- Она вновь утерла тебе нос? - смотря в красивое лицо эффектной брюнетки, идущей по залу под руку со смазливым щеголем, заметил Адам, одновременно жалея и осуждая своего друга - герцога Седрика Лавкрафта, за его странную и ненормальную привязанность к хитрой лисице в лице леди Скарлетт Фриман.
В это время Седрик мстительно прищурил глаза и плотно сжал губы, наблюдая как его возлюбленная кокетничает с мальчишкой Оливером Трейси, только что прибывшим из Испании.
Сегодня Скарлетт не только отказала Седрику в танце, но и уединилась с мальчишкой в саду, где позволила тому целовать себя в губы. И не один раз, приправляя короткие паузы флиртом и смешками!
Знала ли она, что Седрик подглядывал за ней? Да! Так как именно для него устроила весь этот спектакль.
Скарлетт заставляла Седрика ревновать, ненавидеть, сгорать от любви и мучиться, с удовольствием смотря на его метания. И каждый раз, когда он был готов отказаться от всех притязаний на нее, она превращалась в ласковую кошечку и вся льнула к нему.
Когда же он просил ее руки, она не отказывала ему, но и не соглашалась. Она держала его на коротком поводке, с одной стороны даря ему надежду, а с другой - даря свободу себе.
Его любовь к маркизе Скарлетт Фриман была болезненной, одержимой и изнурительной. Он то мечтал сделать ее женой, то также сильно мечтал придушить. Но всегда, после очередной ее выходки, прощал.
Их отношения были похожи на игру в кошки-мышки, где они постоянно менялись ролями.
Часто Седрик мстил ей, проявляя интерес к какой-нибудь хорошенькой особе, но слишком быстро сдавался, стоило Скарлетт поманить его пальцем.
Но после того, что он только что увидел, пылающее от страсти сердце вмиг почернело и наполнилось яростной злобой.
Седрик жаждал по-настоящему отомстить Скарлетт. Она должна решить, будто потеряла его. Навсегда. Бесповоротно. Он уязвит ее женскую гордость. Заставит почувствовать себя брошенной. Отвергнутой. И это не он будет бегать за ней, а она за ним.
Скарлетт не потерпит соперничества и кинет все силы, чтобы вернуть его себе, особенно если он променяет ее… на…
Его взгляд пытливо блуждал по залу. Адам ждал от него очередных жалоб на ускользающую из его рук леди Фриман, а он выбирал кого “осчастливит” своим предложением.
Взгляд остановился на самой некрасивой девушке среди всех дам. Кажется ее имя было Эстер Дэвис, дочь барона разорившегося на спекуляциях. Бедна, безлика, без надежд на замужество. В ней было все, что могло заставить Скарлетт получить удар по самолюбию и от ревности стиснуть белоснежные зубы.
Осталось только навести о мисс Дэвис справки и сделать ей предложение. Завтра же он попросит руки у ее отца.
Их помолвка продлится месяц, максимум - два, а когда он хорошенько измучит Скарлетт, то разорвет связь с мисс Дэвис.
Некрасивая девица не сильно пострадает, так как с его предложением или без, ей все равно не найти себе мужа. А так хоть побудет невестой и получит внимание общества. Кто знает, может благодаря ему какой-нибудь вдовец или захудалый джентльмен заинтересуется этой серой мышью и решит предложить ей руку, раз сам герцог Лавкрафт хотел жениться на ней. Может она ему потом еще спасибо скажет. Вдобавок ко всему, он будет к ней так добр, что после разрыва подарит коттедж или кругленькую сумму в счет, так сказать, морального ущерба и душевных страданий. Она еще долго ни в чем не будет нуждаться и все останутся довольны. Даже ее отец не будет иметь к нему никаких претензий.
- Ты знаешь где проживает семейство Дэвис? - окончательно проигнорировав вопрос друга, спросил Седрик. - У мисс Эстер и ее отца есть близкие родственники или они живут только вдвоем?
- Зачем тебе это знать? - не придав значения его расспросам, равнодушно бросил Адам.
Седрик, наконец, перестал пялиться в зал и многозначительно посмотрел на друга, а затем скривил рот и усмехнулся.
- Я собираюсь сделать предложение мисс Дэвис. А для этого, как ты понимаешь, мне нужно знать ее адрес.
Адам потерял дар речи, когда услышал слова Седрика. Его глаза стали идеально круглыми и смотрел он на него как на умалишенного, беззвучно открывая и закрывая рот.
Через несколько секунд Адаму удалось обрести способность говорить:
- Ты это серьезно?! А как же твоя любовь к Скарлетт?! Неужели ты променяешь ее на эту… эту… эту… - он скосил глаза, чтобы отыскать мисс Дэвис и подобрать для нее верное определение. - На эту безликую тень?!
Седрик притворно возмутился.
- Но, но, ты говоришь о моей невесте! Так что следи за своим языком! Мисс Эстер Дэвис идеальна для этой роли. Она должна верить в искренность моих чувств и отвечать мне взаимностью.
- Роли? - ухватился Адам всего за одно слово. - Почему роли? Что ты задумал?
