало что знает.

Всё сходится — он и пригласил меня после всех, одну, и подготовился к встрече. Причём, судя по всему, собирался задержать меня надолго. Презерватива два, но что-то мне подсказывает, что и это его бы не остановило.

Быстро бросаюсь к ноутбуку, пока воображение не стало бы мне подсказывать, какие способы Дмитрий Сергеевич реализовал бы после использования презервативов.

«Ребят, у кого есть практические по истории, если не жалко, скиньте. Меня без них не допустят», — на эмоциях пишу в чат однокурсников.

А ведь такая мысль и в голову не приходила раньше, по пути домой, например. А теперь чётко понимаю — чем скорее я распрощаюсь с этим зачётом, тем лучше и спокойнее мне будет.

На этот раз несколько раз смотрю, туда ли отправляю. Хотя чат во вконтакте, а Дмитрий Сергеевич у меня в вотсаппе. Но после всех сегодняшних приключений нервишки уже порядком шалят. Предпочту перестраховаться, по крайней мере, пока с этим преподом не распрощаюсь.

Староста откликается, скидывает работы. Добрая душа. Я, конечно, не буду нагло списывать — подкорректирую на своё усмотрение, просто скелетом воспользуюсь, заодно и почитаю в процессе. Но это в любом случае будет проще и быстрее, чем с нуля писать. Мне и так ещё дополнительную работу делать, которой у других однокурсников нет.

***********

К вечеру уже заканчиваю с работами, которые староста прислала. Где нужно, я подправила, попутно подучила. На вопросы уж точно отвечу.

Вот только ту, другую работу, пока делать не хочу. Там мало того, что с нуля писать, так и без того уже перегрузилась информацией. Не хочется ударить в грязь лицом. Не знаю, почему. Наверное, чтобы Дмитрий Сергеевич уяснил, что я ему не объект для приставаний, а очень даже смышлёная студентка, по уважительной причине пропускающая его не так уж важные для моей специальности пары.

Кстати об уважительной причине — на работе мне дали отпуск для сессии. Экзамены начнутся через неделю, так что пока у меня только история и свободное время. Так почему бы не насладиться вторым? Хоть отвлекусь.

Вроде бы однокурсники сегодня собирались отметить пройденный в виде сданных зачётов рубеж. Оно, конечно, не ко всем относится, и я среди должников, но почему бы не повеселиться.

Поздно я заявлюсь, конечно. Ну да ладно, все свои, третий курс всё-таки. Я помню, что подобные тусовки у нас всегда затягиваются, а сейчас ещё десяти вечера нет.

Пишу в чат, выясняю, что сегодня все у Лёши тусуются. Хм, необычно, парень не особо компанейский. Я ожидала, что все опять к кому-то в дом завалятся, но к нему… Причём это квартира, а не дача, например.

Ну да ладно. Попутно разберусь. Надеваю джинсы, жёлтую кофточку с длинными рукавами, в общем, не наряжаюсь особо. Вечереет, может быть холодно, да и некого мне там очаровывать.

При этой мысли некстати Дмитрий Сергеевич вспоминается, причём его жадный взгляд перед тем, как я оказалась прижата к двери в плену горячих рук. Мотаю головой, хмурюсь. Машинально смотрю на лежащий возле комода пиджак. Поджимаю губы — теперь память воспроизводит найденные презервативы.

Жарко становится. А потом возмущением опять накрывает, хотя думала, что уже успокоилась.

Так всё, мне, кажется, пора. Запихиваю пиджак в шкаф, даже не глядя, куда именно. Поспешно обуваюсь в кроссовки и выхожу. В чате написали, что меня ждут, и веселье только начинается.

*******

— А почему, кстати, мы на этот раз у Лёши собрались? — спрашиваю, обращаясь ко всем.

Мы уже достаточно тут сидим, чтобы я окончательно расслабилась. Причём во всех смыслах — выпитое вино тоже развязывает язык, добавляет лёгкости.

Некоторые пьют что покрепче, но я не решаюсь. Не самый стойкий переносчик алкоголя.

— Как, ты не знаешь? — ухмыляется сам хозяин квартиры, который тоже уже порядком осмелел. И тут же спохватывается, добавляет. — А, ну да, ты же в универ нифига не ходишь… В общем, оказалось так, что я — сосед Орлова. Причём случайно это узнал, столкнулся в лифте однажды, а он, оказывается, этажом ниже живёт.

