Недоразумение на боевом факультете. Экзамен на выживание

Ба-бам!

— Ника, прекрати сейчас же крушить свою комнату! В третий раз ремонт делать не будем, так и знай. Спалишь мебель – будешь жить на чердаке.

— Договорились, – откликнулась я, вставая с пола. Отряхнула испачканную в пепле ночнушку, отбросила очередную испорченную свечу в сторону и вернулась к своему занятию.

Снизу донеслось что-то нечленораздельное и, скорее всего, адресованное в мой адрес, но я не обратила на это внимания. Подумаешь, в первый раз что ли ругаются? Лучше сосредоточусь на свечке, которая вместо того, чтобы просто зажечься, снова упорно старалась взорваться.

Хм, и что я опять делаю не так?

Я всегда любила магию. С самого детства.

Всегда с восторгом и замиранием сердца смотрела на родителей и старшего брата, которые прекрасно управляли своими стихиями. Мама у меня водница, способная создать целое озеро в пустыне. Отец – маг земли. Нет, он не копается в ней, как травники или ботаники, скорее, он гору с места сдвинет, чем полезет руки марать. Брат… Эх, Барт у нас огненный элементаль.

Тут я даже говорить ничего не хочу.

Красавец, умница (или, скорее, умник) и отличник, которого нахваливают магистры и обожают одногруппники. Звезда факультета, гордость академии и прочее, и прочее, и прочее…

Ну, вот, не хотела, но всё-таки сказала. И снова всё хвала про Барта, будь он неладен. И ведь родители туда же:

— Ника, бери с Барта пример.

— Ника, у Барта прекрасно получаются заклинания, учись у него.

— Ника, не мешай Барту тренироваться, не отвлекай его болтовней и всякой ерундой.

— Ника, Барт то… Ника, Барт сё…

И так практически каждый день.

Да я и не отвлекала его, а просто смотрела. Ну, хорошо – подсматривала, как он тренируется магии и вытворяет из огня что-то невероятное, начиная от боевых заклинаний и заканчивая огромным огненным цветком.

Вот это красота.

Я была бы рада у него поучиться, очень-очень, но ведь он зазнался, зараза такая, не хочет отстающую младшую сестру даже элементарному научить. Например, вот свечу зажечь. Просто зажечь, а не спалить полдома.

Но, в общем-то, он нормальный был. Когда не зазнавался. И даже дельный совет мог дать, и подсказать что-то. Да вот только такие всплески доброй воли у него не особо часть случались. А я… а у меня вот вообще непонятно какой дар. Если вообще он у меня есть. Хотя вроде бы и есть, но какой-то странный.

Просто с самого детства, за чтобы я не ухватилась – ничего не получалось. Пыталась управлять водой, как мама, так чуть не затопила целый городок, в котором мы жили. Хотела быть, как папа – землекоп… эм, магом земли, так город чуть под эту самую землю и не ушел. Пыталась совладать с воздухом и… думаю, и так понятно, что налетел ураган, да? Про огонь вообще мне сказали даже не заикаться, как и про боевую магию.

Эх, боевая магия… мечта, да и только. Но ей так и суждено остаться только мечтой, так как я была просто ходячей катастрофой.

Если я бралась за создание какого-то зелья, то оно обязательно становилось ядовитым. Нет, вы не думайте, на тот свет я еще никого не отправила. Наверное. Просто у людей могли вырасти рога… например. Или становилась зеленая кожа, как у орков. А один раз человек сильно «раздулся» и стал легким-прелегким, совсем, как всем знакомая тетя из Гарри Поттера. Только вот Гарри там сделал это специально, а я…

Упс, так получилось.

В общем, либо зелье кого-нибудь травило, либо разъедало поверхность, причем даже из твердых пород, либо искажало любой живой объект до неузнаваемости, то есть могло сделать из кота бегемота. Но это если в двух словах. Бегемоты у нас не водятся, зато вместо них есть существа пострашнее. Вот в одно из них простой и милый соседский котик однажды и превратился, с моей подачи. И чуть не сожрал хозяйку.

А что я? Я не виновата, что он по чужим домам лазать любит и есть всё подряд. Насильно в него никто зелье не вливал, он сам его вылакал.

Но обвинили всё равно меня.

А ещё элементарное и очень даже простое зелье ускорения роста в обязательном порядке становилось вот совсем непростым и не очень безобидным. Так что любое растение, которое я им поливала, запросто могло обратиться в какую-нибудь Венерину мухоловку, которая с удовольствием сожрет… нет, не мух, а соседского кота, например. И вот что интересно, что его жрет растение, а обвиняют в этом снова меня.

Несправедливо!

Ага, еще и обидно. Барт вон в академии учится, магию постигает, а я тут сижу в простом городишке, буквально запертая в доме и если выхожу на улицу, то всё жители шарахаются от меня, как от чумы и обходят десятой дорогой, если увидят. А ведь я общительная. И очень добрая.

Честно-честно!

Про то, чтобы быть лекарем или хотя бы травницей, не шло даже и речи. Со стороны родителей, конечно. С моей стороны это предложение прозвучало. Однажды.

— Если не хочешь перетравить всех в округе, разбудить вулкан или поднять нас всех на воздух, то даже и не мечтай поступать в Академию магии! – строго вещал папа еще два года назад, когда я, став совершеннолетней по магическим меркам, то есть в свои шестнадцать, намекнула на обучение. – Твой удел сидеть дома и постигать науку мира людей. Безмагического мира! Вместо академии будешь поступать в Университет, так что лучше готовься к людским экзаменам. Надеюсь, хоть в том мире от тебя меньше бед будет.

Я тогда насупилась, жутко обиделась и не выходила из своей комнаты целых три дня, объявив ко всему прочему еще и голодовку.

Но голодовка была официальной информацией для родных, а на самом деле я задалась целью найти и взять под контроль свой странный, непонятный и, скорее всего, спящий дар, чтобы не поступать в людской Университет. Правда, вот уже два года всё было безуспешно. Ну, почти. Дар всё же пробудился, но как-то не так. Он словно сходил с ума и не мог понять, что ему делать.
А заодно и мне.

***
Дорогие читатели, добро пожаловать в новую увлекательную историю!

На портале стартовал большой флешмоб, где более двух десятков замечательных авторов подготовили для вас небольшие истории об учебе в Великой межмировой академии Изумруд.
Это ЛИТСЕРИАЛ и я представляю вашему вниманию 1 серию о похождениях бедовой (ну почти) адептки Ники в академии, где она будет пытаться совладать со своей магией и постарается (очень-очень) не развалить эту самую академию😅
Вас ждут интересные приключения, новые знакомства, пернатый фамильяр и любовь... Но об этом позже 😉

Узнать, что интересного есть в других историях можно по . 
Это будут небольшие истории, связанные одним миром, одной академией. С юмором, с перчинкой, с изюминками - самые разные и на любой вкус.

А вы готовы порвать конверт?:)

Оставайтесь с нами, и да начнется волшебство!

У меня и раньше были проблемы с контролем неполноценной силы, а теперь возникало ощущение, что она вообще перестала меня слушаться. Постоянно норовила устроить какую-нибудь пакость. У меня в руках начали взрываться зелья, вода вскипала от одного прикосновения, а элементарная и очень простая попытка зажечь свечу всегда заканчивалась взрывом.

