Непокорная Зая - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Мария Грёрсту (самиздат)

Пенсионерка — звучит как музыка! Вот и пришёл долгожданный отдых. Да здравствует свободная, беззаботная жизнь! Природа. Свежий воздух. Тишь и благодать. Птички поют. Грибочки меня ждут.

За спиной хрустнула сухая ветка под чьими-то тяжёлыми шагами.

Стремительно оглянувшись, застыла в шоке.

Посредине поляны стоял небольшой космический корабль, напоминающий уже давно всем известную летающую тарелку. От неё ко мне решительной поступью направлялись пять рослых и статных мужских особей.

Медленно поднявшись с пенёчка, на котором отдыхала от грибной одиссеи, опёрлась на посох, помогавший искать под листвой маслята, и замерла в ожидании.

На некотором расстоянии четверо остановились, а один из них, этакий блондин с длинными кудряшками, двигаясь всё так же целеустремлённо, подошёл ко мне вплотную. Схватив за талию, приподнял перед собой и начал внимательно рассматривать. Появилось стойкое ощущение, что я младенец в подгузниках, который скоро начнут проверять на сухость.

Оторопь, в которой пребывала первые несколько секунд, как рукой снесло. Не знаю, что они о себе возомнили, с такими прекрасными ликами, но в человеке (как и в инопланетяне) всё должно быть прекрасно — и тело и душа.

Недолго думая, я осадила нахала посохом, в который вцепилась мёртвой хваткой в момент «вознесения».

От неожиданности пришелец резко меня отпустил.

Не удержавшись на ногах, жёстко приземлилась на пятую точку. Поморщившись, тут же подскочила, как резиновый мячик, и развернувшись на сто восемьдесят градусов, со спринтерской скоростью задала стрекоча, напрочь забыв про корзину с грибами.

Почуяв азарт охоты, инопланетники бросились вдогонку.

Один из них, более шустрый, опередив других, внезапно выскочил передо мной и преградил путь. Глядя на его огромную мускулистую фигуру и предположив, что по физическим параметрам он вряд ли отличается от наших мужчин, я со всей своей женской моченьки пнула ему промеж ног.

Красавчик мгновенно оцепенел.

— Да! Не отличается! — пронеслось в голове. И, не дожидаясь его разморозки, обогнув изваяние с правого фланга, я понеслась вскачь, перескакивая через валежник и кустарники с прытью молодой кобылки. О том, что являюсь новоиспечённой пенсионеркой, мне как-то и не вспомнилось.

Долго ли, коротко продолжались перегонки с судьбой, не берусь судить, но, когда послышались хрипы в груди и лёгкие отказались принимать кислород, пришлось остановиться.

Выровняв дыхание, осмотрелась, и обнаружила, что понятия не имею, где нахожусь. Заблудилась! Да и что удивляться? При спасении своей невинности разве будешь обращать внимание на такие мелочи — куда бежать? Теперь хоть налево, хоть направо — всё едино.

Присев на трухлявенький пенёк, начала перебирать в уме всё, что знала про спасение заблудившихся.

Искать их начинают не сразу — это первое.

Второе — в этих местах я новенькая, и меня искать вообще никто не станет. В деревне, в которой купила домик, две бабульки — божьи одуванчики и восемь летних дач горожан. Из всего перечисленного напрашивался единственный вывод: спасение заблудившейся в руках самой заблудившейся. Поэтому встаём и идём куда глаза глядят.

И шла я таким образом очень и очень долго. А когда мои ноженьки отказались нести, села на очередной пенёк и, пригорюнившись, подумала:

— Ну и что, меня ловить кто-нибудь будет?

Да, будут! Вон их тарелочка медленно проплывает. Ищут, окаянные.

Ну нет. Без боя не сдамся!

Меланхолии как не было. Подскочила, и, прижавшись к ближайшему дереву как новоявленный лазутчик в стане врага, почти слилась с ним воедино.

Но видимо, у преследователей имелся специальный прибор по обнаружению живых объектов. Так как корабль завис прямо надо мной.

И снова я стартанула со спринтерской скоростью, будто и не была только что обессиленной и немощной. Однако силёнок хватило минут на пять. Это был последний рывок в вечность. Всё! Приходите и берите тёпленькую. Ни рукой, ни ногой уже не дёрну.

Но оглянувшись, никого не обнаружила.

Неужели оторвалась?

Обессиленно плюхнулась на землю, и отключилась от перенапряжения.

В себя пришла, или точнее сказать, проснулась, только утром следующего дня. А рядом, он — наглый инопланетянин. Сидел молча, не шевелясь, прямо на земле, на расстоянии вытянутой руки.

Медленно приподнявшись, чуть не охнула. Всё тело — сплошной синяк. Не было ни единого участка, которое бы не болело. Да ещё эти листочки с веточками в волосах и на одежде, создавали стойкое ощущение похожести на пугало. Что не добавляло энтузиазма моей женской сути.

Стараясь не кряхтеть и не стонать, осторожно приняла сидячее положение, облокотившись спиной о ближайшее дерево. В это же время моя правая рука, стала незаметно шарить позади в поисках защитного орудия. Пальцы коснулись, то ли камня, то ли отполированной деревяшки. Вцепившись мёртвой хваткой в находку, замерла в ожидании.

— И сколько тебе годочков-то, блаженная? — мягко так и проникновенно на чисто русском языке вдруг заговорил преследователь. И не дожидаясь ответа, продолжил: — До старости дожила, а мудрости не прибавилось. Ты избрана стать спутницей представителя Высшей Расы, и должна гордиться оказанной чести! А вместо благодарности заставляешь гоняться за тобой и искать.

Из его речи я вычленила только слова: «дожила до старости».

— Мне пятьдесят пять лет! И это ещё не старость, но и не возраст невест! Чего ты ко мне прикопался, блаженный? — передразнила его. — У нас на планете миллионы девушек ждут своих суженных. Вот ступай к ним и предлагай себя. Чего ко мне-то прицепился?

— Мы выбираем подруг по знакам, посланным свыше. Первая встреченная женщина — и есть предназначенная судьбой. Ты избрана и должна подчиниться. Таков Закон.

— Ничего я тебе не должна, придурок! Мы свободная раса людей и никому не принадлежим. Твои законы писаны для таких, как ты, но не для меня! Но вопрос всё же имеется — почему ты так хорошо говоришь на нашем языке?

— За придурка ответишь, — заверил спокойным тоном, — А разговаривать я могу на всех земных языках. И нашему Закону — ты подчинишься! — говорил миролюбиво, но при этом в каждом слове сквозило непоколебимой уверенностью в собственной правоте.

Точно не отвяжется.

Окончательно это осознав, начала лихорадочно соображать, как мне выбраться свободной из этой ситуации. Выход пришёл нежданным озарением. Посмотрев за его спину, состряпала удивлённое лицо.

Купи-ился!

Резко повернув голову назад, нежданный воздыхатель, одновременно плавным движением пантеры начал приподниматься с земли.

И тут наступил мой звёздный час!

С молниеносной скоростью кинулась вперёд, и со всей пенсионерской моченьки ударила его по голове тем, что оказалось под рукой. И хотя это была всего лишь деревяшка, нанесённый в отчаянии удар оказался достаточно сильным.

Парень осел кулём на землю.

Кинув на инопланетного красавца последний взгляд, мимолётно пожалев о своём преклонном возрасте, я в который раз за последние сутки припустила рысцой. Выбор направления, в данный момент, не имел никакого значения. Главное побыстрее и подальше убежать, пока экипаж челнока не обнаружил потерю бойца.

Как ни странно, но на сей раз направление было выбрано верное. Через некоторое время выбралась из леса на полянку, где была застигнута врасплох инопланетными женихами. Пройдя мимо валяющихся на земле грибов с корзиной, продолжила свой путь. Не до них сейчас.