Кажется, недоумение на моём лице слишком красноречиво, потому что мне даже нет нужды задавать вопросы.  

— Орлов — это историк наш, — снисходительно поясняет Лёша. — Ну, мы сегодня ему сдавали. Историю, знаешь. Это такой предмет…

Одноклассник продолжает, но мне уже нет дела до его стёба. Воздуха как-то автоматически хватать перестаёт. Делаю большой глоток, а пальцы, держащие бокал, чуть вздрагивают.

Опять он. Кажется, сегодня от Дмитрия Сергеевича мне не скрыться. День начался с него, заканчивается им же. Пусть и в разговорах, но всё же.

Да и дома у меня не лучше — там пиджак его лежит.

— В общем, мы решили специально до утра шуметь, чтобы он не выдержал и пришёл к нам с воспитательной беседой. А там попросим остаться. Круто будет, если нас увидит, — тем временем, беззаботно и с азартом сообщает мне Рита.

Что?..

Бросаю взгляд в окно — там уже ночь. Я собиралась утром уехать, как-то не тянет шастать по дворам в темноте. Есть вариант с такси, конечно, но зарплату задерживают, а предыдущую уже почти всю истратила. Что-то осталось, конечно, но банально на продукты.

— Тупой план, — говорю резче, чем собиралась. — Зачем будить людей?

К счастью, никого мои слова не задевают — тусовочка в самом разгаре, у всех всё слишком хорошо для обид. Это только мне одной от новостей не по себе становится.

— Мы тут только друг к другу в максимальной слуховой доступности, остальные соседи с другими в этом плане взаимодействуют. И, скажу я тебе, Димка наш тоже любит отрываться. Девчонок водит, а они стонут громко. Так что я это ему и припомню, если возмущаться начнёт, — запальчиво убеждает Лёша.

Рука сама собой к вину тянется, ещё налить. А что ещё делать, когда фантазия красноречиво иллюстрирует слова однокурсника про стоны, да к тому же сплетая это с моментами в кабинете…

Нет, Дмитрий Сергеевич, катитесь к чёрту из моих мыслей. Вместе с девками вашими стонущими. Я их коллекцию ни за что не пополню.

— Ну он не начнёт, я уверена, — где-то на фоне встревает в Лешины выводы Рита. — Свой человек. Мы вообще думали просто так ему предложить…

Может, всё-таки потратиться на такси?..

Зарплата должна прийти буквально со дня на день. Задержка пока со вчерашнего, и компания уже занимается этим вопросом. Да и с продуктами могу чуть прижаться, если что. Необходимое и с учётом такси уж точно куплю.

Ещё раз бросаю взгляд на окно.

Эх, вот вообще не тянет... Только пришла, расслабилась, а тут такой облом. Может, необязательно сбегать? Что если не все собравшиеся приветствуют идею позвать сюда историка?..

— Тусить с преподами, какими бы они были… — многозначительно не договариваю, скептически качаю головой, слегка морщусь, всем своим видом даю понять, что идея так себе. Тухляк, иными словами.

Пробегаюсь взглядом по однокурсникам, надеясь увидеть согласие в чьём-то взгляде. Но то ли выпитого достаточно, чтобы расфокусироваться, либо тут только поддерживающие компанию Дмитрия Сергеевича. Ну, может, ещё парочка пофигистов.

— Ой, ты просто не знаешь его, — отмахивается всё та же Рита. Что-то она тут больше всех впрягается за историка, не удивлюсь, если запала. Да и одета, кстати, в облегающее платье, макияж яркий. — Да и мы ему уже не студенты, так что даже чисто со стороны субординации всё нормально.

Вздыхаю. Кажется, противоположную точку зрения тут некому выражать, кроме как мне. Остальные вообще по большей части пассивно прислушиваются. Некоторые, наверное, уже слишком накидались, чтобы интересоваться хоть чем-то. Это ведь только я совсем недавно пришла, часть из ребят уже разойтись успела, часть вырубилась прямо здесь, остались лишь самые сильные и упорные.

И вот как раз упорность эта — проблема сейчас.

— Тут не все ещё сдали, — нахожусь с ответом я, случайно бросив взгляд на Антона. Ему первому вчера незачёт поставили, насколько помню. — Подумайте, как мы потом будем к нему на отработку идти?

Антон, увы, из тех, кто уже никакой сидит. И бровью не ведёт ни на мой взгляд, ни на слова.

