Неправильная избранная или запретная любовь для маленькой плутовки

Если кто-то спросит, как я оказалась на празднике для воинов обители в наряде наложницы, я отвечу: патологическое везение, банальное любопытство и страстное желание увидеть его. На самом деле, только последняя причина была истинной.

Вечером, когда кареты с наложницами въехали на территорию обители, я давно уже должна была быть в своей постели, но голод решил по-другому. В животе неприятно урчало, и я никак не могла уснуть. Мы знали, что для воинов готовится праздник: впервые дикари подобрались так близко к обители. Всё чаще и чаще киэхаи́ стали появляться в Долине Хранителей, несколько даже были замечены в Зачарованном лесу. Наши воины успешно отразили атаку, уже третью за месяц и самую большую из всех. Сегодня на кухне будет много вкусной еды, и тётушка Глория наверняка разрешит мне стащить что-нибудь, в сотый раз сетуя на мою худобу.

Семь незнакомых карет с визитёрами в такое время не могли не привлечь моего внимания. Они остановились у столовой, очень близко от моего укрытия. Стражи, что управляли экипажами, лишь чудом не заметили меня.

Из кареты, словно стайка диковинных птиц, выпорхнули девушки. Их пёстрые наряды нельзя было назвать приличными даже с большой натяжкой. Лица наложниц были скрыты вуалями, нетрудно догадаться, что их привезли порадовать усталых воинов женской компанией. Женщины в обители - большая редкость, за исключением прислуги, нескольких наставниц и нас, шестерых избранных, которых они и призваны защищать. Любой из них отдаст за нас жизнь, посчитав это высшим благом для своей души и рода.

Девушек встретил наставник Зур в компании двух воинов. Мужчины бросали на наложниц заинтересованные взгляды и совсем не спешили проводить их в помещение. Девушки же отвечали им тихим хихиканьем. Они нисколько не стеснялись своих нарядов, наоборот, каждая старалась быть замеченной. Одни отправляли воздушные поцелуи, другие бесстыдно обнимали воинов за плечи и брали под руки.

— Вы слишком долго, — из приоткрытой двери столовой раздался голос командира Клива де Ройя, который возглавлял отряд местных воинов. — Дарен Тёмный уже дважды собирался уйти. Я задерживал его разговорами, сколько мог, — добавил он, открывая двери ещё шире, впуская внутрь долгожданных гостей, которых явно считали главным развлечением вечера.

Я же забыла обо всём на свете, включая голод. Дарен был там! В груди разгорелось пламя, впервые в жизни я почувствовала, что такое ревность. Словно что-то сжимает грудину в тиски, на тело нахлынула тяжесть, а руки сами собой сжались в кулаки. Я знаю, что у меня нет права ревновать его, но ничего не могу с собой поделать. Во что бы то ни стало я должна попасть внутрь и увидеть его.

Из моего укрытия было видно, как стражи отогнали кареты к конюшням и, не дожидаясь дядюшки Эрла нашего главного конюха, поспешили присоединиться к празднику. Не знаю, как мне пришла в голову эта идея, но уже через мгновенье я забралась в одну из карет и с радостью обнаружила в ней несколько мешков с запасными нарядами.

Схватила первый попавшийся наряд и со всех ног кинулась в своё укрытие, оставленное пару минут назад: раскидистый, густой куст малиры. Её широкие листья полностью скрывали мою фигуру, а высоты куста вполне хватало, чтобы скрыть меня полностью, стоило лишь посильнее вжать голову в плечи.

Быстро переодевшись, тихо ойкнула, когда зачарованный магией наряд уменьшился в размере, становясь мне точно впору. Ранее мне ещё не приходилось носить зачарованную одежду, все наряды шились точно по нашим меркам лучшей модисткой Ларии, специально для избранных.

До сих пор не верю, что решилась на подобную авантюру. Страшно было до жути, ладони потели, и я вытерла их об юбку, отчего разноцветные монетки на поясе тихо забренчали. Наставники будут в ужасе, если узнают, чем избранная самой Светлейшей занимается. И пусть я избранная лишь по ошибке, дефектная, без капли магии, обычный человек. Артефакт указал на меня, и наставникам приходится терпеть моё присутствие в обители и относиться должным образом. По крайней мере, до самой инициации в первый месяц после нашего восемнадцатилетия.

Распустив волосы и спрятав лицо за вуалью, я бегом бросилась к дверям. Медлить не стала, боялась передумать. Дверь открылась с тихим скрипом, пропуская меня в небольшой тамбур. Свет был приглушён, из глубины столовой доносилась музыка и смех. В тамбуре были небольшой диван, пара вешалок для верхней одежды, которые сейчас оставались пустыми, так как лето было в самом разгаре, и большое овальное зеркало на стене, напротив самого входа.

Мельком увидела своё отражение в зеркале и замерла, не в силах оторвать взгляд. Из зеркала на меня смотрела незнакомка, даже в самых смелых фантазиях я представить не могла, что могу быть такой. Юбка открывала стройные, длинные, босые ноги, талия казалась совсем тонкой, а грудь на её фоне выгодно выделялась. Ещё ни разу я не носила, что-то столь обтягивающее и откровенное. Длинные, светло-русые волосы, после пучка, лежали незатейливыми волнами, вуаль придавала образу таинственности, а зелёные глаза сейчас казались огромными, скорее всего от страха, который я испытала, попав в здание.

— Уже совсем не ребёнок, как ты привык называть меня, Дарен, — тихо прошептала себе под нос.

Девушка! Юная и красивая. Впервые почувствовала себя красивой. Ни в день обряда передачи силы, ни даже на балу в честь нашего шестнадцатилетия, почти два года назад, когда я впервые надела нарядное платье, а ты впервые пригласил меня танцевать, я не чувствовала себя красивой. Я была там лишняя, и все это знали.

Ловя на себе твои взгляды, никак не могла понять, что они могут означать, но сердце тут же начинало биться чаще, а щёки алели румянцем. Именно в тот вечер я осознала, что влюбилась в Дарена Тёмного. В мужчину, на пятнадцать лет меня старше, который никогда не обратит на меня внимания, как на женщину. Тёмный маг, сильнейший воин Ларии и к тому же безумно красивый мужчина. Совершенно не смазливый, наоборот. Мужественный, высокий брюнет с непослушными короткими волосами, крепким, рельефным телом, закаленным тренировками и сражениями. Правильные черты лица, прямой нос, острые скулы и волевой подбородок с легкой щетиной, чувственные губы и чёрные как ночь глаза. Взгляд всегда уверенный, острый, прямой. Его боялись и уважали, его магию опасались. Тёмный. Его сила - большая редкость, гроза и ужас. Тот, кому не нужна любовь. Тот, в кого невозможно не влюбиться.

Встряхнула головой, прогоняя воспоминания, и быстро, стараясь не растерять решимость, прошла в столовую, которую сейчас было не узнать. Светлое, большое помещение преобразилось до неузнаваемости, наверняка не обошлось без магии. Привычные деревянные лавки сменили на удобные мягкие диванчики и кресла, пол застилали цветные ковры. Зал с помощью светлой, лёгкой, чуть прозрачной тюли разделили на несколько зон, в которых отдыхали воины в зависимости от звания, и отдельно наставники. Свет был приглушен, столы ломились от напитков и угощений, играла весёлая, громкая музыка, повсюду мелькали девушки - наложницы в ярких нарядах, их было не меньше сорока. Некоторые танцевали, другие разминали воинам шеи, поглаживали руки, а несколько, видимо, самых смелых, вовсю восседали на мужских коленях. Несмотря на то, что воинов было значительно больше, внимания хватало всем.

Его я заметила сразу, в компании нескольких наставников, парочки неизвестных мне мужчин и капитана де Ройя. Тёмный сидел в кресле с невысокой спинкой, чуть поодаль от шумной компании, широко расставив длинные ноги. Поза расслабленная, в руках наполовину полный прозрачный стакан, который он будто нехотя держал в руке.

