Ненужная невеста для наследника

Шкатулку я нашла у тётки в комоде. Она была сказочно хороша. Именно в такой должны были лежать самые ценные вещи и самые большие тайны.

Я не утерпела и отложила важные дела на потом. Желание найти и разобраться с бумагами тётки, да и своими, чего уж греха таить, ушло в сторону. Передо мной была тайна! Ну как тут устоишь? Вот и я не смогла.

Всё дело было в том, что в самой середине шкатулки была вырезана из белого камня и намертво приклеена миниатюра девушки, так похожей на меня. Лицо и верхняя часть тела, в профиль.

Да, я не сразу заметила это, поначалу сильно удивившись такой дорогой вещи в вещах тётки, не желая отвлекаться от поиска своих документов. Но взгляд почему-то всё время смотрел на этот профиль, а я никак не могла понять, кого он мне напоминает.

Пока в шоке не замерла, вспомнив, кого именно я каждый день вижу в зеркале. Сравнивала я долго, стоя перед ближайшим зеркалом. Вспоминала старшую сестру, брата, да и саму тётку. Ничего общего. Именно тогда я предположила, что эта вещь может быть моей.

Или моей мамы?

Сглотнула, а на глаза навернулись слёзы, мне всегда хотелось иметь маму. Жаль, что судьба распорядилась иначе.

Встряхнулась, разрешая себе разобраться с этой шкатулкой. Вертела её, крутила, бесполезно. Её было не открыть. Я уже готова была взять инструменты и просто расколоть её, как орех, вот только не было там зазоров никаких.

Сходила на кухню, попила чаю и успокоилась, а любопытство всё не отпускало. Но всё же я открыла её.

Как? Я и сама сначала не поняла. Но так разозлилась, что хрястнула кулаком по шкатулке, да об угол немного кожу содрала. А, может, об завитушку, что служили украшением.

Что-то щёлкнуло внутри, и крышка приоткрылась. Даже не так, я просто увидела, где соединялись части шкатулки, да и потянула за маленькую ручку спереди, и шкатулка открылась. Как будто и не было она только что наглухо закрыта. Чудеса!

Внутри лежала шикарная книга в красивом переплёте, медальон, перстень, а внизу обычные листы бумаги, на которых что-то было написано. Книгу у меня не получилось открыть и я перевела внимание на остальные вещи.

Медальон поражал своим видом. Он точно был сделан из золота, да ещё и камень в середине: большой кабошон, очень красивый. Он переливался, был глубокого синего цвета, а внутри него как будто маленькие золотые молнии пробегали.

Это был лазурит, такой я видела на экскурсии в Эрмитаже, когда мы с классом ездили в Питер. Камень неба. Моя мечта.

И не камень у меня был мечтой, нет, а небо. Синее, бесконечное, и такое родное. Свободы, вот чего мне хотелось всю жизнь. Быть свободной как ветер.

Я отмерла, вернувшись в действительность, и пальцем провела по камню, что был в сто раз красивее самых лучших лазуритов в том самом Эрмитаже.

Кольцо было лаконичным, нонемного массивным, мужским, с таким же синим, но небольшим камнем. Не утерпела, померила его. Кольцо было велико и легко снялось с пальца.

Ещё в шкатулке были листы бумаги, заполненные текстом. Я никогда не видела подобных закорючек и решила отложить бумаги, да и остальные удивительные вещи.

Зачем я вообще пришла к тётке в комнату и решила порыться у неё в комоде? Кроме как забрать свои документы и найти её, чтобы отвезти утром в больницу, я хотела хоть что-то узнать о своей настоящей семье, а не о старой и злой родственнице, которая всю жизнь держала меня в ежовых рукавицах и пользовалась тем, что некому было заступиться.

Ну, ничего. Решила перерыть весь комод, но найти всё, что мне было нужно. Пока тётка будет в больнице, успею всё сделать.

Тётка, а вернее, Надежда Петровна, как она велела себя называть, очень не любила, когда я спрашивала о своей семье, о своих родителях. Она злилась, ругала меня, называла иждивенкой и ярмом на шее, что не даёт спокойно жить.

А, впрочем, не стоило отвлекаться. Я начала методично обыскивать комод на предмет документов или каких-нибудь важных для меня вещей.

Тётка держала у себя все документы, сама ходила всё оформлять. Даже сейчас, когда мне исполнилось семнадцать, она не раз повторяла:

— Растяпа ты, Лилька и лентяйка. Ну как тебе документы доверишь? Вот повзрослеешь, будет тебе двадцать один, тогда и получишь всё. — А иногда с неприятной ухмылкой добавляла: — Ну, или замуж вон выйти можешь. Тогда, конечно, документы ты свои получишь. Хотя… Кого ты себе выберешь? Такого же дурачка, конечно!

И качала головой так недоверчиво, словно я реально была глупой и несамостоятельной.

Неожиданно зазвонил телефон в моей комнате, я даже вздрогнула, так непривычно его было слышать в это время. А потом вспомнила возможный повод и побежала смотреть, кто мне мог ответить.

Увидела номер и поняла, старшая сестрица наконец-то ответила на мои бесконечные попытки до неё дозвониться.

— Да, я слушаю.

— Лилька, ты там не спишь? — раздался в трубке недовольный голос Настасьи, старшей дочери моей тёти. — Ты чего молчишь? Где мама? Дай ей трубку, да поживее, она что-то не берёт. Ты представляешь, какой-то «приколист» позвонил якобы из морга. Спрашивает, кем мне приходится Просвирова Надежда Петровна, 1957 года рождения. Совсем стыд потеряли. Данные наверняка в интернете взяли и теперь развлекаются. Вот уроды! Ты чего в трубку сопишь? Бегом маму звать!

Я нехотя ответила, понимая, что сейчас начнётся, ведь Настасью я прекрасно знала:

— Так Надежду Петровну два часа назад на скорой увезли. С тётей меня не пустили, они сразу документы мои попросили, а у меня нет ничего, всё у тётки. Врач просил найти документы, прежде всего тётины, а потом уже ехать в больницу. Сказал, родне там сейчас нечего делать, её сразу в реанимацию повезли. Николай уехал в командировку пару дней назад, до него тоже было невозможно дозвониться, ты на даче. ПОэтому я дала врачу и свой телефон, и твой, как ближайшей родственницы.

— Ах ты зараза! Почему маме плохо стало?! А ну, признавайся, идиотка, что ты натворила?!

Я поёжилась, вспоминая, как старшая меня гоняла и обзывала, ещё с детства. Она давно вышла замуж, но продолжала общаться так, как привыкла.

— Тётку удар хватил, пока я в колледже была. Я прихожу, а она на кухне валяется. Пульс был, сама она ничего не соображала. Я сразу по телефону скорую вызвала, всё объяснила. Они быстро приехали, очень, минут 15 прошло. Врач сказал, что Надежда Петровна уже часа четыре так лежит. Скорее всего инсульт. Взял номер телефона и быстро уехал. Сказал, в ОНМК повезут. И позвонят, сказал, сами. Либо утром набирать им, раньше бесполезно.

— Что?! Так это правда?! Так мама что, умерла?!

Даже через трубку я слышала нежелание верить моим словам. И да, я понимала Настасью, ведь к своим детям тётка относилась не так, как ко мне. Она реально любила их, а младшего, Николая, излишне баловала.

— Так я не знаю. Ты мне только что сама сказала, что из морга звонили. Я собиралась до тебя дозваниваться прямо с утра, документы в любом случае везти надо.

— А мне почему не дозвонилась сразу, зараза?! Один раз, наверное, набрала, и всё!

Старшая сестрица была в бешенстве и орала в трубку, желая, как всегда, найти виноватого во мне. Ага, знаем, проходили.

— Настя, я много раз звонила, ты трубку не брала. Вот сижу, жду, что ты мне перезвонишь, а утром собиралась позвонить в больницу. Нужно ведь документы везти, а они у тёти где-то спрятаны.

— Да что ты всё заладила, утром, утром. Ну ты и дурында! Чёрт, я ехать буду час. Чтобы дома сидела, никуда не выходила. Ничего не трогала, поняла меня, бестолочь?! — угроза в голосе сестрицы слышалась серьёзная.

— Хорошо, поняла. Сижу дома, никуда не лезу, жду тебя. А как же тётя, она, получается, умерла?

— Погоди, чего каркаешь, ещё непонятно точно. Я сейчас такси вызову и буду сама дозваниваться, на тебя вообще положиться нельзя. Какая же ты бестолочь! Как ты без тётки одна жить будешь? Господи, неужели мама умерла?! — Я услышала всхлипы старшей сестрицы в трубку.

Её стало жалко, совсем чуть-чуть. Крокодилов лучше не жалеть. А то расслабишься, а он к тебе подползёт и откусит чего. А Настасье палец в рот не клади, она тот ещё крокодил.

Настасья быстро очухалась и холодным, требовательным голосом велела:

— И смотри у меня, чтобы у мамы не копалась там в вещах. Сиди и жди меня, я сама с документами разберусь.

Старшая сбросила трубку, а я стояла, слушая короткие гудки. Мысли лениво копошились в голове. Я всё ещё не верила, что тётки больше нет. Ведь так же не бывает: жил человек, жил, а тут вдруг раз - и нет его.

И тут я резко очнулась. Шкатулка! Документы! Тайны! А что там ещё в комоде? И ключи, ведь ключи нужно было положить на место, в сумку тёткину. Сестрица сразу побежит проверять, всё ли на месте, не взяла ли я чего.

Хорошо, что тётка в последние годы и дочь особо к себе не пускала. А комод свой она всегда на все замки закрывала. И никому копаться в своих вещах не позволяла, даже детям. Даже своему ненаглядному Николеньке.

Скривилась от воспоминания о своём двоюродном братце. Даже думать о нём не хотела.

Я вернулась в комнату и ещё раз просмотрела полки в тёткином комоде. В этого монстра вмещалось очень много. Наверху были бумаги, важные документы, ниже лежали личные вещи Надежды Петровны.

Свой паспорт я нашла быстро, а вот остальные документы, нужные для поступления в тот же ВУЗ, я не нашла. Пришлось зарываться глубже и смотреть уже тёткины документы. Я методично проверяла листы, пока не наткнулась на документы на квартиру.

И в шоке уставилась на имя владельца.