- Не ведая того, мисс Дэвис поможет мне сначала унизить Скарлетт, потом заставить ревновать, потерять надежду заполучить меня, а в конце принять мое предложение. Через месяц или два Скарлетт будет моей! Она займет место мисс Дэвис и уже официально будет считаться моей будущей женой.
- Все таки эта женщина заставила тебя потерять рассудок, - с недовольным видом заметил Адам. - Твой план может сослужить тебе дурную службу.
- Я слишком хорошо знаю Скарлетт, чтобы идти на такой риск. Она не стерпит быть брошенной, еще и из-за какого-то страшного пугала. Она сама предложит мне себя. Вот увидишь, скоро она станет герцогиней Лавкрафт. Пора заканчивать с этими играми.
- И когда ты намерен сделать предложение мисс Дэвис?
- Завтра утром я приеду в ее дом и попрошу руки у ее отца.
- Тогда тебе стоит хотя бы пригласить ее на танец и показать свою заинтересованность.
- Зачем? - пренебрежительно бросил Седрик и брезгливо посмотрел на девушку, сиротливо жавшуюся к колонне. - Она, или, вернее, ее отец все равно не откажет мне. У меня нет желания раньше времени ухаживать за ней. Мне и так предстоит еще не один день терпеть ее возле себя. Предпочитаю не опережать события и не растягивать удовольствие. Пусть для всех наша с ней помолвка будет “приятной неожиданностью”.
Седрик перевёл взгляд на Скарлетт, которая продолжала упиваться вниманием мальчишки.
- Так ты знаешь адрес мисс Дэвис? - почти не разжимая губ, спросил он, но тут же пропустил слова Адама мимо ушей, так как Скарлетт наклонилась и принялась что-то шептать на ухо Оливеру.
Ровно в одиннадцать Седрик Лавкрафт стоял в маленькой скромно обставленной гостиной семьи Дэвис и говорил заранее заготовленные слова.
Мистер Дэвис был ошарашен, когда понял, что сам герцог желает взять в жены его бедную дочь. Но шок не помешал ему вовремя дать свое согласие, когда услышал официальное предложение о браке.
Джентльмены пожали друг другу руки, Седрик ушел, сославшись на срочные дела, но пообещав вернуться ровно в два часа, а мистер Дэвис вызвал служанку и велел привести к нему Эстер.
Эстер летела на свидание как на крыльях.
Конечно это было свидание! А для чего еще Адам мог позвать ее в старинный дом деда?!
Ох, как же долго она ждала от Адама взаимности! Целых три года! И хотя она влюбилась в него будучи шестнадцатилетним подростком, сейчас у нее был самый подходящий возраст, чтобы он обратил на нее внимание и… сделал своей гёрлфренд!
Эстер казалось, что она всегда любила лучшего друга своего брата. На пять лет старше нее, он был ее мечтой. Ее наваждением. Ее судьбой.
Сколько слез она выплакала, когда он приводил к ним своих новых пассий. Она ненавидела каждую, кого он обнимал и целовал. А ведь это ее он должен был обнимать и целовать!
Эстер прибегала к уловкам и женским штучкам, чтобы понравиться ему. Именно он первым увидел ее соблазнительный образ на выпускной. Он на пляже натирал ей спину кремом для загара. Он забирал ее из клуба, когда она задерживалась до полуночи, а потом звонила ему и просила отвести домой, так как брат был в ночную смену.
Как же она мечтала о поцелуе с Адамом! Никому Эстер не позволяла прикоснуться к себе. Она хранила себя для одного единственного мужчины и во всех смыслах оставалась невинной.
Однажды Адам чуть не поцеловал ее. Он в очередной раз подвозил ее из клуба. Они долго разговаривали в машине, играла музыка, светила луна. Эстер видела, как его взгляд скользил по ее лицу и задерживался на губах.
Она уже сжала кулачки, предвкушая свой первый поцелуй. Адам потянулся к ней и…
Вдруг позади них раздался звук сирены!
К ним подъехала машина и полицейский поинтересовался, все ли у них впорядке?
Эстер так и хотела крикнуть ему, что теперь уже нет, ничего у нее не в порядке! Он лишил ее самого желанного момента в жизни! Можно сказать, он разрушил ее, так как стоило машине отъехать, Адам тут же отправил Эстер домой, сказав, что слишком поздно.
Дома она долго стояла перед зеркалом и рассматривала себя. Неужели она такая уродина?! Но сама же отрицательно покачала головой и от досады надула губы.
Нет, она не была уродиной. Даже наоборот. За ней всегда бегали парни, от которых не раз слышала комплименты, а многие считали ее красивой. Да и фигуре ее можно было позавидовать, но Адам будто бы всего этого не замечал. Он смотрел на нее как на маленькую девочку. Наверно только когда она станет бабушкой, он поймет, что она повзрослела.
И вот, три года пустых надежд, слез и отчаяния обернулись для Эстер мигом счастья.
Позвонил Адам и пригласил ее приехать на новый адрес, в дом, который достался ему по наследству и в котором он наводил порядок. Он сказал, что хочет показать ей что-то интересное.
