Нежданный фамильяр для бедовой ведьмочки

— Окислитель мне в реакцию! — ругательство вырвалось помимо воли.

А как иначе, если вместо мелкого фамильяра внутри круга призыва возникло божество в ванне?

Оно представляло идеал во всех смыслах этого слова, начиная с фарфоровой кожи и заканчивая широкими плечами. К ним в комплекте шли потрясающая спина, узкая талия и… Остальное рассмотреть не удалось. Божество поспешно прикрыло бедра и все что рядом белым полотенцем, которым как раз вытиралось, а затем плавно, даже текуче, повернулось ко мне.

Зеленые волосы, до этого собранные в небрежный пучок, рассыпались по плечам. В свете магических огней сверкнули чешуйки, замысловатым узором украшающие виски. Но самым примечательным оказались золотые глаза с рыжими и желтыми крапинками. Черный зрачок сначала округлился от удивления, а затем вытянулся в тонкую линию, выдавая принадлежность хозяина к одному из самых опасных представителей нелюдей.

— К такому жизнь меня не готовила, — прохрипела я, а затем покосилась на дверь.

— Меня тоже, — с легким удивлением произнес мужчина, с интересом оглядываясь.

Пока он считывал пространство змеиными глазами, я размышляла, кто страшнее: разгневанная директриса, готовая отчислить за любой косяк, или полуголый василиск в ванне?

Ответ очевиден!

Схватив мелок, я принялась судорожно менять символы в круге призыва на изгнание. И все равно, что пентаграмма предполагала появление фамильяра. Раз смогла перенести василиска вместе с чугунной ванной, значит, сможет отправить их обратно. Мне бы только немного времени…

Увы, сегодня боги оказались глухи к просьбам нерадивой дочери. Я не успевала вычертить правильные руны и напитать их силой. В коридоре уже слышались голоса. Проверка, твою медь!

Выход один.

Задрав подол черного ученического платья, я побежала к ванне, невольно демонстрируя незнакомому мужчине кружевные чулочки. Во время десятишагового забега успела обкостерить одну конкретную ведьму, одного конкретного инквизитора и одного конкретного гада, явившегося не по адресу. Затем перекинула ногу через бортик (пытаясь залезть к гостю, наплевав на воспитание и скромность). А вот вторую уже не смогла. Скользкое дно мешало и грозило внеплановым купанием.

— Ведьмочка, просто ради интереса: что ты делаешь? ― раздался надо мной глубокий голос.

— А на что это похоже?

— На сюрреалистичный сон, — флегматично ответил василиск.

— Тогда уж кошмар. И мы стремительно приближаемся к его кульминации!

— Тебе помочь? — вежливо осведомился незваный гость, а в следующий миг схватил меня за шкирку, как котенка. Подняв на уровень лица, рассмотрел. Оценил. А после легко поставил в ванну. — Держишься?

— Вроде бы, — просипела слегка придушенно. — Спасибо. Кажется.

— Отлично! Теперь поведай, что здесь происходит?

— Это у вас стоит спросить, — буркнула в ответ, судорожно перебирая карманы передника в поисках портальной бусины.

Такое сокровище приходится тратить настолько бездарно! А ведь ради этого артефакта я не спала три ночи, втихаря готовя средство экстренного омоложения для одной богатой вдовы.

— У меня?

— Ну не я же явилась на призыв низшего демона! Кстати, может у вас в роду были рогатые?

— Чистокровный василиск, — с нескрываемой надменностью ответил зеленоволосый.

— Сочувствую. У всех свои недостатки. Так, все, не отвлекайте!

— От чего?

— Спасения учебы, которая по вашей вине оказалась под угрозой. Если директриса увидит, кого я призвала вместо фамильяра, то точно выгонит!

— Напомни-ка, где мы?

— В столичном институте благородных ведьмочек.

— Ага, значит, главная здесь Иветта Черная, — с недобрым прищуром протянул василиск. — Так что ты собралась делать?

— Использую бусинку переноса! Как только ее найду…

— Допустим. И?

— Перенесемся куда-нибудь, и я вас спрячу…

— Хорошая идея. Что будешь делать потом? У тебя есть еще один портал?

— Нет… — выдохнула испуганно, осознавая всю степень собственной глупости. — У меня, кажется, и первой нет. Я не помню, куда ее положила!

Меня отчислят. Точно отчислят и все, прощай диплом и разрешение на открытие собственной лавки. Но главное — прощай сила! Меня точно заблокируют, если не соглашусь на…

— Понятно, — удрученно покачал головой василиск, а в следующий миг все пришло в движение.

Меня извлекли из ванны и поставили на пол. Уже сухую и даже слегка отглаженную. Сам же василиск, поправив полотенце на бедрах, прямо под анатомическими кубиками, прикрыл глаза и глухо произнес:

— Главное, не смотри в мою сторону, пока здесь будут ведьмы. Поняла?

— П-поняла, — кивнула растерянно.

— Все, работаем. Йоптель, служить!

От этой фразы я вздрогнула, но послушно отвернулась от что-то бормочущего зеленоволосого мужчины и уставилась на дверь. Шли последние секунды моего пребывания в институте благородных ведьмочек. Сейчас проверяющие доберутся до этой лаборатории, ворвутся внутрь и узреют полуголого мужика в ванне, и…

— Слышь, хозяйка! — Кто-то подергал меня за подол платья, добавляя седых волос к уже имеющимся. — В обморок падать будем? Ты учти, я не поймаю. У меня лапки!

Рядом стоял чертенок. Мелкое бирюзовое нечто. Мохнатое, рогатое, ушастое и с глазами на пол лица. Он-то меня и дергал, вцепившись в подол. Фамильяр! Я призвала фамильяра!

Радостная улыбка расцвела на губах, и именно с ней я встретила ворвавшихся в помещение наставниц и директрису. Все, как одна, с идеальными фигурами, длинными черными волосами и прекрасные настолько, что дух захватывало. Ровно до момента, пока не открывались щедро накрашенные алой помадой рты.

— Инара Теона Беата Апрель, что здесь происходит?

Голос директрисы столичного института благородных ведьмочек, Иветты Черной, заполнил все пространство, заставляя нервно вздрогнуть. Не меня одну, между прочим. Фамильяр шустро вскочил с пушистой попы и спрятался за ученической юбкой, подозрительно поглядывая на ведьму.

— Что это? — удивилась она.

— Фамильяр, — отозвалась я нервно, не столько из-за малыша, сколько из-за стоящего рядом василиска. Но, хлор мне в этиловый спирт, на него никак не отреагировали!

— Ты сумела призвать низшего? — В голосе женщины звучало неподдельное изумление. — Ты?

Я кивнула уже не так уверенно.

Удивление наставниц было понятно. Ведьмочка из меня с самого начала получалась так себе, зато как зельевар я демонстрировала потрясающие результаты. Это не мои слова, если что, а преподавательницы данного направления. Она еще просто не знала, что помимо зелий я успешно практиковала алхимию и брала заказы на стороне.

— Покажи! — приказала ведьма и сама приблизилась.

Я покосилась на бирюзовое чудо, а оно в свою очередь не спускало хмурого взгляда с госпожи Черной. Странно. Обычно низшие боготворили главную ведьму, чувствуя ее неограниченную силу. Этот же выглядел воинственно, разве что дым из ноздрей не шел. О, пошел!

— Что у нас тут? — снисходительно спросила директриса, рассматривая малыша. — Совсем слабый. Так себе улов, Апрель. Но, в твоем случае, даже это неплохо.

— Вы допускаете меня к практике?

