Непокорная в океане, или Береги хвост, дракон!

Как же я ненавижу этого несносного водяного дракона Орина Лаэрона! Ух, великие Джанжинапи, чтоб ему пусто было! Снова своими волнами чуть не разрушил наш остров! А это целое королевство! 

Я предвкушала прекрасный день, потому что сегодня должна увидеться со своим женихом. И уже думала, как побыстрее избавиться от своих обязанностей старшей сестры-няньки и улизнуть?

Дело в том, что младших сестер у меня целых семь! Это огромный выводок настоящих водяных фейри – фей реки. Пока они маленькие, они могут превращаться в рыбок и крабиков и расползаться, кто куда!  Мне очень хотелось сдать их побыстрее бабуле Дафне и бежать готовиться к свиданию с моим Сэмюэлем, поэтому я немного летала в облаках.

Утро, как всегда, было восхитительным. Пахло ароматными франжипани и свежей, умывшейся росой зеленью. Джунгли раскинулись по строву, как шелковое покрывало на плечах спящей красавицы, а океан нежно дул ей в лицо солью.

Ящерицы выползли греться на солнце, насекомые жужжали на цветочках, яркие попугаи чистили свои крылышки в пальмовой тени, обезьяны качались на лианах.

Ну а я с сестрами сидела в небольшом каменном природном бассейне, на мелководье, пока сестрички играли с рыбками.

Вокруг острова тянулся коралловый риф, за ним были сильные волны, и малышам выплывать туда было опасно. Да что там говорить – мне тоже там нечего делать! Хотя в отлив и в спокойную погоду поплавать среди рифов и посмотреть на морских рыбок – одно удовольствие. 

Вообще-то мы, речные фейри, и принадлежим реке. Особенно, пока маленькие. Река – наши ясли. А когда мы вырастаем, мы обзаводится двумя ногами и вообще ничем не отличаемся от тех же человеческих женщин. Только у нас уши острые, потому что мы далекая родня эльфам. И живем также долго. 

Когда мы попадаем в воду, мы можем обзавестись хвостом и плавниками, но это не обязательно. Взрослые особи себя контролируют. Мне, на самом деле, такой контроль без надобности. Люди о нашем острове не знают. 

И вообще, наш сосед – это могущественный дракон Орин Лаэрон, подчинивший себе весь океан. А мы что – мы всего-то небольшой остров! У нас тут есть своя река, джунгли, потухший вулканчик и коралловый риф. Вот и всё богатство.

И вот я гонялась по природной ванне, уже с утра прогретой солнцем, за своими маленькими сестренками, как вдруг увидела рябь на воде. И тут же почувствовала, как трясется скала, в которой мы сидим. Я быстро, словно ловкая ящерка, залезла повыше, на самый высокий пик, и посмотрела туда, где наша река, убегающая из джунглей, впадала в океан. 

И я сразу поняла, что что-то не так. 

Обычно море встречает солнечной игрой бликов, слепящих глаза и шепотом нежных волн, шершаво облизывающих мелкую белую гальку. Сейчас вдруг стало тихо. В джунглях тихо бывает, только когда на охоту выходит крупный хищник – настолько опасный, что все вокруг замирают и прячутся. 

Что произошло? Какой ещё саблезубый тигр вышел на охоту? Я заметила, как внизу задрожали листья пальм, а ещё скала, на которой я сидела, тоже вся дрожала.

Кажется, вокруг уже поняли, что грядёт что-то страшное.

И тут я увидела волну в половину неба.

– А-а-а-а! Джованна, Лайна, Крашна, Майа, Стейви, Триша, Молли! – я перечислила имена всех своих сестёр и с визгом скатилась со скалы. – Быстро сюда! Соберитесь все вместе! Эй! Это не игра! Я очень серьёзна! 

Я посмотрела вдаль, в просвет между скалами. Горизонт плавился от золотого света. Сначала показалось, что это какой-то мираж, что солнце отражается в утреннем мареве. Но потом я поняла, что вижу солнце сквозь водяную стену. А потом до ушей донесся низкий, протяжный звук, похожий на глухое биение сердца. 

– Это ведь где-то в океане извергается вулкан… – прошептала я. – Или водяной дракон играет в водное поло…

Оба варианта были равнозначны. 

Сестрички, чтобы лучше рассмотреть происходящее, все приняли вид девочек с рыбьими хвостами и растянулись на скале. Волна ещё была далеко, но уже закрывала половину небосвода. 

– Сестричка, вода решила поиграть и бежит к нам! – пропищала Триша. 