Вот как сейчас.

Родители пытались понять, что со мной не так. Почему моя магия сходит с ума, но так ничего и не нашли. Как и лекари нашего мира. Они только разводили руками и качали головой, словно ничего большего, кроме как ограничить дар, сделать не могут. А больше ни к кому мы не обращались.

Так что поступить всё же пришлось, как и отучиться целых два года на факультете юриспруденции Университета дружбы народов, будь он неладен. Я ведь, по легенде, была с далекой Англии. Благо, фамилия подходящая и никто из одногруппников не догадался, что я не из этой самой Англии, холодной и мрачной, а с Дарлинии, солнечной, цветущей и наполненной магией. Родителям пришлось нацепить на меня ограничительные браслеты, чтобы я ненароком никого не взорвала, так что вреда окружению я не принесла.

А иногда так хотелось.

Особенно, когда парни-студенты очень красноречиво и нагло начинали приставать к хрупкой, невысокой блондинке с огромными голубыми глазами. Такой беззащитной на вид, что желающих «пригласить на свидание» с каждым месяцем становилось всё больше и больше. Хорошо, хоть Барт не был таким уж вредным придурком и, как только узнал, что ко мне пристают, подарил один артефакт, способный увеличивать силу удара.

 С виду простой маленький, черный камень с тонкими, красными волнообразными линиями. Ничем не примечательный, совершенно обычный, но благодаря ему сила удара хрупкой девушки возрастала раз в десять. Так что после одной сломанной челюсти, одного перелома ребер, пары сломанных рук и потенциального кастрата в лице особо наглого парня ко мне перестали лезть с непристойными предложениями.

Я повесила камушек на цепочку и теперь носила в виде браслета. Но, к моему огромному сожалению, из учебного заведения меня так и не забрали. И не отчислили. Так что мне всё равно приходится изучать всё эти термины, законы и всю остальную ерунду.

«Право интеллектуальной собственности. Альтернативное урегулирование споров. Наследственное право…» – вот на фига оно мне все, а?

Поэтому я не сдавалась и упорно продолжала тренировать и развивать свой дар. Жаль, что только летом, когда прибывала в родную Дарлинию на каникулы. Сначала занималась в тайне от родителей, но затем, когда снесла полстены в своей комнате (случайно, конечно же), стала продолжать тренировки под их бурное ворчание и с обязательным контролем.

Вот прям, как сейчас, ага.

— Ника, я кому сказала прекращать свои эксперименты, – снова донеслось грозное обращение мамы.

— Ага, сейчас-сейчас, – крикнула в ответ и затем уже чуть тише добавила, – Сейчас, только свечку эту противную зажгу и сразу прекращу. На сегодня.

Хоуп, моя совушка умненькая, любимая, которую я тоже слегка «переделала», моргнула своими огромными глазищами и предусмотрительно отодвинулась на противоположный конец шкафа, от меня и от свечи подальше. Она ведь, ну, никак не хотела и, значит, нового взрыва не миновать.

А я ведь старалась.

Вот нутром чувствовала, что у меня обязательно должна быть огненная магия! Ну, не просто же так вокруг меня всё в последнее время взрывается, да? Так что я шумно вздохнула, поправила выбившийся светлый локон из пучка и вновь склонилась над многострадальной свечкой.

— Ну, давай уже, зажигайся, – проворчала я, колдуя над ней. Взрывы-то у меня получались и очень даже неплохо, но ведь неконтролируемые же! А так не должно быть. И ещё не получались простые заклинания. Я бы даже сказала наипростейшие, вроде зажечь свечу, как сейчас.

Подождите вот, кажется, фитилек немного заискрился. Точно! Вот, я же вижу, он начал тлеть. Значит, у меня получилось, да? И только я хотела обрадоваться своему успеху, как вновь с руки сорвалось нечто и смело меня в одну сторону, а стол с многострадальной свечкой, свитками и книгами в другую.

— Да что ж такое, – проворчала обиженно.

— Да что же это такое? – прогремело снизу грозное, и я поняла, что на сегодня точно надо заканчивать.

Ладно, продолжу завтра. Может, в горы пойду, подальше ото всех и там потренируюсь. Главное – обвал там не сделать.

А сейчас я поднялась, вновь отряхнула запачканную от недавнего взрыва короткую, ещё полчаса назад белую ночнушку, и принялась поднимать перевернутый стол с книгами. Эх, помогли бы хоть, дубовый стол метр в длину не так-то просто поднимать хрупкой девушке. Но я лучше сама раскорячусь, чем позволю папе увидеть, что я тут вновь учудила.

Барт, может, и помог бы бескорыстно. И даже родителям ничего не сказал, но вновь выслушивать его подколы от моего провала я была не готова, так что обойдусь без посторонней помощи.

Справившись кое-как со столом, я принялась за книги и свитки. Разложила их по поверхности, сложила аккуратными стопками и хотела уже идти умываться, как взгляд зацепился за один свиток, оставшийся лежать на полу. Вроде бы такой же, вернее, похожий на всё остальные, но всё же неуловимо другой. Более маленький, аккуратный и с интересной кисточкой на конце бечевки, которой он был обвязан. У нас таких точно не было.

— Так, а это что у нас тут? – проговорила заинтересованно, разворачивая его и пытаясь понять, что это за бумага такая, мягкая и гладкая, словно шелк. А еще тонкая, как пергамент, так что я (со своей везучестью) изо всех сил старалась не разорвать его. По крайней мере, сразу.

Приветствую тебя, будущий маг!

Если ты читаешь эти строки, значит, в тебе есть кусочек нашего мира – магическая искра Ильсарры и артефакт-искатель избрал тебя для обучения в Великой межмировой академии Изумруд.

Условия очень просты: ты сам выбираешь свой путь. Как только за тобой закроется дверь, для тебя начнется новая, совершенно непривычная жизнь, полная приключений, тайн и загадок. Ты пройдешь опасное испытание, подготовленное нашими наставниками, и раскроешь свой дар или вернешься к скучному, обыденному существованию...

Помни, ты можешь взять с собой только то, что способен унести.

Если ты готов — просто порви конверт. И да помогут тебе священные звезды Ильсарры!

После этих строк по всему дому раздался громкий визг.

— Ника, что случилось? – в комнату вбежали перепуганные родители вместе с братом и приготовленными боевыми пульсарами наперевес.

Может, думали застать тут жуткого монстра, которого я сама же и сотворила, но застали только меня, счастливо скачущую по всей комнате:

— Меня пригласили. Пригласили! Меня позвали учиться в ВАИ!

Я продолжала радоваться и буквально летать по комнате от переполняющих меня чувств. В это письме, в это маленьком клочке пергамента были самые заветные слова, которые я ждала два года. И сейчас я была вне себя от счастья.

— Подожди, Ника, объясни толком, что происходит? Куда тебя приняли? – нахмурилась мама, заглушая небольшой водный шарик, парящий над рукой.

Я подбежала к застывшим родителям и сунула им в руки заветный свиток, а заодно обняла.