Добравшись до дома, забрала документы с деньгами, и понеслась на железнодорожную станцию, надеясь успеть на утреннюю электричку.

Но даже заняв место в вагоне, не могла полностью расслабиться, подспудно ожидая, что сейчас нагонят и призовут к ответу за насилие, как в фантастических фильмах. Они-то меня не били. А я двоих из них чуть инвалидами не сделала. Одному детородные органы помяла, а второго долбанула в темечко так, что ещё и неизвестно, какой диагноз после этого ему поставят. А вдруг по их законам, травмированных передают на поруки тому, кто в ранении виноват? И окажется, что не было у меня ни одного мужа, а получу сразу двоих.

Лишь представив столь чудное приобретение, я до такой степени развеселилась, что пришлось прикрывать ладошками лицо, которое перекашивало от безудержного смеха.

Но за время пути ничего необычного не произошло. А через три часа поезд прибыл в город, где я решила навестить подругу, и по возможности остановиться у неё на недельку. Может этого время хватит, чтобы инопланетники набрали себе невест и улетели. О том, чтобы рассказать кому-то о произошедшем, у меня и мысли не возникло. Во-первых: кто в подобное поверит? Во-вторых: всегда приятно иметь секреты, о которых не каждому расскажешь.

Неделя пролетела незаметно.

Попрощавшись с подругой, я отправилась домой, по пути прикупив продуктов, которые проблематично приобрести в деревеньке.

За время, проведённое в гостях, произошедшее в лесу стало казаться фантастическим сном или видением. И всё же, приближаясь к своему жилью, я невольно напряглась и, стала озираться по сторонам, осматривая небеса и ближайшую территорию. Но всё было, как обычно, тихо и пустынно.

В последующие три дня я занималась грядочками и цветочками. В лес теперь меня было не затащить. Не надо мне ни ягод, ни грибов. Перебьюсь. Вот в огородике и буду собирать урожай.

Наутро четвёртого дня, проснувшись и сладко потягиваясь в постели, обнаружила, что в доме я уже не одна. В моих ногах на кровати сидел инопланетник, участвующий в погоне и перекрывавший мне путь. За что и получил по чреслам.

Будучи любительницей, поспать в чём мама родила, и осознавая, что нахожусь весьма в пикантной ситуации, я нахально уставилась в глаза парня, а потом с ехидцей во взоре выразительно опустила взгляд вниз, намекая на его уязвимое место.

Незваный гость, молча рассматривая меня, и бровью не повёл. Сидел как истукан в одной позе. Мне даже стало казаться, что это не живое существо, а иллюзия.

Потянув на себя одеяло, заставила его пошевелиться. Но разговаривать, видимо, со мной он не собирался.

— Чего надо? — не выдержала первой.

Он молча встал, подошёл к стулу, на котором лежала моя одежда, собрал её в охапку и положил рядом со мной на кровати. После чего, отвернувшись, отошёл к окну.

И не побоялся же спиной поворачиваться? Хотя, навряд ли я на него бы стала нагишом набрасываться. Видимо, он тоже это понимал, поэтому и был спокоен.

Быстро одевшись, целенаправленно направилась к кофеварке. Пусть будет что будет, но без кофе не сдамся!

Повернувшись, инопланетник молча наблюдал за моими манипуляциями.

Я же, приготовив напиток, присела на стул и погрузилась в утреннюю нирвану, демонстрируя полный игнор. Играть в гостеприимство и предлагать кофе не собиралась.

Как только был сделан последний глоток, входная дверь распахнулась и передо мной предстал новоиспечённый жених. Тот, которого я по голове шарахнула.

Правда, теперь сомнительно, что пришёл он за мной, как за избранницей. Скорее всего, эти парни злопамятные и явились с карательной миссией. Эх, не стоило так быстро возвращаться. Но я же не знала, что они такие мелочные. Нашли с кем враждовать. С женщиной преклонного возраста. Эх, мужики-мужики! Хоть наши, хоть инопланетные! Все вы одинаковы! — все эти мысли молниеносно пролетели в голове, пока незваный гость приближался к столу, за которым я трапезничала.

— Доброе утро! — заговорил блондин спокойным и миролюбивым голосом, будто и не я его несколько дней назад по голове тюкнула. Они что, без эмоциональные? Может, это роботы?

— И как успехи на любовном фронте? Нашли себе подруг? — всё же решила сама задать тон разговора.

— Да. Все уже на корабле, — ответил с милой улыбкой, — только ты осталась.

— Послушай, парень, не знаю, что ты себе надумал, но я никуда с тобой не пойду. Не в том возрасте, чтобы с кем-то крутить шашни. Тем более ты мне в сыновья годишься, а не в женихи… — выпалила фальцетом.

Парни переглянулись и дружно засмеялись. И смех был таким весёлым и искренним, что я растерялась.

Отсмеявшись, блондин спросил:

— И сколько мне лет, по-твоему?

Чувствуя подвох, я внимательно на него посмотрела. Но возраст он и есть возраст.

— Лет тридцать.

— Глупышка. Мне пять тысяч пятьсот лет. И да, я молод по нашим стандартам, но тебе в сыновья точно не гожусь, — и опять засмеялся. И хотя его смех не выглядел издевательским или оскорбительным, я всё равно обиделась.

— Хорошо, тебе пять тысяч лет. Но мне-то — пятьдесят пять! И что же, в таком случае, ты пристаёшь к малолетке? — решила обратиться к его совести.

Вопрос парня озадачил. Какое-то время он смотрел на меня в ступоре. Потом перевёл взгляд на напарника, будто ожидая помощи зала. Но у того тоже было выражение лица: «Я что-то пропустил?».

Не получив ожидаемой поддержки, инопланетный кретин решил прибегнуть к психологической манипуляции.

— Неужели тебе не хочется увидеть себя молодой? В этом мире люди живут мало. Мы же располагаем технологиями, которые возвращают и молодость, и здоровье.

— Молодость, здоровье — это прекрасно, но потеря свободы — это плохо. Во всяком случае, для меня. Но, я так понимаю, ты не отстанешь? — на всякий случай поинтересовалась.

— Ты моя избранница. Почему я должен отказываться? — ответил с напором.

— Ясно. А можно взять с собой что-нибудь личное, без которого мне будет плохо?

— Да, конечно.

После милостивого разрешения направилась в другую комнату.

За мной никто не последовал, и подглядывать не стал. Видимо, посчитали, что невеста спеклась.

Переодевшись в дорожную одежду, в очередной раз распихала по карманам деньги, паспорт, сберкарту, открыла евроокно, и выпрыгнув наружу припустила в сторону железнодорожной станции.

Интересно, сколько времени у меня в запасе, прежде чем красавцы заглянут в комнату?

До места назначения добралась без приключений. А к достигнутому успеху, ещё и электричка быстро подоспела.

Заняла свободное место и ощутила дежавю. Всего несколько дней назад точно так же убегала от новоявленного жениха. И вот опять! И что мне с этим делать? Куда податься? Я в полном ступоре!

Моя пенсия приходит на карточку, что позволяет ехать куда угодно.

Но… куда… мне… угодно?

То ли от пережитого нервоза, то ли от мерного постукивания колёс, но я незаметно задремала. А когда проснулась, передо мной очередное дежавю в образе инопланетника в современном прикиде. Вместо комбинезона — джинсы и футболка.

Видимо, кого-то раздел.

Может, это сон? Говорят, если ущипнуть себя и при этом почувствовать боль, тогда это реальность. А если ничего не почувствуешь — сон. Но зачем себя щипать? Я потянулась к парню и ущипнула его за ногу.

Он отдёрнул конечность, издав приглушённый звук. При этом смотрел на меня, не отрываясь, будто ожидал чего-нибудь покруче.

Ого! Значит, уже осознал, какую подлянку ему судьба подкинула.