Стоять одной на входе было нельзя, велика вероятность привлечь к себе ненужное внимание. Быстро направилась в сторону Дарена, маневрируя между танцующими и уворачиваясь от рук воинов, старающихся вовлечь меня во всеобщее веселье. Я подошла достаточно близко, чтобы, оставаясь незамеченной, разглядеть его скучающий взгляд. Это радовало. На губах расцвела довольная улыбка, которая тут же погасла, стоило небольшой компании девушек из пяти человек направиться в сторону их компании.

Сразу две из них решили скрасить вечер Тёмного. Остановившись в нескольких шагах от мужчины, они принялись танцевать. Их тела плавно изгибались, то замедляясь, то ускоряясь в такт музыке, казалось, у этих женщин не хватает, как минимум, нескольких костей, так искусно они владели своими телами. Я никогда бы не смогла так изогнуться.

Одна из них развернулась к Дарену спиной, быстро тряся бёдрами, от чего монетки на поясе подскакивали так, словно вот-вот оторвутся. Вторая же стала заходить за спину, намереваясь приняться за массаж шеи. Время будто остановилось. Вот я вижу, как она тянет к Тёмному свои руки, в душе вновь загорается огонь. В следующее мгновение я быстро подлетаю к ней со спины и удачно отталкиваю прямо в руки к одному из сидящих рядом наставников, который с радостью усаживает танцовщицу к себе на колени.

Всё сложилось как нельзя лучше. Моего маленького маневра никто не заметил. Девушка, даже если и была возмущена неожиданным толчком в спину, вида не подала, во всю развлекая своего нового кавалера. Вторая по-прежнему стояла спиной, продолжая свой танец. А я вдруг осознала, что не позволю ни одной из них прикоснуться к нему. Пусть все видят, что место занято. Я сделаю это, правда, сделаю, уговаривала я себя и не верила. То чувство, когда и хочется, и колется. И тут я поняла, что никогда не прощу себе, если сейчас сбегу, так ни разу к нему и не прикоснувшись. Тем более я зашла уже слишком далеко.

Подойдя к его спине практически вплотную, медленно опустила руки на крепкие плечи, обтянутые тёмно-коричневой кожаной курткой. Вот так, не бойся, Ли́са. Аккуратно сжала руки, разминая и поглаживая. Этого было мало. Хотелось почувствовать его горячую кожу под своими пальцами. Неспешно провела руками вверх, коснувшись его шеи.

Тёмный замер, на мгновение напрягся так, что мышцы под моими руками окаменели. А после быстро привстал и, схватив меня за руки, рывком опустил к себе на колени. Его взгляд прожигал меня насквозь. Горячий, яркий, живой. Хорошо, что лицо прикрыто вуалью, иначе он сразу узнал бы меня.

Ещё никогда в жизни он не смотрел на меня так. Так непозволительно горячо. Правда, и в таком наряде он видел меня впервые. Яркий голубой лиф, украшенный разноцветными монетками, брякающими при каждом движении, полностью открывал живот и подчёркивал грудь, туго её обтягивая. Юбка, хоть и была длинной, состояла из нескольких отрезов ткани, не сшитых между собой. Они крепились к щедро украшенному монетами поясу и полностью открывали голые ноги до самого бедра. Дарен, не стесняясь, разглядывал меня, медленно скользя взглядом от груди до самых лодыжек.

Я забыла обо всех на свете: об окружающих нас воинах и наставниках, о танцовщице, что извивалась напротив, пока её не перехватил капитан. По коже забегали мурашки, по телу разлилась сладкая, тягучая истома. Сколько раз я представляла, что он будет так смотреть на меня. Не как на маленькую, глупую девчонку, что училась у него держать меч и давать отпор любому, кто посмеет обидеть, а как на девушку. Девушку, которая может ему нравиться. Сколько ночей провела, мечтая о его поцелуе.

Шумно выдохнув, я привлекла его внимание, отвлекая от разглядывания моего тела. От его взгляда стало невыносимо жарко, незнакомые до этого момента эмоции переполняли, и я начала ёрзать, забыв, в каком положении нахожусь. Сидя у Тёмного на коленях, я отчетливо почувствовала, как его тело отреагировало на мою близость.

Не прерывая зрительного контакта, он взял меня руками за талию и, слегка приподняв, посадил к себе лицом так, что теперь я буквально оседлала его, от чего лишь сильнее стала ощущать степень его возбуждения. На мгновение стало обидно, ведь он не знает, что это я, и это лишь реакция его тела на наложницу. Сколько таких дев согревали ему постель?

Встряхнула головой. И пусть! Сейчас это не важно, сейчас он только мой. Хоть раз в жизни я хочу познать вкус его губ. В памяти всплыли образы двух обнаженных духов оазиса, что дарили друг другу ласки, которые я мечтала разделить с этим мужчиной. Осмелев, позволила себе вновь дотронуться до него. Обняла за шею и прижалась ближе, уничтожая оставшееся между нами расстояние.

Тёмный в долгу не остался. Скользнув руками под лоскуты моей юбки, опустил их на голые ягодицы, которые совсем не прикрывало бельё наложницы. Я и бельём-то это назвать не могу, лишь пара ниток, ни тепла, ни комфорта. Но сейчас, ощущая его тёплые, большие, чуть шершавые ладони на своей чувствительной коже, я совсем об этом не жалела. Он начал медленно поглаживать меня большими пальцами вверх-вниз. Эта незатейливая ласка сводила с ума, из груди вновь вырвался тихий вздох. На секунду представила, как мы сейчас смотримся со стороны, и, к своему удивлению, чувство стыда я не испытала, лишь сожаление о том, что мы сейчас не одни.

Закончив поглаживать, он чуть сжал мои ягодицы и, с тихим рыком, перенёс одну руку мне на шею, а другую на талию, сильно сжав её так, что, казалось, сейчас сломает. Больно не было, наоборот, хотелось чувствовать его ещё больше, ещё ближе. Позабыв про вуаль, я потянулась к его губам за таким долгожданным и желанным поцелуем. Его глубокое, тяжелое дыхание завораживало и манило. Казалось, он также сгорает от желания, теряя голову, как и я. Мужчина подался мне навстречу, и я в предвкушении прикрыла глаза: вот сейчас он приподнимет вуаль, и наши губы встретятся. Но этого не произошло. Дарен повернул голову и прошептал мне на ухо:

— Думала, я не узнаю тебя, лиса?!

***

Дорогие читатели, приветствую вас на страницах нового романа!🦊
Предлагаю вместе совершить увлекательное путешествие в магический мир под названием Лария, узнать его тайны и познакомиться с новыми героями.🔥🌊🌱🌬
Вас ждёт магия стихий, зачарованный лес и его обитатели. Захватывающие приключения и красивая история любви❤️
Не забывайте добавлять книгу в библиотеку и ставить лайки, автору будет очень приятно⭐️

Высокие резные двери небольшого храма при обители захлопнулись за нашей спиной, разделяя жизнь на «до» и «после». Каждая из нас оставила позади свои привычные будни, друзей, дом, семью.

С того момента, как на нас указал артефакт, детство закончилось. Теперь мы - избранные самой Светлейшей. Через десять лет обучения в обители в одной из нас проснётся Светоч – частица души самой первой Светлейшей богини. Та и станет хранителем и правительницей всей Ларии. Остальные четверо станут её защитницами, сёстрами, каждая из которых примет стихию покровителя и будет хранить жизнь и покой континентов. Всего их пять: Северный, Южный, Западный, Восточный и сердце - Аларий. Континент, на котором будет жить Светлейшая, и находится обитель.

Лария - наш мир, существующий уже больше пяти тысяч лет. Магический, удивительный и прекрасный, живой. Светлейшая способна чувствовать и слышать Ларию. Она хранит её покой и следит за тем, как жители планеты используют её ресурсы.