— ВАИ. Вы представляете, меня пригласили в межмировую академию! Я буду учиться магии. Магии, как я и мечтала! Я, наконец, смогу обуздать свою магию и не будет этих спонтанных выбросов. Я буду, как все, представляете?

Моему счастью не было предела, но вот родители, похоже, его вот вообще не разделяли. По крайней мере, папа. Он заглушил… нет, не шар с землёй, как можно было бы подумать, а шар, похожий на сгустки молнии и вновь перевел взгляд на письмо. Я же не обращала внимания на эту хмурость, а с лучезарной улыбкой повернулась к брату:

— Барт, я научусь управлять своей магией, представляешь? Я буду настоящим магом, как ты! – я подскочила к нему и буквально повисла на шее.

— Эй, полегче, – прохрипел он, пригибаясь, – Ты хоть и мелкая, но не забывай о моем подарке. Ты же сейчас меня задушишь.

— Ой, прости, – улыбнулась я и чиркнула его в щеку, – Я не хотела, так получилось.

Точно, я же совсем забыла о черном агате, подаренном для увеличения силы. Даже не думала, что простое объятие тоже может быть усилено. Надо запомнить, чтоб в академии ненароком никого не придушить.

Брат, в отличие от родителей, улыбался, хоть и выглядел ошарашенным. Но мне некогда было вникать в подробности, так что я отскочила от него и задумалась.

— Так, в письме написано, что я могу унести с собой только то, что будет в руках, значит, нужно собрать всё самое необходимое. А что мне понадобится в академии? Правильно, одежда. Так, мне нужна одежда.

Я подскочила к своему шкафу и выудила оттуда сумку, с которой обычно уезжала в универ. Небольшая, но вместительная. Она точно должна была поместиться у меня в руках. Конечно, если не набивать её под завязку.

— Джинсы? Да, джинсы нужны обязательно. И лучше пары три, про запас. Юбки? Нет, зачем они мне? А вот джемпера и свитера точно понадобятся. Практично и удобно. Намного лучше, чем те же блузки, – я буквально вытряхивала содержимое своего шкафа, отбрасывая в сторону то, что не нужно и закидывая в сумку все, что необходимо. По моему мнению. – Так, мне ещё средства личной гигиены нужны, вот прямо обязательно. Как я буду без них?

Я бросилась в ванную комнату, начала сгребать оттуда всё необходимое,  оставив стоять сзади себя ошарашенных родителей.

— Так, щетка, резинки, заколки, – перечисляла я, закидывая в сумку всё свое добро, – паста, полотенце… нет, оно точно не нужно, шампунь…

— Ты никуда не поедешь.

— … гель для душа, скрабы и… Что ты сказал? – до меня только дошел смысл сказанных слов, после чего я ошарашено обернулась.

— Ты никуда не едешь, Ника, – хмуро повторил отец, свернул пергамент с моим приглашением и спрятал его в карман халата. А вид при этом сделал такой, словно в руках у него ничего и не было. Совсем.

Та-ак, и как это понимать?

Я скинула всё добро, которое успела сгрести из ванной комнаты в сумку, смахнула упавшую на лоб прядку волос, уперла руки в бока и не менее грозно посмотрела на родителя.

— Можно узнать, почему я не могу туда поехать?

— Тебе не место в академии, Ника, – будничным тоном проговорил родитель. – По крайней мере, не с твоей нестабильной магией. Ты же разнесешь её в щепки, а нам с твоей мамой потом всё это разгребать и краснеть перед преподавателями. К тому же, я не хочу, чтобы моя дочь училась с непонятными монстрами.

— Подожди, Ральф, давай всё обсудим, – встряла мама. Только она умела быстро и непринужденно успокоить разбушевавшегося отца.

Водница, этим всё сказано.

Я же насупилась, села на кровать и захлопнула рот. Вот так всегда, только я собиралась разразиться гневной тирадой, как меня перебили. Теперь, пока они не поговорят, не поспорят, встревать к ним в разговор было бесполезно.

— Может, всё не так плохо и наша девочка, наконец, сможет совладать со своей магией.

— Только не в этой академии, – хмуро сказал отец, – там учатся люди и нелюди со всех уголков нашего необъятного мира. Со всех уголков Вселенной. Кого там только нет: эльфы, драконы, дроу, ведьмы, русалки… Русалки, Верона! Вот как эти существа будут учиться? Как ходить по академии?

— Какая разница, как они будут ходить? – улыбнулась мама. – Главное, что Ника у нас нормальная, с двумя ногами, двумя руками и головой. За нее переживать надо, а не за каких-то там русалок.

— На счёт головы я бы поспорил, – всё так же хмуро заметил отец и взглянул в мою сторону, – она же там камня на камне не оставит…

Нормально, да?

Я сидела на кровати, подтянув к себе ноги, и с тоской наблюдала за спорящими родителями.

Эх, вот так всегда. Они, значит, на меня ярлыков навешали, причину таких всплесков не нашли и решили проблему просто:  нет магии – нет проблемы. Нацепили на меня ограничители и довольны. Хорошо, что хоть сейчас основную часть сняли, оставив только один, который помогает мне не разнести дом к чертовой бабушке. А я не хочу жить среди обычных людей, я хочу учиться магии! И снять эти оковы, будь они неладны.

Пока они продолжали спорить, я решила потихоньку дособирать сумку.

Сделала знак своей совушке, чтобы та попыталась выкрасть заветный пергамент из кармана родителя и продолжила упаковываться. Она у меня маленькая, незаметная… иногда бывает. Но по большей части такая же бедовая, как и я. Однако я всё равно её обожаю, лапочку пернатую.

— Сбежать хочешь? – раздалось тихо над ухом. От неожиданности я подпрыгнула и нечаянно заехала локтем в живот одному вредному парню, не заметив подкравшегося сзади брата.

— А ты бы не сбежал? Или предпочел бы всю жизнь сидеть здесь, под надзором? – проворчала я и продолжила собираться, пока скрючившийся в три погибели Барт хватал ртом воздух. Просто заехала я рукой, на которой красовался подаренный им же артефакт, увеличивающий силу. Ну, ничего, может, пугать перестанет. – А лучше, прожить жизнь вдали от магии вообще, как это прочат мне.

Сказала и сама же скривилась.

Нет уж, не хочу я сидеть тут всю жизнь. Не хочу и не буду. Если так не отпустят, тогда сбегу.

— Сбежал бы, конечно, – прохрипел он, потирая ушибленное место и присаживаясь рядом. – Поэтому я и здесь. Я же тебя прекрасно знаю, Ника. Если ты чего-то захотела, то будешь добиваться желаемого любой ценой, – замолчал и продолжил задумчиво, – иногда даже в счёт целостности дома, здоровья окружающих, нервных клеток родителей… – у меня даже глаза на лоб полезли от таких откровений. Ну, это он утрирует. Совсем чуть-чуть, – …и в этот раз я тебе помогу.

Я удивленно изогнула брови и посмотрела на своего сегодня уж очень странного братца. Обычно он и близко ко мне подходить не любит, а тут еще и помощь предлагает.

— И чем же? – спросила осторожно и даже перестала складывать вещи.

— Просто помогу тебе отправиться в академию, – улыбнувшись, ответил он. – Даже несмотря на протест родителей. Хотя протестует тут только папа…

Мы одновременно повернули головы на всё еще спорящих предков и синхронно вздохнули.

