Ненужная невеста-попаданка

«Нет ничего нелепее, чем умереть в костюме Снегурочки!» – успела подумать я, поскользнувшись на пороге своей многоэтажки.

Ещё там точно мелькнула пара неласковых и нецензурных слов в адрес Витьки Сидорова – нашего Деда Мороза, который к тому моменту так набрался, что тащить мешок и прочий реквизит был уже не в состоянии.

Всё это пришлось забрать мне, вот я и потеряла равновесие на скользких ступеньках, ударившись о заледеневший бетон, лишь слегка припорошенный жёлтым песком.

Вообще-то, в нашем провинциальном Дворце культуры и творчества я тружусь костюмером и декоратором, но подруга, подрабатывающая Снегурочкой в паре с Витькой, подвернула ногу и попросила меня подменить её на трёх последних «детских вызовах».

Сценарий был простеньким, потому что выступали мы перед малышами пяти-шести лет, и всё прошло идеально. Последний адрес находился рядом с моим домом, так что даже переодеваться не стала.

Поднимаясь по ступенькам, я уже планировала, на что потратить неожиданную прибыль, когда мир покачнулся, затылок обожгла боль, и сознание отключилось.

Придя в себя, я первым делом порадовалась тому, что жива. Правда, следующая мысль, напомнившая, что оказаться в больнице в костюме Снегурочки – тоже достаточно нелепо, заставила напрячься и осмотреть себя.

Увы, с первого раза это сделать не получилось. У меня болела голова, и перед глазами всё расплывалось.

– Слава богам, Альби! Ты, наконец-то, очнулась! – визгливо заголосил надо мной незнакомый женский голос.

Неприятный высокий звук резанул по ушам и лишь усилил головную боль.

С третьей попытки мне удалось сфокусироваться взгляд на источнике этого раздражающего шума. Я увидела крупную незнакомую брюнетку неопределённого возраста с нелепой гулькой на голове, наряженную в странное пышное синее платье, словно из наших театрализованных постановок.

Вот только именного такого экземпляра в моей костюмерной никогда не было, и мы сейчас точно находились не в ДК.

С трудом осмотревшись, я поняла, что большую светлую комнату с высокими потолками и цветными витражными окнами тоже вижу впервые. И это, определённо, не больница! И не квартира в нашем доме, да и незнакомка ни на кого из моих соседей не походила. Мамочки! Куда я попала?!

Посмотрела вниз – на своё тело, ожидая увидеть костюм Снегурочки, но обнаружила, что лежу в кровати, до подбородка укрытая толстым стёганым серым одеялом.

– Как ты себя чувствуешь, доченька? – заботливо запричитала брюнетка, склонившись над кроватью. И обращалась она явно ко мне.

Вот только моей мамы уже два года не было в живых. И даже если представить, что это сон или бред, выглядела она совсем иначе. К тому же я никакая на Альби, а Аля, Алевтина, если точнее.

– Простите, вы кто? И где мы находимся? – осторожно подала я голос, зондируя почву.

Голова болела слишком реально для галлюцинации. Так куда же меня притащили, и к чему весь этот спектакль?

Неужели Макс, получив от ворот поворот вместе с затрещиной по холёной физиономии, решил так дико отомстить? Вряд ли, у него просто фантазии бы не хватило!

– О, боги! Да ты умом повредилась после нападения! – воскликнула незнакомка, картинно заламывая руки, и вдруг, резко выпрямившись, эмоционально запричитала, обращаясь уже не ко мне: – Вот видите, лорд Эшворд, моя дочь только чудом осталась жива и сильно пострадала! Снова! Неужели вы и это происшествие оставите без внимания?!

Я проследила за её взглядом и едва сдержала желание присвистнуть, увидев вошедшего в комнату мужчину в такой же непривычной одежде, похожей на костюм для театральной постановки. Но на этот раз моё внимание привлекла не одежда, а яркая внешность незнакомца.

Высокий синеглазый блондин с безупречной осанкой и идеально правильными, будто высеченными из мрамора чертами лица завораживал какой-то холодной, суровой и надменной красотой.

Он казался этаким снежным королём, вынужденным снизойти до бестолковых подданных. Даже его слегка волнистые длинные волосы, змеившиеся по плечам, были не золотистыми или пшеничными, а именно белоснежными.