Эстер сразу все поняла. Адам нашел причину, пригласить ее к себе. Брат на неделю уехал на практику и никто и ничто им теперь не помешает провести время вместе. Эстер даже была готова остаться у него на ночь. В любом случае, она не уйдёт пока Адам не поцелует ее!
Старинный особняк в старой части Лондона казался Эстер слишком громоздким и некрасивым. Но если Адам захочет жить в нем, она тоже полюбит его.
Пройдя неровную дорожку из вымощенных камней, Эстер взошла на крыльцо и позвонила в дверь. Та открылась через несколько секунд.
Адам стоял в пыльной черной футболке и джинсах, а его волосы лежали в беспорядке. Но таким он нравился ей еще больше.
Он пригласил ее в дом, спросил, не хочет ли она чего-нибудь выпить, а потом проводил на второй этаж. Всюду царил хаос, мебель была отодвинута от стен, а вещи валялись прямо на полу.
- Может тебе помочь? - с надеждой спросила Эстер, предвкушая, как сначала они вместе будут наводить порядок и заигрывать друг с другом, а потом перейдут к более взрослым играм.
- Спасибо, но завтра приедет служба и большую часть вещей увезет. А пока я здесь, то хотел тебе кое-что показать.
Его слова хоть и не оправдали ожиданий Эстер, но не огорчили.
Адам завел ее в одну из комнат и указал на диван, чтобы она села, а сам направился к столу и взял с него довольно большую шкатулку.
Эстер с интересом смотрела на странный предмет, а когда Адам сел рядом, перестала дышать.
Он поставил шкатулку к себе на колени и сказал:
- Смотри, - а затем открыл крышку.
Внутри лежал какой-то непонятный круглый предмет и старый-престарый портрет весь в желтых пятнах и трещинах.
Сначала Адам протянул Эстер портрет и попросил посмотреть на него.
На нем была изображена не самая привлекательная девушка. Эстер перевернула портрет и обнаружила сзади две надписи.
«Эстер Дэвис 8.01.1824 год.
Эстер Уильямс 5.06.2006 год.»
Эстер подняла удивленные глаза на Адама.
- Это же твой день рождения? - спросил он.
Она кивнула. Тогда он протянул ей круглый предмет - увесистый и деревянный. Внутри него явно находился какой-то механизм, а с одной стороны имелась крышка.
- Открой его, - указал он на крышку.
Эстер откинула ее и увидела свое имя, вырезанное на поверхности. А ниже было написано приложить палец к выемке с отверстием.
- Что это? - никак не могла она взять в толк.
- Понятия не имею. Утром нашел это вон под той потайной дверью.
В стене из под оборванных обоев у пола виднелась маленькая дверца.
- И что мне с этим делать?
- Не знаю. Может до моего деда тут жили твои предки? Ты знаешь, как звали твоих прабабок?
Эстер пожала плечами, а потом снова посмотрела на надпись.
- Ты не прикладывал сюда палец? - показала она ему на выемку.
- Нет. Я почему-то решил, что если эта вещь принадлежала твоим предкам, то тебе лучше самой решить, что с этим делать. Может ты лучше меня знаешь, что это. У вас в семье не было никаких историй, передаваемых из уст в уста?
- Даже если и были, то мы с Гиллом не успели их услышать, или забыли. Папы с мамой слишком давно с нами нет.
Эстер не хотелось в такой момент говорить о грустном. Она повертела непонятный предмет, а потом поднесла палец к выемке и положила на нее, немного надавив.
- Ой! - вскрикнула она, когда почувствовала укол.
На подушечке пальца образовалась капля крови, а из маленького отверстия в выемке выглядывал кончик иглы.
Адам испугался и бросился из комнаты, крича на ходу.
- Подожди! Кажется я видел аптечку! Нужно немедленно обработать рану!
Эстер не видела большой беды в одном незначительном уколе, но ей было приятно, что Адам беспокоился о ней.
Он вернулся в комнату с бутылочкой спирта, ватой и бинтом.
Она с готовностью протянула ему палец и принялась следить за его манипуляциями, наслаждаясь их близостью и его прикосновениями. Ее рука была в его власти.
Адам перемотал палец и выдохнул, но продолжал держать ее кисть и смотреть на нее.
- Со мной все в порядке, - немного наклонилась к нему Эстер и заглянула в его лицо. - Ничего страшного не случилось.
Он поднял на нее глаза и… Ее сердце остановилось.
Адам был слишком близко. Если до этого Эстер чувствовала только свое притяжение к нему, то сейчас ощутила и его притяжение к ней.
О Боже! Неужели сейчас это произойдет?! Неужели первый раз в жизни она поцелуется с Адамом?!
От волнения у Эстер закружилась голова.
Нельзя быть такой чувствительной. Нужно перестать волноваться.
Но чем ближе находились губы любимого, тем хуже она себя чувствовала. К головокружению присоединился жар, а к нему и непреодолимая слабость. Руки и ноги отяжелели настолько, что она не могла ими пошевелить. Когда же лицо Адама было всего в каком-то дюйме от ее лица, все в глазах потемнело, почернело, окуталось беспросветной тьмой, и Эстер провалилась в дыру.
- Неудивительно, что узнав о предложении руки и сердца от самого герцога Лавкрафта, бедняжка потеряла сознание.
