Нежная для Темного

Наконец-то лопата уткнулась в крышку гроба. Осталось совсем немного – всего-то раскопать могилу так, чтобы можно было вскрыть ее содержимое. Надо отдать должное, семья девушки оплатила похороны по полной. Это не был какой-то хлипкий гробик, закопанный так, чтобы земля еле его прикрывала.

Луна выглянула из-за облаков и залила серебром все кладбище. Я оперся о лопату и наблюдал, как величественно блестел на крышке гроба герб семьи Серпант. Змея, обвивающая корону. Под эмблемой показался девиз «Побеждать любой ценой». Что ж… Надеюсь, они не обидятся, если я одолжу эту прекрасную многовековую мудрость.

Как только Луна скрылась за облаками, Я вернулся к работе. Надо было все успеть за эту ночь, другого такого шанса не будет. Сверху раздалось протяжное мяуканье, а затем бархатистый голос черного кота лениво пропел:

- Хозяяяин! Хозяин! Уважаемый некромант, вы ее еще не воскресили?

Фамильяр лег на краю ямы и расправил крылья. Тонкая лапа повисла, выпустив когти. Маурис мне всегда напоминал прозрачную тень. Я улыбнулся и поднял голову, чтобы посмотреть в его янтарные глаза.

- Нет. Мне немного осталось. Ты принес все ингредиенты?

- Конечно! Мрррр, за кого вы меня принимаете?

Кот недовольно дернул кончиком хвоста. Я не стал обращать на это внимание. Независимо от того, какую форму принимал фамильяр, его характер оставлял желать лучшего. Если потворствовать всем его прихотям, то можно превратиться из хозяина в слугу. Я молча продолжил копать.

Когда крышка гроба была освобождена от земли, я незамедлительно поднял ее. Кот ахнул и спрыгнул вниз вместе с мешком. Черные крылья смягчили приземления. Выпустив из зубов веревку, Маурис с любопытством заметил:

- Вы не говорили, господин, что она красавица.

- Это не так важно, Маурис.

Рокель Серпант была действительно привлекательной девушкой. Она словно спала. Ее фарфоровая кожа, длинные темные волосы, чувственные губы и нежный овал лица были достойны быть запечатлены на портретах. Впрочем, я был абсолютно уверен, что у семьи Серпант дома есть несколько полотен с ее изображением. Они не могли иметь один семейный портрет, им надо было показать всем свое величие помпезность.

Я оглядел девушку. Воротник платья, украшенный черным жемчугом, и темная вуаль на лице придавала ей сходство с невестой. Руки, в тонких прозрачных перчатках, лежали аккуратно сложенными на груди. Под пальцами находился кулон в виде стилизованного ликориса. Удивительный выбор.

- Прости меня, Рокель, но мне он сейчас понадобится.

Я наклонился и бесцеремонно взял кулон в руки. Тонкая работа. Необычная. В руки покойникам принято класть нечто, что имеет непосредственную связь с ними. От семьи Серпант я ожидал змеиных мотивов, а не цветочный кулон. Но кто я, чтобы спорить? Эта вещь меня интересовала лишь из практичных соображений. Тонкую цепочку намотал на пальцы и раскрыл мешок ингредиентов. Маурис был тут как тут, готовый разложить вокруг покойницы все, что нужно.

Корень мандрагоры у щиколоток, чтобы напомнить телу о его корнях. В районе талии мешочек лунного порошка, чтобы пробудить воспоминания о скрытых удовольствиях этого мира. Под пальцами, напротив сердца, перо ворона, вестника смерти, который найдет душу умершей. На губы каплю меда, для сладости жизни. На глаза монеты, оплата для перевозчика, чтобы он вернул душу обратно в тело. 

Маурис замурлыкал и вспорхнул ко мне на плечи. Он лег подобно боа и с любопытством ждал ритуала. От нетерпения кот перебирал лапами. Я протянул левую руку к небесам, а в правой сжал кинжал. Уверенно и четко слова заклинания слетали с губ. Когда луна вновь вынырнула из-за облаков, можно было увидеть призрачные лоскуты энергии. Они мерцали и скапливались рядом с телом девушки. Я сжал кинжал и аккуратно провел лезвием по ладони. Не самое лучшее место для раны, но заклинание будет сильнее от обещания, что порез будет долго и мучительно затягиваться. Я резко махнул кровавой рукой в сторону покойницы.

- Вставай! Я приказываю тебе, властью данной мне Тьмой, вставай!

Тело девушки изогнулось, ее губы раскрылись, и мерцающая энергия устремилась внутрь. Кот на моих плечах завыл волком, а затем начал каркать. Тонкие бледные пальцы смахнули монеты с лица.

Рокель открыла глаза.
Добро пожаловать в мою новую историю! Надеюсь, что она вам понравится! Не забудьте добавить книгу в библиотеку, если она вам понравилась. Буду очень рада лайкам и комментариям, они невероятно вдохновляют! Еще раз спасибо!

Тьма. Холод. Спокойствие. Первое странное ощущение возникло в районе губ. Легкое покалывание, а потом невыносимая сладость. Я поняла, что мне не хватает воздуха, и попыталась вдохнуть.

Тело плохо слушалось.

Спине было больно и жестко.

Что-то тяжелое лежало на лице. Я неуклюже смахнула это с глаз и почувствовала, как меня нечто схватило за сердце. Несколько раз призрачная рука сжимала его, и от этой боли легкие будто раскрылись. Я сделала несколько жадных вдохов и осмотрелась.

Первая мысль – это сон.

Кошмар. Как иначе объяснить то, что я лежала в разрытой могиле, а на меня с наглой улыбкой смотрел незнакомец? На его плечах было странное существо – кот с пернатыми крыльями, который издевательски смотрел янтарными глазищами. Я сорвала с головы вуаль и бросила в сторону. Каждый миг был настолько живо-подобным, что называть его сном было сложно.

- Кто вы и где я?!

Я сама была в гробу, нежный шелк обивки казался мне издевательством. Незнакомец не спешил отвечать. Он провел пальцами по тнмным волосам, разлохматив их, и прищурился. Я бы даже назвала его прекрасным незнакомцем, если бы не могила, страх и жуткий антураж вокруг.

- Рокель, добро пожаловать в мир живых! С возвращением! Не все могут этим похвастаться.

Его странный пернатый кот спрыгнул с плеч и радостно направился ко мне. Что-то в его морде было не совсем звериное, я могла поклясться, что он… улыбается? Коты умеют улыбаться? И тут значение слов незнакомца дошли до меня.

- С возвращением?

- Ну да. Или ты думаешь, что вокруг тебя декорации? Давай к делу. Тебя убили, я тебя вернул. А! Не за бесплатно, разумеется.

Кот потерся о мою ногу и расправил крылья, отчего перья ласково коснулись меня. Животное заговорило человеческим голосом.

- И будет мудрее согласиться на условия хозяина, а то можно легко отменить заклинание. Но ведь мы не хотим этого, Мрррр?

- И чего же ты хочешь «хозяин»?

Последнее слово я едко подчеркнула. Учитывая, как он сразу перешел на «ты», то радовать его уважением я точно не собиралась. Высказывать ему, чтобы он не смел угрожать члену семьи Серпант, тоже глупо. Незнакомец знал мое имя. Если все, что сказано, было правдой – то он прекрасно осведомлен, кто я.

Было страшно.

Одно дело – флиртовать с красавчиками на балах, другое – сидеть в собственной могиле с человеком, который сделал невозможное и держит мою жизнь в своих руках. Если же это все было подстроено, то тогда я имею дело с опасным маньяком – и ситуация становится только хуже. Он подошел ко мне ближе с грацией пантеры. Бесшумно. Опасно.

Когда луна скрылась за облаками и стало совсем темно, то незнакомец показался мне высокой и жуткой тенью. Его низкий голос пробирал меня до дрожи.

- Я хочу мести, Рокель. Помоги мне отомстить твоей семье. Но пусть никто не скажет, что Виктор Элдрич подлец и негодяй. Я предлагаю сделку. Ты участвуешь в моем плане, а взамен получишь не только свою жизнь, но и жизнь твоего убийцы. Делай с ним, что хочешь.

Такое простое и понятное предложение. Разрушь то, что тебе дорого, а взамен – возможность отыграться. Но… Если откажусь, то попрощаюсь со своей жизнью. В темноте, в могиле, далеко от всех близких мне людей я смотрела в глаза самой бездне, что предстала передо мной в облике мужчины.

Ответ мог быть только один.

Кошмары, даже самые жуткие, имели тенденцию заканчиваться.

Как бы ни было страшно, рано или поздно глаза открывались, а сон оставался смутным воспоминанием.

И я все ждала, когда же наступит момент пробуждения. Представляла, как просыпаюсь в своей кровати, а потом спускаюсь к завтраку и рассказываю отцу про нелепую фантазию со смертью. Этот момент не наступил После воскрешения, я, Виктор и странный кот направились к воротам. Было тихо. Кладбищенский ветер пробирал до костей.

Мысли все время возвращались к надгробному камню, на котором виднелись скорбные даты и мое имя. Я не чувствовала себя мертвой, но и вспомнить события последних дней не могла. Пустота. Будто пропало нечто важное.

Отец всегда говорил, что если ты не способен что-то сделать, то не надо терять время на переживания. Надо делать то, что можешь. Поэтому я наблюдала. Карета, к которой мы подошли, уже ждала нас у ворот кладбища. Кучер шарфом скрывал лицо. Мы с Виктором без слов забрались в экипаж, а крылатый кот взлетел и растворился в ночном небе. Кучер был невозмутим. Он сразу погнал лошадей в галоп. Очевидно, наш пункт назначение был ему хорошо известен.

- И насколько часто ты выкапываешь мертвых девиц и предлагаешь им мутные сделки?

- Не поверишь, но ты первая.

- Не верю. Для первого раза уж больно все гладко.

Виктор закрыл шторки и потянул за веревку. Стеклянные колбы над нами затрещали, а затем, спустя несколько тусклых вспышек, наполнились светом. Впервые я смогла разглядеть своего «хозяина». Высокий брюнет с невероятно цепким взглядом. Он был красив, отрицать это было глупо. Такие как он ловили взгляд дам. Плащи не были в моде, но он ему шел.

Мое внимание привлекли его глаза. В них была легкая хитринка, которая не обещала ничего хорошего. Заметив, как пристально я смотрю на него, Виктор улыбнулся.

- Неужто я так хорош, что не можешь оторвать от меня взгляд?

- Тут просто больше не на что смотреть. Карета точно не развалится?

Меня искренне интересовал этот вопрос. Экипаж не вызывал доверия. Обивка бархатных сидений видала лучшие времена, а дверца противно поскрипывали на поворотах. Отец никогда бы не сел в подобную рухлядь, впрочем, как и любой член моей семьи.

- Итак, «хозяин», может быть, не будем терять время, и ты сразу скажешь, что за великий план мести?

- К чему такая спешка? Мы можем сидеть и наслаждаться компанией друг друга и приятной вечерней поездкой. Твою семью мы еще успеем на колени поставить. 

Я мило улыбнулась, сдерживая желание скривиться. Он о себе высокого мнения, даже слишком.

- А если мне не хочется наслаждаться твоей компанией?

- Тогда нас ждет тишина и тряска в карете. Я согласен на оба варианта.

- Ты так великодушен «хозяин».

Он рассмеялся. Когда-то я читала книжку, где смех мужчины описывался, как «бархатный». Теперь передо мной был живой пример. Жалко, что у такого красавчика дурной характер. Он даже ни разу не отреагировал на слово «хозяин». Видимо, нравилось.

Я отодвинула шторку, чтобы выглянуть в тьму.

- И долго нам ехать?

- Не очень.

Колесо наткнулось на кочку. Карета со скрипом затряслась, но не развалилась. Виктор, как и обещал, сам не нарушал тишину. Поездка продлилась чуть более получаса, после чего карета остановилась. Виктор потянул за веревку, погасив свет, а затем открыл дверь. Я не сразу поняла, что, выйдя из кареты он протянул мне руку, так как глаза не сразу привыкли к темноте. Воспользовавшись его помощью, выбралась наружу и замерла.

Я ожидала что угодно, но не это.

Рокель замерла, глядя на готический дом с неприкрытым удивлением в глазах. Она сделала несколько шагов вперед, а потом снова встала, как вкопанная. Я внимательно наблюдал за ее движениями.

Координация не нарушена. На ногах стоит твердо. Воскрешение – дело сложное. Невозможно было предугадать побочные эффекты. Из моих размышлений меня вывел голос кучера:

- Что-то еще надо?

- Нет, Трэвис, ты свободен. Если что изменится – я пошлю за тобой.

Кучер буркнул нечто нечленораздельное, и карета со скрипом отправилась в путь. Маурис мягко приземлился на каменную дорожку. Его черный хвост подергивался из стороны в сторону.

- Добро пожаловать домой, хозяин!

Кот посмотрел на девушку, его зрачки сузились до щелочек.

- Добро пожаловать домой, Рокель.

Она вздрогнула и резко обернулась.

- Что мы тут делаем? Что это значит?

Рокель махнула рукой в сторону дома. Ее глаза пристально смотрели на меня, выискивая в моих чертах лица некий ответ. А! Вот в чем дело. Я улыбнулся и театрально поклонился.