Незнакомец смотрел на меня без малейшего намёка на сочувствие. В синих глазах не тлело даже искорки тепла, зато в них без труда читалась ничем не прикрытая острая неприязнь.

– Что вы, госпожа Лири, разумеется, не оставлю, – заверил он с нарочитой ленцой в голосе. – Я обязательно всё проверю и ничуть не удивлюсь, если выяснится, что весь этот спектакль вы с дочерью разыграли намеренно, чтобы отсрочить неизбежное. Вот только зря старались. Очень скоро я покончу с этим фарсом навсегда! – к последней фразе тон незнакомца изменился, став откровенно угрожающим.

Я даже невольно вздрогнула: настолько убедительно это прозвучало. Утешало одно: кажется, я всё же брежу, поскольку в реальности это происходить просто не могло. Да и таких роковых красавцев я в ней ещё не встречала.

– Как вы можете бросаться такими нелепыми и оскорбительными обвинениями! Альби сильно пострадала! Наш лекарь сказал, что у неё серьёзная травма головы! – снова сердито и возмущённо заверещала брюнетка. – Неужели вы думаете, что я могла бы сделать подобное с собственной дочерью?!

Мужчина вдруг неторопливо подошёл ко мне, продолжающей обалдевать от происходящего, и резко откинул одеяло, оголив по пояс.

– Что вы делаете? – испуганно пискнула я и в панике посмотрела вниз, теперь уже надеясь, что костюм Снегурочки всё же на мне, но на теле обнаружилась плотная белая ночная рубашка с длинными рукавами.

Что ж, не голая – уже хорошо. Даже в бреду оконфузиться не хотелось бы. Тем более перед таким экземпляром.

– Если нападение не подстроено, то почему ваша дочь сняла защитный амулет, который я заказал специально для неё? – сухо, но в то же время язвительно поинтересовался блондин, впившись острым взглядом куда-то в область моей шеи. – Детали происшествия будут тщательно расследованы, не сомневайтесь, но независимо от результатов, повторяю, разрыва помолвки не избежать! Я не опозорю свою семью браком с низкородной! Так что готовьтесь! – холодно резюмировал он, смерив меня всё тем же неприязненным взглядом, и вышел из комнаты.

– Какой ужасный у твоего жениха характер! – огорчённо покачала головой брюнетка и вдруг решительно заявила: – Зато родословная и состояние – одни из лучших в Ланзории. Тебе все завидуют, Альби, и ты должна сделать всё возможное и невозможное, чтобы сохранить эту помолвку и добиться брака с Эшвордом!

Это она мне, что ли? Получается, вот это ледяное величество – мой жених, который жаждет от меня избавиться?! Да уж, таких знатных глюков я ещё никогда не ловила! Да, собственно, и невестой официально ни разу не была, потому что, по мнению окружающих, предъявляла к мужчинам завышенные требования.

Возможно, так и было, ведь и этот «Снежный король», несмотря на идеальную внешность, сразу оттолкнул грубостью и высокомерием. Такое неприятно даже во сне. Или это не сон? Что же всё-таки со мной происходит?

Вспомнив самый банальный способ проверки связи с реальностью, я с силой ущипнула себя за руку. Поморщилась, испытав самую настоящую боль, присоединившуюся к головной, и вдруг удивлённо ахнула, только сейчас заметив на своих плечах длинные тёмные волосы.

Откуда, ведь у меня уже больше года короткое каре и естественный рыжий цвет волос?!

– Можно мне зеркало? – взволнованно попросила брюнетку.

– Не волнуйся, удар пришёлся на затылок. Там, конечно, шишка внушительная, однако лицо не пострадало, – заверила женщина, решив, что я беспокоюсь о подпорченной внешности, но всё же поднесла к постели небольшое настольное зеркало, и я испуганно вскрикнула, увидев в нём совершенно незнакомое отражение!

– Совсем скоро ты поправишься полностью. Даже хорошо, что так сложились обстоятельства. Эшворд теперь чаще будет тебя навещать. Значит, ты, наконец, сможешь его соблазнить и ускорить ваш брак, который упрочнит наше положение в обществе. Ты ведь сделаешь это ради семьи, Альби? – напирала брюнетка.

Что?! То есть мне ещё и этого ледяного истукана соблазнять предстоит! От таких перспектив я со стоном заползла под одеяло.