- Теперь ее нельзя назвать бедняжкой. Мисс Эстер станет одной из самых влиятельных дам Лондона.
- Да, но только ее внешность это никак не исправит.
- Кто бы мог подумать, что ее заметит такой человек! Ей несказанно повезло стать невестой герцога Седрика Лавкрафта. Скоро роскошные драгоценности и модные наряды сгладят все ее недостатки.
- Да, да, - хихикнул другой голос, - всем известно, что ничего лучше не украшает леди как богатый и знатный муж.
Раздался еще один сдавленный смешок.
В помутненное сознание Эстер врывались два женских голоса. Они были ей не знакомы, но звучали совсем рядом.
Эстер бы и хотела открыть глаза и посмотреть, кто тут стоит, но пока не владела своим телом. Она могла лишь слушать. Тяжесть и слабость отступали слишком медленно.
Продолжая неподвижно лежать, она сделала вывод, что находится в больнице и слышит разговор либо двух медсестер, либо соседок по палате.
Странно только что обсуждали они кого-то с таким же именем как у нее и называли ее «мисс Эстер». Мисс! А еще они говорили о герцоге. Может к ней в палату положили кого-то из Королевской семьи?
- Герцог Лавкрафт обещал скоро вернуться. Хорошо бы если бы мисс Эстер поскорее пришла в себя, а то он может решить, что у нее слабое здоровье. Она ведь должна будет родить ему наследника. Ей сейчас нельзя болеть. И выглядеть больной тоже нельзя.
- Вот-вот. Поэтому мистер Дэвис даже доктора не стал звать, чтобы не поползли слухи, будто с его дочерью что-то не так.
- А я думаю, что он не позвал его, так как сейчас хозяину лишние расходы ни к чему. Ему и так придется разориться на новые платья для мисс Эстер. Не может же она бывать на балах с Его Светлостью в старомодных нарядах?
- Возможно ты и права, но мне кажется, что слухов он боится больше.
Чем дольше Эстер слушала разговор, тем неприятнее становилось у нее на душе.
Она помнила эту фамилию. Вернее, она только что прочитала ее на портрете. Эстер Дэвис. Даже лицо некрасивой девушки хорошо запечатлелось в ее памяти. Слишком много было непонятных совпадений. А еще она помнила, как укололась и Адам позаботился о ней, после чего потеряла сознание.
О Господи! Адам! Она же была с ним и он хотел ее поцеловать! Еще немного и это бы случилось! Неужели опять все сорвалось?!
Эстер издала протяжный стон.
Тут же голоса замолчали, а ей под нос сунули какую-то дурно пахнущую гадость, от которой она дернулась и распахнула глаза.
На нее смотрели две женщины. Одна лет тридцати, а другая что-то около пятидесяти.
- Мисс, вы наконец-то пришли в себя! Вы слышите меня? - спросила та, что постарше.
Эстер молча кивнула.
Женщины засуетились возле нее. Одна схватила графин и плеснула в бокал воды, а вторая начала растирать ее пальцы.
- Как хорошо, что вы очнулись! Мы все этого очень ждали! Раз первое потрясение прошло, значит ничего больше так сильно не взволнует вас. Впереди вас ожидают только приятные хлопоты.
- Вот, выпейте, - протянула ей бокал другая женщина.
Эстер взяла его и, пока пила воду, с удивлением рассматривала то, как выглядели дамы.
Под их длинными платьями угадывался тугой корсет, волосы были уложены в высокие прически, а у той, что постарше, на шее висела цепочка, на которой болталось что-то вроде сложенных линз для очков. Уж очень эти женщины напоминали ей дам из прошлого.
Эстер окинула взглядом комнату. Меньше всего она походила на больничную палату. Скорее на комнату из фильма. Слишком странная и необычная. Мебель, обои, занавески, камин, кровать - все было хоть и не старым, но старинным. Несовременным.
Эстер будто попала в прошлое. Очень далекое прошлое.
- Какой сейчас год? - решила она не мучить себя догадками и задала сам собой напрашивающийся вопрос.
Ей показалось или у нее другой голос?
Женщины обеспокоенно переглянулись и одна из них ответила:
- Тысяча восемьсот сорок третий.
- Какой?! - в ужасе воскликнула Эстер и задышала так судорожно и шумно, что дамы испугались.
- Мисс Эстер, мисс Эстер, вам снова плохо?! Бет, немедленно подай нюхательные соли! Она сейчас вновь потеряет сознание!
Эстер и рада была бы его потерять, если бы ей под нос не сунули все ту же гадость, от которой у нее сперло дыхание и зарезало в глазах.
- Как такое могло случиться?! - закричала она и завертела головой, не желая ни нюхать соли, ни верить в происходящее. - Этого просто не может быть!
- У нее истерика! Помоги мне! - крикнула одна дама второй, и они схватили ее руки, а затем прижали к кровати, не давая ей вырваться.
Через пару секунд та, что звалась Бет, перехватила обе ее руки, а вторая взяла графин и, наливая воды себе в ладонь, принялась смачивать лицо и шею Эстер.
Делали они хуже или лучше, Эстер не понимала, но все же спустя некоторое время успокоилась. Успокоилась настолько, что впала в оцепенение, переходящее в апатию. Она бессмысленно уставилась в потолок.