И, видимо, я не сплю.

Приняв сей печальный факт, продолжила играть с ним в гляделки.

А потом пришло озарение. Кажется, он не хочет привлекать к себе внимание, и это значит, не будет ничего предпринимать прилюдно: в электричке и в городе. Главное — всё время быть в толпе.

Оглянувшись по сторонам, я, наверное, первый раз в жизни ощутила благодарность за свою сопричастность к человеческому сообществу. В это мгновение я возлюбила людей в их множестве и чуть не прослезилась от избытка чувств.

Узрев мои эмоции, преследователь напрягся, видимо, предположив, что сейчас что-то будет.

Я же продолжила радоваться увеличивающемуся количеству людей, которые прибывали с каждой новой станцией. Большой город собирал свою паству.

— С поезда под ручку выйдем или сделаем вид, что не знакомы? — наклонившись, тихонько полюбопытствовала.

Парень покосился на рядом сидящих и пожал плечами — будто ему пофиг.

Тем лучше. Значит, у меня в запасе есть время составить план побега, не отвлекаясь на светскую беседу.

Но когда попробовала развить бурную мыслительную деятельность по спасению себя любимой, то обнаружила в голове полную пустоту. Зато возник неподдельный интерес к жениху, на которого я нет-нет да кидала взгляды исподтишка. Его белоснежные кудри смотрелись как нарисованные. Ни у кого из земных блондинов я таких красивых волос не встречала. Выразительные глаза насыщенно-голубого цвета, в обрамлении густых ресниц манили своей таинственностью. Прямой нос и чётко очерченные полноватые губы завершали этот шедевр. Красивый, зараза!

Женское пассажирское сообщество на него все гляделки проглядело, а он сидел так скромненько, и в ус не дул.

Неужели ему всё равно? И он на полном серьёзе верил в судьбоносную встречу?

В другое время я бы возгордилась от внимания такого красавца, если бы не одно «но». Хотя, если быть честной, этих «но» несколько.

Во-первых, он инопланетянин.

Фантастика!

Во-вторых, его маниакальное преследование, без учёта моего согласия.

В-третьих, я привыкла сама выбирать мужчин, и только я решала, с кем быть, а с кем разбежаться.

Ну и в-четвёртых: на данный момент у меня менталитет пятидесятилетней женщины. А передо мной сидел молодой мужчина, выглядящий лет на тридцать. Да он мне в сыновья годился!

Мой внутренний монолог внезапно был прерван женщиной, присевшей рядом. Наклонив ко мне голову, она тихо сказала:

— В наше время таких красавцев днём с огнём было не сыскать. А сейчас запросто в электричке едет. Какой красивый. Глаз не оторвать. Повезёт же какой-то дивчине.

— Да, божественно красив, — включилась я в диалог, — у него, наверное, и имя какое-нибудь божественное.

— Эй, парень, а как тебя зовут? — с милой улыбкой обратилась к нему.

— Аполлон.

Женщина рядом резко выдохнула. Девушки, сидевшие на скамейке парня, не скрывая восхищения, уставились в упор на его точёный профиль.

— А Посейдон твой дядя? — с ехидцей задала следующий вопрос.

— Нет. Отец.

Дамы захихикали, намекая, что у парня с юмором всё в порядке. Я же, понимая, что инопланетник не пошутил, была уже и не рада своей провокации. Поэтому ретируясь, пробормотала, чтобы другие услышали:

— Везёт же богообразным.

Весь оставшийся путь прошёл в спокойной дружеской тишине, без подначивания с моей стороны.

Когда электричка остановилась, я подождала истаивания бурного пассажирского потока, хлынувшего в распахнутые врата, и только после этого, не спеша, отправилась на выход.

Он последовал за мной.

Оказавшись на перроне, двинулась в сторону привокзальной площади, где с бессмысленным выражением лица стала обозревать окрестности.

Хоть бы какая-нибудь умная мысль прилетела.

В голове — вакуум. Как будто разум ушёл в отставку.

Меня вежливо дёрнули за правый рукав.

Повернув голову, взглядом уткнулась в грудь сопровождающего.

До чего же высок!

Подняла глаза и попала в ловушку прекрасных глаз, проникновенно смотрящих мне в душу.

— Может, погуляем по городу? Посетим дорогие тебе места? — раздался обворожительно-обволакивающий голос.

Он, что, к обольщению приступил? Стоп! Я — пенсионерка! А он мне в сыновья годится. Вот зараза!

А затем пришла мысль, что мы смотримся с ним, как мама со взрослым сыном. Почему бы в таком случае нам по-родственному не погулять по городу? А там, может быть, и идея мудрая посетит, как надоеду обвести вокруг пальца, чтобы раз и навсегда отстал.

— Пошли в парк аттракционов. Я там уже полжизни не была. А так хочется ещё хоть раз на качелях покачаться. Да и на чёртовом колесе давно не крутилась.

— Чёртово колесо? А почему оно так называется?

— Это такое огромное колесо с закрытыми кабинками, которые вертятся в разные стороны. И данный аттракцион не для всех подходит. Тебе не надо туда. Это только нам, варварам, под силу понять прелесть данной забавы.

— Ты пойдёшь на него?

— Да, конечно.

— Тогда и я пойду. Если ты можешь, то и я смогу.

— Я предупредила. Потом не жалуйся, — с этим напутствием я направилась в сторону парка, где, приобретя два билета, подошла к нужному аттракциону. С заботливостью нежной мамочки подвела парня к кабинке и помогла пристегнуться.

— А ты?

— Кабинка рассчитана на одного человека. Для меня — следующая, — закрыла дверцу и дала дёру.

Колесо двигается медленно: пока поднимется, а затем опустится, у меня есть время убежать подальше.

Целеустремлённо двигаясь на выход из парка, задумалась о том, как ему удалось вычислить меня в электричке. Он не только догнал нас в пути, но и нашёл меня в определённом вагоне. Я могла уехать на попутной машине или автобусе. Но выбрала электричку. И он нашёл меня именно в ней. Как? Каким образом ему это удалось?

А что, если они прикрепили ко мне какой-нибудь жучок? Отслеживающие чипы известны и в нашем варварском мире. Если так, то возникает вопрос, когда им это удалось? В лесу? У меня дома? Чтобы вживить чип, требуется определённое время. А вот если прикрепить его на тело, это можно сделать быстро. Главное — знать, куда лепить.

Одежда, в которой была в лесу, осталась дома.

В кровати я спала нагишом.

Единственно, что со мной было в обоих местах — моё тело.

А самая открытая и доступная для прикрепления жучка часть меня — волосы.

От этого предположения сердце ёкнуло и застучало в ускоренном темпе.

Копошится в собственных волосах прилюдно как-то было неэтично. Ещё подумают бог весть что.

Свернув на боковую аллею, и углубившись подальше от любопытных глаз, дошла почти до конца парка, и присев на уединённую лавочку, приступила к планомерному изучению своей головы. Понимая, что времени в обрез, тем не менее, я тщательно ощупывала прядь за прядью.

В области правого виска на одном волоске обнаружила непонятное утолщение. Недолго думая, дёрнула волосок, вырывая его с корнем. На нём виднелось крохотное светлое образование, похожее на каплю пластмассы.

Аккуратно опустив волос в урну, подскочила со скамейки и устремилась вдоль ограждения на выход из парка, понадеявшись, что данное устройство на мне было в единственном экземпляре.

О возвращении домой можно пока и не мечтать. За короткий период знакомства с инопланетниками, я твёрдо уяснила, что их менталитет и следование законам не допустит отказа жениха от поиска. С этого момента для меня началась новая жизнь.

Прошло полгода. Я всё ещё находилась в бегах! Каталась по стране и наслаждалась новыми впечатлениями. Мне наконец-то удалось претворить в жизнь свои давние мечты о посещении странных мест, где происходят загадочные события.