— … А я тебе говорю, Верона, что Нике не место в этой академии! – продолжал ругаться отец. – Ты хоть знаешь, что это за академия? Ты не бывала там и Ника туда не поедет. Она может не вернуться.

— Не знаю, но ты сейчас говоришь глупости, – спокойно отозвалась мама. – Это просто академия. Одна из многих. Она находится на перекрестке миров, далеко от нас, поэтому и баек ходит не мало, а на самом деле…

Да, папа у нас любил отстаивать свою точку зрения. Упрется, как гора, и фиг с места сдвинешь. Магия земли ему определенно подходит.

Я перестала вслушиваться, так как время поджимало. Если я сейчас просижу просто так, то в академию я попаду без вещей. Главное – вообще туда попасть, письмо так и лежит в кармане у папы. Взглянув еще раз на Хоуп, я одним взглядом поторопила её выудить заветный пергамент и вновь вернулась к сумке.

— Так, джинсы, кофты, белье есть, – ворчала себе под нос, вспоминая, всё ли взяла, – зубная щетка, ботинки, куртка… бли-и-ин, куртка с обувью внизу находятся, – простонала вполголоса и нахмурилась.

Вот как мне незаметно дойти до коридора и забрать вещи? Повернулась к Хоуп, но та округлила свои огромные глазки и отрицательно мотнула головой, так как прекрасно поняла, о чем я в этот момент думала.

Ну, вот, придется самой изворачиваться. И только я хотела осторожно прокрасться вниз, как…

— Ты куда? – Барт схватил меня за руку и усадил обратно.

— За вещами, – тихо ответила и постаралась высвободить руку. Но не тут-то было, Барт держал крепко. – Эй, выпусти. Я же должна собраться.

— Вот это тебе понадобится гораздо больше, чем вещи, – он вложил в мою ладонь… резинку для волос. Обычную, черную, ничем не примечательную резинку. Разве что плетение у нее было интересным и все.

— Эм… спасибо, наверное. Но у меня и своих резинок хватает.

— Это не просто резинка, глупая, – со вздохом и, словно маленькому ребенку, пояснил он. – Это артефакт. Эта «резинка» способна превратиться в длинную толстую цепь, которая сама опутает противника. Долго над ней возился, но вот, как видишь, отдаю любимой сестре.

— И в чем подвох? – спросила настороженно, держа в руках эту самую «резинку» так, словно она была каким-то ядовитым существом или вот прямо сейчас готова была обернуться в упомянутую цепь.

— Да ни в чем, – пожал плечами Барт. – Просто я пока её не опробовал, так что ты будешь кем-то вроде первопроходца.

«Ага, скорее уж, подопытным кроликом», – добавила про себя и хотела уже вернуть резинку, но… подумала немного и всё же нацепила её на пучок. Понятия не имею, как поведет себя эта штуковина и будет ли вообще работать, но взять всё же стоит. Потом буду разбираться, что это такое и как ей пользоваться.

— …я тебе еще раз повторяю, Верона, что Аннике там не место, – громыхнул отец. – В свое время я не пустил туда Барта, а сейчас не отпущу Нику. И это не обсуждается.

— Как раз это очень даже и обсуждается, – не менее грозно возразила мама, – Барт не пошел в ВАИ по своим причинам, но Ника вполне сможет там учиться…

— Спасибо, – проговорила тихо, наблюдая за Хоуп, которая уже лапку вытянула, чтобы добраться до заветного пергамента. – За резинку. То есть, за цепь. Ну, ты понял. А почему тебя не пустили в ВАИ?

— Были причины, – невесело ответил брат, – Не бери в голову, лучше держи и учись так, чтобы я тобой гордился. И я же обещал помочь, так что, держи.

Он протянул мне заветный пергамент, который должен был лежать у отца, и подмигнул.

— Это же… Как ты?.. Он же…

Я обернулась на Хоуп, которая застыла в нелепой позе, всё еще пытаясь дотянуться до кармана халата, и огромными глазами смотрела на нас с братом. Во всем её взгляде говорилось: «ты не мог об этом сказать раньше?» А затем не удержалась на одной лапке и свалилась в этот самый карман, моментально привлекая к себе внимание родителей.

— Хоуп, что ты здесь делаешь? – спросил папа, вытаскивая мою малютку из кармана и проверяя его на наличие свитка. Но его же там уже не было, так что он перевел гневный взгляд на меня и начал надвигаться. – Ника, ну-ка верни письмо.

Только сейчас я вспомнила, что заветный пергамент был у меня в руках и на всеобщем обозрении.

Ой-ой, пора брать руки в ноги…, то есть, ноги в руки и бежать отсюда, если я хочу добраться сегодня до академии. Так что я подорвалась с места, словно ошпаренная, и отскочила подальше, сжимая в руке заветный свиток.

— Ника…

— Я всё равно поеду учиться, – возразила, отступая подальше.

— Ник, туда порталом перемещаются, а не едут, – хохотнул Барт.

— Значит, перемещусь, поплыву, пойду пешком – неважно. Главное – я всё равно попаду в эту академию! Папа, почему ты так против того, чтобы я училась там?

— Потому, что я сам учился в ВАИ и не хочу, чтобы ты прошла через то же самое.

Учился в академии Изумруд? Странно, отец никогда не говорил об этом. Честно говоря, он вообще ни разу не говорил о своей учебе, так что я, по меньшей мере, удивлена. Что же там с ним произошло? И пока я отвлеклась, отец сделал один широкий шаг в мою сторону и уцепился за свиток.

Ну, уж нет, теперь я его точно не отдам. Я вцепилась в этот несчастный клочок бумаги обеими руками и просто тянула.

— Ника, не дури. Отдай письмо, тебе не нужно в эту академию, – настаивал на своем отец. И даже не обращал внимания на маму, которая пыталась втолковать ему обратное.

— Я хочу там учиться! Почему ты не хочешь меня отпускать?

— Да потому, что там экзамены на выживание, которые проходит далеко не каждый потенциальный адепт! И ты с твоей силой его точно не пройдешь и застрянешь в безвременье Ильсарриона, как застрял мой очень хороший друг. И больше никогда не вернешься!

Ого, вот тут я застыла. Даже чуть ослабила захват пергамента. Неужели, это правда? И не всегда испытания проходят гладко, и будущие адепты могут попросту пропасть?

Невольно задумалась, а хочу ли я так рисковать?

И именно в этот момент ко мне всё же решила подлететь моя ручная нахалка. Вернее, совушка, которая уселась на руку, и тут же клюнула посередине пергамента, разорвав тот на две части. Перед тем, как меня закрутило и окунуло в темноту, я смогла разглядеть встревоженное лицо отца, после чего меня унесло в воронку, швыряя и раскручивая во все стороны, чтобы через минуту вышвырнуть… куда-то.

Куда-то в темноту и явно не на кровать, так как я довольно больно приложилась пятой точкой. Потерев ушибленное место, я обнаружила, что в руках у меня были только половинка письма и сова, которая умудрилась захватить с собой свою любимую остроконечную шляпку. Розовую.