- Я тут живу. Купил этот дом у твоего отца несколько лет назад. Удобное местоположение, цена была смехотворной. Пока наша сделка в силе, ты тоже будешь тут жить. Надеюсь, что никаких проблем не возникнет.

Девушка мило улыбнулась, но я заметил, как ее руки сжались в кулаки. У нее были какие-то особые воспоминания с этим домом? Насколько мне было известно – данная недвижимость никогда не являлось чем-то особым для Элайджа Серпанта и его близких родственников. Тогда почему такая яркая реакция?

Маурис потянулся, а потом направился к девушке. Он попытался потереться о ее ногу, но та сделала шаг назад и гордо сказала:

- Нет! Проблем не возникнет.

Девушка развернулась и отправилась к дому. Кот громко мяукнул и полетел вслед за ней.

- Рокель!!! Подожди! Там дверь заперта, дай мне открыть ее!

Я проводил их взглядом, а затем снова посмотрел на дом. В моих словах не было лжи. Действительно, цена данного дома меня привлекла, а также было любопытно, почему Серпант продает его столь невыгодно. Я излазил все в надежде найти какие-то секреты или ответы на свои вопросы. Ничего.

Обычный добротный серый дом в готическом стиле с забавной башенкой и бледными обоями. Возможно, Рокель сможет мне пролить свет на эту тайну. Я посмотрел на тяжелую сумку и лопату. Маурис, естественно, поспешил поскорее смыться, чтобы не напрягаться. Фамильяр не зря больше всего предпочитал кошачью форму – такой же своенравный. Я взял вещи и направился в дом.

Прихожая встретила меня мягким тусклым светом. Над дверью зажглись защитные символы и сразу же померкли. Ни Рокель ни Мауриса не было слышно. Монотонное тиканье старинных часов заполнило коридор. Я снял кожаный плащ и замер.

Началось.

То, к чему я готовился все эти годы, свершилось. Элайджа Серпант, я сотру тебя и твою семью в порошок. Пути назад нет.

Как только плащ оказался в шкафу, стена рядом со мной начала дрожать. Бежевые обои почернели, а затем начали капать. Черная жижа покрылась рябью, и из нее высунулась голова Мауриса. Кот грациозно выпрыгнул, стряхивая с себя остаток магии. Обои возвращались к своему прежнему виду, а фамильяр громко фыркнул.

- Хозяин, леди, кажется, слегка не в себе. Вы точно все сделали правильно?

- Конечно, да! Где она?

-  В гостиной.

Я уже собрался направиться к юной Серпант, как голос Мауриса приобрел зловещий оттенок.

- Хозяин, я получу свою плату так или иначе.

- Я знаю это, Маурис.

- Просто напоминаю. Люди такие забывчивые.

Фамильяр не соврал, девушка и правда была в гостиной. Она сидела на темном диване. Ее взгляд был устремлен на некую несуществующую точку. Девушка гладила мягкую темно-зеленую обивку, кончиками пальцев чертя бессмысленные знаки. Свет в гостиной работал достаточно плохо. Стеклянные колбы не получали достаточно энергии от рунического генератора, из-за чего вечером и ночью эта комната всегда была в полумраке.

Резной сервант из красного дерева с причудливыми горгульями вместо ручек казался зловещим в таком освещении, а тяжелые занавески угнетали. Единственное светлое пятно в этой комнате – бледное лицо девушки.

Я подошел к серванту, достал оттуда поднос, тонкий графин, серебряную коробочку с небольшими дырочками вдоль крышки и хрустальный бокал. Все это время Рокель сидела неподвижно.

Я подошел к ней и сел рядом на диван. Она повернулась ко мне, но ничего не сказала. Ее взгляд моментально уперся в серебряную коробочку на подносе, кончики губ устремились вверх.

- Сахарные лепестки, как мило.

- Один-два?

- Я думаю, что после сегодняшних событий мне можно три.

Я налил воду из графина в бокал, открыл коробочку, отцепил от крышки серебряный пинцет и вытащил мерцающий перламутровый лепесток. Он был настолько тонким, что казался прозрачным. Я бросил его в воду, тот растаял на глазах. Вода приобрела слегка мутный оттенок и зашипела. Я добавил еще два, как девушка и просила. Бокал наполнился игривыми пузырьками. В полутьме жидкость приобрела почти молочный цвет. Я передал напиток Рокель, и та поспешно сделала глоток. Она улыбнулась. Какое-то время девушка сидела молча, а потом она призналась:

- Я думала, что отец снес этот дом… Он сказал, что он его снес. Не знаю почему никому из нас не пришло в голову пойти и проверить…

Она сжала бокал в руках и оглядела эту комнату. Если честно, я почти ничего не менял в этом доме, после покупки. Пришлось переделать подвал в мастерскую, и сделать под себя спальню, но остальные комнаты казались мне приемлемыми. Я все равно в них особо не бывал. Девушка неожиданно призналась:

- Я будто попала в прошлое.

Заметив мой вопросительный взгляд, она сжала губы и добавила:

- Это дом матери. После ее смерти, отец сказал, что не может больше его видеть. Что его надо снести. А, оказывается, он его просто продал.

Она сделала еще один глоток. Напиток игриво шипел в бокале. Из-за того, что там было целых три сахарных лепестка – пузыри полностью покрыли стенки хрусталя. Я воспользовался моментом, чтобы сказать:

- Это свойственно твоему отцу. Он – мастерски умеет манипулировать.

Рокель посмотрела на меня с неодобрением.

- И поэтому ты затеял… то, что затеял? Только не говори мне, что тебя не устроил дом. Сделать невозможное ради невыгодной покупки – подобное мужчине не к лицу.

- Конечно нет! Я не настолько мелочный. Скажем так… Твой отец разрушил жизнь моей семьи, мою жизнь.

- Я не помню никаких Элдричей. Я бы запомнила такую затейливую фамилию.

- Именно. Нас никто не помнит, и это к лучшему.

Краем глаза я увидел, как Маурис зашел в комнату. Кот обратился в тень и юркнул под сервант. Рокель сделала еще глоток, ее бокал уже был наполовину пуст. Она задумчиво постучала по хрусталю и вздохнула.

- Больше всего я хочу помыться в ванне, выспаться и переодеться во что-то другое, но это подождет. Виктор Элдрич, мы уже не в карете. Даже если ты не хочешь рассказывать свои планы, я имею право знать, что со мной произошло. Ответь мне, что ты знаешь о моей смерти?
Поздравляю всех с праздником любви! И прежде всего - любви к себе. Желаю всем приятного чтения и побольше прекрасных романтичных литературных пар.
А пока вы ждете продолжение, у автора вышла новинка

Казалось, жизнь Мариэль налаживается. К ней возвращается магия. Её пригласили преподавать в лучшую академию империи! Она познакомилась с хорошим парнем. Однако, кто пытается ее убить? А, может, убить хотят не её? А парень, оказывается, учится в этой самой академии. Значит, между ними ничего не может быть?
Внимание, выкладываю стабильно по одной главе в день. Подписывайтесь, чтобы не потерять. Будет жарко!
18+ 

Я никогда не думала, что снова окажусь в этом доме.

Я никогда не думала, что увижу эти старые обои, знакомую мебель и почувствую этот подлый ком в горле. Воспоминания и сожаления нахлынули, как только я переступила порог этого дома. Мне не хотелось, чтобы Элдрич видел меня в таком состоянии, но взять себя в руки не получилось. По крайней мере не сразу.

Но зато спустя несколько глотков сладкого напитка, самообладание вернулось ко мне. Оставив призраков прошлого позади, я задала Виктору главный вопрос. Что он знает о моей смерти.

Мужчина ответил не сразу. В полумраке гостиной (разве тут всегда было такое слабое освещение?) он казался задумчивым. Виктор постучал ногтями по серебряной коробочке, прежде чем сказать:

- Не так много. Как ты понимаешь, я внимательно слежу за всеми новостями касательно твоей семьи. Позавчера семью Серпант настигло ужасное горе, дочь Элайджа Серпанта умерла. Вчера тебя похоронили.

- Подожди, меня похоронили сразу?! А как же…

- Да. Никакого расследования, никаких вскрытий, никаких задержек. Только твое имя появилось в газетах, тебя тут же придали земле. Твоя семья заметно облегчила мне задачу. Наверное, заплатили достаточно, чтобы в срок успеть сделать всю подготовку. Если тебе интересно, на похоронах была только твоя семья.

- А ты откуда знаешь?

- Я приказал Маурису наблюдать за всей церемонией.

Я посмотрела в свой бокал. Жидкости осталось совсем немного. Можно было допить, но мне хотелось потянуть удовольствие.

- И в газетах не писали отчего я умерла?

- Нет, конечно. Но раз полиция не была привлечена, то многие решат, что это было нечто…естественное. Ну или трагичный несчастный случай.

- Но ты считаешь, что меня убили?

- Я знаю, что тебя убили.

Виктор придвинулся ближе ко мне и повернул мое лицо к себе. Его взгляд пронзил меня до дрожи. Он внимательно смотрел на меня, словно рассматривал недавнюю удачную покупку, восторгался своим чудесным выбором. Я облизнула губы и прошептала:

- И откуда ты знаешь?

- Потому что ты ожила. Не будь твоя смерть насильственной, ритуал бы не подействовал. И, раз твоя семья так активно заметала следы, я рискну предположить, что среди них и кроется убийца.  

Я сузила глаза. Да как он смеет? Думает, что меня так легко обернуть против собственной семьи? Я ткнула ему в грудь.

- Я не знаю, почему моя семья так спешила с похоронами, но они не могут быть виновны в моей смерти. Не знаю, что у тебя там за счета с нами, но отец и Лоуренс меня никогда не предадут. Ни-ко-гда! Уверена, что они сами активно ищут моего убийцу.

- Тогда как ты объяснишь столь быстрые похороны?

- У отца были на то причины.

- Как с продажей дома?

Я резко встала с дивана и отвернулась от своего «спасителя». Не поворачиваясь к нему, заявила, что устала.

- Мне надо отдохнуть и прийти в себя. Где моя комната?

Виктор, не вставая с дивана, позвал Мауриса. Как только кот запрыгнул на подлокотник, Элдрич провел рукой по его спине.

- Чего желаете, хозяяя-ин?

- Отведи Рокель в гостевую.

- Как прикажете.

Я последовала за котом. Тот неспеша побрел к двери, не поворачиваясь, будто ему было все равно следуют за ним или нет. Когда мы оказались в коридоре, то кот бархатно промурлыкал:

- Не обращай внимание на господина, он не самый гостеприимный человек. Добро пожаловать назад в родные стены!

- Это не родные стены, Маурис.

- Мррряу? Правда? Почему?

Я не стала объяснять коту, что это всего лишь воспоминания. Тут нет матери, смеха Лоуренса, теплых объятий отца и мокрого носа пса Челсина. Зато здесь есть тот, кто хочет настроить меня против собственной семьи и его странный помощник.

Я не доверяю им. Я не доверяю этому месту.

Через несколько минут после того, как Рокель ушла из гостиной, стеклянные световые колбы замигали и погасли. Мне стоило отправиться в подвал, чтобы проверить, в чем дело, но, увидев свет из коридора, понял, что спешки нет. Скорее всего снова разболтались запчасти. Я разберусь с этим позже. 

В полной темноте гостиная выглядела мрачно и уныло. Интересно, Элайджа хотел избавиться от дома по неким сентиментальным причинам или же тут скрыты какие-то секреты? Разумеется, мне хотелось верить во второй вариант, хоть это и маловероятно. За столько лет я не нашел ничего интересного.

Щелчок пальца, раскрытая ладонь – магические символы вспыхнули на моем запястье и лазурное пламя столбом вылетело из кончиков пальцев. Огонь корчился и извивался, пока не сформировался в книгу. С громким шипением он погас, оставив в моей руке тяжеловесный фолиант с бардовой обложкой. Как только я открыл его, страницы начали мерцать бледно-зеленым светом, отчего зловещие тени поползли по комнате. Особо внимательные могли заметить, как вода в графине слегка дрожала, как шторы покачивались без ветра. Я раскрыл пустую страницу и коснулся ее середины. От моего пальца по бумаге начали растекаться линии, медленно формируя слова.

Рокель Серпант. Ожившая.

Рядом с ее именем начали появляться различные символы – подтверждение контракта между нами. Невольно от сердца отлегло. Никогда нельзя было быть полностью уверенным в успехе, пока сам не увидишь. Я был настолько увлечен этим процессом, что почти не услышал взмах крыльев.
Маурис влетел в комнату, приземлился около дивана, скрылся за ним. Послышался характерный шелест и хруст. Голос фамильяра потерял свою кошачью бархатность.

- Я оставил Рокель в гостевой спальне, как вы и приказывали. На сегодня будут дальнейшие указания? Я бы хотел сходить на охоту до того, как встанет солнце. О! Это ее контракт? Они всегда такие красивые на бумаге.

Я демонстративно захлопнул книгу. Она исчезла в лазурном дыме. Комната погрузилась во тьму. Я провел рукой по волосам и предложил своему фамильяру:

- Может быть ты глянешь, что произошло с генератором?

- Может быть вам вызвать специалиста, чем тратить мои таланты на такую ерунду? Тем более я не разбираюсь в этих… варварских технологиях.