Квартира, в которой я находилась, была записана на меня, Томину Лилию Натановну!

Вот это поворот! Как так? Как это вообще возможно?!

Тётка всегда говорила, что у меня за душой ничего нет, и пришла я к ней пятилетняя в одном платьишке. А всё, что у меня было, всё тётка и покупала.

Только вот помнила я и другие слова. Слова, что тётка иногда говорила подружке своей разлюбезной, соседке по площадке, да детям своим. И из всей этой информации могла сделать вывод, что не всё просто было у тёти и моего отца.

Не любила Надежда Петровна брата и завидовала ему. Всё ругалась на него и обвиняла в том, что они здесь оказались. А где, здесь? В этом городе?

Очнулась от мыслей, понимая, что сейчас важно не это, а документы. И та самая шкатулка, принадлежавшая моей семье. Как и секреты, что она хранила. Документы по этой квартире я положила к остальным своим, уже найденным.

Что там у тётки ещё было, не принадлежащее ей? Разобрала остальные бумаги и нашла объемную переписку тётки с нотариусом.

Пачка писем была перетянута резинкой. Было видно, что письма довольно старые, но тётка всё сохранила. Я решительно открыла письмо, что лежало сверху, и быстро пробежала текст.

Кто был автором писем: юрист, нотариус, душеприказчик?  В письме он упоминал моего отца. Это была важная информация. Но сейчас я просто не успевала разобраться с ними. Их следовало спрятать вместе с остальными ценными вещами.

Я быстро отнесла всё, что не хотела оставлять, на кухню, аккуратно закрыла комод, ключи положила в сумку и оставила на тумбочке, что стояла около двери внутри тётиной комнаты. Там я сумку и обнаружила, там  и оставила её.

Я быстро переоделась, так как мне предстоял путь на чердак, где было много паутины и грязи. Не следовало оставлять следы на домашней одежде, а она обязательно испачкается. На чердаке людей не бывало, и там витал дух запустенья, представленный пылью, паутиной и тишиной.

Вспомнила, как сбега́ла туда иногда в пору детства, когда замков ещё не было, а наш дом был в лучшем состоянии. Я просиживала там часы, когда на тётку нападало плохое настроение и она выгоняла меня из квартиры, велев не появляться до вечера. Я и нишу там организовала, оставляя в ней еду, что долго не портилась.

Я рано начала искать подработки и норовила подзаработать, выполняя разные поручения. Поэтому я точно знала, куда нужно прятать своё неожиданно нашедшееся имущество. Письма нотариуса,  я так решила, не имели денежной ценности. Поэтому я решила их спокойно осмотреть, а если там будет что-то важное, сразу вернуть.

Даже если это будут вредные кузены. Но сначала я пойму, что принадлежит мне, а что нет. А то знала я своих ушлых родственников. Всю жизнь тётка попрекала меня куском хлеба.

А кузены называли нищенкой и убогой сиротой. Тётка всегда говорила, что отец не оставил мне ничего. Что только благодаря её, тёткиному доброму сердцу, я не в детдоме кукую, а у неё живу на всём готовом.

Я только-только успела переодеться, убрать испачканные вещи в стирку, да заварить горячего чаю, как приехала старшая.

Она ворвалась как ураган, злой и неодолимый. С мужем своим приехала.

— Ну, Лилька, чего сидишь? Совести у тебя нет совсем. Я уже все слёзы выплакала, а ты, я смотрю, и «в ус не дуешь», чаи распиваешь!

Ну вот, заладила, теперь не остановить. Неужели тётя умерла, всё-таки?

— Ты хочешь сказать, что тётя…? — Я не хотела договаривать вслух. Да, тётка была не подарок, но её было жалко, чисто по человечески.

Настасья не стала ждать и быстро заполнила паузу:

— Да, мамы больше нет! А всё ты!

— Так почему я-то? Я вообще в колледже была. Как пришла, сразу скорую вызвала. Что я, не понимаю, что ли? Может там вопрос на минуты шёл?

— Вот именно! Мама тебя вырастила, а ты? Неблагодарная! — и Настасья зарыдала, но успокоилась быстро. Видно, уже наплакалась.

Вся семья привыкла считать меня за прислугу. Вот и кузина совсем не понимала, как её поведение выглядело со стороны. Не заслуживала я таких слов.

Да и муж сестры, Василий, тоже смотрел на жену недоуменно. Он-то не был в курсе отношений внутри семьи и не знал, что все они считали меня за свою прислугу, вот и хлопал глазами. Хотя всё можно было списать на стресс.

Мужем Василий оказался неплохим, подошёл и начал успокаивать сестру, когда та разрыдалась от понимания своей потери.

 А как Настасья успокоилась, сразу продолжила боевые действия:

— Где мамина сумка? Ты что-нибудь трогала в её комнате?

— Да зачем мне? Да и запретила тётя, ты же знаешь. Нельзя в её комнату заходить.

— Ну ладно, хорошо. Пойдём Василий, мне надо с документами разобраться, — повернулась к Наташе и грозно добавила: — А ты чтобы ни ногой из дома. Здесь сидишь, меня ждёшь. Поняла?

— Так куда я на ночь глядя пойду-то? Конечно, дома буду сидеть.

— Вот и хорошо, ты меня услышала. Чтобы ни ногой! — и грозно так палец на меня наставила.

Пока Настасья копалась в комнате тёти, решила задания доделать. Завтра же утром учиться идти, и никто меня не освободит от учёбы. А мне очень нужно было поступить на бюджетный в институт, других вариантов у меня просто не было.

Два часа пролетели незаметно.

Дверь моей комнаты распахнулась неожиданно, резко. Сестрица зашла и сразу начала с претензий:

— Ты точно не была у мамы в комнате? Она говорила, где хранила документы. И наказала если что, всё с верхней полки забрать. Мы сложили всё, и в комнате я всё обыскала, но некоторых документов так и не нашла. Признавайся, негодница, была у мамы в комнате?

— Настасья, я ничего чужого не брала, у меня всё только моё – И не подкопаешься ведь, я и правду взяла только своё. — Смотри внимательно, может ты чего пропустила или не знаешь, куда тётя положила.

Сестра прошла по моей комнате и вдруг крикнула мужа:

— Вась, иди сюда.

Муж сестры зашёл и вопросительно посмотрел на жену:

— Чего, Насть?

— Здесь смотреть будем. Иди, с левой стороны, а я справа начну.

Я в шоке смотрела на это представление и уточнила:

— Ты у меня в комнате рыться будешь?

— Конечно! А вдруг ты чего у мамы из комнаты утащила. Я просто проверю.

— Хорошо, тогда я на кухне подожду, — я повернулась к двери.

Далеко я не ушла, остановленная воплем кузины:

 — А ну стоять! Так, Вася, выйди на пару минут.