Через трое суток, тянувшихся медленно и томительно, я вынуждена была признать, что не сплю и не брежу. Головная боль, благодаря травяным настоям, которыми меня усиленно пичкали, практически исчезла, но в остальном, увы, ничего не изменилось.

Каждый раз, засыпая, я мечтала открыть глаза в своей квартире или хотя бы в привычной обстановке российской больницы! Увидеть знакомые лица друзей и коллег!

Но когда просыпалась, рядом снова торчала брюнетка, либо молчаливая полная пожилая женщина из прислуги, приносившая мне еду и лекарства, а иногда хорошенькая юная блондинка Люсиль, называвшая брюнетку мамой, а меня, соответственно, сестрой.

Пришлось принять как данность, что я застряла в этом странном месте на неопределённое время и теперь являюсь не гражданкой Российской Федерации Алевтиной Зайцевой, а жительницей некоего королевства Ланзория Альбионой Лири – дочерью почти разорившегося аристократа Нильса Лири и его бывшей экономки – Кайлы Риверс.

Их брак считался мезальянсом не столько из-за происхождения Кайлы, сколько из-за отсутствия у неё магического дара. Потому и мы с Люсиль, имеющие лишь жалкие крохи этого дара, считались в местном сообществе, мягко говоря, невыгодными партиями.

И, разумеется, высокородный Кристиан Эшворд – один из самых завидных холостяков и сильнейших магов королевства никогда бы не посмотрел в сторону Альбионы, если бы с Нильсом Лири его однажды не связал долг жизни.

В уплату тот мог попросить что угодно, но потребовал, чтобы Эшворд женился на одной из его дочерей, а поскольку Альбиона была старшей, именно с ней высокородному аристократу пришлось заключить помолвку.

Естественно, Эшворда такое положение вещей совершенно не устраивало, и он усиленно искал способ обойти договор, скреплённый магией, до того, как придётся заключить унизительный для его рода и положения брак.

Нет, мне никто об этом не рассказывал. Информация обрушилась изнутри лавиной чужих путанных воспоминаний, из которых не сразу удалось вычленить главное. Всё это напрягало и откровенно пугало, но изменить я ничего не могла.

Пыталась, разумеется, объяснить Кайле, что не являюсь её дочерью, но в ответ получила приступ истерики и категоричное заявление, что если я буду повторять подобное, Эшворду не составит труда официально признать меня сумасшедшей, упечь в местную вариацию психушки и разорвать помолвку на этом основании.

Похоже, для брюнетки, называющей себя моей матерью, желание породниться с лордом Эшвордом было гораздо важнее всего остального. Мне же совсем не хотелось оказаться в лечебнице для душевнобольных, поэтому разговоры о переселении душ я больше не заводила.

Решила играть роль Альбионы и действовать по обстоятельствам, пока не пойму, что делать дальше.

Во всей этой странной ситуации был только один плюс – новая внешность. Моей самой большой проблемой и причиной многих комплексов всегда был низкий рост. Про таких обычно говорят – метр с кепкой.

Смотреть на всех снизу вверх мне не нравилось. Я практически никогда не чувствовала себя комфортно. Приходилось всё время ходить на высоких каблуках. Наверное, поэтому и поскользнулась на ступеньках.

Альбиона Лири была миловидной голубоглазой брюнеткой среднего роста. И когда мне разрешили встать, я, наконец, ощутила то чувство комфорта и гармонии с телом, которого мне обычно так не хватало.

Четвёртый день моего пребывания в образе Альбионы начался с непривычной суеты. Кайла затолкала меня в туалетную комнату, где стояла наполненная горячей водой большая, широкая круглая деревянная ёмкость, служащая ванной. Велела мне хорошенько вымыться и переодеться в чистое бельё.

Уговаривать не пришлось. Я с удовольствием погрузилась в горячую воду и вымыла голову каким-то мыльно-травяным раствором, а когда вернулась, меня принялись старательно причёсывать и наряжать, предлагая такие же, как у Кайлы, старинные кринолины.

– Зачем это? Мы ждём гостей или куда-то едем? – спросила я, желая понять, к чему готовиться.

Резкой смены декораций не хотелось. Я ещё к этим-то толком не привыкла.