Передвигаясь междугородними автобусами, я садилась на них в пути следования, чтобы лишний раз не попадаться на камеры слежения, по которым инопланетные женихи способны были меня запеленговать. Я, конечно, не знала их возможности, но подозревала, что со своими технологиями им это по плечу.

В этом хаотичном незапланированном путешествии, останавливаясь в больших и в малых городах, в сёлах и деревнях, я нигде подолгу не задерживалась. И все эти ухищрения с единственной целью — раствориться в людской многочисленности. Вон сколько нас расплодилось. Поди вычисли одну-единственную, желающую спрятаться!

А для себя я решила, что ещё полгода походной жизни, а после вернусь домой. Надеюсь, что спустя год после судьбоносной встречи — жених точно бросит поиски. Мазохист он, что ли, у пустой делянки топтаться? Невест пруд пруди, найдёт другую!

Да и сейчас, если честно, уже сомневалась, что мной до сих пор интересуются. А домой пока не вернулась по одной причине: врождённая осторожность. Не желала экспериментировать со своей свободой.

Посещая места, которые в народе именуют аномальными, я пришла к выводу, что если, где и прятаться, то именно в таких, где народу хотя и много, но все прибывают в нирване, и друг на друга не обращают никакого внимания, прислушиваясь к невидимому и сокрытому.

Так, переезжая с места на место, я однажды оказалась на берегу одного из загадочных озёр, прославленных своей таинственностью.

Уже вечерело, и я в отдалении от других паломников на берегу поставив палатку, сразу легла спать. И меня моментально сморило в сон: то ли от свежего воздуха с избыточным содержанием кислорода, то ли от усталости.

Ранним утром, как только забрезжил рассвет, я резко проснулась. Что-то меня потревожило. Лёжа с открытыми глазами, чутко ловила сторонние звуки за пологом палатки. Но там стояла глубокая тишина. Поэтому решила выбраться наружу.

На свежем воздухе, с наслаждением потянувшись, справа, немного в отдалении, я увидела женский силуэт. В утреннем тумане он был похож на бледный колышущийся контур. Но вот — плавное движение в мою сторону и рядом уже стояла высокая, стройная женщина, лицо которой было красиво обрамлено короткими светло-русыми волосами. На ладной фигурке классно смотрелись, небесно-голубой комбинезон и сапожки стального цвета, доходящие до икр. Навскидку незнакомке было лет сорок или сорок пять. Её взгляд, устремлённый на меня, был внимательно-изучающим. В нём проглядывался интерес покупателя к товару. Так бы я его охарактеризовала.

— Она, что, одна из них? — успела подумать, прежде чем женщина заговорила.

— Ты замужем? — вопрос в лоб.

— Нет, — ответила быстро. А ведь хотела съёрничать вместо ответа!

— Дети взрослые?

— У меня их нет, — и опять ответ вышел из меня раньше, чем я бы сама высказалась. Она что, заставляет отвечать ей правду, как на детекторе лжи? Но насилия или давления я не ощущала, просто слова вылетали в обход осознания.

— Ты избрана, — выдала она вердикт, как нечто свершившееся.

— Вы желаете взять меня в жёны? — изобразила я на лице ужас.

Удивлённый взгляд и задумчивый вывод:

— Ты умна. Зачем говоришь глупости?

— А куда Вы меня избираете?

— Женщин в жёны избирают мужчины, а для меня — ты воспитанница, — с нотками педагогического наставления произнесла она, внимательно глядя в глаза, как бы проверяя, всё ли до меня доходит.

— Почему — я?

— У нас есть закон: «…первая женщина, которую встречаешь на пути своего поиска, и есть избранница… при отсутствии отягощений с её стороны».

— А что является отягощением?

— Муж и маленькие дети.

— Мне пятьдесят пять лет. Я пенсионерка. То есть — взрослый человек. Как я могу быть чьей-то воспитанницей?

— Мне тридцать пять тысяч лет. Я — взрослая самодостаточная женщина. А ты в свои пятьдесят пять — ребёнок, который из яслей не вышел.

— Может, по Вашим меркам, это младенчество, но в нашем мире это возраст человека, неуклонно приближающегося к старости, — отвечаю машинально, ощущая дежавю.

— И ты с этим согласна? — в голосе ирония. — Хочешь остаться здесь, в ожидании неминуемого конца? Просто умереть вместо того, чтобы познать новое, получить знания, недоступные пока этому миру, и прожить долгую насыщенную событиями жизнь? Даже выйти замуж и родить ребёнка, а не прозябать в одиночестве?

Каждое слово — в цель. Любознательность — мой конёк. В доме книжные полки ломятся от книг с познавательной информацией: об археологических открытиях, о паранормальных способностях человека, о таинственных и необъяснимых явлениях нашей планеты и ещё много о чём. Я, как Плюшкин, собирающий материальные вещи, коллекционировала разнообразную информацию, которую можно найти, но невозможно объяснить. Только вот о замужестве и, о боги, рождении ребёнка, как-то не мечтала. Не в том возрасте!

— Знаете, мадам. Ваши предложения, если честно, очень интересны. Но покидать родную планету я не желаю. Тем более расставаться со своими близкими. Поищите себе другую воспитанницу.

— Я не могу искать другую. Ты первая, кто встретился мне на Тала-Верне. Ты и есть — избранная.

— На Тала-Верне? Что это такое?

— Название этой планеты.

— Мы называем её Земля.

— А в космическом сообществе её называют Тала-Верна.

— Тала-Верна или Земля, мне без разницы, — разозлилась я не на шутку. Устала, честное слово! — Хочу жить здесь и только здесь. Это мой дом и другого не надо!

— Сожалею, что наше знакомство омрачено недопониманием. Но ты поймёшь и примешь свою судьбу. Позже, когда повзрослеешь. А сейчас нам пора.

Понимая, что в очередной раз с моим мнением не желают считаться, а перевес в силе и мощности за ними, я прибегла к последнему аргументу:

— Объясните, пожалуйста, как один и тот же человек может быть одновременно и невестой, и воспитанницей?

Женщина удивлённо приподняла бровь, прям как мы люди.

— Невестой? Чьей?

— Какого-то инопланетянина. Он тоже говорил, об избрании, потому что я встретилась ему первой.

— Если ты избранница, то, где твой жених?

— Не знаю, — пожала плечами, — я убежала от него.

— Убежала? Почему? Ведь искатели очень привлекательны.

— Он так же, как и Вы, не желал считаться с моим мнением. Я свободный человек! Взрослая и самостоятельная женщина! Никто не имеет права распоряжаться мной, как бессловесной куклой! Неужели так сложно понять столь простые вещи? Если бы какой-нибудь инопланетянин заявил права на Вас, без учёта Вашего желания, и только потому, что посчитал себя умнее и мудрее, Вам бы это понравилось?

— На мою планету никто не сможет приземлиться без приглашения, в отличие от вашей, которая открыта всему космосу. Поэтому, когда кому-то из просторов вселенной нужен разумный гуманоид, то препятствий для извлечения объекта не существует. Я уважаю твоё желание, остаться свободной. Ты и будешь свободна. Только на моей планете. А также, обещаю, что со своими близкими, будешь иногда встречаться. Мы не варвары, чтобы жестоко поступать со своими детьми. Но сейчас, надо разобраться с твоим женихом. Как его имя?

— Он мне не представился, — слукавила я.

— А где ты в последний раз с ним виделась?

— Во-первых: это было полгода назад. Во-вторых: далеко от этих мест.

— Ты хочешь сказать, что он уже полгода не может тебя найти? — Теперь у неё не только брови поползли вверх, но и глаза стали шире. Мимика, как у людей. Открытие.

— Да. А почему Вас это удивляет? Планета-то большая. Народ многочисленный, потеряться легко.

