Не злите ведьму, она может влюбиться!

— Что скажешь? – с некоей настороженностью спросил меня темнейший лорд, он же ректор темной академии Тауфон.

Сказать хотелось многое, да вот только лорд не оценил бы. Не любит он когда студенты при нем грубо ругаются.

Пришлось подавить желание послать уважаемого ректора в смертельные топи с кикиморами связи налаживать и спросить:

— Я — ведьма. Вы понимаете это?

— Конечно. Ты самая одаренная ведьма за всю историю ведьминского факультета, – опустился до лести лорд Этьер. – Именно из-за твоих способностей я и выбрал тебя.

Да неужели?

Не сдержавшись, хмыкнула. Лорд Этьер думает, я поверю в это?

Явно ведь решил отомстить!

— Это всё из-за случая с демонологами? – не желая гадать, спросила прямо.

Демонологи постоянно задирали ведьм, считай, сами напросились. Да и если откровенно, не так уж и сильно они пострадали – всего-то пару дней в лазарете просидели, пока действие моего изменяющего зелья не сошло, и вернулись к учебе. Сущий пустяк. Я была само милосердие! Зато теперь при виде ведьмочек перестали зубоскалить и неуместно шутить. Ходить с рогами, дополнительными конечностями в виде хвоста или жала – тут кому как повезло — и обильной растительностью на теле демонологам не очень-то понравилось.

Таким образом я напомнила им и другим студентам, что ведьминский факультет сила, с которой нужно считаться.

— Разумеется, нет, – ответил ректор почти без запинки.

В его «нет» так и слышалось «ДА!». Впрочем, может, и не в демонологах дело.

— Тогда из-за случая с лабораторным кабинетом? – приподняла бровь, вспоминая последние свои прегрешения.

С лабораторным кабинетом действительно вышло некрасиво. Причем в прямом смысле «некрасиво». На очередном практическом задании предстояло приготовить зелье-завесу. Мне показалось задание слишком легким, я быстрее всех справилась и маялась от скуки, и, наверное, из-за этого мне пришла идея видоизменить зелье. Интуитивно подобрав ингредиенты, тайком, пока магистр Сайли не видела, я начала улучшать зелье-завесу. Всё шло как надо – зелье бурлило, меняло цвет и в целом не подавало признаков опасности. Ровно до момента, пока я не забросила последний ингредиент – измельченный в пыль болотный камень.

Заметив, как зелье приобрело угрожающий ярко-красный цвет, а следом начала нарастать вибрация в котелке, я громко закричала: «Прячьтесь!». И сама же последовала своему совету, бросившись к единственному шкафу в лабораторном кабинете.

Взрыв был сильным. Когда пришло время выбираться из шкафа, я решилась далеко не сразу. Меня откровенно потряхивало от страха увидеть тела своих однокурсниц, но благо магистр Сайли была опытной ведьмой, она вовремя успела поставить защиту, тем самым защитив ведьмочек. 

А вот защитная сеть, окутывающая лабораторную, к сожалению, не устояла под силой моего зелья.

И позже я задавалась вопросом: «Это какой силой обладает магистр Сайли, раз сумела в считанные секунды создать столь прочный щит, выдержавший разрушительную мощь?». А мощь действительно была разрушительной, лабораторный кабинет был полностью уничтожен. Кроме обгорелых стен и шкафа из редкого магического дерева – в котором пряталась я – ничего не уцелело.

— Нет, – совершенно невозмутимо покачал головой ректор, еще больше укореняя во мне убежденность в желании отомстить за всё хорошее, что я сделала для академии и её обитателей.

— Неужели дело в кураторе Виллиан? – прищурившись, спросила. – Хочу сразу заметить, куратор сама виновата в произошедшем. Я не заставляла пить моё зелье, это было полностью её решением.

С куратором Виллиан у нас была взаимная антипатия. С чего она началась, не скажу, попросту не помню. Да это и не важно, главное то, что я не единожды утирала ей нос, когда она в очередной раз решала усомниться в моих талантах. Наверное, оттого куратор Адалинда Виллиан с такой откровенной самоотдачей и рвалась проверять мои зелья, в тщетной попытке подловить на неудаче и опозорить.

Хотя должна отдать ей должное, куратор никогда не играла грязно. Всегда честно, пусть и недовольно, признавала мои успехи.

Так было долгое время, я привыкла к её придиркам и проверкам и, видимо, расслабилась. И впервые допустила ошибку. До обидного нелепую, но всё же ошибку. Отвлеклась и…

— Ты затеяла спор и вынудила её выпить зелье, – теперь уже темный лорд прищурил темные как ночь глаза.

Вернувшись к реальности, хмуро взглянув на ректора произнесла:

— Куратор сомневалась во мне, я лишь хотела доказать, что она не права и я способна создать зелье для роста волос меньше чем за час.

Зелье для роста волос по сути своей не сложное и я была уверена что справлюсь. И я справилась, только из-за поспешности кое-что упустила… 

— И? Доказала?

Вот тут пришлось потупиться. Внезапно стало стыдно из-за собственной оплошности.

 Зелье я создала, вот только не для роста волос…

— Ей и без волос неплохо, – пробурчала я, глядя исключительно на свои лакированные туфельки.

Подумаешь, забыла корешок расти-травы добавить в зелье… С кем не бывает? Даже лучшие совершают ошибки. В конце концов, я спешила.

— Может, ты тогда тоже свою отраву, – вскидываю осуждающий взгляд, и ректор нехотя исправляется, – своё зелье попробуешь?

— Зачем? – искренне удивившись, поинтересовалась. — Мне уже известно, как оно работает. Магистр Виллиан тому живой пример.

Темный лорд прикрыл глаза явно в попытке справиться с охватившим его гневом. Я, будучи ведьмой уже опытной, частенько получавшей нагоняй от ректора, знала, когда темный лорд злится. 

— Ладно…— выдохнул ректор и даже сумел улыбнуться. Правда, улыбка больше на оскал голодного волка похожа была. Ну разве стоит на этом заострять внимание. — Вернемся к теме, из-за которой ты здесь. Светлая академия в этом учебном году хочет усложнить жизнь своим выпускникам, поэтому ректор Райд подал запрос королю. Светлой академии нужно несколько темных магов с последних курсов для совместного обучения и прохождения выпускных практических заданий со светлыми. По возвращению ты получишь диплом с пометкой о дополнительном образовании в светлой академии. Разве это не заманчиво?

Абсурд! Полнейший. Темные и светлые несовместимы, не зря ведь учимся в разных заведениях. Да и на кой мне в дипломе пометка об учебе в светлой академии? Ни разу не заманчиво!

— Как вы себе это представляете? – сохраняя видимое спокойствие поинтересовалась.

— Я — никак. А вот ректор Райд… он любит экспериментировать.

— Вот пусть на своих студентах и экспериментирует. Темные-то при чем? – вполне законно возмутилась я.

— Король одобрил идею совместного обучения темных в светлой академии, – «обрадовал» ректор.

— Не поеду, – категорично отказалась.

— Поедешь, – настаивает темный лорд.

— Не заставите! Не имеете права!

— Хорошо, – как-то быстро сдался ректор. И спустя миг я поняла почему. – Можешь не ехать. Но тогда я буду вынужден доложить Совету ведьм обо всех твоих… успехах. Боюсь, терпение совета не так велико, как моё, ты можешь так и не закончить учебу.

А вот это подло!

 — К угрозам прибегли, – сжав кулачки, процедила сквозь зубы.

Ну, темный… ни совести, ни стыда! Знает ведь, что Совет ведьм спит и видит, как меня в свои ряды затянуть.

А я не хочу. Я что, глупая — на свои плечи такую ответственность взваливать? Пусть ведьм рождается мало, но всё же они есть, и Совет обязан заботиться о нас, защищать и наставлять.

— Ну так что? Поедешь? – откидываясь на спинку кресла, спросил ректор, уже зная, что победил.

— Вам совсем не жалко светлую академию? – предприняла последнюю попытку остаться на своей территории.

Совет ведьм состоял исключительно из самых неприятнейших ведьм, в числе которых была моя достопочтимая бабушка, желавшая, чтобы я пошла по её стопам. Уважаемая ведьма решила, раз с дочерью не вышло – слишком упрямая и неуправляемая получилась – так с внучкой выгорит, совершенно не учтя, что внучка характером вышла поупрямее матери и бабушки.

— Свою академию мне жальче, – нагло заявил темный лорд, не моргнув и глазом. – Ты ходячее бедствие. Причем стихийное. Мне нужно перевести дух.

— Потерпите годик, я выпущусь, и переведете дух, – ласково, насколько способна в данных обстоятельствах, произнесла. И глазками похлопала.

Ну же, сжальтесь надо мной…

— Через год мой дух в мир иной отойдет! – ни на грамм не проявив сочувствия, возмутился ректор. — С твоими проделками у меня седина появилась, а я отнюдь не слабый нервами мужчина!

