Несовместимость

НесовместимостьНатаэль Зика

- Анна Сергеевна, - Леонид, один из помощников её мужа поскрёбся в дверь. – Простите за беспокойство, но я должен кое-что вам передать. Это от Егора Андреевича.

Она бросила взгляд в сторону кроватки, где спал сын.

- Идите, Анна Сергеевна, я присмотрю за Мишенькой, - успокоила няня.

Кивнув, Анна вышла в коридор и насторожилась – Леонид мялся и отводил глаза.

- Что-то случилось?

- Нет. Да… В общем, - помощник явно чувствовал себя не в своей тарелке. – Егор Андреевич приказал, чтобы вы в течение получаса покинули его дом. Вместе с ребёнком.

Последнюю фразу Леонид почти прошептал.

- Я… что?! – опешила Аня. – Вы в своём уме?! Я сейчас же звоню мужу!!!

Вспомнив, что сотовый остался в спальне, она почти бегом бросилась туда и остолбенела, увидев горничную Лизу. Которая, шмыгая носом, складывала в чемодан одежду Анны.

- Лиза?!

- Простите, - всхлип, - Егор Андреевич приказал всё сложить. Я не могу ослушаться. Анна Сергеевна, что же это?!

- Не знаю, - горло перехватило, но вспомнив о крошечном сыне, Анна подавила панику. – Сейчас попробую разобраться.

И схватила свой сотовый.

Вызов шёл, но Егор не отвечал. А на пятой попытке равнодушный голос поведал, что «абонент не абонент».

- Да что же это такое? - пробормотала Аня и вернулась в коридор. – Леонид, объясни, что произошло? Егор… Андреевич уехал из дома всего два часа назад. Всё было как обычно! Откуда этот идиотский приказ?

- Он только что мне позвонил, - пробормотал мужчина, по-прежнему пряча взгляд, – и сказал, чтобы через тридцать минут вас и ребёнка не было в доме.

- И всё?

- Да. Вещи – это я уже по своей инициативе. Как с маленьким без вещей? Лиза сейчас вашими занята, а потом уже за детские возьмётся. Вы бы тоже время не теряли – соберите, что есть ценного. Деньги, карточки, драгоценности.

- Ничего не понимаю, - Аня потёрла простреливший болью висок. – Куда он велел меня отвезти?

- Не отвезти. Приказал выставить за ворота, - помощник съёжился.

- Куда?! – опешила Анна. – Он там что, с ума сошёл? Дай свой сотовый!

- Анна Сергеевна…

- Отправь Егору… Андреевичу вызов и дай трубку мне! – она требовательно протянула руку, и Леонид, поколебавшись, вручил ей телефон.

- Выставили уже? – до Анны донёсся голос мужа.

- Егор, что случилось? – не хватало воздуха, но она постаралась произнести это спокойно и твёрдо. – Почему ты не отвечаешь на мои звонки? Что за идиотские приказы? Объясни, я ничего не понимаю!

- Верни трубку Леониду и убирайся из моего дома! – рыкнул Горин. – Не понимает она… Загляни в свою совесть – там найдёшь ответы.

- Егор, куда я пойду? И Миша… За что ты так с нами?

Но муж уже сбросил звонок.

В голове не укладывалось…

- Анна Сергеевна, разрешите? – Леонид осторожно забрал из её пальцев телефон. – Мне очень жаль, но я вынужден подчиниться. Идите к сыну. Я прослежу, чтобы Лиза и Мария собрали вам всё необходимое, такси я уже вызвал. Если вы… Вы знаете вашего мужа, одним увольнением я не отделаюсь.

Молча кивнув ему, Аня отмерла и пошла в детскую.

Как бы так ни было, помощник прав – непослушания Егор не потерпит. Упираться бесполезно, иначе пострадает не только она, но и сын, и прислуга. Всем достанется…

В данный момент лучше подчиниться, уехать, как требует муж. А потом уже, когда он остынет и будет способен на нормальный разговор, выяснять, какая муха и за какое место его укусила.

- Мария, найди какую-нибудь сумку и сложи туда Мишенькины вещи.

- Все? – испуганно переспросила няня.

- Нет, на первое время. Все в одну сумку не поместятся, - пробормотала Аня. – А три я не унесу…

Сын спал, и на мгновение ей захотелось, чтобы этот кошмар тоже оказался сном.

«Потом! Я подумаю обо всём потом!»

Лиза уже упаковала её чемодан, осталось бросить в сумку документы, но с этим вышла проблема – её паспорт, как и свидетельство о рождении Миши и прочие документы хранились в сейфе в кабинете мужа.

Кабинет оказался заперт. Впрочем, кода от замка сейфа она всё равно не знала.

Анна замерла, кусая губы – как же она без паспорта и свидетельства?

- Анна Сергеевна, - взмолился Леонид, - такси уже пришло. Садитесь и уезжайте, пока Егор Андреевич не нагрянул! А бумаги я вам потом привезу сам! Хозяин вернётся, я напомню ему, он отдаст, и я привезу! Вы обязательно позвоните мне и сообщите, где остановитесь.

Словно во сне, она забрала из рук плачущей Марии закутанного Мишку, отрешённо проследила, как Леонид ставит в багажник такси два чемодана, и села в салон.

- Куда едем? – бодро поинтересовался таксист.

- Пока в город, а там решим, - с трудом выговорила Аня.

- Как скажете, - водитель завёл мотор.

Спустя несколько минут машина миновала границу посёлка и вырулила на шоссе.

- Вот водятел! Ку-уда-а-а?! - возглас таксиста вырвал из ступора и вынудил посмотреть в окно.

Лучше бы она по-прежнему не сводила глаз со спящего сынишки – мимо такси, едва не спихнув его на обочину, с рёвом пролетел чёрный Лексус – машина её мужа.

Аня вжала голову в плечи и помертвевшими губами прошептала:

- Пожалуйста, едем поскорее!

Мишка всю ночь давал концерт, и к утру Анна едва стояла на ногах.

- Уснул? – шёпотом поинтересовался Егор, просунув голову в дверь детской.

- Да. Кажется. Не понимаю, что делаю не так – он спит только пока я его держу, - пожаловалась измученная Аня. – Наверное, колики. Я читала, что они месяцев до четырёх бывают, так что это только первые цветочки. С другой стороны – откуда им взяться, я ем только отварное, полезное, негазообразующее.? Валентина очень внимательно следит за моим питанием! И да, ты прав – дневной няни мало, придётся в дополнение к ней нанимать ночную.

- Наймём, - мгновенно согласился супруг. – Нам с Мишкой нужна здоровая, сытая и отдохнувшая жена и мать. Или колики, или день с ночью перепутал. У маленьких это, я слышал, бывает. Когда он спит, ты ложись тоже.

- А завтрак тебе?

- Валентина приготовит и подаст. И я не Мишка, мне грудь не требуется. Хотя…

Анна почувствовала, как к щекам прилила краска.

- Гоша, ты пошляк! При сыне!

- Сын пока ничего не понимает! – возразил Егор и с сожалением добавил:

– Но мне сегодня надо пораньше в офис, а ты того и гляди упадёшь от усталости. Поэтому расходимся – я на работу, ты в кровать, а вечером, - муж многозначительно подёргал бровями, - встречаемся на этом же месте. И нам уже никто не помешает!

- Как раз это, - она также подёргала бровями, - пока никому не светит. Я меньше месяца назад родила, Гош, ещё рано.

- Да помню я, просто шучу, - супруг подмигнул. – Вижу, что устаёшь, хотел настроение поднять. Так, мне пора.

- Подожди меня, - пробормотала Аня, борясь с зевотой. – Дождусь Марию, сдам ей вахту, потом уже лягу. Пойдём, посижу с тобой, а то точно усну.

Это было обычное утро.

Почти обычное, потому что за три недели в роли молодой матери она успела более-менее приспособиться к режиму. И поверила, что Мишка и дальше будет вести себя образцово – есть, спать и мило улыбаться.

Оказалось, что даже у такого крошки есть характер! Надо сказать – есть в кого…

Слышала она пару раз, как Егор отчитывает подчинённых... Сначала ушам и глазам не поверила – неужели это её всепонимаюший и терпеливый Гор-Гор?!

Получила незабываемые впечатления и поняла, почему у мужа всё и все работают, как часы.

Вот и Мишаня такой же – милый и обаятельный, пока всё идёт по его, но стоит пойти поперёк… Тушите свет!

Стараясь не очень заметно клевать носом и отмахнувшись от возражений мужа, она собственноручно подала ему завтрак. А потом с умилением наблюдала, как Егор ест.

- А сама?

Аня показала на кружку с чаем в своих руках.

- Это вода! – возразил супруг. - Ты кормишь, тебе надо за двоих питаться. Валентина, кроме блинчиков ещё что-нибудь есть?

- А как же! – мгновенно отозвалась кухарка. – И кашка есть, рисовая, на молоке, и овсянка, с яблочком. Творог ещё, час назад наисвежайший привезли. Омлет могу сделать – пять минут и готово. В холодильнике супчик куриный…

- Овсянку, - выбрала Анна.

Спать ей очень хотелось, а вот аппетит где-то загулял, но Егор прав – ради сына она должна есть через «не хочу».

- До вечера, родная! – муж потянулся и чмокнул её, куда достал. – Я побежал. Сегодня сложный день, звони мне только, если что-то особенно важное, хорошо? Я сам тебя наберу, как только немного освобожусь.

- Хорошо, - она привычно потёрлась щекой о его руку и тоже встала. – Валентина Олеговна, спасибо за завтрак!

- Идём, я хоть до дверей тебя провожу! – мужу.

Они дошли до холла, Егор ещё раз притянул жену к себе и поцеловал – на этот раз в губы. А потом оделся и вышел в хмурую декабрьскую стынь.

Аня ещё минутку постояла, наблюдая в окно, как муж садится в машину. И в это время подъехало такси с няней.

- Анна Сергеевна, доброе утро! Как Мишенька?

- Доброе, Мария. Спит, но всю ночь гуляли. Думаю, колики. Сиропчик давала, пелёнку тёплую на животик клала – выгибается и плачет. Только на руках более-менее, а чуть в кроватку – крик на весь дом.

- Бедняжки, - посочувствовала няня. – Колики такое дело – только набраться терпения и пережить этот период. Я сейчас руки помою и поднимусь к нашему Шаляпину. А вы ложитесь и поспите!

Благодарно улыбнувшись Марии, Анна отправилась в спальню, на минутку заглянув по пути к сыну.

Спит… Ангелочек!

И уже засыпая, подумала, что ей необыкновенно повезло и с мужем, и с сыночком. Даже наёмный персонал у них подобрался на зависть прекрасный – что горничные, что кухарка, что няня и садовник, он же дворник!

«Я – счастливый человек!» - последняя мысль, после которой молодая мать провалилась в сон.

Миша дал поспать ей целых два часа – до следующего кормления.

А потом пришёл Леонид…

Анна сморгнула слёзы и перевела взгляд с безмятежно спящего малыша в окно.

- Город, дамочка, - напомнил о себе шофёр такси. – Куда дальше?

- В гостиницу, - после непродолжительного колебания ответила Аня. – Какую-нибудь не слишком дорогую, но приличную, куда можно с грудным ребёнком.

Таксист покосился на пассажирку в зеркало, но комментировать не стал.

Она и сама прекрасно понимала, что «недорогая» вкупе с «приличная», понятие довольно относительное, но привередничать не приходится.

Неизвестно, что с ними будет дальше, деньги лучше поберечь. Тем более что налички у неё немного, а карточки… Карточки муж, скорее всего, уже заблокировал или сделает это в ближайшее время.

Мозг отказывался понимать, почему её любящий и внимательный супруг так внезапно и радикально переменился, но Анна гнала от себя все мысли. Сын – вот о ком она должна думать в первую очередь!

А потом она непременно потребует от Егора объяснений…

- Гостиницу или хостел тоже подойдёт? – спросил таксист и в этот момент из её сумки донесся звук рингтона.

У Анны замерло сердце – Егор! Эту мелодию она поставила на его звонки… Опомнился, осознал, что натворил или…

Или звонит, чтобы добить? Так сказать, контрольный?

Нет, разговаривать при чужом человеке не стоит. Егор явно не в себе, не хочется ввязываться в разборки при свидетелях.

Потом, когда они с сыном устроятся, и она хоть немного придёт в себя, она сама ему позвонит.

- В гостиницу, - вполголоса произнесла Анна и на ощупь отключила телефон. – Поищите где-нибудь на окраине, можно за объездной.

Пока такси кружило в поисках подходящего пристанища, Егор звонил ещё несколько раз.

Каждый раз Анна не глядя сбрасывала вызов.

Очень хотелось заблокировать мужа, но она понимала, что это не выход. Поговорить им всё равно придётся.

После звонков посыпались извещения о СМС, а потом и они стихли.

- Эта подойдёт? – машина остановилась возле входа.

- Давайте попробуем, - пробормотала Аня и посмотрела на ребёнка.

Миша пока спал, убаюканный покачиванием автомобиля, но скоро должен был проснуться – приближалось время очередного кормления.

- У вас есть свободный номер? – обратилась она к девушке на ресепшен.

Та улыбнулась:

- Как раз свободен двухместный, улучшенный.

Улучшенный – значит, дорогой.