Сестра подошла ко мне и начала проводить руками по одежде сверху вниз. Я не сразу поняла, что она делает, очнулась и сбросила её руки.
 Я больше не была беззащитной малявкой и не позволю сестре так себя вести. Однако та поставила жёсткий ультиматум:
 — Если будешь сопротивляться, я мужа позову. Чего так разволновалась? Тебе же нечего скрывать, да? — и так пристально посмотрела мне прямо в глаза.
 Я же за годы житья с кузиной привыкла и к её взглядам, и к угрозам. Но подпускать чужих мужиков к телу не хотела. А сестра свою угрозу может выполнить, такой уж она человек.
 — Хорошо, проверяй, — и развела руки в стороны.
 Сестра быстро справилась и позвала мужа. Я просидела на кухне не меньше часа, ожидая, пока выйдут из комнаты мои непрошенные гости.
 Что-то долго они там. У меня и комната-то крохотная, что там можно так долго искать?
 Сестра напоследок решила повторить свои угрозы:
 — Имей в виду, это пока ты доучиваешься, ты здесь живёшь. Через полгода  мы с братом  войдём в наследство, и к тому моменту тебе нужно будет освободить жилплощадь. Ты, конечно, не заслуживаешь такого отношения, но мы всё же не чужие люди. Я буду приезжать в любой момент и проверять, как ты за квартирой следишь. И не забывай вовремя оплачивать квитанции.
 — Но там же сумма за всю квартиру, а я только в маленькой комнате жить буду. Я могу за своё проживание оплачивать.
 Сказала, чтобы понять, как сестра отреагирует. Решила прямо сегодня достать письма и выяснить, что там за юрист, который вёл переписку с тётей. Я помнила письмо, которое успела пробежать глазами. Разговор там шёл про моего отца, а были строчки и про меня. Значит, не зря я спрятала те письма.
 Только сестра уедет, я и побегу разбираться со своим имуществом, потому что она не остановится и будет портить мне жизнь, пока не достанет вконец. Такая уж у неё натура.
 Если квартира реально моя, лучше будет продать её быстро, а на вырученные средства учиться и жить, хорошо бы подальше. Да пусть и в столице, там я смогу затеряться. Мои оценки позволяли надеяться на столичный ВУЗ.
 Очнулась, услышав ответ сестры:
 — Ну ты совсем обнаглела. Тебе проживание почти бесплатное предлагают, а ты ещё торгуешься. Если не устраивает моё условие, можешь собирать вещи и съезжать,  — и нагло так с прищуром уставилась, ожидая моей реакции.
 — Я поняла, меня устраивают твои условия.
 Решила не идти на конфликт, тем более муж сестры всем своим видом показывал, как ему надоели эти разговоры, и он явно хотел спать, судя по его смачному зевку.
 Сестра уехала, хорошенько постращав меня «на дорожку». Я подождала немного, убедилась, что они точно не вернутся, переоделась и побежала на чердак. Там я забрала документы в файле, что касались квартиры, и письма.
 Боженьки, даже не верится! Неужели это шанс вылезти из этой нищеты?! Уж я воспользуюсь им по полной!
 Через полчаса изучения бумаг я была готова растерзать свою тётку. Какая же та оказалась беспринципная!
 Нет, с документами всё было в порядке, выглядели они как оригиналы. К ним вопросов или претензий пока не было. Но вместе с ними в файле лежало письмо тётки к своим детям.
 И вот от прочтения того самого письма у меня аж пальцы задрожали, настолько я разозлилась. Успокоила себя крепким чаем и печеньем. Жевала и думала, где возьму деньги на продукты через неделю, если сейчас оплачу квартплату.
 К чёрту! Когда захочу, тогда оплачу. Это моя квартира!
 Письмо меня реально разозлило. И хватило же у тётки наглости. В нём она прямым текстом советовала своим детям, как следовало действовать, чтобы квартира досталась им.
 Оказалось, что тётка не выполнила условие, поставленное в завещании моим отцом, и боялась, что квартира от них уплывёт. Вот она и придумала подливать мне психотропные капли, влияющие на психику.
 Даже написала, где и у кого их можно было купить. Оказывается, у неё была старая знакомая в аптеке, которая сильно ей задолжала. Вот она и договорилась о такой оплате. Так кузены смогут сделать меня недееспособной и полностью взять надо мной опеку.
 Мало того, тётка оставила записи, где размышляла, как бы уговорить душеприказчика моего отца выдать на меня те средства, что оставил мне отец. Сначала даже не поняла, как у неё это может получиться, пока не вспомнила о том, что тётка собиралась сделать меня недееспособной.
 Испугалась вмиг, начала вспоминать, не появились ли у меня какие-то лишние симптомы в последнее время. А потом выдохнула, когда вспомнила об опеке. Меня проверяли каждый год, и требовали каждый год предоставлять справки в опеку. Значит, тётя собиралась дождаться моего совершеннолетия. А мне до него оставалось всего ничего.
 Тётка оказалась действительно страшным человеком.
 Поэтому я упорно дочитала переписку тётки с неким Владимиром Сергеевичем, юристом и душеприказчиком моего отца. Слово было немного старомодным, адрес юридической конторы я легко нашла по фамилии юриста.
 Учёбу я решила пропустить, волнуясь, что не успею или произойдёт что-то непредвиденное, на душе было волнительно. Я быстро добралась до конторы, прежде предупредив секретаря по телефону о своём появлении, а на месте даже немного оторопела. Офис выглядел очень респектабельно: отдельный вход, красивый неброский интерьер и посередине стойка с очаровательной молодой сотрудницей.
 Та, хоть и видела, как я выгляжу, но осталась вежливой и внимательной. Выслушала и предложила подождать, пока она не уточнит у Владимира Сергеевича.
 Секретарь вышла удивлённой и пригласила меня в кабинет.
 Из кресла мне навстречу поднялся представительный мужчина, старше среднего возраста.
 — Рад, рад вас видеть, Лилия Натановна. Я уже подумывал очередное письмо отправлять, а то и навестить Надежду Петровну. Что-то она совсем о своих обязанностях забывать начала. Да вы садитесь.
 Мы сели, и я решила сказать как есть:
 — Владимир Сергеевич, я нашла письма у тёти и увидела, что они про меня и мою семью. Поэтому и решила прийти к вам, и разобраться. А тётя не сможет приехать или поговорить с вами, она умерла, инсульт. Она была пожилым человеком.
 Нотариус удивлённо вскинул голову, но участливо выразил свои соболезнования.
  И я решилась на откровенность:
 — Признаюсь вам честно, тётя была не лучшим опекуном. Но всё же я благодарна, что она меня вырастила и не сдала в приют (хотя в приюте, возможно, было бы лучше). И вдруг совершенно неожиданно я узнаю, что мои родители не были нищими неудачникам. Они оставили мне наследство. А вы, получается,  были душеприказчиком отца?
 — Да, Лилия. — Я успела попросить называть меня по имени, мне было некомфортно обращение с отчеством, я не привыкла к подобному. — Я официально взял на себя некоторые обязательства. А чтобы у нас не осталось недоговорённостей, скажу вам, что у вашего отца были определённые требования к принятию вашего наследства. Да, они необычны даже для моей обширной практики, но так распорядился мой клиент.
 Мы прошли в отдельный небольшой кабинет, служивший переговорной  для особых клиентов. Владимир Сергеевич вышел, предупредив:
 — Располагайтесь, принятие наследства займёт у вас некоторое время. Хорошо, что позвонили, я успел доставить всё из банка.
 Вернулся юрист через пару минут, неся в руках шкатулку.
 И всё бы ничего, вот только прямо посередине крышки располагался овальный кабошон с лазуритом, вставленный в металлическую рамочку, точь-в-точь как на книге и на медальоне, только камень был немного больше. Да и шкатулка была больше, чем найденная мной.
 Юрист вышел, сказав, что это было требованием моего отца. Сказал, что никто не потревожит меня, пока я сама не выйду из кабинета.
 Я с трепетом открыла шкатулку, точно так, как и первую, использовав свою кровь. И меньше всего ожидала увидеть внутри шар, похожий на стеклянный. И стопку исписанной бумаги, опять же на непонятном языке.  
 Положила обе руки на шар, он был холодным. В испуге замерла, поняв, что внутри пробежало что-то вроде молнии, и пригляделась, пытаясь понять, показалось или нет.
 В следующий миг я перестала чувствовать своё тело, оказавшись нигде. Вокруг меня клубилась белёсая дымка, а передо мной возник полупрозрачный мужчина в странной одежде, напоминающей одеяния монахов прошлого. Словно голограмма. Я резко вздохнула, когда он начал говорить на незнакомом языке, обращаясь ко мне.
 Один миг, и он оказался ближе. Его руки коснулись моей головы, а моё сознание померкло.

Я снова очнулась в том самом месте, где вокруг меня располагалось ничто, скрытое плотной дымкой. И теперь я почему-то знала, что сейчас у меня будет урок, а тот самый мужчина в странных одеяниях мой наставник.

Он поклонился и начал разговор:

— Приветствую вас, наследница. Я внёс в вашу память знание вашего родного языка, и часть основ, но больше за сегодня вы взять не сможете. Ваш организм не сможет столько усвоить за раз. Пока будете спать, знания встанут на место, и завтра вы снова проведёте урок с магической сферой.

Море вопросов роились в голове. И все они разом разбежались, испугавшись этого странного слова — магия. Ведь магии же не бывает, да?

В голове было много предположений, в том числе какие-то продвинутые технологии, и мой отец, работающий на государство. Но магии в технологиях не было от слова совсем. Да и не верила я в эти чудеса.

С детства я поняла, что ни любящих родителей, ни доброго Дед Мороза у меня не будет. И мне придётся добиваться всего самой.

Поэтому я переспросила:                

— Магия? Её же не бывает.

Ответ меня озадачил ещё больше:

— В этом мире её ничтожно мало, это так. Не забывайте класть сферу обратно в шкатулку после каждого занятия. По времени уроки будут жёстко распределяться, чтобы ваш организм не страдал после. Нам предстоит ещё много узнать, в том числе о тайном даре рода Томани́.

Я слушала затаив дыхание. И поражалась реалистичности вокруг. Неужели это всё действительно магия? Запретила себе фантазировать, пока не получу достаточно доказательств.

Кстати:

— Томани́? Звучит очень похоже на мою фамилию.

— Вы спешите, история рода вас ещё ожидает, Лилиан Томани. Вы наследница рода и ваше положение обязывает. Не торопите события, вы узнаете всё постепенно. Время у вас ещё есть, как минимум полгода.

Этот спокойный  и ровный тон навевал мысли всё же о продвинутой технологии. Мне казалось, что меня обманывают. И я поделилась своими сомнениями с этой странной программой. На что мой собеседник застыл на некоторое время, но через несколько секунд ответил:

— Хорошо, что эту обучающую сферу создавал ваш отец и в то время сильный глава рода. Он учёл многое, в том числе заложил знания о вашем временном пристанище. Хорошо, я немного изменю план учёбы. И через пару дней вы начнёте проходить перемещение в пространстве. Так и практику мы начнём раньше, и вы убедитесь в реальности моих слов. Это очень ценные и редкие знания, поэтому этой сферой может пользоваться только истинный наследник рода Томани́.

Я заморгала в недоумении и спросила:

— А что, здесь, в этом мире есть ещё те, кто владеют… магией?

— Нет, но скоро вам придётся перенестись в ваш мир и занять подобающее место в нём.

Зачем? Нет, правда, зачем мне куда-то в другой мир? Да здесь у меня начинается всё самое интересное! И я озвучила свои сомнения своему наставнику, как он советовал себя называть.

И ответ меня просто поразил, и даже немного испугал:

— После совершеннолетия ваш магический источник практически сформируется и начнёт требовать магию. Ту, которая свободно разлита в вашем родном мире, а здесь её катастрофически мало. И чем он больше, а ведь вы наследница, тем быстрее вы начнёшь терять силу. Источник вытянет сначала её, а потом и жизненную энергию. Вы умрёте.

Я в испуге смотрела на призрачного наставника, как я решила его называть. Но внезапная и вполне логичная мысль заставила усомниться в их правдивости.

— Но моя тётя, сестра отца, она жила долго в этом мире, и умерла уже в возрасте.

— Тому было несколько причин, наследница. К сожалению, Надара не была одарённой. Такое может случиться даже в магически одарённом роду. Это большей частью и спасло её от быстрого затухания. Но даже так, Надара Томани слишком быстро состарилась и умерла. Всё же род Томани́ сильный и даже пустышка несёт в себе каплю магии Драконьего Мира.

Ох, одна новость похлеще другой! Сразу подумала, зачем мир называть драконьим? Не просто так ведь. Решила не уточнять, порядком устав от обилия новостей.

Я поняла, что у меня начала болеть голова, а мой эфемерный наставник настоял на окончании общения. Я слишком долго была внутри своего сознания, мне следовало сделать паузу.

Меня резко выдернуло, когда я попыталась мысленно представить тот кабинет, в котором и находилась. Сделать так подсказал мне всё тот же наставник.

Огляделась в поисках небольшого диванчика, прошла к нему и рухнула. Сидела, закрыв глаза, и думала, что это только что было.

Мысли путались, я решила на сегодня закругляться и перенести разговор по моему наследству на следующий день. Сидела, приходя в себя, прокручивая всё то, что узнала и не верила. Было у меня ощущение, что это просто шутка.

 Ну как такое может быть? Какая магия, ну о чём я вообще думаю?

Я отвлеклась от своих дум, уже не первый раз слыша пиликанье телефона. И кто это там всё время мне присылает сообщения?

Недоумённо уставилась на множество сообщений от Настасьи. Открыла, послушала пару голосовых и тяжело вздохнула. Угрозы, требование вернуть документы на ЕЁ квартиру и опять бесконечные угрозы. Ясно, с Владимиром Сергеевичем всё же придётся разговаривать прямо сейчас.