— А моя сумка? – сказала обиженно и посмотрела на Хоуп. Паршивка лишь пожала крыльями, водрузила себе на голову шляпку и что-то важно пискнула.

Класс.

Похоже, испытания мне придется проходить в короткой ночной сорочке и босиком.

***
А вот и маленькая хулиганка:)

— Хоуп, ты не могла клюнуть пергамент чуть попозже, а? Вот как я теперь учиться без вещей буду? – проворчала, вставая с холодного пола.

Я сверлила вредную птичку злющим взглядом, надеясь на сочувствие или хотя бы понимание, но на Хоуп это не произвело вот совсем никакого впечатления. Заразка поправила лапкой чуть съехавший головной убор, что-то пропищала и важно пошла рассматривать то помещение, куда нас, собственно, и закинуло.

Нашла я этот перьевой комочек два года назад крохотным птенчиком и совсем одну. Ни гнезда, ни мамы поблизости тоже не обнаружила, так что, не раздумывая, взяла к себе.

Так как дело было летом, то я смогла выхаживать её сама. У меня был кое-какой опыт в лечении магических зверей, благодаря учебе в магической школе. Там хоть поверхностно, но преподавали лекарское дело. Для людей. Ну, и чуть-чуть для магических животных. Не буду говорить, сколько животных перетрав... хм, то есть вылечила, но опыт всё же был.

Небольшой, так как сразу после третьего бедолаги, у которого выросли четыре лишних лапы, меня отстранили от предмета.

Эх, не мое это – лечить, совсем не мое.

Однако, даже несмотря на «опыт», поставить на ноги, то есть, на лапы эту малютку у меня получилось не сразу. Она ведь была совсем обычной совой, лесной и без магии. Сначала я покупала зелья в лекарской лавке, где мне их правильно смешивали, настаивали и заваривали, давая в строго определенных колбочках с нужной дозировкой. И я точно не могла ими навредить птичке. Но в один прекрасный день в лавке закончился тысячелистник, и мне пришлось варить снадобье самой.

Вы же помните, что у меня всё получается не так, как нужно, да? Ну, вот и в тот раз я что-то снова сделала не так. И вместо простого восстанавливающего зелья получилось… получилась Хоуп. Разумная птичка, размером с маленькую банку газировки, которая всё понимает, имеет людские повадки, но отвечает на своем птичьем языке. И даже не на совином. Её писк больше напоминает воробьиное чириканье, чем благородное «уху».

Ух, как же хорошо, что я намешала именно такой эликсир и Хоуп получилась маленькой и смышлёной, а не большой и прожорливой, например. А то ведь с моим везением я и дракона из нее запросто могла сделать. Огнедышащего.

Ах, да, она еще и модница.

Вы бы видели, сколько шляпок, шарфиков и накидок с плащиками она у меня вытребовала. Вот именно тут и пригодилось мое умение делать не пойми чего из обычного зелья – я просто уменьшала свои старые или ненужные вещи до её размера и отдавала ей. Проснувшийся в этом пернатом комочке шопоголик был вне себя от счастья.

А я была невероятно счастлива, что у меня появилась вредная, мелкая, но такая любимая совушка, в которой я души не чаяла. И которая сейчас вела себя, как будто все, так и было задумано. Она про свою шляпу не забыла, а я и так похожу.

Вредина перьевая.

Нахалка сложила крылышки за спиной и с очень умным видом продолжала изучать помещение. Да, верное решение, так что я вынырнула из воспоминаний и тоже решила осмотреться, а заодно понять, куда я, собственно говоря, попала.

А попала я на небольшую площадку с выгравированной многоконечной звездой на полу и множеством огромных арок, увитых лианами со странными жёлтыми цветами, которые тянулись практически до самого неба. Нет, до неба арки, конечно, не дотягивали, но наверху была какая-то дымка, закрывающая обзор, поэтому создавалось ощущение, что они бесконечны.

Тут тоже была ночь, как и в моем мире. Было темно и довольно холодно, особенно если стоять босыми ногами на голом камне. Лишь тусклый свет из каждой арки и создавал хоть какое-то освещение.

Повертев головой, я насчитала шестнадцать арок, от каждой из которых исходил туман своего цвета. Но он не смешивался, а красиво клубился у каждого проема, завлекая к себе. За самими арками не было ничего – просто пустота и непроглядная тьма. Не удивлюсь, что это место вообще парит где-нибудь высоко над землей или находится в безвременье.

Но тут было невероятно. Красиво и спокойно.

От каждой арки исходила почти осязаемая сила, которая так и ластилась ко мне, зазывая и заманивая войти именно к себе. Так и должно быть?

— Так это и есть Ильсаррион? – проговорила, восхищенно осматриваясь. – Тут невероятно. И арки, похоже, ведут каждая на свой факультет. Неужели, тут так много направлений? – проговаривала, пока обводила каждую взглядом. – Это все, конечно, здорово, но что дальше-то мне делать? Какую выбрать?

Тут не было никаких подсказок, никаких людей или духов, не было никого, к кому можно было бы подойти с расспросами. Неужели, тут каждого новоприбывшего просто оставляют в одиночестве, а дальше – думай и действуй, как хочешь?

А еще тут было холодно.

И с каждой секундой становилось только холоднее. Поэтому я подхватила свою любопытную птичку, которая уже чуть ли не клюв засунула в арку с желтым туманом, водрузила её на плечо и решила изучить эти самые арки поближе. Потирая руки, чтобы хоть немного согреться, я пошла вдоль них.

Тут были арки на любой вкус и цвет. Синяя, голубая, белая, черная, фиолетовая… короче, глаза разбегались от разнообразия. Но мне-то какая из них нужна? Я понятия не имею, как сочетать цвет арки с факультетом. Так что придется включать женскую логику и действовать методом исключения.

— Так, начнем с желтой, – проговорила, подходя к ней ближе и тут же смачно чихнула. – Не знаю, кто обучается на этом факультете, но идти я туда не хочу. Похоже, на этот факультет у меня будет аллергия.

Чихнув еще раз, я отошла подальше от непонятной желтой арки, от которой веяло какими-то уж слишком пахучими травами. Не иначе, тут лекари, а у меня с этим направлением особая «любовь» была, результат которой так же чихнул у меня на плече. От бордовой и белой арок я отскочила сразу. Вот не знаю почему, но идти туда мне точно не хотелось, словно всё внутри противилось этому. Интересно, что там за факультеты? Следом шли голубая и синяя, скорее всего, воздух и вода. Не, у меня точно не эти стихии, это я точно знала.

Хотя к синей всё же немного потянулась. Что-то мне в ней показалось родным, притягательным. Почему-то вспомнилось теплое и ласковое море, когда мы всей семьёй туда приезжали на отдых. И мама, с её нежными и любящими руками…

Может, именно в маме дело? Ведь вода – её стихия и я чувствую родственную связь? Однако я всё равно отошла от арки. Может, связь какая-то и была, но вода определенно не мое. Не должно быть моим. Я не водница.

Проходя мимо арки с черным туманом, я остановилась. Странно, но она манила особенно сильно. Притягивала, словно магнитом. Хотя нет, не магнитом, скорее, уж дурманила сознание, завлекала. Это больше было похоже на помешательство.