Средства у неё были – с собой немного налички, карточки, которые неизвестно, заблокированы или нет. И счёт в банке, но туда ещё надо было добраться.

Пока она не знает, какая муха укусила её мужа и чем для неё всё закончится, поэтому деньги лучше экономить.

Но ехать куда-то ещё не было сил. Хотелось скорее скрыться от посторонних глаз и выплакать скопившийся в груди ком. Да и сын вот-вот потребует внимания и еды…

- Хорошо. Сколько с меня?

Девушка назвала сумму – меньше, чем ожидала Анна, но больше, чем она хотела бы. Спасибо таксисту, он на самом деле умудрился подобрать относительно недорогой отель.

К слову, тот топтался рядом, терпеливо ожидая, когда пассажирка заберёт багаж, оплатит поездку, и он сможет уехать.

Анна протянула деньги.

- Ваш паспорт.

«Паспорт!» - про документы-то она и забыла!

Секундная растерянность, и Аня бросилась спасать положение.

- Конечно, - подарив хостес улыбку, она принялась копаться в сумочке, стараясь при этом не потревожить ребёнка. – Ох, а я его забыла! Минутку…

Действуя скорее интуитивно, чем осознанно, она извлекла телефон и отправила вызов помощнику Егора. Тот ответил сразу, будто ждал звонка.

- Да, Анна Сергеевна! У вас всё в порядке?

- Да, всё хорошо. Мы нашли гостиницу, но тут выяснилось, что я забыла документы. Леонид, вы не привезёте мне паспорт?

- Пока не смогу – Егор Андреевич уже уехал и забрал с собой все ваши документы. Он открывал сейф, я как раз находился в кабинете. Назовите адрес, где вы остановились, я постараюсь что-нибудь придумать.

- Какой здесь адрес? – Анна старалась держаться уверенно, чтобы у хостес и тени сомнений не возникло.

Та назвала, и Аня продиктовала его Леониду вместе с названием гостиницы.

Очень хотелось расспросить, что говорил её муж и куда он уехал, но она понимала, что сейчас не время. Тем более что Миша начал ворочаться и кряхтеть.

- Девушка, - Аня сконцентрировалась на бейджике хостес и прочитала имя, - Ангелина Анатольевна, я забыла документы дома, с грудничком столько забот, буквально голова кругом. Вы же не выставите меня с малышом на улицу?

- Я… Правила гласят...

- Мне привезут паспорт, но попозже, - терпеливо объяснила Аня. - Я могу пройти в номер? Мне пора переодеть и покормить ребёнка.

- Хорошо, пойдёмте, я вас провожу, - сдалась девушка.

И через пять минут Аня с сыном оказались в довольно уютном и чистом номере. Шофёр занёс чемодан с сумкой, получил деньги и с видом облегчения ретировался. Ангелина Анатольевна тоже вернулась на ресепшен, напоследок напомнив, что до конца своей смены должна увидеть документы постоялицы.

Аня заперла дверь, скинула пальто и занялась сыном.

Миша проснулся и пока непонимающе хлопал глазками, но слегка оттопырившаяся нижняя губка сигнализировала, что мальчик вот-вот разразится плачем.

- Ну, мой хороший, что такое? – заворковала мать, наклоняясь над ребёнком. – Кушать хочешь? Сейчас, милый!

Она взяла его на руки, и сын завертел головой, чмокая губками.

- Проголодался, маленький!

Сытый Мишенька довольно быстро опять уснул, и наконец-то она смогла заняться собой.

Но всё буквально валилось из рук – случившееся не укладывалось в голове!

Что могло произойти, почему Егор так с ними обошёлся? Даже если предположить, что кто-то её оклеветал, Горин не был склонен к импульсивным поступкам. Да и легковерным он тоже не был. Зная мужа, она уверена – прежде чем устраивать репрессии, он десять раз всё проверил бы, выяснил и уточнил.

Но за ней нет никаких грехов!

Аня разобрала Мишины вещи и мысленно поблагодарила няню – та положила достаточное количество одёжки, не забыла добавить запас памперсов и даже детскую аптечку.

К горлу снова подступил ком – Егор, за что ты так с нами?

Усилием воли она сдержала слёзы – нельзя раскисать! Нельзя впадать в уныние. Она мама! Ребёнок и его благополучие – вот что должно её волновать… А муж… Рано или поздно всё разрешится. Только где взять сил и терпения?

Горечь не ушла, просто притаилась, отравляя и мысли, и самочувствие.

Ладно она! Предположим, что Горин внезапно разлюбил жену. Но ребёнок в чём виноват? Долгожданный, вымоленный сын, чудо, на которого Егор даже дышать боялся?

Они вместе пять лет, и детей пытались завести с первой совместной ночи! Но долгое время ничего не получалось.

Сначала Аня не беременела, хотя они ни разу со свадьбы не предохранялись. Потом друг за другом наступили две беременности, закончившиеся выкидышами на маленьком сроке.

Бесконечные обследования, консилиумы, анализы… Горин поддерживал её во всём, и даже когда им поставили диагноз – несовместимость – не опустил руки.

- Это не приговор, Анют, - успокаивал он рыдающую жену. – Мы непременно будем родителями! Мы не бесплодны, это главное!

- Да, по отдельности мы не бесплодны, - она не могла успокоиться. – Ты понимаешь, что это значит? Что я смогу родить от кого угодно, кроме тебя, а тебе родит любая, кроме меня! Это несправедливо, ведь мы семья и нам нужен только наш собственный малыш! Родной, общий!

- Не плачь, любимая. Я уверен – он у нас будет. Просто надо подождать, на какое-то время перестать считать дни и что-то планировать. Надо отпустить ситуацию и позволить себе наслаждаться жизнью и друг другом!

Незаметно Егор Аню не только успокоил, но и вселил в неё уверенность. Она смогла отрешиться от больной темы, смогла отложить её в долгий ящик.

Это были лучшие полгода совместной жизни, словно второй медовый месяц, ещё и втрое дольше!

В прошлом году, как раз на День Валентина, муж подарил им незабываемые подарки – романтическую поездку в Таиланд и сына.

Аня была уверена, что именно там они зачали Мишеньку. Жаль, что из-за работы мужа – у него горели какие-то важные контракты – они смогли слетать только на четыре дня. Но Егор обещал, что в ближайшее время поездка повторится.

Не сложилось – известие о беременности на неопределённое время сдвинуло все планы.

- Полетим, когда нашему сыну или дочке исполнится года два или три, - решил Горин. - Не хочу оставлять ребёнка на нянь, а тащить на другой конец света такую крошку рискованно.

Но не прошло и года, как любимый и любящий муж вышвырнул её с новорожденным из дома…

Телефон пиликнул, сигнализируя о сообщении, и Аня машинально взяла его в руки.

«Анна Сергеевна, я нашёл ксерокопию вашего паспорта. Думаю, для гостиницы этого будет достаточно. Буду часа через два. Если вам ещё что-нибудь нужно, напишите, привезу».

Леонид.

Аня потёрла ломивший висок и набрала ответ: «Спасибо. Жду. Больше ничего не нужно».

Хотела уже убрать телефон, но он снова ожил, выдав до боли знакомую мелодию.

«Егор…»

Сердце подскочило к горлу, потом камнем рухнуло вниз.

«Господи, чего я боюсь? – Анна одёрнула сама себя. – Мне нечего стыдиться, нечего опасаться – я ни в чём не провинилась! Но узнать, что, собственно, произошло, не помешает. Возможно, Гоша уже опомнился и ищет нас, чтобы вымолить прощение?»

С этими мыслями она решительно провела пальцем по дисплею.

- Почему не берёшь трубку, когда я тебе звоню? – проревел динамик.

Молодая мать испуганно посмотрела на спящего малыша и бросилась в санузел.

- Ты что молчишь? Отвечай! Анна!!! – надрывался Горин.

- Миша спит, не ори! – она ответила только тогда, когда плотно прикрыла за собой дверь.

- Где спит? – муж сбавил тон.

- За воротами. Куда ты приказал Леониду нас выставить. – Аня не удержалась от упрёка.

- Анна, не беси меня ещё больше! - Егор произнёс её имя так вымученно, будто испытывал боль при каждом звуке. – Ты не в том положении, чтобы язвить.

- Заметь – это не я тебе обрывала телефон, - она мгновенно ощетинилась. – Если ты позвонил только для того, чтобы наговорить гадостей, то не трать силы – больнее мне уже не будет.

- Анна, стой! Не клади трубку! – воскликнул Егор. – Ты права, нерационально расходовать время на бессмысленные упрёки. Сообщи Леониду, где вы находитесь, он привезёт тебе оставшиеся вещи, ваши с мальчиком документы и бумаги на подпись. Я подаю на развод. Надеюсь, ты проявишь благоразумие и не станешь втыкать палки в колёса?

После его поступка она ни на что хорошее не надеялась, и всё равно слова пока ещё мужа обожгли и так израненное сердце.

Ане потребовалось несколько секунд, чтобы перевести дух и ответить ему спокойно и уверенно.

- Я всё подпишу.

- Я рад, что ты осознаёшь – у нас нет будущего. Не теперь, не после того, как ты меня предала.

- Я?! – не сдержала возгласа. – Может быть, объяснишь – когда и в чём?

- Так много прегрешений, что ты им и счёт потеряла? – с горечью заметил Егор. – Загляни в своё сердце, а не поможет – посмотри на ребёнка.

- На Мишу? Но при чём тут наш сын?

- Твой сын, Аня. К сожалению, он только твой сын!

- Егор, ты бредишь?

То, что любимый муж первым делом набросился с претензиями и даже не подумал поинтересоваться, как чувствует себя новорождённый и есть ли у них крыша над головой, не так выбило из колеи, как это нелепое утверждение.

- К сожалению, это не бред, а явь. Предваряя «праведный» гнев и лживые клятвы, сообщаю – у меня на руках официальные заключения. Четыре штуки, Анна! Из трёх разных лабораторий – то есть вариант с подлогом или подтасовкой исключён! Отвозил образцы лично я сам, так что на якобы подмену ссылаться не стоит.

- Егор. Но я… Миша – твой сын! Наш! Я ни с кем…

- В какой-то мере я тебя понимаю, - словно не слыша её слов, продолжил Горин. – От меня не получалось, ты боялась остаться у разбитого корыта и решила родить мне во что бы то ни стало. Только я собирался прожить с тобой всю жизнь, не важно, был бы у нас ребёнок или нет! А ты… Ты… Дрянь!

Потрясённая, она не знала, что сказать – она не изменяла! Да, Егор у неё не первый, а второй, но этот первый был задолго до знакомства с Гориным!

Списать внезапный провал в памяти на алкогольное опьянение не выйдет – у неё же аллергия на спиртное, она пила только воду или сок. И вообще, рестораны, клубы, шашлыки и прочие дискотеки посещала нечасто и только в сопровождении супруга. А Егор от неё и на два шага не отходил!

У неё даже подруг не было, чтобы можно было подумать – пришла в гости, потеряла сознание и случайно с кем-то переспала…

- Молчишь? – после паузы продолжил Горин. – Нечего сказать, да? Надеялась, что я ничего не узнаю?

Аня понимала, что мужчина на взводе и не поверит, что бы она ни говорила. А ещё она твёрдо знала, что не изменяла. Поэтому вместо ненужных оправданий попыталась выудить из мужа больше информации.

– Ещё сегодня утром у нас было всё нормально.

- Было! Потому что результаты пришли позже, - бросил Егор. – И я до последнего был уверен, что Мишка – мой! Ни капли не переживал, тебе даже говорить не собирался – зачем тревожить кормящую мать? Думал, тест – простая формальность, сделаю его для успокоения переживающих… Чтоб ткнуть бумагой, если кто-то снова попробует усомниться.

- И… кто тебя просветил? Я правильно понимаю – ты не сам додумался, что я тебе изменила? Я могу узнать имя этого ясновидящего?

- Моя мать, - ответил Егор.

- Римма Евгеньевна? И чем она, позволь уточнить, аргументировала своё предположение?

- Разве это важно? – убитым голосом произнёс будущий бывший муж. – Не перекладывай с больной головы на здоровую, Аня. Да, отношения у вас с мамой не сложились, но это не оправдывает ни факта твоей измены, ни обмана с ребёнком!

- И всё-таки? Даже убийце позволяют ознакомиться с обвинением, предъявляют доказательства и разрешают защищаться. Ты же заочно вынес приговор, назначил наказание и немедленно его привёл в исполнение! Скажи, чем я заслужила такое отношение? Мы женаты пять лет, я хоть раз тебя обманывала?

- Анна, - ей показалось, что Горин не просто выдохнул сквозь сжатые зубы, но и взгляд отвёл.

Словно она стояла рядом, и ему было больно на неё смотреть.

Или стыдно?

Хотя… Нет, он ни капли не сомневался в своей правоте, просто ему неприятен сам разговор, вот и всё.

- Хорошо, раз ты настаиваешь, я расскажу… Мама очень переживала из-за выкидышей, - произнес Егор. – А когда был поставлен диагноз, то по своим каналам она узнала всё возможное об этом явлении. И начала на меня давить, требуя развода. Ответил ей, что дети у меня будут только от жены. А если ты не сможешь зачать и выносить, значит мы останемся бездетной парой. Я же не Наполеон, надо мной не довлеет долг перед империей! Поэтому никто и ничто не вынудит меня бросить свою Жозефину.