– Лорд Эшворд прислал сообщение, что заедет сегодня к нам с новостями. И ты должна выглядеть как можно привлекательнее! – ответила Кайла, продолжая колдовать над моими волосами.

Значит, «Снежный король», которого я пока видела лишь однажды, сегодня снова почтит нас своим присутствием. Вспомнив, с какой неприязнью красавец-блондин смотрел на меня, то есть на бедняжку Альбиону, я никакой радости по поводу его предстоящего визита не испытала.

Да, у него была причина не желать этой помолвки и свадьбы, но ведь и Альбиона стала всего лишь заложницей обстоятельств. Пусть вон лучше главе семьи претензии предъявляет. Правда, Нильс Лири сейчас дома почему-то отсутствовал.

– Зря стараешься, роковой красавицей она всё равно станет, – недовольным тоном проворчала появившаяся в дверях Люсиль. – Слишком простая внешность. Как у служанки. Никакой утончённости и аристократизма!

Насколько я поняла из недолгого общения с этой девушкой, она отчаянно завидовала сестре и мечтала оказаться на её месте. Правда, только в качестве невесты Эшворда, но явно не в качестве жертвы нападения. А ведь на Альбиону, получается, уже дважды покушались.

К сожалению, именно этих моментов в доставшихся мне воспоминаниях не было, и я даже предположить не могла, кто и зачем это делал. Зато вспомнились недавние слова жениха Альби.

– Кстати, где мой защитный амулет? Вдруг лорд Эшворд снова про него спросит?

Люсиль сердито поджала губы и упрямо вцепилась в изящную золотую цепочку с небольшим кулоном в виде переливающейся голубой капли, висящую на шее. Интересные дела. У сестрицы-то он как оказался?

– Дорогая, отдай амулет Альбионе. Лорд Эшворд действительно был недоволен его отсутствием, – после затянувшейся паузы мягко поддержала меня Кайла.

– Сама же поносить дала, – обиженно проворчала Люсиль и неохотно отдала украшение, которое я поспешила надеть. В такой непонятной ситуации защита точно не помешает.

Местная мода мне не нравилась, но поскольку альтернативы не имелось, пришлось согласиться на пышное кремовое платье, порадовавшись тому, что корсетами здесь женщин не мучили.

Однако нижнее бельё всё же оставляло желать лучшего. Особенно меня шокировали длинные мешковатые панталоны из неприятной на ощупь ткани с нелепыми кружевами внизу. Пообещала себе перешить их во что-нибудь более короткое и женственное, как только появится возможность, а пока приходилось просто терпеть.

Едва мы покончили с приготовлениями, как служанка сообщила о прибытии лорда Эшворда, а через несколько минут он вошёл в гостиную, где мы собрались, всё такой же идеальный и ледяной.

Обвёл нас уже знакомым неприязненным взглядом, остановил его на мне и, не тратя время на приветствие, заявил:

– Я выяснил, что нападения на вашу дочь действительно не были подстроены. Правда, на след преступников дознаватели пока не вышли и вряд ли выйдут без нашей помощи. Вы ведь не откажетесь помочь в их поимке, моя дорогая невеста?

Слово «дорогая» он произнёс с такой явной издёвкой, что меня покоробило.

– Каким же образом я могу в этом помочь, мой дорогой жених? – с невинным видом уточнила я, старательно скопировав его интонации.

Просто не удержалась от крохотной подколки, чем заслужила испуганно-возмущённый взгляд Кайлы, всё утро убеждавшей меня не говорить ничего неосмотрительного. А ледяное величество скривился так, будто сразу половинку лимона в рот засунул, и сухо объяснил:

– Ничего особенного от вас не потребуется. Покушения совершались, когда вы занимались обычными делами, согласно ежедневному распорядку. Продолжайте это делать только теперь под скрытым наблюдением. Тогда при следующем покушении преступников точно схватят.

При следующем покушении? Это что он мне сейчас предлагает стать приманкой для убийц?!

Самое неприятное, его слова не звучали как предложение, от которого можно отказаться. Похоже, тут кто-то уже всё решил за меня, а я этого очень не люблю.

Да, в первые дни, пока не понимала, что происходит и старалась во всём разобраться, я почти никому не перечила и со всем соглашалась. Но сейчас просто плыть по течению уже было небезопасно.