— Большинство сдали, — возражает мне Лёша. — Ну а вы не парьтесь, вряд ли это на что-то повлияет. Нормальный мужик историк, отнесётся с пониманием. Сам студентом был.

— Да, и к тому же, не факт, что он вообще придёт, — вмешивается до этого молчавшая Оксана. Кажется, ей неловко, что тут все безмолвно с Лёшей и Ритой соглашаются. — Может, он с затычками спит, кто знает…

Я только и могу, что хмыкнуть. Очень слабо у меня Дмитрий Сергеевич, мирно пытающийся уснуть, в воображении рисуется.

Орлов, значит... Что ж, не самая редкая фамилия. И не самая скромная — как и её обладатель.

Снова вспоминаю горящий взгляд, коварную ухмылку и мурашки по коже. Последние, кстати, так отчётливо в памяти всплывают, что словно снова чувствовать их начинаю.

М-да... Чётко я знаю три вещи. Во-первых, с ребятами бесполезно спорить. Во-вторых, я не собираюсь отсюда уходить и позволять историку снова портить мне планы. В-третьих… Ещё не придумала, что в-третьих, но это как-то связано с тем, что я не хочу видеть Дмитрия Сергеевича до момента сдачи его долбанных заданий, а ещё с тем, что мне наплевать на него и никак его появление на меня повлиять не сможет, если состоится. Как эти две вещи связать в один пункт и реально ли, мой немного опьянённый мозг ещё не придумал.

В любом случае, я решаю забыть обо всём этом, активно включаюсь в самую разную движуху. Танцую, в твистер с ребятами играю, пью, веселюсь…

И в общем-то, забываюсь.

Но только до тех пор, пока не слышу вдруг звук звонка. Сердце как-то резко пропускает удар, а во рту пересыхает. Кажется, нужен новый глоток. Тянусь к бокалу…

— Пойду открою, — охотно поднимается чуть ли не затёкший в неудобной позе на полу Лёша, мигом забыв про твистер. И, кажется, не он один об игре больше не думает. — А вы пока не высовывайтесь.

Почему-то мне кажется, что всё это не предвещает ничего хорошего. Замечаю, как Петя поднимается и на цыпочках следом идёт, чуть в коридор выглядывает…

— Да, это он, — с довольным лицом высовывается к нам обратно, шёпотом сообщает. — Историк пришёл.

От лица Дмитрия Сергеевича

Неторопливо размешиваю ложкой сахар, усмехаясь. Обычно Лёша ведёт себя как шёлковый. Не верю, что эта шумиха из его квартиры — его инициатива. Нет, ну есть вариант, что парень обнаглел, получив мой зачёт, но вроде не идиот, чтобы нарываться в любом из случаев. Пересекаться ведь мы точно ещё будем. Да и уважает он меня, знаю наверняка.

Тут рука с ложкой сама вдруг замирает, а я дёргаю головой. Мне так остро послышался голос Мальцевой, что уже сомневаюсь в своей адекватности. Эта девчонка и так еле вышла из моей головы за делами, а тут вот опять. Ещё и смех этот… Не знаю, как, но вот уверен, что он Ирин.

Так, стоп. Почему сразу показалось? Это ведь и вправду может быть она. Шумиха из Лешиной квартиры вряд ли создана одним, двумя или даже тремя людьми. Вполне возможно, они там все собрались. Мальцеву включая.

В общем, не знаю, как так вышло, но вот я уже стою возле двери Лёши, на звонок нажимаю, даже не думаю уходить, пока не откроют.

Ну а что, имею право, мне спать, может, мешают. Особенно, мысли о наглой студентке…

— Дмитрий Сергеевич, — открыв, Лёша как-то подозрительно улыбается. — Здравствуйте!

Ну понятно, парень пьян. Не удивлюсь, если даже в первый раз, совсем на себя не похож. Хотя, судя по запаху, вливал в себя дешёвое пойло.

— Время видел? — хмурюсь.

Не то чтобы мне и вправду есть дело до их неумелого шума, но не спрашивать же его, тут Мальцева или нет.

— Простите, — немного тушуется Лёша. — Мы тут просто отмечаем окончание зачётной недели. Каникулы завтра, родители уехали…

Усмехаюсь — ну совсем лепечущий школьник. Хотя это для меня он так звучит. Не удивлюсь, если однокурсницы его воспринимают иначе…

Мало ли что тут у них творится в таком их состоянии.

Спрашиваю резче, чем собирался:

— Мы — это кто?