- А потом я забеременела, - прошептала Аня.

- Да. Я думал, что после этого мама успокоится. И внешне так и было – она перестала придираться к тебе, перестала требовать у меня развода. Но продолжила капать на мозги. Мол, несовместимость – не грипп, она не лечится и самостоятельно пройти тоже не может. Если два организма на генетическом уровне друг с другом не сочетаются, то это навсегда.

- То есть Римма Евгеньевна обвинила меня в измене, потому что где-то прочитала о необратимости нашей проблемы? – ошарашено пробормотала Аня. – Но ведь наш случай не единичный! Посмотри, сколько историй, когда бездетные пары, уже потеряв надежду, вдруг становились родителями?

- Я рассуждал также, пока не получил результаты ДНК, – голос супруга снова стал твёрдым. – Я так тебе верил, Анна! Даже пока ты была беременна, хотел сделать этот чёртов тест, чтобы мама наконец успокоилась и отстала! Узнал, что определить отцовство можно и до рождения ребёнка – по крови матери и предполагаемого отца. Ты регулярно сдавала разные анализы, можно было заодно и это проверить. Мне не хотелось, чтобы ты знала о подозрениях свекрови. Ограждал и защищал, как мог.

Егор усмехнулся.

- Хотел, но не сделал. Почему? – еле слышно прошептала Аня. – Зачем тянул до родов?

- Потому что мама сказала, что точный результат можно получить только после рождения ребёнка. И сразу заявила, что проверку по крови не признает.

Аня молчала, переваривая услышанное.

- Когда Миша родился, я на седьмом небе был, а мама снова начала талдычить про ДНК. И я сделал его, но только для того, чтобы заткнуть ей рот! Вместо этого открыл себе глаза…

- Но у меня никого не было! – почти простонала. – Почему ты мне не веришь?

- Три независимые друг от друга лаборатории не могут ошибаться, - с горечью произнёс Горин. – Потом, про никого ты лукавишь.

- Это было в институте, несколько лет назад и до встречи с тобой! Я не скрывала, ты всё знаешь про Дивина.

- Всё ли? В начале октября мама видела вас вместе, - глухо уронил Егор. – Тебя и… твоего любовника. Она сфотографировала вас, по своим каналам выяснила имя и то, что вы учились в одном институте. Я не знал, она рассказала мне только сейчас.

- Это была случайная встреча! Да мы и минуты рядом не провели, я его ненавижу! Мы плохо расстались, я же рассказывала тебе! Дивин меня унизил, растоптал, предал, я из-за него институт на четвёртом курсе бросила!

- Его же Миша зовут, верно? – не отреагировав на её слова, будто пропустив их мимо ушей, продолжал Горин. – Удивительное совпадение…

- Но ведь это ты предложил назвать сына Михаилом! – Ане казалось, что она спит и видит страшный сон.

- А ты не отказалась. Согласись – будь всё так, как говоришь, стала бы ты называть ребёнка именем своего врага? Почему, Анна? – с трудом, почти с надрывом.

- Что – почему? – прошелестела она.

- Почему ты не сказала мне сразу? Зачем эта ложь? Я бы понял, правда! Ты мечтала стать матерью, я не мог дать тебе это счастье. Встретила первую любовь и не устояла. Мы могли мирно разойтись, ты бы создала семью с отцом Миши, а я… Я как-нибудь переболел бы. Справился. Это было бы честно! А теперь…

Горин замолчал, словно переводил дух или переживал приступ острой боли.

- Что ты брал у Миши?

- Немного волос. Не ищи, к чему придраться – я срезал их собственноручно!

- Он твой! Слышишь? Твой! – всхлипнула Аня. – Не понимаю, почему результат отрицательный, но точно знаю, что ни с кем, кроме тебя, не была. А уж Дивин – последний мужчина в мире, которому я позволила бы к себе приблизиться. Я не верю!

- Ты будешь смеяться, но я тоже не верил до последнего. Вместе с бумагами на развод Леонид привезёт тебе копии результата исследования ДНК. Три отрицательных и один положительный.

- Постой! Один положительный? И его наличие не заставило тебя усомниться в достоверности остальных?

- Как раз он-то и был последним контрольным. Я больше не хочу тебя видеть, Анна. Надеюсь, оно того стоило и ты не пожалеешь.

И Егор отключился.

Ей понадобилось несколько минут, чтобы снова научиться дышать.

Воздух комком встал в лёгких, от несправедливых обвинений кружилась голова. Но долго рефлексировать не позволил сын. Аня вышла из санузла и сразу услышала, что малыш ворочается и кряхтит.

- Что такое, Мишенька?

- Уа-уа!

Коварство свекрови, предательство мужа и брошенные ей в лицо нелепые обвинения тут же вылетели из головы. Анна взяла малыша на руки и принялась ходить с ним по номеру, поглаживая по спинке и напевая.

- Уа-уа! – надрывался мальчик, подтягивая ножки к животику.

Колики… Опять!

По ощущениям прошло не меньше полутора часов, прежде чем Миша наконец перестал выгибаться и заснул. Невовремя, ведь через полчаса-сорок минут следующее кормление, но не будить же малыша! Он и так намучился, пусть поспит. Да и у неё руки отдохнут, совсем затекли.

В дверь осторожно постучали.

- Анна Сергеевна, это я, Леонид, - донеслось из коридора.

Аня оглянулась на спящего ребёнка и распахнула створку.

- Заходите, только тихо.

- Вот вещи, Галина и девочки всё уложили, - пробормотал Леонид, втаскивая по очереди в номер три больших чемодана. – А здесь бумаги.

Мужчина виновато посмотрел на молодую мать.

- Егор Андреевич говорил, что вы в курсе.

- Да, он мне звонил. Где я должна подписать?

Внутри бушевала буря, но внешне Аня оставалась спокойной. Даже голос не дрожал.

- Вот. Да. И здесь.

Аня поставила подписи, Леонид собрал бумаги и протянул ей другую папку. – Тут документы… Увидите сами.

Кивнув, она молча её забрала.

- Что-то ещё?

- Егор Андреевич передал, что вы можете пользоваться картами, пока на них не закончатся средства. Блокировать карточки он не будет, но также не будет и пополнять. То есть, как только счёт обнулится, можете смело их выбрасывать, - продолжил гонец. – Так же Егор Андреевич велел мне вам передать, что одновременно с заявлением на расторжение брака он подаёт в суд на оспаривание отцовства.

В принципе, своё отношение к Мише Егор высказал достаточно прозрачно, она была к этому готова.

Но отчего так больно?!

- А мой паспорт? – Анна вспомнила о насущной проблеме и поспешила сменить тему.

- Ваш паспорт пока остался у Егора Андреевича, как и свидетельство о рождении ребёнка, - развёл руками Леонид. – Горин сказал, что они ему ещё нужны, вы получите их попозже. Но я привёз ксерокопии! Одну уже отдал на ресепшен. Девушка хоть и поморщилась, но приняла.

- Хорошо, - от недосыпа и не поддающегося осмыслению театра абсурда, в котором она оказалась, у Анны снова заломило висок.

– Спасибо вам за доставку! Мне нужно покормить Мишу, - она сделала шаг в направлении выхода.

- Да, да, уже ухожу, - мужчина вымученно вздохнул и снова замер. – Может быть, Егор Андреевич ещё опомнится?

- Боюсь, что это уже ничего не изменит.

- Анна Сергеевна…, - продолжил помощник Горина. – Скажите, вам есть, куда пойти? Простите, что лезу не в своё дело, но жить в гостинице мало того, что дорого, так ещё и неудобно. Особенно с маленьким ребёнком.

- Я что-нибудь придумаю.

- У вас есть мой телефон, - продолжил Леонид. – Если понадобится помощь, вы всегда можете ко мне обратиться. И если вы пожелаете, то ваш муж об этом не узнает!

- Спасибо, - её губы тронула лёгкая улыбка. – Я буду иметь в виду. До свидания!

- Мне так жаль! – выдохнул помощник Горина и наконец вышел.

Аня скользнула равнодушным взглядом по чемоданам и вернулась в комнату.

Потом посмотрит, что в них положили, а пока сыночек спит, ей лучше потратить время на изучение содержимого папки.

Егор говорил, что пришлёт ей копии тех заключений…

Где же они? А, вот!

Дрожащими руками вынула и развернула один лист. Прочитала, отложила.

Второй. Третий…

Разные лаборатории, разные подписи и печати, один и тот же день сдачи образцов и одинаковый результат исследования.

Биологическое отцовство предполагаемого отца (Горин Егор Андреевич) в отношении ребенка (Горин Михаил Егорович) исключено.

Комбинированный Индекс Отцовства (Combined Parentage Index - CPI): 0

Вероятность отцовства: 0%

Всхлипнув, Аня открыла последний лист и с изумлением прочитала:

(Горина Анна Сергеевна) в отношении ребенка (Горин Михаил Егорович).

Результат: Комбинированный индекс материнства: 630 471 648

Вероятность материнства: 99.9999%

«Зачем Гоша и на меня делал? – мелькнуло в голове. – Он что, сомневался, была ли я беременна на самом деле? Сюр какой-то! Или… Или Гор предполагал, что ребёнка могли подменить в роддоме? Господи, какое счастье, что есть документальное подтверждение нашего с Мишей родства!»

Она свернула заключение и задумалась.

Лично у неё никаких сомнений в происхождении малыша не было, но трое генетиков – или кто там проводит исследования на ДНК? – ничего общего между отцом и сыном не обнаружили. Разве так бывает?

Не бывает.

Получается, результаты ложные? Но где, на каком этапе и главное, кто мог вмешаться?

Римма Евгеньевна?

Теоретически, могла. Мать Егора любила напоминать, что знакома со многими важными и уважаемыми людьми.

Ане вспомнилось одно из любимых поучений свекрови.

«Половина города мои знакомые и их родственники или друзья. А вторая половина ходит у меня в должниках… Егорушка, поддерживай полезные знакомства, укрепляй их и развивай! Никогда заранее не знаешь, когда и кто может пригодиться…»

Возможности навредить у Риммы Евгеньевны были. Другой вопрос – зачем ей это?

«Ладно, я не ко двору пришлась, но разве бабушка могла бы отказаться от собственного внука? Нет, Римма Евгеньевна ни при чём».

А ещё Егор сам отвозил образцы, сам решал, в какие лаборатории обратиться.

Подкупить персонал или незаметно подменить материал, причём так, чтобы родство матери и ребёнка подтвердилось, а отцу мальчик оказался не родным, мог только настоящий волшебник.

В крайнем случае – иллюзионист, владеющий гипнозом.

Значит, надо сделать ещё один тест – не ставя никого в известность и в другом городе, где их никто не знает. Но… пойдёт ли на такое Егор? И главное – а нужно ли это ей самой?

Кому и что она собирается доказывать? Мужу, который уже сделал выводы и отказался от них?

Семьи больше нет, доверия тоже – ни у него к ней, ни у неё к нему. А раз так, то даже двадцать положительных тестов не вернут ей мужа, а Мише – отца.

«Обойдусь, - Аня стиснула кулачки. – Завтра же начну искать съёмную квартиру! Деньги на первое время есть, а там видно будет».

Сын заворочался, и она поспешила предложить ему грудь, не дожидаясь, пока малыш раскричится.

И в этот момент в дверь снова постучали, а потом она распахнулась, и на пороге появилась Римма Евгеньевна.

«Как она меня нашла?» - промелькнула первая мысль.

«Вот я растяпа! Забыла запереть на замок», - вторая.

- Не вставай. Корми, я ненадолго, - махнула рукой свекровь. – Мы должны поговорить. Вернее, говорить буду я, а ты слушать.

Анна бросила взгляд на активно сосущего сына, потом на мать Егора. По-хорошему надо бы её выставить, ведь вряд ли Римма Евгеньевна пришла сюда, чтобы вернуть невестку и внука в семью. Но с ребёнком на руках сделать это будет непросто, да и лишний шум никому не нужен. Она и так тут едва ли не на птичьих правах – мало кому нравятся постояльцы с грудными детьми, да ещё и без нормальных документов!

Приняв решение, она молча показала на стул, мол, присаживайтесь и начинайте.

- Ты никогда мне не нравилась, - заговорила свекровь. – И я никогда ни от кого этого не скрывала. Но мой сын… Егорушка, как большинство мальчиков, не любит, когда ему что-то запрещают. К сожалению, я не учла этот фактор, когда пыталась открыть ему на тебя глаза. Сын, что называется, закусил удила и сделал предложение совершенно неподходящей девушке! У меня была надежда, что после знакомства со мной ты передумаешь. Посмотришь, в какой семье вырос Егор, какие требования мы предъявляем к будущей невестке, проявишь благоразумие и исчезнешь с горизонта.

К сожалению, тут я тоже просчиталась – ты уцепилась за такой шанс обеими руками.

- Я любила Егора, - прошептала Аня.

- Любила она… Возможно, но не Егора, а его деньги. Комфорт и благополучие, которые он тебе дал, - отрезала Римма Евгеньевна. – Если бы ты любила моего сына, то не стала бы изменять и подсовывать ему чужого ребёнка!

- Что вы такое говорите?