— Допускаю, — поморщилась главная и отвернулась. — Но, вряд ли ты ее сдашь.

Я промолчала. Хотелось сказать гадость в ответ, но чувство самосохранения взяло верх. С директрисы станется запомнить, а потом сделать подляну. Ведьмы весьма злопамятны и изощрены в своей мести.

Когда я только поступила, то еще не знала о таких нюансах. Другие девочки быстро научили и показали, какой должна быть настоящая ведьма. Приходилось соответствовать. Но не в случае госпожи Черной. У нас с ней и так не сложилось по многим причинам. Так что я мужественно сдерживалась и делала мысленные пометки на будущее. Однажды окончу институт, получу диплом и тогда… О-о-о, эти сладкие мечты!

Наставницы, наконец, покинули лабораторию, оставляя меня в обществе дерганного фамильяра. Дым идти перестал, зато взгляд остался тяжелым.

— Ты чего? — спросила аккуратно, присаживаясь напротив низшего.

— Бесит, — выдал он, слегка гнусавя. — Противная тетка.

— Ты ее знаешь?

— Приходилось встречаться. — Маленький носик сморщился, а затем большие влажные глазки сфокусировались на мне. — Йоптель!

Мне протянули мягкую лапку с черными коготками и розовыми, прямо как у кошки, подушечками. Осторожно ее пожав, представилась в ответ:

— Инара Теона Беата Владлена Хельга Апрель.

— Слабенькая, да? — участливо поинтересовался бирюзовый.

Что есть, то есть. Чем больше имен, тем слабее ведьма. Эта традиция пошла с давних времен, когда первая ведающая вызвала демона. Не зная всех тонкостей общения с жителями Изнанки, она назвала свое имя и все, пропала. Демон получил доступ к душе ведьмы и утащил с собой. Одним богам известно, что стало с той несчастной. Но, вроде как, кто-то из ее многочисленных потомков учился на курс старше.

Так что у слабеньких имелось по несколько имен, чтобы запутать изнаночных жителей. А у сильных два, а то и одно, как у нашей директрисы. Вот она точно могла за себя постоять и дать отпор любому рогатому!

Сильная! В отличие от меня.

От этой мысли стало грустно. Выходит, это не я призвала фамильяра, а василиск? Но как? Вот как чешуйчатому удалось приручить низшего, тогда как я, ведьмочка, не смогла никого вызвать? Не считая самого василиска.

— Вроде бы все прошло неплохо, — хмыкнул объект моих размышлений, рассматривая нашу ведьмо-фамильярскую композицию.

— Сегодня — да, — ответила грустно. — А завтра меня все равно отчислят.

— Почему?

— Без фамильяра я не получу доступ к практике. Без практики — не получу диплом. Без диплома…

Тяжело вздохнув, я плюхнулась на попу и подтянула к себе коленки, уткнувшись в них лбом. В принципе, если сумею сбежать и добраться до какого-нибудь отдаленного селения, то есть шанс. Построю домик на опушке, буду варить зелья для местных и заниматься опытами. У деревенских с грамотностью грустно, никто даже не поймет, есть у меня диплом и разрешение на практику или нет. Неплохой вариант, я считаю!

Раздался новый плеск, и я вскинулась, чтобы увидеть выбирающегося из ванны зеленоволосого. Все-таки интересно, как ему удалось отвести глаза ведьмам? Они ведь все взрослые, опытные, но все равно не засекли нарушителя границы института. Колдунство!

Испарив остатки воды на себе и в произведении литейного искусства, василиск подошел и присел рядом на корточки, с интересом меня разглядывая. Я смотрела в ответ, зачарованная переливами чешуек. С висков они уходили под волосы, а затем появлялись вновь, на шее, а дальше расходились по рукам и груди. Уже не такие яркие и мягкие на вид, но они были! Вот бы мне парочку на зелья…

— Ведьмочка, о чем ты сейчас думаешь?

— О ваших чешуйках.

— Лестно, — хмыкнул он.

Знал бы, для каких целей, не улыбался бы так. Но просвещать василиска, естественно, никто не собирался.

— Значит так, ведьмочка. У меня к тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться!

— Потому что такое хорошее или потому что не дадите?

— Оба варианта, — белозубо улыбнулся незнакомец, демонстрируя четыре острых клыка, в одном из которых поблескивал зеленый камушек. — Предлагаю обмен. Ты даешь мне портальную бусину, а в ответ я передаю в вечное пользование Йоптеля.

Удивленно моргнув, я не сразу поверила своему счастью. Мне предлагали фамильяра? Честно-честно? Просто за бусинку перехода? Посмотрела на чертенка и поймала его полный возмущения взгляд. Кажется, бирюзовый был против договора с ведьмочкой.

— Это очень щедрое предложение, но вы уверены в своем решении?

— Более чем. Тебе он нужнее.

— Ничего подобного! — насупился Йоптель, складывая лапки на груди. — Без меня ты, хозяин, помрешь! Кто будет следить за графиком питания и гонять домовых духов? Да и за цветами ухаживать…

— Я очень постараюсь выжить, — с изрядной долей иронии отозвался зеленоволосый. — А вот судьба девочки под вопросом. Неужели откажешься помочь юной ведьмочке?

— Не откажусь, но мне совсем необязательно переходить в ее полное владение!

— Ну-у-у… — протянул василиск.

— Хозяин, я пожалуюсь повелителю! — выдал мелкий совсем уж непонятную угрозу, но при упоминании таинственного «повелителя» василиск скривился, как от лимона. — Он приказал помогать вам!

— Если останешься с ведьмочкой, ты мне очень поможешь.

Хитро. Если низший сейчас откажется, значит, не хочет помогать и тем самым нарушит приказ «повелителя». А если согласится — то у меня будет свой фамильяр! Я с нескрываемой надеждой посмотрела на бирюзового, отметив судорожную работу мыслей и крепко сжатые лапки. Наконец он печально опустил плечики и выдал:

— Так уж и быть, заведу себе ведьмочку. Но только потому, что это поможет тебе, хозяин!

— Очень-очень поможет, — поспешно закивал василиск, и у меня сложилось впечатление, что он спешит избавиться от Йоптеля. — Сейчас составим договор на переуступку прав…

Вскочив, мужчина метнулся к столу и начал поспешно что-то писать. Я же в этот момент рассматривала длинные крепкие ноги и абсолютно потрясающую спину с едва видимыми узорами чешуек. Гладкие волосы с разными оттенками зелени. Смотрела на образчик мужского идеала, слегка подвиснув от количества свалившегося счастья, и даже не подозревала, что меня ждет в самом ближайшем будущем.

А зря…

Во всех учебниках по приручению фамильяров говорилось, что сделки с демонами и чертями скрепляются исключительно кровью. Лишь она, как прямой проводник силы и магии, служит лучшим гарантом исполнения договора.

Гарант — это хорошо. А уколы — плохо. Я их никогда не любила.

Пока обдумывала проблему, зеленоволосый закончил писать и вернулся, протягивая лист. Аккуратно забрав подношение, я пробежалась глазами по ровным строчкам. Потом еще разок, не веря в прочитанное. Ничего не изменилось. Текст был до неприличия короток и содержал всего пять пунктов:

Во-первых, заботиться о фамильяре взамен на его помощь.

Во-вторых, вырасти хорошей ведьмочкой.

В-третьих, не влипать в неприятности.

В-четвертых, никогда не унывать.

В-пятых, больше не вызывать василисков во время обрядов.

Затем дата и витиеватая подпись с красивыми закорючками, среди которых с трудом, но угадывалась буква С.

— Это все?