— Наши технологии не сравнить с вашими. При встрече он должен был оставить метку, которая отслеживает твоё местонахождение.

— Это та метка, которая была у меня на волосах? — спросила с ехидцей. — Так, я избавилась от неё сразу же, как убежала от него.

Инопланетянка смотрела молча, с полным отсутствием мимики. Думаю, это указывало на некое зависание. Видимо, моё поведение существенно отличалось от ожидаемого. Но вот, женщина как бы встрепенулась, и тоном, не терпящим возражения, распорядилась:

— Собери палатку и вещи, с которыми не хочешь расставаться. Скоро люди проснутся, не надо их тревожить подобными встречами. А нам пора отправляться на поиски Искателя.

— Вы называете его — Искатель?

— Тот, кто готов к семейным отношениям, но не имеет возможности найти суженую среди своего народа, отправляется на другие планеты за избранницей. Поэтому он Искатель.

— А почему он не может найти невесту среди своего народа?

— Твоя любознательность похвальна, и я рада ей. На все вопросы ты получишь ответы. Только в своё время. А сейчас иди собирайся.

Сказано мягко, но таким тоном, которому противоречить желания не возникло. Если с инопланетником я чувствовала, что могу изобретать разное для побега, то в отношении этой дамы ощущения были иными. От неё веяло властной уверенностью, что она имеет полное право распоряжаться чужой судьбой. В то время как от мужчины исходила слепая вера в непоколебимость их Законов.

И кстати, почему он не спросил меня о муже и детях?

Начав собирать вещи, которых у меня не столь много, по ходу обдумывала, как выбраться из этой передряги. О том, чтобы сдаться на милость инопланетную, речи быть не может. Я им не игрушка, и не вымпел в состязании.

Чем больше думала о создавшейся ситуации, тем злее становилась. Что за ерунда такая? Две высокоинтеллектуальные особи Высшей расы зациклились на одной варварке. Никогда не поверю, что такое происходит взаправду.

Но, с другой стороны, почему в мире, в котором всё упорядочено (по моему умозаключению), два представителя одного мира, не сговариваясь, выбирают одного и того же индивидуума? При том что один меня находит в одной точке пространства, а вторая — в другой. Может, для меня это что-то значит? То есть не в них дело, а во мне? И, кстати, как они будут меня делить?

Мои размышления изменили направление, повернув в противоположную сторону. В принципе, что я потеряю, согласившись улететь с мадам? Семьи у меня нет. Из родных, только брат и племянники. Родители давно умерли. Две-три подруги в различных уголках необъятной страны. Это и есть, все мои близкие. И как сказала женщина — какие перспективы меня ожидают, в моём-то возрасте?

Воспитанница…

Интересно, что это такое? Для чего меня будут воспитывать?

Скрученную палатку схватила в одну руку, спортивную сумку — в другую, и выдвинулась в сторону инопланетянки.

Она смотрела на меня задумчиво, будто стараясь что-то понять. Может старается предугадать мои дальнейшие действия? Успехов ей в этом!

Когда я оказалась с ней рядом, она легонько прикоснулась к моему плечу, и мир перевернулся.

Темнота. Тёплая рука на плече. Рядом раздался голос:

— Первый раз всегда тяжело. Дыши медленно, но глубоко. Сейчас станет легче.

О чём она? Мне неплохо, я просто ничего не видела. Сплошная темнота. Потом — сумерки. Затем — свет. Я находилась в небольшом помещении сферической формы, с высоким куполообразным потолком и выпуклыми стенами серого цвета. Вдоль одной из стен, которая в отличие от всего помещения была прозрачна, и через неё открывался вид на космические просторы, на высоте метра полтора от пола, располагался пульт управления с бегающими огоньками по всему периметру.

Я перевела внимание на женщину, которая продолжала держать руку на моём плече. Когда та поняла, что я в норме, то отошла к монитору. Последовали недолгие манипуляции, и рядом из пола выросли два кресла.

В одно опустилась она, на второе указала мне.

Как только я присела в кресло, откуда не возьмись, выскочили ремни безопасности, плотно припечатав меня к спинке сидения.

Похитительница, внимательно меня оглядев, и видимо, сделав вывод, что я в полном порядке, сообщила:

— Мы находимся на орбите твоей планеты, в исследовательской шлюпке. Нам надо совершить небольшое путешествие до моего корабля. Полёт будет почти не ощутим, поэтому расслабься и получи свой первый опыт в открытом космосе. Ты ведь первый раз летишь?

Будто сама не знает. Или она таким образом пробует завязать разговор? Пусть тогда лучше развлечёт ответами на мои вопросы.

— Как такое возможно, что сначала меня встретил ваш Искатель, а теперь Вы? — спросила о самом непонятном на данный момент.

Смотря перед собой, женщина выдержала небольшую паузу, затем приступила к объяснению:

— Мне неизвестны подобные случаи. Происходило ли такое раньше — не знаю. Однако Вселенная практична и упорядочена, и в ней всё идёт по плану. Если Искатель встретил тебя первым, значит ты, его избранница. Но, так как была им потеряна, а найдена мной, то теперь, в первую очередь — ты воспитанница.

— Что с вашим народом не так? Зачем лететь куда-то за жёнами? У вас что, дефицит женщин?

— Да. И очень большой.

— Почему?

— Такова цена за долгую жизнь.

— За долгую жизнь можно нарожать кучу детишек. И наверняка, среди этой кучи будут как мальчики, так и девочки. У вас не так?

— Наша репродуктивная способность проявляется раз в две тысячи семьсот лет. И с этого момента женщина может зачать ребёнка только единожды.

— Почему так мало? Или вы сами не хотите?

— Желаем, но не можем. В начале времён мы жили недолго, от трёх до пяти тысяч лет, — Нам бы так жить недолго! — В триста лет наступала половая активность, которая длилась до самой смерти. Старости, которую испытываете вы, мы никогда не знали. Просто однажды индивидуум засыпал и не просыпался. Так наступала смерть. Перед этим событием всегда проявлялись признаки приближающегося конца, которые улавливались уходящим. Благодаря этому, он или она, успевали проститься с родными.

— Не старели, но умирали? Интересно…

— В те времена рождалось столько детей, сколько нам хотелось, — продолжала она. — Не было ограничений. А потом смерть, будто выключили. У молодёжи в обычный срок, половая активность не проснулась, и мы решили, что пришло время нашего вырождения и конца. Но в то же время представители народа, которым было тогда по пять тысяч лет, перестали умирать, продолжая жить.

— Значит, тогда к вам пришло бессмертие?

— Да. В последующие годы у нерепродуктивной молодёжи, при достижении двух тысяч семистах лет, способность пробудилась. Но как только рождался один ребёнок, пара уже не могла снова зачать. Вначале на свет появлялись мальчики и девочки. А затем последних становилось всё меньше и меньше. Сейчас на десять мальчиков — одна девочка. — Женщина немного помолчала и закончила: — Все эти события были растянуты во времени. Мы не сразу поняли, что и как происходит. Теперь знаем. На одну пару — один ребёнок. Продолжительность жизни — бесконечность. При этом мы не бессмертны, нас можно покалечить или убить. Но если с нами ничего трагично-драматического не происходит, мы просто живём и живём.

— Интересная история. А у Вас есть свой ребёнок?

— Да. Сын. Ему пятнадцать тысяч лет. И он пока не стремится к супружеским обязательствам.

— А зачем Вам — воспитанница?

— Воспитанница становится приёмной дочерью. Судьба подарила мне сына. А дочь я дарю себе сама, при активной поддержке Судьбы.

— Вы так сильно верите в судьбу?

— Разумному существу надо во что-нибудь верить. А иначе всё происходящее бессмысленно.

— Как можно считать своей дочерью существо, совершенно чужого Вам по крови и расовой принадлежности?

— А что ты чувствуешь к чужому ребёнку, покинутому и брошенному?