- Правду! Кто её ещё скажет, как не мать? Вот ты сейчас тоже стала матерью. Ответь, на что готова ради благополучия своего мальчишки?

- На всё!

- Тогда должна меня понимать! Я тоже готова на всё ради счастья Егорушки! И это счастье – не ты!

- Удивительно, почему тогда вы так долго меня терпели? – пробормотала Аня. – Почему принимали в своём доме, здоровались, общались и дарили подарки на дни рождения и прочие восьмые марта?

- Я делала это не для тебя, а чтобы не потерять доверие сына. Он пошёл на принцип, и мне пришлось отступить, дать ему время самому во всём разобраться. Я была уверена, что достаточно скоро эффект новизны и эйфория от «праздника непослушания» сойдут на нет, и мой мальчик посмотрит на тебя трезвым взглядом.

Миша причмокнул, и свекровь на мгновение сбилась.

- Я давала вам год, много два. Время шло, Гоша не спешил прозревать. Но есть на свете справедливость – ты оказалась неспособна дать ему родного ребёнка.

Аня вскинула на Римму Евгеньевну взгляд и тут же перевела его на Мишу.

- Можешь не стараться, - фыркнула та. – На меня твои уловки не действуют!

- Какие уловки? – не выдержала молодая мать. – Я любила Егора, а не его кошелёк! И Миша… У меня не было других мужчин, он – его сын!

- Да? Однако тест ДНК этого не показал, - снова фыркнула Римма Евгеньевна.

- Тест подложный, - твёрдо ответила Анна. – Я мужу не изменяла!

- Ну-ну… Я знаю, что Егор отдавал образцы в несколько разных лабораторий, и все они показали одинаковый результат.

- Это вы всё подстроили, - Аня изначально не собиралась оправдываться.

Вырвалось.

Очень обидно, когда тебя незаслуженно обвиняют. Ещё более обидно, когда из-за наговора страдает невинный ребёнок!

- Ну-ну, полегче с обвинениями! У тебя есть доказательство подлога? Нет, и быть не может! Потому что результаты подлинные. Собственно, о желании Егора сделать тест знала только я, но даже мне он не сообщил, что собирается обратиться не в одну, а в несколько разных лабораторий. Пораскинь мозгами, глупая девчонка и признайся уже, хотя бы самой себе, что твоя афера не удалась!

Миша снова причмокнул, выпустив сосок.

Наелся.

Аня привычно подняла его столбиком и прижала к себе, машинально поглаживая по спинке.

- Возможно, если бы я не обратила внимание Егора на казус с вашей несовместимостью, то тебе удалось бы долго водить всех за нос. Но я не могла позволить, чтобы мой сын воспитывал чужого ребёнка, - поморщившись, продолжила Римма Евгеньевна. – В общем, я рада, что он наконец одумался и вышвырнул тебя из своей жизни.

- Так вы за этим пришли – рассказать, насколько счастливы? Не стоило так утруждаться, - бросила Аня. – Мне нужно переодеть Мишу. Где дверь вы знаете, провожать не пойду.

- Хамка! – отреагировала свекровь. – Гонор-то поубавь, я же могу и по-плохому!

- Не понимаю, зачем вы явились, раз настолько меня ненавидите? Полюбоваться, насколько я убита, осыпать оскорблениями, потешить душеньку? Полюбовались? Теперь оставьте нас.

- Ненавидеть можно только равного, а ты обыкновенная приспособленка и лгунья. Я тебя просто презираю, - ответила свекровь и поднялась со стула. – Раз по-хорошему не понимаешь, буду изъясняться на понятном тебе языке. Завтра же возьмёшь билет и уедешь из этого города. Куда – мне всё равно, главное, чтобы подальше отсюда. В идеале – на другой конец страны, в какую-нибудь Тьму-Таракань. Чтоб даже духу вашего здесь не было.

-Это и мой город тоже, я здесь девять лет прожила, сына родила. На Егора не претендую, встреч с ним искать не собираюсь, – помертвевшими губами, еле слышно пробормотала Анна. – Куда мне ехать с грудным малышом?

- Например, к его папаше, – Римма Евгеньевна извлекла из сумки и швырнула на кровать пачку пятитысячных. – Как его… Дивин, да? Вот к нему и отправляйся.

- Дивин не имеет к Мише отношения. И деньги уберите – я не продаюсь!

- То есть у тебя был не один любовник?! Какой кошмар, хорошо, что Егорушка этого не слышал! В общем, оправляйся к отцу мальчика и не обольщайся, что ты тут хоть кому-то нужна, - констатировала свекровь и небрежным жестом показала на деньги. – Это, скажем так, выходное пособие. Всё-таки пять лет ты грела постель моего сына и худо-бедно его удовлетворяла, а мы привыкли при увольнении выдавать прислуге полный расчёт. Могу и рекомендации дать. Интересует?

- Вы… Вы чудовище!!! Я жена, а не…

- Жена ты ненадолго. Ладно, вернёмся к делу. В общем, разведут вас быстро и без проволочек. Юристы Егора подготовили все необходимые документы, ты их подписала. Хоть на это ума хватило! Твоё присутствие не понадобится. Свидетельство о разводе и постановление о лишении отцовства я пришлю тебе на Ватсапп. Захочешь иметь копии – отправишь запрос через госуслуги. И ладно, что я – зверь какой-то? Даю тебе на сборы три дня. Сегодня же сообщи отцу своего мальчишки, что приезжаешь к нему. Завтра-послезавтра приобретай билеты, пакуй багаж, и на третий день чтобы здесь даже твоего духа не осталось.

- А если я не уеду? - Аня положила Мишу на кровать и развернулась к свекрови. – Что тогда вы сделаете?

- Тогда ты потеряешь своего щенка, - спокойным голосом ответила та. – Дети такие хрупкие – то понос, то простуда, то проглотят что-то несъедобное… И хоть к себе привяжи – всё равно не уследишь. Я понятно объясняю?

- Более чем, - ответила Аня. – Уходите и «выходное пособие» не забудьте.

- Гордая, что ли? – деланно изумилась свекровь. – Интересно, где была твоя гордость, когда ты лезла в постель Егора, а потом бегала на свиданки с любовником?

- Господи, какой любовник, что вы мелете? – устало пробормотала молодая мать.

Горина произвела какие-то манипуляции со своим сотовым, и через пару мгновений телефон Ани пиликнул, информируя о новом сообщении.

- Я уже поняла, что у тебя он не один. С другими не видела, врать не стану, а этого я срисовала. Вот, полюбуйся, как вы воркуете.

В этот момент ребёнок наконец отрыгнул воздух, и вместе с ним небольшое количество молока.

– Римма Евгеньевна, мы с вашим сыном разводимся, я ни на что не претендую, что вам ещё от меня надо? - Аня положила малыша на кровать и потянулась за влажными салфетками. – Вы можете поливать меня грязью и считать Мишу чужим, но от этого ничего не изменится, понимаете? Миша – родной сын моего мужа и ваш внук, даже если вы не желаете этого признавать. Надеюсь, когда правда выплывет наружу, вы не пожалеете, что так с нами обошлись. Отправляйтесь в свою идеальную жизнь, выход – там.

- Пожалею? Да я устрою званый обед в честь развода Егорушки! - бросила свекровь и направилась к двери.

- Деньги заберите! – крикнула ей вдогонку Анна, но тут Миша захныкал, и молодая мать была вынуждена переключиться на ребёнка.

А когда сытый и переодетый малыш уснул, выяснилось, что Римма Евгеньевна «выходное пособие» таки оставила.

Вот что ей с этим делать?

Аня несколько секунд задумчиво смотрела на пачку.

Деньги ей нужны, это факт. И пусть кое-какие средства у неё есть, но они не бесконечны. А грудной ребёнок связывает руки, работу с таким обременением ей не найти. Особенно, если младенца не на кого оставить.

С другой стороны, брать деньги у свекрови может быть чревато. Кто знает, что ещё придумает Римма Евгеньевна, чтобы посильнее опорочить нелюбимую невестку? Вдруг она заявит, что та их украла?

«Руками прикасаться не буду, чтобы отпечатки не оставить. Мало ли что ей взбредёт в голову? Лучше подстраховаться… Надо взять пачку через пакет и в него же её завернуть. А потом придумать, как вернуть эти деньги, чтобы они точно попали в руки адресата, - решила Анна. – Сама заработаю себе и сыну на жизнь. Пусть я не доучилась, но знания у меня остались. Если бы не… Ведь на красный диплом шла, в зачётке одни «отлично» стоят… Ладно, поздно плакать о потерях, надо жить здесь и сейчас. Я могу работать удалённо – писать статьи на заказ, делать рефераты и курсовые студентам, могу делать переводы. Да мало ли возможностей? Только нужно найти нам с сыном квартиру, а потом купить ноутбук».

Следом пришла другая мысль – а может свекровь права и ей лучше уехать? Чтобы ходить по улицам, не оглядываясь, им с сыном подойдёт любой город, кроме этого.

«И не обязательно это должен быть мегаполис, - размышляла Аня. – Растить ребёнка лучше в небольшом городе или посёлке, где нет такой загазованности и скученности. Только вот как мне уехать, если документы Егор мне так и не отдал? Подожду пару дней и позвоню Леониду».

Больше в этот день её никто не беспокоил. И колик у Мишеньки не случилось, поэтому она даже смогла выспаться.

Поисками съёмного жилья Аня занялась на следующее утро. Жить в гостинице дорого, неудобно. И кухни нет – чтобы поесть, нужно идти в кафе или куда-то ещё. Причём, в её случае придётся тащить туда ребёнка, рискуя подхватить какую-нибудь инфекцию.

Холодное время года, кругом полно чихающих и кашляющих, а младенцу много ли надо?

День она перебивалась, доедая то, что подложили ей в один из чемоданов сердобольные кухарка и горничная. Как только догадались?

Пирожки, домашний компот в бутылке, отварная грудка очень её выручили, но быстро закончились. Впрочем, Валентина и собрала провизию на одну трапезу, чтобы хозяйке не отвлекаться на поиски пропитания в первые часы после отъезда.

То, что кормящей матери и потом негде будет поесть, никому в голову не пришло.

Квартир сдавалось достаточно, и цены на них существенно варьировали.

Аня сразу отметала все дорогие и совсем непритязательные варианты – её интересовали только не требующие ремонта и полностью меблированные однушки.

К сожалению, здесь выбор оказался не настолько велик, как хотелось бы.

Выделив наиболее привлекательные предложения, она начала обзвон. И тут тоже посыпались сюрпризы – то квартира уже сдана, то без мебели или убита напрочь, а цена, как за жильё со свежим ремонтом. То выяснялось, что дом стоит у дороги, где ходят трамваи, или рядом большая стройка, и шум день и ночь.

В конце концов, она остановилась на двух вариантах. Надо было ехать, смотреть. Но Миша…

Закусив губу, Аня пометалась по номеру, решая, как ей быть. Рискнуть и взять сына с собой, то есть понести его по промозглым улицам, прокатить в общественном транспорте? Такое себе…

Или…

А что – попытка не пытка?

И она торопливо набрала номер.

- Алло, Мария! Здравствуйте! Вам удобно говорить?

- Анна Сергеевна! – выдохнула няня. – Вы… Как вы? Что Мишенька? Здравствуйте! Удобно, я вас слушаю!

- С нами всё более-менее, - Аня не стала вдаваться в подробности. – Мария, скажите, пожалуйста, вы завтра днём свободны? Скажем, с десяти до двух?

- Д-да. Вам нужна помощь?

- Нужна, - подтвердила Анна. – Мне завтра надо кое-куда съездить часа на два-три, но не с кем оставить Мишеньку. Тащить его через весь город по автобусам и маршруткам… Сами понимаете.

- Ни в коем случае! И вам самой лучше никуда не ездить, - отреагировала няня. – Грипп ходит! На раз-два подцепите.

- К сожалению, я не могу не поехать. Так что, Мария, вы выручите? Я заплачу!

-Конечно, Анна Сергеевна! Я с большим удовольствием посижу с нашим богатырём. Говорите, куда и во сколько мне подъехать?

Аня назвала адрес, и няня на несколько секунд зависла.

- Гостиница? – пробормотала Мария. – Я знаю, где это. Не волнуйтесь, Анна Сергеевна, приеду вовремя!

Но тут проснулся Миша, и до позднего вечера Ане было чем заняться.

Вернее, кем.

Покормив сына на ночь, она уложила его на огороженное свёрнутым одеялом место и прилегла рядом.

«Господи, хоть бы квартира подошла! Если всё сложится, то сразу же заселиться, начать обустраиваться и искать работу… Интересно, откуда у Риммы Евгеньевны сведения, что мы остановились в этой гостинице? Леонид рассказал? Скорее всего… Ещё одна причина поскорее переехать. А чтобы будущие бывшие родственники не узнали наш новый адрес, то все последующие встречи лучше проводить на нейтральной территории. Например, когда Егор решит вернуть мои и Мишины документы, пересечься с Леонидом где-нибудь в городе. И после этого сменить номер телефона. Кстати, про него – что за компромат скинула мне Римма Евгеньевна?»

Она зашла в мессенджер, запустила ролик и остолбенела.

«Откуда у неё эта запись?!»

Двумя месяцами ранее

Она ушла, а он всё стоял и смотрел вслед.