Всех жителей Ларии с детства учат жить в гармонии с природой и её обитателями. Заботиться о планете и брать лишь столько природных ресурсов, сколько необходимо для жизни. Мы не истощаем недра, не убиваем добычу ради забавы, почитаем и любим свой мир и Светлейшую - ту, что способна противостоять тьме.

Эдири - тёмные создания, низшая нечисть, мелкие пакостники, сами собой не представляющие большой угрозы. Они частенько нападают на мирные земли и их жителей в поисках пропитания. А пищей для них служат эмоции страха и боль живых существ. Если вовремя их заметить и изгнать, сильного урона они не приносят. Но стоит одному из них присосаться к жертве и слиться с душой, последствия могут быть ужасными. Человек или маг, заражённый Эдири, становится злым, агрессивным и бесконечно жадным до эмоций. Тьма ненасытна и коварна. Она дурманит, искажая реальность, усиливая пороки носителя.

Такие люди или маги способны натворить много бед. Лишь Светлейшая, её защитницы и тёмные способны увидеть и изгнать Эдири.

Большая редкость, когда тьма присуща магу с рождения. Она никак не проявляется до пяти лет жизни ребёнка, выжидая момент, когда тот сможет её принять, не навредив себе. Тёмные - сильнейшие среди магов, способные обуздать силу тьмы, используя её во благо. За всю историю Ларии таких магов не наберётся и сотни. Эту магию мало кто может сдержать, поэтому дети у тёмных не рождаются - тьма не даёт, выжигая всё на своём пути. Магия тьмы не передаётся по наследству, она сама выбирает себе носителя, проявляясь лишь тогда, когда встречает достойного, способного нести это непростое бремя.

Их сила вступает в резонанс с магами Ларии, чью магию порождает Светоч, что может привести к плачевным последствиям, оборвав жизни обоих. Тёмные обречены быть одиночками, без семьи и детей, вступая лишь в мимолетные связи с простыми людьми, чья продолжительность жизни значительно короче жизни мага.

Людей в Ларии гораздо больше, чем магов. Все маги являются потомками Светлейшей и защитниц, которых за пять тысяч лет было немало. Их уровень магии зависит от внутреннего личного потенциала, никак не зависящего от степени родства. У двух сильных магов может родиться слабый, минимально одарённый ребёнок, и наоборот. Продолжительность жизни магов составляет двести - двести пятьдесят лет. С уходом одной Светлейшей артефакт указывает на следующее поколение. Пять магически одарённых восьмилетних девочек из любого уголка Ларии становятся избранными преемниками силы с того момента, как на них укажет артефакт.

С тех пор им предстоит жить и учиться в обители, совершенствовать свою магию, развивать потенциал, осваивать силу стихий. Помимо стандартной для Ларии школьной программы, избранных обучают боевым искусствам, этикету, учат уважать и любить каждое живое существо на планете. Они станут не только хранителями силы, но и примером для всех магов. Лария любит и ценит каждое своё создание, будь то маг или человек. Все должны существовать в мире и уважении, иначе Лария будет гневаться.

За время нахождения в обители избранные становятся не просто семьёй, а одним целым. Каждая из сестёр без промедления отдаст жизнь за Светлейшую и друг друга. Светоч может пробудиться в любой из избранных, поэтому все они воспитываются и обучаются в равных условиях. Лишь по достижении девочками восемнадцати лет Светлейшая пробудится, явив себя Ларии, и после распределит силы огня, воды, земли и воздуха между защитницами.

Десятилетие, что отведено для подготовки новых защитников Ларии и хранителя Светочи, всегда было неспокойным. Оказавшись без хранителя, Лария теряла стабильность и становилась уязвимой: природные катаклизмы, разбушевавшиеся стихии, нападения низшей нечисти и диких племён, рвавшихся к власти. Лишь проявившаяся Светоч приносит гармонию, мир и покой. Поэтому все жители Ларии так любили и почитали Светлейшую, хранившую этот мир.

— Пока Светлейшая с нами, злые духи не тронут, почва будет плодородной, а небо и воды - спокойными, — учила меня мама с самого детства.

Я любила слушать рассказы взрослых о могущественных хранителях, потомках самой богини. Они всегда казались недостижимыми, нереальными. Я и представить себе не могла, что мне предстоит стать одной из них. Одной из избранных, которых впервые в истории оказалось шестеро. Впервые артефакт указал на обычного, не наделённого магией человека - на меня.

Все остальные девочки были магичками из знатных семей Ларии: Сара де Анвари, Ария фон Рондар, Кэйтлин де Ласка, Инити де Лорри и Элиза фон Сантар. Их было пять, как и каждый раз при появлении избранных. И вдруг артефакт выбрал шестую избранную, да ещё и обычного человека, без капли магии и громкого имени. Мелиса Остэр, без всяких «фон» и «де», указывающих на принадлежность к дворянскому роду.

Все домашние звали меня лисой, а мама, ласково, как могла только она - лисёнком.

Небольшой городок Остэр, давший фамилию нашему роду, больше походил на деревню.

Мы жили в небольшом, но очень уютном одноэтажном домике. Мама выращивала в огороде овощи и травы. Отец занимался охотой. Остэр окружал лес, полный добычи. Летом родители, как и большинство взрослых, а также детей, чей возраст переходил за семь зим, работали в полях. Лето на Восточном континенте короткое, жаркое и сухое, благодаря чему наш край славится урожаем пшеницы. Практически семьдесят процентов всей пшеницы для Ларии выращивают именно здесь.

Я любила работать в поле и очень гордилась, что взрослые брали меня с собой, на зависть младшему брату. Оливеру только исполнилось четыре, и он страшно завидовал мне, ведь я проводила время с родителями, а его отводили к соседке, почтенной тётушке Монике. Эта добродушная пожилая женщина, для своего возраста, была слишком энергичной и напрочь помешанной на чистоте и порядке. Она весь день носилась по дому и огороду с целью довести все возможные дела до идеала, и Оливеру приходилось ей помогать.

Люди в нашем городке жили добрые, улыбчивые и весёлые. Сезон урожая заканчивался большими гуляниями, которые мы с Оливером, как и все остальные жители Остэра, ждали с нетерпением. Пожалуй, даже больше празднования Новогодия. Зима в наших краях была продолжительной и холодной, из-за чего праздничные гуляния на улице были недолгими или отменялись вовсе.

Я любила свою семью и ту спокойную, наполненную тихим семейным счастьем жизнь, которой мы жили.

Всё изменилось в один миг, ровно через три дня после моего восьмого дня рождения. День клонился к закату. Я помогала маме на кухне, когда за окном раздался громкий топот десятка копыт, за которым последовал требовательный стук в двери нашего дома.

На пороге стояли богато одетые мужчины, сразу видно - маги. В Остэре магов уважали. У нас их было совсем мало, чуть больше десятка. Все они были хорошо образованы и занимали высокие должности. Я любила чудеса, от магов веяло силой. В моих детских глазах они казались нереальными, всемогущими. Но никогда в жизни я не мечтала стать одной из них. К чему мечтать о невозможном? Ты либо родился магом, либо нет. Ведь магия проявляется у жителей Ларии с рождения, если ты, конечно, не тёмный.

Тогда отец долго разговаривал с ними в отдельной комнате, а мама прижимала меня к себе всё время, повторяя, что это какая-то ошибка. Для магов честь стать избранными, их дети с детства мечтают оказаться в обители. Но для меня эта вынужденная разлука с домом казалась настоящей трагедией. Мы все понимали, что разговоры бессмысленны, и сегодня я покину дом на долгие десять лет, а может, и больше. Моей семье пообещали выделить новый, большой дом и месячное жалование. Родственники избранной должны жить в условиях, соответствующих их новому статусу. Несмотря на все обещанные блага, я знала, что родители предпочли бы, чтобы я осталась дома, и никакие деньги не компенсируют нашей разлуки.