Вот тут я могла бы поспорить, но разумно не стала. Просто нервы у нашего ректора не такие уж и крепкие, как он заявлял. Уже порядком расшатанные.

— Побудь хорошей ведьмочкой, хоть раз. Поезжай к светлым, потрепи нервы им. У их ректора на зависть шикарная шевелюра, без единого седого волоска.

Не поняла, это темный лорд так намекает, чтобы я вплотную занялась светлым ректором? Хочет таким образом подг… усложнить жить коллеге по несчастью?

Боюсь, если темный лорд не выдержал меня, то светлый и вовсе не справится… Светлые — они такие… светлые. У них тонкая душевная организация. По крайней мере, так нам рассказывала магистр Сайли.

А не верить ей причин нет. Магистр Сайли одно время тесно взаимодействовала со светлыми. И когда она рассказывала про те времена, всегда сетовала на них. Говорила, что светлые очень уж ранимые. Заботу темных – особенно ведьм – совершенно не умеют воспринимать адекватно, а ведь магистр старалась, лучшими зельями из своего арсенала их потчевала.

Ну, то, что зелья были непроверенными и с кучей побочек, магистр Сайли считала не стоящим упоминания. А как еще ведьме было защитить диссертацию по теме «Влияние темных зелий на светлых магов»? Очередей из подопытных под дверями магистра не стояло.

И вот тогда совсем отчаявшаяся ведьма и вступила в объединенный отряд по борьбе с демоническими тварями. Всё ради диссертации!

Сражаясь бок о бок со светлыми, магистр Сайли получила так необходимых ей подопытных. Светлые, разумеется, о том, что они подопытные, узнали далеко не сразу, а когда поняли – было поздно. Ведьма проверила на них все, что было нужно, и даже больше.

К слову, диссертацию магистр защитила на отлично!

И вот чему я у светлых научусь? Смогу ли я совершенствоваться в приготовлении зелий? Может, мне пойти по стопам магистра и начать на светлых студентах опыты ставить?

— Травить светлых нельзя! – словно догадавшись, о чем я думаю, строго произнес ректор.

И я уныло вздохнула.

Вот что делать бедной-несчастной ведьмочке, которая всего-то мечтает получить диплом и открыть свою лавку, в светлой академии?

— Может, не надо? – жалобно протянула.

Жуть как не хотелось ехать к светлым. Я ведь от скуки совсем умом тронусь. Могу что-нибудь посерьезнее учудить, чем в своё время магистр Сайли. 

— Надо! – отрезал ректор и, чтобы показать степень твердости своего решения, добавил: — Либо к светлым, либо отчисляйся!

Кабинет темного ректора я покидала с понурой головой и засевшей обидой в душе.

И вот эта обида не дала мне спокойно отбыть к светлым в положенный срок.

— ЯРИНА ФЭЛЛ! – взбешенный голос темного ректора разнесся по всей академии, нагнав меня в портальном зале.

Ужасное настроение, в котором я пребывала всё это время мгновенно улучшилось, и когда пришла моя очередь отбывать, я уже счастливо улыбалась.

К слову, кроме меня, к светлым отправилось еще двое темных. Один был некромант – видела, как под его черной мантией что-то шевелилось. Наверняка тушку какого-нибудь мертвого животного оживил и с собой прихватил. А вот второй был проклятийник. Только они при виде ведьм так кисло улыбаются. Неблагодарные! Да только благодаря ведьмам у них работа имеется. Не проклинай ведьмы направо и налево, на кой их специальность сдалась бы? Демоны, чьи проклятья столь же эффективны, что и ведьминские, давно покинули наш мир. А больше качественно, как мы, никто проклинать не умеет.

Демоны мир-то наш покинули, а вот тварей, созданных ими же, оставили. И теперь темные и светлые были вынуждены бороться с ними.

— Что на этот раз учудила? – вырвав меня из задумчивости, спросил Питер Чан, дежуривший сегодня в портальном зале.

— Изменяющее зелье для ректора приготовила, – стараясь не рассмеяться, ответила, дожидаясь настройки портала.

Дело в том, что изменяющие зелья в моем исполнении всегда имели непредсказуемый эффект. Об этом вся темная академия знала. Как и о том, что действие такого зелья держалось дольше, чем должно. Вместо пяти часов – несколько суток.

— Отчислит ведь. Не боишься?

— Не сможет, – хмыкнула. – Я теперь студентка светлой академии.

— Удачи, – летит в спину, когда я вхожу в портал, а следом тише: — Светлой академии.
Дорогие читатели, добро пожаловать в НОВИНКУ!
Давайте вместе сделаем так, чтобы об этой истории узнало как можно больше читателей.
Для этого всего лишь нужно - поставить звездочку/нравится книге (если она вам понравилась).
Это Оче-е-нь важно. Для меня как для автора и для самой книги)). 

— Потомственная ведьма, – брови светлого ректора Элиота Райда поползли вверх, стоило начать читать личное дело, отправленное вместе со мной в новое место учебы.

Удивляться действительно было чему. Встретить ведьму и так большая редкость – слишком мало нас рождается. Встретить потомственную ведьму – плохая удача. Встреть потомственную ведьму в светлой академии – и вовсе что-то за гранью возможного.

Так было раньше, пока темный лорд-ректор, чтоб его к кикиморам забросило, не сделал это реальностью.

— Она самая, – растянув губы в улыбке, подтвердила.

— Первая на курсе, – продолжил знакомиться со мной светлый ректор, пока я, не стесняясь, знакомилась с ним.

Должна признать светлый лорд ничуть не уступал во внешности нашему темному лорду. Ректор Райд имел правильные черты лица, широкие брови, длинные темные ресницы, красиво очерченные губы… Красавец одним словом!

— Верно, – гордо кивнула, отвлекшись от изучения светлого.

Я просто сокровище. Светлый лорд обязан проникнуться моей уникальностью.

Проникнуться и испугаться!

— Уровень дара… — взгляд удивительно синих глаз впился в меня и принялся внимательно изучать. Так внимательно, что я хотела уже смутиться, да не вышло. Такое пристальное внимание льстило. – Темный лорд умеет мстить, – спустя недолгое время, хмыкнув, загадочно произнес ректор Райд, после чего его интерес угас. Он снова принялся изучать моё досье.

Пока новый ректор был занят, у меня образовалось время подумать. Тем более повод появился.

Выходит, не только мне пожелал отомстить темный лорд-ректор, но и ректору Райду. Если все так и между двумя ректорами есть какое-то недопонимание… мне может оказаться это на руку.

Стоило рискнуть.

— Кхм… — привлекаю внимание светлого ректора. – Лорд Райд, как много вы знаете о ведьмах? – решила зайти издалека.

— В общих чертах, – ответили мне весьма размыто.

— Вам известна одна довольно важная особенность ведьм? – подавшись корпусом вперёд, понизив голос, спросила.

— Что за особенность? – проявил интерес ректор.

— Мстительность, – не без удовольствия произношу, отслеживая реакцию светлого ректора. Страшно? – Ведьмы крайне злопамятны и мстительны. Пока ведьма не отомстит, спать нормально не сможет.

— Ясно, – серьезно кивнул лорд Райд и… снова уткнулся в досье.

Да сколько можно его изучать? Там не так уж и много информации, я заглядывала.

— Может… будет лучше если вы отправите меня обратно? — не желала сдаваться я.

— Зачем? – не поднимая глаз, спросил светлый.

Действительно не понимает?

— Для душевного спокойствия. Сами подумайте, зачем вам ведьма в академии. Ваши светлые студенты явно не готовы к моему появлению.

Он просто обязан оценить мою заботу о светлых. Ведь я не покривила душой, говоря всё это.

Светлые не готовы ко встрече со мной.

К некроманту с проклятийником, конечно, они тоже вряд ли готовы, но вот к ведьме… Точно не готовы. К нам даже в темной академии не все готовы были. Вон, до сих пор границы дозволенного проверить пытаются.

— Уверен, они справятся… с этим, – с улыбкой, от которой мне почему-то стало не по себе, заверил светлый ректор. – Взаимодействие светлых и темных пойдет обеим сторонам на пользу.

— Да какая тут польза? – не сдержавшись, эмоционально возмутилась я. – Светлые и темные не совместимы.

— Кто вам это сказал? Без света не бывает тьмы. Светлые и темные маги могут отлично взаимодействовать и дополнять друг друга. Мы все живем в одном королевстве и должны учиться уважать друг друга. Я верю, что при слаженной работе светлых и темных мы сможем добиться больших успехов в борьбе с демоническими тварями, нарушающими наш покой и безопасность.

Пробовали же уже, объединённый отряд светлых и темных просуществовал не долго. Распался всего спустя год. Причем со скандалом. И не малую роль в его распаде сыграла наша магистр Сайли увлекшаяся не совсем законными экспериментами над светлыми товарищами. 

Мы вроде сейчас и по раздельности не плохо справляемся, зачем вновь всё усложнять. С каждым годом все меньше и меньше тварей остается, того и гляди наступит день, когда не с кем сражаться станет.