Я только надеялась, что он сможет уделить мне внимание и объяснить, как действовать в подобной ситуации.

А старшую сестру я знала. Она не успокоится, пока не получит своё. Так её воспитала тётка, слишком много позволяя. А ведь скоро вернётся ещё и брат. Мне нужна была помощь компетентного специалиста. Поэтому я встала, закрыла шкатулку и направилась на выход из кабинета, решать проблему с родственниками.

А как решить проблему, если у меня не было ни одного взрослого, который смог бы мне помочь, подсказать? Самой? А не наломаю ли я дров, причём с последствиями?
 Я встретилась взглядом с секретарём, которая участливо предложила:
 — Что-то вы бледная очень. Может, чаем вас напоить? У меня и конфеты есть.
 — А Владимир Сергеевич сможет меня принять? Мне бы с ним посоветоваться и решить самые важные вопросы.
 Марина, секретарь, всё быстро организовала. Я дождалась Владимира Сергеевича за чашкой чая и вкуснейшими конфетами. К счастью, мне не пришлось ждать долго.
 Виски́ немного ломило, но свою родню я знала, решать вопрос придётся.  Да, было стыдно рассказывать такие подробности и выносить подобное на всеобщее обозрение. Владимир Сергеевич сам убедил меня, поняв, почему я мнусь и подбираю слова:
 — Если вы беспокоитесь о своих секретах, Лилия, Марина уже подготовила все документы. Но всё это вы подпишите, если сами решите. В договоре в том числе будет пункт о неразглашении, а своей репутацией мы дорожим.
 Меня же волновало другое, и я выдавила, хотя мне и было неудобно:
 — Владимир Сергеевич, боюсь, я не смогу оплачивать ваши услуги. Буду бесконечно благодарна за совет, но квартиру продать мне будет непросто, а учитывая, что это единственная моя собственность, то шанс у меня появится только после совершеннолетия. До тех пор, я думаю, никто не позволит мне остаться без жилья. А деньги мне неоткуда взять…
 На что адвокат только улыбнулся и успокаивающе ответил:
 — Вам не о чем беспокоиться, Лилия, отец обо всём позаботился, оставив средства на мои услуги. Деньги у вас есть, реквизиты, пароль, всё хранится у меня, в отдельном письме. Да, этих денег не так много, но на первое время вам хватит. Переехать, поступить и как-то обустроиться поначалу. А квартиру мы продадим, вам осталось не так много времени.
 Я вспомнила о письме тётки к своим детям. И о том, что она писала, раскрывая злой умысел. Владимир Сергеевич предложил обезопасить себя и оставить в ячейке банка все документы, в том числе на квартиру. Хранить документы в старой квартире, от которой у всей родни были ключи? В ячейке можно было оставить и компромат на тётку, чтобы письмо не пропало, похищенное роднёй.
 Владимир Сергеевич предложил мне ещё один хороший ход. Жить в съёмном жилье, пока я не решу все дела в городе. Да и обучение стоило закончить, мне нужны были высокие баллы и шанс всё же поступить на бюджетный.
 Неделю я жила в довольно приличной квартире, ходила на учёбу, каждый день с некоторым сомнением проводила час, обучаясь с помощью сферы, ментально закачивая очередную порцию знаний. А номер телефона я поменяла, понимая, что не нужны мне разговоры с теми, кто только пользовался мною всю жизнь и прекращать не собирался.
 Но с каждой новой порцией знаний моя уверенность, что всё это не розыгрыш, росла. И новую реальность нужно было принимать.
 Почему я не подумала про колледж и про то, что все знали, где именно я учусь? В последние дни я чувствовала странный дискомфорт и ощущение, что за мной следят. Я пыталась понять, кажется мне это или нет, но никаких доказательств не находила.
 У меня появилась странная чувствительность, воображение начало играть со мной. Я реально ощущала чей-то злой взгляд, направленный мне в спину. Телефонный разговор с Владимиром Сергеевичем дал понять, что мне стоило всё же уехать из Липецка, отрезая прошлое.
 Да, адвокат отца, а теперь мой, скептически отнёсся к моим странным ощущениям, но был достаточно опытным, чтобы сделать правильные выводы, предложив:
 — А правда, съездите в ту же столицу, средств у вас хватает. Проветритесь, разузнаете всё по интересующим вас учебным заведениям. У меня, кстати, есть адрес неплохого отеля…
 Я почувствовала облегчение, поняв, что могу просто временно сбежать, выдохнуть, обдумать всё спокойно. По новой привычке схватилась за тот самый кулон из сундучка, что хранился все эти годы у тётки и был, в том числе, моим приданным.
 Тётка по договору с отцом должна была сама обучить меня многим знаниям из того мира, куда меня прочил перенести мой призрачный наставник. Вернее, это должна была сделать я, но позже, когда медальон наберётся силы от меня, постепенно заполняясь.
 А мне предстояло выучить ещё немало, быстро это сделать было невозможно, мой мозг просто не выдержал бы подобного объёма знаний. Я действительно начала верить, что знания, полученные из сферы, реальность, и скоро я попаду в магический мир.
 Для Владимира Сергеевича я всё ещё хотела поступить в вуз, но на самом деле собиралась ехать в столицу, чтобы спокойно провести время в мире, в котором выросла. А ведь я вообще нигде особо не была за всю свою жизнь, поэтому идею с поездкой я оценила.
 Вот только я не доехала до столицы. Той же ночью я с чего-то проснулась, резко сев в постели и судорожно пропуская через рот воздух, делая вдох, и ощутила внезапный, ничем не объяснимый страх.
 Сидела, прислушиваясь к тишине, а через минуту с облегчением выдохнула. Пошла попить водички, а проходя по коридору обратно, с ужасом увидела, что у меня в квартире, недалеко от входной двери стоят две тёмные фигуры, почти неразличимые в полумраке. Мы увидели друг друга одновременно, и я открыла рот, чтобы закричать, но один из неизвестных, более крупный, в два стремительных прыжка оказался рядом со мной.
 Миг, и моя голова просто разрывается от боли, а я лечу вниз, теряя сознание.

Очнулась я в своей же квартире, на диване в гостиной. В комнате стоял полумрак, и меня жутко мутило.
 Руки у меня были связаны за спиной, причём даже не подручными средствами, а настоящими наручниками, а во рту был кляп. Видимо, это чтобы я на помощь позвать не могла.
 Лежала на диване и скрупулёзно вспоминала, что произошло у меня в квартире, и чем это может мне грозить. Мысли были безрадостными от слова совсем. Этот неизвестный бугай не хило так приложился мне по скуле, она пульсировала от боли, ещё больше раздражая.
 Да уж, положение у меня было незавидным, учитывая, что старшая сестрица, а это явно была она, обратилась к какому-то бандюку за помощью.
 Голова раскалывалась так, что невозможно было терпеть. Эх, хорошо бы, как в мире магии, знания о котором я уже неделю получала, а потом усваивала.
 В голове появилась странная мысль. А ведь в нашем мире магии хоть и было катастрофически мало, но ситуация обязывала хотя бы попробовать. Я начала лихорадочно вспоминать, что из всего, что я успела усвоить, мне может помочь освободиться.  
 Обдумала и сосредоточилась на цели, послав в браслеты магический импульс. Вернее, попробовала. Ни первый, ни десятый раз у меня ничего не получилось, и я раз за разом повторяла последовательность, по которой стоило действовать.  Лежать было ужасно неудобно, и только это механическое действие хоть как-то отвлекало от моего состояния.
 Думаю, я вошла в медитативное состояние, просто выполняя поставленную задачу, и мне было не до веры, поможет это или нет. Скорее всего, именно поэтому у меня, в конце концов, получилось.
 Даже не сразу поверила, что освободилась. Полежала, прислушиваясь, и поняла, что кто-то приглушённо разговаривал на кухне. А в остальном стояла тишина. От кляпа я тоже избавилась, размяла ноги, прогоняя кровь, и поняла, что просто обязана узнать, что именно там обсуждают на моей временной кухне.
 Всё делала тихо и осторожно, боясь выдать себя. Я угадала, женский голос был мне хорошо знаком, а вот мужской я никогда прежде не слышала. Я затихла, превратившись в слух, прежде всего поражаясь жестокости сестры.
 — Борис, ты меня что, не слушаешь? Нам нужна эта квартира и средства, что оставил ей её папашка. Это же надо, мама её всю жизнь воспитывала, тратилась, а в ответ она теперь нас опрокинуть решила? Мама ясно написала, что квартира перейдёт нам, за её труды. И что теперь нам делать, у нас же планы были? Ты понял, как вести себя с ней? Не смей её случайно грохнуть, она сначала должна подписать все бумаги.
 Ей ответил спокойный, уверенный голос, который я точно раньше не слышала ни разу:
 — Слышь, ты мне уже все уши прожужжала своими нотациями. Я тебе что сказал? Я понял, и нечего лезть, куда не знаешь, со своими советами. Не была бы ты моей бабой, я б тебя давно уже заткнул, причём навсегда. Короче, если она сама не очнётся в ближайшие десять минут, растормошим её и начнём.
 Я в шоке слушала странную речь мужчины. А ведь сестра всегда искала приличных мужчин, которые имели статус и доход. Странно, вроде её муж нормально зарабатывал. Правда, я вспомнила, что не так давно сестра приезжала к тётке и просила её дать в долг, у мужа как-то дела не складывались в последнее время и нечем было оплачивать какую-то поставку.
 Значит, сестра нашла любовника, или просто манипулирует очередным мужчиной, пока ей это выгодно.
 Привалившись к стене, я думала, как поступить. Если сейчас закричу, меня быстро заткнут, через окно было бесполезно бежать, четвёртый этаж. Голова не соображала, да и мысли путались, но я точно помнила, что забрать наследство отца нужно было обязательно.
 Сферу, лежавшую в шкатулке, перстень и книгу я оставила как раз в этой комнате. Нашла удобную сумку через плечо, положила всё в неё и настроилась на побег.
 Мне нужно было проскользнуть по коридору, мимо кухни и санузла, а затем постараться тихо открыть дверь и успеть скрыться. Да уж, задачка непростая. Но бежать нужно было сейчас, пока за мной ещё не пришли.
 Я тихо проскользнула в полумрак коридора, и осторожно, мелкими шажками посеменила по коридору, держась противоположной от кухни стороны. Я успела пройти кухню и санузел, когда запнулась о что-то большое, непривычно стоявшее на полу. Обычно в коридоре ничего не было, а тут какая-то гадость упала, в тишине ночи звук был оглушающим.
 Я замерла, услышала визгливый возглас сестры:
 — Это она, Борис, она освободилась! Лови её быстрее, пока она всех тут не всполошила.
 У меня оставались секунды, мозг активно заработал в поисках решения. Открытая дверь в ванную, крепкая дверь из массива дерева и, главное, вместо обычного замка там был установлен стильный засов. Квартира вообще была выполнена в стиле лофт и больше подходила мужчине. Но сейчас это было моим спасением, хоть и временным.
 Выбежать из квартиры я не успевала, в момент юркнула внутрь ванной и быстро задвинула засов.
 И почувствовала, как дверь начали сотрясать нехилые удары. Видимо, этот бугай пытался выпустить пар таким образом или разломать дверь. Я прильнула к двери, слушая успокаивающее бормотание сестры.
 — Ты чего долбишь, соседей всех разбудишь. Чёрт, и как теперь быть?
 Я почти перестала слышать голоса, мне пришлось прислушиваться.
 — Не паникуй, я вызову кое-кого. Одного человечка, он мне должен.
 Что-то тяжёлое привалило к двери. Я так поняла, чтобы я больше не смогла сбежать. Значит, тихо я дверь открыть не смогу. Начала лихорадочно вспоминать, что ещё я успела узнать из той самой сферы. Получалось, что ничтожно мало. 
 И тут одна идея пришла мне в голову. Я же могу спросить совета у своего наставника.
 Что я и выполнила, расположившись на полу ванной. Мой призрачный наставник не стал выспрашивать предложив:
 — Открой сознание, ты это проходила, основы ментальной магии. Я постараюсь быстро всё считать, этот мир беден магией, не стоит её использовать долго.
 Я даже удивилась, как он так быстро успел, всего за пару минут. Наставник замолчал, взяв время на обдумать. Пяти минут не прошло, как он выдал:
 — Твои магические возможности в этом мире крайне малы. Скорее всего, выбраться без последствий не получится. Нам придётся экстренно переноситься в наш мир, хотя ты ещё не готова. Это единственный выход.
 Я помнила тот ритуал, я сама уговорила показать знания о нём, чтобы понять, к чему готовиться. И у меня был один вопрос:
 — Медальон почти пустой, у меня не хватит энергии на перемещение. Слишком рано. Перемещение невозможно.
 — Ты ошибаешься, но это нормально, ты ещё в начале пути познания своего мира и его возможностей. Да, тебе придётся кое-чем пожертвовать, но перенестись ты сможешь. Расслабься, я перенесу нужные знания.
 Неопределённое время спустя я вынырнула в реальный мир, осознавая, чем именно мне придётся пожертвовать для перемещения, и пробормотала:
 — Но я не хочу так. Да и как это вообще возможно?