— Нет, ну если ты настаиваешь, можем сократить на один пункт. Но только на один!

— Меня все устраивает! — произнесла поспешно, а затем замялась. — Но есть небольшой нюанс. Понимаете, я немного не дружу с кровью.

— В роду были демоны, и ты звереешь от одного вида?

— Что? Нет!

— Возникает непреодолимое желание собрать кровушку на зелья?

— Нет! И чтобы вы знали: кровавая магия — это фу!

— Правильный ответ, — покивал незнакомец. — Тогда что?

— Я… — покосилась на мужчину, посетовала на судьбу и призналась: — Я уколы не люблю. Пару раз было желание упасть в обморок, но я сдержалась.

— Гемофобия у ведьмочки? Неожиданно. Давно?

— Затрудняюсь ответить на этот вопрос.

Впервые я увидела кровь лет в пять, когда попала в приют для ведьмочек. Девчонки постоянно бегали во дворе и играли в догонялки. Понятное дело — без падений не обходилось. Я все чаще наблюдала со стороны, но однажды ведьмочка упала рядом и сбила коленки. Стоило увидеть алые разводы, и мир поплыл. Тогда я еще не понимала, в чем причина. Отлежалась у ведуний и вернулась. Через несколько дней ситуация повторилась. Тогда-то нянечки заподозрили неладное. Сначала запретили бегать, затем играть с другими ведьмочками, ну а после практически заперли в библиотеке.

Первое время я страшно обижалась. Пока другие веселились, мне приходилось коротать дни за чтением книг. Но постепенно это занятие увлекло, и реальный мир был надолго забыт. Особенно завораживали учебники по алхимии, находя внутренний отклик у ведьмовской натуры. От теории я перешла к практике и занималась мистической наукой по сей день, чередуя с зельеварением.

— Ладно, проблемы со здоровьем обсудим в следующий раз. Ставь подпись и пошли уже. Ваш домовой дух явно халтурит.

— В чем это проявляется?

— Как минимум — грязный пол. Как максимум — сквозняки. Оба пункта должны регулироваться домовыми.

— У нас в институте другая схема. Пол моют провинившиеся, а щели не заделывают специально, чтобы ведьмочки закалялись.

— Вот как… — задумчиво протянул василиск, что-то прикидывая в голове. — Хочешь, покажу тебе кое-что?

Невольно бросила взгляд на край полотенца и тут же покраснела. Зеленоволосый сначала не понял моей реакции, а затем ка-а-ак понял.

— Ведьмочка!

— Что? Это ваше предложение! Я вообще договор читаю!

— Я предлагал другое! И чему вас здесь только учат?

— Ведьмовским наукам. Этикету. Как быть хорошей женой инквизиторам.

— Прости, что? — в голосе мужчины сквозило неприкрытое возмущение.

Я отреагировала примерно так же, когда поступила. Даже попробовала возмутиться, но преподавательницы очень доходчиво объяснили, как обстоят дела в нашем мире.

У ведьм и паладинов исторически сложились своеобразные отношения. В темные времена только инквизиторы могли остановить ведьму, сошедшую с ума от силы Хаоса. А вот с обычными ведьмочками они строили семейные отношения. В таком браке рождались одаренные дети, перенимая дар одного из родителей — зависело от того, кто сильнее. Для простых семейств не принципиальная позиция — они радовались всем малышам. Древние же старались блюсти чистоту наследования, передавая титул от сына к сыну. Для этих целей они выбирали заведомо слабых ведьмочек, а затем приплачивали институту за подобающее обучение. Если бы ведьмовское, так нет!

Нас учили, как быть хорошей женой и хозяйкой. Как радовать супруга и не выносить ему мозг. Учили нас, ведьм! Да мы по природе своей обязаны портить окружающим жизнь! Но директриса придерживалась другого мнения и с радостью сплавляла учениц спонсорам.

Я как-то наблюдала этот процесс. Хотелось бы сказать, что все инквизиторы выглядели старыми и страшными, но нет. Молодые мужчины, полные сил и магии. Красивые, ухоженные и состоятельные. А уж как они соблазняли! Лишь самые сильные и упорные сестры смогли устоять, но таких — единицы.

Тогда же я, по своей глупости, попалась на глаза Кристиану Огненному — одному из представителей самого знатного рода. Кто же знал, что эта встреча станет фатальной…

— Ведьмочка, ты меня слышишь?

— Отвлеклась. Так о чем мы?

— Я предлагал показать тебе кое-что интересное. — Глядя, как у меня дернулись губы от желания сказать гадость, василиск поправился: — И приличное! Уверен, я смогу тебя удивить.

Любая ведьмочка из нашего благородного института уже бежала бы прочь от полуобнаженного мужчины со странными предложениями. Но я-то приличной не была, а этот самый мужчина только что подарил мне фамильяра. Ну как ему отказать? Вот я и не смогла, решительно согласившись на все.

— Отлично! Тогда подписываешь договор, затем идем смотреть интересности, а после переместишь меня домой. Йоптель, будь любезен, принеси мои вещи.

Зря он обратился к обиженному фамильяру. Очень-очень зря. Я поняла это, как только увидела блеск в глазах бирюзового. Кажется, сейчас кому-то будут мстить. Причем, со всей демонической жестокостью. Открыла рот, чтобы предупредить василиска, но не успела. Йоптель вернулся, а вместе с ним с потолка начали падать отдельные части одежды и не только.

Первое, на что обратила внимание, мягкие наручники с розовым мехом. Очень странные, надо заметить. Такие мало кого могли удержать — скорее насмешить. Однако василиск не смеялся. Напротив, пошел красными пятнами и тихо прошипел что-то нечленораздельное.

— Йопт!

— Все как просили, бывший хозяин! — довольно произнес мохнатый, складывая лапки на груди.

Следом за наручниками с потолка плавно спланировали розовые трусы в яркое салатовое сердечко. Кажется, они слегка фосфоресцировали в темноте. Никогда не видела ничего подобного и, надеюсь, не увижу!

И, как апофеоз, появились потрясающие шерстяные чулки. Вроде обычные, но с рисунком страусиных лапок.

— Йоптель! — рыкнул зеленоволосый, пока я стояла с круглыми глазами и переваривала вещепад странностей.

— Да, бывший хозяин?

— Что это за гадость?

— Ваши вещи, бывший хозяин.

— У меня нет таких вещей, и ты прекрасно об этом знаешь.

— Я знал раньше, пока был вашим. А теперь все — сиротинушка бесхозная.

Василиск выразительно покивал на листок. Пришлось ставить размашистую подпись возникшей перед носом ручкой с обычными чернилами. Ожидала грома и молний, но нет. Передача фамильяра прошла тихо и мирно, если не считать бухтения бирюзового.

— Теперь не бесхозная, — не согласился мужчина, но послушно поднял с пола прилетевшие вещи и принялся одеваться.

Я демонстративно отвернулась, чтобы не мешать зеленоволосому. А когда повернулась вновь, чуть не подавилась заготовленными вопросами. Выглядел василиск эпично. Хотя, правильнее сказать, комично. Йоптель перенес ему все лучшее из гардероба, если верить важно задранному носику мелкого.

— Готова?

Еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться, я закусила губу и преданно посмотрела на мужчину. За таким хоть на край света, ведь всем известно, что хорошее настроение и смех значительно продлевают жизнь!

— Идем.

И страусиные лапки зашлепали по полу. Пришлось закусить палец. Нельзя смеяться над благодетелями, Инара! Даже если очень-очень хочется. Даже если со спины вся эта композиция выглядит еще смешнее! Вот так, уговаривая себя держаться, я двинулась на выход из лаборатории, следом за незнакомцем. Йоптель семенил рядом, с интересом осматриваясь.