– Вы предлагаете мне стать наживкой, лорд Эшворд? – спросила я спокойно. Пока спокойно. Нужно же сначала прояснить ситуацию. Вдруг он имел в виду что-то другое. Хотя это, конечно, вряд ли.

– Альби! – испуганно ахнула Кайла. Называть её матерью я пока не могла даже мысленно. Почему-то не вызвала эта женщина никаких положительных эмоций.

– Можно и так сказать, если вы настаиваете на столь прямой формулировке. Но вам ничего не грозит. Об этом не стоит беспокоиться, – прежним сухим холодным тоном заверил жених. – Я лично буду контролировать этот процесс.

– О, вы так добры и заботливы! – восхитилась Кайла, удивив меня такой реакцией. Люсиль же просто пожирала красавца-блондина влюблённым взглядом.

Приплыли. Неужели и настоящая Альбиона посчитала бы это сомнительное предложение верхом доброты и заботы? Сложно сказать. Мне достались некоторые её воспоминания, но не доступ к эмоциям. Это мешало вжиться в образ.

Впрочем, сейчас я всё равно не смогла бы изображать несуществующую радость и горячую влюблённость или покорно промолчать.

– Простите, мне нужны не слова, а гарантии. Всё-таки речь идёт о моей жизни, – возразила вежливо. Очевидно же, никто другой здесь за меня не заступиться. Придётся самой отстаивать свои интересы.

– То есть моего слова вам недостаточно? – нахмурился Эшворд, видимо, ожидавший другой реакции.

Какой? Восторженных аплодисментов и сердечек в глазах? Ну, извините… ни того ни другого не завезли.

Сестра и мама Альбионы дружно одарили меня испепеляющими взглядами, призывая не нарываться и заткнуться, но Остапа, как говорится, понесло.

– Ваше слово, конечно, весомый аргумент. Но ведь если следующее покушение завершится моей смертью, вам это будет только на руку. Не придётся думать, как избавиться от навязанной невесты, не получив магический откат. Верно?

– О, боги, Альби, что ты такое говоришь?! Не слушайте её, лорд Эшворд! После травмы она сама не своя! – испуганно запричитала Кайла.

– Тут вы ошибаетесь, Альбиона, – с холодной усмешкой возразил жених, впервые взглянув на меня не как на раздражающий предмет интерьера, а как на живого человека. Несомненно, тоже раздражающего, и всё же разница была ощутима. Он словно вообще меня впервые увидел. – Ваша смерть проблему не решит, ведь у вашего отца останется ещё одна дочь. И тогда мне придётся всё повторить с ней.

Судя по вспыхнувшему взгляду Люсиль, ради такой рокировки она готова была придушить меня лично и прямо сейчас. Да и Кайла, похоже, не возражала бы против смены невесты.

Да уж, не повезло девчонке с родственницами. И отец, не соизволивший даже навестить дочь после нападения, очевидно, был не лучше.

– Но я не намерен затягивать с этим фарсом и заинтересован решить проблему как можно скорее. На этапе помолвки. Поэтому вы нужны мне живой. Какие ещё гарантии вам требуются?

Синие глаза жениха теперь меня буквально сканировали, обдавая зимним холодом. Клянусь, я ощутила его физически и с трудом подавила желание поёжиться.

Честно говоря, Эшворд меня не особо убедил, зато разъярённый взгляд Кайлы свидетельствовал о том, что она сама меня прибьёт, если снова начну возражать и перечить. И всё же я рискнула внести предложение:

– Может, просто нанять на это время похожую на меня девушку? Загримировать и проинструктировать. Пусть она будет наживкой. Тогда я точно не пострадаю.

Чем не идея? Я в каком-то детективном сериале такое видела.

– Во-первых, мне не хотелось бы выносить эту ситуацию за пределы узкого круга осведомлённых людей. Во-вторых, процесс может затянуться. Вы готовы всё это время сидеть взаперти, прячась даже от близких друзей? – на удивление терпеливо привёл свои доводы Эшворд.

– А тебя, между прочим, в академии ждёт не дождётся Рубина Дорис. Вы ведь с ней лучшие подруги! – добавила Люсиль аргумент, как ни странно, оказавшийся самым убедительным.

Лучшая подруга может знать об Альбионе гораздо больше, чем родственницы, не считающиеся с её мнением. Например, что такого могла сделать девушка, чтобы спровоцировать моё появление в её теле?