— Добро пожаловать в светлую академию Алфис, студентка Ярина Фэлл.

Пока я отвлеклась на мысли, светлый ректор захлопнул и отложил моё досье.

– Надеюсь, вам здесь понравится.

Издевается? Понравится? Мне? Не смешно даже.

— А может, все-таки… — начала, но меня нагло перебивают.

— Удачи в учебе. А сейчас отправляйтесь в женское общежитие, для вас уже приготовлена комната. О правилах проживания вам подробно расскажет комендант.

Одарив светлого ректора таким взглядом, что заставил его напрячься, подхватила свой ядовито-зеленый чемодан и, не прощаясь, отчалила.

Не хочется светлым жить спокойно, что ж, кто я такая, чтобы останавливать их.

Посмотрим, как скоро светлый ректор пожалеет о своем решении оставить меня здесь!

****

Топая по лестнице на второй этаж, я продолжала восхищаться то ли смелостью, то ли глупостью – я еще не определилась, что именно это – коменданта женского общежития.

Сами посудите, ведьму поселить в одной комнате с целительницей, да это додуматься надо еще до такого комбо! С некромантом и то гармоничнее тандем бы получился.

Но нет, упрямая женщина, совершенно потерявшая страх перед ведьмой, упрямо стояла на своем – свободных мест нет. Либо жить с целительницей, либо под открытым небом.

Так и не добившись своего, я была вынуждена уступить и отправиться заселяться туда, куда сказали.

Когда светлая соседка увидела меня на пороге своей комнаты, то шокированно застыла на месте. И вот пока она пыталась осознать, что могла забыть в её комнате ведьма, я, поставив в уголок чемодан и метлу, скрытую под мороком, протопала к свободной кровати и упала на неё.

Фух… Подниматься по лестнице с тяжеленным чемоданом оказалось утомительно.

— Ты… кто такая? – наконец вернуло дар речи светлое создание.

— Ведьма, – не поворачивая головы, сообщила ей страшную правду.

— Вижу, что ведьма! – фыркнула она. – Я спрашиваю, что ведьма забыла в моей комнате?

— Жить тут буду. С тобой, – терпеливо объясняю недогадливой.

— Что?! – вопль, от которого захотелось ухо почесать, но… мне лень. – Я против!

— Я тоже против! – полностью разделяя эмоции светлой, произнесла. – Иди сообщи это коменданту, она меня слушать не стала.

— Вот и пойду, – решительно бросила целительница и буквально вылетела из комнаты.

Не было соседки довольно долго, минут тридцать, не меньше. Я даже стала верить, что она добьется успеха и нас расселят. Но увы, целительница не оправдала возложенных на неё надежд.

Вернулась она побежденной, но не сломленной. Сев на кровать, глубоко вздохнув, девушка решила наладить контакт.

— Я Силия Цэри. Факультет целительства. Третий курс.

— Ярина Фэлл. Ведьма. Выпускной курс, – не поднимаясь, представилась в ответ. Сообщать, что я потомственная ведьма, не стала. Зачем еще сильнее травмировать соседку. Ей и так не повезло.

Раз уж нам придется вместе сосуществовать, нужно хотя бы попытаться не поубивать друг друга. Мне следует проявить к бедняжке больше сочувствия.

— Я сильная целительница, – решила предупредить меня соседка.

И я ответила тем же. Предупредила.

— Я сильнейшая ведьма на своём факультете.

Предупреждён — значит вооружен. Я играю честно. Почти всегда.

Спустя миг я услышала бормотание соседки:

— За что это мне? Что я сделала, чтобы ко мне ведьму подселили?

— Может, с комендантом что-то не поделила? – предположила я, даже не догадываясь, что попала в цель.

— Ну… — замялась целительница. – Был случай… Но я ведь не специально! Случайно вышло. Я извинилась.

— Что за случай? – стало любопытно, и я даже соизволила сесть.

— Госпожа Тара как-то сильно простудилась, и я пообещала ей приготовить лечебный отвар… — начала рассказывать соседка и вдруг замолчала.

— И? – подтолкнула продолжить её я.

— И случайно перепутала лечебный отвар со слабительным, – лицо соседки стало таким виноватым и смущенным, что я не сдержалась и рассмеялась в голос.

Вот это да! Надо же! Оказывается, такие случайности не только со мной происходят.

— Ничего смешного! – обиженно воскликнула светлая. – Знаешь, как госпожа Тара сердилась? Она несколько месяцев придиралась ко мне из-за всяких мелочей. Только недавно, после нескольких флаконов сваренных восстанавливающих настоек, простила меня.

— Видимо, не простила, – сказала очевидное. Иначе бы не подселила к ней ведьму.

— Не простила, – тяжело вздохнув, согласилась Силия.

— Ладно, не расстраивайся. Могло быть и хуже.

— Что может быть хуже соседки-ведьмы? – вскинув на меня взгляд, полный надежды, спросила целительница.

И вот тут пришлось задуматься. И правда, что может быть хуже?

— Некромантка? Или проклятийница? – перечисляю.

По мне, хуже ведьма, но целительница-то может этого не понимать.

— Ну… не знаю, – видно, чувство самосохранения у светлой было отлично развито.

— Я знаю. Некромантка хуже! – заявила авторитетно с самым серьезным выражением. — Они постоянно всякую гадость в комнате хранят.

— Какую гадость? – настороженно спросила Силия.

— Скелеты, ожившие тушки животных и насекомых… — начинаю перечислять, и лицо целительницы стремительно белеет.

— Поняла, – остановила она меня. – Некромантка в соседках хуже.

То-то же!

Порешив на том, что я не самый худший вариант в соседки, я собралась разобрать вещи и освежиться.

Подтащив к себе чемодан, сняла магическую защиту и только после этого открыла его.

Первым делом достала своё сокровище – старинные книги и дневник тёти. Среди книг так же был и особо ценный экземпляр – семейный фолиант. Черная кожаная обложка с красным рубином по центру сама по себе служила хорошей защитой для заклятий, хранящихся внутри, и в дополнительной защите не нуждалась. Никто, кроме меня, не мог открыть этот фолиант. Как и никто просто так не смог бы уничтожить его.

Любовно убрав в тумбочку свои сокровища, следом отправив туда же шкатулки с зельями и ингредиентами, не забыв наложить защиту, принялась развешивать вещи, коих было не так уж и много. Я не видела смысла брать много вещей, всё, что потребуется, я смогу докупить здесь. А вот книги, некоторые ингредиенты и зелья – их взяла с избытком.

На чужой территории нужно быть ко всему готовой. 

— Почему ты согласилась учиться в светлой академии? – когда я почти разобралась с вещами, спросила целительница всё это время искоса наблюдающая за мной.

— Я не соглашалась. Меня, можно сказать, заставили.

— Разве ведьму можно заставить делать что-то против её воли? – с сомнением в моей честности поинтересовалась она.

— Если ты темный лорд-ректор и от тебя зависит получение диплома, то да, можно. Такой и ведьму заставит сотрудничать.

Я до сих пор злилась на лорда Этьера. Шантажист бессердечный!

— О-о-о… Наверное, ваш ректор страшный человек… — теперь в голосе соседки слышалось сочувствие.

— Не страшнее вашего, – пожала я плечами.

Объективно говоря, наш темный лорд-ректор видный мужчина. К тому же сверх меры одаренный как магией, так и терпением.

В общем, не так уж он и плох.

— Лорд Райд замечательный, благородный и справедливый, – бросилась воодушевлённо расхваливать своего ректора Силия. – Он достойный пример для всех студентов светлой академии.

Да ладно. Таких идеальных даже среди богов не существует.

 — Провинившиеся студенты тоже так считают? – спросила я, не понаслышке знающая, в какое бешенство может приходить высшее руководство.

— Разумеется. Лорд Райд никогда не повышает голос, ему это не нужно. Он умеет правильными словами доносить нужное.

Ой, ну прям… Какие правильные слова способны вправить мозги молодым безмозглым магам?

 Впрочем, спорить с соседкой смысла я не видела. Ректор Райд в её глазах само совершенство. Пусть так и будет, не мне разрушать её иллюзии.

— Где здесь можно помыться? – спросила о насущем, сменив заодно и тему.

— Выйдешь из комнаты, поверни направо, впереди увидишь две двери – это душевые.

— Поняла. Спасибо.

Да, я ведьма вежливая. Иногда.

Взяв полотенце, сменные вещи и мыльные принадлежности, двинулась в указанном направлении.

Мне снился чудесный, просто прекрасный сон… Я держала в руках диплом, а вокруг голосила толпа, состоящая из студентов и магистров. Они наперебой восторгались моим талантом, кто-то даже плакал от неизбежности скорого расставания, а кто-то… этим «кто-то» был темный лорд-ректор — протягивал ко мне руки и умолял не покидать стены академии, ведь без меня тут станет невыносимо тоскливо.