— Впервые в учебном заведении? — полюбопытствовала у него.

— В принципе впервые в этом мире. Дом бывшего хозяина не в счет.

— Как так? Я думала, все чертики — долгожители.

— Живем-то мы прилично, но… — бирюзовый покосился, словно раздумывая, поведать великую тайну или нет. — Нас много на Изнанке. Гораздо больше, чем ведьмочек. Очередь на призыв может тянуться столетиями. Моя подходила лишь через десять лет.

— В смысле — очереди на призыв?

— У каждого черта есть порядковый номер в очереди. Кого призвали в данный момент, тот и идет.

— Значит, сила призванного фамильяра не зависит от уровня дара ведьмы?

— Вообще нет, — фыркнул мелкий. — Кого призвали — того призвали. Дальше ведьмочки уже сами возятся с фамильярами, прокачивая их силу и навыки.

— Ты сейчас шутишь, да?

— Ни капельки. У вас свои правила, у нас — свои.

— Ты только что сломал мой мир!

Ведь, правда, сломал. Мы всегда считали, что лишь сильная ведьма способна призвать сильного фамильяра, а некоторые вообще демонов!

— Для примера, — продолжил Йоптель, — моего повелителя призвала совсем слабенькая ведьмочка. И что ты думаешь…

— Йопт! — шикнул василиск на фамильяра.

— А, да, это же тайна. В общем, я в этом мире впервые и мне здесь нравится!

Я покосилась на серые каменные стены с паутиной по углам. На мигающие магические светильники, сломавшиеся еще задолго до нашего потока. Этот замок достался ведьмам от одного из инквизиторов. Сей славный человек торжественно пожертвовал родовое гнездышко на отшибе, а сам перебрался в столичный особняк. Новая резиденция инквизиторов, кстати, находилась там же.

В самом начале своего существования замок представлял величественное белокаменное строение. Оплот мира и надежды. Колыбель сильного паладинского рода. Говорят, здесь проводили настоящие турниры, где выбирали лучших из лучших. Здесь же решались судьбы обезумевших ведьм.

Со временем замок взгрустнул. Несколько башен на данный момент были закрыты для посещения из-за аварийности. Из-за просадки фундамента образовались жуткие щели. По ночам в некоторых аудиториях завывал то ли ветер, то ли несчастные ведьмочки, которым предстояла уборка.

Думаю, понятно, почему это место я невзлюбила с первого взгляда. Но фамильяру нравилось. Он с любопытством крутил головой, придерживая в лапках длинный хвост с кисточкой. Эта деталь бирюзового вызывала какое-то особенное умиление.

Пока разговаривала с фамильяром, удавалось игнорировать широкоплечую фигуру в смешных труселях. Однако стоило взгляду зацепиться за салатовые сердечки, меня снова разбирал смех. Именно он мешал понять, что такое интересное бормочет себе под нос василиск.

— Йоптель, — позвала тихо, — а что твой бывший хозяин шепчет?

— Заклинание невидимости. Ты же не хочешь, чтобы другие ведьмочки увидели полуголого мужика в замке?

— Ну, увидят и увидят. Что они сделают?

Мелкий споткнулся и уставился возмущенно.

— В смысле, что сделают? Каждая приличная ведьма при виде красивого представителя противоположного пола должна схватить его, усадить на метлу и отконвоировать в свою избушку!

— Зачем?

— Как трофей, конечно же! Ты какая-то неправильная ведьмочка.

— Думается мне, это у тебя неверные представления о ведьмах. Наставницы учат нас быть кроткими, лишний раз не проявлять инициативу в общении с мужчинами. Да и вообще не смотреть ни на кого, кроме инквизиторов.

— Вот это дичь, — емко выдал бирюзовый. — Что-то это место нравится мне все меньше и меньше.

Вот и я о том же. Учеба здесь уже давно превратилась в игру на выживание. Справлялись далеко не все. Некоторые ведьмочки добровольно выходили замуж еще на первом курсе, лишь бы сбежать. Я стойко продержалась до третьего, но иной раз тоже хотелось смыться. Выторгованная портальная бусина была как раз на такой случай, если совсем прижмет. Или если один конкретный инквизитор окончательно достанет своими ухаживаниями!

— Странные дела нынче творятся в учебных заведениях. Очень странные, — философски выдал Йоптель.

Возразить нечего. Во-первых, я не была в других институтах. Во-вторых, у каждого свое понятие нормы. Для нас подобные распорядки и правила стали обыденностью. Для основной массы ведьмочек так точно!

— Кто здесь? — неожиданно раздалось из темноты.

— Здравствуй, инфаркт! — выдал Йоптель, хватаясь за сердце.

— Здравствуйте, — отозвалась темнота не менее испуганным голосом.

1.
2.
3.
4.
5.

Из темноты коридора с погасшими светильниками на нас смотрела младшекурсница. Совсем еще юная ведьмочка в коротком, до колен, черном платье с белым кружевным передником. Черные волосы были собраны в две косички с атласными бантиками. Ужас моего детства — вот эти самые косы, от которых жутко болела голова! Чудо-ребенок хлопал большими испуганными глазами и смотрел… Ошибочка, не на нас, а на чулконожки, точнее затянутые в чулки с незабываемым рисунком ножки василиска.

— Ш-што это? — выдохнула девочка потрясенно, а я с не меньшим шоком осознала — она не видит всего остального! Только прелестные птичьи лапки.

— Вот это? — уточнила на всякий случай и ткнула пальцем в накачанные ноги. — Дух неупокоенной избушки.

— На курьих ножках?

— На них самых. Избушка почила, а ножки остались. Теперь ходят по институту в поисках нового домика.

— А почему они идут за тобой?

Ну, вообще они идут отдельно от меня! Знать бы еще — куда. Кстати…

— Я откуда знаю? У них и спроси. Ну, хочешь, они пойдут за тобой?

— Нет! — пискнула ведьмочка и шарахнулась к стене, подальше от василиска.

— Правильное решение. Кстати, увидеть ножки в ночи — к дурным снам и посещению лекарского корпуса. Лучше никому не рассказывай о них.

— Х-хорошо, — выдохнула случайная жертва моей больной фантазии и криворукости зеленоволосого, поспешно побежав в обратном направлении.

Наступила блаженная тишина. Нет, вру, не наступила. С одной стороны, Йоптель, сидя на каменном полу, тихо похрюкивал от смеха, с другой: бубнил незваный гость. Вернее званный, но звала я не его! Ой, неважно. Этот, который прекрасное явление, стоял и хмуро повторял:

— Я стена. Я кирпич. Я плинтус.

— Кажется, ваше заклинание не работает.

— Работает, но не на всего меня. Йопт, откуда ты взял эти носки?

— Так с верхней полки, бывший хозяин. Где лежат подарки от вашего лучшего друга.

— Барс-с-сик, — прошипел мужчина, закатывая глаза.

— Он самый, — расплылся в гаденькой улыбке бирюзовый. — Хороший же подарок! Главное — ножкам тепло. И красиво. Скажи же, ведьмочка?

— Глаз не отвести! — поспешно согласилась с фамильяром, не желая наживать врага в его моське.

— Врушка из тебя так себе, — хмыкнул василиск.

А я, между прочим, не врала. Мужские ноги, обтянутые экстравагантными чулками, над которыми возвышались розовые труселя, непроизвольно притягивали взгляд и поднимали настроение.

— Господин василиск, а куда мы, все-таки, идем?