Если вначале ее мысли вертелись с неимоверной скоростью, то теперь в голове царила сплошная пустота. Эстер отказывалась думать и чувствовать. Она лишь знала, что ее Адам остался в прошлом… будущем, а она попала в кошмарный сон, из которого нельзя проснуться.
- Мисс Эстер, вам лучше? - заглядывала в ее безжизненное лицо пожилая женщина.
- Да. Мне лучше, - как робот ответила она, желая, чтобы от нее отстали.
- Ваш отец приказал позвать его как только вы придете в себя. Могу я за ним послать?
Отец? Зачем ей чужой отец? Вместо него у нее есть родной брат. Вернее, был родной брат.
- Я не хочу никого видеть.
- Хорошо. Тогда пока отдохните, а чуть позже я все же позову его. Вам еще что-нибудь нужно?
Да, у Эстер была одна просьба, но озвучивать ее она опасалась, так как боялась того, что могла увидеть. Изменившийся голос вызывал нехорошее предчувствие. Способна ли она сейчас спокойно воспринять новую реальность? Или наоборот, лучше все неприятные сюрпризы получить одним разом, так сказать, скопом?
- Дайте мне зеркало.
- Конечно, мисс.
Бет прошла к столику и взяла зеркало в резной оправе с ручкой, а потом передала его Эстер.
Дрожащей рукой она поднесла его к лицу и… Все внутри нее ухнуло вниз.
Эстер помнила это некрасивое лицо.
«Эстер Дэвис 8.01.1824 год».
Вот кто она теперь! Непонятная девушка из девятнадцатого века!
Зачем Адам пригласил ее в свой дом?! Зачем показал ей портрет и непонятную штуку?! Зачем разрушил ее жизнь?!
Эстер была готова вновь впасть в отчаяние, как вдруг в уме всплыла вторая надпись с ее настоящим именем и годом рождения. Она тут же встрепенулась.
Значит… Значит… Значит она уже была здесь и оставила послание самой себе! Значит все это не случайность!
А что если деревянный шар - это машина времени? Ее машина времени? Ведь на шаре было вырезано ее имя. Тогда, получается, он существовал и в этом веке. Ей просто нужно его найти и вернуться домой. К Адаму! К брату! К своей привычной жизни!
Вдруг Эстер представила, что сейчас, пока она здесь, настоящая Эстер Дэвис в ее теле, и это ее целует Адам.
Ааа!
Эстер чуть было не вскочила и не бросилась искать злополучный деревянный шар, но вовремя себя остановила. Она поищет его позже, без свидетелей, а пока встретится не со своим отцом. Когда все убедятся, что с ней все в порядке, то оставят ее одну.
Еще раз посмотрев на себя в зеркало, она пригладила волосы и обратилась к женщинам:
- Можете позвать отца. Я готова.
Те с облегчением выдохнули, и одна из них покинула комнату.
Спустя несколько минут перед Эстер стоял невысокий лысеющий мужчина. Она сразу определила, что внешностью прежняя Эстер пошла в отца. Такой же нос картошкой, светлые глаза и маленький подбородок.
- Как ты себя чувствуешь? - смотря на нее с надеждой, спросил он и, получив ответ, что всё хорошо, взглянул на часы. - Дорогая, я не знаю как быть? Через полчаса приедет герцог Лавкрафт. Ты сможешь выйти к нему? Я не хочу, чтобы он решил, будто ты не ценишь его предложение. Он оказал тебе большую честь, и ты должна показать, как рада стать его женой.
Женой?!
Эстер с трудом сдержала крик неприятного удивления.
Ну конечно, когда она очнулась, Бет и вторая женщина обсуждали что-то такое.
Так ей что, теперь ещё и становиться чьей-то невестой? А как же первый поцелуй с Адамом? Она не хотела замуж за незнакомого человека! Даже невестой его не хотела быть!
Придется ей отказать герцогу. Пусть прежняя Эстер ее простит, но она не будет жертвовать собой ради нее. И не будет целоваться ни с кем кроме Адама!
Эстер шла за Бет, которая не переставала щебетать.
За полчаса Эстер по-новому уложили волосы, еще туже затянули корсет и одели в похожее на зефир платье.
Ничего из этого не сделало ее симпатичнее, так как и без того бледное лицо стало еще более безжизненным, почти синюшным, а под глазами появились черные круги. Но Эстер не собиралась становиться краше. Пусть жених видит, кого собирался брать в жены. Может тогда сам передумает и тут же откажется от нее.
Интересно, кто вообще мог влюбиться в такую как мисс Дэвис?
- Этот герцог, он что, урод? - спросила она у Бет.
На лице служанки отразилось изумление.
- Вы разве не помните милорда? Вы же только вчера были с ним на одном балу! - Эстрет осеклась, услышав удивленный восклик Бет. Она ведь совершенно забыла, что только для нее здесь все было новым, но не для прежней хозяйки тела. К счастью для Эстер, служанка сама нашла объяснение ее поведению: - Зря мистер Дэвис отказался позвать доктора. После падения вы могли частично потерять память. Вы даже не можете вспомнить вчерашний день! Но что уж теперь. А насчет внешности вашего жениха, можете не переживать, лорд Лавкрафт один из самых красивых мужчин Лондона. Он невероятно богат и знатен. С ним вы ни в чем не будете нуждаться.