Кажется, сестрёнки не понимали всю степень опасности, что нам грозит. Волна завораживала. Её гребень блестел розовым, золотым и бирюзовым, как будто солнце и облака за ним собрали все немыслимые краски, чтобы отразить их в стене воды.

– Ты не посмеешь тронуть мой остров, наглый дракон! – прошипела я, разворачивая сетчатую сумку из ракушек. – Сестрички, быстро обращайтесь в крабиков и прыгайте сюда! Ваша сестра Найалани будет срочно применять магию! Так что мне надо, чтоб руки были свободны!

– Лани! Ну Лани, можно посмотреть ещё? – закапризничала Триша.

– Если вы считаете, что это красиво, то вы… ошибаетесь, – собралась я с духом, чтобы такое сказать. Прозрачная стена воды играла всеми красками света. И неслась на нас с такой силой и мощью, что, должно быть, была способна смыть наш остров. По крайней мере, всё, что есть на нём.

– Ненавижу водного дракона, – прошептала я, собирая крабиков сестёр. – Ух, задала бы я ему, если б встретила!

Собрав сестричек, я быстро пробежала по скале и спрыгнула в воду. Занырнула, чтобы проплыть под каменным сводом, но обнаружила, что вода совсем ушла. 

– Видимо, настоящее цунами, раз вода отходит, и так стремительно, – я покачала головой. 

– Да нет, Лани, это стройка идёт в океане, – проскрипел деда Шкряб. Я оглянулась и увидела старика, вольготно устроившегося на теплом плоском камне.

– Деда Шкряб, да ты шутишь?! – не поверила я. – Они что, что-то там взрывают?

– Подводный город строят.

– А зачем?

– Дракон хочет удивить одну морскую царицу. 

– А зачем её удивлять? 

– А что ты меня спрашиваешь?

– Он женится на ней? 

– Да он ни на ком не женится. В гарем забирает, вроде.

– И зачем тогда подводный город?

– Потому что может?

– Они там вулканы взрывают, а у нас тут волна за волной на остров накатывает!

– Ну а я что?

– Деда Шкряб! Помоги мне!

– Опять, Найалани? Я уже старый!

– Ты колдун, деда Шкряб! Это твоя прямая обязанность! Бежим!

– Какое ж бежим, Найалани? Говорю, старый я! Я в труху рассыплюсь! Найалани!!! А-аа-а!

Я столкнула его с берега в воду. И, наверное, сделала это зря. Вода отходила так стремительно, что река обмелела и течение в ней усилилось. Словно всю воду вытягивало из острова. Нас с дедом Шкрябом попросту смыло в океан.

Нас вертело, крутило, несло в потоке вместе с водорослями, камнями и ракушками. Мимо проносились обезумевшие косяки рыб.

– Деда Шкряб! Нас несет на риф! – прокричала я, едва мне удалось высунуться из воды.

– Малявок собирай, Найалани! 

– А-а-а! – я обнаружила, что сеточка моя разорвалась, и крабики расплываются от меня в разные стороны. Режим хищной фейри тут же включился! Растопырив во все стороны колючие жабры, я принялась собирать малюток, сцапывая их в руки. 

– Лайна, Крашна, Майа, Джованна, Стейви, Молли, Триша! Где Триша!? – голова моя завертелась в разные стороны. Одного маленького крабика не хватало. Мимо проплыла испуганная рыбка. 

– Триша! – выкрикнула я, хватая сестру руками. – Быстро в крабика! Куда мне вас всех?

– Давай в мою сумку! – Деда Шкряб, уцепившись за две скалы, возвысился над водой, опутывая щупальцами камни. Он подал мне руку, я вцепилась в неё, как клещами. Деда Шкряб подтянул меня на скалу. Крабики переползли по мне – по волосам и плечам перелезли с меня на тесьму стариковской сумки и скатились по ней внутрь.

– Не расплывутся? – испугалась я.

– Нет, будут в безопасности, – деда Шкряб посмотрел на водную стену. – Ну что, Найалани, придётся встречать волну?

– Ага, деда Шкряб, – я размяла руки. – Будем встречать. Опять.

Это происходило не впервый раз. Но всё ещё пугало до жутиков. Ох, великие Джанжинапи, за что нам это всё?!

Я подняла ладони к небу и тихо запела заклинание, и то же самое сделал деда Шкряб. Вода вокруг, наша река, прибрежные воды океана, и даже вся влага в воздухе начали отзываться на зов. Струи воды, сначала мелкими капельками, потом ручейками, поползли вверх, горячий воздух наполнился звоном, крошечные капельки отзывались на каждое слово.