— В южную башню.

Сказал как бы между прочим, а у меня чуть не случился тот самый, который инфаркт. Просто южная башня — это табу! Там жили наставницы и директриса, строго-настрого запрещавшие ведьмочкам заходить в святая святых. Тех, кто не слушался, ждала печальная участь замужества.

— Нет! — отрезала категорически и развернулась, чтобы возвратиться в кабинет и все там прибрать.

Кто бы еще дал. Мужчина ловко схватил за талию и… на вытянутых руках понес в нужном ему направлении. Целых сорок пять килограмм счастья без особых усилий! Это же какая силища… Не зря, ох не зря василисков считали одними из самых опасных нелюдей. Особенно для нервной системы ведьмочек!

— Ты чего такая легкая? Не кормят что ли?

Ну, как бы сказать помягче. Кормят, но всего два раза в день и исключительно полезной пищей. Инквизиторам нравились хрупкие и изящные девушки в легком предобморочном состоянии. Наставницы старались угодить инвесторам и старательно превращали всех учениц в бледных поганок, шатающихся на ветру.

— Господин василиск, я туда не пойду!

— Ты и не идешь. Я тебя несу, — парировал мужчина.

— Не надо меня никуда нести. Поставьте, где взяли! Мне и так хватает проблем в жизни, чтобы нарываться на новые!

— Поэтому ты сейчас прекращаешь шуметь, брыкаться и паниковать. Сделаем все быстренько, и я испарюсь.

— Что сделаем? — спросила сипло, чувствуя подвох.

— Доброе дело, ведьмочка. Всего лишь доброе дело.

— За причинение ведьмам добра можно отхватить проклятие. А в южной башне живут самые отбит… самые матерые из сестер.

— Знаю. Уже бывал в гостях.

— Правда? — удивленно покосилась на невозмутимого мужчину.

— Правда, Тростиночка, правда. Заходил в гости, чинил кое-что. Знал бы раньше, как здесь обстоят дела… — в этот момент глаза василиска сузились, а зрачок вытянулся в тонкую ниточку.

— А как они обстоят? — не поняла я и шмыгнула носом.

Ну вот, опять простыла. Нужно срочно выпить микстуру, пока не разболелась. На практике за мной никто не будет бегать и подтирать носик. Спасибо, если не прикопают под кустом по доброте душевной.

— Ты плачешь, что ли?

Мы остановились, а затем этот нехороший василиск подкинул меня в воздух, умудрившись крутануть. Миг, и я оказалась у него на ручках, прижатая к голенькой, но приятно горячей груди. В этот момент, если верить наставлениям старших ведьм, следовало смутиться и потребовать меня отпустить, но… Тепленький же! Так что, плюнув на вбитые правила приличия, прижала ледяные ладошки и блаженно вздохнула.

— Не плачешь. Соплюшка, да?

— Я не сопливая! — пробурчала недовольно и… уткнулась холодным носом во вкусно пахнущую шею. — Но рискую ею стать через пару часов.

— Так сильно мерзнешь?

— Не то, чтобы мерзну. Просто для обряда призыва требуется много сил. При истощении падает иммунитет, а здесь сквозняки… А еще я перенервничала и забыла поесть.

— Сегодня?

— Вчера. Сегодня просто не успела.

— То есть ты два дня без еды? — голос мужчины прозвучал крайне недовольно, с еле скрываемым раздражением, а руки сжались чуть сильнее.

— Не страшно. Иногда приходилось голодать неделями. Я привычная.

— Как у вас тут все… интересно, — недобро протянул василиск и ускорился, бросив на ходу: — Йоптель…

— Понял. Принял! — выдало это чудо и испарилось.

­— А-а-а…

— Он вернется, не переживай. А пока расскажи, что еще происходит за крепостной стеной замка.

— Да ничего, если честно. Учимся потихоньку. Постигаем житейские мудрости. Вот к практике готовимся. Меня допустили, представляете? — скрыть радость не получилось.

— Представляю, — в голосе василиска послышалась улыбка. — Уже знаешь, куда тебя направят?

— Пока нет, но очень хочу в какую-нибудь деревню. Можно запастись травками для зелий и пообщаться с лесной нечистью. А еще… — сама не знаю, почему все это рассказала. Наверное, всему виной особая магия василисков. Точно! Заколдовал и заболтал, чтобы я не мешала ему причинять добро.

Когда очнулась, мы уже спускались в подземелье южной башни, миновав основной коридор и гостиную. Увиденное мельком заставило завистливо вздохнуть. У наставниц все буквально сверкало чистотой и роскошью. Стены украшали яркие гобелены, горели все светильники без зловещего мерцания. Но главное — тепло! Удивительно, но по пути нам не встретилась ни одна наставница. Видимо, все еще принимали зачеты по призыву.

— А мы куда?

— К сердцу замка. Хочу перекинуться с ним парочкой слов.

От такого заявления я даже высунула любопытный нос, недоуменно рассматривая своего носильщика. Сердце замка на то оно и сердце — каменный источник магии, заряженный многими поколениями инквизиторов, а затем и ведьмочек. Оно впитывало остаточную магию от заклинаний, гасило спонтанные всплески, да и вообще следило, чтобы мы ничего здесь не разрушили. Я никогда не спускалась в подземелье, где хранился этот легендарный артефакт. До появления василиска…

То, что он собирался с ним чем-то «перекидываться», вызывало еще больше недоумения. Камни же не говорят, даже если это артефакты! Но зеленоволосого данный факт не остановил. Он стремительно преодолел внушительное расстояние. Легко прошел через несколько охранок и защитных пологов, чтобы в итоге оказаться в большой пещере.

Первое, на что обратила внимание — подземное озеро! Большое и чистое, с легким паром над поверхностью. Вода слегка сверкала, то ли от собственной магии, то ли отражая светящиеся сталактиты, свисающие с потолка полупрозрачными сосульками. По каждой такой пробегали маленькие разноцветные молнии, раскрашивая пещеру радужным сиянием.

— Красиво, — выдохнула я очарованно.

— Да, мне тоже нравится, — улыбнулся василиск и направился к воде.

— А-а-а…

— Тебе нужно восстановиться, а мне — пообщаться с сердцем. Совместим приятное с полезным.

Кажется, от меня решили избавиться, как от нежелательного свидетеля. Затрепыхавшись в руках мужчины, добилась его остановки и выдала с нескрываемым возмущением:

— Если хотите, чтобы я молчала, то необязательно топить!

— Хм, — только и произнес он многозначительно.

— Это все, что вы можете мне сказать?

— Пока да. Я пытаюсь постичь ход твоих мыслей.

— Мне кажется, здесь все очевидно. Вы тащите в воду ведьмочку, которая не умеет плавать. Да еще и в тяжелом платье. Можем просто заключить сделку, и я никому ничего не расскажу!

— Хм, — снова выдал василиск, который, кажется, сломался. — Я не собираюсь тебя топить, соплюшка. Вода в источнике обладает восстанавливающими свойствами. Посидишь на мелководье, погреешься.

— Не пойду!

— Трусишка, — хмыкнула жертва моего призыва и спустила меня с ручек. — Тогда хотя бы окуни ноги. Вон там удобный спуск.

В указанном направлении действительно имелась небольшая площадка почти на уровне воды. Ну-у-у, можно посмотреть. Если что, просто подожду василиска у входа.

— Ладно. Вы надолго?

— Минут десять, не больше.

— Что мне делать, если сюда кто-то придет?

— Не придет. Охранки никого не пропустят.

— Даже директрису?

— Особенно ее, — загадочно ответил мужчина и пошел в воду.