Я видела, как напряжён отец, как мама не смогла сдержать слёзы, как маленький Оливер крепко сжимал меня своими ручонками, не соглашаясь отпускать. Тогда я держалась, старалась не проронить и слезинки. Но стоило выйти на крыльцо, бросить последний взгляд на дом и семью, как слёзы градом покатились из глаз.

— Будь сильной, дочка. Мы любим тебя, лисёнок, и всегда будем любить. — Большая честь для многих семей Ларии оказалась маленькой трагедией для нашего дома. Тогда я пообещала себе, что непременно буду сильной, не стану больше плакать и обязательно вернусь домой.

Я понятия не имела, что ждёт меня впереди, что я буду делать в обители среди сильнейших магов Ларии и почему вообще на меня указал артефакт. Даже те маги, что приехали за мной, сказали, что это ошибка, но поделать ничего не могли. Пойти против артефакта Светлейшей не мог никто. С этого самого момента моя жизнь принадлежит Ларии.

Раньше путешествовать так далеко мне не приходилось, и Восточный континент я никогда не покидала. Впервые я была так далеко от дома, впервые видела море и настоящие корабли.

Это были длинные, изящные суда, быстроходные и надёжные. Мачта, устанавливаемая в средней части, несла белый парус с изображением герба Ларии. По верхним поясам обшивки проходил орнамент в виде стилизованного изображе­ния волны. Обшивка корпуса имела украшения с изображением четырёх стихий. А управлял кораблём маг, владеющий стихией воздуха.

Корабли, несомненно, поражали, но море произвело на меня ещё более сильное впечатление. Валарийское море пленило своей синевой и мощью. Жаль, что на палубе мне разрешалось быть совсем недолго. Большую часть времени я провела в небольшой, но довольно уютной каюте в полном одиночестве. Лишь невысокая, полненькая служанка приносила мне еду и потом заходила забрать посуду. Она оказалась крайне неразговорчивой и на все мои вопросы лишь молча мотала головой, низко кланялась и, бросив на меня полный восхищения взгляд, уходила. По всей видимости, ей было известно, что я одна из избранных, и, будучи обычным человеком, она относилась ко мне с особым трепетом и уважением. Чего не скажешь о магах, забравших меня из дома.

Они смотрели с подозрением и на все вопросы неизменно отвечали, что высшие мне всё расскажут, как только мы окажемся на месте. Лишь один из них с самого начала проявил дружелюбие. Высокий, крупный маг с волосами цвета пшеницы, выгоревшими на солнце, и загорелой кожей, на вид чуть за тридцать. Сколько ему было, на самом деле, я могла лишь догадываться, возраст для магов - дело относительное. Этот маг не забирал меня из дома, а встретился уже на корабле, в одну из редких прогулок по палубе. Он оказался наставником обители по боевым искусствам и борьбе с опасными тварями.

— Зови меня наставник Зур, юная госпожа, — от такого обращения мне непременно стало бы неуютно, если бы не широкая, белозубая улыбка мага.

От него я узнала, что обитель избранных считается одним из самых защищённых мест Алария. Расположилась обитель в трёх часах езды от столицы главного континента. Столица Алария славилась на всю Ларию. Именно здесь проживает Светлейшая и собирается совет, который она возглавляет. В отсутствие Светлейшей именно совет управлял Ларией, принимает новые законы и следит за выполнением существующих. Совет состоит из двух представителей с каждого континента, двух высших магов обители и самой Светлейшей, за которой всегда остаётся последнее слово. Ослушаться её - значит предать Ларию.

По дороге из столицы к обители есть ещё несколько городов и небольших деревень. Ближайшим к обители было военное поселение, в котором проживали охраняющие обитель воины со своими семьями.

Лишь один раз в год поселение открывало свои врата для проведения башни - состязания для молодых юношей со всей Ларии, мечтающих поступить в лучшую военную академию главного континента.

От военного поселения обитель отделяла небольшая роща с одной стороны, а с трёх других сторон её окружал зачарованный лес. Место страшное и таинственное. Про этот лес ходило множество легенд, и все жители Ларии с самого детства их знали. Лес населяли волшебные твари и опасные хищники. Те немногие, кто выжил после попыток зайти в него, теряли рассудок. Они утверждали, что лес живой, что даже деревья там обладают магической силой.

Одна из легенд гласила, что когда-то давным-давно один сильнейший маг, чьё имя сейчас неизвестно, создал артефакт, позволяющий беспрепятственно заходить в зачарованный лес.

— Имей мы сейчас такой артефакт, дорога до обители занимала бы гораздо меньше времени, — выдохнул наставник Зур, щурясь от ярких солнечных лучей.

Но поскольку он был лишь легендой, путь наш лежал в обход зачарованного леса, через горный перевал и долину, что заканчивалась Параманской бухтой. В которую, спустя три полных дня пути, и причалил наш корабль. Мне выделили десять минут на сборы и сказали надеть своё лучшее платье.

Я надеялась, что в пути ещё выдастся возможность пообщаться с наставником. Но он верхом на гнедом жеребце ехал в числе первых. Меня же в полном одиночестве посадили в карету с плотно зашторенными окнами. Карету окружали встретившие нас воины, из-за которых, даже открыв шторы, мне ничего разглядеть не удалось. Поэтому, бросив это пустое занятие, я принялась размышлять о том, как мне сбежать и преодолеть в одиночку такое большое расстояние. Пока вариант был только один: сократить путь через зачарованный лес. Следом за мной туда пойти не рискнут, и у меня появится шанс быстро попасть в бухту. План глупый и маловыполнимый, но другого у меня не было.

На территории обители сегодня было особенно многолюдно. С самого утра начали прибывать избранные с разных континентов. Остальные девочки уже были здесь, я прибыла последней. Всем девочкам, включая меня, было восемь лет. Дни рождения избранных всегда в одном месяце. В этот раз богиня выбрала тех, кто родился в первый летний месяц, под созвездием Солнца.

Наша первая встреча навсегда останется в памяти одним из самых ярких воспоминаний того времени. Впервые увидев девочек в просторной деревянной беседке, перед небольшим храмом, куда меня доставил наставник Зур, я поняла, насколько сильно от них отличаюсь.

Все девочки, как и положено избранным, обладали магией. Они держались гораздо лучше меня и выглядели вполне довольными, принимая за честь ту участь, что приготовила им судьба.

Ария фон Рондар – высокая, подтянутая девочка с решительным взглядом карих глаз и ровной спиной. Она была выше меня на две головы и выглядела старше своих лет. Её кудрявые каштановые волосы были собраны в высокий хвост на затылке, в котором виднелись несколько тонких косичек. Ария гордая и сильная, настоящая северянка.

Жители Северного континента славились своей выдержкой, силой и стойкостью. Девочек с детства учили держать меч, стрелять из лука и драться. Север был суровым краем, но по-своему прекрасным. Этот континент славился добычей полезных ископаемых, горными шахтами с драгоценными камнями, редкой ягодой и ценной пушниной диких зверей. Одета Ария была в тонкую зелёную тунику с плетёным коричневым поясом на талии и штаны, которые женщины Севера носили наравне с мужчинами. Ария была дочерью военного командира и единственной наследницей его знатного рода. Мать Арии скончалась при родах, и девочку вырастил отец. С тех пор он больше не женился, а всё своё свободное время уделял дочери.

Сара де Анвари. Худенькая, высокая девочка с длинными чёрными волосами, большими карими глазами, выразительными бровями и чуть вздёрнутым носиком. Сара была очень яркой и красивой. В алом платье с длинной юбкой и поясом, украшенном драгоценными камнями. По девочке сразу было видно - аристократка. Несмотря на свой юный возраст, она держалась очень уверенно и двигалась изящно, можно даже сказать, величественно. На нас всех смотрела свысока, пожалуй, только Арию девочка принимала за равную. Остальные держались более скромно и никакого интереса у Сары пока не вызывали.