Аня.

Анечка.

Анюта.

Нюта…

Его первая, и, похоже, единственная, любовь. А заодно – его самая большая ошибка.

Нет, не Нюта.

А то, что с ними произошло… Что он это допустил, не предусмотрел. Не смог остановить.

Дивин сглотнул и на мгновение прикрыл глаза.

«Жива, здорова, похоже, счастлива и благополучна. Господи, как же я рад её видеть!!! А вот она, кажется, мне совсем не рада…»

Аня не просто повзрослела, она ещё больше расцвела. Из очаровательной девушки превратилась в ослепительную женщину.

Беременную, с кольцом на пальце.

Чужую жену…

У Михаила едва сердце не остановилось, когда он понял, кто упал ему в руки. И Нюта тоже узнала его сразу, ещё до того, как увидела лицо. До того, как он заговорил – почувствовала на уровне инстинкта, что ли?

В этот ТЦ он заскочил случайно – вспомнил, как племянница просила привезти ей из Воронежа магнитик и какой-нибудь сувенир.

- Котёнка с улицы Лизюкова! – трещала Светланка. – В смысле - не будешь ловить котят по воронежским подвалам? Дядь Миш, ты что? Не надо никого ловить, купи магнитик или фигурку. Это не всамделишный котёнок, а мультяшный! Там ещё ворона была!

Он посетовал, что отстал от жизни, и клятвенно пообещал найти кошака – с вороной или без. Привезти сувенир любимой племяшке.

Дел навалилось с горкой, поэтому за подарком он помчался уже перед отъездом, нервничая, что рискует опоздать на московский поезд. И утренний самолёт из Внуково в Питер улетит без него.

Но ему повезло! Дважды!

Во-первых, Котёнка он успел купить до того, как увидел Аню. Потому что после этой встречи он про всё остальное совершенно забыл. И лишь в Москве, случайно обнаружив в кармане магнит, вспомнил, что обещал Светланке подарок.

И, во-вторых, а на самом деле – во-первых, он встретил Нюту!

Главный подарок ему самому. Самый драгоценный и желанный.

На автопилоте добрался до вокзала, машинально переставляя ноги, занял своё место в СВ и весь путь до Москвы промедитировал, вспоминая, как это случилось.

Смакуя, переживая заново и умирая от ужаса – а ведь они так легко могли разминуться!!!

Он спешил к выходу, но по направлению к эскалатору впереди него очутилась беременная женщина. Лица он не увидел – она неспеша продвигалась к спуску, параллельно разглядывая витрины справа, но не заметить большой живот было невозможно.

Михаил притормозил, намереваясь осторожно обойти ходячую опасность, и мысленно отругал её мужа – куда смотрит? Разве можно отпускать женщину одну на таком сроке? А ну как что-то случится?

И накаркал!

Стоило подумать о случайностях, и беременная, громко охнув, неловко подвернула ногу. А затем начала падать, нелепо взмахивая руками в тщетной попытке остановиться.

Он едва успел её подхватить!

И замер, не веря своим ощущениям.

«АНЯ!»

- Ох, спасибо вам! Я…, – забормотала находка, тут же осеклась и забарахталась, желая отстраниться.

Михаил почувствовал, как под его руками напряглось её тело, и разжал объятия.

- Ничего. Я рад, что успел. Не ушиблась? - голос, как у простуженного.

От волнения, что ли?

- Здравствуй, Аня!

А в ответ тишина.

И перед глазами потрясённое выражение лица Анюты да её глаза, что прожигают до самого сердца.

- Спасибо, - через пару секунд – сухо и отстранённо. – Со мной всё в порядке. Мне надо идти…

- Подожди, я провожу.

Он отчаянно цеплялся за малейшую возможность задержать её хоть на минуту.

Или задержаться рядом с ней самому…

Насмотреться. Надышаться. Наслушаться.

- Не стоит, - еле заметно качнула она головой. – Это ни мне, ни тебе не нужно. Ещё раз спасибо, что поддержал. Прощай.

- Аня! – с тихим отчаяньем. – Подожди, не уходи!

И забормотал, глотая окончания, спотыкаясь и торопясь договорить, пока она не ушла.

- Как ты? У тебя всё хорошо? Поздравляю со скорым пополнением! Анют, я искал тебя тогда! Нам надо поговорить, я многое тебе задолжал…

- Не стоит ворошить, - вполголоса произнесла Анна. – Уже ничего не исправить, но такая настойчивость может кому-то из нас испортить настоящее и лишить будущего.

- Нюта! – вымученно, с тоской и мольбой.

Она вздрогнула, отвела взгляд, судорожно сжала пальцы.

Словно ей было больно слышать его голос, ведь так называл её только он. Словно ей не всё равно и прошлое до сих пор её не оставило.

- У меня всё хорошо, Миша. Ты видишь – я здорова, любима, счастлива. Ты тоже, - она на секунду подняла голову и тут же снова отвела взгляд, будто обожглась или укололась, – вполне благополучен. Нам не о чем говорить. Если тебе это важно, то знай – я тебя простила.

И ушла, а он ещё несколько минут пытался собрать разлетевшееся на осколки сердце и снова научиться дышать.

Семь лет мечтал о встрече. Надеялся, что сможет объяснить Ане – он не виноват в случившемся! Вернее, виноват, конечно, но не настолько, как она думала.

Кто ж знал, что Кирилл окажется таким гадом?! Нет, бывший друг своё получил, но вернуть Аню это не помогло. Она ему даже одного шанса не оставила!

Лучше бы кричала, обвиняла, по морде надавала, чем исчезла, не говоря ни слова.

Но она больше в институт не вернулась. И, как он потом узнал, забрала документы и бросила учёбу.

Глупо, ведь она была одной из лучших студенток!

Потом, когда снова смог ходить, он искал её, отчаянно и безуспешно. И выяснил, что больше Салимова ни в общежитии, ни у подруг не появлялась. Словно был человек и раз! – его не стало. Исчез, растворился в воздухе.

Постепенно он смирился. Принял, как данность. И даже попытался жить дальше.

Но одна встреча – мимолётное касание, её запах, её голос…

Самолёт в Пулково приземлился вовремя.

Дивина встречали его личный помощник Екатерина и водитель Максим.

- Здравствуйте, Михаил Васильевич! – поздоровался Максим. – Как долетели?

- Нормально, - буркнул тот, сразу давая понять подчинённым, что не в духе и не расположен к пустой болтовне. – Екатерина, что там на сегодня?

- С утра ничего серьёзного, я всё перенесла на завтра. Но в десять Маслов…

Дивин скривился.

- А отфутболить его? Нет, какая настойчивость – я его в дверь, он – в окно.

- Никак нельзя, он честь по чести ещё месяц назад записался на приём. Я и так уже дважды отменяла и трижды переносила. Примите его, Михаил Васильевич!

- Смысл? Всё равно контракт с АмСистем я заключать не собираюсь! Ладно, чёрт с ним, десять минут выделю.

Помолчал и продолжил:

- Катя… Найди мне хорошего детектива.

- Кого? – поперхнулась помощница. – А… Э… Простите. Чтобы не ошибиться с подбором, мне нужно чуть больше информации – направление, цель, сфера интересов?

- Мне нужен профессионал, который может найти иголку в сене. Но не только найти, но и выяснить, из какого металла она выкована и что ел на завтрак ковавший её кузнец.

Екатерина кивнула, извлекла телефон и принялась торопливо заносить в него пометки.

- Поняла. Как быстро он вам нужен? Я к тому, что мне потребуется время, чтобы изучить предложения и вычислить самое компетентное и надёжное агентство.

- Вчера, Катя, - ответил Дивин.

И добавил про себя: «Какого чёрта я не вспомнил о существовании специально обученных людей семь лет назад? Давно бы знал, где она, как и… с кем».

В десять минут они не уложились.

Впрочем, на этот раз заместитель генерального директора компании АмСистем представил действительно интересный проект. И Дивин решил согласиться.

- Хорошо, Игнат Борисович, будем считать, что вы меня удивили и убедили, - Михаил прервал Маслова, который вошёл в раж и отправился на второй круг. - Но есть один нюанс – ЭйсРеал до конца декабря работает с ИнтелГрупп над завершением совместного проекта, на новый у нас просто нет времени. Сделаем так: вы до конца года ещё раз рассмотрите пункты семь, десять, двадцать четыре, и через недельку после новогодних праздников выйдем на переговоры и подписание контракта. Я напрягу юристов, чтобы они подготовили макет договора и дорожную карту.

- Прекрасно, Михаил Васильевич! – просиял Маслов. – Я не сомневался, что однажды смогу до вас достучаться! Увидите, насколько выгодным будет наше сотрудничество.

- Поживём – увидим, уклончиво отреагировал Дивин. – Нам понадобятся два дополнительных сотрудника – исключительно для обслуживания нашего первого совместного проекта. Поделим расходы и ответственность по-братски – с ЭйсРеала толковый логист, с АмСистем – грамотный переводчик. Что ж, если на этом всё, предлагаю расходиться.

- С вами приятно работать, – Маслов пожал руку будущему партнёру. – К девятому января всё будет готово! На связи, Михаил Васильевич!

Дела закрутили, и Дивин сам не заметил, как день пролетел.

- Катя, что там с агентством? – спохватился он уже вечером. – Есть варианты?

- Да, конечно, - с готовностью доложила Екатерина. – Как раз хотела спросить, как лучше поступить – пригласить представителей сюда или назначить встречу в неформальной обстановке?

- Сколько их?

- Три агентства.

- Тогда сама выбери, с какого начать и пригласи первого завтра к открытию «Счастья», что на Исаакиевской. Позавтракаем и поговорим. Второго на полдень, там же.

- Третьего на вечер. Место тоже, - деловито добавила Екатерина. – Время?

- Семь.

- А если кто-то не сможет? Ну, мало ли – время уже занято.

- Если кто-то не может – сразу вычёркивай, - уточнил Дивин. – Обзвони всех, сообщи о моём предложении, и на сегодня твой рабочий день закончен.

Домой, на Крестовский в свою трёшку в ж/к Максимум, он попал только через два часа. А там его ожидал сюрприз.

Можно сказать, подкарауливал.

- Ты приехал!!! – стоило открыть дверь, как на его шее повисла полуголая девушка.

Которой в его квартире, по идее, делать было совершенно нечего.

- Что ты тут делаешь? – он осторожно убрал от себя руки любовницы. – Я чертовски устал, Милана, давай без всего этого.

- Я ску-уч-ала-а, - манерно растягивая гласные, произнесла девушка. – Между прочим, жду тебя с пяти часов! И ужасно проголодалась. Поедем в Percorso?

Михаил слегка поморщился – любовница становилась навязчива и предсказуема, как её предшественницы.

Нет, всё-таки два-три месяца для ни к чему не обязывающих отношений более чем достаточно. Если девушка задерживается на полгода и дольше, то она неизбежно начинает вести себя собственнически. Принимается строить воздушные замки и претендовать на большее.

И, к сожалению, напрочь забывает о первоначальных договорённостях: она ему секс и приятное времяпровождение без выноса мозга и капризов, он ей – содержание, рестораны, дорогие подарки и прочие радости.

- Я никуда не поеду. Если голодна – отправляйся к себе, закажи что-нибудь из еды, - бросил он на ходу и скрылся в спальне.

Но любовница не собиралась сдаваться.

- Ми-иш, ну что ты такой бука? Кто расстроил моего медвежонка?

И его передёрнуло и от слащавого голоса Миланы, и от сравнения. Похоже, на самом деле им пришло время расстаться.

- Мила, - он повернулся к девушке, - я только утром вернулся из поездки, а потом весь день пахал, как проклятый. Если бы я хотел встретиться, то, наверное, позвонил бы и позвал тебя к себе?

- Миш, я думала…

- Милан, мы давно выяснили, что думать – не твоё. И договорились, что ты не являешься без приглашения, не достаёшь звонками и не выдвигаешь мне никаких претензий. Так?

- Так, но я соскучилась! И думала, что ты тоже, - обиженно воскликнула девица. – Тебя не было три дня! Да, ты просил не приходить сюда без предварительного звонка, но зачем тогда ты дал мне ключи?!

- Чтобы ты могла попасть в квартиру, если я тебя позвал, но по независящим от меня причинам, задержался, - рявкнул Дивин. – Пробки, важный звонок или форс-мажор. Ключи для того, чтобы тебе не пришлось торчать у подъезда, а вовсе не для того, чтобы ты являлась без приглашения!

- Но я хотела сделать сюрприз! – любовница обиженно надула губы. – Какой это сюрприз, если я буду просить на него разрешения? Заказала столик в ресторане, купила красивое бельё… Думала, сначала мы посидим в Percorso, потом вернёмся сюда и будем до утра любить друг друга. А ты будто бы мне совсем не рад.

- Пожалуй, я поторопился, - Дивин протянул руку. - Ключи и на выход!

- Да пожалуйста! – фыркнула Милана, бросилась в прихожую к сумочке, быстро вернулась и уронила на кровать связку. – Ты настоящий варвар! Любой был бы рад, если бы его так, - она провела рукой вдоль тела, - встречали.

После этого она одарила любовника оскорблённым взглядом, торопливо, путаясь в рукавах, оделась и вышла, громко хлопнув дверью.