Толчок в плечо, следом еще один, и голос Силии, зовущий по имени, разрушили такую прекрасную картину.

— Чего тебе? – раздраженно спросила, не открывая глаз. По моим внутренним часам рань еще была несусветная.

— Пора вставать, – бодро сообщила соседка.

— Кому пора, тот пусть и встает, – отрезала я, намереваясь спать дальше.

Но к моему разочарованию, Силия оказалась упрямой.

— Вставай, если не хочешь опоздать на занятия.

Занятия? Какие занятия в такую рань?

— У меня нет занятий.

— Есть. Я посмотрела твоё расписание, – не отставала целительница.

— Где ты взяла моё расписание?

Даже у меня его нет. Руководство светлой академии, видимо, забыло выдать, впрочем, я не в обиде.

Нет расписания – нет занятий.

— На столе твоем лежит. Вместе с учебниками, – обрадовала Силия.

Новость меня заинтересовала, да так, что я соизволила подняться с кровати, чтобы лично проверить.

Уткнувшись еще сонным взглядом в исписанный лист, не сразу разобралась, что к чему. А когда разобралась, возмутилась:

— Физическая подготовка в шесть утра? Что за… — глянув на светлое создание, осеклась, так и не закончив.

— Так у всех факультетов, – слегка растерянно от моей реакции ответила Силия. – У вас в академии разве не так?

«Не так!» – хотелось мне заорать, чудом сдержалась. У нас нет среди магистров идиотов, жаждущих раньше срока отойти в мир иной.

Попробуй разбудить некромантов, полночи, а иной раз и всю ночь шастающих по кладбищам, в шесть утра. Упокоят, не моргнув и глазом.

Это же касается и ведьминского факультета. Не выспавшаяся ведьма равно проклятье. Причем проклятье получить можно крайне мерзкое и неизученное, сонные злые ведьмочки выдают лучшие результаты по проклятьям в такие моменты. Проклятийники, которым потом приходится это снимать, поминают нас не самыми добрыми словами.

В общем, ранняя побудка — это не то, что прижилось в темной академии.

— Тебе следует поторопиться, – вырывает меня из мыслей соседка.

Взвесив всё, скрипнув зубами, понимаю, что идти придется. Уснуть уже не получится, расписание, в котором каждый новый день начинается с физической подготовки в шесть утра, не позволит мне спокойно спать.

Нервно схватив полотенце, отправилась умываться.

Спустя пять минут я была готова к первому занятию в светлой академии.

— Веди, – сказала Силии, терпеливо дожидающейся меня.

— У нас разные полигоны. Твой факультет будет на пятом полигоне. Мой на третьем. Сегодня я тебя провожу, запоминай дорогу.

Поблагодарить за любезность язык не повернулся. Я была слишком зла.

Весь путь до нужного полигона мы хранили молчание.

— Вот, тут твой факультет, – не доходя до пятого полигона, сообщила Силия, указав рукой.

— Напомни-ка, какой у меня факультет? – рассматривая выстроившихся в шеренгу на удивление бодрых студентов, спросила.  

— Алхимический факультет, – послушно подсказала соседка.

Какая чудесная новость! Превосходная! Даже настроение улучшилось!

Надеюсь, здешний преподаватель не разочарует меня, и я смогу узнать что-то новое.

— Мне пора, – попрощалась целительница, не дождавшись от меня нового вопроса. И упорхнула.

С уходом соседки стоять на месте было глупо, меня уже заметили, поэтому, вскинув голову, я гордо прошествовала в строй.

Практически следом за мной на полигоне появился преподаватель. Мужчина-гора. Он был настолько высок, что я восхищенно присвистнула – это чем его мама в детстве кормила — и привлекла его внимание.

— Ярина Фэлл, полагаю? – спросили меня.

— Собственной персоной, – подтвердила. И даже улыбнулась.

— Ясно, – кивнул магистр. — Знакомьтесь с новой одногруппницей – Ярина Фэлл. Потомственная ведьма.

Ох, ну к чему такие формальности. Зачем было упоминать, что потомственная?

Вон как лица новоявленных одногруппников повытягивались.

— Магистр Нокс, разрешите спросить, – выступив на шаг вперед, произнес светловолосый парень.

— Спрашивайте, студент Эркен, – дал дозволение мужчина-гора.

— В какой группе будет ведьма?

— У ведьмы имя есть, – как бы невзначай бросила я.

— Ярина Фэлл будет прикреплена к первой группе, – прозвучал ответ.

Я прямо почувствовала, как блондин облегченно выдохнул. Судя по всему, он не из первой группы.

Кстати…

— Что за группы? – поинтересовалась я.

— Если ты хочешь задать вопрос, следует спросить дозволения, – поучительно произнес магистр Нокс. Но все же на мой вопрос ответил: — Ваш факультет разделен на группы – четверки. Таким составом вы будете в конце года сдавать нормативы по физической подготовке. Ты теперь в первой группе.

— Надеюсь, я буду главной, – пытаюсь найти хоть проблеск радости во всем этом. И не важно, что ведьма и физическая подготовка несовместимы.

— Главный уже есть. Дилан Шат, шаг вперед.

Из шеренги вышел темноволосый коротко стриженый породистый парень. С первого взгляда поняла, что он аристократ. Умение держать лицо при любых обстоятельствах выдало.

Явно ведь парень не рад мне, но не моргнул и глазом, услышав, что я теперь в его группе.

— Ярина Фэлл — новый член твоей группы, позже познакомь её с остальными.

— Будет сделано, магистр Нокс.

— Хорошо. Можешь вернуться в строй. – И следом прозвучала команда: — Десять кругов. Бегом марш.

И все побежали. Все, кроме меня.

— Фэлл, у тебя проблемы со слухом? – хмуро обратился ко мне магистр Нокс.

— Со слухом проблем нет. А вот с физической подготовкой – есть. Я её от всего сердца ненавижу, – решаю быть откровенной.

— Ты теперь в светлой академии, придется полюбить, – не захотел входить в моё положение магистр. – Физическая подготовка обязательна для всех факультетов.

— Боюсь, не выйдет полюбить, – вздыхаю. – Если я что-то не люблю, то не люблю со всей искренностью и постоянством.

— Хватит болтать! Бегом марш! – рявкает магистр так, что на соседнем полигоне студенты ускоряются.

А я… осталась на месте.

— Фэлл! – нехорошо прищурился магистр, поняв, что я не намерена исполнять его приказ.

— Да, магистр? – спросила и даже глазками похлопала.

— Ты отказываешься слушаться?

Какой догадливый.

— Так точно, магистр, – улыбаюсь самой доброй улыбкой.

— Мне вызвать ректора?

Это угроза, что ли? Если да, то магистр Нокс полный профан. Нашел чем угрожать.

— Если хотите… — пожала плечами.

Кто я такая, чтобы мешать вызывать ректора, когда кому-то хочется. 

Посверлив меня какое-то время взглядом и так ничего не добившись, магистр Нокс отправил магический вызов ректору.

Светлый лорд появился примерно спустя минуту.

— В чем дело, магистр Нокс? – спросил лорд Райд и почти тут же заметил меня. Стоящую одинехонько, в то время как все бегали.

Улыбнулась и приветственно помахала ручкой ректору. Я ведьма вежливая. Когда хочу. 

— Ведьма отказывается подчиняться! – пожаловался на меня такой большой и грозный дядя.

Нехорошо ябедничать в таком-то возрасте. Ай-яй-яй!

Мне достался от ректора вопросительный взгляд.

— Не люблю физическую подготовку, – призналась я чистосердечно.

— Разве в темной академии нет этого предмета? – спросил светлый лорд.

— Есть. Куда же без него, – вздохнула.

— Так в чем проблема?

— В том, что занятия у нас проходят немного иначе, – уклончиво ответила я.

— И как же?

— С учетом специфических особенностей студентов, – запутываю ответом обоих мужчин.

— Что за особенности такие? – раздраженно спросил магистр Нокс.

— Ну… понимаете… Вот я, например, ведьма, – мужчины кивают, мол, мы знаем и согласны с тем, что ты ведьма. – Так вот, ведьмы не любят делать то, что не любят. Поэтому физическая подготовка у нас построена так, чтобы ведьмам было интересно. Бегать ведьмы не любят. А вот летать – очень даже.

— То есть ты говоришь, что хочешь заменить бег на полеты? – первым догадался светлый ректор.

— Ага, – киваю в подтверждение.

— Это неприемлемо! – отчего-то выступил против магистр Нокс.

— Почему? – насупившись спросила.

— Бег укрепляет мышцы и повышает выносливость. Полеты на метле, – магистр даже скривился, произнося это, — не заменят бег.

Говорит человек, который никогда не летал. Доказывать магистру важность и сложность полетов на словах я не стала. Всё равно не поймет.

Лучше показать.

Нажав на камушек в кольце, призвала свою верную помощницу, которая всё это время была скрыта под мороком.