- Наука правит миром, Маурис. Ритуалы на крови, теневая магия и прочее – почти канули в прошлое.

- Почти.

Я услышал улыбку в его голосе. Внезапно стеклянные колбы в комнате ярко загорелись. Черный кот прыгнул на спинку кресла, его голос снова приобрел характерные урчащие нотки.

- Мрррр. Раз нет никаких указаний, то я покину вас до утра.

- Маурис.

- Хм?

- Как только ты наберешься сил, приглядывай за Рокель. Кто знает, что она может устроить.

Кот мяукнул и спрыгнул с дивана. Несмотря на яркий свет, я все равно не смог увидеть, как он покинул комнату. Фамильяр умел быть незаметным, если желал этого. Чтож… И мне тоже надо было отдохнуть. Возможно, стоило попробовать поспать. Завтра – особый день. Надо подготовить Рокель к ее роли.

Яркое солнце светило сквозь тонкие бежевые занавески. Оно разбудило меня какое-то время назад, но мне не хотелось отрывать голову от подушки. Мягкое теплое одеяло было сладостным коконом, и я совершенно счастливо свернулась клубком, наслаждаясь этим особенным моментом.

Тот миг, когда уже частично проснулся, но сон еще не отпустил. Те сладостные «еще пять минут», хотя в моем случае, они часто растягивались на полчаса. Я прижала колени сильнее к груди, чтобы лежать маленьким блаженным комочком на своей кровати. Раздался странный шелест, будто взмах крыльев. Не успела я среагировать, как на меня прыгнул кот и с громким мяуканьем заявил:

- С добрым утром! Пора вставать! Мур! Мяу! Вставай!

Я зашипела на кота и попыталась его скинуть, но тот крайне ловко отпрыгнул, а затем хитро пропел:

- Я умееееею летать! И красиво петь! Так что вставай, иначе мои серенады будут преследовать тебя весь день.

И тут кот издал громкий протяжный звук. Его утробное мяуканье было особенно противно в это время суток. Я выдохнула и сбросила с себя одеяла, надеясь, что оно накроет кота.

- Все! Я встаю!

Не обращая внимание на этот противный пушистый комок, я встала с кровати и отправилась в ванную комнату, не стесняясь своей наготы. Теплая вода в душе помогла мне проснуться, а мягкое полотенце подняло настроение. Оно пахло сосной. У меня дома предпочитали более цветочные ароматы. Когда я прошла мимо внушительного зеркала над раковиной, то невольно остановилась. Прямо под ключицей был тонкий шрам в виде неровного круга и треугольника в его центре. Раньше у меня такого не было. Я заметила его еще вчера вечером перед сном. Коснувшись шрама, задумалась о том, не следствие ли это моего воскрешения.

Несколько дней назад я считала, что воскрешение мертвых – невозможно. Что магия – это четкая наука, набор уравнений и алхимических сочетаний, а не чудеса. Теперь же мне встретился человек, который способен на нечто большее, и у него, к тому же, странный магический кот. Таких существ никогда не встречала раннее.

Приведя себя в порядок, я взяла с крючка мужской халат и надела его. Он был мне большеват, но лучше это, чем вчерашнее платье. Меня аж передернуло от воспоминания. Хотелось избавиться от всего, что напоминало мне о той жуткой ночи.

Я вышла из ванной комнаты, готовая встретиться с новыми воплями кота, но вместо этого столкнулась лицом к лицу с мужчиной.

- О! Вы уже тут. Прекрасно! Садитесь скорее, нам надо столько всего успеть! Если бы меня предупредили заранее, то все можно было бы подготовить. Но нет! У меня же нет никаких планов!

Я уставилась в удивлении на молодого высокого мужчину в ливрее. Его рыжие волосы были так сильно зализаны назад, что невольно напоминали мне паркет. Он оглядел меня и затем хлопнул себя ладонью по голове.

- Где мои манеры? Леди, прошу прощения. Я – Реджинальд Оукли, один из слуг господина Элдрича. Хотя… На мой взгляд, я единственный, кто работает. Будем знакомы.

Его стиль разговора и общая манера вести себя была недостойна ливреи дворецкого, но присутствие слуги меня уже радовало. Я ему улыбнулась.

- Приятно познакомиться. Рокель Серпант.

Мужчина замер на миг, а потом улыбнулся еще шире. Я заметила, каким напряженным он был. Конечно, ведь я позавчера попала в некролог. Судя по его скрытому удивлению, Виктор ему ничего не сказал. Тем не менее, слуга ничего не выдал. Он развел руки в стороны и затараторил:

- Приступим к делам, а то у нас столько всего! На завтрак выбор между кашей и сосиски с картошкой. Если вас не устраивает, могу яичницу. Можно и яйцо сварить, но тогда вкрутую. Я не очень уме-

- Стой!

Я подняла руки, желая как-то притормозить этот бесконечный шквал слов. Мужчина послушно замер и выпрямился, ожидая моей дальнейшей реакции.

- Каша какая?

- Овсяная.

- Тогда кашу. Давай остановимся на этом. Теперь, мне нужна одежда. В этом я не собираюсь спускаться.

Я жестом указала на мужской халат. Хотелось еще подметить, что мужчине, особенно слуге, неприлично вваливаться в комнату леди без стука, но что-то мне подсказывало, что это бесполезно. Или что он снова начнет тараторить. Реджинальд посмотрел на халат, словно увидел его впервые.

- А, ну да… Точно… Сейчас принесу. А! И вы не сказали – чай или кофе?

- Чай. Черный.

- Прекрасный выбор!

Когда слуга направился к двери, то бросил взгляд в сторону Мауриса и пробормотал под нос: «Вечно этот кот под ногами.»

Фамильяр глянул на слугу и закатил глаза.

- Как удачно, что ты выбрала черный чай, я не думаю, что у нас есть зеленый.

- Судя по Реджинальду, мой уровень жизни заметно упал. У нас дома такого бы никогда не наняли.

Я села на кровать, а кот запрыгнул рядом со мной. Он склонил голову набок и расправил свои крылья.

- У Реджи свои плюсы. Он не задает лишних вопросов и делает тот минимум, который от него требуется. Мельтешит, но это не грех. Мне стоит тебе рассказать о том, что сегодня предстоит. Тянуть с этим особо нельзя. Вечером мы идем на бал.

Не может быть. Я посмотрела на кота в недоумении.

- На бал? Если вы не забыли, то я мертва для всего общества.

- Именно. Сегодня ты вернешься в мир живых.

Я уставилась на кота в недоумении.

- И как ты и твой господин себе это представляете? Мы просто придем на бал, и все забудут, что меня недавно похоронили?

- Ну… Не настолько… У хозяина явно есть план, как представить тебя обществу. А если и нет, то ты удивишься, чему только не поверят люди, лишь бы сохранить свое представление о мире. Мертвые же не возвращаются в мир живых. Раз это невозможно то… Любое объяснение подойдет.

Кот сощурил глаза и хитро муркнул:

- Ты ведь сама не до конца осознаешь, что умерла. Если бы я тебе сказал, что ты так крепко уснула, что тебя приняли за умершую – поверила бы.

Я посмотрела на кота и с ухмылкой сказала:

- Не могу назвать тебя добрым и нежным существом.

- Я разве себя позиционировал, как нечто светлое и чудесное? Я фамильяр, мое дело помогать хозяину, а не сеять добро.

Я потянулась к его ушам и провела кончиком пальца вдоль виска. Кот заурчал и прижался к моей руке. Он вел себя, как и другие себе подобные. Если забыть о крыльях, и о том, как он разговаривает, то вполне себе обычный представитель семейства кошачьих.

- И как именно ты помогаешь? Я не знала, что такие, как ты существуют. Точнее, я читала, что у ведьм и чародеев в старые времена были животные-помощники, но это… скорее сказки. Я думала, что это сказки.

Я не прекращал чесать его за ухом и гладить под щеками. Маурис громко мурлыкнул, а потом извернулся, чтобы избежать моего прикосновения.

- Но, как видишь, я тут. И хозяин талантлив. Так что стоит отнестись к старым сказкам с уважением.

- А если я захочу сделать тебя своим фамильяром.

Уши кота навострились, и он с любопытством посмотрел на меня.

- Пока мой контракт действует, у меня не может быть другого господина. Если ты его аннулируешь, то тогда другой вопрос. Неужто юная леди желает себе заполучить силу тьмы?

В янтарных глазах вспыхнуло пламя. Я видела, как радужная оболочка переливалась различными цветами.

Желтый, красный, оранжевый, фиолетовый, синий, черный.

Мир будто перестал существовать вокруг меня. Кот облизнулся, и его голос послышался прямо у меня в голове.

- Неужто леди найдет мой контракт и захочет изменить свою судьбу?

Щелчок дверной ручки. Скрип двери. Мираж рассеялся. Я обернулась на звук и увидела Реджинальда со стопкой коробок.

- Платья прибыли!

Кто бы мог подумать, что работа с тонким планом – дело тонкое? Я потратил невероятное количество часов, пытаясь сплести два вида энергии в одну. Вокруг витало столько разных невидимых источников силы, которые манили. Они дразнили меня своим существованием, и я хотел найти безопасный способ ими пользоваться.

Но мои старания не увенчались успехом. Поэтому в столовой я сидел с мрачным видом и читал газету. Никаких важных для меня новостей я не увидел, разве что полиция до сих пор не поймала убийцу с улицы Шер. Это как раз недалеко от того кладбища, где была похоронена Рокель. Интересно, полиция обнаружит следы нашего пребывания там? Или увидел ли нас убийца?

Реджинальд торжественно вошел в столовую с подносом в руках. Я заметил, что Аделаиды не было видно. Слуга поставил на стол чайник, две чашки с блюдцем и приборы. С торжественным видом он сказал, как обычно говоря слишком быстро:

- Леди скоро спуститься! Она сказала, что будет кашу. Вообще такой чудесный день! Вам как обычно?

- Да, Реджинальд, как обычно. Леди проснулась нормально?

- Да. По крайней мере, она мне ни на что не жаловалась.

Его взгляд скользнул на газету, как раз на ту страницу, где описывалось последнее зверство убийцы с улицы Шер. В свойственной ему манере, Реджинальд быстро перевел тему:

- Может быть мне раскрыть шторы? Здесь все же… темновато.

- Не надо.

Слуга глянул в сторону бежевых штор, через которые пытался пробиться солнечный свет. Он сжал губы, но отправился на кухню, а я продолжил чтение газеты. Не успел перелистнуть страницу, как в комнату вошла Рокель и сразу направилась к шторам. Я сразу же заметил, что темно-бардовое платье идеально на ней сидело. Это было чистой удачей, что получилось купить готовый наряд у портного сразу после смерти девушки. Я переживал, что поспешил с этим приобретением, ведь никто не гарантировал, что Рокель оживет – но риск оправдался. Из-за своих мыслей, не сразу заметил, что руки девушки потянулись к проклятым шторам. Она что, сговорилась с Реджинальдом?!

- Не открывай их!

- И тебя с добрым утром!

Солнечные лучи ярко озарили комнату. Я прищурился, отчего Рокель рассмеялась, словно это было невероятно забавно.

- Ты же не вампир. А они вообще существуют?

- Я их не встречал. Признайся, ты это сделала специально.

- Что именно? Открыла шторы? Я не буду завтракать в полутьме, это совсем не элегантно.

- Причем тут элегантность?

Столовая располагалась так, что утром солнце сияло прямо в окна. Старые бледно-голубые обои словно засияли, и стали невыносимо яркими. Рокель села за стол, проигнорировав мой вопрос. Она положила ладони на поверхность и аккуратно погладила. Ее губы тронула улыбка. Когда я покупал дом, то оставил большую часть мебели, включая этот стол. Видимо, он хранит какие-то воспоминания.

Рокель взяла чайник.

- Маурис сказал, что сегодня на балу я «вернусь к живым». Каков план? Мне кажется, что со мной это надо обсудить. Ты же не хочешь, чтобы я случайно испортила тебе что-то. Или ты любитель сам себя саботировать?

Она хитро на меня взглянула. Как только чашка наполнилась, девушка отложила чайник и взяла в руки сахарницу. Я заметил, насколько легким и непринужденным было это движение. Никогда бы не подумал, что столь простое действие может быть таким красивым. Впрочем, Рокель Серпант была известной сердцеедкой. Хотя, возможно, впечатляющее семейное состояние играло немаловажную роль в количестве ухажеров. 

- Скажем так, я не против сложностей. Тем не менее, план простой. Мы прибываем на бал. Представь себе! Все в шоке, и больше всего твоя семья. Это вызывает переполох.

- Да, и как ты объяснишь то, что я жива? Сама выскребла себя из земли? Волшебным образом похоронили не ту? Ты стоял рядом с лопатой и грабил могилу, и тут услышал, как я царапаю крышку гроба? Хотя вот последний вариант самый вероятный, как жаль, что это противозаконно. Мне кажется, или твой план никуда не годится?

- Мне не надо ничего объяснять, твоя семья сама придумает, как замять дело.

Пара ложечек сахара, и девушка бережно начала мешать чай, не позволяя ложке соприкоснуться со стенками чашки. Она затем пристально посмотрела на меня.

- Зачем им тебя прикрывать? Они увидят меня и подумают, что ты нашел похожую девушку, которую пытаешься выдать за меня. Даже если я успею их убедить в том, что я это я – они могут поднять тревогу.