— Ну все наши, — хрипит Лёша. — Кроме Лены, Ларисы, Дениса и вроде ещё кто-то домой уходил… Не помню уже. Короче, почти все тут, сейчас вспомню…

М-да, то ли я с тоном пережестил, то ли он с напитками. Стоит тут, напряжённо раздумывает, словно зачёт мне опять сдаёт. Если Лёша так серьёзно к каждому моего вопросу относиться будет, то даже не знаю, как завуалированно узнать, тут ли Мальцева.

Понимаю, что глупо вообще приходить ради этой информации, ну да ладно. Зацепила меня Ира, что уж.

— Ладно, неважно. Я понял, — обрываю судорожные размышления парня. — И до скольких вы сидеть собираетесь?

На этот раз спрашиваю скорее для отвлечения внимания. Лучше сам разберусь, кто здесь, а кто нет. Они там в соседней комнате, чуть притихли, но некоторых уже различаю. Только Мальцевой пока не слышно.

— Собирались как минимум до утра, — на этот раз Лёша быстро ориентируется с ответом, да ещё и мой взгляд в сторону комнаты перехватывает. И с энтузиазмом предлагает. — А давайте с нами! Мы тут почти все уже не ваши студенты, сдали.

Ух ты, неожиданное предложение. Причём, судя по всему, искреннее, а не тупо из-за того, что пришёл отчитывать.

Некоторое время размышляю, настолько ли я слетел с катушек, чтобы зависать с малолетками, которые были мои студентами ещё сегодня утром, или всё же сохранил зачатки разума. Я же с ними ещё пересекаться в универе буду, да и вообще… Не моя это компания, да и я к ним не вписываюсь. Одно дело — по-свойски вести себя с ними на парах, другое — чуть ли не друзьями с ними становится.

Несерьёзно это как-то. И не то чтобы я такой дофига серьёзный, но всё же предпочитаю разграничивать работу и личное.

Усмехаюсь этому выводу, вспомнив Мальцеву. И, кстати, она — причина, по которой до сих пор ответ не дал, стою тут, слушаю всё новые уговоры Лёши и размышляю, что такого случится, если попробовать…

— И кто составляет это почти? — перебиваю собственные мысли. К счастью про «почти всех» сдавших он повторяет достаточно часто, чтобы понять, о чём вопрос.

Лёша оглядывается, размышляет и тут же спохватывается.

— О, вот Ира Мальцева, например, — говорит, не сразу повернувшись ко мне, и глядя чуть в сторону. Тоже смотрю туда… Мальцева скромно выходит из комнаты, прямо к нам направляется. — Ещё Антон…

Я уже не слушаю, что там Лёша говорит, смотрю на Иру. Она идёт неуклюже, но с каждым шагом всё более решительно. Неужели меня встречать вышла? Взгляд у неё пустой немного, в сторону направлен.

— Мальцева, а ты не рано окончание зачётов отмечать собралась? — усмехаюсь, к ней обращаюсь, смотрю пристально.

Щёки у неё чуть загораются, взгляд становится более осмысленным — на меня снова злятся. И за что на этот раз?

Хотя неважно. Нравятся мне её эмоции. Любые.

— Я уже ухожу, — бурчит Ира, добравшись, наконец, но не до меня, а до кроссовок.

Оказывается, туда она шла.

— Ты уверена? — вмешивается Лёша. — Мы тут это…

Но он даже договорить не успевает — Мальцева довольно резко, хоть и пошатываясь, просто к двери идёт. Напролом, каким-то образом умудрившись юркнуть мимо меня, чуть задев.

Нравится мне её свитер. Домашний такой, уютный, тёплый, наверное. По крайней мере, там, где меня коснулся, становится как-то горячее.

Так… Далеко Мальцева в таком состоянии не уйдёт, а пускать её сейчас одну — идиотизм.

— Короче, всё, закругляйтесь, — жёстко заявляю Лёше, строго в глаза смотрю, чтобы дошло. — Чтобы через десять минут я вас тут не слышал. Либо тихо сидите, либо спать ложитесь.

— Ну Дмитрий Сергеевич, мы думали, вы с нами… — потерянно и жалобно канючит Лёша.

Кажется, кто-то ещё выходит из комнаты и тоже что-то говорить, но я не собираюсь тут прохлаждаться и выслушивать всё это. У меня там Ира уходить собирается, дурочка, в таком состоянии в ночь.