Темные.

Их я знала, причем на своей шку… хм, на себе их магию испытала. Учился со мной один паренёк, странный, пугающий и нелюдимый. Никогда ни с кем не общался, да и его стороной обходили всегда. Одним словом, неприятный. Так вот, мы с ним не поладили. Совсем. И на пару разгромили пристройку к школе, где обычно занимались боевой физкультурой. Разгромили вместе, случайно, конечно же, а этот зараза всё свалил на меня. Ну, и оказался в целительском крыле. Правда, я там тоже оказалась, но это уже неважно. С тех пор я недолюбливаю темных, у них на всё свои правила.

Брр. Нет уж, если тут такие же чудики, то на этот факультет я точно не хочу, так что я отскочила от арки, словно ошпаренная.

Рядом с ней была арка с прозрачными, чуть отливающими в розовый, камнями. Алмазы или бриллианты, точнее сказать не могу, не особо разбираюсь в камнях. Кристально чистые, мерцающие и невероятно красивые. Я не была поклонницей украшений. Совсем не была. Но сейчас этот камень завораживал. Очень хотелось подойти и ощутить на ладони его прохладу, почувствовать его силу и войти в арку. Просто почувствовала в ней что-то родное, близкое.

Я не знаю, что там за факультет. Понятия не имею, как по камню и цвету можно определить направление обучения, но почему-то от арки, пусть и с неохотой, я отошла. Наверное, была не уверена в своих силах.

Но зато к оранжево-красной арке я подбежала быстро и с удовольствием. Просто потому, что от нее веяло теплом. Я бы даже сказала – жаром. Не иначе тут учатся маги огня. Подойдя поближе, я чуть дотронулась до клубящегося дыма, намереваясь погреться, но он взял и закружил меня, окутав с ног до головы красно-черным туманом. Я даже пикнуть не успела, не то, что возмутиться.

И ещё не поняла – он то ли затащил меня внутрь, то ли оттолкнул в другую арку, так как полет у меня оказался долгий и странный. И вообще, этот туман даже не поинтересовался, хочу я заходить сюда или нет!

Ухватив Хоуп за лапки, чтоб точно не потерялась, я приготовилась к какому-нибудь внезапному и страшному испытанию, но очутилась в лесу. Темном, мрачном и снова холодном. Только теперь прибавились еще колючие веточки под ногами, которыми я постоянно кололась. А еще густой туман и идеальная тишина. Словно в этом лесу не было ни птиц, ни зверей. Ветра – и того не было. Он был словно мертвый. И жуткий.

— Да что б вас… – сдавленно выругалась, отскакивая в сторону от колючей палочки, которая больно впилась в ногу, заодно осмотрелась. Вокруг, кроме деревьев, ничего не было. Арка – и та исчезла, словно её вовсе тут не было. Интересно, и как я попаду обратно?

— Ну, и куда нас с тобой занесло? – спросила совушку, которая уселась обратно на плечо и теперь прижималась всем своим маленьким тельцем ко мне. То ли от страха, то ли от холода. Она ответила что-то на своем, птичьем, но даже по интонации было ясно, что и она понятия не имеет, где мы.

— Так, ладно, – проговорила, нахмурившись и растирая озябшие плечи, – раз арка нас с тобой сюда перенесла, значит, это, должно быть, испытание, верно? Или экзамен, как говорил отец. Так что, хочу я этого или не хочу, а его нужно пройти.

И только сейчас до меня действительно дошел смысл его слов – экзамен на выживание. Это действительно было похоже на выживание в нереальных условиях. Я невольно поежилась, но всё же пошла в лес, просто ничего другого не оставалось. Шла практически наощупь, пробираясь между колючих кустов и спотыкаясь о коряги и корни, но так и не поняла, что мне нужно тут сделать.

— Ну, и в чем суть испытания? – проворчала, стуча зубами от холода. – Это же была огненная арка, наверное, а значит, тут должно быть тепло, светло и гореть огонь, а здесь кромешная тьма и лютый холод. Если это действительно оказалась огненная арка, хотя я уже в этом сильно сомневаюсь, то мне хоть кто-то огненный должен попасться. Хоть животинка какая бы прошлась огненная, или жар-птица пролетела. Неужели, у них нет тут жар-птиц?

Хоуп на моем плече что-то пропищала и нахохлилась.

— Ага, тебе хорошо, – я снова включила злючку, – тебя греют перья, и лапки свои ты колючками не топчешь. Вот что это за испытания, а? Смогу ли я создать огонь и не окочуриться?

О, а это мысль.

Я даже остановилась от неожиданности озарения и начала прикидывать, где можно соорудить костер. И плевать я хотела на то, что огненная стихия не была моим коньком и у меня не получалось даже простую свечку зажечь. Сейчас мне надо выжить, а еще окончательно не закоченеть. Так что, я насобирала поблизости сухих веток, сложила их горкой и отошла подальше. Чтобы просто не задело моей же взбалмошной магией. Вскинула руки и попыталась дотянуться до внутренней силы, которая в обычное время вот совсем не хотела нормально откликаться.

— Нет уж, сейчас ты должна, просто обязана откликнуться, – ворчала тихо, скорее себе, чем своей магии. – иначе мы с тобой застрянем здесь навсегда и больше не устроим ни одного взрыва.

Ну, про взрывы я, может, и зря сказала, просто тут же почувствовала, как с рук слетела уже знакомая волна, которая не подожгла сухие ветки, а раскидала их во всё стороны, устроив при этом тот самый упомянутый мощный взрыв. Правда, в этот раз без огня, к сожалению.

Нас с Хоуп почти не задело, я успела сгруппироваться и прикрыть пернатый комок на плече. По спине ударило парой веток и камешков, но, в общем и целом, последствий не было. Правда, обрадовалась я рано. В эту же секунду из леса послышался вой и злобный рык, словно я своими необдуманными действиями пробудила этих самых зверьков, которых я так жаждала увидеть.

А еще через минуту в глубине леса показались несколько пар ярких горящих глаз и… горящих пастей. С клыками. А следом из темноты на меня стали надвигаться настоящие монстры, похожие на огромных тощих собак с непропорционально длинными конечностями и проступающими ребрами. А еще с настоящей огненной пастью и двумя парами глаз.

— Ой, мамочка… а с ними-то мне что делать? – я попятилась назад, пока не уперлась в дерево, а дальше… дальше этим зверюгам, видимо, приспичило попробовать меня на обед. Или, скорее, на поздний ужин, так как они слажено и очень дружно прыгнули прямо на меня. А я не придумала ничего лучше, чем завизжать, и что было сил дать деру. Другими словами, побежала, сломя голову, подальше от этих тварей, не обращая внимания на колючки с камнями под ногами и слыша лишь леденящий кровь вой.

Можно было и ударить, ведь на мне всё еще красовался подаренный братом камушек, увеличивающий силу, но как-то в одиночестве, одетой в одну лишь ночнушку, да еще и босиком, не хотелось кидаться на несколько голодных и явно опасных тварей. Одному дам в морду, а остальных сзади не увижу, так что бег – наше все.