– Амари на луа, эйли на хиара,
Синтали морэ, айа ленара,
Клайни ди вена – клайни ан-о-о!

В воздухе начали появляться и переплетаться друг с другом светящиеся нити. Они закручивались в спирали и создавали узор, похожий на рой танцующих рыбок.
Из этих сплетений рождался холодный серебристый свет – с оттенком аквамарина и жемчуга. Вокруг нашего острова медленно возникал барьер. Он клином выпячивался навстречу волне – наш переливчатый купол, похожий на гигантскую чешую водного дракона. 

Я, на самом деле, никогда не встречала такого дракона, но видела его чешуйку. У одной фейри она служила большим напольным зеркалом. В нашем защитном куполе  отражались небо, солнце и сама надвигающаяся на нас волна.

– Ой, как страшно, деда Шкряб, – призналась я.

Когда волна приблизилась, наш барьер дрогнул и прогнулся. Я словно почувствовала всю тяжесть и мощь надвигающейся воды на своих руках и плечах. Ох, великие Джанжинапи, какая ж тяжесть!

Но барьер выстоял и разделил волну надвое. Плавно и мягко две гигантские массы воды обошли остров с обеих сторон, не причинив ему вреда, и вновь сошлись за ним.

– Амари на луа-а-а… – протяжно продолжал петь деда Шкряб. – Джанжинапи, на луа-а-а…

– Ай, как обидно, деда Шкряб! – в сердцах призналась я.

– Держи барьер, Найалани, ещё ушла не вся вода!

– Я держу, деда Шкряб! Но скажи, – я хотела вытереть выступившие от перенапряжения слёзы, но руки были заняты. Надо было держать их вытянутыми ладонями вперёд, чтобы сохранять плетение заклинания. – Скажи мне, разве водяной дракон не понимает, что своими волнами уничтожает целые острова?

– Он властитель океана, что ему какой-то маленький остров, – задумчиво произнес деда Шкряб.

– Но ведь тут живут наши фейри! Тут полно рыб, птиц, животных! Как можно всё это взять и смыть в воду?

– Острова возникают и исчезают, а океан вечен, – деда Шкряб размял пальцы. Барьер слабел, но и волна, кажется, шла на убыль. – Чтобы не дежурить на скале, надо бы поставить следящий магический экран, Найалани. Поможешь старику найти и разбудить дюжину морских раковин?

– Конечно, деда Шкряб.

Я подумала, что именно поэтому он и греется на скалах, чтобы следить за океаном, наш старый колдун.

– Я схожу к дяде. Хочу поговорить про этого несносного драконьего императора океана! – я фыркнула.

– Ну сходи, Найалани, поговори, – деда Шкряб вздохнул. Волна прошла, и теперь предстояло проверить, обошлось ли везде без последствий?

Мои дорогие, вот и моя тропическая новинка! Нас ждут приключения и красивые виды с затерянного в океане острова, где живут речные феи, неунывающая предприимчивая героиня и в этот раз очень наглый, красавец дракон!
Посмотрим на героев поближе:

С огромным удовольсвием открываю яркий, знойный литмоб

– И что, он опять скажет, что это случайность, да? – стою, вся растрепанная, перед своим дядей министром. 

– Вообще удивительно, что он соизволит с нами разговаривать, – отвечает мой дядя Фердинанд, раздувая жабры. У мужчин его возраста почему-то считается солидным частично оставаться в речном обличии. Поэтому дядя сидит в кадке с водой, высунув из неё хвост.

– Ведь и не с нами, так? А с каким-нибудь представителем от всех островов в округе!

– Хоть бы и так, – дядя вздыхает. – Что ты от меня хочешь, Найалани?

– Добиться встречи с императором океана, драконом Орином Лаэроном, конечно же!

– И что мы ему скажем?

– Чтобы прекратил затоплять наш остров!

– Он и не знает о его существовании, Лани.

– Так пусть узнает! Дядя! – я подошла ближе. – Ведь мы каждый раз должны отслеживать волны и защищать остров. А что если нашей магии не хватит?

– До сих пор хватало.

– Потому что деда Щкряб ещё как-то справляется. А если он сдаст – одних моих сил не хватит! Матушка наша болеет. Кстати, потому что её покусала акула – это в какие такие времена к нам за риф заплывали морские гады, а? Батюшка от нервов слёг, а на мне семь малюсеньких сестёр! Они ещё в возрасте крабиков, дядя! Им ещё расти и расти до дня, когда они смогут овладеть магией!

 – Сама сказала – батюшка король болеет. Ну и кто будет встречаться с императором Лаэроном?