- Доверься мне. Ты сама увидишь.

- Допустим. Мне даже интересно. А что дальше? Моя семья захочет, чтобы я вернулась домой.

- Это то, что мне надо. Ты вернешься домой, но на моих условиях.

- Вздор. Отец не будет с тобой торговаться.

- Он просто примет мои условия.

Девушка пожала плечами, но я прекрасно видел, что мои слова ее не убедили. Она ведь не знает, что ее отец гораздо более искусен в вопросах темной магии, чем ей кажется. В этот момент в комнату вошел Реджинальд, неся еду с таким гордым видом, будто бы вы выносил королевские регалии.

- Кушать подано!

Я внимательно смотрел на Рокель. Девушка ела свою кашу без особого желания, но меня интересовало не это. Сфокусировав взгляд ровно над ее головой, можно было увидеть смутные бледно-зеленые магические нити, которые тянулись ввысь. Для окружающих они были невидимыми. Их сияние, пусть и было блеклым, но постоянным. Это хорошо. Начни они мигать, — это стало бы поводом для беспокойства.

Реджинальд подошел ко мне и спросил:

- Все в порядке?

Я кивнул, не задумываясь и начал есть. Маурис проскользнул в комнату и юркнул под одно из стульев. Магические нити засияли ярче и завибрировали. Интересная реакция… Что это значит? Впрочем, это может подождать. Самое главное – что будет вечером. Я был уверен, что все под контролем, но никогда нельзя исключать волю случая.

Я не могла найти себе место, пока ждала вечера. Книги, знакомые старые комнаты, призрачные воспоминания – ничто не могло отвлечь меня от мыслей про бал. Что будет? Как среагирует моя семья? Поверят ли они Виктору? Я поймала себя на мысли, что просто хочу домой.

Домой и все забыть, как страшный сон.

Несмотря на мои переживания, время пролетело быстро. Наступил вечер. Виктор настоял, что я должна надеть мое погребальное платье. Оно было достаточно нарядным, и при этом произведет наибольшее впечатление на мою семью. Я не стала с ним спорить. Вполне можно перетерпеть это неудобство, чтобы скорее оказаться дома. Сам же Виктор выглядел бесподобно. Костюм сидел на нем идеально. Увидь я его на балу, незамедлительно подошла бы к незнакомцу, чтобы пофлиртовать. Сейчас он не производил на меня такого впечатления. Этот образ казался фальшивкой. То, что я увидела в ночи под луной – вот его истинное лицо. Искуситель и враг.

Зато карета, которая нас привезла в особняк Лотреев, была высшего класса. Хотя бы проехала с комфортом.

Слуги семьи Лотрей впустили нас без проблем. То ли они не узнали меня, то ли их профессионализм был так высок, что не подали виду. Виктор мне взять его под локоть, и я не отказалась. Мне нужна была эта опора.

Величественный старомодный зал в особняке не мог не производить впечатление. Обилие золота и лепнины, на мой вкус, были чересчур, но их наличие говорило о возрасте здания. Лотреи пришли к богатству в период расцвета и роскоши, и эту черту из них огнем не выжечь. В их доме всё было великолепно. Огромные хрустальные люстры, тяжелые занавески с золотой бахромой, большие картины на стенах с рунической круглосуточной подсветкой. Большой длинный стол ломился от еды и напитков. На нем стояли тарелки с рунами по краям, если провести пальцем по одной стороне – еда подогревалась, если по другой – остывала. Это было новинкой сезона, и у нас дома было только пять подобных. У Лотреев, оказывается, хватало на большую часть гостей.

Как только я и Виктор вошли в зал, то все замерли. Это произошло не сразу. Вначале нас нас заметило несколько человек, а потом уже наступила тотальное затишье среди гостей. Виктор уверенно улыбнулся и направился к моей семье. Мне казалось, что у меня ватные ноги. Не знаю как, но я смогла сохранить достоинство и идти. Хорошо, что можно было использовать Виктора для опоры.

Никогда я не видела такого выражения лица у моих близких. Отец, брат, дядя с женой и кузины смотрели на меня с ужасом. Впрочем, они похоронили меня только вчера. Когда мы приблизились к ним, то Виктор поклонился моему отцу.

- Элайджа Серпант! Добрый вечер!
Отец сделал шаг в нашу сторону. Я на него посмотрела с мольбой, надеясь, что он узнает меня. Хотелось улыбнуться, обнять его и сказать: «Папа, со мной все хорошо! Это я!», но этот хмурый взгляд меня останавливал. Он никогда так на меня не смотрел! Словно я была самым ничтожным созданием в этом мире! Словно он меня ненавидел!
У меня перехватило дыхание. Я готова была разрыдаться, но тут случилось то, чего никто не ожидал.

Мой брат подошел ко мне и радостно воскликнул:

- Рокки! Мы тебя заждались! Где тебя носило?

Морган был высоким и видным мужчиной. Многие говорили, что мы с ним невероятно похожи. Тот же пронзительный взгляд, густые черные волосы и тонкие черты лица. Девушки надеялись на его внимание, ведь он - завидный жених и наследник рода Серпант.

Для меня просто незаменимый брат. Морган обнялся и прижал к себе крепко-крепко. От неожиданности я не знала, куда деть руки. Тихо на ухо брат прошептал:

- Я не знаю кто ты, но раз изображаешь сестру, то веди себя подобающе.

Он отпустил меня. На его лице была обворожительная улыбка, она бы обманула любого, кто плохо знал брата. Для меня же в ней не было ни капли искренности. Я улыбнулась ему в ответ, отзеркалив его выражения лица.

- Морган! Прости, я тут с Виктором задержалась. Он обещал, что мы приедем вовремя, но не сдержал своего слова. Кстати, Морган, это Виктор Элдрич. Виктор, это мой брат. Не знаю, знакомы ли вы.

- Нет, не довелось. Приношу извинение за наше опоздание.

Отец не стал изображать дружелюбие, но и хмуриться перестал. Я чувствовала, как взгляд всех в зале был устремлен на нас. Мои кузины-тройняшки перешептывались и недоверчиво косились, а их мать встала перед ними, будто хотела собой их оградить от опасности. Резким движением она раскрыла веер, скрыла нижнюю часть лица.

Повисла неловкая пауза.

Дядя, внушительного роста мужчина с бородой и игривым взглядом, громко рассмеялся и хлопнул отца по плечу.

- Должен сказать, что шутка удалась! Я, конечно, понимал, дружище, что ты не любишь проигрывать споры, но не думал, что до такой степени. Ты не врал, что удивишь нас всех на этом мероприятии. Всех обманул! Какой фокус! Подстроить смерть дочери, а затем волшебное воскрешение!

Плечи моего отца расслабились, и он улыбнулся, проведя ладонью по сединам у виска.

- Ну так, я - перфекционист. Если играть, то по-крупному. Только Морган знал, что это все подстроено, и, как видишь, он умеет хранить секреты.

- Теперь вижу. Признайся, сколько ты заплатил газетчикам?

- Не скажу.

Это звучало как сущий бред. Неужто дядя в это верил? Или это то, о чем говорил Виктор? Просто удобная легенда, пока они не разберутся, что произошло. Я слышала, как вокруг начали шептаться. Атмосфера в зале стала поспокойнее. Жена дяди продолжала недоверчиво сверлить меня взглядом.

Отец подошел ко мне, чтобы взять руку и поцеловать тыльную сторону ладони.

- Надеюсь, что ты не скучала, пока ждала разоблачения? Мне надо решить кое-какие дела с мистером Элдричем, а потом мы поговорим, хорошо?

Затем отец сузил глаза и произнес свои следующие слова так тихо, чтобы их слышала только я:

- А потом я разберусь с тобой.

Холодок прошелся по моей спине, но я не выдернула свою руку. Смогла сохранить спокойствие. Никогда бы не подумала, что окажусь в такой ситуации, где не буду уверена в собственной семье.

 Я аккуратно вытащила руку и прижала ее к груди, так как не знала, куда ее деть. На лице отца скользнуло удивление, и он уставился на что-то в районе ключицы, но затем поспешно направился к Виктору. Я опустила взгляд и поняла, что своим жестом случайно сдвинула вырез платье, обнажив край новообретенного шрама. Его у меня точно не было до смерти, и вряд ли он мог как-то убедить моих родственников, что перед ними не самозванка. Я поспешила поправить платье, как ко мне подошел дядя и сказал:

 - Побудь пока с девочками, а я нам всем принесу чего-нибудь вкусного. И не спорь! Позволь мне побаловать моих малышек.

Он положил мне руку на плечо и настойчиво отвел к жене и дочерям.

- А где Лоуренс?

 - Он сказал, что у него нет настроение праздновать, после похорон. Остался дома. Забавно, что его сестры нашли в себе силы выйти в свет.

- Нет ничего постыдного в горевании, дядя Бернард.

И тут я поняла, что зря это сказала. Лучше было промолчать. Он сжал губы, а его пальцы сильнее вцепились мне в плечо.

- Держи свое мнение при себе.

Мы подошли, и его жена опустила веер от лица. Теперь она улыбалась, уловив, что необходимо на людях изображать радость при виде меня. Ее дочери смотрели на меня с любопытством. Некоторые злые языки любили утверждать, что семью Серпант можно смело называть гадюшником. Раньше я считала это лишь яркой завистью, но теперь, глядя на кузин, начала видеть долю истины в этих словах. Они смотрели на меня, как на лакомый кусочек, который с удовольствием проглотят и не заметят. Их улыбки не предвещали ничего хорошего.

Они не унаследовали светлые волосы матери и были друг на друга похожи как две капли воды. Дядя всегда с гордостью рассказывал, что их рождение было самым счастливым днем в его жизни, ведь он получил за раз тройную радость. Лилианна, наоборот, не любила говорить об этом. Отец однажды признался, что они все боялись, что она не переживет эти роды.

Дядя подвел меня к ним.

- Я оставляю Рокки тут, а сам к столу. Что я могу принести моим красавицам?

Его жена плавно подошла к нему и взяла его под локоть, прижавшись, как самая милая и преданная супруга.

- А ты не хочешь пригласить племянницу на танец? Или вместе с ней сходить к столу?

- Лили, не говори глупостей. Пусть девочки побудут вместе. У нас же счастливое воссоединение.

Одна из кузин хитро посмотрела на меня и радостно схватила меня за руку, чтобы подтащить к их группе. Это была Аделаида, самая активная из троицы, которая могла найти приключение даже в подсобном помещении.

- Рокки, что за мужчина с тобой пришел на бал? Виктор, да? А он симпатичный. Он тебе нравится? Откуда ты его знаешь? Раз у него было приглашение, то он важная птица. Наверное.

Вторая сестра, утомленная Береника, закатила глаза и заметила:

- Раз мы его не знаем, то вряд ли.

- А вдруг он приезжий?

- Папа бы упомянул его.

Третья сестра, Виктория, которая умела из папы вить веревки, приобняла меня и пропела:

- Ты ведь нам все-е-е-е расскажешь, да-а-а?
P.s Недавно наткнулась на вот этот визуал, и не могла пройти мимо. Прямо вылитые три сестры. Знакомьтесь Аделаида, Береника и Виктория во всей красе;)

- Особо нечего рассказывать.

Я выскользнула из объятий Виктории и посмотрела на нее с неодобрением. Первичный шок стал спадать на нет, и почувствовала начальный укол злости. Если отец или дядя были для меня авторитетами, то уж кузины точно нет. Семья мы или нет, я не позволю им считать себя выше меня.

Аделаида цокнула языком и помахала веером.

- Наша мертвая родственница прибывает с загадочным красавцем и ей нечего рассказывать? Я не знаю, почему тебя просто не выкинули с мероприятия со скандалом. Кто этот Виктор? И кто ты такая?

Последнюю фразу она почти прошипела. Береника сузила глаза и встала рядом со мной. Получилось, что все три сестры меня окружили. Виктория с ядовитой улыбкой повторила:

- Так кто ты такая?

- Я Рокель Серпант.

- Ты лжешь.

Береника хмыкнула и постучала пальцем по подбородку.

- Если это единственное твое доказательство – то не трать наше время. Мы все видели Рокель мертвой. Мертвее некуда. Так что либо ее воскресили, что невозможно, либо ты пришла нам всем пудрить мозги.

Виктория пихнула меня локтем.

- К тому же Рокель была симпатичней.

Это меня рассмешило. Она серьезно? Мой приступ веселья стер улыбку с лица Виктории, будто бы ее оскорбили.

- Тебе это кажется смешным?

- Хотите доказательств? Давайте! Можете пойти вскрыть могилу, но это долго и далеко. Начнем с чего-то простого. Дядя Бернард ненавидит Лоуренса, потому что считает, что тот не его сын.

Вся троица замолчала. Подобное грязное белье никогда не выносилось за пределы дома. Мало того, об этом даже было запрещено говорить в окружении родных стен. Я решила, что испуганное выражение лиц сестер – следствие моих колких слов, пока не услышала крик Лилианы за своей спиной:

- Да как ты посмела?!

Бернард всегда называл свою жену излишне эмоциональной и с досадой замечал, что сын точно такой же. У них не было хладнокровия рода Серпант. Подбежав сзади, женщина резко развернула меня к себе лицом.. Виктория бросилась в зал, вероятно за своим отцом. Береника от ужаса распахнула глаза, не зная, куда себя деть, а Аделаида вцепилась маме в руку.