Вздохнула, понимая, что мне нужен продолжить разговор. На мои сомнения наставник убедительно ответил:
 — Это единственный путь. Ритуал подберёт оптимальное тело для перемещения. Нам нужно будет только время, чтобы скопировать твоё сознание и перенести его с помощью медальона и перстня в наш мир. Перенесутся только они, сделанные мастером древности именно для этих целей. А энергию они возьмут из твоего тела. Ты исчезнешь для этого мира, и только твоя душа перенесётся.
 — А если я попаду в тело мужчины, или старухи? Это будет мучение, а не жизнь.
 — Нет, это невозможно, магия подберёт оптимальный путь. Приоритет будет среди родственной крови, затем сходной магии и далее по убывающей. Тебе нужно просто выучить последовательность действий и вложить энергию.
 Я сидела на полу ванной, не решаясь на последний шаг. Было страшно, хотя ритуал сам по себе был простым. Потому что в том самом медальоне уже было всё учтено. Артефакт, сделанный настоящим гением, моим прапрадедом. И переместиться в другой мир, даже только сознанием, я смогу только раз в жизни. Больше артефакт не даст. Значит, я полностью обрублю концы с этим миром и никогда не вернусь сюда.
 Решение мне пришлось принимать очень быстро. Я услышала голос того самого мужчины, который залез ко мне в квартиру вместе с сестрицей. Он разговаривал с кем-то в коридоре, явно по телефону. Прильнула ухом к двери прислушиваясь.
 — Уже подъезжаешь? Да, дом из красного кирпича, да первый подъезд, этаж четвёртый, да, пятнадцатая, всё верно. Как я и скидывал. Мы ждём. Нет, девчонка, я её сам скручу. Нет, помощь не нужна. Нам бы с неё поговорить по душам. Нет, не один, с бабой, она, скажем так, заказчица. Да, выйду на площадку, хорошо, поговорим.
 Я поняла, что времени у меня больше нет, решительно кивнула себе, прошептав пожелание удачи, и нырнула обратно, обхватив сферу в ладонях. Наставник обещал помощь, предлагая вложить знания о самом ритуале сразу перед перемещением. В конце он активирует в моей памяти эти знания, и я легче справлюсь, ведь в последние дни чего только я не узнала. Странная схема, но я решила, что наставнику лучше знать.
 Кем на самом деле был мой эфемерный наставник, я так и не поняла. Но то, что он меня обманул, я поняла слишком поздно. Да, в память он кое-что добавил, но это было сродни нераспакованной огромной папкой, тяжёлой гирей повисшей где-то на периферии сознания. Я чувствовала эту тяжесть внутри себя, она давила, но держалась внутри, не активируясь.
 И да, когда очнулась внутри обучающего пространства, моего наставника уже не было. Звала я долго, но так и не дождалась ответа.
 Странное, зудящее беспокойство заставило вынырнуть из виртуальной реальности. Я удивилась, увидев, что сфера, которую я сжимала, изменилась внешне. Она больше не светилась лёгким загадочным светом, когда я брала её в руки.
 За дверью послышался шорох и два мужских голоса. Я поняла, что время уходить настало, сжала медальон в ладони, закрыла глаза и начала проговаривать речитативом, постепенно повышая голос и напор.
 Сначала я слышала звуки ударов и чувствовала вибрацию от двери, к которой прислонилась. Потом и это исчезло. И если кто-то спросил бы меня, что такое боль, я бы вспомнила именно тот момент, когда почувствовала, как поверхность кожи начало покалывать, а дальше пришла она. БОЛЬ.
 Связь с сознанием я потеряла не сразу. Я помнила, как тело таяло, преобразуясь в энергию, как та магическая составляющая, которая пропитывала меня, в том числе и материальную часть меня, скапливалась в один маленький клубок чистой энергии. 
 Я вспыхнула, как новая звезда и вознеслась туда, куда вело заклинание, на мою родную землю.
 Меньше всего я ожидала, почувствовав себя снова материальной, что ко мне придёт новый вид боли.
 Я открыла глаза, уловив мерзкий запах, и оказалась лежащей на каменном, грязном полу в полуподвале. Какая-то мерзкая тварь, находящаяся рядом и отдалённо напоминающая огромную зверюгу-мутанта, размера с легковое авто, подняла свою жуткую морду, уловив движение, и посмотрела странным гипнотическим взглядом.
 С ужасом поняла, что эта гадкая мерзость начала пить те крупицы силы, что ещё остались в этом теле. Я осознала одно, эта тварь как-то влияла на моё сознание, открывая канал, по которому и забирала всю силу. Поэтому из последних сил отвела взгляд, опустив голову.
 Я поняла, что сейчас потеряю сознание, и эта гадина выпьет меня до донышка. Но сил не было совсем, сознание уплывало. Она почти выпила меня, но незнакомый мужчина в странной форме средневекового воина взялся за цепь, которая была перетянута через  шею этой ужасной твари, и потянул, с трудом оттягивая от меня.
 Балансируя на краю сознания, я чувствовала, как меня несут и грубо бросают на жёсткий топчан. Скрипит железная дверь и я остаюсь лежать в полной темноте.
 Сколько я была без сознания, я сказать не могла, но очнулась, ощущая мягкую постель и больше не чувствуя сосущей пустоты внутри.
 Надо мной склонился среднего возраста мужчина. Крепкий, с длинноватыми, почти белыми волосами, в необычной одежде, чем-то напоминающей ту, что носил мой эфемерный наставник из обучающей сферы. Он какое-то время пристально разглядывал меня, долго, изучающее. По ходу этого осмотра взгляд его менялся, становясь печальным. Он покачал головой и спросил:
 — Ты ведь не Иллия, да? Её больше нет? Скажи, как твоё имя?
 Я открыла рот для ответа, закашлялась, мужчина помог мне напиться, настороженно изучая меня. И я не стала обманывать его, признаваясь:
 — Лилия… Эм, Лилиан Томани́.
 — Что? Томани́? Но как? Не может быть! — Мужчина резко отпрянул, но быстро пришёл в себя, требовательно спросив: — А твой отец? Как его имя?
 — Натан Томани́, глава рода. — Это одно из первых, что я изучала с помощью сферы, свой род и основных его членов. Кстати, то имя, что назвал незнакомец, мне было знакомо…
 Я отвлеклась, увидев распахнутые в шоке глаза, неверие в них и шёпот:
 — Не может быть… Это просто невозможно… Но если это правда, ещё не всё потеряно для рода.