– Ты, дядя! Ты министр!

– Я? – дядя удивлённо булькнул.

– Ну а кто?

– Ну не я точно!

– А зачем тогда вообще министры?

Дядя недовольно надулся и булькнулся в кадку.

– Смени воду, дядя! Эта скоро зацветёт!

– А ты никуда не торопишься, Найалани?

– Ой!

У меня ведь свидание с моим Сэмюэлем, и я на это свидание снова опаздываю! Как и всегда в последнее время. 

Со всех ног бегу к себе в комнату, верчусь перед бронзовым зеркалом. Цепляю на себя все украшения из ракушек, какие есть и мучительно соображаю, как будет быстрее – пробежать по джунглям или проплыть по реке? 

Даже если вода уже вернулась, наверняка она сейчас вся мутная. И звери, пришедшие на водопой, должно быть, недовольны. А бежать по джунглям – можно нарваться на хищников. И пусть тётя Кайлина недовольна, что я вот так бегаю по лесу, и лучше бы Сэмюэлю меня самому встречать, я всё же рассудила, что чем дальше от дома будут проходить наши свидания, тем мне и моему отцу будет спокойнее.

Мы с Сэмюэлем вскоре должны пожениться, но в связи с таким неспокойным океаном и нападением акулы на мою матушку – пришлось свадьбу отложить.

Причём инициатива исходила с моей стороны. Я даже посчитала желание Сэмюэля побыстрее сделать меня своей женой незрелым. Когда остров в такой опасности и мы все и вовсе можем остаться без дома, единственное, что его интересует, это наша предстоящая брачная ночь! Ох уж эти мужчины фейри!

Кстати, батюшка, хоть и болен, сказал, что Сэмюэлю корону не отдаст. Фейри живут долго, и надеяться моему жениху не на что. Это, по крайней мере, значит, что он со мной – по чистой и взаимной любви, а не потому что хочет стать королём острова! Это радует.

Интересно, а как выглядит император Орин Лаэрон? Никогда не видела драконов… И зачем ему строить целый город для одной только наложницы? Звучит, конечно, интригующе, да только из-за каких-то сомнительных подарков своим бесчисленным женщинам у нас тут остров скоро затопит! Ух, как бы мне вправить этому дракону мозги на место!

Так я размышляла, пробираясь по джунглям. Решила идти пешком через лес. В воду на сегодня прыгать больше не хотелось. Хотя для водного существа это вообще дело невероятное! Почти добралась до нашего с Сэмюэлем условного места свиданий, как вдруг услышала женский смех и шепот. Выскочив из кустов, заметила рядом с моим женихом вертихвостку Лумию – красивую светловолосую фейри с аквамариновыми плавниками.

– А что это вы тут делаете? – спросила с подозрением. В груди больно кольнуло. Нет, своему жениху, я, конечно, верю. Он сам много раз говорил мне, что любит только меня. Но Лумия, если на кого-то положила глаз, так просто не сдастся. Будет кружить рядом, чтобы потрепать мне нервы. 

– А что мы тут делаем, Сэмюэль? – протянула Лумия, нагло улыбалась. – Расскажешь ей?

– А что я ей должен рассказать? – не понял мой жених.

– Если что-то надо рассказать, расскажет, – ответила я спокойно. – А ты что здесь делаешь, Лумия?

– Да так, – она накрутила светлый локон на палец, – гуляю.

Лучше бы она гуляла в другом месте.

– Сейчас неспокойно гулять по острову. Большая волна цунами прошла. Звери обеспокоены. И в реку с моря мог кто-то проникнуть. Когда вода возвращалась, могло кого-нибудь из опасных хищников протащить через риф.

– Ой-ой, какие ты страсти рассказываешь, Найалани! – Лумия зевнула. – Страшно, страшно!

– Тебя проводить до дома?

– Может, Сэмюэль меня проводит? – она посмотрела с вопросом.

– Ну я… ну я вообще-то… – начал мой жених.

– У нас, вообще-то, свидание, – сообщила я.

– А, вот оно что, – Лумия изобразила безразличие.

– Мы с Сэмюэлем можем проводить тебя сквозь джунгли до равнины, а дальше сама дойдёшь.

Я вот, например, весь путь прошла сама, и ничего. Но, всё-таки, не стоит нас равнять. Я обладаю магией, а островитянки фейри – далеко не все. Чтобы управлять магией, надо учиться с самого детства. Говорят, магия течёт только в крови королей. Но стать королем может кто угодно. 

Вот деда Шкряб не захотел быть королём. Он – самый могущественный колдун. Правда – я их больше особо и не видела, колдунов. Поэтому я так и беспокоюсь о нашей безопасности!