В тех немногочисленных произведениях о приключениях попаданок, которые я прочла, обмен душами, как правило, был результатом каких-то ритуалов. Как правило, запрещённых и кровавых, но не суть. Так что мне просто необходимо пообщаться с этой Рубиной.

– Хорошо, если вы гарантируете мне безопасность, я согласна, – сказала, не отводя взгляда от синих льдинок в глазах Эшворда, продолжающих замораживать всё сильнее.

– Гарантирую, – неохотно заверил он. – Начинаем завтра с поездки в академию. Не нужно ничего бояться. За вами незаметно будут следовать мои люди.

 После этих слов жених просто отвернулся и, похоже, собрался покинуть нас по-английски, не прощаясь, что уже не удивляло, он ведь и на приветствие не разменивался. Ну и манеры у этих аристократов высшего ранга!

И вот тут мне бы, наверное, следовало промолчать, но с губ вдогонку блондину уже сорвался вопрос, который не давал покоя с момента его заявления о помощи дознанию:

– Простите, лорд Эшворд, но… для чего вам заниматься работой дознавателей? Я просто не понимаю, зачем вы это делаете?

Ну, правда, если это не ловушка для меня, к чему такие заморочки? В чём его выгода? Ведь без выгоды такие люди и шагу не ступят.

Блондин остановился и неохотно обернулся.

– Затем, что задета моя честь, – прозвучал холодный равнодушный голос. – Никто не смеет посягать на то, что принадлежит мне. Даже если это… – ледяной взгляд, полный пренебрежения, лениво скользнул по моему лицу и телу, подчёркивая каждое слово, – мне совершенно не нужно…

Бр! До чего же неприятный и высокомерный тип! Я с трудом удержалась от заверения, что это полностью взаимно и такой жених мне даром не сдался, но надеюсь, в моём взгляде все невысказанные эмоции отразились в полной мере

Едва Эшворд покинул наш дом, на меня обрушился шквал негодования Кайлы и Люсиль, обвинявших в неблагодарности и грубости.

– Не понимаю, что с тобой происходит, Альби! – возмущалась Кайла. – Ты ведь была влюблена в лорда Эшворда и мечтала о вашей будущей свадьбе! Так почему так грубо с ним разговаривала?!

Значит, всё-таки Альбиона, как и Люсиль, влюбилась в этого ледяного истукана! Жаль. Неужели мне теперь придётся притворяться рабой любви? Или ликвидацию светлого чувства получится списать на травму?

В любом случае открещиваться от прошлого слишком резко и категорично пока не стоит. Им моё поведение и без того кажется странным.

– Эм… я просто очень испугалась, что очередное покушение на этот раз увенчается успехом, – объяснила сдержанно.

– Но ведь твой жених сказал, что ты будешь под защитой. Зачем начала спорить?! Всё-таки ты очень изменилась после травмы!

– Или после ночного посещения фамильного склепа, – вставила вдруг Люсиль странное замечание, одинаково удивившее и меня, и Кайлу.

– О чём ты говоришь, дорогая? – потребовала мать отчёта, смерив меня подозрительным взглядом. – Альби, ты ходила в склеп ночью? Зачем?

– Я не понимаю, о чём речь, – ответила совершенно искренне. В воспоминаниях, доставшихся мне от настоящей Альбионы, ничего такого не было.

– Ты лжёшь! Я видела, как ты шла туда в ночь поминовения предков! – стояла на своём Люсиль. – Наверное, какой-то ритуал проводила на привлечение внимания лорда Эшворда, только что-то не особо помогло!

После её слов, подтвердивших мои собственные подозрения, в душе встрепенулась надежда. Мне уже прямо не терпелось поговорить с лучшей подругой Альбионы, которая могла что-то знать, в том числе и об этом.

– Какой ритуал с её уровнем магии, не говори глупости. Наверное, просто помянуть ходила и о чём-то попросить, верно, Альби? – предположила Кайла и посмотрела на меня, ожидая подтверждения своей теории.

– Да, наверное, так и было, – не стала я разочаровывать родственницу. – Если честно, после травмы у меня в голове всё как будто смешалось. Некоторые моменты я просто не помню, – добавила осторожно.