- Мам! Мам! Перестань! Не на людях!

Но Лилиана ее не слышала. Она замахнулась, чтобы влепить мне пощечину, но тут ее запястье схватила твердая уверенная мужская рука.

- Вспомни, где ты находишься.

Стальной голос Моргана не терпел возражений. Он опустил руку Лилианы, но та возмущенно воскликнула:

- Эта паршивка оскорбила меня и Лоуренса!

- И?

Она уставилась на него, словно только что увидела нечто невообразимое. Морган же был совершенно спокоен.

- Я не могу позволить ей говорить такие гадости!

- А я не могу позволить тебе устроить скандал на пустом месте. Тем более такие бурные реакции скорее подтверждают ее слова, чем опровергают.

Лилиана начала покрываться красными пятнами и поспешно прикрыла лицо веером. Аделаида прошептала Моргану слова благодарности и взяла свою мать под руку.

- Пойдем к папе, мам. Давай.

Она глянула на меня и Беренику, а потом решительно повела Лилиану вглубь зала. Оставшаяся кузина сжала губы и с гордо поднятой головой подошла к Моргану, шепнула что-то ему на ухо, а затем последовала вслед за сестрой.

Мы остались наедине с братом, если можно было так сказать, находясь в набитом людьми бальном зале. Я посмотрела ему в глаза, надеясь, что он поймет, почувствует, что это не обман. Меня ждал лишь холод безучастных глаз.

- Тебе не стоило говорить про Лоуренса, это грязный прием.

- Ты забыл наш девиз? «Побеждать любой ценой».

- Тем не менее, подобные разговоры – не тут и не сейчас.

- Они первые начали.

- Тебе не пять лет.

На миг я подумала, что он поверил в то, что я его сестра, но Морган довольно прохладно продолжил:

- Отец сказал, что после бала ты едешь с нами домой. Не знаю, что ему сказал этот тип. Надеюсь, что это не ошибка. Но знай, я с тебя глаз не спущу. Так давай сейчас улыбаться и изображать, что все хорошо.

- Морган…

- Улыбаемся и машем, как говорят. Позволь мне пригласить тебя на танец. Безобидно скоротаем время.

Я подарила ему кривую улыбку. Если кто и мог бы поверить мне, то это брат, но сейчас он не намерен ничего слушать. Виктора и отца не было видно. Интересно, о чем они говорили? Впрочем, брат был прав. Надо скоротать время. Я посмотрела на Моргана и улыбнулась.

- Только не наступи мне на ногу.

- Я хорошо танцую.

- Кто тебе это сказал? Те девушки, что мечтают надеть кольцо тебе на палец?

- Не будь язвой.

- Я твоя сестра. Я не могу не быть язвой.

Он сжал губы в тонкую линию и замолчал. Мы вместе отправились в центр зала танцевать. Весь вечер прошел как во сне. Музыка плавно переходила в пустые разговоры. Не происходило ничего из ряда вон выходящего. Вся моя семья прекрасно делала вид, что все в порядке – а мои похороны, невообразимо смешная шутка. Я все искала глазами Виктора, но он словно исчез. Неужто мне самой придется разбираться с моими родственниками?

Когда бал закончился, и все стали расходиться по домам, отец посадил меня в карету с собой. Всю дорогу он не проронил ни слова. Когда мы выходили, он сказал:

- Рокель, мы поговорим обо всем завтра. Сегодня отдыхай.

Отец не посмотрел на меня, не предложил мне руку, когда выходил. Мне расхотелось идти домой. Я посмотрела на открытую дверь кареты, за которой меня ждали родные стены. Понимая, что не будет никакой галантной помощи, вышла из кареты.

Никогда родной дом не казался мне таким мрачным и безрадостным.
Пока вы ждете продолжение у автора  вышла новинка

С детства я мечтала возглавить семейный бизнес, но дедушка отказался передавать его мне, потому что это якобы не женское дело. Я смогла убедить его дать мне шанс: чтобы доказать свои способности я должна буду спасти от банкротства некогда знаменитый фарфоровый завод.
Проблема в том, что его владелец отказался принимать мою помощь. Но он еще не знает, с кем связался! Отступать не в моих правилах. Я уверена, что добьюсь своего! 

Когда Элайджа Серпант подошел ко мне на балу, чтобы поговорить, я понял, что удача на моей стороне. Такой мужчина, как он – привык всегда добиваться своего. Бесчисленные победы и успехи сделали его излишне самоуверенным. Как приятно было знать, что едва заметное беспокойство в его глазах – моих рук дело.

- Мистер Элдрич, так? Ваша фамилия мне знакома, но…

- Я купил у вас дом несколько лет назад.

- А! Да, точно.

Я прекрасно видел, что он меня не вспомнил. Даже было немного обидно. Впрочем, моя семья не являлась чем-то особенным. Слишком мелкая рыба, чтобы помнить. Зато сейчас я явно поймал интерес старшего Серпанта.

- Должен признаться, вы меня очень удивили. У вас… особый талант. Мне хотелось бы вас пригласить на семейный ужин, а затем на деловые переговоры. Мне кажется, что у нас с вами схожие интересы.

Я улыбнулся Серпанту и не без сарказма заметил:

- Мне казалось, что ваша изначальная реакция была отрицательной. Что же так быстро поменяло ваше мнение?

Элайджа быстро осмотрелся, словно хотел убедиться, что рядом не было любопытных ушей, а затем тихо заметил:

- Я увидел шрам у Рокель. У меня есть предположение, что это. Признаюсь, не знал, что подобное возможно. Можно даже сказать, что я ваш должник. Я умею быть щедрым. Ну так что, я вас заинтересовал?

У Элайджы аж глаза блеснули от предвкушения. Я ни на миг не сомневался, что в его голове уже крутятся сотни идей, как мной воспользоваться. К тому же, подобная деловая встреча – отличный способ меня проверить. Так или иначе, эта ситуация мне на руку.

- Конечно. Кто откажется от покровительства Серпантов?

- Я уважаю ваши амбиции, но не спешите сразу с выводами. Еще рано говорить о покровительстве.

- Я уверен в своих талантах и в том, что я могу предложить вашей семье.

Он рассмеялся и заметно расслабился. Вот теперь старший Серпант был в своей тарелке. Юный и талантливый обращается к более богатому и опытному знатоку темной магии. Элайджа умел пользоваться такими ситуациями. Ему было неважно сколько людей он погубит, ведь главное – результат. Серпант протянул мне руку.

- Жду вас завтра в шесть. Вы можете?

- Конечно. Я не упущу такую возможность.

- Договорились.

Я пожал ему руку. Все это время мои нервы были на пределе. Вдруг Серпант воспользуется этим рукопожатием, чтобы заключить скрытую магическую сделку, но я ничего не почувствовал. Но все равно лучше было быть начеку. Остальная часть вечера прошла без особых инцидентов, не считая той перепалки Лилианы Серпант и Рокель. Я хотел было вмешаться, но Морган сделал это за меня. Ей повезло. Я не был бы так ласков. Рокель – важная часть моего плана, и я не позволил бы кому-то распускать руки.

Когда вечер закончился, и все начали расходиться по домам, я направился к своей карете. Оказавшись один, призвал фамильяра. Маурис появился из вязкой черной тени.

- Чего изволите, хозяин?

- Последуй за Рокель и следи за ней. Смотри, чтобы никто из Серпантов тебя не заметил.

- Как прикажете.

В холле особняка висел семейный портрет. Символ сплоченности и гордости. На деревянной раме был девиз рода. На картине мы все стояли вокруг моего отца, который величественно восседал в кресле. Мне нравилось позировать для портрета, обсуждать детали с прочими членами семьи, слышать вздохи дяди и отца, видеть улыбку брата. В тот период мы были единым целым.

Сейчас же, когда я зашла в прихожую родного дома, осознала, что это чувство уже не вернуть. Дядя с его семьей даже не удостоили меня взглядом. Отец жестом указал мне следовать за ним. Я посмотрела на брата, но он покачал головой и отправился в сторону лестницы. Только, когда отправилась следом за отцом, поняла, что не вижу никаких слуг. Это было подозрительно. В доме всегда кто-то был.

Изначально, я думала, что отец поведет меня в гостиную или же в жилую комнату, но, когда мы прошли мимо лестницы и направились вглубь дома, поняла, что идем в кабинет.

Глаза картин безмолвно следили за мной. Стеклянные колба зажигались и гасли, сопровождая нас. Отец открыл тяжелую дубовую дверь и пригласил меня внутрь. Прежде, чем войти, я повернулась к нему и сказала:

- Пап… Это… Правда я.

- Заходи. Внутри поговорим.

Я сжала губы и сделала шаг вперед.
Сразу же в камине вспыхнули руны, а затем бревна охватило пламя. Зажегся тусклый свет. Внушительный письменный стол и кресло, то самое, что и на семейном портрете, с детства внушали трепет. Отец всегда казался таким сильным и недоступным, когда работал за ним. Я села на стул напротив стола и положила руки к себе на колени. Отец же не сел на свое место, а встал рядом со мной.

- Покажи мне свой шрам. Ты знаешь о чем я.

- Я могу все объяснить!

- Покажи.

Я дрожащей рукой опустила вырез платья, оголяя шрам. Отец наклонился и внимательно рассмотрел это новое уродливое нечто на моем теле. Он кивнул с серьезным видом и сказал:

- Я верю, что это ты. Невероятно… Я бы сказал, что это невозможно, но вот ты… передо мной.

Вот так просто. На балу он обещал «разобраться» со мной, а сейчас поменял свое мнение. Что же такого в этом шраме, что заставило отца передумать? Стоило просто принять это как должное и праздновать победу. Только вот не было на его лице радости. К нему вернулась мертвая дочь, а он спокоен как удав. Это несправедливо!

- Если веришь, то почему ты смотришь на меня так? Я дома. Я живая! Разве ты не рад?

- Конечно я рад.
- Но ты рад мне не как живой дочери, а как кому?

Отец посмотрел на меня так, словно мне было четыре года, и я сказала нечто забавное.

- Моя глупышка. Иногда я не понимаю, что у тебя творится в голове.

Он встал с кресла и подошел ко мне, чтобы обнять. Отец прижал меня к себе. Всегда ненавидела, когда он называл меня «глупышкой». Папа говорил это, когда я произносила что-то, что ему не нравилось. Но ясно было одно – этот разговор закончен. Не будет никакого четкого ответа.

Он поцеловал мою макушку и прошептал:

- Я счастлив, что ты снова с нами. Это невероятно! То, что произошло – чудо.

Скажи отец мне это до того, как я указала на его прохладное отношение – эти слова тронули бы больше. Но я кивнула и ответила дежурной фразой:

- И я тебя люблю, пап.

- Давай ляжем спать, а завтра поговорим. Твою комнату никто не трогал, так что… можно даже сделать вид, будто ничего и не было. Кстати, что последнее ты помнишь?

Вопрос отца прозвучал вскользь, будто он был ему совершенно неважен. Это указало мне на то, что его мой ответ сильно волновал.

- Я помню, как сидела за столом. Завтрак. Я спорила с Морганом насчет… Насчет… Явно чего-то глупого. А потом ничего.

- Совсем ничего?

- Да. Я потом проснулась в гробу, и Виктор меня вытащил из могилы.

Мой отец задумчиво кивнул. Я ждала, когда он начнет мне рассказывать о том, что же случилось после. Тишина.

- Пап, так… Ты мне скажешь, что случилось?

- Давай не сегодня, милая. Мы все устали, а это серьезный разговор. Поговорим об этом завтра. Обо всем. Так что иди спать.

Отец мог так вести себя с другими людьми, но я всегда была его ненаглядной дочерью. Он был строгим, но меня баловал. С другими был холоден, а мне многое позволял. Словно щупая почву под ногами, я сказала:

- Я не уверена, что усну. Столько всего произошло… Возможно, я прогуляюсь по дому. Надеюсь, что никого этим не потревожу.

- Нет!

Отец будто сам испугался своего выпада. Он улыбнулся и снова обнял меня.

- Не надо тебе ночью бродить по дому. Мое сердце не выдержит, если с тобой что-то случится. Пожалуйста, ради меня.

Он сжал меня сильнее в объятиях. Я его просто не узнавала.

- Да. Хорошо.

- Ты обещаешь?

- Обещаю.

Довольный моим ответом, он отпустил меня и очень мягко пожелал мне спокойной ночи. Я уже ожидала, что он последует за мной, чтобы удостовериться, что не пойду рыскать по дому, но этого не случилось.

Мой путь от кабинета отца до моей комнаты был как во сне. Я даже не заметила, как добралась до знакомой двери, открыла ее и дошла до кровати.

Было темно. Практически ничего не было видно, но это было привычно. Меня окутало ощущение полной безопасности. Здесь я одна, здесь меня никто не видит. Медленно и аккуратно я сняла с себя черное платье. С особой бережностью подняла его на уровень своих глаз. В этой темноте оно казалось мне густой тенью. Я потянула ткань со всей силы, пока не услышала приятный треск.

Да!

С улыбкой продолжала рвать платье, вымещая на нем всю злость и обиду. На отца. На Виктора. На брата. На этот отвратительный день!