Сара родилась и выросла в столице Алария. Семья де Анвари из древнего, магического, очень богатого и почитаемого рода торговцев. Её отец одно время даже был членом совета. Но ушёл, оставив за собой право передать своё место старшему сыну. Сам он рассудил, что власти у него и так достаточно, и свои интересы он прекрасно может продвигать через сына. А вот в торговле его старший отпрыск был гораздо слабее, и пока отец посвящал себя совету, заключил несколько совершенно невыгодных сделок. Поэтому глава семьи и принял подобное решение, ведь так же сильно, как власть, он любил только одно – деньги.

— Денег много не бывает, — частенько приговаривал Вернон де Анвари. От этой любви к деньгам он уже сосватал маленькую Сару в жёны сыну своего давнего партнёра и не менее богатого, знатного мага. Мать Сары против такой ранней помолвки не была, а саму Сару никто не спрашивал. Хотя если бы спросили, то она непременно бы отказалась.

Характер у Сары гордый, она хотела сама выбрать себе мужа и втайне уже невзлюбила своего будущего супруга. А мать, даже если бы и была против, всё равно отцу перечить не стала. Все обитатели дома де Анвари, начиная от слуг и заканчивая родными, боялись Вернона, и Сара не стала исключением. Из страха перед родителем девочка научилась отстаивать своё мнение не слезами и криками, а доводами и неоспоримыми доказательствами. Ещё в шесть с половиной лет Сара крепко решила, что никому не даст себя в обиду, даже если это будет её собственный отец. Жаль, что мама Сары обладала характером кротким, а обществу своих детей предпочитала светские обеды и разговоры о моде.

Если бы семья Инити де Лорри проживала в Аларии, её мама непременно бы подружилась с мамой Сары. Но Инити родилась и выросла на юге. Южный континент Ларии славился своим жарким климатом, морскими богатствами и магическими существами, живущими в глубине синих вод Южного моря.

Почва на юге была неплодородной и обрабатывалась с трудом. Зато море славилось богатейшими уловами разнообразной рыбы, которую поставляли во все уголки Ларии, а ещё редчайшим жемчугом и камнями для создания артефактов.

Инити была самой младшей из трёх сестёр и самой неприметной. Так она искренне считала сама, и её родители, особенно мама, очень этому способствовали. Увлечение девочки книгами и науками вызывало у матери раздражение, а внешность младшей дочери на фоне двух сестёр-красавиц она откровенно считала заурядной. От этого Инити всё больше закрывалась в себе и предпочитала обществу родственников книги.

На самом деле девочка была очень симпатичной, а многие даже сочли бы её красивой. Вот и я, увидев Инити, решила, что передо мной настоящая красавица, только слишком скромная и молчаливая. Особенно меня поразили глаза Инити: большие и синие - синие, как воды Валарийского моря, которое я видела совсем недавно.

Их обрамляли густые ресницы, делая взгляд ещё выразительнее. Таких красивых глаз я раньше ни у кого не встречала. Волосы у Инити были тёмно-русые и короткие, немного выше плеч. Пряди у лица чуть длиннее, чем на затылке, и девушка часто заправляла их за маленькие аккуратные ушки. Одета Инити была в синее платье простого кроя, без вышивки, рюш и каких-либо других украшений. Несмотря на это, платье подчёркивало цвет глаз и смотрелось очень мило. Ростом Инити была как я, чуть ниже Кэт и Элизы. Все три девочки были миниатюрными и на фоне Арии и Сары смотрелись младше.

Кэйтлин де Ласка обладала шикарными длинными золотисто-пшеничными волосами до самой талии и серо-голубыми глазами с пушистыми тёмными ресницами. А лицо украшала небольшая россыпь лёгких веснушек. Кэт очень шло её светло-голубое лёгкое платье в маленький белый горошек, а соломенная шляпка, которую, к сожалению, девочке пришлось снять при входе в храм обители, делала её совершенно очаровательной.

Кэт была громкой, разговорчивой и смешливой девочкой. Она любила улыбаться и смеяться, от чего кто-то мог принять её за особу весьма легкомысленную. Но это впечатление было обманчивым. Просто маленькая Кэт любила жизнь.

Она выросла в не очень богатой, но знатной семье Западного континента и была единственным ребёнком. Несмотря на отсутствие больших денег, у семьи было всё, что нужно. Родители души не чаяли в своей единственной дочке, и Кэт отвечала им взаимностью.

Западный континент отличался от других. Его обитатели жили более замкнуто и имели множество своих традиций. Жители Западного континента всегда считались лучшими артефакторами и славились своими работами на всю Ларию. У каждой семьи магов был свой собственный артефакт - семейная ценность, передающаяся из поколения в поколение. В семье Кэт хранился редчайший камень, прозрачный, светло-розового цвета. Артефакт указывал тому, кто к нему прикоснётся, его истинную пару. Кэт знала об артефакте своей семьи, но ей строго-настрого запретили к нему прикасаться до самого совершеннолетия.

Когда я впервые увидела Кэт, она тихонько о чём-то шепталась с Элизой.

Элиза фон Сантар была внучкой самого Гарольда, сильнейшего мага Ларии и высшего наставника обители избранных. Также как и Сара, Элиза выросла на главном континенте, но не в его столице, а в небольшом прибрежном городе.

Я замерла, не в силах оторвать взгляда от девочки, чьи руки украшали грани. Не может быть. Какая же огромная магия скрыта в этой малышке. Похоже, внучка своей силой пошла в деда. Грани - редкий и мощный артефакт, созданный для того, чтобы блокировать совсем или частично сдерживать магию.

Грани-блокираторы надевали на преступников или использовали во время безмагических соревнований. А сдерживающие грани, такие как у Элизы, носили юные маги, чья сила была очень велика, для того, чтобы маг не навредил себе и окружающим, пока учится владеть силой, а также, чтобы избежать неконтролируемых выбросов магии.

Элиза - миловидная пепельноволосая блондинка с серыми глазами, аккуратными пухлыми губами и ровным носом. Девочка была одета в белый сарафан с широкими бретелями и пышной юбкой, подол которой украшала изящная вышивка в виде разноцветных цветов. Сначала я засмотрелась на грани, а после залюбовалась искусной работой мастера, сотворившего вышивку. Мой долгий изучающий взгляд не остался незамеченным. Кэт и Элиза обратили на меня внимание и принялись разглядывать в ответ.

Я была совершенно типичной девочкой восточного континента. Мои светло-русые волосы длиной чуть ниже лопаток слегка кудрявились от природы. Глаза были зелёными, как у папы, а пухлыми губами и острыми скулами я пошла в маму. На мне было моё самое любимое платье мятного цвета. Оно было простым, но добротным, а небольшую вышивку у горловины мама вышила сама. На фоне нарядов знатных девочек в своём платье я смотрелась вполне неплохо.

Приглядевшись, я поняла, что не только Элиза и Кэт разглядывают меня. Сейчас я буквально стала центром всеобщего внимания.

Элиза встретила мой взгляд и приветливо улыбнулась, Кэт слегка кивнула, но улыбаться не стала - что было ей несвойственно. Сара скептически приподняла бровь, а Ария смотрела в упор, открыто изучая меня. Инити смотрела настороженно с нескрываемым интересом, но дружелюбия не выражала.

И тут я поняла. Они, как и все здесь, знают, что я обычный человек. Сначала я смутилась, но быстро взяла себя в руки и решила не расстраиваться. В конце концов, я в избранные не напрашивалась и здесь оказалась не по своей воле. Высшим благом свою причастность к этому не считаю и вообще собираюсь сбежать, как только представится такая возможность.