«Пора дать Милане отставку, - мелькнуло в голове. – Надо будет поручить Екатерине съездить в Максим Демидов и выбрать какое-нибудь колье подороже».

После этого решения у него словно второе дыхание открылось. И почему-то ужасно захотелось вернуться в Воронеж.

«Незакрытый гештальт, поэтому меня туда тянет, - мысленно убеждал сам себя Михаил. – Ничего, день-два… Максимум неделя, и я буду знать всё, чем она живёт. Успокоюсь, выкину прошлое из головы, и может быть, наконец решусь создать семью. Четвёртый десяток, в этом возрасте не солидно ходить в холостяках. У всех ровесников дети, а я, как проклятый, один – одинёшенек. Любовниц не считаю, они явление временное. Вон, у Павлова дочка Марина, вполне себе ничего. Или у Варнавских старшая, Верочка? Приятные девушки, с какой стороны не посмотри – и внешне, и по поведению. И за обеими любящие отцы, которые палки в колёса молодой семье вставлять не станут. Наоборот, поддержат, если понадобится. Да, о любви речи не идёт, но для счастливой жизни вполне достаточно уважительного и ровного отношения. Все эти мексиканские страсти хороши в двадцать лет. В тридцать пять же от отношений хочется стабильности, порядочности и надёжности».

А ночью ему снилась Аня и их единственная ночь…

На следующий день, плотно пообщавшись с тремя Пинкертонами, Дивин остановил выбор на втором. И сразу обрисовал тому фронт работ.

А затем переключился на собственные дела. Раньше, чем через неделю он результат не ждал, можно было на время выбросить Аню из головы.

Тем более что ему было чем заняться. Вернее, кем.

Расставание с любовницей получилось не таким гладким, как хотелось.

Милана, глазом не моргнув, приняла дорогой подарок и отступные. А потом включила «моя твоя не понимай».

- В смысле – расстаёмся? Мишенька, а как же наша любовь? – ресницами хлоп-хлоп.

И расплакалась, когда он на это скептически хмыкнул.

Аккуратно так расплакалась, чтобы не испортить макияж. Рыдала, всхлипывала, а сама косилась – смотрит? Видит, как она расстроена? И что – не пронимает? Тогда надо добавить трагизма…

Артистка, мать её!!!

Еле сдержался, чтобы не хлопнуть дверью. Все-таки расстаться хотелось по-хорошему.

- Квартира оплачена до января. Надеюсь, трёх месяцев тебе хватит, чтобы найти новое жильё, а ещё лучше – нового покровителя, - сообщил, надеясь, что его щедрость немного подсластит ей горечь разрыва.

Не тут-то было!

- Ты чудовище, - прорыдала Милана. – Я верила, надеялась, уже концепцию свадьбы продумала… А ты-и? Использовал и выкинул! Как ненужную вещь… И-и-и!!!

- Мила, не передёргивай. Мы изначально договорились, ещё до первого… гм… контакта – никаких обязательств, только взаимовыгодное сотрудничество: мне секс, тебе полное содержание. Замуж и прочие дивиденды вообще не предполагались, и ты была на это согласна. По-моему, всё честно. Что теперь изменилось?

- Да-а, была согласна, но я не думала-а, что полюблю-у-у тебя-а-а!!!

- Это глупости, Мила, и мы оба это знаем. Не меня ты полюбила, а те блага, что от меня получала. Но всё когда-нибудь заканчивается, закончилось и наше сотрудничество. За услуги я перевёл тебе хорошее вознаграждение, на этом наши пути расходятся. Надеюсь на твоё благоразумие, не вынуждай применить карательные меры и познакомить тебя с моей тёмной стороной. Будь счастлива!

Он кивнул ей и ушёл, думая, что поставил точку.

Наивный…

В течение недели каждое утро у дверей офиса Милана разыгрывала один и тот же спектакль – «Любимый, я не могу без тебя!»

Пришлось прибегнуть к не самым популярным методам, только тогда бывшая любовница наконец смирилась и отстала.

Михаил поморщился и тряхнул головой, прогоняя не самые приятные воспоминания.

Нет, больше он на эти грабли не наступит! Никаких бесед, совместных выходов в рестораны и прочие развлекательные места! Далее – менять женщину каждые два-три месяца, чтоб та не успела чего-то себе навоображать. Причём, все встречи должны проходить исключительно на нейтральной территории. Подойдут и номер в гостинице, и квартира, где проживает любовница. Но точно не его собственное жильё!

- Михаил Васильевич, к вам рвётся Циленко, - доложила Екатерина, возвращая Дивина в реальность. – Он сказал…

- Я понял, кто это, - кивнул Дивин. – Пусть войдёт.

В кабинет скользнул невысокий щуплый мужчина – тот самый детектив. Внешность для профессии самая подходящая – мимо пройдёшь и внимания не обратишь. Неприметный, весь такой среднестатистический, одет неброско.

- Добрый день! – поздоровался тот и положил на стол папку. – Здесь полный отчёт по проделанной работе.

- Потом прочитаю, - Дивин отодвинул пластик в сторону. – Расскажите вкратце содержание.

- Горина Анна Сергеевна, в девичестве Салимова, с 2000 года живёт в городе Воронеже. В 2001 году вышла замуж за Горина Егора Андреевича. У них дом на Поспеева, в так называемой «Долине нищих», ждут первенца.

- Она, - Михаил запнулся, подбирая слова, – счастлива? Я имею в виду, как Горины живут между собой?

- Думаю, счастлива. Сколько раз её видел – всегда с улыбкой. Личные наблюдения и аккуратные расспросы общих знакомых и прислуги говорят одно – Егор Андреевич жену балует и бережёт.

- Понятно. В Воронеже «Долина нищих», если я правильно понимаю, это как у нас Каменный остров?

- Да, что-то вроде этого.

- То есть Горины не бедствуют? – ещё раз уточнил Дивин.

- Совершенно не бедствуют. Муж Анны Сергеевны довольно состоятелен, успешный бизнесмен, происходит из уважаемой в городе семьи. Чтобы вы понимали, его отец занимает высокий пост в администрации, мать тоже отнюдь не домохозяйка. Подробности о семье супруга Анны Сергеевны есть в отчёте, - детектив помялся и продолжил:

- Насколько мне удалось установить, родители Горина от выбора сына были не в восторге, но девушку приняли.

- Вы уверены, что у неё всё в полном порядке?

- Да. Прочитайте, там подробно описано, с адресами, датами, выписками и прочими фактами, - Циленко кивнул на стол.

- Непременно. Что ж, благодарю за проделанную работу!– Михаил пожал детективу руку и проводил его до двери кабинета. – Если мне ещё раз понадобятся такие услуги, я теперь знаю, куда обращаться.

А потом вернулся и потянул к себе оставленные детективом документы. Не вчитываясь в текст, бегло пролистал и задержал взгляд лишь на нескольких фотографиях. Вот счастливые жених и невеста, а это семейный снимок – они же вместе с родителями Горина. Несколько фото явно с отдыха где-то на море, в горах, в лесу – по-видимому, сделанные в разное время. И два снимка беременной Ани.

«Она счастлива и благополучна, - пробормотал себе под нос, захлопнул папку и сбросил её в один из ящиков стола. – Значит, можно больше о ней не беспокоиться. Гештальт закрыт».

И мысленно пообещал себе, что в ближайшие год-полтора определится с кандидатурой жены, окончательно прекратит все отношения с любовницами и станет семейным человеком.

Но вместо того, чтобы переключиться на другие дела, Михаил пару секунд помедлил, потом рывком выхватил отчёт и извлёк из него фотографии. Просмотрел их заново, вытащил из пачки один из снимков – тот, где Аня заразительно смеялась, с любовью глядя на мужа.

Такая красивая, такая счастливая!

Но изображение чужого мужчины портило всю картину. И Дивин просто порвал снимок пополам, удовлетворённо вздохнув – вот так лучше!

После чего часть фото с Аней он бережно положил во внутренний карман пиджака, а кусок с Егором Гориным отправил в мусорную корзину.

Все знают, как надо праздновать свадьбу. Встречаются варианты, да, но в целом это радостный день, полный цветов, поздравлений и поцелуев.

А как отмечают развод?

Аня растерянно смотрела на бумагу в своих руках.

Знала, что муж подал заявление, ожидала, что их быстро разведут, но всё равно новость буквально выбила почву из-под ног.

Так быстро.

Так легко.

Так неотвратимо.

- Анна Сергеевна? – напомнил о себе Леонид. – Вам всё понятно или есть вопросы?

- Нет, - мотнула она головой. – Вопросов нет. А свидетельство Миши? Нам без него никак, неужели Егор этого не понимает?!

- Новый документ ребёнку выдадут через месяц после решения суда, - виноватым голосом ответил помощник Горина. – К сожалению, этот процесс ускорить никто не в силах. Я наберу вас сразу, как только всё будет готово.

«Ещё месяц, а то и больше, ведь впереди новогодние праздники, когда ни одно учреждение не работает, – мысленно охнула Аня, - я не смогу поменять номер телефона! Надо придумать другой способ для связи…»

- Леонид, к вам моё решение не имеет отношения, но я больше не хочу встречаться со своей прошлой жизнью. Даже через посредников. Я намерена сменить номер и жить дальше, понимаете? Давайте сделаем так – я арендую абонентский ящик и скину вам на Вайбер его номер. Когда свидетельство о рождении будет готово, отправите его туда, заберу, как у меня будет время.

- А если произойдёт что-то срочное? Если…

- Не произойдёт, - оборвала его Анна. – Вернее, может, но мы с Егором Андреевичем больше не супруги. Поэтому проблемы или удачи одного не имеют отношения к другому.

- Я вас понял, - кивнул Леонид. – Сохраните мой номер, на всякий случай. Вдруг вам что-то срочно понадобится, а обратиться будет больше не к кому. Обещаю, ваш бывший муж не узнает, если вы мне позвоните.

- А Римма Евгеньевна?

- Она тоже, - твёрдо ответил мужчина.

- Спасибо, Леонид, - улыбнулась Аня, - я надеюсь, что обойдусь своими силами. Но если что, то буду иметь вас в виду.

Она сложила документ в сумочку и вышла из кафе.

- Анна Сергеевна, давайте я вас подвезу! – вдогонку предложил Леонид.

- Не нужно, я прекрасно доберусь на автобусе, - отказалась она и поспешила на остановку.

Вот и всё, она не только свободный человек, но и ни от кого не зависящий.

Хотя нет – она целиком и полностью зависит от сына.

От его настроения, здоровья, улыбок. От счастья видеть, как он растёт, как учится ходить и говорить.

А остальное… Остальное не так уж и важно.

Да, её предали.

Снова.

Не умерла в первый раз, выдержит и сейчас.

Анна прошла в салон автобуса и уткнулась в замёрзшее окно, вспоминая, какими для неё выдались эти три недели без Егора.

Первая же квартира, куда она приехала для осмотра, ей очень понравилась.

Тёплая, чистая, окнами во двор, с хорошей мебелью и техникой. Сам дом хоть и не новый, но вполне добротный и расположен очень удачно.

Правда, арендная плата оказалась выше, чем она рассчитывала, но Аня решила, что от добра добра не ищут. И тут же подписала договор, отдала предоплату за месяц, после чего поспешила к сыну и няне – собираться.

Вернее, чтобы вызвать такси и рассчитаться с гостиницей, потому что собирать-то нечего – чемоданы оставались неразобранными. За два дня она успела попользоваться только несколькими вещами, самыми необходимыми. А распихать их обратно по сумкам – дело пары минут.

- Мария, спасибо! – Анна улыбнулась, протягивая женщине деньги. – Вы меня так выручили! Не против, если я иногда буду обращаться к вам за помощью?

- Разумеется, Анна Сергеевна! Если я свободна, то с радостью посижу с Мишенькой, - Мария взяла две купюры, немного поколебалась и одну вернула.

- Этого достаточно.

- Но…

- Вам деньги ещё пригодятся, а мне только в радость повидать этого милого малыша! Давайте, я помогу вам донести вещи до такси?

- Возьмите лучше ребёнка, - Аня не стала настаивать и убрала деньги обратно.

В конце концов, няня права – средства ей ещё понадобятся. Кто знает, когда и где она сможет найти работу? С грудным ребёнком-то…

Остаток дня прошёл в приятных хлопотах – хоть квартира и чистая, перемыть не помешает, ведь здесь будет жить маленький.

Анна провозилась два часа, постоянно отвлекаясь на сына – то покормить, то переодеть, то соску дать. А ещё надо было разложить по местам вещи. И пока Миша спит, сбегать в ближайший магазин за продуктами, постельным бельём, бытовой химией и кое-какими необходимыми мелочами.

К счастью, далеко идти не пришлось – буквально за углом дома располагался Магнит.

Был соблазн расплатиться одной из двух оставленных ей мужем кредиток, но Аня эту мысль отвергла.

СМС о списании средств придёт Егору, и при желании тот сможет узнать, в каком магазине его жена делала покупки. Любому понятно, что новорождённого никто надолго одного не оставит, значит этот магазин находится неподалёку от нового места жительства почти бывших жены и ребёнка.

И никто не знает, что Гоша сделает с этой информацией – выбросит из головы или… Оно ей надо – однажды выйти с Мишей на прогулку и наткнуться на предавшего их мужа и отца?