— Сострадание. Жалость. Желание что-то сделать для него.

— Вот и мои чувства такие же. Для меня — ты одинокий покинутый ребёнок, которому я могу помочь.

— Внешне я выгляжу старше Вас. И уж никак не ребёнком. Вы не можете этого не видеть.

— На Тала-Верне существует болезнь, из-за которой очень быстро увядает тело. При этом разум не поспевает за физическими изменениями. И когда ты знаешь, что перед тобой ребёнок, скрытый в оболочку старости, как ты будешь к нему относиться?

— Вы хотите сказать, что ко мне относитесь как к больной, заражённой старостью?

— Да. Именно так. Ваша старость — это болезнь. А что, мы научились хорошо делать, за долгую жизнь, так это возвращать здоровье.

— Ваши бы знания да нам в помощь.

— Это исключено. Во всех своих болезнях и коротких жизнях вы виноваты сами. Прекратите воевать и убивать. Направьте свои таланты и способности на созидание. Тогда болезни отступят, и продолжительность жизни увеличится сама собой. На данный момент, долгая жизнь для вас опасна. Вы за короткое время успеваете нанести вред себе и окружающему миру. И страшно даже представить, что сможете натворить, став долгожителями.

— Но ведь я представитель данного мира, со всеми вытекающими минусами. На что Вы надеетесь? Что стану комнатной собачкой, которую можно выдрессировать по конкретным лекалам?

— У нашей расы характер полностью формируется к двух тысячелетнему возрасту. Тебе всего пятьдесят лет. Вот поживёшь подольше, тогда и поговорим о твоём характере.

— Ваши жизни тянутся бесконечно. Но я-то родилась на этой планете, с её определённым жизненным циклом. В моих генах нет бессмертия.

— А как ты думаешь, почему искатели прилетают за избранницами на вашу планету?

— Не знаю. Местные девушки красивее всех в галактике?

— Возможно, — согласилась она слегка иронично. — Но главная причина заключается в том, что представители белой расы на твоей планете являются отдельной ветвью моего народа. Ещё в те времена, когда мы жили не более пяти тысяч лет, наши предки, путешествуя по галактикам, и открывая новые пригодные для жизни планеты, заселяли их. За миллионы лет многие из таких переселенцев выбрали индивидуальный путь развития, не подразумевающий связь со своей родиной. Мы не препятствовали. Свободная воля — залог развития. — Женщина нажала некие кнопки на панели и продолжила: — Таким образом, сегодня многие галактики заселены нашими генетическими потомками. Где-то они мутировали из-за климатических или рукотворных влияний, где-то, как у вас, не только выжили, но и, в большинстве своём, сохранили некую чистоту. Поэтому, ища избранниц или воспитанниц, мы прилетаем на такие планеты. Раз в тебе кровь наших общих предков, то и к продолжительной жизни ты сможешь приспособиться.

— И много таких чистых планет?

— Достаточно, чтобы история моего народа продолжалась.

— Но если вы разбавляете свою кровь с представителями других планет, то теряется чистота генов. Потомки, живущие в других условиях существования, уже не Ваш народ. Новая кровь не сохраняет, а изменяет вид.

— Всё эволюционирует, и мы не исключение. Для нас имеет значение только то, что люди на Тала-Верне никогда не скрещивались с другими инопланетными формами жизни.

— Откуда такая уверенность? Вы, что, за нами следите?

— Конечно. И не только мы. Все планеты, заселённые разумными расами, находятся под пристальным вниманием космического сообщества.

— У нас есть ООН. Организация, объединяющая все народы, живущие на планете. А как называется Ваша организация, объединяющая космическое сообщество?

— Космический Парламент.

— А почему вы не выходите с нами на связь? — продолжила я допытываться, заинтересовано собирая факты из первых рук.

— Вы ещё не готовы к подобному присоединению. Слишком разрознены. В Космический Парламент вступают только те планеты, на которых сформировалась единая власть, способная представлять интересы всего населения. Вот когда станете единым народом, тогда — добро пожаловать.

— Значит, вступить в ваши ряды нам — нельзя, а следить за нами — можно?

— Наблюдение за развивающимися планетами происходит ради всеобщей безопасности. За миллиарды лет существования разумных рас, накопилось достаточно примеров, когда безрассудные действия одной планеты приводили к полному уничтожению не только её самой, но и превращению огромных космических пространств в безжизненные зоны. Поэтому, да, мы наблюдаем за молодыми, и когда видим, что они могут навредить не только себе, но и окружающему миру — вмешиваемся.

— А у вас есть Законы о невмешательстве в жизнь аборигенов, не входящих в Космический Парламент?

— Да. Мы и не вмешиваемся, если нет на то причин.

— Тогда по какому праву, Вы похищаете меня?

— На развивающихся планетах разрешено «изъятие». Но всё в разумных и допустимых пределах.

— Вы похищаете взрослого самодостаточного гуманоида и называете это — разумным и допустимым?

— Мой народ изымает только одиноких особей. У нас есть Кодексы, по которым мы не можем забирать мать у детей, жену у мужа. Но если, как в твоём случае, избранная — одинока, то нет никаких препятствий. Я же тебя не в рабыню собираюсь превращать. Почему ты так недовольна?

— Абзац! — Пылая праведным гневом, посмотрела я на инопланетянку, как на инопланетянку, понимая, что между нами лежит огромная пропасть. И она, эта пропасть — катастрофически огромна. — Я не щенок, которого можно переправить на новое место жительства!

— Естественно, не щенок, — согласилась она, — Воспринимай, как поездку на новое место учёбы. Я уже говорила, что навещать родных ты иногда сможешь.

— Бесподобно!

Ещё какое-то время посверлив женщину взглядом, от которого она не воспламенилась и не испарилась, я, погрузившись в глубочайшую задумчивость, перестала на что-либо реагировать.

Находясь в таком отрешённом состоянии, я не ощущала полёта (понятия не имею, зачем меня надо было пристёгивать) и дальнейшей пристыковки к главному кораблю не заметила. И только когда инопланетянка, встав со своего кресла, подошла и дотронулась до моей руки, поняла, что мы прибыли на место.

Вместо того чтобы последовать за ней, я поинтересовалась:

— А почему Вы не спрашиваете моего имени? Как Вы собираетесь ко мне обращаться? Эй, ты там?!

— Прошлое осталось в прошлом. У тебя будет новое имя.

— И кто мне даст это новое имя?

— Ты сама. Новое имя — новая жизнь. Новая жизнь — новое имя.

— А как мне к Вам обращаться? У Вас имя имеется?

— Несколько. Для семьи — одно. Для посторонних — другое. Для тебя пока — Наставница.

— Зачем такие сложности? Земляне с одним именем всю жизнь живут.

— Имя — это код. В каждом коде — своя характеристика и предназначение. С друзьями я хочу реализовать одни качества, в семье — другие. И так далее. Под одним именем можно летать в космос, а другое для подобного не подходит. Если тебе интересна эта тема, изучи её.

— Хорошо. Только Наставницей я Вас звать не буду. Для меня Вы инопланетянка-похитительница. В свои наставники я Вас не выбирала.

— Милое дитя, ты так восхитительна, когда дуешься. Хорошо, придумай и для меня новое имя, которое будет тебе приятно.

Ошарашенная подобным предложением, не нахожу что сказать. С чувством дезориентации встаю с кресла и шаркаю к открывшемуся в одной из стен проёму.

Вид снаружи был ничем не примечателен. Освещённое приглушённым светом, огромное пустое пространство, напоминало обычный ангар для самолётов, которых здесь и в помине не было. Внизу у трапа стояла красивая и стройная девушка с огненно-рыжими волосами, прибранными в густую, длинную косу, перекинутую через плечо. В руках она держала продолговатый предмет, который, в момент, когда я оказалась рядом, издал мелодичную трель.