Свист от моей метелочки ректор с магистром услышали, но среагировать не успели. А может, и не собирались. Один годами отточенный прыжок, и я оседлала метлу. Жест рукой, и магистра Нокса, не ожидавшего подобного вероломства, оторвало от земли. Миг, и он оказался сидящим за моей спиной.

— Держитесь крепче, магистр, – с полнейшим предвкушением в голосе от предстоящего полета посоветовала, после чего направила метлу ввысь.

По прошествии десятиминутного полета — за которым следили не только студенты алхимического факультета, но и студенты с соседних полигонов — пары простеньких виражей и одного свободного падения я поняла, что магистр Нокс настоящий мужчина – он не издал ни звука. Но по тому, как он вцепился в мою талию, оставив на ней кучу синяков, я могла судить, что равнодушным магистр явно не остался.

Стоило приземлиться, как магистр поспешил отойти подальше.

— Ну как? Вам понравилось? – отправив метлу обратно в комнату, искренне желая знать ответ, поинтересовалась я.

Мне не ответили. Более того, ко мне по-прежнему стояли спиной.

Что за неуважение?

— Магистру Ноксу нужно время… чтобы собраться с мыслями, – произнес светлый ректор, после чего призвал студентов вернуться к занятию, а меня попросил проследовать за ним.

Проходя мимо магистра Нокса, я отметила и бледность лица, и плотно сжатые губы.

Незаметно усмехнувшись, поспешила за ректором.

После недолгих споров, недейственных угроз и бесполезной попытки надавить авторитетом ректор Райд, не выдержав моего чисто ведьминского упрямства, дал-таки дозволение на полеты во время физической подготовки.

Так что кабинет светлого ректора я покидала, чувствуя себя победительницей в этой пусть маленькой, все же битве между светлыми и темной.

Один-ноль в пользу темной ведьмы!

Остаток первого учебного дня в светлой академии оказался унылым. Последующие занятия: история магии, мир магических существ, травология и медитация, — ничего, кроме грусти и сонливости, не вызывали. На последнем предмете я так хорошо очистила голову от мыслей – все как советовала миниатюрная магистр Чэйрис – что уснула. Поспала, нужно заметить, я неплохо, хотя бы в этом был несомненный плюс.

Что до светлых студентов, то они оказались сплошным разочарованием для моей ведьминской души. Никто даже не предпринял попытки вызвать конфликт, все до раздражения были осторожны и тактичны.

Просто фу как скучно!

Вот в таком далеко не радужном настроении я и топала в столовую, собираясь набить желудок под завязку. Раньше еда всегда поднимала мне настроение, хотелось верить, что и в этот раз поможет. Иначе… дело плохо…

Скучающая ведьма – сулит большие проблемы всем окружающим.

Набрав целый поднос еды – чего тут только не было – я бодро зашагала к выбранному столику. Я почти дошла, как непонятно откуда на пути возникла преграда. И эта самая преграда послужила причиной моего дальнейшего позора.

Не ожидавшая, что кто-то так внезапно посмеет вырасти на моём пути, среагировать вовремя – затормозить или увернуться – я, разумеется, не успела. Врезалась в преграду на полном ходу. Вместе с подносом, заставленным едой. И вся это чудесно пахнущая пища полетела… нет, не в преграду – бессовестно выставившую щит — еда, любовно мною выбранная, опрокинулась на меня же!

И вот стояла я вся такая… красивая, чувствуя, как мне на лоб стекает сливочная подлива, и размышляла, как реагировать на подобное безобразие.

Со мной такое было впервые.

 По идее, возникшая преграда обязана была сполна заплатить за мой позор. С другой стороны, это вроде случайность, можно обойтись без радикальных мер в виде проклятья на вечное невезенье.

Пока я размышляла, в столовой стояла гробовая тишина. Светлые пялились на меня и на преграду, учинившую беспредел, с глубочайшим интересом. Но засмеяться или как-то прокомментировать произошедшее никто не рискнул.

Кстати, о преграде – ею оказался командир первой группы. Той самой, в которой теперь числилась и я.

— Ты в порядке? – спросил парень, как там его звали… Вспомнила! Дилан Шат.

Медленно склонив голову к левому плечу, стряхивая таким образом с головы еду, спросила:

— По мне видно, что я в порядке?

Если он скажет что-то вроде: «Все не так уж и плохо», — ему не жить.

— Я не заметил тебя, – попытался оправдаться Шат.

А я только сильнее начала закипать. Не заметил? Меня?

— Я такая незаметная? – вкрадчиво поинтересовалась у него.

— Не в этом дело. Я был увлечен разговором и не заметил тебя. Приношу извинения.

Спокойствие парня только сильнее раздражало. Я желала ругаться! Громко и со вкусом! Желательно так, чтобы с чистой совестью могла проклясть.

А он тут извиняется. До чего же правильный!

— Дилан, – послышался от двери радостный голосок. – Ты меня ждешь?

Очень скоро в поле моего зрения появилась золотоволосая девица.

Заметив меня, эта… светлая скривила носик и насмешливо спросила:

— Что это за пугало?

Внезапно вместо злости я испытала… радость. Чистую радость.

Вот она, моя отдушина. Явилась.

— Сабина, следи за языком, – одернул её Дилан Шат, но было уже поздно. Я оскорбление услышала и запомнила.

— А что я такого сказала? – удивилась златовласка, хлопая длиннющими ресницами. – Она и правда на пугало похожа. – А затем мне: — Неужели все темные такие неуклюжие? Или только ведьмы?

У-у-у… Так она даже в курсе, что я ведьма… Поразительное желание быть проклятой. Впервые с таким рвением сталкиваюсь.

Прежде чем Шат успел вновь одернуть свою подружку, растянув губы в улыбке, мягко спросила её:

— Тебе жить надоело? Если да, то могла бы придумать более гуманный способ распрощаться с жизнью, чем злить ведьму.

Я ведьма порядочная, сразу в драку не бросаюсь, даю противнику шанс на отступление.

— Думаешь, я боюсь тебя? – презрительно фыркнула златовласка. Даже нос повыше задрала, демонстрируя избыток глупости в светлой головке. – Я крестница королевы, Сабина Орант. Если навредишь мне, сама с жизнью расстанешься. Ты в светлой академии, темная, знай своё место.

Сделав плавный шаг к девице, при этом отметив, как напряглись Шат и двое сопровождающих его парней, я произнесла, глядя прямо в глаза нахалке:

— Да будь ты даже дочерью короля, это бы не уберегло тебя. За свои слова нужно нести ответственность.

Сказав всё, что хотела, не откладывая месть — отправила в девицу проклятье. Не смертельное, простенькое, но для девушки очень неприятное. Придется златовласке пару дней походить с прыщавым лицом.

Но прежде, чем проклятье достигло цели, девицу окутал щит. Не простой щит, а щит высшего порядка – только этот щит может защитить от проклятий, попросту уничтожая их при соприкосновении.

Кто был создателем щита, поняла мгновенно. Кольцо на руке Шата было не просто украшением, а защитный артефакт. Именно с его помощью он и защитил свою подружку.

Переведя не обещающий ничего доброго взгляд на Дилана Шата, сообщила:

— Это война, светлый!

Девица могла отделаться всего лишь обидным проклятьем за свой язык, но теперь… Теперь я подготовлю куда худшую месть. Обоим.

Развернувшись с гордо поднятой головой, потопала на выход, чувствуя, как множество взглядов провожают меня.

Несмотря на пережитый позор, я чувствовала предвкушение. Казавшаяся еще недавно безумно скучной студенческая жизнь только что заиграла новыми красками.

****

Вечер и весь следующий день я вынашивала, продумывала и просчитывала план мести двум светлым. Поначалу месть принимала исключительно смертоносный характер. Затем членовредительский. К вечеру следующего дня план мести стал формироваться более разумный. Убивать и сильно вредить здоровью в него уже не входило.

Темный ректор мог спать спокойно.

А вот насчет светлого ректора…

Последующие две недели лорд Райд не успевал сделать мне выговор по одной жалобе, как ему поступала следующая. Я впервые слышала, чтобы светлый маг так виртуозно сыпал проклятьями в адрес темного. В какой-то момент я даже слегка забеспокоилась о состоянии лорда Этьера, вдруг произойдёт первый в жизни случай, когда светлый сумеет проклясть темного. Это несмываемым пятном ляжет на всех темных магов. Позора не оберемся.

В общем, за эту неделю нервы лорда Райда заметно поизносились, но нужно отдать ему должное, светлый ректор ни разу не перешел на крик, отчитывая меня за, между прочим, бездоказательные проступки.

Об отсутствие доказательств я озаботилась заранее, тщательно устраняя всё, что могло бы указать на меня. И даже если все знали, понимали, что это моих рук дело, доказать-то не могли.

А как известно: не пойман — не вор!