Хоуп верещала, как ненормальная, больно впившись в плечо и размахивая крыльями, словно это могло помочь нам ускориться. Ага, если бы. Попробовала бы она поскакать по голой земле, усыпанной непонятно чем босыми ногами, тогда бы и не так заверещала. А я быстро поняла, что долго так скакать не смогу, поэтому подбежала к ближайшему толстому дереву и, цепляясь за ветки, полезла наверх.

Вот спасибо за это старшему брату и его забавам вроде «тренировки» младшей сестренки огненными пульсарами. Так часто одно время их в меня запускал, что уворачиваться от них и лазать по деревьям я научилась мастерски. Так что уже через минуту я была практически на вершине странного и какого-то обгоревшего дерева без листвы. Хоуп уже ждала меня на вершине, нетерпеливо верещала и размахивала крыльями, словно это хоть как-то могло помочь мне забраться наверх. 

Вот тут эти монстры меня точно достать не смогут.

Я, что было сил, уцепилась за ствол и наблюдала, как собачки пытаются до меня допрыгнуть.

— А вот фигушки вам, не достанете, – выкрикнула им и покрепче вцепилась в дерево. Хоуп рядышком тоже грозно пискнула и даже крылом пригрозила на манер кулака. Защитница выискалась, пернатая.

Но зато у меня появилось несколько минут передышки, так что пока огненные монстры скакали вокруг дерева, я осматривалась с высоты птичьего полета. Вокруг всё так же был лес. Темный и непроглядный. Даже луна спряталась за тучами, так что глазу зацепиться было не за что. И куда дальше?

Тяжело вздохнув, я вновь посмотрела на псов, которые…

Ой, мама.

Похоже, что у них в пасти и правда был настоящий огонь. Просто мое дерево горело. Натурально горело! Огонь плавно, но, верно, распространялся по всему стволу вверх, не очень быстро, но очень упорно. А эти милые тварюшки подожгли еще несколько деревьев в округе, пригрозив устроить лесной пожар, так что, если буду медлить, то скоро превращусь в курочку гриль.

М-да, хотела согреться? Вот, пожалуйста, получай, Ника. За свои желания нужно отвечать, а в моем случае – расплачиваться. Надеюсь, что не жизнью.

— Эй, фу-фу, нельзя. Плохие собачки. Фу, сказала, – крикнула сверху, чтобы отогнать тварей подальше, но само собой это не произвело должного эффекта. Да вообще никакого эффекта не произвело. Монстры как бросались на дерево, так и продолжали бросаться. – Ну, и куда мне теперь деваться? Перелететь? Хоуп, одолжишь крылышки?

Совушка отрицательно замотала головой, поправила съехавшую от неожиданности набекрень шляпку и отлетела от меня подальше. Видимо, на всякий случай.

— Да не бойся, – проговорила устало, – мне твои крылышки всё равно не помогут. Но если я сейчас отсюда не слезу, то не увидишь ты больше своих любимых печенек и новых нарядов.

Я не хотела напугать пернатую, но эффект это возымело. Хоуп что-то усердно заверещала и даже крылышками для пущей убедительности стала размахивать, как бы подбадривая меня на умную мысль.

Так, и правда, надо думать, пока я еще это могу.

Я посмотрела еще раз вниз и заметила, что каждая псина была обмотана цепью и эта самая цепь тянулась в лес, где стоял… человек. Я несколько раз поморгала и даже головой потрясла, думая, что у меня начались галлюцинации, но нет, тут, в лесу, действительно стоял человек в длинном плаще и накинутом на голову капюшоне. И именно он держал на цепях монстров.

— Эй, помогите! – крикнула, что было сил. – Это же ваши собачки? Отгоните их, пожалуйста. Они хорошие, правда, только слезть мешают.

Правда, как я собралась слезать с горящего дерева я и сама еще не поняла. Однако человек (или кто это был) не то, что не ответил, даже не шевельнулся на жалобный окрик, и псины продолжали поджигать сук, на котором я сидела. А точнее, жечь дерево, на котором я повисла.

— Вы вообще меня слышите? Ау, я здесь, наверху! – предприняла еще одну попытку докричаться и до махаться до человека, но все было безрезультатно. Этот истукан как стоял неподвижной статуей, так и продолжал стоять.
***
Вот таких "красавчиков" выпустили к Нике

– Ах, вот значит, как, да? Испытание на выживание устроили, да? Ну, и ладно, без вас обойдусь, – крикнула, разозлившись, и стала раздумывать, как всё же отсюда выбраться.

И думать надо бы быстрее, огонь уже несколько деревьев рядом со мной сожрал, а мое всё как-то больше тлело, хоть и с пламенными огоньками. Но ведь везение не вечно. Особенно у меня.

Если это испытание на выживание, тогда мне нужно как-то избавиться от монстров. А что я умею? Управлять огнем у меня точно не получится – проверено и не раз, а вот раскидать их в стороны или подорвать…

Так, погодите, у меня же резинка есть от Барта. Ой, то есть, резинка, которая артефакт. По идее, она должна превратиться в цепь, вот сейчас это и проверим. Я одной рукой сдернула резинку с пучка, от которого осталось одно название, и повертела резинку в руках.

Ну, и что мне с ней делать?

Зная Барта, могу с уверенностью сказать, что активировать артефакт можно совершенно странным и нелогичным способом. Мой браслет с чудо-камнем не в счет, тут он действовал сампо себе без каких-либо моих вмешательств, а вот резинка… хм, очень надеюсь, что для её активации мне не понадобится надевать её монстру на хвост.

— Ну, ладно, Барт, очень надеюсь, что ты не такой зараза, каким казался всё мои восемнадцать лет.

Хоуп скептически пискнула и закатила глазки. Только хлопнуть крыльями себя по лбу оставалось.

М-да, невысокого мнения она о Барте. Впрочем, как и я. однако резинку всё же кинула вниз, надеясь на лучшее и… офигела. Прямо в воздухе она трансформировалась в длинную, широкую цепь, которая сама нашла свою цель, словно была живая, и моментально скрутила её по рукам и ногам. Ой, то есть, по передним и задним лапам в данном случае.

Вау! Вот этого я не ожидала.

Собаки, или как их тут звать-величать, завизжали и забрыкались, пытаясь освободиться, но фигушки, цепь держала крепко. Однако, к моему несчастью, цепь сковала не всех, три из семи собачек еще тявкали и кидались на дерево. 

— Так, а с вами мне что делать? – проговорила задумчиво и снова покосилась на «статую». Хм, стоит, не шевелится, может, и правда не живой? Ай, ладно, фиг с ней, мне выбираться надо, а не о статуях всяких думать.

Решено. Устою еще один взрыв. Просто ничего другого сейчас в голову не лезло. Но здесь главное – не подорвать саму себя. А ведь я могу, еще как могу, к сожалению. Усевшись на стволе поудобнее, я прицелилась и запульнула в монстров своей магией, смастерив что-то наподобие пульсара, который тут же раскидал собак в стороны. Послышался визг, порвались цепи, благо не моя, и оставшиеся монстры упали и замерли.

Получилось? Или нет?

— Полегче со зверями, – послышался тихий, потусторонний голос.

От неожиданности я вздрогнула и заозиралась, пытаясь понять, кто это сказал. Правда никого, кроме уже знакомой статуи в мантии, я не заметила.