Эстер подозрительно нахмурилась, совершенно не понимая, что с этим герцогом не так. В итоге, сделала она только один вывод, который и пробубнила себе под нос:
- Если он не урод, значит извращенец.
- Что, мисс? - не расслышала ее Бет.
- Нет, ничего, - отмахнулась Эстер и пошла бодрее.
Бет довела ее до больших дверей, спросила, готова ли невеста к встрече с женихом, а когда получила равнодушный кивок, распахнула двери.
Наверно Эстер стоило волноваться перед встречей с герцогом, но ничего кроме нетерпения не испытывала. Ей хотелось как можно скорее отвязаться от него и приступить к поискам деревянного шара. Она не собиралась надолго покидать своего Адама.
В гостиной находился отец и пресловутый жених.
По пути к мужчинам Эстер без стеснения оценивающе осмотрела Лавкрафта с ног до головы, поморщилась и заключила, что он и в подметки не годится ее Адаму.
Конечно она понимала, что он был хорош собой: слегка волнистые темные волосы лежали в красивой прическе, глаза цвета неба завораживали, а красивый овал лица придавал ему еще более привлекательный вид, но все равно он ей не нравился. Не нравился, потому что ни капельки не был похож на Адама. Пожалуй только рост у них был одинаков. Оба высокие и стройные. Но это было слишком незначительное сходство, чтобы она вот так легко отказалась от любви всей своей жизни.
- Мисс Дэвис, - услышала она низкий голос, после чего последовал легкий поклон и кивок головой.
Эстер криво улыбнулась и присела. Кажется так нужно было приветствовать джентельменов.
- Дочь моя, - взял слово мистер Дэвис, - тебе уже известны намерения герцога Лавкрафта. И хотя еще утром он получил мое согласие, но все же решил вновь озвучить тебе свою просьбу, чтобы услышать ответ уже из твоих уст.
Жених расплылся в обворожительной улыбке и протянул ей руку, после чего она нехотя подала свою.
Они стояли лицом друг к другу, и он смотрел ей прямо в глаза, при этом еще и накрыв второй ладонью ее кисть.
- Мисс Дэвис, Эстер, сегодня для нас с вами важный день. Сегодня творится наша судьба. Наверняка вы очень удивлены моему вниманию, но я уже давно наблюдаю за вами, и все, что я видел, мне очень нравилось. Вы покорили меня своей непосредственностью и кротким нравом, скромностью и покладистостью. А это отличные качества как для будущей жены, так и для герцогини. Я больше не мог ждать и решил открыто заявить вам о своих чувствах. Мисс Дэвис, вы согласны принять мое предложение и стать моей женой?
Где-то в глубине души Эстер даже стало жалко герцога, но никакая жалость не заставит ее пойти наперекор себе.
- Простите, - осторожно потянула она руку на себя, чтобы избавиться от неприятного прикосновения, - но я не выйду за вас.
Хотя Эстер говорила тихо, но ее слова оглушили всех. В гостиной повисла настолько мертвая тишина, что ударила по ушам. Все вокруг застыли, перестали дышать и даже моргать.
Эстер смотрела в лицо герцогу, который оторопел и большими от удивления глазами смотрел на нее. Рука, которую она так и не успела вернуть себе, он сжал с такой силой, что в пальцы перестала поступать кровь.
И тут всеобщее замешательство закончилось резким выпадом Лавкрафта, который схватил ее за плечи, больно стиснул и затряс.
- Вы мне отказываете?! Почему?! В чем причина?! - потребовал он ответа, нисколько не скрывая охватившую его злость. В глазах вместо разочарования плескалась ярость, а из ноздрей вырывался невидимый огонь. - Может я чем-то недостоин вас?! Или у вас есть лучшая кандидатура на роль мужа?!
Эстер была уверена, что будь они одни, он бы задушил ее. Ей стало страшно находиться с ним рядом. Нет, он не только извращенец, но и маньяк!
- Наверно вы хороший человек, но вы мне не нравитесь, - решила она идти до конца и сказать все честно. - Так что прости…
Но не успела Эстер договорить, как рядом раздался страшный возглас мистера Дэвиса.
- Боже! Что она такое несет?! Кто-нибудь вразумите это неразумное дитя?!
При этих словах он схватился за сердце и начал задыхаться. Его лицо приобрело настолько неестественный цвет, что Эстер не на шутку испугалась за его жизнь. Не хватало еще ей убить пусть и не своего, но все же отца.
Вместе с Лавкрафтом она бросилась к нему и помогла опуститься на диван.
С бордовым лицом он продолжал тяжело дышать и стонать.
– Я сейчас же пошлю за доктором! - крикнул герцог и поспешил покинуть гостиную.
Оставшись наедине с отцом, Эстер хотела ослабить ворот его рубашки, но он больно схватил ее за руку и грозно посмотрел в глаза.