Он думает, что я буду послушной девочкой? Этому не бывать! Я выясню, что скрывает отец! Я безжалостно кромсала тонкую дорогую ткань. Эмоции настолько поглотили меня, что я не заметила, как нечто темное запрыгнуло на туалетный столик.

Треск ткани. Сейчас это казалось самым лучшим звуком на свете. Я собиралась продолжать, как услышала смех.

- Вот чем развлекаются богатенькие барышни? Никогда бы не подумал. Мррр.

Даже не поворачиваясь, я знала, кто это. Маурис лежал на моем туалетном столике. Зеркало за ним подозрительно блеснуло, отчего заметила, как его пушистые лапы лениво перебирали воздух. Здесь не было никаких источников света. На мне было лишь нижнее белье, но я без тени смущения подошла к наглому фамильяру.

- А что ты тут делаешь?

- Хозяин послал следить за тобой. Вначале я думал это делать незаметно, но… Это не интересно.
Зеркало снова блеснуло.

- Я не ребенок, чтобы мне приставлять няню.

- Ты просто в доме, в котором тебя убили. Среди недругов.

- Это моя семья.

- Ты пытаешься убедить меня или себя?

Я протянула руку к мерцающему зеркалу. Ладонь почувствовала мягкое и тягучее нечто. Кот хмыкнул и расправил крылья. Я увидела, как кончики перьев утонули в жидкости, будто это не зеркало, а пруд.

- Это невозможно…

- Невозможно спать на потолке, а вот это – очень даже.

Он вытащил свое крыло оттуда.

- Ведет тебя прямо к хозяину.

- Или его ко мне.

- Быстро учишься. Правда, зеркало не настолько большое, чтобы можно было с легкостью тебе с хозяином туда-сюда шастать. Но-о-о-о-о… При большом желани-и-и-и…

Кот неожиданно укусил меня за палец, а затем прыгнул в портал, не отпуская его. Не успела я вскрикнуть, как рука провалилась сквозь поверхность вместе с котом. Руку пронзила боль, но она быстро прошла, а затем я почувствовала легкое прикосновение грубоватых пальцев. Я невольно вздрогнула от неожиданности. Неясная тень вложила мне в руку предмет, нечто овальное и плоское. Это явно был Виктор. Хотя мне не видно была его лица, что-то в этом прикосновении выдавало его пристствие. По спине пробежала дрожь. Интересно, мог ли он сейчас меня видеть? Я ещё не успела прийти в себя, как кот выскочил из зеркала и с удивлением посмотрел на меня

- Ты долго собираешься так стоять?

 Я сжали пальцы в кулак и притянула руку к себе с чувством полного достоинства. В моей ладони лежало небольшое овальное зеркало. Обычное. Ничем не примечательное. Маурис нетерпеливо махнул хвостом.

- Нарисуй пальцем крест.

Я сделала, как мне велели, и увидела лицо Виктора. Он с широкой улыбкой смотрел на меня.

- Давно не виделись, Рокель. Теперь мы можем общаться, когда захотим.

- А ты не мог мне передать эту вещицу сразу? Обойтись без странных мутных порталов в мою комнату?

- Но это же не так интересно. К тому же я хочу, чтобы ты знала – если что, ты всегда можешь сбежать через портал. Я его закрою, он станет внешне похож на обычное зеркало, но ты его можешь активировать также, как с карманным. Как первые впечатления от родного дома?

- Отец ведет себя подозрительно. Он не хочет, чтобы я ходила ночью по дому.

Виктор хищно улыбнулся в отражении.

- Ну так чего ты ждешь? Самое время для оздоровительной ночной прогулки.
P.S Поздравляю всех с замечательным праздником! Пусть весна, радость, вдохновение и тепло нас всех встречает!!!!
А еще тут рекомендация. Пока вы ждете продолжения 

У вышла новинка «».

Аннотация: Королевство страшных магов Монтерра сгинуло в прошлом, оставив нам проклятые долины и неприступные горы. Лишь перевальцам под силу их преодолевать. Мы – вестники. Курьеры. Проводники. Но что, если слухи, что монтеррцы выжили и ищут Источник, чтобы возродить былую мощь – правдивы? И что, если Венге – таинственный перевалец, рядом с которым так сладко замирает сердце – один из них?

Скажи мне кто-то, что буду красться по коридорам собственного дома с волшебным зеркальцем и странным крылатым котом – я бы посоветовала тому человеку меньше пить. Тем не менее, время уже далеко за полночь, а мои ноги несли меня в сторону обеденной комнаты. Вряд ли там можно что-то найти, но я надеялась, на клочок воспоминания. Любая деталь была мне очень важна. Чтобы выглядеть менее подозрительно, надела длинную бледно-голубую сорочку и домашний темно-синий халат. Так, если меня найдут, я скажу, что не могла уснуть и спустилась за стаканом воды. И, хотя кухня была в совсем другом месте, постараюсь убедительно продать эту ложь.

Я не слышала и не видела фамильяра, но понимала, что он крадется где-то за мной. Когда замирала, прислушиваясь к тишине особняка, кот еле слышно урчал – явно сигнал для меня. Стоило мне продолжать идти, как фамильяр переставал издавать какие-либо звуки. По пути в обеденный зал никого не было. Темные коридоры смотрелись зловеще в темноте. Те окна, что не были зашторены, впускали лунный свет. Невольно я вспомнила события прошлой ночи.

Нет. Сейчас не время.

Я вошла в обеденный зал. Комната как комната. Мне лично она никогда не нравилась. Недостаточно помпезная, чтобы восторгаться, но и не настолько уютная, чтобы радовать сердце. Большой длинный стол посередине сразу привлекал внимание. Он, как и тяжелые стулья вокруг, были настолько неудобными, что вечно хотелось уйти, как можно скорее. Дядя всегда шутил, что это специально, чтобы «гости не засиживались». Только мы страдали от этого больше всего.

Я села на свое место и пригладила ткань своей сорочки. Маурис незамедлительно прыгнул на стол и потянулся. Отца бы хватил удар, увидь он это безобразие. Я положила перед собой зеркальце. Голос Виктора тихо спросил:

- Ну что? Ты на месте?

- Да.

- Ничего не вспомнилось?

- Я только пришла сюда. Помолчи, ты меня отвлекаешь.

К моему удивлению, Виктор замолчал. Кот нагло прошествовал во главу стола и лег. Я видела, как в темноте его глаза сверкали желтым. Чтобы не отвлекаться, повернула голову в другую сторону и уставилась в стену. Я спустилась завтракать, разговаривала с Морганом, и… что потом? Как ни пытайся, ничего в голову не приходило. Пустота.

Внезапно холодные руки легли мне на плечи. От неожиданности я вздрогнула и вдохнула воздуха, чтобы закричать, но знакомый голос заставил замереть.

- Тише, Рокель, успокойся. Если ты не можешь вспомнить, я помогу.

Голос Мауриса звучал совсем иначе. Не было мурлыканья или наигранности. Фамильяр прошептал мне на ухо:

- Переверни зеркало. Виктору не надо об этом знать, пусть это будет нашим маленьким секретом. Сделай это, и я помогу тебе вспомнить.

Я повернула голову, надеясь увидеть кота на столе, но его там не было. Холодные пальцы сильнее сжали мои плечи. Маурис тихо рассмеялся, но я слышала легкую угрозу в его голосе.

- Не отвлекайся, Рокель. У нас не так много времени. Переверни зеркало, и ты узришь прошлое. Но быстро! Упустишь шанс, так и так и будете тыкаться с хозяином, как слепые котята.

Я привыкла слышать игривые нотки в голосе кота, когда он говорил «хозяин», но сейчас это слово было окутано пренебрежением. Мне не нравилось, что фамильяр мне угрожал. Что за новая привычка пошла, предлагать мне сделки со скрытыми угрозами? Набравшись непонятно откуда взятой храбрости, я сбросила его руки с плеч и резко обернулась.

- Не смей мне указывать, что мне делать.

Я увидела его лишь на миг. Черная одежда казалась темным дымом, а белое лицо напомнило мне детские сказки про прекрасных и подлых фей, которые крали детей и подкладывали вместо них своих отпрысков. Стоило нашим глазам встретиться, как он зашипел и мигом растворился в темноте. На стол прыгнул крайне недовольный крылатый кот, который прожигал меня взглядом. Из зеркала послышался обеспокоенный голос Виктора:

- Рокель, что случилось?

- Все хорошо, Виктор. Твой кот решил меня напугать.

- Как именно?

Мне показалось, или я услышала напряжение в голосе Виктора? Возможно, после выходки Мауриса, выискивала подтверждение своим догадкам о подозрительном поведении кота. Но, как ни прискорбно, слова фамильяра засели в моей голове.

- Неожиданно прыгнул на стол передо мной.

Я старалась не уходить в выдуманные подробности. Морган всегда говорил, что лжецы любят добавлять большое количество деталей в свои истории. Виктор хмыкнул. Я посмотрела на фамильяра и сказала, не сводя с него взгляд.

- Виктор, я еще посижу тут. Маурис сбил мне весь настрой.

- Конечно, не спеши.

Я перевернула зеркало. Глаза фамильяра сверкнули желтым, и он широко улыбнулся. Такое человеческое выражение радости смотрелось совершенно неестественно на кошачьей морде. Лишь губами очертила фразу: «Только без глупостей».

Маурис кивнул и спрыгнул со стола. Я снова почувствовала его холодные руки на своих плечах. Наверное, мне должно было быть страшно. За моей спиной непонятное существо с неизвестными мотивами. В такие моменты я всегда вспоминала семейный девиз «Побеждать любой ценой». Раз начала, то иди до конца.

Фамильяр наклонился и прошептал около моего уха:

- Закрой глаза и доверься мне. Чего бы ты там не увидела, не пугайся.

Я сделала, как он велел. Его следующие слова прозвучали будто Маурис находился где-то далеко.

- Открой глаза.

Когда я их открыла, то поняла, что стою перед дверью в обеденный зал. Было светло, и из комнаты доносились разговоры. Не успела я ничего сделать, как знакомая изящная руку легла на дверную ручку.

- Всем доброе утро!

Я увидела себя, открывающую дверь.  

Чашечка чая и кусочек черничного пирога на изящном блюдце смотрелись экзотично среди заметок с магическими символами и анатомическими зарисовками. Мозгу необходимо питание во время сложных мыслительных процессов, и сахар прекрасно решал этот вопрос. Конечно, иметь рядом с материалами нечто жидкое и съестное – дурная привычка, но я практиковал ее с детства. Когда-то меня за это ругали.

Как жаль, что теперь этих людей нет рядом. Не позволяя грустным мыслям взять вверх, я надел тонкие белые перчатки и с осторожностью раскрыл старый манускрипт. Он был весь безобразно исписан формулами. Очень полезная вещица. Именно с ее помощью я смог научиться зачаровывать зеркала. Сам принцип был давно мной переписан, но сейчас было самое время вновь глянуть на выцветшие каракули в поисках подробностей, которыми мог пренебречь ранее. Все равно стоило себя занять, пока Рокель ходила по дому в попытках вспомнить свое прошлое.

Возможно, я найду способ сделать связь между зеркалами более эффективной.

Тем не менее, моя концентрация не была идеальной. То и дело глаза соскальзывали с запутанных букв на зеркало. Оттуда не доносилось никаких звуков. В этом не было ничего такого, девушка попросила его молчать, чтобы не сбивать ее. Мне было не по себе. Можно было не обращать внимание на всякие дурные предчувствия, но именно они спасли мою жизнь много лет назад. Я доверял своей интуиции. Тем более, если снова свяжусь с Рокель, что случится? Она позлится на меня. Я взял в руки зеркало и спросил:

- Ну так как? Если результата нет, то может стоит быть поактивнее? А то ты так до утра просидишь.

Не было никакого ответа. Я прислонил прохладную поверхность к уху, но никаких звуков. Тишина. Это невозможно. Хотя бы шелест ткани или же какой-то скрип должен быть слышен. Если только кто-то не повернул зеркало отражающей поверхностью вниз…

Я выдохнул и прошептал заклинание. Кончиками пальцев провел по краю, а затем резко сжал между большим и указательным еле заметную магическую нить. Она дрожала и искрилась, сопротивляясь столь грубому обращению. Не обращая внимание на это, перетянул ее на противоположную сторону зеркальца и отпустил. Поверхность зарябила. Я увидел тьму. Мои опасения оправдались. Конечно, Рокель могла случайно положить артефакт лицом вниз, но мне казалось, что это дело рук Мауриса. Фамильяры существа сложные, никогда не знаешь, что у них на уме. Без промедления я вызвал книгу, намереваясь силой контракта силком затащить его сюда и вытряхнуть всю глупость из этого непокорного создания, но остановился. А если он применил на Рокель некое магическое воздействие? Вдруг она будет в опасности?

Мой план только начал набирать обороты, нельзя потерять главный козырь в начале игры. Книга вспыхнула зеленым пламенем и исчезла из руки. Я посмотрел на то зеркало, которое я использовал для создания портала в ее комнату. Чтож, придется лезть в логово врага и спасать свою пешку.
А пока вы ждете продолжение у автора вышла новинка

Круглая сирота, неудачница и русалка, боящаяся воды, решила вдруг изменить свою жизнь. Обзавелась молодым, симпатичным слугой, научилась ходить по мирам и нашла там судьбу свою - подмороженного дракона. Отчего же она вновь разыскивает того, кто сумеет зажечь в небе звезды? Потому, что с любовью не спорят...