Вот и приходилось Дилану Шату и его подружке скрипеть зубами каждый раз, когда я требовала предъявить доказательства моих преступлений, которых попросту не существовало. Без доказательств ректор не мог меня наказать, ведь я упрямо стояла на своей невиновности и требовала непредвзятого решения. И пусть позже, отправив Шата и Орант из кабинета, светлый лорд пытался наставить меня на путь светлый, забывая, что я по сути своей темная, моего желания продолжать портить жизнь оскорбившим меня студентам это ничуть не уменьшило.

Даже наоборот.

Я еще с большим энтузиазмом продолжала свои маленькие диверсии, портящие жизнь этим двоим. Как-то во время утренней физической подготовки, обязательной для всех курсов, пролетая очередной круг над головами светлых однокурсников, я послала в Шата простенькое проклятье «спотыкалка», чей магический след невозможно отследить. То есть доказать, что на тебя наслали проклятье, когда заканчивается его действие, невозможно. В детстве мы с детьми часто так развлекались, поэтому это проклятье я знала «от» и «до».

Наблюдать, как Шат через шаг спотыкается, падает и ругается сквозь зубы, было одно удовольствие. А гневные взгляды, бросаемые в мою сторону, только добавляли веселья, что еще больше злило парня.

Позже я зашла дальше, достав из привезённых собой запасов зелье правды в специально сделанном на заказ флаконе, распылила его в лицо Дилану при будто бы случайном столкновении. Парень сразу заподозрил неладное, вот только что он мог сделать, кроме как весь день говорить окружающим правду и ничего, кроме правды?

В общем, развлекалась я от души. Мелочно, пакостно, но всё равно весело. Для меня, разумеется, весело. Ну и для некроманта с проклятийником, которые иногда становились невольными свидетелями моих развлечений.

Темные — они и есть темные. Порадоваться, когда светлым товарищам плохо, всегда готовы.

Сабину Орант я, конечно же, не обделила своим вниманием. Высокомерной девице тоже портила жизнь со всей старательностью. Сначала навела на неё морок, для этого пришлось воспользоваться семейной реликвией, но на что не пойдешь ради мести. Сутки златовласка проходила в образе мифического создания, некогда упоминающегося в старых легендах.

Благодаря наведенному мороку Сабина на время лишилась своих чудесных волос, вместо них на голове шипели змеи, распугивая всех вокруг.

Некромант с проклятийником так гоготали, когда Орант появилась в столовой в новом образе, что я всерьез задумалась, не сменить ли и им прически, но визги взбесившейся Сабины и последовавшие угрозы перетянули моё внимание.

Бессильная злость светлой словно лечебный бальзам омывали мою темную душу. Я наслаждалась результатом своих деяний и чувствовала отмщение.

Но не полное, так просто языкастая девица не отделается.

Морок я не сняла, даже когда меня вызвал ректор и стал требовать вернуть студентке Орант настоящий облик. Так и пришлось светлой проходить до следующего утра.

Через пару дней, подкараулив, когда Орант отправится мыться, я прокралась в душевую и, пока девушка смывала шампунь с волос, сыпанула на них красящийся порошок.

Последующие три дня Сабина радовала окружающих новым цветом волос.

К слову, цвет получился довольно симпатичным и даже был к лицу светлой. Не понимаю, чего ей не понравилось.

В общем, я как могла скрашивала своё пребывание в светлой академии. Все шло прекрасно, за эти дни не только ректор смирился с моим скверным мстительным характером, даже Шат и Орант стали куда слабее реагировать на мои проделки. Шат и вовсе начал принимать всё с поистине аристократическим смирением. Сабина же хоть и злилась, кричать и сыпать угрозами перестала. Лишь бросала ненавидящие взгляды, которые меня ничуть не трогали. Не впервой.

Так продолжалось, пока в один далеко не прекрасный день моя ставшая уже привычной жизнь у светлых резко не изменилась.

А всему виной – встреча с лучшим студентом боевого факультета и по совместительству двоюродным братом Дилана Шата.

Выпускная группа боевиков, задержавшаяся на летней практике, из-за чего, собственно, и пропустила начала учебного года, вернулась в светлую академию чуть ли не с фанфарами. Их возвращение я банально пропустила, увлеченная приготовлением нового зелья для Шата и златовласки — хотя теперь её волосы были зелеными, и она стала напоминать кикимор.

Многие до сих пор считали что кикиморы – это исключительно страшные, усыпанные бородавками старухи с зелеными, вечно лохматыми и грязными волосами. Живущие в самом болоте.

Как же ошибались эти недалекие личности…

Кикиморы отнюдь не были уродинами. Среди них встречались на зависть красивые девушки. И не просто красивые – а удивительно прекрасные.

Многих мужчин сгубила их красота. Оказавшиеся на их землях представители сильной половины человечества были очарованы такими необычными прекрасными созданиями. И сами не замечали, как влюблялись по уши, забывая о прошлой жизни, родных, друзьях и возлюбленных, если они были.

Нас, ведьм, светлые – да и среди темных есть такие – считают коварными. Но настоящие виртуозы коварства – кикиморы. Они не хуже нас умеют готовить многие зелья, в том числе – привороты. И вот привороты у них куда действеннее ведьминских. Об этом не принято говорить в слух, но так и есть. Дело не в их мастерстве или магических силах. Всё дело в редких ингредиентах, которых в избытке хватает в Топях.

Ведьмы единственные, кто уже много лет сотрудничает с кикиморами, ведя торговые отношения, поэтому нам известно о них больше других. Кикиморы не любят контактировать с внешним миром, предпочитая скрытный образ жизни, и тому есть множество причин. Одна из этих причин объединяла нас – во время борьбы с демонами кикимор и ведьм считали их пособниками и безжалостно истребляли. В те безрадостные, полные отчаянья и страха дни мы многих потеряли и навсегда уяснили – с предвзятым отношением и гневно настроенной толпой спорить бесполезно. Как и доказывать свою непричастность.

Те, кто желал видеть в нас худшее, видел бы его, невзирая на правду.

И хотя те времена давно прошли, и нынешний король признал заслуги ведьм и кикимор в борьбе с демоническими захватчиками, память и обида в нас были еще живы и сильны. Мы нехотя шли на контакт, особенно со светлыми, которые когда-то и выступали громче всех за наше полное истребление.

Так вот, вернемся к дням настоящим. Роковая встреча с лучшим студентом боевого факультета вышла запоминающейся.

Закончив работу, счастливо напевая себе под нос, я прибралась в алхимическом кабинете, свободный доступ в который мне любезно предоставила магистр Ранье. Еще на первом практическом занятии магистр оценила мои навыки и неустанно нахваливала, поэтому, когда спустя время я попросила доступ для оттачивания навыков, магистр дала без возражений. Конечно, предварительно убрав опасные и ценные ингредиенты.

Чуть ли не вприпрыжку мчась в комнату, я крепко сжимала в руке драгоценное – в прямом смысле драгоценное, учитывая стоимость ингредиентов, вошедших в состав – зелье. И уже предвкушала, как будет «радоваться» Дилан, опробовав на себе мои труды – даже зажмурилась от счастья – когда случилось непредвиденное. Нога каким-то образом соскользнула со ступеньки, и я, не удержавшись, начала заваливаться вперед.

И в этот самый момент словно из воздуха при полном параде – в парадной форме боевиков — и появился он – Рейган Арвен.

Светлый, судя по всему, не ожидал, что в его объятья так эффектно влетит ведьма, и именно поэтому – точно не из-за моего скромного веса – не устоял на ногах.

А ведь он на выпускном курсе боевого факультета и всегда должен быть готов к неожиданному нападению! Чему их только учат в светлой академии.

Кряхтя, чувствуя некий дискомфорт в ноге, той самой виновнице моего падения, попыталась встать с парня, но не тут-то было – крепкие мужские руки обвились вокруг талии, мешая подняться.

Вскинув изумленный взгляд в лицо светлого, благодаря которому я избежала травм и сумела мягко приземлиться, я на мгновение замерла. Глаза парня были такого насыщенного серого цвета – словно предгрозовые тучи, – что я невольно залюбовалась. Но осознав это, быстро взяла себя в руки и спросила:

— Ты чего?

— Так ты и есть та самая ведьма, – без улыбки произнес парень, внимательно рассматривая меня. Его руки по-прежнему находились на моей талии и не собирались оттуда исчезать. Более того, боевик вообще не подавал вида, что ему вот так лежать некомфортно. А ведь он неслабо приложился во время падения – по крайней мере, обязан был приложиться.

— Да я ведьма. Теперь, когда ты это выяснил, может, уже дашь мне встать? – хмуро спросила. Лежать вот так на парне, практически касаясь своим лицом его, было… непривычно смущающе.

Да, оказалось, я всё еще умею смущаться. Что крайне удручало.

Удерживающая меня преграда исчезла, и я вновь попыталась встать, кулачком оперевшись на грудь парня.

Хруст мы услышали одновременно со светлым, а затем я почувствовала легкую боль и жжение в ладони. Той самой, что покоилась на груди боевика.