- Ты не посмеешь отказаться от этого предложения, поняла меня?! - зашипел он угрожающе. - Мы все в долгах. Скоро мы окажемся на улице или, еще хуже, в долговой тюрьме! Нашего имущества может не хватить покрыть все наши долги. Что тогда тебя ждет?! Кому ты будешь нужна?! Так что будь добра, дочь моя, принять предложение герцога Лавкрафта. В первую очередь это убережет тебя же от нищенского существования и паперти. Такая удача случается раз в жизни, и ты не можешь ее упустить. А если тебе не жалко себя, то пожалей хотя бы меня.
Тут же слова отца отрезвили Эстер.
В этом веке все было намного серьезнее, чем она себе представляла. Здесь нельзя было относиться к предложению легкомысленно, а выгодные браки спасали жизнь. Но, в то же время, она не могла предать себя и свои чувства к Адаму. Она хотела стать его женой, а не какого-то Лавкрафта, который, к тому же, не внушал ей доверия. Его мертвая хватка и взгляд, пропитанный злобой, вызывали у нее страх и нехорошее предчувствие.
Вряд ли отец просто запугивал ее. Значит ей предстоит выбирать из двух зол - стать нищенкой или женой нелюбимого человека.
Но может существовал и третий вариант?
Ну конечно! Если в ближайшее время ей удастся найти шар, то существовала вероятность вернуться домой до свадьбы. Она только сыграет роль невесты, а замуж за Лавкрафта выйдет настоящая Эстер. Тогда все останутся довольны!
В любом случае, выбора у нее особо нет. Ей придётся принять предложение и бросить все силы, чтобы найти машину времени, заточенную в деревянную оболочку.
Лишь бы этот шар уже существовал!
А что? Для его поиска она вполне может воспользоваться возможностями и деньгами жениха. Пусть хоть какая-то польза будет от этого маньяка. В остальном же она будет держать его на расстоянии. И целоваться с ним не будет. Скажет, что до свадьбы “ни-ни”.
Насколько Эстер помнила, в этом веке все было очень строго, тут даже за ручку нельзя было держаться. Так что никаких обнимашек и поцелуев. Если герцог ее любит, значит будет ждать до брачной ночи.
Найдя для себя хоть какой-то выход, она примирительно погладила отца по руке.
- Хорошо, я приму предложение герцога. Я выйду за него.
Мужчина тут же перестал стонать, а его лицо порозовело.
- Ты же не шутишь над своим старым отцом? Ты правда согласишься на этот брак?
- Правда, - улыбнулась Эстер. Она смотрела на достаточно молодого мужчину, который решил поприбедняться. - Как только Лавкрафт вернется, я скажу, что буду его женой.
- Тогда будем молиться, дочка, чтобы твой отказ не оскорбил его настолько, чтобы он взял свое предложение назад. Пожалуйста, покажи ему свое расположение. Он не должен сомневаться, что ты хочешь за него замуж.
Эстер продолжала улыбаться, но ее улыбка все сильнее походила на страшную кривую гримасу, переходящую в обреченный оскал.
Седрик возвращался в гостиную семьи Дэвис со сжатыми кулаками. Он по-прежнему был в бешенстве. Даже от Скарлетт он не получал такого удара по самолюбию как от этой серой мыши! Ярость плескалась в нем как бульон в кипящем котле.
Как она посмела его отвергнуть?! Он не нравился ей! Ей! Страшилище и пугалу! Вместо того, чтобы благоговеть перед ним и сразу согласиться, она без сожаления отмахнулась от его предложения! Она пренебрегла им! Им! Герцогом и красавцем!
Набитая дура!
Уже сейчас Седрик с радостью покинул бы дом Дэвисов и забыл о существовании серой мыши, если бы не купил кольцо и это не видела миссис Артурс - всем известная сплетница.
О его приобретении наверняка уже разнеслись слухи. Все решат, что он купил кольцо для Скарлетт, она и сама будет так думать, но, в случае, если бы мышь согласилась стать его женой, Скарлетт бы ждал удар, так как она увидела бы кольцо на уродине. А теперь что? Если мышь не согласится выйти за него, об этом точно так же станет известно всему Лондону! Слуги не станут держать язык за зубами, а там узнают и их хозяева. Слухи будет не остановить.
Теперь он даже не мог найти себе другую невесту и сделать новое предложение, так как это только ухудшит положение. Его поднимут на смех и сделают всеобщим посмешищем. А громче всех будет смеяться Скарлетт. Она не захочет мужа, которого отвергла даже уродина. Он сам себя загнал в ловушку, из которой ему теперь нужно выбираться. Ему позарез необходимо согласие мыши! Только оно спасет его от позора и поможет добиться любви другой женщины!
Преодолев неприятие к семейству Дэвис, он вошел в гостиную с притворно скорбным видом и бесцветным голосом сообщил:
- Я послал вашего слугу за своим доктором, сэр. Скоро он будет здесь и осмотрит вас. Мне жаль, что я стал причиной вашего плохого самочувствия. Я не хотел, чтобы все так получилось. Прошу меня простить. И вы меня простите, мисс Дэвис, за мою несдержанность. Я не хотел быть грубым.
Седрик одарил Эстер взглядом, полным обиды и тоски. В ответ она виновато улыбнулась, а потом поднялась и подошла к нему.