Чем глубже он заходил, тем больше нервничала я. А вдруг начнет тонуть, что тогда делать? Я же совсем не умею плавать! Более того — боюсь открытых источников воды. За помощью сбегать не успею, да и, если верить зеленоволосому, сюда никто не сможет попасть. Что тогда? Что…

Пока судорожно размышляла, василиск красиво нырнул и скрылся из виду. Попаниковав еще немного для порядка, решила последовать совету и погреть ножки. В конце концов, если этот странный нелюдь утонет, то всплывёт же?

С этими оптимистичными мыслями избавилась от туфелек и чулочков, задрала подол и уместила попу на теплом каменном берегу. Вода оказалась потрясающей. Мелкие светящиеся песчинки мягко касались кожи, щекотно пощипывая. Магия пусть медленно, но возвращалась, позволяя согреться. Еще бы поесть, и жизнь удалась!

В этот момент рядом раздался тихий пшик, и из облака дыма попой вперед выполз Йоптель. Следом за ним тащилась внушительная корзинка. Обернувшись, фамильяр оценил разделяющее нас расстояние, удовлетворенно кивнул и с кряхтением разогнулся. Затем запустил лапки в свою увесистую ношу и извлек из нее скатерть.

Расстелил прямо на берегу и принялся расставлять выуженные тарелки, горшочки и приборы. Я следила за происходящим с молчаливым удивлением, одновременно вдыхая упоительные ароматы еды. Желудок отреагировал протяжной руладой.

— Пока бывший хозяин соизволит купаться, на вот, выпей бульончика.

Мне была протянута пиала с золотистой жидкостью и чудесным запахом специй. Горяченький! Сделала глоток и блаженно зажмурилась. Бульон скользнул внутрь, как родной, согревая и успокаивая бунтующий живот. В итоге выпила все за десять глотков и с благодарностью вернула посуду следящему Йоптелю.

— Теперь вот эту микстуру.

— Что это?

— Не знаю, хозяйка, но готовила принцесса. А ее зелья ценятся даже на Изнанке. Пей, не бойся. Ты нужна живая и здоровенькая. У меня великие планы!

— Не хочешь ими поделиться? — спросила осторожно, чтобы понимать, чего ждать от предприимчивого фамильяра.

— Всему свое время, — выдал он загадочно и вытащил из корзины внушительную палку колбасы, обсыпанную сушеным перчиком.

Плюхнувшись рядом, он принялся ее аппетитно уминать, даже не став резать. Кусал и причмокивал от удовольствия, глядя на озеро. Я решила не вредничать и, задержав дыхание, выпила лекарство. Привыкла, что они всегда горькие и гадкие, но это оказалось удивительно приятным. Сладкое, с легким мятным послевкусием.

Так мы и сидели в ожидании явления зеленоволосого чуда в розовых труселях. Интересно, что там сейчас происходит на дне? И как василиск общается с, по сути, камнем?

Двадцать минут спустя он все же показался на поверхности. Вынырнул, отфыркиваясь, а затем поплыл в нашу сторону. У берега действительно оказалось мелко. Мужчине так вообще по середину икр. Осмотрев нашу композицию и пустую бутылочку от лекарства, он удовлетворенно кивнул и принялся снимать крышки с горшочков. Я чуть повторно не захлебнулась слюнями. Вроде поела бульончик, но сейчас снова проснулся голод. Причем дикий, чего раньше за мной не наблюдалось.

Тем временем на большой белой тарелке появлялись овощи, запеченный картофель, какое-то тушеное мясо и румяный пирожок. Всю эту горку вместе с вилкой василиск устроил на моих коленках, чем поверг в легкий шок.

Не столько самим фактом ухаживания, сколько едой. Я такого отродясь не ела. Мясо у нас подавали лишь по праздникам, и то по маленькому кусочку чего-то отварного. А запеченная картошка и вовсе считалась преступлением против фигуры. Что уж говорить про пирожки…

— Эй, ведьмочка, ты чего? — нахмурился василиск, заметив мой ступор. — Не нравится еда? Хочешь чего-то другого?

— Нет! — ответила поспешно и вцепилась в тарелку, чтобы не отняли.

Попробовала первый кусочек мяса и не смогла сдержать стон удовольствия. Как же это божественно вкусно! Мясо буквально таяло во рту, оставляя легкий дымный привкус и мягкую пряность. Картошка не уступала, соблазняя зажаристой корочкой.

— Никогда не ела ничего вкуснее! — призналась честно, заметив удивленный взгляд мужчины.

— Ничего особенного, — передернул плечами василиск, а Йоптель в этот момент ухмыляясь, стрелял глазками то в меня, то в незнакомца.

Кстати, надо бы исправить этот момент.

— Господин василиск, вы так и не представились.

— Знаю.

— И? — протянула я после минуты молчания.

— Поверь, лучше тебе не знать. И при встрече сделаешь вид, что мы незнакомы. Так безопаснее.

— Для кого?

— Для тебя, малышка. Я не тот нелюдь, знакомством с которым стоит гордиться.

— Звучит интригующе. Ладно, свое настоящее имя вы скрываете. Но мне же нужно как-то к вам обращаться?

— Придумай сама.

— Любое имя? — протянула задумчиво, осматривая свое чудесное голенькое явление.

Как можно назвать незнакомого мужчину, с которым провела от силы пару часов, но за это время успела приватизировать его фамильяра, перепугать ведьмочку, пробраться в южную башню и погреть ножки в источнике с сердцем замка?

Ноль идей!

Хотя… Он же василиск. Зачем ходить далеко, если имя вот, под носом.

— Буду называть вас Васей!

От этого радостного заявления зеленоволосый подавился и закашлялся. Йоптель перестал жевать колбасу. Положил на тарелочку. Встал. Отошел за ближайший валун. Оттуда понеслись хрюкающие звуки, напоминающие то ли смех, то ли истерику.

— Как ты меня нас-с-свала?

— Васей. Сокращенно от василиска. Но, если хотите, могу называть ласково Васькой. Звучит же, да?

Кажется, у моего благодетеля дернулось веко. И дергалось каждый раз, как Йоптель издавал странные звуки.

— Нравится? — уточнила на всякий.

— Не то с-с-слово, — прошипел зеленоволосый и вернулся к трапезе, правда, как-то слегка дерганно.

Нет, ну а что? Сам предложил выбрать имя. Пусть теперь не жалуется. Тем более, ему подходило. Именно вот такому: голенькому, растрепанному и очень милому. Все-таки не зря я провела обряд и вызвала василиска. Конкретно с этим мне очень повезло!

— Как прошло общение с сердцем замка?

— Продуктивно, — загадочно улыбнулся мужчина и сел рядом, болтая ногами в воде. — Уверен, ты оценишь.

 Я заинтригованно затихла, ожидая продолжения беседы, но василиск молчал. Любопытство требовало завалить его вопросами, но вдалбливаемые наставницами правила поведения призывали отстать от мужчины и дать ему поесть. Ведь каждой ведьмочке известно: сытый инквизитор — добрый инквизитор! Пусть василиск ну никак не походил на паладина, но кушать, судя по скорости поглощения блюд, любил. Я тоже умяла половину и теперь раздумывала, как поступить с оставшейся частью. Живот превратился в тыковку и отказывался вмещать новые порции, а природная запасливость намекала на черный день и необходимость припрятать лишнее. В итоге я просто сидела и гоняла кусочки с места на место, раздумывая, как бы пронести их с собой в комнату.

— Чего грустим?

— Я не грущу, просто… — задумалась, как признаться малознакомому мужчине в неподобающих мыслях.