— Думать в таком состоянии бессмысленно, — пресекаю я. — Я всё сказал, а вы услышали.

Разворачиваюсь, ухожу. К счастью, у моих бывших студентов хватает мозгов не идти вслед — скоро за мной закрывают дверь.

А я выхожу из общего коридора к лифтам. И предсказуемо застаю Мальцеву прислонившейся у стенки с закрытыми глазами. Ещё чуть-чуть и сползёт.

Кажется, только она может так мило выглядеть в опьянённом состоянии. Такая беззащитная, растерянная, трогательная… Косметики на лице почти нет, одежда закрытая, а я с трудом сдерживаюсь, чтобы перестать пялиться.

Так, ладно. Кажется, ей совсем плохо. И зачем только домой решила уйти в таком состоянии?

Хмурюсь, вдруг резко осознав, зачем. Ира ведь слышала, как Лёша звал меня с ними остаться. Сбежала от меня?..

Попыталась, вернее. Но от меня не скрыться, пусть привыкает.

— Ну всё, Мальцева, — ласково проговариваю, шагнув к ней. — Со мной пойдёшь.

Она только вздрагивает на мой голос, но даже глаза не открывает. Кажется, кто-то ну очень перебрал. Ну ещё бы, хрупкая такая, а у Лёши там ещё и алкоголь сомнительный.

Больше даже и не пытаюсь до неё достучаться, просто подхожу и на руки беру. Лёгонькая она, тёплая. Не похоже, что ей плохо, скорее всего, скоро дурман рассеется и девчонка в себя придёт. Правда, к тому моменту уже заснёт наверняка, сильно её клонит. Ну и ладно, так даже интереснее. Ведь мне ничего не помешает нести её к себе — ну а что, нужный адрес мне в таком состоянии точно не дадут, да и в любом другом вряд ли стали бы.

Слегка напрягаюсь, почувствовав, как Мальцева чуть шевельнулась в моих руках. Тело тут же отзывается — ощущаю чуть ли каждое наше соприкосновение, да ещё так остро, будто нас одежда не разделяет.

М-да… Секса у меня не так давно не было, чтобы так вштырило. Буквально на выходных прошлой недели снимал напряжение. Вот только это не так просто напомнить себе, особенно когда Ира неосознанно кладёт голову мне на плечо в доверительном жесте. Я ведь даже не помню, с кем тогда был… И вряд ли смогу, бесполезно это сейчас, когда все мысли Мальцевой пропитаны.

Хорошо, что нас с Лёшей один лестничный пролёт разделяет. А то совсем как озабоченный школьник, девчонку на руках спокойно нести не могу.  

Мальцева настолько худенькая, что никаких проблем нет с тем, чтобы одной рукой дверь открыть, а второй её продолжать удерживать. Тем более что и она меня обнимает за шею, помогая с этим делом. Ну не сама так решила, конечно. Это я её руки туда расположил, а Ира и убирать не стала. Вряд ли вообще соображает сейчас.

Она и в трезвом состоянии не особо ориентируется, не то что сейчас. Усмехаюсь, вспомнив казус с блузкой. Да ещё и сообщения эти… Забавная она, Мальцева.

Вот только совсем не до ухмылки становится, когда опускаю её на кровать и вдруг понимаю, что с такими выкрутасами девчонка могла вляпаться по-настоящему. Да хотя бы на этой их тусовке мог бы оказаться какой-нибудь придурок, которому лишь бы присунуть, неважно кому и в каком состоянии.

Мальцева ведь совсем в отключке уже.

И от одной мысли о возможности чего-то такого коробит по жёсткому, даже сам не ожидал. Пробирает чуть ли не до костей, руку неосознанно в кулак сжимаю, словно кто-то уже обидеть девчонку успел.

Вот и нафига Ира вообще туда пошла и напивалась? Лучше бы историю учила, я же спрашивать буду. Отмечать сданные зачёты вздумала она, как же.

— Эх, Мальцева... — зачем-то вслух говорю, поправив съехавшую ей на щёку прядку.  

Интересно, как будет правильнее поступить? Просто накрыть её одеялкой, и, как самый настоящий джентльмен, удалиться в другую комнату на диван? Или всё-таки вначале раздеть?

Лето на улице уже, да и Мальцевой завтра без того может быть плохо. Ночью наверняка душно станет. И да, это говорит во мне здравый смысл, а не какая-то там похоть. Что я, голых девчонок не видел, что ли…