- И вы меня простите. Я оказалась не готова к вашему предложению, но если оно все еще в силе, - она споткнулась, прокашлялась, громко сглотнула, а потом неуверенно продолжила: - то… Я… Согласна.
Он видел, как тяжело дались ей эти слова. Она буквально через силу выдавливала их из себя.
Серая мышь по-прежнему не хотела за него замуж! Видно за те несколько минут, что Седрика здесь не было, отец сумел переубедить глупую дочь, но это только наполовину исправило ситуацию и нисколько не потешило его самолюбие, о которое дурнушка вытерла ноги.
Но девчонка непременно должна быть в него влюблена, иначе вся его затея потеряет смысл!
Скарлетт быстро определит, что между ним и мышью нет симпатии и перестанет видеть опасность. Она не почувствует себя оскорбленной и брошенной, и не примется отвоевывать его у невесты. Все должны верить в его любовь к Эстер. И в любовь Эстер к нему. Только так ставки поднимутся и он выиграет главный приз.
Чтобы добиться взаимности красотки, сначала он должен добиться взаимности уродины. Он окружит ее заботой и вниманием и она не сможет устоять. Он уже сейчас сделает ей дорогой подарок. Слишком дорогой для такой как она.
Седрик расплылся в милостивой улыбке:
- Вы сумели возродить меня из пепла, мисс Дэвис. Конечно мое предложение еще в силе! Я очень рад, что вы все таки приняли его! А чтобы вы снова не передумали и я понравился вам чуточку больше, примите от меня этот скромный знак моих чувств. Пусть он напоминает вам обо мне.
Он достал из кармана маленькую бархатную коробочку и открыл ее, предоставляя ей возможность полюбоваться шикарным помолвочным кольцом с огромным бриллиантом посередине. Это было самое дорогое кольцо в салоне. Блеск от камня мог прельстить эту зазнайку.
Седрик ожидал увидеть восхищение, признательность и благодарность в ее глазах. Или она могла издать громкий вскрик и открытыть от восхищения рот. Он ждал любое, даже самое малейшее проявление ее радости. Так отреагировала бы любая нормальная девушка, но не эта мышь!
Она напряженно сжала губы и скуксилась. Она нисколько не была польщена его щедростью.
Господи, ну что за невесту он себе выбрал?!
Седрик вытащил кольцо и протянул ладонь, чтобы Эстер дала ему руку.
Теперь так же, как секундой ранее она смотрела на кольцо, она уставилась на его ладонь. Она мотала головой, но не от радости, не веря своему счастью, а от нежелания давать ему то что он хотел. Она даже отвела руку назад и прижала ее к юбке.
Седрик с трудом сдерживал гневный рык. Эта мышь бесила его! Еще немного и его терпению придет конец! Или она сейчас же даст ему свою чертову лапку, или он…
Словно чувствуя, что он на пределе, она обреченно выдохнула и неохотно протянула ему безжизненно висящую кисть. Он быстро подхватил ее и одним уверенным движением вдел кольцо на безымянный палец.
Фух!
- Благословляю вас, дети мои! - неожиданно раздался в напряженной тишине радостный возглас мистера Дэвиса, словно возвещающий о конце первого акта неудавшейся комедии.
Седрик чуть не сплюнул, дабы избавиться от оскомины на зубах.
Невеста была мрачна и некрасива, а он притворно счастлив и смешон.
- Может желаете, Ваша Светлость, отпраздновать это замечательное событие бокалом шампанского? - обратился к нему счастливый отец.
- Спасибо, но не сегодня. Завтра вечером в моем доме будет устроен прием, на котором я объявлю о помолвке. Там-то мы и откупорим бутылки. А сейчас, мистер Дэвис, мне нужно идти. Моя невеста проводит меня?
Эстер вылупила на него глаза, потом перевела взгляд на отца, второй раз получила его благословение и, обреченно опустив голову, подхватила предложенную женихом руку.
Еще только направляясь в дом Дэвисов, Седрик не собирался целовать невесту. Он вообще хотел как можно дольше оттянуть этот момент, но сейчас был обязан переступить через себя. Он должен понравиться ей, чтобы уже завтра на приеме она выглядела довольной.
В умении целоваться ему не было равных. Его поцелуи всегда нравились Скарлетт. Она говорила, что в этом он лучший. Своим искусством обольщения Седрик попробует немного развратить невинную девушку, чтобы не только разбудить в ней интерес к этой сфере отношений между мужчиной и женщиной, но и чтобы она желала его прикосновений.
Поэтому, когда они вышли из дома и оказались возле большого кустарника, скрывающего их от любопытных глаз, он резко остановился и со словами: “Вы сделали меня самым счастливым мужчиной на свете!”, дернул Эстер на себя, бесцеремонно привлекая ее к себе.
Одной рукой он крепко обнял ее за талию, прижав к своим бедрам, а второй по-хозяйски накрыл девичий затылок, чтобы затем в порыве страсти прильнуть к губам.
ТЕЛЕГРАМ
Книжный Вестник
Поиск книг
Любовные романы
Детективы
Фантастика
Классика
ВКОНТАКТЕ