Дружелюбно улыбнувшись, незнакомка заговорила на незнакомом мне языке. Моя похитительница, засмеявшись, легонько прикоснулась к моей руке, при этом что-то ей ответив.

Чувствуя себя не в своей тарелке, я начала закипать. Их дружелюбие меня не растрогало. В воздухе витало ощущение, что я вещь, и никому неважно, понимаю происходящее или нет. Ибо переводить их диалог явно никто не собирался.

— Это — Зайна, корабельный врач. В её обязанности входит встреча и проверка вновь прибывающих на предмет заражения опасными энергиями. Мы с тобой чистые. Но тебе требуется более детальное медицинское обследование, так как ты с окраинной планеты, где много инфекций. Я приду за тобой, — с этими словами она развернулась и плавной походкой удалилась, через метров двадцать, исчезнув за ближайшей дверью.

Девушка-врач приглашающе махнула мне рукой и, не оглядываясь, направилась в противоположную сторону. Какое-то мгновение я смотрела ей вослед, не желая подчиняться, но потом решив, что данная инопланетянка ничего плохого мне пока не сделала, всё-таки решила идти за ней, не забывая при этом осматриваться по сторонам.

Мы пришли в помещение, в котором располагалось несколько закрытых капсул, напоминающих наши барокамеры. Подойдя к одной из них, Зайна провела рукой по бортику, тем самым открыв её верх. После чего жестом показала, видимо, разговаривать на моём языке она не умела, чтобы я в этот ящик легла.

Переведя с неё взгляд на капсулу, я не двинулась с места.

— Опять упрямишься? Это всего лишь аппарат для диагностики, — раздался голос за спиной.

В дверях стояла моя похитительница, смотря с улыбкой многомудрой мамочки, которая всё понимает и заодно все шалости прощает своему малышу.

Не желая выглядеть в её глазах глупой испуганной варваркой, я сняла одежду, сложила её аккуратной стопочкой, передала в руки Зайны, и решительно залезла в капсулу. Крышка плавно закрылась, и ёмкость стала заполняться белым туманом. Не желая его вдыхать, попробовала не дышать, но не смогла долго продержаться, и сделав короткий вдох, отключилась.

Открыв глаза, удивлённо уставилась на незнакомый потолок. Потом накрыло осознание случившегося: инопланетный корабль… медицинский отсек…

Приподнявшись, огляделась по сторонам. Место показалось странно знакомым. Будто я была уже здесь и не раз. Дежавю?

Рядом со мной никого не наблюдалось.

Разве при диагностике пациентов, их оставляют одних?

Осторожно выкарабкавшись из капсулы, я застыла в изумлении. В зеркальной стене отобразилась девушка, очень похожая на меня в молодости. Только у ней были длинные белые волосы.

Подошла поближе. Это действительно была я, выглядевшая на лет двадцать. Но в том возрасте, у меня были уже тёмные волосы. Как и большинство славянских детей, я родилась блондинкой. Но со взрослением, к восемнадцати годам, превратилась в шатенку.

Я смотрела на себя юную и не могла осмыслить эту метаморфозу. Такого же не бывает взаправду. В капсулу легла пенсионеркой, а проснулась — пионеркой.

Может, это сон?

На выдвижной полочке, рядом с зеркалом, лежала моя одежда. Одевшись в неё, с удовлетворением отметила, что джинсы и рубашка сидят как влитые. Вот что значит, хорошо сохраниться. Даже с возрастом я не расплылась.

Справа раскрылись раздвижные двери, и на пороге появилась врач Зайна вместе с похитительницей. Рыжеволосая девушка, мельком глянув на меня, прошла к капсуле, выдвинула монитор и стала работать с ним.

Старшая инопланетянка, стоя у дверей и с интересом меня разглядывая, произнесла:

— При диагностике происходит восстановление здоровья, если оно нарушено. Как я и говорила, старость — это болезнь. Теперь ты здорова.

— В молодости я выглядела по-другому.

— А что с тобой не так?

— Волосы. Они были тёмными.

— Но ведь ты родилась с белыми волосами?

— Да. Но с годами они потемнели.

— А теперь восстановились.

Снова посмотрев в зеркало, я не могла определиться со своими чувствами и эмоциями. Молодость — это прекрасно. Но, имея юное тело, я продолжала мыслить, как женщина в возрасте. У меня не получалось объединить свой старческий менталитет с молодой физиологией. Вместо радости омоложения — чувство дезориентации и потерянности.

Похитительница, выдержав небольшую паузу, показала на выход.

— Пойдём, покажу твою каюту. Видимо, тебе требуется большее время для адаптации к изменениям. Но ничего страшного. Скоро ты смиришься с обновлением.

Так и не определившись со своим настроением, я, как сомнамбула, пошла за ней следом. Но, оказавшись за пределами медпункта, несмотря на внутреннюю растерянность, стала с любопытством осматриваться по сторонам.

Длинный и широкий коридор убегал змейкой куда-то вперёд. Источника освещения не наблюдалось, но было светло как днём. На стенах, почти под потолком, на равном расстоянии друг от друга, красиво выделялись золотистые звёздочки. И всё это на фоне снежно-голубого окружающего пространства. Непривычно мягко-пружинистый пол, будто подталкивая под пятки, помогал в передвижении.

И что странно, вокруг стояла оглушительная тишина. Ни звука работающих двигателей, никаких других шумов, которые просто обязаны быть на таком большом корабле. Да и других инопланетян тоже не наблюдалось. Словно только мы здесь и присутствовали. Хотя моя похитительница говорила, что это исследовательский корабль. Значит, народу должно было быть много.

— Вот твоя каюта, — вдруг резко остановившись, произнесла проводница.

Я оглянулась по сторонам. Мы стояли перед сплошной стеной на которой никаких дверных проёмов не наблюдалось. А где дверь? В недоумении перевела взгляд на женщину. Она с улыбкой Мадонны рукой указала на золотистую звёздочку.

— Приложи руку, и дверь откроется, — посоветовала.

Протянув к звёздочке ладонь, осторожно прикоснулась к ней указательным пальцем. Передо мной обрисовался овальный контур, который сразу же ушёл вправо, открыв вход в просторное пустое помещение.

Сопровождающая прошла внутрь и остановилась у стены, напротив прозрачного экранчика.

— Это монитор для управления каютой. Работать с ним очень легко. Все команды в рисунках. Какая нужна кровать? В каком месте её разместить? Где стоять столу? И так далее. На стенах можешь формировать пейзажи. Теперь это твоя каюта.

— А как мне её находить? Она ведь не видна?

— Ты её хозяйка. При твоём приближении она теперь будет проявляться. А теперь обустраивайся. Когда закончишь — позови, прикоснувшись к зелёному квадратику.

С этим напутствием она развернулась и покинула каюту.

Я же осталась стоять посреди комнаты.

Минута, другая…

Ничего не выстояв, подошла к монитору, где приступила к меблированию. Компоненты создавались из пола. Прикасаешься к определённому рисунку, и вырастает мебель. Рядом с иконкой была расположена цветовая палитра, предлагающая раскраску на любой вкус. Пролистав несколько вариантов, остановилась на композиции белого цвета: круглая кровать, прикроватный столик и зеркало с левой стороны в полную высоту каюты. Всё это в обрамлении морского пейзажа за окном.

Получившийся интерьер порадовал.

Подойдя к зеркалу, снова стала себя рассматривать. Но поняла, что не могу разумом слиться с этим юным созданием. Может инопланетянка права, на всё нужно время? И, кстати, как мне её все-таки называть? Не буду же обращаться — Похитительница. Это же ребячество какое-то. Тогда пусть будет — Эльвира. Имя красивое. Оно ей подходит.

А какое взять себе? Как она сказала: новая жизнь — новое имя?

Я себя нарекаю — Зая. Есть имя Зоя, а я — Зая.