К нам стремительно приближались двое не молодых магов, в довольно почтенном возрасте. На магах были одинаковые длинные белые рясы с широкими кожаными поясами, украшенными вышивкой с изображением стихий, и глубокими капюшонами. На шеях старцев красовались кулоны связи - дорогущий артефакт. Такой был лишь у наставника Зура и этих магов. В руках одного из них, того, что был чуть ниже ростом, была палка, на которую мужчина опирался при ходьбе. У этого мага были седые волосы до плеч, собранные в низкий хвост на затылке, и длинная белая борода. При этом его широкие брови были чёрными и выделялись на узком лице, подчеркивая серые глаза.

Телосложение худощавое, но довольно крепкое для его возраста. По человеческим меркам оба мага выглядели старше семидесяти. Интересно, сколько на самом деле им лет?

Второй маг, высокий, с широким разворотом плеч, идеальной осанкой и неспешным широким шагом. Его глаза были угольно чёрными, а волосы тронуты сединой лишь у висков. Небольшая аккуратная борода тоже серебрилась сединой. Выглядел он крепче и чуть моложе первого. Взгляд внимательный, цепкий, изучающий. От этого взгляда мне стало неуютно. А ещё от магов веяло силой. Удивительно, ведь даже я сейчас чувствовала исходящую от них мощь.

— Это высшие наставники обители и главы совета Ларии. Гарольд фон Сантар и Тандор де Ренье, — пояснил для нас наставник Зур, поочерёдно указывая на каждого из мужчин.

Воины поприветствовали подошедших магов вежливым поклоном, а наставник Зур - коротким кивком головы. Следом за наставником и мы склонили головы, приветствуя высших.

— Добро пожаловать в обитель, наши драгоценные, — заговорил первый маг, внимательно рассмотрев девочек. Он остановил взгляд на мне и добавил, чуть скривив губы.

— И вас, юная леди Мелиса, — стоило ему произнести эти слова, и я поняла сразу несколько вещей. Во-первых, они прекрасно знают, кто я и кем являюсь. А во-вторых, Гарольду моё присутствие в обители откровенно не нравится, и скрывать это за дымкой фальшивой вежливости он не намерен.

— В храме уже собрались все наставники и главные прислужники обители. Они засвидетельствуют, как вас примет артефакт силы. Затем вам покажут ваш новый дом. После того как вы устроитесь, нас ждёт визит к Оазису силы, а уже завтра начнутся занятия с наставниками, — заговорил второй маг. Его глубокий сильный голос произвёл на меня сильное впечатление.

— Для нас великая честь приветствовать вас сегодня в обители. Вы избранные, великая ценность и надежда нашего мира, — улыбнулся Тандор, отчего в уголках глаз собрались лучики морщинок.

Следуя за высшими, мы небольшой вереницей отправились к храму. Складывалось впечатление, что все слуги обители высыпали на улицу. В надежде увидеть новых избранных хотя бы одним глазком, они развернули бурную деятельность.

Вот двое мальчишек, чуть старше нас, ведут коней в сторону конюшни. Несколько женщин в белых чепцах и передниках поверх светло-коричневых платьев несут стопки чистого белья.

Прямо мимо нас пробегала молоденькая девушка лет шестнадцати с длинной, тёмной косой ниже талии и большой плетёной корзиной, полной яблок. Засмотревшись на нас, она запнулась, и яблоки, рассыпавшись ей под ноги, покатились по земле. Несколько красных яблочек оказались у моих ног. Не раздумывая, я подняла их и поспешила к девушке, чтобы помочь собрать остальные плоды. Закончив собирать яблоки, я обратила внимание на то, как вокруг стало тихо. Девушка напротив меня застыла, широко распахнув зелёные глаза полные удивления. Оглянувшись, поняла, что на меня смотрит не только она. Все обитатели обители, ставшие свидетелями этой картины, бросили свои дела и устремили свои взоры ко мне.

– Спасибо, госпожа, – просияла девушка, счастливо улыбаясь, затем быстро поклонилась и унеслась прочь. После этого все вернулись к своим делам, и я тоже поспешила занять своё место. Воины смотрели с удивлением, наставник Зур улыбался, а высшие, не сказав ни слова, вновь зашагали к храму.

А дальше, распахнув перед нами двери храма, воины остались ждать снаружи. Стоило всем нам оказаться внутри, как тут же засиял большой камень-артефакт, паривший прямо в воздухе под большим стеклянным куполом, подтверждая, что все избранные Светлейшей сейчас здесь. К моему облегчению, нас не стали мучить долгими речами, и под звук ликования, наполнившего храм, проводили в дом, где нам предстояло жить с девочками.

Я думала, каждой выделят свои покои, но нас поселили всех вместе в одной большой, просторной комнате на шестерых. У каждой девочки была своя кровать, прикроватная тумбочка и небольшой шкаф для одежды. Комната была оформлена в светло-бежевых тонах. На окнах светлые шторы с незатейливым рисунком в виде россыпи небольших цветов. Постель застелена простым белым бельём без рисунка, сверху укрыта тёплым бежевым пледом. Обстановка простая, но уютная.

Думала, девочек расстроит скромное убранство комнаты, но к моему удивлению, ни одна из них никаких претензий не высказала. Да и в целом каждая из девочек выглядела вполне довольной. Ещё раз убедилась, что для магов стать избранными - это действительно великая честь.

Наши вещи уже были здесь, но прежде чем разобрать их, мы решили сначала осмотреть весь первый этаж, отданный в наше распоряжение. Помимо общей спальни, здесь было несколько туалетных и ванных комнат. Что не могло не радовать, ведь иначе очереди с утра было бы не избежать.

Кроме общей спальни на этаже расположилась небольшая, уютная гостиная. В ней разместили книжный шкаф, несколько диванов, пару кресел. Там же находился камин. Наш дом был самым красивым из всех построек, что мне удалось увидеть в обители.

Уроки полагалось делать в специальной аудитории, а принимать пищу - в общей столовой за пределами дома.

Территория обители была огромной, зелёной и очень ухоженной. Здесь также были учебные корпуса с аудиториями для занятий, несколько тренировочных корпусов для физических тренировок, конюшни, стрельбище, стадион с полосой препятствий, несколько полигонов для отработки боевой магии и тренировки стихий, пара амбаров, несколько хозяйственных построек и другие дома, в которых жили наставники. Чуть поодаль расположились аккуратные домики прислуги.

Помимо этого, на территории был уже известный нам небольшой храм, красивый сад, несколько рощиц и широкая река Рулана.

Во времена, когда избранные покидали обитель, здесь располагалась элитная академия для магов из обеспеченных семей, которую сейчас перенесли в ближайший город, в часе езды от обители.

Девочки держались обособленно, а я и сама не стремилась наладить общение. Только Элиза сразу изъявила желание со мной подружиться. Она постоянно была рядом, и я прониклась к девочке симпатией, несмотря на то, что строго настрого запретила себе привязываться к кому-либо. Ведь я собиралась сбежать, как только представится возможность.

И она появилась в первый же вечер. День выдался насыщенным и девочки довольно быстро уснули.

Я подхватила свой небольшой рюкзак, преднамеренно не разобранный с момента заселения, дождалась, пока за окном потемнеет, и тихо выскользнула из комнаты. Чёткого плана у меня не было. Лишь цель - преодолеть зачарованный лес и как можно быстрее попасть в бухту, где можно будет сесть на корабль, идущий на восток. В моём детском воображении, несмотря на отсутствие карты и огромную угрозу, таящуюся в чаще, дорога давалась легко, а Зачарованный лес не обращал внимания на маленькую человеческую девочку, спокойно позволяя войти. Но как же я тогда ошибалась…

Мой первый побег длился десять минут ровно. Не больше.

Именно столько времени мне понадобилось, чтобы под покровом ночи добраться от общего дома до границы зачарованного леса.

Путь я проделала очень легко, минуя стражников, встречающихся по дороге. Стражи было немного, ведь обитель накрывал защитный купол, не позволяющий никому из чужаков попасть внутрь. При этом он беспрепятственно выпускал всех, кто покидал его. До меня ещё никто из избранных никогда не пытался сбежать из обители, поэтому купол с лёгкостью пропустил меня.

