(Не)зримая связь. Исцеление для дракона

Моя жизнь покатилась под откос, и всё, что у меня осталось, — заброшенный замок, доставшийся от дяди.

Кто бы мог подумать, что в новом доме меня будет ждать ослепший, покрытый шрамами мрачный дракон, который считает замок своим и съезжать не собирается.

Он велит мне убираться прочь. Но я не сдамся и не отступлю — мне попросту больше некуда идти.

В его замке — ночь, а он сам — раненый зверь, забывший вкус дня.
И, возможно, именно я должна вернуть ему свет. Даже если ради этого мне придётся сорвать маску с собственного лица.
--------------------------------------------------------

Если бы я знала, что драконы существуют, я бы никогда не переступила порог замка Чёрного Крыла. И уж точно не позволила бы огню в своей крови отозваться на самого тёмного из них. Жаль, что никто меня не предупредил.

Но в тот день я думала вовсе не о драконах. Я думала о том, что у меня осталось тридцать монет, дорожная сумка и ни одного места, куда можно вернуться.

Мамы я не помнила — она умерла, когда я родилась. Папа заменил мне весь мир, но в прошлом году не стало и его. А следом ушло всё остальное: дом, деньги и жених, который, как выяснилось, ухаживал не за мной, а за папиным состоянием. Ни письма. Ни объяснения. Он просто исчез.

Впрочем, хватит об этом.

Мне двадцать лет, я одна, и у меня в кармане медяки да половинки. Не до сантиментов.

И всё-таки один сюрприз для меня нашёлся.

Письмо принёс беркут. Белая бумага, золотые чернила — едва тёплые под пальцами, словно кто-то только что держал это письмо у свечи.

Дорогая леди Блэквуд,

Сообщаю вам, что ваш дядюшка, достопочтенный лорд Олдергейт, скончался. В своём завещании он оставил вам наследство. Прошу вас прибыть в Воронью Балку десятого мая, дабы уладить все необходимые формальности.

С уважением, Эван Пратт, адвокат. Лорд Гудвэй.

Наследство. Может, целых сто монет. А может, и двадцать — но даже они стали бы чудом.

Когда замок Чёрного Крыла вырос из тумана, я сглотнула.

Издалека он казался величественным — громада башен и зубчатых стен на фоне набухшего неба. Но чем ближе мы подъезжали, тем яснее становилось — сад одичал: деревья стояли голые и кривые, ограда покосилась, а от ворот осталось одно ржавое кружево.

К тому времени, как замок навис надо мной целиком, я уже съёжилась в его тени.

— Вот мы и приехали, леди.

Извозчик помог мне сойти.

Он поднял воротник, стащил с козел мой единственный саквояж — потрёпанный, с облезлой ручкой — и отнёс к ступеням башни. Вернулся, сунул руки в карманы и выжидательно кашлянул.

Я расплатилась. Монета скользнула в его широкую ладонь и тут же исчезла в кармане. Извозчик тронул поводья, но вдруг натянул их снова — лошадь недовольно мотнула головой.

— Если желаете, леди, я доложу о вашем прибытии градоначальнику. Там, внизу.

Я подняла на него глаза.

— Зачем?

— Чтобы вас стали искать, — он помолчал, — если исчезнете.

Я невольно усмехнулась.

— Здесь что, водятся драконы?

— Может… и так.

Я ухмыльнулась. Вот ещё придумал.

— Да ладно вам, не стоит, — сказала я, но почему-то уже не так уверенно. — Спасибо.

— Как знаете.

Он стегнул лошадь и уехал, не оборачиваясь.

Я перекинула дорожную сумку через плечо и направилась к входу, где поджидал саквояж.

Каменный мост вёл через ров, подёрнутый ряской. Из щелей между плитами пробивалась трава.

Замок Чёрного Крыла не выглядел обитаемым. Во многих окнах не было стёкол — только чернота, густая и неподвижная, словно замок втянул в себя весь свет и не собирался отдавать. Над входной аркой сохранились пазы для опускной решётки, но самой решётки не было. Ни дверей, ни ворот — лишь тёмный зев прохода, из которого тянуло сыростью и камнем.

Я прошла под аркой во внутренний двор.

— Лорд Гудвэй?

Голос мой растворился, словно двор проглотил его. Я попыталась громче:

— Лорд Гудвэй, вы здесь?

Эхо отскочило от стен, прокатилось по плитам и затихло где-то в глубине галереи. Больше — ничего.

Голод и усталость накрыли разом. Я закрыла глаза. Заставила себя вдохнуть.

Внезапно начался дождь. Крупные капли ударили по камню, двор потемнел, и запахло мокрой пылью — тем особенным запахом, когда вода падает на то, что давно от неё отвыкло.

Шорох за спиной. Я обернулась — ворон сорвался со стены, мелькнул серым силуэтом на фоне туч и исчез за зубцами.

И тут я увидела мужчину на другом конце двора.

Он стоял в арке напротив — неподвижно, как часть стены. У его ноги сидела чёрная пантера.

Я моргнула. Пантера никуда не делась.

Мужчина сменил позу, и косой луч света выхватил нижнюю половину его лица — тяжёлую челюсть, щетину, рот, в котором не было ни тени улыбки. Верхнюю часть лица по-прежнему скрывала тень.

Сердце забилось быстрее.

— Здравствуйте! Вы лорд Гудвэй?

— Нет.

Ни здрасте, ни до свидания. Просто «нет».

Пантера зарычала.

Я стиснула ручку сумки.

— Лорд Гудвэй здесь?

— Нет.

— Вы смотритель?

— Нет.

— Я получила письмо. От лорда Гудвэя. Он просил встретиться здесь сегодня — по делу, связанному с наследством моего покойного дяди.

Я протянула письмо — пальцы дрожали, и я ничего не могла с этим поделать.

— Вот. Посмотрите?

Один уголок его рта медленно изогнулся.

— Нет.

Я убрала письмо обратно в карман.

Он прислонился плечом к арке.

— У вас ещё вопросы?

Голос его был таким низким, что казалось, он ползёт по каменным плитам — ко мне, вверх, дрожью сквозь подошвы.

— О чём вы? — Я прижала руки к груди.

— Зачем вы здесь? Скажите прямо.

— Я же сказала… — начала я и осеклась. — Вы всегда такой?

— Да.

Ну просто никаких сил. А он ещё издевается.

Усталость и голод делали своё дело — разум плыл, и я уже не была уверена, что этот разговор действительно происходит.

Дождь усилился. Капли звенели по каменным плитам — тяжело, размеренно, и каждая словно выбивала остатки сил из моего тела.

Стены замка начали медленно кружиться. По краям зрения потемнело.

— Я… Простите, я…

Руки безвольно опустились. Пантера зарычала — коротко, зло, оскалив клыки.

Мужчина шагнул из тени.

И я провалилась во тьму.