Такая легенда не помешает, если не смогу ответить на какой-то её вопрос или слишком сильно выпаду из привычного им образа.

– А как же ты будешь в академии справляться? – испуганно заахала Кайла, и остаток дня они с Люсиль меня инструктировали, напоминая всё, что должна была знать Альбиона.

На следующее утро в академию я отправлялась со смешанными чувствами. С одной стороны, несмотря на заверения Эшворда, побаивалась повторного нападения. С другой, надеялась поговорить с Рубиной, естественно, не раскрывая карт, и хоть немного прояснить ситуацию со своим попаданством.

А ещё мне было банально интересно своими глазами посмотреть на это сказочное королевство и волшебную академию, где всё завязано на магии!

Просто в глубине души я до сих пор не верила, что на самом деле оказалась в чужой шкурке и надеялась, что это странное явление скоро завершится моим возвращением домой. Так что пока предпочла концентрироваться на приятных моментах.

В Ланзории, как и у нас, царила зима. Не слишком морозная, но богатая на белый, искрящийся на солнце снег, щедро украшавший деревья и здания.

Конный экипаж, в который меня посадили, был закрытым, удобным и бодро катил по скользкой мостовой. А я припала к холодному стеклу окна, жадно впитывая картины незнакомого мира, и забыла обо всём остальном.

Простых домов здесь просто не было – сплошные особняки разных размеров и едва ли не дворцы и замки! Массивные, величественные здания преимущественно из светлого камня украшали изящные узоры резьбы и лепнины, изображавшие цветущие растения, мифических животных и какие-то непонятные символы. Многие фасады мягко светились изнутри, словно фонарики.

Но меня поразило не это, а магия в действии. Я видела, как у дверей магазинчика женщина выбивает ковёр, зависший в воздухе. Он сам подставлялся под её движения. А мужчина, прогуливавшийся по тротуару, вернул улетевшую от ветра шляпу, просто щёлкнув пальцами. Здесь магия была не чудом, а частью быта, удобным инструментом, чем-то столь же естественным. как дыхание!

Это завораживало и восхищало! Я даже позволила себе помечтать, что тоже смогу вот так легко и непринуждённо ею пользоваться, но потом вспомнила, что со слабым даром Альбионы это вряд ли получится.

Экипаж миновал оживлённый торговый квартал, где витрины светились яркими, разноцветными огнями, приманивая  таким образом покупателей, и выехал на широкую дорогу, обрамлённую огромными вековыми деревьями.

Вскоре впереди показалась цель моего путешествия – Королевская академия магии Ланзории, от красоты которой захватывало дух. Это было не один большой замок, как я себе представляла, а целый комплекс зданий с остроконечными башнями, устремлёнными в серое зимнее небо.

Экипаж остановился у высоких массивных кованых ворот, украшенных замысловатыми узорами, и вскоре я уже была за ними.

На территории академии, вымощенной идеально гладкими тёмными плитами, тщательно расчищенными от снега, кипела жизнь. Сотни студентов в тёплых плащах разных цветов сновали туда-сюда, образуя оживлённые группы.

Я растерялась и остановилась, лихорадочно вспоминая наставления Кайлы. Где-то здесь уже должна быть Люсиль, пожелавшая добираться отдельно, чтобы, как она выразилась, не мешать расследованию. Мы договаривались встретиться у ворот, но пока что я её среди студентов не заметила.

Зато мне навстречу вдруг поспешила симпатичная румяная кареглазая девушка, расплывшаяся в широкой улыбке. Её лицо точно мелькало в обрывках воспоминаний Альбионы.

– Альби! Наконец-то! – Она почти подбежала и, не дав мне опомниться, обняла. – Тебя так долго не было! Я уже начала беспокоиться! Люсиль говорила, что ты слегла с простудой.

Понятно, видимо, сор из избы Лири выносить не стали и всем подряд о нападении на старшую дочь не рассказывали, а эта девушка, очевидно, и есть Рубина.

Прежде чем я успела подобрать слова для ответа, она схватила меня за руку и быстро повела в сторону, подальше от основного потока студентов.

– Ну что, у тебя получилось? – прошептала Рубина, наклонившись так близко, что её тёплое дыхание коснулось моего уха. – Тот ритуал в фамильном склепе, для которого ты просила мой магический накопитель, сработал?!