Оставив дома позади, подошла к лесу. Если до этого на жилой территории попадались фонари, освещающие дорогу, то теперь передо мной раскинулась полная темнота, скрывающая одно из самых жутких мест Ларии - Зачарованный лес. Среди которого на горизонте виднелась могучая Безымянная гора, скрывающая Тогонский перевал.

Вокруг было темно и тихо, густые деревья стеной возвышались, убегая кронами высоко в небо.

Набравшись смелости, шагнула к лесу, и в ту же секунду меня сшиб с ног сильнейший порыв ветра, сопровождаемый душераздирающим звуком. Это был оглушительно громкий и крик, и стон, и вой одновременно.

Меня снесло с ног словно пушинку, и ударило о землю. От страха я молниеносно вскочила и бросилась бежать до самого дома. Волосы растрепались, щёки раскраснелись, дыхание сбилось, мной овладела паника. Всю дорогу до самого защитного купола не утихал безумный крик леса. Но поскольку никто не выбежал на улицу и не поднял тревогу, я догадалась, что он звучал лишь в моей голове.

Тихонько вернувшись в комнату, забралась под одеяло с головой и постаралась привести сбившееся дыхание в порядок. Уснуть я тогда смогла лишь под утро, но от своей идеи сбежать через лес не отказалась. Папа всегда говорил, что к лесу нужно относиться с уважением. А про Зачарованный лес к тому же поговаривали, что он живой. Что же, значит, мне предстоит с ним подружиться.

С тех пор каждый вечер я сбегала к границе. Садилась в траву и разговаривала с лесом. Рассказывала о себе, своей семье и доме, куда так хочу вернуться. Рассказывала о девочках, о занятиях и наставниках.

Несмотря ни на что, учиться в обители мне понравилось. Все наставники обители без исключения были магами. В сравнении с нашей обычной школой, в обители было много новых предметов, большинство из которых связаны с магией.

Милая, кроткая, безупречно воспитанная наставница Ирэль преподавала нам историю, этикет и традиционные танцы Ларии. Эта хрупкая рыжая женщина, на вид лет сорока, была воплощением очарования. Её лёгкая походка, изящные платья, искренний смех и горячая любовь к своему занятию подкупали. Невозможно было остаться равнодушным и тоже не влюбиться в её предметы.

Невысокий, коренастый старичок Ирэг де Вудс преподавал нам счётную науку и грамоту. Рассказывал он интересно и, самое главное, понятно. Мы уважали его и старательно относились к каждому новому заданию.

Самый молодой наставник Шон Рида́ль, был блистательным артефактором и заклинателем. Его искромётный юмор делал каждый урок не только познавательным, но и весёлым.

Наставница Триссия Ларга преподавала предметы, связанные с изучением волшебных существ и уходом за ними.

Наставник Варуг фон Стор обучал избранных владению стихиями. Маги в Ларии могли обладать силой стихий, использовать одну или сразу несколько. Но их уровень был ничтожно мал в сравнении с защитницами.

Высшие тоже занимались нашим обучением. Гарольд вёл историю магии и правоведение, а Тандор - зельеваренье и обществознание.

И конечно, мой любимый наставник Зурин де Рид, или просто наставник Зур, как он просил к себе обращаться. Зур вёл дисциплину под названием «Боевые искусства и борьба с опасными тварями», а также отвечал за нашу физподготовку.

Наравне с девочками я посещала все дисциплины, кроме практических занятий по магии, сразу по нескольким предметам. Вместо этого Гарольд отправил меня помогать на кухню и в конюшни. Видимо, этим он хотел подчеркнуть мою «исключительность».

Я восприняла его поручение спокойно, даже с некоторой долей радости и облегчения. По большей части прислуга в обители была из числа обычных людей, таких же, как и я. Они очень быстро приняли меня, и вскоре я стала всеобщей любимицей. Тетушка Глория, главная кухарка, частенько подкармливала свежей, ещё горячей, сдобой и доверяла мне снять первую пробу с приготовленных блюд.

В конюшне под руководством дядюшки Эрла, мужа тётушки Глории, я поборола свой страх перед лошадьми. Раньше я лишь издали любовалась этими красивыми животными, а в конюшне нужно было подойти к ним вплотную, чего раньше мне делать не доводилось. Вместе с Клодом и Леоном, юными мальчишками конюхами, лишь на год старше нас, я день за днём подходила к животным всё ближе, и вскоре мне доверили накормить их.

Тяжёлой работой меня никто не нагружал, и уже через неделю я влюбилась в лошадей, отдав своё сердце этим красивым животным. Дядюшка Эрл пообещал, что однажды научит меня держаться в седле. Для этого ему нужно было разрешение высших, ведь верховая езда должна была преподаваться всем избранным чуть позже.

— Не знаю, буду ли я ещё в обители к этому моменту. Может мне так и не удастся прокатиться верхом, — закончила я свой рассказ лесу в один из вечеров.

Сегодня мне удалось подойти совсем близко, я даже погладила рукой кору одного из деревьев, которая оказалась не только шершавой на ощупь, но и очень холодной. Лес словно свыкся с моим присутствием, да и я теперь вела себя осторожнее, больше не торопилась и не стремилась сразу войти в самую чащу. На моё робкое прикосновение лес никак не отреагировал, и я наконец-таки решилась войти.

Шаг, другой, ещё шаг, и деревья стеной сомкнулись за моей спиной. Было тихо, звучал лишь шорох моих шагов. Надо же, получилось! Глаза уже давно привыкли к темноте, и я без труда перешагивала выпирающие из-под земли корни деревьев и валяющиеся тут и там палки. Если на границе лес стоял высокой стеной хвойных деревьев, то стоило зайти внутрь, как перед взором представали совершенно разные по форме деревья с изогнутыми стволами и разнообразной формой листьев.

От созерцания деревьев меня отвлёк тихий шорох, который с каждой секундой становился всё отчетливее и громче. Внезапно передо мной тут и там засияли маленькие красные огоньки. Стоило мне их заметить, как стало тихо, а после по лесу пронёсся тонкий, громкий писк маленьких существ, чьи глаза сияли в темноте леса красным огнём.

Я уже знала этих существ. Буквально вчера наставница Триссия рассказывала нам об этих маленьких проказниках. Лесные милеши были размером с воробья, имели светло-коричневое тельце с четырьмя длинными конечностями, круглую голову с острыми ушами и пасть с острыми зубами. Передвигались милеши очень быстро, с помощью кожаных крыльев, как у летучих мышей, и поймать их было крайне сложно. Питались они в основном плодами и насекомыми. Но в случае опасности стая таких малышей могла запросто загрызть медведя или человека.

Никакой опасности для милешей я не представляла, но они об этом не знали. Поэтому громко пища, бросились в мою сторону. Из информации, полученной на занятиях, я знала, что убегать от них бесполезно, это лишь подогреет интерес острозубых летунов. В таких случаях следовало отвлечь милешей или использовать оцепеней магию, которой я не обладала. Оставалось одно - отвлекать.

Не придумала ничего лучше, чем громко начать петь. Я пела весёлую песенку, которую мы учили в школе родного города Остэр. Песня была незатейливой, мелодичной, а слова простыми и всплыли в моей памяти сами собой. Сначала милеши замерли, зависнув в воздухе, а после начали садиться на ветви ближайших деревьев и внимательно слушать моё не идеальное исполнение. Сначала от страха голос дрожал, но сейчас, когда милеши притихли, я уже пела спокойно, попутно разглядывая их в ответ.

Несколько милешей подлетели ко мне и сели на плечи. Я притихла, и они тут же принялись недовольно шипеть.