Да, я считала, что мне сильно повезло. Появись я чуть раньше, мою магию и жизненную силу сожрала бы та Тварь. А душа бы, освобождённая, отправилась на перерождение. Ведь мою предшественницу в этом теле Тварь не пожалела, выпила до донышка. Я же держалась только на силе, что дала мне шанс прийти в этот мир.
 Я категорически не желала умирать. Да, это могло звучать несколько наивно, но я так хотела попасть в свой родной мир, что не так сильно и горевала из-за чужой внешности. Лэр Ниэль, теперь уже мой наставник, показал мне в магическом зеркале, созданным прямо перед моими глазами, как я выгляжу теперь. Самое странное, что мы были очень похожи с Иллией, просто на удивление. Это и подвигло меня начать расспрашивать о роде Томани и моей семье.
 Лэр Ниэль был подавлен и искренне горевал о потере. О той самой Иллии, которая была его подопечной долгие годы.
 Когда лэр Ниэль, разобрался в ситуации, он рассказал мне кое-что о  моей предшественнице, да и о моём роде:
 — Получается, Иллия Томани́ была твоей двоюродной сестрой. Твой отец, Натан, он же глава рода в один момент просто исчез вместе с женой и своей недавно рождённой дочерью. Второй по старшинству брат, Витор, стал главой только через десять лет после исчезновения старшего брата. Источник рода долго не принимал никого, но всё же принял. Думаю, тому причиной была смерть младшего, Рейна, отца Иллии, выбора у источника не осталось.
 Я слушала и удивлялась. Странные события в роду Томани, где исчезают глава рода и его брат, сильный, крепкий, как сказал лэр Ниэль, магически одарённый воин. А ещё я уловила другую странность в этом повествовании, чем и поделилась:
 — Странно как-то, у троих братьев по дочери. А сыновья у них рождались? Позже, например?
 Лэр Ниэль остановил на мне взгляд, словно раздумывал, говорить или нет. И всё же поделился:
 — Нет, сыновей в роду не было, и тому была причина. Со мной тайной рода поделился Рейн, отец Иллии. Я дал клятву служить роду и оберегать тайны, которые узнаю. Но ты должна знать, думаю, судьба вернула тебя не просто так. Это пророчество, произнесённое оракулом и переданное его участникам. Странность в том, что его получили несколько семей, и теперь глава всех воздушных кланов, герцог Ангулемский потребовал, чтобы все девочки, в семьях которых и появилось пророчество, явились к нему. Я знаю текст письма, мы обсуждали его с Рейном. Та, что спасёт острова от победы Хаоса, будет всадницей. Пророчества не всегда понятны, но этот момент точен.
 Я всё ещё не могла долго бодрствовать, быстро уставала и часто просто засыпала, но сейчас я была так увлечена, что боролась со сном до последнего, желая дослушать. Одно я не поняла, что за всадницы? Поэтому спросила:
 — Всадницы? Эм, на лошадях, что ли?
 Лэр замолчал, недоумённо посмотрев в ответ, и поправил меня, этак по-простому объяснив непонятной мне:
 — Почему на лошадях? На драконах, конечно.
 Я в шоке распахнула глаза, просто не веря в то, что мне говорят. Какие драконы? Их не бывает, это просто сказки! Вспомнила ту мерзкую огромную Тварь и поняла, что таких  тоже не бывает, а я видела. Представила дракона, огромного, мощного, летящего в небе. Свободно парящего там, высоко-высоко. А вокруг него небо, ветер и свобода.
 Оказывается, я всё это время остановившимся взглядом смотрела на лэра Ноэля. Он понял моё состояние и покачал головой:
 — Да, вам предстоит очень много узнать, прочесть и изучить. А насчёт дракона, не хочу обнадёживать, но у Иллии хотя бы был шанс призвать дракона, не сразу, возможно, ближе ко второму году обучения. Всё же детская травма на ней сказалась. А так все девочки Томани при рождении  были сильными.
 Возмущённо воскликнула, приподнявшись:
 — Но я тоже Томани, и я, получается, старшая! У меня тоже должна быть магия, мне наставник рассказывал, что силы у меня должно быть прилично.
 Пришлось рассказывать заинтересовавшемуся лэру о том самом наставнике. Про медальон и кольцо я молчала, а он и не видел их, магия артефакта сама защищала их. Тот самый призрачный наставник очень советовал никому не говорить о них, это была тайна старшей ветви Томани. Вот я и молчала.
 А лэр, выслушав меня, объяснил, почему мне не видать своего дракона, даже призванного.
 Мне нужна была сила, а её как раз и выпили, в магическом поле образовались такие прорехи, что поправлять всё это мне нужно было не один год. И вся сила, скорее всего, не вернётся.
 — Сейчас ты почти пустышка, магия еле ощущается. Так, капли, вместо полноводной реки. Но ничего, до осени у нас ещё есть время.
 Он рассказал, что осенью нас как раз и ждёт герцог Ангулемский у себя. Мы предстанем перед правителем и он лично решит мою судьбу. Я возмутилась, не желая отдавать кому-то управление своей жизни. На что получила чёткий ответ:
 — Герцог давно правит и нравом крут. Раз велел, мы исполняем. Хочешь, чтобы тебя к нему отволокли? Думаю, не стоит ронять честь рода и вести себя, словно подросток.
 Тут я и узнала, что письмо от герцога уже получено, ответ отправлен, а Иллия, оказывается, с нетерпением и трепетом ждала встречи с герцогом и поступления в Академию Стихий.
 У меня загорелись глаза, только я услышала такое магическое название. Сразу представила себя студенткой магической академии, да ещё и в мире с драконами.
 Лэр Ниэл остудил мой пыл, с искренней печалью объясняя:
 — В Академию Стихий берут с определённым уровнем магии, и ты до неё не дотягиваешь.
 — Вы сами сказали, что ещё три месяца, наставник. Я выздоровлю, появится и магия.
 Я была излишне оптимистична и рано расслабилась. В эту ночь я поняла, что натворил мой призрачный наставник, тот самый, из магической сферы. На следующее утро я не проснулась, пребывая в небытие ещё пару дней. На третий я открыла глаза, полежала так, соображая, кто я и где. А потом на меня обрушилась волна воспоминаний.

Нам нужно было подтвердить личное наставничество, потому что лэр Ниэль мог представлять мои интересы перед герцогом, да и помочь мне он мог только при условии личной заинтересованности. А исполнить ритуал, пока я была так слаба, не представлялось возможным. В своё время лэр дал клятву верности не всему роду Томани, младшему брату, Рейну Томани, в том числе заботиться о его дочери.
 Я тогда с любопытством спросила:
 — А когда ваша миссия будет завершена? Вы ведь не обязаны всю жизнь заботиться о своей подопечной?
 — Нет, не обязан.— С усмешкой ответил лэр, — Моя цель будет завершена, когда наставница достигнет совершеннолетия, закончит академию и сможет принять наследние и наследство рода. Чего вам, Лилиан, возможно, не грозит.
 Я слышала искреннее сожаление в словах наставника и понимала, что он хоть и скорбел искренне по своей подопечной, но начал переносить свою миссию уже на меня.
 Это было странно, ведь все взрослые Томани, кроме среднего брата, умерли. Не логичнее ли было считать свою миссию завершённой? Какая надежда на меня, если я, после магической диагностики оказалась на нуле в плане магии? Мои каналы были пусты, а магия не спешила восстанавливаться.
 Наставник и сам не мог понять, в чём дело, пока я не пересказала тот случай, когда в меня что-то вложили перед самым перемещением через ту самую магическую сферу. Я не могла точно описать свои чувства, но помнила, что в том маленькой магическом клубке находилась не только моя душа, вместе с медальоном и кольцом, но и что-то скрытое от меня.
 Наставник серьёзно испугался, когда я нырнула в небытие во второй раз, опять на три дня. Мы плыли прочь с острова, куда привезли мою предшественницу и лэра Ниэля пираты, которые пленили и ограбили их. После всех проверок лэр подтвердил:
 — Да, объём знаний в закрытой зоне очень велик. И это что-то родовое. То, что не требует наставничества или обучения. То, что ты освоишь на интуитивном уровне. Но этот процесс съедает много магической энергии. Это плохо.
 — Но зачем было вмещать столько в меня, ведь крупиц, оставшихся во мне, могло и не хватить? И тогда…
 Я с испугом смотрела на лэра, поэтому он поспешил успокоить меня, поняв, о чём я подумала:
 — Нет, смерть бы тебе не грозила, скорее продолжительная потеря сознания. Плохо то, что ты можешь не успеть набрать нужный минимум уровня магии для поступления в Академию.
 Наставник успел рассказать о моих целях как наследницы рода Томани. Я обязана была получить достойное образование, знания и навыки, опыт руководства своими землями, воплотить, в крайнем случае призвать дракона и подтвердить, что в силах защитить своё наследство. То есть найти и правильно организовать службу воинов рода, и рядовых жителей острова, который может перейти мне в наследство после совершеннолетия. Или не перейти и достаться более достойному.
 Через неделю мы прибыли на земли рода Стил, куда и направлялись наши спасители. Графиня Стил пригласила лэра и меня пожить в Северной Крепости, помочь ей настроить защиту из тех самых чёрных камней, а мне время до осени, чтобы восстановиться. Это именно она вместе со своей командой спасла нас с лэром от гибели на пиратском острове.
 Я узнала, что лэр Ниэль оказался ценным учёным, и часть жизни изучал такие ценные для графини Стил чёрные магические камни. У нас на островах их почти не встречалось, но здесь, на материке, причём во владениях графини, они могли служить частью защиты от тех же Тварей Хаоса.
А ещё через пару недель после прибытия, я первый раз почувствовала свою искру.
 Важным моментом для меня стал личный разговор с графиней Стил, которая однажды навестила меня лично и во время разговора вдруг заговорила по-русски. Я была поражена, растеряна, потом не выдержала и даже расплакалась, до конца не веря, что это возможно, и я не одна оказалась попаданкой в этот мир. Когда меня доставали их той ужасно холодной камеры, куда кинули обессиленную умирать, я бормотала по-русски. А леди Стил не была до конца уверена и решила всё же навестить меня, когда я достаточно окрепла.
 Мы разговаривали долго, и в конце я от души поблагодарила её, особенно когда узнала, через что она прошла после попадания в этот мир, чтобы освободиться и вернуться на свои земли.
 — Полианна, мне так стыдно признаваться, но я так долго жалела себя, ведь я ожидала, что попаду в магический мир, почти в сказку, ты понимаешь? А оказалась ненужной героиней, которой не досталось ничего. Пустышкой с неясными перспективами.
 Моя новая знакомая и бывшая соотечественница рассмеялась уверив:
 — Ты даже не представляешь, кого я увидела однажды в зеркало, когда очнулась в незнакомой комнате. Я была толстой юной девушкой, которая умудрилась забраться в королевскую сокровищницу, неведомым образом обманув магическую защиту, явно воспользовавшись своей королевской кровью. Была герцогиней, быстро стала ссыльной графиней. А потом и пленницей, просидевшей в магической яме два жутких месяца. Поверь, Лилиан, твоё положение ещё очень даже ничего. Тебя никто не знает, ты вообще исчезла много лет назад. А ведь твой род кто-то планомерно истреблял, тебе не кажется?
 Я ворчливо ответила:
 — Я думала об этом. В живых остался средний брат, его дочь жива и считается перспективной невестой. Она красива, сильна магически, и у неё уже есть призванный дракон. Я спрашивала наставника, он все эти годы следил за оставшимися Томани.
 Мы переглянулись, и Полианна спросила:
 — Ты думаешь на него?
 — Ему выгодно.
 — Погоди, но если ты вернёшься, а лэру уже пришло письмо от герцога, он призывает его на службу, то как ты защитишься от возможной угрозы? Ты наследница рода, и по старшинству именно за тобой первая очередь.
 — Да, но я пустышка! Магия только-только начала восстанавливаться, но это капли, и Академии мне не видать. Герцог проведёт проверку и всё узнает.
 Я сожалела, это была правда. Иногда я ворочалась перед сном в кровати и представляла, каково это — учиться в магической академии, ещё и в мире с драконами.
 Полианна воскликнула:
 — Так это и хорошо, пусть проводит свою проверку. Тот, кому надо, поймёт, что ты не конкурентка, а тебе нужно будет затаиться и тихо идти своим путём. То есть восстанавливать силы, учиться, пусть и у лэра Ниэля. Я так поняла, что лэр нужен герцогу, а ты можешь попроситься остаться при нём.
 Полианна с сочувствием уточнила:
 — Что, ты даже искру не чувствуешь?
 Наставник велел молчать и никому не рассказывать. Вот только леди Стил была так искренне обеспокоена, что я сказала правду не скрывая:
 — Чувствую. Моё средоточие магии сильно ослабло, но я чувствую его.
 Та радостно улыбнулась:
 — Значит, тебе можно помочь с помощью ритуалов. Да, это дорого и не так просто, но у меня есть одна идея. В крепости есть ритуальная комната, да и магов сильных наберётся, кто согласится помочь. — Она вскочила с кресла, хлопнув в ладоши: — Я и организую всё. Здесь спешить не стоит и всё хорошо рассчитать, но я уверена, мы сможем, если сильно постараемся.
 Я встала вслед за ней и остановила:
 — Нет, мы не будем этого делать, лэр Ниэль не даст разрешение. Это не входит в наши планы, Полианна. Через две недели я прилечу на прием к герцогу и он увидит во мне почти пустышку. Так надо. — Я увидела, как на лице моей собеседницы проступает понимание: — Ты уже сама всё поняла, верно?