Посмотрела на себя в зеркало, гордо произнесла:

— Я нарекаю тебя «Заей»! — не удержавшись, зашлась смехом.

Увидев в отражении веселящуюся девушку, замерла, снова всматриваясь в её лицо. Мне кажется, что она выглядит красивее, чем была я, — опять думаю о молодой себе, как о посторонней личности, — И ещё. Не смотря на нашу схожесть со мной в юности, эта особа всё же другая.

— Ты ещё занята? — раздался голос в каюте.

Оглянувшись, я никого рядом не обнаружила. Зато на стене рядом с монитором вырисовывалось лицо похитительницы. Она смотрела перед собой не видя меня.

Я нажала «вызов».

— Сейчас приду, — произнесла та, и исчезла с экрана.

Через несколько минут над входной дверью засветилась звёздочка. Когда я приблизилась к выходу, дверь сама открылась. В коридоре стояли двое: Эльвира и Он. Хотя наше знакомство было коротким, его бы я ни с кем не спутала.

На секунду замерев, вспомнила, что я не похожа на ту женщину, которую он встретил. Может, не узнает?

— Здравствуй! Как видишь, от судьбы не уйдёшь, — голос прозвучал в спокойной тональности, но не так уж миролюбиво. И взгляд самопровозглашённого «суженного» мне не понравился. Надо учесть, что эти богообразные не такие уж и добренькие.

Ничего не отвечая, молча перевела взгляд на инопланетянку.

— Как я понимаю, это твой искатель? — голос строгий, но глаза смеющиеся. Странная у неё реакция.

— Может, и он, разве всех упомнишь? — пожала я плечами.

— Издеваешься? — дёрнулся парень в мою сторону.

— Какой темпераментный. Мне что, теперь его бояться надо? — поинтересовалась у женщины.

— Ты взяла себе имя? — спросила она вместо ответа.

— Да. Я Зая. А Вы — Эльвира.

— Зая и Эльвира. Красивые имена. Ну, что же, Зая, пошли. Нам надо поговорить. — А ты, Аполлон, пока оставь нас. Я сама ей всё объясню. Встретитесь позднее.

С этим напутствием она развернулась и пошла в ту сторону, откуда мы ранее пришли. Проскользнув мимо искателя, чуть ли не вприпрыжку побежала за ней, и через некоторое время оказалась в её каюте. У Эльвиры было мило и просто. Спальное место овальной формы расположено с левой стороны, а пуфик со столиком — с правой. Вот и всё убранство.

Сев на кровать, она рукой указала мне на пуфик. Присев на него, я цивильно опустила ладони на коленки.

— Зая, ты избранница не одного, а двух искателей, — последовало серьёзное вступление, — Первый, это тот, кто к тебе прикоснулся, а второго — ты избрала. Как ты уже знаешь, первая свободная женщина, встретившаяся искателю, является его избранницей. Но ещё у нас есть Закон, что любая избранница может заявить свои права на других свободных мужчин. Для этого ей лишь требуется дотронуться до того, кого она выбрала. Затем наступает период знакомства, после которого женщина принимает окончательное решение. Аполлона ты уже видела. Второй — Арес. Это его ты отметила.

— Никого я не отмечала! Бред какой-то! Кто Вам эту чушь наплёл? — искренне возмутилась я.

— Смотри сама.

Элеонора подошла к монитору и что-то там включила. На экране закрутилось видео. На первом кадре была запечатлена я, сидящая на пенёчке, и стремительно приближающиеся инопланетяне. Потом в дело пошёл посох (классно так огрела), — и вот уже я удираю во все лопатки. Затем инопланетник перегораживает мне дорогу и получает промеж ног. На этом эпизоде видео остановилось.

— Да я же его ударила, а не благословила! С чего Вы взяли, что он отмечен?

— Свободная женщина может прикоснуться к свободному мужчине только в случае, если она его выбрала. А ты не просто прикоснулась, ты выделила его детородный орган, как символ, что хочешь от него детей. Таковы наши Законы. Если бы ты ударила его до своего избрания, то никаких последствий это бы не повлекло. Но ты прикоснулась к Аресу — после. Теперь тебе надо с обоими мужчинами встретиться и поближе познакомиться.

— В каком смысле, поближе?

— Рассказать о себе, своей жизни, привычках, желаниях и прочем. А они, в свою очередь, расскажут о себе. Ты можешь встречаться с каждым в отдельности или с двумя сразу.

— Да не хочу я ни с кем встречаться! — возопила фальцетом, — Вы же сказали, что я буду воспитанницей! Так при чём здесь они?

— Зая, почему ты упрямишься? У тебя наступает самое увлекательное и приятное время — пора ухаживаний. Два лучших представителя Древней Расы будут соревноваться за твоё внимание. Это ведь так романтично.

— Эльвира, посмотрите на меня. Ещё вчера я была пожилой женщиной, в увядающем её состоянии. Даже если сейчас моё тело выглядит юным, в нём старческий менталитет, который ни о каких женихах и не помышляет. Дайте время прийти в себя!

— Да, ты права. Нам некуда спешить. Окажемся дома, а там познакомишься с нашим миром и с искателями подружишься.

— А если не подружусь?

— Думаю, что у них достаточно времени, чтобы заинтересовать тебя, — засмеялась она. — Пойдём, покажу учебную комнату, чтобы было чем заняться.

— У меня один вопрос. Как Вы нашли Аполлона?

— Сделала запрос, кто из искателей сейчас на Тала-Верне. Мне ответили, что здесь находятся двое юношей, потерявших избранницу. Это был Аполлон и Арес. Я пригласила их на корабль. Они тебя узнали.

— Я же здесь не виделась с ними. Когда они могли меня узнать?

— Они просмотрели запись, где мы с тобой встретились.

— Но ведь уже полгода прошло. Почему они не улетели?

— Не могли. Избрание произошло. Они обязаны были найти тебя, сколько бы ни потребовалось на это времени. Таковы наши Законы.

— Глупые у Вас Законы!

Не знаю, что Эльвира сказала новоиспечённым женихам, но меня никто не беспокоил и не преследовал. Я же целыми днями постигала историю Древнейшей Расы с их взлётами и падениями, растянувшимися на миллионы лет. В принципе, изучать всё это было несложно, ибо информация целыми пакетами поступала в мозг и там оседала. А насколько она хорошо усвоилась, по вечерам проверяла наставница.

Также быстро и незаметно был загружен в голову их язык. Теперь я могла и понимать их речь, и сама (ну, не очень уж хорошо) что-то там лепетать. Говор был певучим и приятным, но для меня больше похожий на сельские распевки на завалинке, что у меня вызывало безудержный смех. Поэтому разговаривать предпочитала на своём языке, изредка используя их слова и фразы.

Спустя несколько дней инопланетянка пришла за мной, и снова отвела в медицинский отсек.

— Мы отправляемся домой. Для диагностики твоего самочувствия при перелёте, проведёшь это время в гедруас. Ложись, — сказала она, показав на аппарат, омолодивший меня.

— А это обязательно? — подозрительно посмотрела на неё. — Может, Вы опять забыли предупредить меня о чём-то?

— Ты первый раз отправляешься в космическое путешествие, и неизвестно, как тело отреагирует на подобное. Чтобы узнать об этом, ты проведёшь время здесь. Мы соберём информацию, чтобы знать наверняка, насколько тебе комфортно. А теперь перестань спорить и ложись.

Внимательно вглядываясь в неё, я подозревала её в очередном подвохе. Однако, ничего не углядев, нехотя залезла в приготовленный ящик.

— Консервируйте, сатрапы! — пробубнила негромко, и закрыла глаза, готовясь уплыть к розовым слоникам.

— Зая, приятных снов, — услышала голос Эльвиры, прежде чем крышка закрылась и меня обступила темнота.