И это на него так повлияли чёртовы тесты ДНК, а что будет, если Римма Евгеньевна подсунет сыну тот ролик?

Вернее, что Егор устроит ей, Ане, после просмотра?

Сдаётся, она и слова произнести не успеет, не то что объяснить, что это за видео и когда оно было снято: Горин сначала её прибьёт, а потом попробует выяснить правду. И то не факт, что правда его вообще заинтересует.

Она-то думала, что хорошо знает своего мужа, была уверена, что он не склонен к импульсивным поступкам. И никогда не обидит ни жену, ни сына…

«Пойдём с Мишей гулять, надо будет отойти подальше от дома и взять такси. Поеду в первый попавшийся банк на Плехановской… Или нет, лучше зайти в какой-нибудь банк на Кольцовской, в районе ж/д вокзала. Сниму с карт все деньги, пусть Егор думает, что перед отъездом из города я опустошила кредитки».

И следом мелькнула мысль, что в любое другое время она швырнула бы карточки ему в лицо или просто выбросила в ближайшую урну, но теперь…

«Я не для себя беру, а для Миши. На себя я сама заработаю, а ребёнок имеет право на помощь обоих родителей».

В общем и целом устроились они хорошо. И сынок после кормления в двенадцать ночи проспал по шести утра, позволив маме прекрасно выспаться.

Осталась «мелочь» – найти работу.

Аня приступила к этому вопросу со смешанным чувством надежды и страха.

Первым делом она разослала резюме по всем компаниям, где для удалённой работы приглашались копирайтеры. А следом взялась за частные объявления.

Почти сразу на e-mail пришли три письма с текстами для перевода. И предложение – переведите до завтра, и если качество перевода нас устроит, вы будете приняты в штат. Зарплата, условия и остальное – просто мечта. Если нет, то за перевод вам перечислят вот такую сумму (совсем небольшую, но лучше, чем ничего).

Разумеется, Аня согласилась и просидела у ноутбука почти до рассвета.

Куски попались сложные, с массой специфических терминов, ей приходилось несколько раз всё перепроверять. Наконец, тексты были, что называется, вылизаны. И она отправила их заказчику.

Уставшая, но довольная, Анна ждала вердикта – в том, что её перевод понравится, она ни капли не сомневалась.

Но спустя три часа её уверенность сошла на нет – время шло, а ответа как не было, так и нет.

И тогда она решилась написать сама.

К её изумлению, мейл не отправился – почта выдала «несуществующий адрес».

Но как, если она без проблем получила с этого адреса несколько писем – с заданием, например? И так же, без проблем, переслала готовый перевод?

«Мошенники… Кто-то воспользовался услугами переводчика, заведомо не собираясь платить за проделанную работу».

Стало до слёз обидно, но пожалеть себя не позволил сын.

Миша раскричался, требуя себе мамино внимание. А через час Аня уже и сама успокоилась – неприятно, да. Но не смертельно.

Деньги на первое время у неё есть, крыша над головой тоже, а работа… Работа обязательно найдётся!

Только теперь она уже не будет столь доверчива!

Следующие недели превратилась для неё в сплошной День Сурка: с утра до вечера и с вечера до утра кормления, колики, плач и укачивания. В перерывах ноутбук и тексты. Одни надо было перевести, другие «причесать», третьи вовсе написать с нуля.

Она ела на ходу, спала по 3-4 часа, а в зеркале и вовсе показывали ужасы – красноглазое привидение с вороньим гнездом на голове.

Зато все задания выполняются в срок, и на счёт понемногу падают совсем не лишние деньги.

Пусть небольшие, но курочка по зёрнышку клюёт.

Эх, если бы ещё у неё была няня! Но позволить её себе Аня не могла – смысл работать, если отдавать другому человеку весь заработок? Тогда проще вообще не заморачиваться с переводами, хоть не так уставать будет…

Неумолимо приближался Новый год – когда-то один из самых любимых праздников. А этот, похоже, будет особенно незабываемым…

Раньше она мечтала о подарках, новом счастье и переменах жизни к лучшему. Сейчас же главным подарком для неё была бы возможность просто выспаться.

Но утром 27 декабря в её дверь позвонили, и с таким трудом налаженная жизнь снова совершила головокружительный кульбит.

Звонок в дверь прозвучал не только неожиданно, но и совершенно некстати.

Аня как раз покормила Мишу и положила довольного ребёнка на кровать. Сытый малыш сонно хлопал глазками, показывая, что вот-вот уснёт. Молодая мать с нетерпением ждала этого момента – вчера ей скинули новое задание и пообещали удвоить гонорар, если она успеет всё перевести до семнадцати часов следующего дня.

На данный момент была выполнена ровно половина – ночью Мишка трижды исполнял соло, и Анна не смогла ни выспаться, ни поработать.

Она так рассчитывала, что сейчас сын уснёт, и у неё будет минимум полтора-два часа! Но…

- Кого черти принесли? – она недовольно пробормотала себе под нос, направляясь в прихожую. – Доставку не заказывала… Ошиблись дверью?

Заглянув в глазок, Анна увидела, что на площадке стоит какая-то женщина. Звонок повторился, видимо визитёрша решила стоять до победного. И Аня, испугавшись, что громкие звуки разгуляют ребёнка, открыла дверь.

- Вам кого? – начала она и осеклась, потому что стоящую напротив входа молоденькую девушку она знала.

Пару раз мельком видела её в той клинике, где сама наблюдалась. А незадолго до родов они встретились у процедурного кабинета. И даже обменялись несколькими фразами и именами.

Ничего такого, обычные разговоры беременных – какой срок, кого ждёте?

Аня напрягла память…

- Олёна?

- Узнала? Да, это я. Ты позволишь? – и незваная гостья двинулась вперёд.

Вернее, вперёд двинулся большой живот беременной женщины, а следом за ним в прихожую втиснулась и сама Олёна.

- Проходи, - с запозданием пробормотала Анна. – Только у меня одна комната и там ребёнок.

- Тогда на кухню, - гостья с решимостью ледокола прошла по прихожей и безошибочно свернула в нужном направлении.

Впрочем, заблудиться в однушке довольно сложно, это же не трёхэтажный особняк!

- Как ты здесь очутилась? – поинтересовалась хозяйка, когда беременная разместилась на кухонном диванчике. – Живёшь неподалёку?

Спросила и осеклась – что за бред? Наблюдаться в той клинике могла себе позволить только очень обеспеченная женщина, а такие, как правило, живут в более престижных, чем старый многоквартирный дом, местах.

- Я пришла к тебе, - Олёна не стала тянуть резину. – Нам надо поговорить.

- Зачем? – ещё больше растерялась Аня.

- Затем, что мне надоело ждать, когда ты уже свалишь в туман.

- Что?! – последняя фраза настолько не вязалась с образом гостьи, что Аня на мгновение подумала, что от недосыпа и стресса у неё начались слуховые галлюцинации.

- Ты ещё и глухая? – выгнула совершенную бровь гостья. – Хорошо, повторю: я здесь для того, чтобы ты перестала питать надежды и поскорее убралась из города. Егор никогда к тебе не вернётся. Я ношу его сына.

Олёна расстегнула короткую шубку и положила руку на живот.

- Заметь – родного сына! А не ублюдка, которого ты пыталась на него повесить.

- Что?! – как во сне повторила Аня и сделала шаг к диванчику. – А ну, убирайся вон! Сама или я тебя выкину за дверь!

- Я на сносях, мне нельзя нервничать, - черты красивого лица Олёны исказились в презрительной гримасе. – Полегче, если не хочешь, чтобы твой пащенок отправился в детский дом. Думаешь, он кому-то будет нужен, когда его мать загремит в тюрьму за причинение вреда будущей жене Егора Горина? Если из-за тебя роды начнутся раньше срока… В общем, заткнись и слушай.

Аня рвано выдохнула.

- Притворяешься овечкой, но под шкурой прячется беспринципная дрянь. Мало того, что ты увела чужого жениха, заставила меня страдать и не смогла родить Егору наследника, так ты ему даже верность не хранила!

- Какого жениха? – помертвевшими губами спросила Анна. – Гоша никогда не упоминал, что был помолвлен. И я никогда ему не изменяла. Впрочем, это тебя не касается.

- Как раз меня более чем касается – до встречи с тобой мы с Егором собирались пожениться.

- Что? Ты обманываешь…

- Что бы ты понимала, деревня? Наши семьи дружат много лет – мои родители и Горины. Все знали, что однажды мы породнимся, нас с детства звали женихом и невестой. Этот брак должен был соединить любящие сердца и объединить капиталы. И вдруг появляется это! - выплюнула Олёна. – Нищенка из богом забытой деревни! Ни рожи, ни манер, ни вкуса, ни связей… Да такую, как ты в нормальный дом можно впустить только в качестве поломойки! И то десять раз подумаешь. Все до сих пор в шоке – что он в тебе нашёл?! Как опоила мужика. К счастью, бог шельму метит – вот и не дал тебе ребёнка! Так не хотела расставаться с хорошей жизнью, что даже под другого лечь не побрезговала. Но обман быстро раскрылся, выдать байстрюка за наследника Гориных не вышло. Ты проиграла!

- Уходи, - выдавила Аня. – Мы развелись, если ты ещё этого не слышала. Забирай свою любовь вместе с капиталами, я больше никому не мешаю.

- Мешаешь. Пока ты со своим щенком в городе, я не чувствую себя в безопасности. Один раз ты уже смогла закружить Горину голову, где гарантия, что он снова на тебя не клюнет? Встретитесь где-нибудь или кто-то расскажет, что видел его бывшую. У мужчин иногда на ровном месте сносит крышу. Потом, разумеется, он сто раз пожалеет, но дело уже сделано. Я думала, Римма Евгеньевна всё объяснила, но похоже, или она не справилась, или ты непроходимая идиотка.

- Римма Евгеньевна?

Со стороны комнаты донеслось хныканье. Миша ещё не плакал, но уже сигнализировал, что ему срочно требуется мама.

Аня бросила взгляд в сторону звука и замялась – выйти и оставить неприятную гостью одну? Не выталкивать же её вон, ещё на самом деле перенервничает и начнёт тут рожать… Но если к сыну не подойти, то он раскричится, и тогда его и за час не укачаешь.

- Сходи, посмотри, - милостиво разрешила Олёна. – Я тут посижу. Но недолго, в машине меня Егор ждёт, а ты знаешь, как он не любит ждать!

- Егор в машине? – она не хотела, но вырвалось.

- Естественно, он меня никуда одну не отпускает. Пылинки сдувает, - с довольным видом поделилась гостья. – Как только тест показал, что я ношу его родного сына, так он на меня даже дышать боится.

- И он отпустил тебя на разборки к брошенной жене? – усомнилась Анна. – А вдруг я неадекват и приголублю тебя табуреткой? Или спущу с лестницы?

- Он думает, что я приехала к портнихе, - фыркнула Олёна. – Мне рожать через две недели, я хочу, чтобы наш сын родился в браке. Но для беременной не просто подобрать достойный наряд. Я перебрала уже все салоны, теперь трясу частных швей. Егорушка относится с пониманием к моим капризам.

«Через две недели!»

Аня отшатнулась, осознав, что эта женщина забеременела примерно через полтора-два месяца после неё самой. Они летали в Таиланд, где зачали Мишу, в середине февраля, а с этой Егор переспал, получается, в начале апреля?

«Корпоратив! – вспомнила она. – Как раз 10 или 11 апреля у компании юбилей, был банкет. А я накануне отравилась креветками. Думала, что отравилась. Меня тогда весь день полоскало, и Егор отправился на корпоратив один. Вернулся он только под утро. Или утром? Не помню… Мне было так плохо, а потом отпустило, и я уснула. И причину недомогания мы узнали только тринадцатого, когда Гоша едва не силой отвёз меня в клинику, потому что за три дня тошнота не прошла».

Чёрт, как больно-то!

- Если думаешь, что мне доставляет удовольствие лицезреть твою физиономию и тратить время на посещение трущоб, то ты глубоко ошибаешься, - произнесла Олёна, чуть повысив голос, чтобы Ане было слышно из комнаты. – Но ради благополучия своего малыша я готова и не на такое. Полагаю, ты тоже, поэтому вспомни, что тебе говорила Римма Евгеньевна… Она ведь предупреждала, верно? Уноси ноги, пока можешь.

Тем временем Аня склонилась над кроватью: Мишино терпение явно подходило к концу. Ребёнок куксился, а оттопыренная нижняя губка сигнализировала, что мальчик вот-вот разразится плачем. Мать поспешила взять его на руки, и малыш тут же перестал хныкать и расплылся в улыбке.

- Ах ты, притворщик! – прошептала она сыну. – По какому поводу недовольство? Ты поел, подгузник свежий… Просто соскучился?

- Надо же, если не знать, что мальчишка чужой, то можно подумать, что он и вправду от Егора. Видимо, в папаши ты специально выбрала похожего на Горина мужика.

От раздавшегося за спиной голоса Анна вздрогнула и повернулась боком, закрывая собой Мишу.

- Умно, только это тебе не помогло, - как ни в чём не бывало, продолжила гостья.

И Анна не выдержала, выпалила первое, что пришло в голову.

- Ты можешь говорить, что угодно, но мой муж…, - Олёна вскинула бровь, да Аня и сама осеклась.