— Хозяйка, не переживай, я все упакую, — помощь пришла от фамильяра, снова вернувшегося к колбасе. — На первое время еды нам хватит, а потом что-нибудь придумаем.

— Йоптель, — с загадочными интонациями протянул василиск.

— Да, бывший хозяин? Ударение на слове «бывший». Вообще, подумываю вас заблокировать, чтобы не закидывали магическими вызовами. И деньги ваши нам тоже не нужны! Сможем прожить и без подачек!

Каюсь, я в моменте потеряла нить разговора, переводя удивленный взгляд с одного участника маленького скандала на другого. Ничего не понятно, но очень интересно!

— Вот давай только без драмы, — закатил глаза Васька. — Ты знаешь, что это решение идеально для нас обоих.

— Да-да, — покивал бирюзовый, но было видно, что он дуется.

— Йопт!

— Я стена. Я кирпич. Я плинтус, — пробурчал фамильяр.

Вроде заклинание не сработало — его все еще было видно, но удивительно — зеленоволосый отстал. Сделал несколько глубоких вдохов и вернулся к прерванной трапезе. Остаток позднего ужина прошел в молчании, а после мне озвучили предложение, от которого невозможно отказаться. Вернее, мне не дали такой возможности, все решив самостоятельно.

— Мы идем купаться!

— Нет!

Попыталась вскочить и сделать ноги, но кто бы дал! Тарелка перекочевала на скатерть, по пути потеряв несколько помидорок. А меня, самым коварным способом, начали избавлять от одежды.

— Василий! — вскрикнула я возмущенно. — Вася-а-а!

Ноль реакции. Тем временем на берег полетел рабочий передник, громко звякнув содержимым. После настало время платья. Его, несмотря на активное сопротивление, предельно осторожно сняли и отправили на ближайший валун. Все, я осталась в нижней рубашке и жутких панталонах.

— Не паникуем. Не кричим. Не деремся. Топить ну буду. Отпускать в свободное плаванье — тоже. Но тебе действительно нужно хотя бы пару раз окунуться с головой, чтобы полностью восстановиться. И под полностью я имею в виду не только магическое истощение, а изуродованную ауру. Не знаю, что с тобой делали в институте…

— Они не при чем, — вставила поспешно, обмякнув в мужских руках.

— А кто при чем?

Я промолчала. О таком не рассказывают первому встречному. Да и нечего рассказывать, если честно. В приюте для ведьмочек я очнулась уже такой. Наставницы пытались выяснить причину, но детский разум — интересная штука. Он хранит лишь безопасные фрагменты прошлого, и не всегда они настоящие. Сны, смешанные с реальностью. Мечты, наложенные на повседневность. Я не помнила себя до приюта, и это, наверное, к лучшему. Не хочу знать, откуда эти травмы на ауре.

Поняв, что не получит ответ на свой вопрос, василиск перехватил меня поудобнее и зашагал к центру озера. Вцепившись в могучую шею руками и попытавшись поджать ноги, я с ужасом смотрела на подступающую воду. Выше и выше, пока не достигла мужской груди. Мне пока еще было по пояс, поскольку я цеплялась за голову этого экспериментатора, пытаясь забраться на самую макушку.

— Раньше я думал, что фраза «Посадить девушку на шею» имеет фигуральное значение. А нет, некоторые действительно пытаются на ней обосноваться.

— Это целиком и полностью ваша вина!

— Так, ведьмочка, отставить панику.

Меня встряхнули и, уложив на ручки, крепко перехватили, а затем очень медленно и аккуратно погрузили в горячую воду. Пока не с головой.

— Набери в грудь воздуха и зажми носик. Я опущу тебя под воду на секунду и сразу же вытащу.

— Не надо! Я боюсь!

— Ведьмочка, страшно, когда ты не умеешь плавать и лезешь одна. Но я же с тобой!

— От этого еще страшнее! Вдруг все-таки передумаете и притопите нежеланного свидетеля?

— Максимум, что тебе грозит, быть слегка покусаной. Так, все, закрывай носик и вперед. Быстрее начнем, быстрее вернемся к ужину. Там еще торт. Ягодный.

Тортик…

Этот искуситель определенно знал, как переключить внимание девушки. Но на ведьмочек его грязные приемы не действовали! Я все еще отказывалась нырять, даже если этого требовало здоровье. Нет уж, лучше как-нибудь своими силами!

Буль!

Испугаться в моменте не успела, поскольку уже была перепугана ранее. Вода накрыла с головой и тут же отступила, заливая глаза, нос и рот. Зафыркав, я начала судорожно тереть лицо, избавляясь от щекотного пощипывания магических частиц. Только открыла глаза и рот для возмущения, как меня окунули снова. Да он издевается!

Булькнулась. Отфыркалась и…

— Василий! — крикнула возмущенно после третьего раза.

— Вот и все, а ты боялась.

— Угу, только нерва оборвалась, — раздалось с берега недовольное. — Бывший хозяин, сейчас сделаешь мне из нормальной ведьмы — неврастеничку. Мы с ней на мозгоправа не заработаем!

— Йопт, не нагнетай. Все хорошо. Теперь ведьмочка здорова, а аура восстановится за ночь.

— Но нервы-то, нервы… — продолжал негодовать фамильяр, пока я, сложив руки на груди, сверлила василиска недовольным взглядом.

— Да-да, я злой и ужасный антигерой, который обижает маленьких девочек. Зато ты больше не соплюшка. Плавать будешь?

— Нет!

— Ну и ладно, — пожал могучими плечами мужчина и понес на берег, постепенно высушивая нас обоих.

Выскочив на сушу, я поспешно оделась, а затем отбежала на безопасное расстояние. А то кто знает, как этот зеленоволосый полуголый индивид еще придумает причинить добро. Спасибо, на сегодня хватит приключений. Да и на всю оставшуюся жизнь — тоже.

С учетом посещения южной башни и сердца замка, эта самая жизнь долго не продлится.

— Хозяйка, будешь тортик? — осторожно поинтересовался фамильяр и… извлек из своей безразмерной корзины шедевр.

Нечто воздушное, с горой разноцветных ягод и забавными кругляшками. Красивый-красивый и, наверняка, вкусный. Приманка! Приманка, как она есть. Но как же хотелось попробовать это кулинарное чудо. Хотя бы раз в жизни узнать, какое оно на вкус. Недостойно благовоспитанной ведьмочки, но за сегодня я нарушила уже такое количество правил…

В общем, да, я сдалась и пошла на поводу у желудка. Заметив слабину, Йоптель расплылся в проказливой улыбке и принялся за нарезку торта. Сначала пополам, а затем одну из половинок еще на две части. Одна из четвертинок была передана на тарелочке Васе, а вторая — мне. Половина же осталась… фамильяру. Плюхнувшись на попу рядом, он схватил торт лапками и утонул мордочкой в начинке.

Некоторое время я наблюдала за процессом поедания с нескрываемым умилением, а затем решилась тоже снять пробу. Зря! Очень-очень зря!

После первого же кусочка поняла, что больше никогда не смогу сидеть на диете. Есть паровую недосоленную пищу и радоваться редким фруктовым пюрешкам в овсянке. Мир разделился на «до» и «после».

Клубника. Малина. Смородина. Ежевика. Голубика.

Я видела эти ягоды только на картинках и на преподавательском столе. Теперь же пробовала сама, мыча от удовольствия. И все равно, что подумает василиск! Мне было просто очень-очень хорошо.

— Вкусненько, — блаженно протянул Йоптель, измазанный кремом.