«Зелье!» – молнией пронеслось в голове. Но было поздно. Зелье уже вытекло из раздавленного мною бутылька и впиталось в одежду светлого.

Пока я, отряхнув от осколков, осматривала слегка оцарапанную руку, светлый решил действовать.

Рывок, и я оказываюсь на ногах, а напротив стоит парень, чей серый взор полон подозрительности.

— Что было в бутыльке?

— Зелье, – сглотнув, призналась, в панике пытаясь просчитать масштаб последствий.

Пары капель этого зелья более чем достаточно для эффекта, а я пролила всё…

С одной стороны, хорошо, что зелье не попало внутрь, значит, по идее, эффект должен был минимален, а то и вовсе отсутствовать. Но, учитывая силу, вложенную в него, и сложность состава, глупо рассчитывать, что всё обойдётся.

Ну что за невезенье?! Я ведь была так осторожна.

— Какое зелье? – терпеливо уточнил светлый.

— Экспериментальное… — тихо, не желая смотреть парню в лицо, ответила.

Сама не знаю почему но перед этим светлым я неожиданно почувствовала робость и некий страх. Возможно, дело было в том, что он боевик, ведь именно они были теми, кто истреблял ведьм и кикимор когда-то. Опасаться их, можно сказать, у ведьм в крови.

И всё же я разозлилась на себя за трусость.

Чего это я должна робеть и трястись перед ним? Сам виноват, нечего спасать, когда не просят!

— Экспериментальное? – тон парня стал угрожающим, но я не поддалась слабости и, вскинув на него твердый взгляд, ответила:

— Зелье не проверенное, чтобы сработало как задумано, должно быть принято внутрь.

— Чего мне теперь ожидать? – сухо спросили у меня.

Я замешкалась, прежде чем ответить.

— Точно не знаю. Если бы принял внутрь, помучался бы пару дней кошмарами. А так… возможно, всё обойдется.

Боевик дураком не был и мою заминку в конце, как и отсутствие уверенности, заметил. И посмурнел.

— Ведьма, ты в курсе, что опаивать студентов в светлой академии запрещено? – строго спросил он.

— Запрещено серьезно вредить здоровью и жизни студентов и преподавательского состава, – дотошно поправила я. Ибо, прежде чем вставать на путь мести, изучила устав. – Маленькие шалости, не несущие реальной опасности для жизни и здоровья, не запрещены. И тебя никто не опаивал, между прочим. Зелье пролилось случайно.

Про то, что зелье кошмаров не совсем безобидное, разумно упоминать не стала.

— Просто те, кто писал правила, не ожидали, что когда-то в стенах светлой академии появится ведьма, чьи маленькие шалости, – последние два слова боевик произнес с особой язвительной интонацией, – могут знатно подпортить жизнь!

И в чем тут моя вина?

Решив не отвечать на, по сути, риторический вопрос, просто развела руками.

— Если у твоего зелья будут последствия… — с угрозой произнес светлый. И, не закончив, обойдя меня, просто ушел. Вот прям взял и ушел, оставив мучиться в догадках.

Что будет-то?

Раздраженно фыркнув, с помощью магии устранила следы своего преступления – осколки и капли пролитого зелья исчезли – и отправилась отдыхать, даже не догадываясь, что в эту ночь у нас с боевиком будет один сон на двоих.

Мне снился лес, по которому расползался плотный темно-серый туман… Он медленно, не торопясь, стелился по земле, приближаясь к нам.

Ко мне и светлому, с которым мы и оказались тут.

Не было слышно звуков, вокруг стояла абсолютная тишина, и от этого было еще страшнее. Все инстинкты вопили, что туман несет опасность, но я не могла сделать и шага. Как и заговорить.

И не только я. Светлый тоже стоял неподвижно, лишь глаза неотрывно следили за приближением тумана.

Когда туман достиг наших ног, то начал разъедать их словно кислота. Звука по-прежнему не было, боли тоже, но то, что мы видели, заставляло сходить с ума от страха.

Меня так точно. Было мерзко до тошноты.

Туман поднимался все выше… выше… и выше… Пока не достиг моего лица, а потом… я подскочила на кровати с бешено колотящимся от страха сердцем.

«Какого демона?» – возмутилась я про себя.

Допустим, зелье попало и на меня, все-таки я его раздавила, но почему у нас со светлым один кошмар на двоих? Или… почему он был в моём сне?

Растерев лицо руками, прогоняя остатки кошмара, бросила взгляд на мирно спящую соседку. В этот момент я ей искренне позавидовала. Несмотря на кошмар, спать всё еще хотелось, но ложиться было бессмысленно. Зелье подействовало даже через кожу, поэтому спокойно поспать сегодня не удастся. Лучше заняться полезным делом и почитать семейный фолиант.

Стараясь не разбудить целительницу, полезла доставать фолиант и вечную свечу.

Установив свечу на столе, шёпотом произнесла активирующее заклинание, и фитилёк моментально загорелся, давая достаточно света для чтения. Изучение новых заклинаний увлекло, и я не заметила, как пришло время собираться на занятия. Услышав, как начала вертеться Силия, захлопнула фолиант и, убрав его на место, приступила к сборам.

Впервые я собралась раньше соседки и еще пару минут дожидалась её. У нас с целительницей сама собой сложилась традиция вместе отправляться на физическую подготовку.

Зевая и чувствуя полное отсутствие сил и желания что-либо делать, я упрямо топала на полигон. Настроение было отвратным, неудавшаяся месть, обернувшаяся против меня же, не могла радовать. Поэтому, когда магистр Нокс отправил всю группу наворачивать круги, я, под неодобрительным взглядом магистра, забравшись на свою метелочку, вяло полетела, изо всех сил борясь с сонливостью и желанием запульнуть чем-нибудь в бодро бегущего Шата.

Его цветущий, довольный жизнью вид сегодня особенно сильно раздражал. Это словно насмешка над моей неудачей и бессонной ночью.

Последующие занятия я провела на задних партах, пытаясь вздремнуть, но как только начинала засыпать, тут же приходили кошмары. То я оказывалась стоящей в трясине, доходящей до груди, то меня сжирала какая-то демоническая тварь, подло напрыгнувшая со спины, то я горела, а вокруг радостно голосили светлые.

И везде, в каждом сне, присутствовал боевой маг. И хотя его участь была не завидней моей, мне казалось это всё равно не справедливым – светлый воспринимался исключительно причиной всего происходящего, а никак не тем, кто страдал вместе со мной.

В общем, спать хотелось сильно, но спать было невозможно. Кошмары были слишком реалистичными, настолько, что я вскакивала с громко колотящимся сердцем, вся покрытая испариной. Недоуменные взгляды одногруппников, Шата в частности, я гордо игнорировала, делая вид, что всё так и было задумано. Мне захотелось вскочить – я вскочила. Вот такие мы, ведьмы, причудливые.

Правда, магистрам такое поведение по душе не пришлось, и меня строго просили не спать на занятиях и быть внимательнее.

Вот вам и карма. Не верь после этого в поговорку: «Не рой яму другому, сам в неё попадешь».

Окончания последнего занятия я ждала в нетерпении, и как только оно наступило, рванула в алхимический кабинет, но перед этим пришлось забежать в комнату. Нужно было полистать фолиант.

Я была намерена сварить антидот к зелью кошмаров, ибо чутье подсказывало, что в ближайшие дни спокойного сна мне не видать. Слишком сильным и непредсказуемым – учитывая один кошмар на двоих с боевиком – вышло зелье.

Отыскав в фолианте рецепт универсального антидота, когда-то давно усовершенствованный прабабкой – от которой, по словам бабушки, мне и досталась любовь к экспериментам, — отправилась готовить его.

Погрузившись в работу, я тщательно взвешивала, растирала, смешивала и варила. Делала всё строго по рецепту, отпечатавшемуся в памяти, ничего от себя не добавляя — во избежание. Сейчас было не время давать волю тяге к экспериментам. И так я не была уверена, что универсальный антидот, приготовленный по рецепту прабабки, уберет последствия зелья кошмаров, всё-таки слишком сложный у него состав.

Спустя полтора часа работа над антидотом была завершена. Я разлила его по двум флаконам — оставалось подождать еще пару часов, прежде чем можно будет пить.

Один флакон я сразу убрала в карман платья, а второй… решила отдать боевику. Как бы я не относилась к боевым магам, я должна помнить о справедливости. Он невольно пострадал, спасая меня, и я должна исправить это. Не люблю быть кому-то обязанной.

Разложив все по местам, очистив котелок, инструменты и колбочки, я с чистой совестью покинула кабинет, не забыв активировать защиту, как и показывала магистр Ранье. Убедившись, что защита работает исправно, отправилась в общежитие, крепко сжимая в руке бутылек с антидотом. И на этот раз я не спешила.

Оказавшись на улице, глубоко вдохнула вечерний воздух и, остановившись, закинула голову к небу. Когда-то, будучи ребенком, я любила смотреть на небо – неважно, днем или ночью. Моего воображения было достаточно, чтобы разглядеть в облаках забавные фигуры животных или же отыскать среди словно небрежно рассыпанных звёзд ту единственную, что сверкала ярче всех и будто подмигивала.