Когда я заклинал зеркало в комнате Рокель, мне казалось, что это забавная шутка. Продемонстрировать себя и свою силу. Мол, смотри женщина, я умею и не такое. Сейчас этот каприз обернулся источником радости, потому что попасть в особняк Серпантов было бы намного сложнее без него. Конечно, пролезть сквозь зеркало туалетного столика – задача не из легких, но я справился.

Поправив одежду, прислонился к двери и прислушался. Никаких шагов или подозрительных звуков. Я подождал еще немного, так как нельзя было, чтобы кто-то из Серпантов меня увидел. Мне просто не хватит фантазии, чтобы придумать, почему находился в их доме в столь поздний час без приглашения. Когда проскользнул в темный коридор, то понял, что просто по наитию девушку найти будет сложно, все же здесь я впервые.

Щелчок пальцев, и в руке появилась призрачная мерцающая цепь, что сияла таким же зеленым пламенем, как и книга контрактов. Огненные звенья оплетали мою руку и парили в воздухе. Они приведут меня к Рокель. Нельзя было терять ни минуты. Призрачные цепи вели вниз по лестнице, на первый этаж, а затем вглубь дома. Вскоре я оказался в просторном обеденном зале, где увидел Рокель, а за ее спиной Мауриса в человеческом обличие.

Бедная девушка сидела на стуле, а верхняя часть тела лежала на столе, словно тряпичная кукла. Фамильяр навис над ней. От его пальцев к ее голове тянулись тени, что сплетались с волосами Рокель, как щупальца.

Как он посмел?

Может эта девушка и была Серпант, но сейчас она под моей защитой. Кем я буду, если позволю своему фамильяру творить, что ему заблагорассудится? Тем более без моего разрешения. Несмотря на горячую злость в груди, я медленно начал подходить к паре. Маурис был так поглощен своим делом, что заметил мое приближение, лишь когда я обмотал призрачной цепью горло фамильяра и потянул на себя. Маурис издал сдавленный скрип, но не убрал руки от головы девушки.

- Хо-хозяин!

- Тише! А то затяну туже. Что ты тут творишь? Отвечай!

- Я… Говорить сложно.

- Не изображай. Я не дурак и знаю твои уловки. Отвечай, иначе пожалеешь.

- Рокель хотела… вспомнить! Я предложил помощь. Если моя концентрация сорвется, то… Это будет плохо!

- Вытаскивай ее. Сейчас! Я не давал разрешения копаться в ее голове.

Я ослабил цепь, позволил фамильяру выбраться. Он злобно на меня посмотрел, не скрывая свою неприязнь. Мой взгляд ответил ему тем же. Маурис вздохнул и принялся ворчать на своем языке. Его теневые щупальца запульсировали.

Главное, чтобы девушка очнулась. И как можно скорее.

Видеть себя со стороны – крайне необычное ощущение. Передо мной разворачивались события того самого утра. Вот я торжественно прошествовала к накрытому столу, чтобы сесть рядом с Морганом. Многие другие члены семьи еще не спустились. Отец сидел во главе стола с газетой, увлеченно читая новости. Дядя всегда просыпался поздно, а его семья, кроме Лоуренса, предпочитала спускаться к завтраку вместе с ним. Тем не менее, сейчас его сына не было видно. Тот всегда садился за стол раньше всех, но в то утро это было не так. Старший слуга, Захарий, стоял у двери, в ожидании каких-либо указаний. Стол ломился от утренней еды, любой мог бы найти то, что ему по вкусу. Даже не сразу поняла, что мой разговор с братом уже начался, и я пропустила начало.

- Морг, не недооценивай Фелисс. Она в тебя вцепилась. Не успеешь оглянуться, и будешь ходить с кольцом на пальце.

- Не хочу об этом говорить.

- Потому что согласен или потому что голову в песок зарыл?

- Рокель, чего ты пристала ко мне? Я не собираюсь обращать на Фелисс никакого внимания. Я не безвольное создание, чтобы за меня решали, на ком я женюсь. Да и чего ты так к этому привязалась?

- Потому что на прошлой неделе на тебе висела Петунья, а на этой не пойми откуда возникла эта Фелисс. Мне она не нравится.

- Будешь продолжать в том же духе, назло тебе буду за ней ухаживать.

- Ты ведешь себя, как ребенок. А ведь это ты должен подавать мне пример.

- Тебе бесполезно.

Я смотрела как в прошлом с улыбкой наливала себе чай и набирала еду в тарелку. Мой взгляд скользнул к отцу, который не обращал внимание на разговор за столом. Открылась дверь в обеденный зал, и вошел Лоуренс. Его золотые кудряшки были убраны в небрежный хвост, и он выглядел совершенно уставшим. Сказав доброе утро, направился к окнам, чтобы их открыть. Захарий не сдвинулся с места.

Морган, попросил меня передать ему сахарницу. Я в прошлом привстала, и тут ко мне обратился отец:

- Захарий передаст. Ты решила, когда сегодня отправляешься в город? Будет так жаль, если ты пропустишь мероприятие.

Слуга направился к столу, но я в прошлом не сдвинулась. Застыла как вкопанная. Морган с беспокойством посмотрел на меня.

- Рокки, все в порядке?

Мое тело рухнуло на стол. Раздались крики, ко мне бросились все, кто были в комнате.
Я сделала несколько шагов, чтобы приблизиться, но неожиданно почувствовала, как нечто обвило мои руки и ноги.

Густые тени тянули меня прочь от сцены моей смерти. Я пыталась вырваться из их цепкой хватки и кричала:

- Нет! Нет! Я не успела все увидеть! Оставь меня!

Но мои слова никого не убедили. Тени одна за другой опутывали меня, пока я не оказалась в полной темноте. Густое черное нечто окружало меня, как и ощущение бесконечного падения. Как только возникло чувство, что этому не будет конца – я открыла глаза.

Все тот же стол. Ночь. Вернулась в реальность, где уже произошло самое жуткое событие в моей жизни, и семья ведет себя так, словно являюсь ее врагом. Замечательно. Я резко обернулась к фамильяру со словами:

- Зачем ты меня вытащил? Мне нужно было еще немного времени!

Но сзади меня стоял не Маурис, а Виктор. Я замерла, глядя на мужчину, которого здесь быть не должно было. Заметив мой удивленный взгляд, он улыбнулся, взял мою руку и поцеловал тыльную сторону ладони. С легкой издевкой сказал:

- Ожидала увидеть кого-то другого? Но нет, это я.

Я отдернула руку. Не хотелось выдавать то, что его присутствие меня смутило. Он мне никто.

- Где Маурис?

Кот вылез из-под стола и мурлыкнул, будто он был милым и пушистым зверьком. От моего взгляда не ускользнуло то, каким помятым он был. Виктор, вопреки всем приличиям, взял меня за лицо и заставил посмотреть ему в глаза.

- Рокель, скажи мне честно, что тебя побудило на это безумство?

Я сузила глаза и убрала его руки.

- Не трогай меня. Маурис предложил выход из ситуации, я согласилась. В этом ничего такого нет. Он же на твоей стороне, или я чего-то не знаю? Если он опасен, то тебе надо было сообщить мне об этом, а не сохранять ауру таинственности.

Маурис, который всегда имел что сказать, подозрительно молчал. Прямо послушный котик. Виктор хотел было что-то сказать, как фамильяр с шипением бросился под стол.

- Кто-то идет!

Виктор посмотрел на меня, затем на стол и бросился тоже прятаться. Особо возмутиться мне никто не дал, так как послышался знакомый голос:

- Тут кто-то есть?

Скрип двери, свеча в руке озарила лицо прибывшего. Я так и осталась сидеть на стуле. Мой взгляд устремился на вошедшего. Это был человек, которого я не ожидала увидеть в столь поздний час.

- Рокель? Это… Это правда ты?

Свет озарил обеденный зал. Лоуренс стоял рядом с дверью, его рука все еще сжимала цепочку, будто он был готов дернуть ее в любой момент, погружая комнату в тьму. Кузен смотрел на меня, его глаза выражали удивление и ужас одновременно.

Я не знала, где Виктор и Маурис, но понимала, что мне надо отвлекать Лоуренса. Их наличие здесь лишь ухудшит мою ситуацию. Поспешила встать со стула.

- Да. Это я. Я не знаю, что тебе сказали, но…

Я не успела договорить, как кузен прошел ко мне широкими шагами и сгреб в охапку, обнимая. Ни тени сомнения. Лоуренс выдохнул.

- Рокель… Я… Это чудо.

Я медленно и аккуратно обняла его в ответ. Он был просто искренне рад мне. Как больно, что не было подобной реакции у моего брата и отца. Лоуренс меня не отпускал. Лишь когда я похлопала его по спине, он ослабил хватку.

- Даже не верится, что ты снова тут. Снова с нами. Что… ты делаешь тут? Вроде не помню, чтобы у тебя была привычка бродить ночами по дому.

- Мне просто не спалось.

- И поэтому ты решила прийти именно сюда? Не самое лучшее место, чтобы отдохнуть и расслабиться.

Лоуренс сделал шаг назад и внимательно посмотрел на меня. В его глазах было явное недоверие, но даже сейчас он казался солнечным и мягким. Неудивительно, что дядя подозревал жену в измене. Я поспешила ответить:

- Ты прав. Я пришла сюда, потому что почти ничего не помню про то утро. Отец странно себя вел, он… Он отказался со мной об этом говорить, а меня это гложет. Я не понимаю, что произошло.

Взгляд Лоуренса смягчился. Он отодвинул стул и сел, я заняла место рядом.

- Я не знаю, зачем тебе это. Ты… просто рухнула на стол, тебе стало плохо. Мы все кинулись к тебе. Захарий побежал за врачом, но ты умерла у нас на руках. Все произошло быстро и непонятно. Морган был вне себя от горя. Элайджа…

Лоуренс неуверенно посмотрел на меня, чуть склонив голову набок. Он всегда так делал, когда хотел сказать нечто неприятное про моего отца. Боялся моей реакции. Когда кузен замолчал, я недовольно цокнула языком.

- Что сделал мой отец?

- Он был таким, как всегда. Вначале в ужасе, а потом начал все молниеносно решать. Когда похороны, как все сделать, кого позвать.

- Как тогда с мамой.

- Да, точно также. Можешь себе представить.

- А почему отец не захотел никакого расследования?

- После осмотра доктора, он заявил, что в этом нет надобности.

Только я хотела спросить, было ли что-то подозрительное, как раздался жуткий грохот.

Мы с Лоуренсом почти одновременно вскочили и посмотрели в сторону декоративного столика у входа в комната, с которого на пол упала ваза. Не было никого видно. Даже мне было непонятно – кто мог ее случайно сбить, Виктор или Маурис? Лоуренс собрался направиться в сторону дверей, как я схватила его за руку, изображая страх.

- Не надо! Не оставляй меня!

Он замер. Его глаза посмотрели в сторону дверей, а потом снова на меня. К моей радости, Лоуренс остался со мной. Я не знала, где сейчас Виктор или Маурис, но нужно выиграть им время. Возможно, даже не они виноваты в падении вазы, но это сейчас неважно. Было даже стыдно манипулировать Лоуренсом, но знал бы он о моей ситуации – простил бы. Кузен был доброй душой. Я сделала глубокий вдох, словно брала себя в руки и сказала:

- Прости… Испугалась. Подумала… Глупость пришла в голову. Вдруг ты уйдешь, и со мной что-то случится.

- Глупости. Ты в безопасности, Рокки.

- Я так тоже думала несколько дней назад, а теперь смотри на меня.

Я посмотрела на вазу.

- Наверное я ее задела, когда заходила. Удивительно, что она раньше не упала.

Это объяснение звучало настолько неправдоподобно, было смешно. Лоуренс внимательно на меня посмотрел, но ничего не сказал по этому поводу. Кузен перевел тему разговора в другое русло.

- Так или иначе, осколки надо убрать. Я этим сейчас займусь. А тебе надо отдохнуть. Давай я тебя провожу до комнаты, а потом вернусь сюда. Ты же не боишься оставаться в комнате одна?

- Мне везде не по себе, но я не могу просить тебя сидеть со мной всю ночь… Лоуренс… Ты можешь не говорить отцу, что видел меня сегодня ночью? Пожалуйста. Он не хотел, чтобы я бродила по дому, а тут я хожу… пугаю по ночам кузенов.

Лоуренс улыбнулся широко.

- Ну, если мы никого не встретим, то твой секрет со мной.  

- Лоуренс, спасибо… Ты такой… Спасибо, что ты такой.

- Какой?

- Человечный.

Лоуренс направился к дверям со смешком. Мне показалось, что я его смутила. Он дернул за цепь. Свет погас. Мы вышли из обеденного зала. Так как слуг не было сегодня – то никто не прибежал на грохот. Возможно, кто-то из семьи проснулся и не понял откуда звук.

Возможно, все продолжали спать.