Я согласно закивала, чувствуя, что сейчас лопну от обжорства. Потом вспомнила, что нам еще подниматься в комнату по многочисленным лестницам и не сдержала отчаянного стона.

— Объелась, хозяйка?

— Это тоже, но в данный момент представила обратный путь. Знаете что, а оставьте меня здесь. Однажды я переварю все съеденное и обязательно выберусь. Но это будет не скоро.

— Хозяйка, у нас завтра практика! Моя первая, между прочим! Соберись!

— Не могу — пузико мешает.

— Ну, хозяйка-а-а.

— Прости, Йоптель, но тебе придется искать новую ведьмочку.

Фамильяр задумчиво почесал в голове, размазывая крем. С ужасом представила, что мне придется его купать, промывая густую шерсть. Затем сушить. Ой, божечки, я так до утра не управлюсь!

— Есть еще вариант. В твоем обжорстве виноват бывший хозяин. Поэтому он, как честный василиск, отнесет тебя в комнату на ручках. Опыт есть. Силы тоже.

Ручки — это хорошо. Замечательно, я бы сказала! И бирюзовый прав, Василий уже носил меня по всему институту. Так чего стоит донести погибающую ведьмочку до комнаты? О том, что погибает эта самая особа исключительно из-за своей жадности, мы тактично промолчим.

— Я бы понес, но кое-кто теперь боится подходить.

— Я не боюсь, а закономерно опасаюсь!

— Трусишка.

— Думайте, как хотите, но жизнь в институте научила осторожности и осмотрительности.

— Здесь так страшно?

— Не страшно, но есть своя специфика. Ведьмы обожают проказничать. Делать всякие гадости друг другу и окружающему миру. Не со зла, а из любви к искусству. Со временем привыкаешь к подобному существованию и стараешься не попасть в очередную ловушку.

— Слушай, меня даже в академии стражей так не мучали, как вас в институте благородных ведьмочек. Уже не говорю про питание, ледяные стены в студенческих башнях и отвратительное поведение старших ведьм.

— Мы привычные. Главное, чтобы не стало хуже.

— Занимательный подход, — покачал головой Василий.

Это он просто не знал, что хуже действительно может быть. Например, за самые большие провинности ведьмочек закрывали в темном подвале. Оттуда они выходили словно постаревшими на несколько лет. За год, конечно, восстанавливались — природная магия брала свое, замедляя процесс увядания. Но все равно — выглядело жутко, очень жутко. Я там не бывала, но после сегодняшних проказ имела все шансы оказаться. Или быть отчисленной. Или побитой. Даже не знаю, что хуже.

— Так, все поели? Отлично. Йоптель, приберись здесь. А мы пошли за портальной бусинкой, — в этот момент я состроила самую несчастную моську, на которую только была способна. — Ясно. Я пойду, а кое-кто поедет. Только сначала оденется.

Ой…

Платье натягивали в четыре руки. Голову и грудь оно миновало без проблем, а вот в районе животика забуксовало. С чулками и туфлями вышло быстрее, так что десять минут спустя меня уже несли по безлюдным коридорам института, постепенно приближаясь к святая-святых — моей комнате.

Удивительно, но пока шли, я даже не замерзла. Обычно в этой части замка продувало сильнее всего. Пару раз, во время непогоды, самых легких ведьмочек даже сдувало. А сейчас — ничего. Я бы даже сказала — тепленько.

Ровный ряд одинаковых дверей и зловещий шепот в ночи:

— Я стена. Я кирпич. Я плинтус.

Хорошее заклинание. Действенное. Но, как выяснилось, оно работало только на невидимость, а не на звук. Узнала я это, когда не сдержалась и чихнула. Вроде не громко, но эхо отразилось от серых пустых стен и унеслось вдаль. Тут же чья-то любопытная моська высунулась в коридор, завидела шагающие во тьме страусиные ножки и с тихим писком ушла в обморок. Я виновато посмотрела на василиска, а тот лишь тяжело вздохнул, но промолчал. Сгрузил меня рядышком, перенес бессознательное тело на кроватку и прикрыл дверь. Попытался снова взять меня на руки, но я отрицательно покачала головой и указала на ближайшую комнату. Пришли уже, как бы.

Шагнув внутрь, зеленоволосый с интересом огляделся. Изначально здесь, как и в коридорах, царила унылая серость. Но подработка позволила немного приукрасить ее пусть дешевыми, но милыми вещами, создавая домашний уют.

По стенам вился растительный узор: на него я убила несколько выходных, но была очень довольна результатом. На окнах висели бежевые занавески с веселыми фиолетовыми цветочками. Из этой же ткани пошила себе наволочки, украсив скучные серые подушки. Но главная моя гордость: полки с книгами. Много-много книг по алхимии, зельям и лекарственным отварам, собранные за десять лет.

Хорошо, что у ведьм было непринято ходить друг к другу в гости. Да и наставницы к нам не заглядывали, пока в башнях царила тишина. А я очень старалась, чтобы у меня всегда было тихо. Ну вот что, скажите, может сделать серая мышка? Ничего опасного! За исключением разных зелий, заготовок и кремов. Все нужное я хранила за одним из книжных стеллажей, в котором случайно обнаружила подходящую для работы нишу.

— Уютно.

— Спасибо, — отозвалась смущенно и заметалась по комнате, пытаясь вспомнить, куда спрятала портальную бусину.

Я ведь точно носила с собой, в переднике. Куда могла переложить?

— Я чувствую источник портальной магии вон на том стеллаже, — кивнул василиск в нужную сторону, а я еле сдержалась, чтобы не хлопнуть себя по лбу.

Точно! Я же рассматривала плетение. Была у меня дикая мысль создать нечто похожее, но не в виде артефакта, а как зелье. Вот и изучала.

Нырнув в нишу, забрала свое сокровище и попятилась, чтобы вылезти из узкого пространства. Но тут же наткнулась на преграду. Кажется, стенку. Чуть сдвинулась, но ничего не изменилось. Вдобавок на плечи легли руки, а тихий голос поинтересовался:

— Ведьмочка, а это — что?

— Моя лаборатория.

— Алхимическая?

— Ой, а вы разбираетесь?

— Немного. Так ты что, занимаешься алхимией?

— Иногда бывает. Это мое увлечение.

— Забавный выбор для ведьмы, — хмыкнул мужчина и аккуратно вернул меня в комнату.

Я тут же развернулась в его руках, протягивая на раскрытой ладошке заветный артефакт. И уже даже не жалко было его отдавать. После всего-то, что сделал Василий!

— Ну, все, ведьмочка, бывай. Не забудь про условия нашего договора и больше никого не вызывай.

— Не буду. У меня уже есть замечательный фамильяр. И торт.

— Да-да, главное — торт, — улыбнулся мужчина и потрепал меня по макушке. — Береги себя, соплюшка.

— А вы берегите свои лапки, — фыркнула в ответ и покосилась на эти замечательные во всех смыслах чулконожки.

— Обещаю! — торжественно ответил василиск и, забрав бусинку, отошел на безопасное расстояние.

Шепнул нужные координаты и, раскрошив артефакт, растворился в радужном сиянии портала. Минуту спустя о мужчине напоминал лишь легкий фруктовый аромат. Вот и все, приключение закончилось. Здравствуй привычная серая жизнь!

Грустно улыбнувшись, я поплелась купаться, а после упала на подушку и почти мгновенно заснула. Кажется, впервые мне снились цветные сны.

Девочки, кто сомневался и не верил своим глазам: на облоге действительно букет колбасы😁
Прикрепляем арт в качестве, чтобы можно было рассмотреть подробнее.