Небо всегда манило меня, наверное, поэтому я так обожала полеты. Я могла часами летать, не чувствуя усталости. Лишь безудержное чувство свободы и счастья. Когда я только начала учиться полетам, мама отправлялась со мной для страховки, но уже спустя пару уроков мне разрешили летать одной. Поэтому, поступив в Тауфон, я легко сдала досрочный экзамен по полетам и ходила на них только по своему желанию.

— Опять что-то замышляешь? – послышался за спиной уже знакомый голос.

Честно, оборачиваться не хотелось, как и вступать в разговор, но и делать вид, что я оглохла, было глупо. В конце концов, я ведь собиралась найти его и отдать антидот. Он облегчил мне задачу.

Повернувшись к Рейгану Арвену – о его личности меня охотно просветила Силия еще вчера вечером – спросила:

— Ты что-то хотел?

Иначе зачем он меня искал? А то, что искал – очевидно. В этой части академии боевику делать нечего. Тем более в такое время.

Разумеется, причина для меня секретом не была, но все же из вредности я решила не спешить и не отдавать вот так сразу антидот. Выращенная на рассказах о жестокости и беспринципности боевых магов, я иначе не могла.

— Твоё зелье, – перешел к делу Арвен. – Как долго продлится его действие?

Хороший вопрос. Вот только точного ответа у меня не было.

— Я была в твоем кошмаре? – вместо ответа спросила. Было любопытно понять, был у нас один кошмар на двоих или же в боевик был просто частью моего кошмара. Что вполне возможно. Всё же боевой маг… он враг. И неважно, что времена изменились, память о прошлом не исчезла.

— Была, – не сразу, но все же ответил он.

— Странно… — сказала вслух то, что меня беспокоило.

Я никак не могла понять, что послужило тому причиной. Один кошмар на двоих… Неужели… дело в моей крови? Царапина… Точно! Как я сразу не догадалась.

— Полагаю, так не должно было быть, – блеснул сообразительностью боевик.

— Не должно, – согласилась, всё еще досадуя на себя за недогадливость. Это ведь очевидно, хотя в фолианте подобные случаи не упоминались, другого разумного объяснения не было. Всё-таки, рецепт зелья кошмаров – последняя экспериментальная разработка моей прабабушки. Её не стало прежде, чем она смогла изучить и описать возможные побочные эффекты зелья.

Если задуматься, – я сильно рисковала, готовя его. Увлеклась, поддалась азарту и эмоциям и чуть не напоила Шата зельем чьё действие не полностью изучено. Нет, я была уверена, что зелье кошмаров серьезного вреда не нанесет, но всё же… мне не следовало его готовить, предварительно хорошенько не изучив.

— Каков срок действия зелья? – вновь спросил Арвен. – Это ты хотя бы знаешь?

— Не знаю, – буркнула, в надежде, что он от меня отстанет. Но не тут-то было.

— Не думал, что ведьмы настолько безответственны. Ты создала зелье, о котором ничего толком не знаешь. А еще смела утверждать, что оно безобидное.

— Я знаю, как действует зелье кошмаров! – уязвленная правотой боевика, рыкнула раздраженно. Как он смеет сомневаться в моих способностях в алхимии и еще отчитывать меня! Да я лучшая на всем факультете что в темной академии что в светлой! — Если его правильно применить – внутрь, и всего пару капель — то эффект продлится сутки. В нашем же случае произошло непредвиденное – зелье подействовало даже при попадании на кожу. Поэтому я не могу с точностью утверждать, как долго продлится эффект.

Понимала, что боевик в чём-то прав, но открыто признать это не могла.

По логике, при попадании зелья на кожу эффекта вообще не должно было быть. Но он есть! При чем стойкий. И вероятно, дело в крови. Это следовало изучить, вот только сделать это лучше будет в темной академии. Там, в лаборатории, имеется для этого всё необходимое. Случайный эксперимент с кровью лучше не афишировать, тем более среди светлых, считающих магию, где применяется кровь – тёмной и запретной. Но изучить влияние крови на зелье кошмаров, раз уж так получилось, нужно. Использовать кровь для экспериментов я планировала свою и только с одобрения магистра Сайли. Она ведьма правильная, с четким понимаем, что допустимо, а что нет. Если она сочтет, что подобный эксперимент не несет опасности, я смогу лучше изучить возможности магии крови. Заодно доработаю зелье кошмаров.

Кто знает, может однажды эти знания пригодятся.

— Предлагаешь мне терпеливо ждать, пока действие прекратится?

Вот честно, так и хотелось сказать: «ДА! Жди и мучайся!». Но в самый последний момент, когда слова готовы были сорваться с губ, я остановилась. Сделала глубокий вдох… выдохнула, а после уже спокойнее ответила:

— Только что я приготовила универсальный антидот, – показала боевику флакон. – Через несколько часов его можно будет принять.

— Думаешь, я добровольно выпью это? Кто знает, что ты там приготовила… И что у тебя на уме.

Ну, знаете ли, он перешел все границы! Понятно, что между боевиками и ведьмами взаимное недоверие, но я тут, между прочим, акт доброты проявила – безвозмездно поделиться антидотом решила – а он смеет еще подозревать меня в скрытых мотивах!

Светлый! Так и хотелось плюнуть ему под ноги, чтобы выразить всё, что думаю о нем и ему подобных!

— Можешь не пить. Мучайся дальше. В конце концов, сам виноват, что зелье пролилось на тебя.

— Я виноват? – изумленно вскинул светлый бровь.

— Тебя никто не просил меня ловить.

— Если бы я тебя не поймал, ты бы расшиблась, – раздраженно бросил Арвен.

— Не расшиблась бы, – упрямлюсь. Чем сильнее злю парня.

— Неблагодарная ведьма! – перешел на оскорбление светлый.

— Неблагодарный светлый! – в свою очередь ответила тем же я.

Наши взгляды схлестнулись в немом поединке, длившемся не меньше минуты.

— Давай свой антидот, – спустя время процедил Арвен, всё так же не отпуская моего взгляда.

— Вот еще! – надменно фыркнула я. Размечтался! – Предложение больше не действительно!

— Дай сюда антидот! – требовательно протянул светлый руку, думая, что я послушаюсь. Наивный.

— Нет.

— Не зли меня, ведьма.

— Это тебе не стоило меня злить, светлый!

— Дай сюда! – боевик сделал выпад, желая вырвать из моих рук антидот, но я была готова.

Ловко увернувшись, под гневным взглядом парня засунула бутылек в декольте как можно глубже.

В силе я не могла сравниться с ним, боевик сумел бы забрать антидот. Но вот в хитрости — тут я явно была куда опытнее.

— Ты!.. – возмутился парень, поняв, что если решит получить антидот силой, придётся лезть ко мне в декольте.

— Что я? – издевательски спросила. – Ты ведь не желал пить, когда я предложила. А теперь настаиваешь… Какой непостоянный. Не боишься, что я надумала тебя отравить? Ведьмы ведь такие коварные.

— Ты не настолько безрассудна, чтобы отравить кого-то в стенах светлой академии.

— Да неужели? – поражаюсь непостоянству светлого. Не он ли только что намекал, что не доверяет мне и подозревает в желании его отравить?

— У меня нет желания спорить с тобой, – сложил он руки на груди. — Дай мне антидот, и разойдемся.

— Не хочу, – повторяя за ним, складывая руки на груди, ответила.

— Не провоцируй меня, – прищурился светлый. – Я ведь могу сам его забрать, несмотря на то, что придется сделать.

— Можешь попробовать, – улыбнулась я. – Но тогда я с чистой совестью обвиню тебя в домогательстве. И раздую такой скандал – вовек не отмоешься! О твоей любви к ведьмам будут знать все.

Арвен сжал челюсть, явно сдерживаясь от ругательств. Зато его глаза, они просто метали молнии…

— Чего ты хочешь? – процедил он.

Ответила я не сразу. Хотелось, чтобы сильнее понервничал. Заслужил.

— Извинений, – наконец произнесла. – Я собиралась дать тебе антидот за то, что не позволил мне тогда упасть, но после твоих необоснованных подозрений желание помогать пропало.

Какое-то время светлый молчал. Смотрел на меня и молчал. Я уже было решила, что гордость так и не позволит ему извиниться, и собралась уйти, как внезапно услышала:

— Прости. Я был неосторожен в словах.

Скрыв удивление, замявшись на мгновение, достала антидот и протянула со словами:

— Подожди еще два часа, прежде чем пить. Начни с пяти капель. Если не поможет и кошмары продолжатся, увеличь до десяти. Не больше.

— Спасибо, – забрав флакон, соизволил поблагодарить боевик.

Отвечать не стала. Просто обошла его и направилась в общежитие. Теперь мы квиты. Я больше ничего ему не должна.