Моя собеседница задумчиво ответила:
 — Верно. — Потом задумалась и спросила: — А не боишься всё потерять? Если герцог решит отдать наследство рода другой семье Томани, ведь ты уже не будешь учитываться. Отсутствие магии — весомый аргумент против тебя. Наследница среднего из сыновей Томани́, ты говорила, будет присутствовать там же.
 Я покачала головой, помня слова лэра Ниэля:
 — Пока мне не исполнится двадцать один год, выбор сделан не будет, у меня есть ещё три года. Но в мои двадцать герцог обязательно пригласит меня и проведёт предварительный выбор. Таков закон. Но к тому времени я рассчитываю стать сильнее, найти защиту. Если мы не выясним, кто уничтожил Томани́, нам понадобится сила, чтобы отбиваться.
 Полианна покачала головой, с сомнением отвечая:
 — Ты рискуешь своей жизнью, больше шанса у тебя не будет. А с другой стороны, ты сама говорила, что выхода для тебя другого нет. — Моя собеседница решительно посмотрела на меня, её глаза загорелись, и она вдохновлено предложила: — Ты могла бы остаться здесь, на моих землях… Ты наберёшься сил, обучишься, примешь свою суть. И, возможно, даже призовёшь дракона.
 Я покачала головой, понимая: то, что написал мне отец в той самой тетради, и об этом я не расскажу никому, вот, что главное. А дело было в том, что у меня не было выбора, я должна была оказаться в МагАкадемии. Без вариантов. И я всё сделаю, чтобы учиться там. Всё.
 Полианна не знала всего, поэтому возбуждённо продолжила, пытаясь, видимо, приободрить меня:
 — Это же магический мир, Лилиан. Ты понимаешь? У тебя столько возможностей! Магия, дары, магические существа, да и… драконы!
 Я понимала, почему моя собеседница была так возбуждена. Её магическая пара, драконица Эспе, была даже не призванной, а воплощённой из Дикого Мира. Воплощённые были магически, да и физически сильнее, с ними связь была ближе. Мечта любого мага стать всадником у воплощённого дракона. Но шансы с моими возможностями нулевые.
 Полианна вдруг замерла, а затем спросила:
 — Слушай, а ты же никогда, получается, не летала на драконе. А давай я договорюсь с моей Эспе и мы полетаем вместе. Я покажу тебе, как это чудесно. Поверь, ты никогда  не забудешь этого.
 Я вспомнила этих громадин, тот бой, который совсем недавно наблюдала, когда корабль пиратов во главе с их Лордом Драконом достигли нас и мы дали бой. Это была страшное, но завораживающее зрелище. После этой битвы я лучше понимала, кто такие эти драконы, и не горела желанием на них летать, о чём и сказала:
 — Нет, Полианна, не полечу. Ты знаешь, я их немного побаиваюсь.
 Самое маленькое преуменьшение в жизни, вот что это было. И тут я вспомнила кое-что и попросила её:
  — Тебе принц Филипп недавно подарил пегасов. Вот их я бы навестила, если ты разрешишь. Они просто волшебные. Я нашла в библиотеке крепости про них немного и прочла. Оказывается, они создания воздуха, и не очень-то похожи на тех, что описывались  в нашем мире.
 Полианна рассмеялась довольно, и я поняла, почему, только после её слов:
 — Конечно, я разрешаю. Ты такая осторожная, пойдем вместе, я тебя со всеми познакомлю. — Улыбнулась ещё раз на мой удивлённый взгляд и подмигнула: — Не обращай внимания на мою излишнюю радость, я рада, что ты немного ожила. Те, кто прилетели с моим подарком, кое-что успели рассказать об этих магических существах. Кстати, они вполне разумны.
 Я кивнула, я ведь и правда успела кое-что прочитать о них. Потому что я видела их прилёт и он на меня произвёл неизгладимое впечатление.
 Вам когда-нибудь было стыдно за то, что вы вроде ничего такого и не делали?
 Вот и я час спустя, познакомившись с этими чудесными созданиями, даже полетать успела, выбрав молодую девочку, которая покорила меня с первого взгляда. Так вот, в тот день я просто не хотела отлипать от неё, силой воли заставив себя попрощаться, когда Полианна заметила, что пегасы ещё не полностью привыкли к новому месту и не стоит так долго общаться с ними.
 Я навещала Талу не раз и не два, каждый день. Малышка Тала тянула меня к себе. Нет, она была крупная, а размах крыльев у пегасов поражал. Но среди своих она была самой маленькой. Её магия, необыкновенная  лёгкость и воздушность покорили. Тала любила, когда я расчёсывала ей гриву, она часто начинала пританцовывать, зовя меня полетать. А я прикасалась к ней, чувствуя такую родную магию, её силу, и понимала, что скоро нам улетать. А значит, прощаться. Не стоило прикипать к этому чуду, но я ничего не могла с собой поделать.
 Однажды мы очень долго общались на поляне. Мне всегда казалось, что рядом с Талой со мной происходило что-то удивительное. Остальные пегасы улетели, совершая свой каждодневный дневной полёт, а Тала всё не отлипала от меня, делясь своей радостью и жизненной силой.
 Услышала знакомые голоса, обернулась и поняла, что мой наставник недалеко от нас разговаривает с графиней Стил, леди Полианной. Меньше всего я ожидала, что они подойдут ко мне. А услышав предложение моей бывшей соотечественницы, а теперь главы рода Стил, я еле сдержала слёзы.