Мы с Сэмюэлем проводили Лумию до долины, вернулись на нашу любимую скалу и, наконец-то, уединились.

– Хочу на океан посмотреть, давай заберёмся повыше? – предложила жениху. 

– А мне и тут хорошо, – Сэмюэль привлёк меня к себе для поцелуя.

– Ну милый, не спорь! Мне будет неспокойно, если я не проверю, что никакой волны нет!

– Ну ведь не может быть их две подряд? – мой жених не торопился меня отпускать.

– А почему не может? Нет, я должна быть уверена! – я полезла на дерево, растущее на скале, чтобы посмотреть на океан. Отсюда было видно устье реки и риф.

– Какая же ты непослушная, Найалани! – Сэмюэль покрыл мне поцелуями шею и плечи.

– Почему? – не поняла я.

– Потому что! – он устроился на ветке. – Тут совсем неудобно. Можно свалиться. А если я разобьюсь о скалу?

– Ты такой сильный и ловкий, Сэмюэль! – решила похвалить его. – Ну как ты свалишься?

– Я, в отличие от тебя, довольно тяжёлый. Посмотри, сколько мускулов!

Пока он напрягал свои руки, чтобы мускулы под его загорелой кожей забугрились, действительно, чуть не свалился. Я усмехнулась про себя, но не забыла громко восхититься. Сэмюэль гордится своей красотой.

Когда в очередной раз он потянул ко мне свои руки, я устроилась в его объятиях, но на ласки не ответила. 

– Веди себя приличнее, ты мне пока не муж. Посмотри лучше, как красиво сейчас!

Скоро должен был начаться закат, и вечер медленно надвигался на джунгли. Лучи спускающегося к горизонту солнца просачивались сквозь листву, окрашивая зелёный мир в золотой и алый мёд. Каждый лист, напитанный дневной жарой, теперь тихо испарял свой аромат, и воздух дрожал от пряной, влажной сладости.

Яркие птицы с перьями, похожими на лепестки пёстрых орхидей, лениво переговаривались на своём птичьем языке. Одни затихали, прячась в кронах деревьев, другие – ночные охотники, с угольными крыльями, наоборот, просыпались, чтобы подкарауливать зазевавшуюся сонную жертву.
Вдалеке кричали обезьяны. Близко к нам они не подбирались, но я видела, как они качались и скользили по лианам.

Густой и влажный сумрак медленно стекал по горячим камням скал и нагретым стволам пальм, насекомые прятались в кору деревьев, светлячки вспыхивали в зарослях маленькими яркими огоньками – словно они души предков, заблудившиеся под навесом листьев.
На поверхности листвы собирались крупные капли росы, ловя отблески заката. Получилось, будто джунгли украшались драгоценностями перед сном. Где-то у воды уже пели лягушки, шелестели крылья ночных птиц, ветер играл с травами. Растения, насытившись за жаркий день теплом и светом, теперь складывали свои лепестки, сворачивались в тугие бутоны до утра.

Океан казался спокойным. Джунгли не спали. Просто дневные жители сменялись ночными. И всё вокруг было такое – мягкое, тёплое, спокойное. Полное магии и волшебства…
– Словно джунгли поют древнюю колыбельную океану, – сказала я шепотом и обнаружила, что Сэмюэль задремал. Когда я разбудила его, он едва не свалился с дерева. Мы осторожно спустились на скалу.

– Найалани, – ласково шепнул мне жених, целуя в шею.

– Что? – спросила я тихо.

– Я тебя ни за что не отпущу ночью идти по джунглям. Это опасно.

– Так проводи меня.

– Я провожу. Но до моего дома куда ближе, чем до твоего. Ты ведь не хочешь рисковать нашими жизнями?

– Да кто нас тронет?

– Сейчас вышли на охоту саблезубые тигры!

– Ты боишься тигров? – я посмотрела на жениха, прищурившись.

– И вовсе не боюсь! – Сэмюэль обиделся, что я посмела усомниться в его смелости. – Но мне придётся защищать тебя, если тигр нападёт! А это куда сложнее, чем отвечать самому за себя! Я буду из-за тебя рисковать жизнью!

– Какой ты смелый! Мой герой! И что ты предлагаешь?

– Идём ко мне! – он меня обнял и я растерялась, потому что на джунгли, действительно, как-то быстро спустилась ночь и надо было срочно идти домой! Хищники не дремлют! В такой темноте мы для них – лёгкая добыча. Но Сэмюэль до моего дома, кажется, меня провожать не собирался!