Лоуренс не проронил ни слова, пока мы шли к моей комнате. Я глазами выискивала Виктора или Мауриса, но их нигде не было. Хорошо. Успели сбежать. В голове крутились мысли, сравнивая то, что мне рассказал Лоуренс и мое собственное видение. Ничего не стало понятнее. Хотя… Скорее всего меня отравили. Как еще объяснить то, что я сидела за столом, ела, пила, а потом упала замертво? Если только это не какая-то странная магическая порча, которая упала на меня из ниоткуда. Но если яд – то кто это сделал?

А главное – зачем?

Несмотря на ужасный характер Мауриса, он был достойным фамильяром. Даже внезапное прибытие кузена Рокель не послужило проблемой. Свет озарил комнату, а Маурис ловко утянул меня в тень. Я не обладал подобной магией, так что его помощь была весьма кстати. Сейчас для нас мир был холодным и тихим местом. Все было окрашено оттенками серого, уходящего в черный. Разговор Рокель и Лоуренса я слышал приглушенно.

Это неудивительно, для меня этот мир был чужим. Я бы даже назвал его враждебным. Каждый раз, как мы с Маурисом оказывались тут, я чувствовал, словно за мной наблюдают. Скрытые хищные глаза смотрели на меня и ждали. Но пока фамильяр со мной - бояться нечего. Ему в этом мире комфортно. Сейчас он не был в образе кота. Его лицо и тело казались невероятно четкими. В этом монохромном мире, фамильяр был сильнее. Тем не менее, даже с талантами Мауриса, зайти в тень просто так - невозможно. Необходимо иметь точку входа. Так как не было времени думать - пришлось выбрать то, что ближе всего. Это оказалась тень самой Рокель. Пока она стояла - это было удобно. Мы с Маурисом ощущали себя довольно комфортно. Другое дело, что стоит ей начать двигаться, как сохранить наше присутствие будет намного сложнее. Я прошептал Маурису:

- Мы можем перескочить из одной тени в другую?

- Когда так ярко,хозяин, это сложно. Точнее... Это сложно сделать незаметно.

- Но мы не можем оставаться тут. Даже при самом невероятном раскладе, Рокель покинет комнату. Тогда нас заметят.

Маурис что-то пробормоитал. Явно высказывал недовольство, что именно моё присутствие в тени как-то мешает выполнению задачи. Затем он указал подбородком в сторону вазы.

- Нам туда. Если мы перепрыгнем в ту тень, сможем быстро перескочить к двери, а там темно и не будет таких жёстких ограничений. Но нужно это сделать тогда, когда они оба не будут смотреть в ту сторону.

- Рокель нам не враг.

- Она может нас случайно выдать, хозяин. Лучше не рисковать.

- Хорошо. Тогда ждём наилучшего момента.

Всё должно было пойти по плану. Рокель и Лоуренс оживленно болтали, мы с Маурисом перенеслись в тень вазы, а затем шагнули в сторону двери. Фамильяр ловко все выполнил, а вот мои действия не были столь аккуратны. Стоило мне сделать шаг из тени вазы, как я почувствовал, что что-то тянется за мной. Стекло разлетелось вдребезги. Постарался как можно скорее добраться до цели ,до того, как Лоуренс меня заметит. Ведь внимание обоих приковано к источнику звука. Как только я оказался в коридоре, то выдохнул.

- Вот ведь неприятность. Хорошо, что все обошлось.

Я огляделся и понял, что Мауриса нигде не видно.

Ну и куда же делся этот гнусный фамильяр?

Теневой мир был слишком тихим для обычного человека. Мы привыкли слышать фоновые звуки, и даже в безмолвии нам доступно наше дыхание или же биения сердца. Но сейчас я будто находился под водой. Ни запахов, ни звуков, а весь окружающий мир размылся в монохромных тонах. Тот наблюдательный взгляд стал четче. Я чувствовал интерес к себе так, словно это можно было осязать. Не было времени стоять и рассуждать, почему фамильяр пропал - надо действовать.

Я сделал аккуратный шаг вперед, чувствуя, как тени цеплялись за мои стопы. Без магической помощи Мауриса, мои движения были медлительными. Тем не менее, я не позволял панике охватить меня. Я столько лет изучал магию не для того, чтобы спасовать при первой непредвиденной сложности!

Надо добраться до безопасного места, а затем создать точку входа, чтобы вынырнуть из теней. Чёрные тени начали сгущаться. Послышался приглушенный звук. Рокель и Лоуренс вышли из обеденного зала. За ними, будто огромная собака, шло нечто. От этого нечто тянулись дымчатые щупальца.От каждого шага его лапы превращались в полупрозрачный туман, а затем собирались снова в плотную материю. Я не мог определить, где у этого потустороннего существа глаза, но мог точно сказать, что оно видеть все вокруг. Инстинкты кричали мне о том, что нужно бежать отсюда срочно. Эта тварь - опасна.

Но она следовала за Рокель.

А если я был уверен в том, что смогу отбиться -то девушке могла угрожать опасность. Именно поэтому, вопреки всему здравому смыслу, пошёл за ними. Так как передвигаться было сложно - мне не составило труда держаться на расстоянии от троицы. Существо довольно спокойно следовало за ними. Периодически его щупальца тянулись к Рокель, но затем замирали и отодвигались. Эта "прогулка" казалась бесконечной. Не стоило в одиночестве находится так долго в теневом мире. Уже начинало покалывать от противоестественного холода. Если прищуриться, то можно увидеть, как жизненная энергия маленькими всполохами покидало тело сквозь кожу. Так продолжалось, пока они не добрались до комнаты девушки. Внезапно теневое существо приподняло то, что можно было принять за голову. Я почувствовал, как незримый взгляд фокусируется на мне.

Инстинкт выживание кричал мне: "Беги!".

А я криво усмехнулся и протянул руку вперед. В ладони вспыхнул зелёное пламя. Теневое существо взревело. Чёрные щупальца расползлись во все стороны, и тварь кинулась на меня.

Пасть существа раскрылась, и я увидел семь рядов острых зубов, расположенные в причудливой спиральный форме. Не было времени восхищаться. Мощный энергетический заряд взорвался прямо рядом с этой тварью. Она отпрыгнула от меня и встала в угрожающую позу. Я подготовки новый сгусток магии, как внезапно существо пригнулось. Лапы превратились в дым, а затем его тело начало сливаться с тенями.

Нет!

Быстро формируя из хаотично магии цепи, я бросился вперед. Удачный выпад, и звенья метнулись вперед, вонзившись в центр существа. Достал из грудного кармана зачарованное зеркало, то самое, что мы с Рокель использовали для коммуникации, и швырнул его следом. Оно разлетелись на осколки, как только оказалось рядом с цепью. Существо вздрогнуло. Его тело мерцало красками. На миг в его центре мелькнул символ. Он пульсировал, как сердце, и повторял форму герба рода Серпант. Это меня настолько удивило, что я не успел среагировать. Целая свора подобных существ набросились на своего мерцающего собрата. Тени поглощали его, пока от него осталась лишь лёгкая дымка.

Их насчитывалось около двадцати.

Я замер . Справиться с таким количеством без подготовки я не мог. Ну и где же этот фамильяр?! Теневые существа стояли вокруг меня, покачиваясь. Их странные головы были опущены. Кожу жгло сверхъестественным холодом, ещё немного, и этот мир начнёт сжигать уже слишком много сил. Я поднял обе руки, готовый защищаться, как вдруг они все начали расходиться. Я больше не чувствовал на себе пронзительного взгляда. Почему? Что это были за твари? И как они были связаны с родом Серпант? То, что Элайджа владеет тёмной магией - не было для меня секретом, но подчинять себе существ из теневогомира- практически невозможно. Я заручился помощью Мауриса лишь с помощью контракта, и то на него не всегда можно было полагаться. Внимательно осмотрелся вокруг, ожидая увидеть самодовольного фамильяра.

В коридоре больше не было никого.

Медленно, не очень веря своей удаче, я вошёл в комнату Рокель.

Девушка лежала на кровати, глядя в потолок. Её чёрные волосы красиво разметались по подушке. Сейчас она казалось воплощением спокойствия, но я видел, как злостно её изящная рука сжимала одеяло. Интересно, о чем она думала? Я подошёл к ней. От напряжения у неё побелели костяшки пальцев. Пусть она и дочь моего врага, но мне было жалко девушку. Я коснулся её руки.

Рокель вздрогнула и резко села.

Я рассмеялся и направился в сторону зеркала. Вскоре оказался дома и вышел из тени. Тепло и яркость привычного мира казалась невероятной, после холодной мглы. Я чувствовал невероятную усталость и гудела голова,но это того стоило. Теперь у меня есть новая интересная информация, которую нужно понять. Элайджа, какие ещё скелеты припрятаны в твоём шкафу?

Яркие солнечные лучи проникли сквозь прозрачный тюль и разбудили меня. Я недовольно поморщилась. Несмотря на все вчерашние приключения, сразу заснуть не получилось. Ощущение призрачных пальцев на моей коже меня не покидали. Я была уверена, что это Виктор. Его не было в комнате тогда, но... Кто знает, на что он способен?

Правда, сейчас думать об Элдриче не хотелось. Были более важные дела.

После пробуждения я внимательно осмотрела свою комнату. На первый взгляд, ничего не поменялось с того злосчастного утра. Все было на своих местах. Тем не менее, меня не покидало ощущение, что что-то не так. И дело было не в зеркале, что теперь являлось странным порталом. Лишь спустя какое-то время, я поняла - кто-то искал что-то в моей комнате и затем вернул большую часть вещей на место. Несколько книг были перепутаны, шкатулка стояла не там, где обычно, а сундук у подножия кровати стоял ровно, хотя мне нравилось, когда он слегка сдвинут. Раз виновник все постарался вернуть на место, то хотел скрыть свое вмешательство. Раз я была мертва, то этот обман был не ради меня. Обмануть отца? Других членов семьи? Или же моё убийство и этот факт никак не связаны?

Я подошла к шкафу и взяла оттуда темно-зелёное платье. Несмотря на то, что герб имел изображение змеи, мы редко носили что-то в изумрудных тонах. Морган любил шутить, что не стоит напоминать окружающим о нашей истинной натуре. Тогда это казалось мне чем-то смешным. Как только я оделась, раздался стук в дверь. Мрачный голос брата невольно заставил меня сжать пояс.

- Рокель, доброе утро, ты уже не спишь?

- Доброе утро. Нет, заходи.

Он приоткрыл дверь, заглянул внутрь, и лишь после небольшой паузы, зашел. Морган часто был похож на глыбу спокойствия, но сегодня брат нервно потирал руки, словно не знал, куда их деть. Я не стала ему улыбаться.

- Если ты хочешь начать утро с того, чтобы портить мне настроения - то давай я нам сэкономлю время. Уходи. Мне все равно, веришь ты мне или нет. У меня хватает сейчас всяких проблем. Убеждать тебя - у меня точно нет желания.

- Отец сказал, что вчера к нам кто-то проник в особняк.

В такие минуты я радовалась, что умела сохранять лицо в столь сложные моменты. Разумеется, речь шла о Викторе. Мне нельзя было показывать, что знаю, что произошло. Я склонила голову набок.

- Морган, если кто-то и правда проник в особняк, то лично я не могу ничего с этим сделать. Иди к отцу. Или иди к твоему отцу, если ты до сих пор не веришь, что я воскресла.

Я направилась к дверям, чтобы демонстративно выйти из комнаты, но брат поймал мою руку.

- Ты не заметила ничего странного? Никто не пытался проникнуть в твою комнату? Непонятные звуки?

- Морган, если бы кто-то пытался ночью проникнуть в мою комнату, то я бы не стояла сейчас здесь такая спокойная. Нет. Я вчера послушно легла в свою кровать и уснула. Все. А теперь отпусти мою руку.

Мой брат ничего не сказал. Он все смотрел на меня, словно что-то пытался найти. Меня это начало изрядно подбешивать, и я холодно сказала:

- Немедленно.

Морган словно пришёл в себя и отпустил мою руку. Он покачал головой и признался:

- У меня просто в голове не укладывается, как это возможно. Это невероятно. Ты - вылитая Рокель.

- Потому что я она и есть. И почему ты решил, что тот, кто проник - пытался добраться до моей комнаты? Если это вор, у нас есть более интересные безделушки в гостинном зале.

- Я думаю, что это убийца. Не может быть совпадением то, что взлом совпал с твоим "воскрешением".

- Только я жива.

- Я не сказал, что взлом был удачным. Одна из отцовских защитных систем сработала.

Я снова сделала над собой усилие, чтобы сохранить нейтральность своего выражения лица. Что за защитная система? Вряд ли Морган так стал бы называть какую-то охрану. Да и слова "одна из", тоже меня напрягло. Задавать вопросы сейчас мне не хотелось, особенно когда Морган колеблился по поводу своего отношения ко мне. Я его знала, начну слишком любопытствовать - вызову подозрение. Поэтому надо было улыбнуться.

- Значит виновника поймали? Можно спать спокойно.

- Не совсем. Попался его сообщник.

- Морган, почему ты мне это рассказываешь? Если попался сообщник, то надо с ним разбираться. Вряд ли могу рассказать тебе больше, чем он сам.

Брат смотрел куда угодно, но не на меня.

- Потому что он требует поговорить именно с тобой. Отец считает, что тебе не надо это все рассказывать, но... Я не вижу в этом никакого вреда. Ты поговоришь с ним?