— Намёк поняла, — прошептала в ответ на их шипение и вновь запела. Тогда я спела ещё три песни подряд и, поняв, что далеко мне не уйти, потихоньку попятилась в сторону обители. Милеши не нападали на меня и больше не шипели. Они проводили меня до самой границы леса, потом, оборачиваясь, я ещё долго видела, как сверкают в темноте их красные глаза.

Сначала я прибегала в лес только вечером, а сейчас, благодаря Гарольду и его поручениям, я могла спокойно передвигаться по обители в любое время. Стражи привыкли, что я часто ношусь по территории, и перестали обращать на меня внимание.

На следующий день милеши ждали моего появления. В этот раз я спела лишь одну песню, постепенно продвигаясь все дальше в глубь леса. За эти дни я успела раздобыть в библиотеке карту и примерно проложить маршрут. Сейчас моя идея с побегом казалась мне очень даже удачной. Но спустя месяц, практически ежедневных попыток, настал день, когда я крепко об этом пожалела.

С самого утра день выдался просто замечательный. Погода была тёплой и солнечной. С Арией, Сарой и Инити отношения держались в стабильном нейтралитете и ограничивались вежливыми фразами с утра и перед сном. В Элизе я нашла подругу, с которой можно было поболтать о пустяках, а Кэт вдруг сегодня сама со мной заговорила. Утром она уселась ко мне на кровать и стала расспрашивать о том, чем я занимаюсь во время того, как они практикуют магию.

— Если тебе в тягость, не молчи. Мы избранные, и к нам не могут не прислушаться, — проявила заботу Кэйтлин. Последнее время она всё чаще стала мне улыбаться. И я заметила, что стала привыкать к ним с Элизой.

«Ведь скучать потом буду. Не к чему это!» — прогоняла я грустные мысли.

Сегодня я отправилась в лес сразу после того, как сделала все дела на кухне.

Лес был удивительно спокоен, а милешей поблизости не оказалось. В одночасье стало стремительно темнеть. В жизни даже в грозу так резко темнеть не может, значит, это точно была магия леса.

Поднялся ветер, деревья закачались. С громким треском из-под земли стали вылезать корни деревьев, которые пытались меня схватить. Лес наполнился криками птиц. Страшно - да! Но бояться нельзя. Надо взять себя в руки и не поддаваться панике.

Сегодня дальше мне не пройти и развернувшись, я стремглав понеслась к обители. Но не тут-то было. Прямо передо мной, на расстоянии пяти метров, стоял огромный чёрный волк и скалил пасть, демонстрируя острые зубы. Его рык испугал меня до оцепенения. Пожалуй, ещё ни разу в жизни я так не боялась. Это был лютый, липкий страх, окутывающий словно паутина. Я мгновенно взмокла от пота и покрылась мурашками от ледяного ветра. Лес вокруг наполнился не только птичьим криком, но и завыванием, рычанием и криками других зверей и чудовищ, которые не решались показаться.

«Вот и всё! Глупая, маленькая Ли́са, пришёл твой конец». — Именно эта мысль раз за разом прокручивалась у меня в голове.

Тем временем волк прижал уши и громко зарычав начал приближаться.

«Самое время прийти в себя и придумать план!» – завопил мой инстинкт самосохранения.

Сказано - сделано. План родился мгновенно. Поскольку убежать от хищника было нереально, я нашла единственно верный, как мне показалось, выход. Кинулась к ближайшему дереву и забралась как можно выше.

Я опередила волка лишь на пару мгновений, вовремя успев взобраться на спасительную вершину. Хищник рычал, вставал на задние лапы, принюхиваясь, но попыток допрыгнуть до меня не совершал, словно понимая, что это бесполезно.

— Умный и страшный, — тихо прошептала себе под нос. Волк будто услышал, и смерил меня продолжительным, внимательным взглядом. Так сидели мы долго, тьма, наведённая магией леса, постепенно исчезла, и на землю опустились уже реальные сумерки. Крики животных стихли, ветер успокоился и деревья тоже.

Судя по сумеркам, я нахожусь в лесу уже больше четырёх часов. Скоро меня хватятся в обители, если уже не хватились. Волк по-прежнему сидел внизу и буравил меня своими чёрными глазами.

— Чего же ты ждёшь? Съесть меня хочешь? — не выдержала я. От долгого сидения на ветке тело затекло, руки и ноги неприятно немели, ещё чуть-чуть и я свалюсь отсюда на радость зверю.

Волк поднялся и, отойдя на несколько метров от дерева, снова сел.

— Можно слезть? — показалось, что волк специально освободил мне проход. Но разве хищники бывают настолько разумными? Хотя то, что этот волк необычный, было сразу понятно по его нестандартно большим габаритам.

Тихий, не злобный рык был мне ответом.

— Ты меня понимаешь? — происходящее казалось мне нереальным, но чёрный волк вновь зарычал, уничтожая мои сомнения.

Медленно, очень медленно, стараясь не делать резких движений, я стала слезать с дерева. Почти у самой земли затёкшие руки разжались, и я плашмя свалилась на землю.

«Сожрёт, теперь точно сожрёт», — я зажмурила глаза, ожидая быстрой расправы, но её не последовало. Волк двигался быстро и бесшумно. Когда спустя пару минут меня никто не тронул, я решилась приоткрыть глаза. Зверь стоял прямо надо мной.

— Спасибо, что не съел, — приподнимаясь на локтях, обратилась к хищнику. Его взгляд был разумным, внимательным, изучающим. Если бы он хотел причинить мне вред, то уже давно сделал бы это. Потихоньку поднялась на ноги, и тут волк громко рыкнул, так что, подпрыгнув, я со всех ног понеслась в сторону обители.

Всю дорогу зверь бежал за мной и рычал, стоило мне обернуться.

«Прогоняет, гонит прочь из леса», — решила я. Выбежав, развернулась, высматривая моего преследователя. Волк границу не пересёк и из леса не показался. Ещё раз, громко рыкнув, словно предупреждая, развернулся и скрылся в лесу. Уже оказавшись под защитным куполом обители, услышала громкий вой моего нового знакомого.

Ночью меня мучили кошмары, но мне снился не страшный злой волк, а дом. Снились родители и брат. Я всё время их теряла. Стоило найти их, как появлялись маги из обители и забирали меня. И так раз за разом, до тех пор, пока меня не разбудил тихий голос Кэт.

— Тише, Ли́са, тише. Это лишь сон. Проснись. Ты всех сейчас разбудишь, — она забралась ко мне на кровать и тихонько трясла за плечо. Разлепив сонные глаза, я с облегчением избавилась от этого дурного сновидения.

— Что тебе снилось? — Кэт прилегла рядом и старалась говорить тихо-тихо, чтобы не разбудить остальных девочек.

— Дом, — прошептала я, двигаясь, чтобы Кэт смогла устроиться удобнее. — Мне снилось, как маги обители забрали меня из дома. Это было ужасно.

— Мне трудно понять тебя. Я всегда мечтала стать избранной. По-моему, это суперкруто, — улыбнулась мне девочка. — Ведь тут неплохо и очень интересно. А ещё все девочки хорошие, и у нас здесь лучшие наставники. Только Гарольд вредный очень, — поспешила добавить она, смешно сморщив нос.

— Ты странная, но тоже хорошая. Не важно, что про тебя болтают, я бы хотела с тобой дружить. Ты смелая и добрая. С того самого момента, как ты помогла служанке собрать яблоки, я хотела с тобой подружиться. Ведь никто из нас больше не решился помочь, хотя должны были. Я хотела, но постеснялась. Ты стала для меня примером, и я поняла, что так же, как и ты, в любой ситуации хочу оставаться собой, — неожиданное признание Кэт окончательно расположило меня к ней. Оказывается ей, как и Элизе, неважно было, что я лишь человек, оказавшийся здесь по ошибке.

Тогда мы проболтали до самого рассвета, и больше не уснули. Я совершенно не выспалась, но ни капли об этом не жалела.

В тот день в обители появился Дарен Тёмный. Маг, перевернувший мою жизнь.