Через пару секунд мои губы раздвинулись в улыбке, и я ощутила такое абсолютное незамутнённое счастье, какого не ощущала давно. Тала почувствовала мои эмоции, она неожиданно зарылась мордой мне в волосы и словно пила моё счастье. Потом аккуратно положила голову мне на плечо, и я ощущала себя так хорошо.
 Нашла в себе силы отпрянуть от Талы и нашей общей молчаливой радости, и уточнила на всякий случай:
 — Леди Стил, вы отдаёте мне Талу навсегда? Ведь это подарок… — растерянно закончила, ведь это и правда был подарок Полианне от принца. Она, конечно, могла сколько угодно делать вид, что они просто знакомые и он всего лишь служит в крепости, в которой она временно остановилась, пока восстанавливала поместье. Но ведь я всё видела. Я видела его взгляд.
 Леди Стил подтвердила вспомнив:
 — Кстати, а ведь мы можем сегодня же провести ритуал партнёрства. Пегасы разумны, а ритуал даёт слишком много преимуществ.
 Лэр Ниэль осторожно обмолвился:
 — Леди Стил, я упоминал, что у леди Томани́ магия ещё долго будет восстанавливаться, и ритуал опасен для неё. Один я не решусь, нужны двое сильных магов.
 Та всплеснула руками:
 — Хорошо, что здесь ещё и я есть, не так ли?
 Что же. Ритуал был несложен, и не особо растратен для главы графского рода Стил. Провели мы его чуть позже на удобной полянке, и я была только принимающей, потому что магии во мне и правда была капля. 
 А вот после него мои чувства немного обострились, а ещё я начала чувствовать свою Талу.
 Когда я призналась наставнику о том, что снова почувствовала вкус к жизни, тот устроил мне форменный допрос, а в глубине его глаз я увидела тщательно скрываемую панику. Когда же спросила о причине, он честно ответил не скрывая:
 — Тебе стоит это знать. Думаю, то, что ты принесла с собой, потребовало слишком много от тебя, и родовые знания, запаянные в твоей душе, взяли оттуда чуток. Или Тварь успела откусить, ведь в тебе к тому моменту и брать-то было нечего. Это опасно, очень опасно, ведь душа может начать распадаться. Ты справилась, но твои эмоции и, скажем так, вкус к жизни, были ослаблены.
 — А что же сейчас? И я бы почитала об этом, наставник, мало ли.
 — Твоя Тала приняла тебя, значит, сейчас твоя душа цельная. Магические существа не примут неполную душу.
 Я понимала, что нового друга я обрела за счёт наставника.
 Лэр Ниэль выполнил обещанное леди Стил, и та сполна заплатила за ту существенную помощь, что он оказал. Защита для её земель была разработана, опробована и показала себя очень грозной против Тварей Хаоса. Я даже напросилась на один из вылетов, где команда графини вместе с наставником проверяли действия тех самых симбиотов.
 Я с усмешкой назвала это маго-биологическим оружием, и зерно истины в моём названии были. А ещё мне перепали отростки того самого вьюна, чьи свойства немного изменили ритуалом, добавив ему симбиота в виде чёрного камня.
 Графине повезло, на её земле давно уже добывали чёрный камень, но ей пришлось вложиться почти всеми свободными средствами в ремонт старых шахт. Да и для найма транспортных караванов и охраны к ним нужны были средства. Стационарных порталов на землях королевства Дэфэ не осталось, наставник обмолвился, что только у водников ещё что-то работало, и они охраняли свои оставшиеся порталы как королевскую сокровищницу.
 Сейчас мы находились у огненных и они свои порталы почти все потеряли. Наставник обмолвился, что ходят слухи о личном портале королевского рода, ведущего в важнейшие точки королевства, но и его берегли. А пользоваться им, говорят, могла только королевская семья.
 Почему порталы меня так заинтересовали? Потому что пространственная магия была вотчиной воздушников, а мой далёкий предок, некий Эрин Томани́ и разработал первые порталы, стихийные. Это позже появились порталы, встроенные в артефакты и стационарные, которые переносили не только людей, но и важнейшие грузы. Стихийные были под силу магу только при наличии активного дара перемещения. Стационарными мог пользоваться любой, а вот артефактными только маги с силой выше среднего. Портал можно было прицепить на любой сильный артефакт: кольцо, браслет, ожерелье, медальон.
 Почему меня так заинтересовала эта тема? И откуда я всё это узнала? У наставника подобного не хранилось, он взял с собой книги и сферу с нужными именно ему знаниями. В библиотеке крепости тем более, слишком редкими и ценными были эти знания.
 Удивительно, но после ритуала моя магия стала восстанавливаться чуточку активнее. Я это чувствовала. А наставник не видел и даже засомневался в моих словах, с беспокойством смотря на меня. Пока я однажды не призналась:
 — Лэр Ниэль, вы помните о том огромном скрытом кармане, что увидели у меня?
 Наставник кивнул, и я решилась сказать как есть:
 — Это родовые знания, сохранённые предками, а позже моим отцом. Всё самое ценное, начиная от основ. Они постепенно появляются у меня в голове, пока только самое начало, но я откуда-то узнаю то, чего не знала раньше. Чтобы им усвоиться, организм и тратит каплю за каплей восстанавливающуюся во мне магию.
 Лэр Ниэль осторожно спросил:
 — Скажи, Лилиан, а там есть что-то про дар перемещения и про магию порталов? Хотя бы основы?

Я смотрела на лэра и вспоминала то, что первым появилось у меня в памяти, когда я пару дней назад привычно проснулась в своей кровати.
 Оставленное моим отцом послание. Для меня. Что-то личное, что было только моим, только для меня. Это послание можно было назвать визуальной записью. Я чётко и ясно запомнила внешность отца, манеру говорить и всё, что он хотел мне передать.
 Он был красив, мужественен, у меня был почти такой же оттенок волос, как у него, светлый, чуть золотистый. А вот глаза у него были темнее, чем у меня, уходящие в синеву, а у меня они были нежно-голубого оттенка.
 Позже, когда я вспоминала каждую фразу, каждое слово отца, с такой заботой обращённые ко мне, я понимала, как сильно он любил меня. А ещё хотел сохранить мою жизнь. Даже путём забвения нашей ветви Томани́.
 Отец говорил, что если он не вернулся, значит, угроза остаётся. И самый верный путь остаться на Земле, там, где он меня спрятал. Вторая часть его послания ко мне открылась по причине того, что я всё же вернулась обратно, в свой родной мир.
 А ещё отец говорил о предопределении и о ценности магии, которую несёт старшая ветвь Томани́. У него был слабый дар перемещения, он не смог бы в полной мере продолжить дело предка. Но и у мамы в роду был этот дар, и ей передался в неактивном даре. И на меня они оба очень рассчитывали.
 То, что спрашивал у меня наставник, отец категорически запрещал кому-либо рассказывать. Его слова пропечатались в моей памяти чётко:
 — Никому, милая, не доверяй никому и ничему: ни ласке, ни посулам, ни обещаниям. Одно получишь — кабалу, то же рабство. Заставят на сильный род служить всю жизнь, или замуж выдадут за кого захотят. И тебя не спросят. Сначала найди сильный род и защитника. Того, кто будет любить и ценить. Если же у тебя самой внутри сила будет, стержень, подними род, найди союзников, стань полезна негласному правителю Ангулемских соединённых островов.
 Поэтому я с сожалением покачала головой добавив:
 — Нет, наставник, ничего подобного я не получала. — Я видела, как пристально, с жадным ожиданием он смотрит на меня. А ведь я не солгала, пока что этих знаний не было. Вот только слова отца дали мне чётко понять, они ещё будут.
 Лэр Ниэль с сожалением отвёл глаза приговаривая:
 — Жаль-жаль. И где теперь искать эти знания, когда один род за другим уходят в забвение? Я всю жизнь ищу, каждую крупицу собираю. И каждый раз так, неудача за неудачей. Не идут эти знания в руки, и всё тут!
 Слова наставника насторожили, но и заставили задуматься. А ещё я точно помнила, что у него были совсем другие интересы. Поэтому уточнила:
 — Наставник, но вы сами говорили, что многие годы изучаете свойства чёрного камня, я сама видела, вы создали столько интересных и важных зелий, ритуалов, да и артефактов. Вы же сами мне рассказывали.
 Тот кивнул подтверждая:
 — Вот именно, Лилиан! Дело всей моей жизни! А главная тайна — стационарные порталы. Ведь материальная основа для них выполняется из чёрного камня. Наносятся рунные цепочки, проводится несколько ритуалов, и в одном из них маг-портальщик использует свой дар, создавая этот поистине удивительный артефакт.
 — А вы сами пользовались когда-нибудь таким порталом?
 — Да, пользовался. У водников совсем недавно, был у них года два назад, и свои порталы они берегут. А вот у нас на островах восемнадцать лет назад произошло страшное. Кто-то уничтожил последний стационарный портал в замке герцога Ангулемского. Меня тогда и вызывали. Я был молодым, но уже известным артефактором, рунологом, да  и знал о порталах больше некоторых опытнейших специалистов.
 — А отсюда, например, из замка до Ангулемских островов может перенести портал? Ну, если бы он сохранился и был где-то на этих землях и у герцога в замке?
 Наставник рассмеялся и ответил:
 — Да уж, сразу понятно, как мало ты знаешь об энергии нашего мира и о магии стихий. Нет, если поставить такую задачу, то можно. Но нужны порталы, использующие одну стихию, а на этих землях больше источников огненной магии, а у нас воздушной. И на подобные расстояния нужна дополнительная сила. Не у каждого может хватить собственной магии, а портал плохо переносит через пространство, бедное источниками, из которых берёт силу.
 Я поняла, что лэр Ниэль истинный учёный, желающий чистых знаний, а не выгоды. Но слова отца я помнила, и всё же смолчала. Нет, пока я была настолько слаба, стоило смолчать лишний раз и не выделяться.
 А ещё я выяснила, что моё лечение будет очень дорогостоящим: зелья, ритуалы, хорошее питание. Подобное удовольствие мне было не по карману, совсем. Об этом с сожалением сообщил наставник, когда я спросила, что поможет мне быстрее встать на ноги.
 Одно хорошо, на островах климат будет мягче, да и природные источники будут более подходящие. Не только меня вызывали пред светлые очи негласного правителя островов, но и лэра Ноэла ждала служба у герцога. И если в обучении мне откажут в этом году, я смогу остаться и при моём должном старании, лэр обещал похлопотать и взять своей ассистенткой.
 Письмо герцога указывало на сроки, и было бы глупым заставлять себя ждать. Поэтому как только я окрепла достаточно, да и привыкла к полётам на Тале, мы попрощались с гостеприимными хозяевами и полетели на встречу с судьбой.
 Если бы мы оба летели на драконах, полёт занял бы меньше времени. Но пегас не имел столько внутренней магии и силы, чтобы поддерживать такую же скорость и продолжительность полёта. Да и мне нужен был отдых. Ничего удивительного, что перелёт занял почти неделю против двух-трёх дней. И в конце полёта я была просто вымотана. Поэтому под вечер мы решили искать ночлег, хотя я уже видела горные пики огромного острова, которые приближались, маня конечной целью. И всё же мы решили долететь до острова Ангулем и переночевать там, потому что ничего подходящего для ночёвки так и не нашли.
 Мы были вымотаны и потеряли бдительность. Дракон наставника, Лойер, совершенно неожиданно для нас начал набирать высоту, а моя Тала устремилась за ним ввысь. Я завертела головой, поняв, что до меня долетела волна ужаса, исходившая от моей Талы.
 И увидела их. Это были совершенно другие Твари, непохожие на ту, что встретилась мне раньше. Крылатые, с огромными, мощными, перепончатыми крыльями, длинным хвостом и поджарым телом. А ещё с жуткой пастью, которую они открывали, издавая ужасный звук, от которого внутри поднималась волна паники и ужаса.
 Дракон наставника резко поменял направление, устремившись в тому самому острову Ангулем. Видимо, он лучше знал, где искать защиту. Потому что один дракон не справится с тремя Тварями. А моя Тала им вообще на один зуб. Я прильнула к шее Талы, дрожащим голосом пытаясь её успокоить, хотя и сама понимала, что нам не оторваться.
 Ужасный звук доносился всё ближе, а я и помочь ничем не могла. Оглянулась, понимая, что ещё чуть-чуть и всё, эта жуткая махина настигнет нас и выпьет обеих, оставив только оболочку. Когда стремительная тень сверху опустилась прямо к той Твари, что преследовала нас.