— Хоуп, ты это слышала? – спросила свою компаньонку по несчастью. Совушка кивнула и скосила глаза на «статую», которая так и не пошевелилась. Наверное, померещилось. От страха еще и не такое может привидеться.

Так, ладно, не до статуи сейчас, кем бы она ни была. Собаки теперь лежали по всей округе, кто-то обездвиженный, а кто-то еле шевелился. И если я хочу отсюда удрать, то делать это нужно не мешкая и прямо сейчас. Только я собралась слезть с несчастного дерева, как послышался хруст. Нет, скорее, треск.

Интересно, что это так трещать может? Не собаки же, они вроде как рычат.

— Да что б вас… – взглянув вниз, я чертыхнулась. Смачно так, от души. Совсем не тихо и вовсе не по-девчачьи, закончив предложение как полагается. Просто ствол дерева, на котором я величественно возвышалась, прогорел. Совсем. Полностью.  Вместе со мной, а заодно с застывшей изваянием Хоуп с огромными глазищами, и стал заваливаться.

— Мама, забери меня отсюда! – прокричала я, вцепившись в дерево, что было сил. Рядом заверещала Хоуп и почему-то не отцеплялась от ветки, изо всех сил размахивая крылышками, словно старалась замедлить падение. А я что было мочи завизжала и приготовилась к встрече с землей, но угодила прямиком в непонятно откуда взявшийся синий портал.

— Вы всё в своем уме тут вообще? – прокричала, отплевываясь от воды. – Из огня да в полымя, а точнее, куда-то в воду. Это что ж за испытания такие? Если адепт не сгорел, так пусть потонет?

Ответом мне, конечно же, была тишина.

Этот чертов портал закинул меня куда-то в озеро. Прямо на середину. И причем без моей совушки. Очень надеюсь, что она успела отцепиться от ветки и улететь подальше.

— Ну, если вы с Хоуп что-то сделаете, я вас из-под земли достану, – пригрозила в пустоту и задумалась. – Или из-под воды. В общем, приведением буду ко всем вам являться, личной жизни мешать, лекции срывать и фиг вы от меня избавитесь! – последние слова уже прокричала, чтобы меня наверняка хоть кто-нибудь, да услышал. Однако ответом мне послужило эхо.

Блин, ну, почему вода?

Вот всегда недолюбливала воду, если только теплую и морскую. Да и то на берегу. Даже несмотря на то, что мама с ней прекрасно справлялась и у меня имелась вроде как предрасположенность к управлению водной стихии. Совсем маленькая, но была. Мама сама мне об этом говорила.

— И вообще, зачем мне испытания с водой? Я не водница, точно вам говорю! – крикнула я и замолчала. Как бы мне не хотелось поругаться, но нужно экономить силы, иначе я точно отсюда не выберусь. Точнее, не выплыву.

Брр, испытания тут точно были на выживание. Из ледяного леса да в ледяную воду. Я ж окочурюсь! Неужели, тут всё это в порядке вещей?

— Я жаловаться на вас буду! – не удержалась от еще одного комментария в пустоту. – Вы тут что, всех водников таким образом проверяете? Кинули в озеро, и бултыхайся, как хочешь? Вынырнул – молодец, зачисляем. Не вынырнул – ну, ничего страшного, еще придут. Адептом больше, адептом меньше, какая разница, да?

Ответом мне вновь послужила тишина. Какая-то замогильная, страшная. Даже шелеста волн не было, только мое бултыхание. Озеро находилось рядом с лесом – вон он, виднеется на берегу, зараза мрачная. Только, похоже, что от места моего первого попадания озеро было далеко, так как никакого огня я не видела, как и не слышала воя.

Буду надеяться, что хоть тут никаких чудищ не будет.

С другой стороны озера виднелся замок. Большой, тоже мрачный и настолько усыпанный башнями, что я со счета сбилась. Зачем ему столько? Пленников держать? Или это и есть академия Изумруд? Хотя, какая разница, мне бы до него доплыть. Чей бы это замок не был, но там наверняка есть люди, еда, вода… нет, воды мне и тут хватает. В общем, там мне помогут. Я на это надеюсь.

Недолго думая, я поплыла в сторону мрачной громадины, попутно ругая и преподов, кто придумал эти испытания, и того, кто прислал мне свиток с приглашением. Ну, и себя.

За то, что повелась на всё это.

— Академия, – проворчала сердито, стуча зубами и изо всех сил стараясь грести, – на кой мне сдалась эта академия? И чего мне дома не сиделось? Вот выберусь из этого озера и потребую, чтобы меня обратно отправили. Домой. У меня хоть и проблемы с магией, но не до такой степени, чтобы испытывать себя на живучесть.

Я ворчала. Долго и со вкусом. Пока не перемыла косточки в этом самом озере всем, кого знаю и кого не знаю тоже. Жаль, что сил это не прибавило и не особо приблизило к заветной цели. То бишь, к берегу. Мне уже стало казаться, что озеро заколдованное, и я просто плыву на одном месте. А еще от холода ужасно сводило все конечности.

— И вот как мне с моей взрывной магией водой управлять, а? Вы там, которые следят за испытанием, не подумали, что вода совершенно не мое? Что мне взорвать кого-нибудь или что-нибудь надо, а не создавать водные барьеры. И вообще, – добавила, разозлившись, – я синюю арку не выбирала. Зачем вы мне её подсунули?

Эх, зря я про взрывы напомнила, определенно зря. И про несоответствие испытания тоже. Просто в этот же момент из воды высунулось чудище. Огромное, чешуйчатое и длинное, похожее на смесь гигантской змеи и дракона. Красивого, надо сказать, синенького такого с серебристыми переливами от света луны, но жуткого. С хребтом, зубами, клыками и всем, что еще полагается.

Это я его разбудила своим барахтаньем или это очередное испытание?

— Мамочки… а у вас тут хоть одна локация без монстров есть? Я уже насмотрелась, честно-честно, – проговорила испуганно и нырнула в надежде, что может, оно меня не увидит и уплывет, а?

Ан нет, не уплыло. Наоборот, вытащило из воды, плавненько положив на свой мощный хвост так, что я распласталась на нем, как на кровати. А затем с громким ревом разинуло пасть в нескольких сантиметрах от меня.

Завизжать?

Нет уж, спасибо, уже навизжалась. Да и от холода горло сдавило. Так что я не придумала ничего лучше, чем просто взорвать эту тварюшку. Быстро и машинально, даже особо не раздумывая. И что удивительно, почти не напрягаясь. Хоть и руки, и особенно пальцы свело от холода, моя родненькая взрывная магия откликнулась сразу и на «ура», а именно влетела в раскрытую пасть монстра, и отбросило его в одну сторону, а меня – в другую.

Пока летела, заметила на берегу людей. И если в лесу была одна фигура в виде неподвижной статуи, то теперь их стало две – уже знакомый мне дядька в длинном плаще с капюшоном и второй, тоже в плаще, только каком-то разноцветном и с длинными, белыми волосами.

Больше, к сожалению, заметить не успела, так как на полном ходу влетела… нет, не в воду, а в очередную воронку, чтобы приземлиться куда-то в темноту и опять на что-то твердое. И даже острое.