Но уже через мгновение взяла себя в руки и продолжила:

- Я хотела сказать – Егор мне не изменял! Я бы почувствовала, да Гоша и сам не стал бы скрывать и лгать, если бы разлюбил.

- Ты ещё большая идиотка, чем я думала. А это откуда? – нахальная гостья показательно провела ладонью по животу. – Непорочное зачатие, что ли?

- Тебе виднее, - пожала плечами Аня. – Я не знаю, каким способом ты получила этого ребёнка, но уверена, что Егор никогда не опустился бы до измены. Поэтому у меня только две версии – либо твоя беременность не имеет к Горину никакого отношения, либо ты забеременела мошенническим способом. И Гоша фактически не виноват.

Так хотелось уколоть, сбить с губ ухмылку, заставить нервничать и сомневаться!

И, похоже, у неё получилось – незваная гостья сначала побледнела, потом пошла красными пятнами и зашипела разъярённой кошкой.

- Ты!!!

- Ждала, что я проглочу и не поморщусь? Увы, не вышло! Ты можешь вешать лапшу кому угодно, а я знаю Егора шесть лет, знаю, на что он способен и как поведёт себя в той или иной ситуации. Он не мог спать с другой, а потом, как ни в чём не бывало, приходить ко мне домой. Целовать, ласкать и разговаривать с будущим ребёнком. Со мной он посещал все осмотры, все скрининги, потому что ответственный человек и очень ждал сына. Я видела тебя в клинике раза три или четыре, но ни разу рядом с тобой не было Горина. Так кто автор твоего положения, мм? Неожиданно, правда?

- Знает она… И что Егорушка за один час вышвырнет тебя из дома вместе с приблудышем, тоже? – фыркнула Олёна и двинулась к Анне, но резко выдохнула и передумала. – Да что я буду перед тобой распинаться? Значит так, убогая – думай, что хочешь, мне безразлично. Мы с Егорушкой делали тест про крови, и он показал, что я ношу его сына. Это раз. Хочешь спокойно жить и растить щенка – собирай манатки и уезжай из Воронежа. Мне однофигственно, куда. Хоть обратно в свою деревню, где вам самое место. Это два. И три – на всё про всё даю тебе время до Нового года. Можешь, конечно, рискнуть и остаться, но я не Римма Евгеньевна, ждать до морковкина заговенья не буду, приму меры. А это – проездные, чтоб не было отговорки для задержки.

Девушка небрежным жестом бросила на кровать небольшой свёрток, после чего развернулась и пошла к выходу.

Анна услышала, как хлопнула дверь, и всё стихло.

Вот это да!

Аккуратно прижимая к себе притихшего сына, молодая мать почти без сил опустилась на кровать и подскочила, почувствовав под пятой точкой некий комок.

«Проездные».

- Мишенька, полежишь немного? Надо дверь закрыть, а то ещё кого нелёгкая принесёт, - пробормотала она, укладывая ребёнка между подушкой и свёрнутым валиком одеялом.

«И помыть с хлоркой всё, к чему эта прикасалась», - добавила про себя.

В свёртке оказались деньги. Полмиллиона пятитысячными купюрами.

Аня завернула их обратно и задумалась.

Что-то очень и очень не так!

Почему и бывшая свекровь, и будущая жена Егора тратят столько времени, пытаясь выжить её из города? Ещё и деньги ей суют, лишь бы уехала?

Воронеж – большой город. Можно жить тут десятилетиями, и ни разу не пересечься. Тем более что у неё теперь совсем другой уровень, далёкий от местной элиты.

«Подумаю об этом позже, работа не ждёт!»

Усилием воли она выкинула лишние мысли из головы и вернулась к ноутбуку.

К счастью, Миша проспал достаточно долго, и она успела-таки доделать задание, отправив его заказчику на час раньше.

Спустя сорок минут телефон известил о пополнении счёта, а на e-mail пришло письмо с благодарностью за качественный перевод и с предложением о постоянном сотрудничестве. Причём ответ ждали не прямо сейчас, а по окончании новогодних праздников.

- Ого, Питер! – потрясённо отреагировала Аня, увидев адрес и название компании, куда её приглашали на работу.

С этим городом были связаны самые противоречивые воспоминания – всеобъемлющее счастье первой любви и горькое отчаянье от предательства любимого. Её первый мужчина и сокрушительное унижение, которому он её подверг.

Нет, туда она ни за что не вернётся!

Аня закрыла почту, решив, что ответит позже – она не согласна на переезд в Санкт-Петербург, но с удовольствием будет работать удалённо. Надо придумать, как сформулировать отказ таким образом, чтобы не оттолкнуть работодателя.

На следующий день выдалась чудесная погода – морозец не больше четырёх градусов, без ветра и хмари.

Аня решила совместить прогулку с походом за продуктами.

Город вовсю готовился к празднованию главного дня в году: с наступлением вечера включалась праздничная подсветка, витрины магазинов, кафе и прочих заведений радовали развешенными внутри гирляндами, фонариками, шарами. По улицами сновали озабоченно-весёлые люди с мандаринами и ёлками.

И Аня решила, что должна тоже хоть немного подготовиться к встрече Нового года – украсить квартиру, приготовить праздничной еды, купить свечи.

В конце концов, жизнь после развода, даже такого болезненного и несправедливого, не заканчивается.

Две недели назад, устав носить Мишу по улице на руках, она по объявлению купила коляску. Теперь ей ничто не мешало наслаждаться прогулкой.

По улице 1 Мая Аня неспеша дошла до Магнита, там купила продукты к праздничному столу и так же, никуда не торопясь, отправилась обратно. Им оставалось перейти через дорогу и углубиться в квартал, и тут Миша подал голос.

Ни соска, ни мерное покачивание транспортного средства не помогали, тогда Анна решила взять ребёнка на руки.

- Ты что, сынок? Носик тёплый, не замёрз. Подгузник я тебе переодела перед прогулкой. Неужели животик? А, просто надоело лежать? Ух ты, хитрюга какой! Ладно, поедешь дальше на маме.

Приговаривая, она поудобнее перехватила конверт с сыном и, толкая корпусом ручку коляски, повернула её к дороге.

И тут, откуда ни возьмись, появился автомобиль. Аня не успела ничего понять, только отпрыгнула на обочину.

А машина пронеслась мимо, отбросив коляску в сторону.

К Ане подбежал какой-то прохожий. Потом ещё один. Общими усилиями молодую мать вытянули из сугроба, отряхнули, поставили на ноги.

- Миша, Миша, - отмерла она, вцепившись в драгоценный конверт.

- Да вот он, вот! - успокаивала её незнакомая женщина. – Ты руки-то разожми, а то придушишь его.

Постепенно вокруг собирался народ.

- Понапокупают прав, а ездить не умеют.

- Носятся по дворам, будто по автобану! Каждый год здесь кого-то сбивают!

- Ох, коляска в лепёшку… И продукты тогось.

- Да что продукты? Хорошо, что живы…

- Дамочка, вы где живёте? Может врача?

- А… Нет, не надо, - встрепенулась Аня. – Спасибо! Нет, мы не пострадали. Я сама дойду. Да, я в порядке, испугалась просто.

Она почти бегом бросилась в квартиру и перевела дух только тогда, когда очутилась за запертой дверью.

От мысли, что было бы, не возьми она десятью минутами ранее ребёнка на руки, сердце грозило выскочить из груди.

- Ничего, ничего, - бормотала Аня. – Это случайность. Какой-то пьяница, летел, сам не понимал – куда. Главное, Миша не пострадал. И сумка с ключами и телефоном не пропала, я её на плечо повесила.

В этот момент сотовый напомнил о себе мелодией уведомления. И тут же сыну надоело ждать, когда его вынут из конверта.

Мальчик пару раз всхлипнул, а потом разразился протестующим криком.

Аня окончательно пришла в себя и занялась неотложными делами – раздеть малыша, раздеться самой. Потом накормить Мишу. Переодеть.

Поесть самой – через «не хочу» - потому что надо! Молоко уйдёт, если она начнёт пропускать приёмы пищи.

Про телефон Анна вспомнила только поздно вечером – она же разослала резюме и объявления об услугах переводчика! Вполне возможно, что это сообщение – ответ какого-нибудь из работодателей.

Она торопливо открыла сообщение и забыла, как дышать…

Скрытый номер и всего два слова.

«Последнее предупреждение».

Глава 6

Сквозь шум в голове пробивалось понимание – надо уезжать.

Плевать на трудности переезда с грудничком, на поиски квартиры, работы, плевать на Егора вместе с его бывше-будущей. И на притянутые за уши обвинения в измене, и на подложные результаты проверки отцовства Горина.

Важно только одно – здоровье и благополучие Миши.

До сегодняшнего дня она никуда не собиралась. Верила, что свекровь угрожала ей не всерьёз, а так – на всякий случай. Мол, вдруг дурочка испугается и на самом деле исчезнет?

Но теперь никаких сомнений не осталось – климат Воронежа крайне неблагоприятен для здоровья её сына!

Надо собираться…

Паспорт ей вернули, причём уже новый, с девичьей фамилией. Горин расстарался. Не сам, конечно, помощники занимались. Тем не менее, очень удобно, когда все документы в порядке и ей ничего дополнительно менять не требуется.

Вот чего нет, так это свидетельства о рождении Миши, но ребёнок вписан в её новый паспорт, а оригинал ей обещали прислать примерно в середине января. На абонентский ящик, правда, но у неё есть идея, кто сможет забрать и переслать свидетельство по её новому адресу. Когда тот у неё будет.

Аня вспомнила, как удивилась, обнаружив в своём паспорте на страничке «дети» изменённое имя сына – Салимов Михаил Михайлович. Понятно, что после опротестования отцовства Горина ребёнку присвоили девичью фамилию матери. Но с какого потолка Егор взял это отчество?

«Видимо, поверил, что я изменяла ему с Дивиным. Ну и чёрт с ним! Жалко, что имя уже не поменять, я-то сына хотела Павлушей назвать, да решила не спорить с мужем. Дура влюблённая…»

В общем, с документами больших проблем нет. Финансы тоже пока не поют романсы – кроме личных сбережений на счету и карточек от Егора, были ещё «пожертвования» бывшей свекрови и Олёны.

Аня вытащила пачку от Риммы Евгеньевны и положила ту рядом с пачкой от Олёны.

Миллион.

Путешествовать общественным транспортом с такой суммой на руках – самоубийство.

Вздохнув, она отправила оба свёртка в свою сумочку и взялась за сотовый.

Мария отозвалась сразу и охотно согласилась приехать завтра с утра. Просто камень с души – идти в банк с сыном подмышкой Анна бы ни за что не решилась.

Шок от случившегося до сих пор не прошёл, и от идеи вынести сына на улицу её сразу начинало трясти. Да и несподручно с младенцем без коляски, но о покупке новой и речи нет. Она нескоро сможет забыть тот ужас и выпустить на улице малыша из рук…

Няня – это выход.

За пару часов можно вполне успеть не только положить деньги на счёт, но и купить билеты на поезд или самолёт. Осталось выбрать направление.

Самый простой и логичный вариант – отправиться домой, к маме, в небольшой сибирский городок под названием Зима. Но мама ещё не знает, что дочь в разводе – Аня пока так и не решилась ей об этом сообщить. И, разумеется, дочь с внуком не ждёт.

Да у неё и места нет – они вместе с мужем, отчимом Ани, и общим сыном Костей живут в крошечной двушке на втором этаже старого двухэтажного дома. Куда туда ещё и её с младенцем?

Но самое главное – Егор и его ненормальная, настоящая и будущая родня, беглецов там легко найдут. Если вдруг решат окончательно от Миши избавиться…

«Надо убраться туда, где нас точно искать не станут, - пронеслось в голове. – Страна большая, неужели для нас не отыщется укромный уголок? Камчатка? Архангельск? Может, Ставрополь или Калининград?»

Ехать в никуда было страшно, но Аня понимала – иного выхода у неё нет.

Она провела не самую спокойную ночь, вскакивая на любой шум и напряжённо прислушиваясь к доносящимся из подъезда звукам. А утром приехала Мария, и Аня отправилась избавляться от налички, наказав няне ни в коем случае никому не открывать дверь. И постоянно быть на связи.

- Что-то случилось? На вас, Анна Сергеевна, лица нет, - забеспокоилась Мария.

- Нет, всё в порядке. Просто я волнуюсь – не люблю разлучаться с сыном!

- Не переживайте, я справлюсь, - успокоила её няня. – К двери даже не подойду. Зачем нам туда, правда, Мишенька? Мы и в комнате найдём, чем заняться. Идите, Анна Сергеевна, и спокойно решайте свои дела.

Ушла, но сердце оставалось не на месте. Поэтому она не стала выбирать, а зашла в первое попавшееся отделение Сбера, где благополучно избавилась от налички.

Следующим пунктом назначения был вокзал. И по дороге к нему Анюту осенило – зачем брать билет сразу до места? Горины, если им приспичит, легко выяснят, куда отправилась экс-жена и невестка, ведь все билеты именные. Разумнее всего отправиться в Москву, а уж там решать, куда ехать дальше.

Это слишком большой город, Горины там далеко не так всесильны, как в Воронеже. Она легко затеряется среди миллионов жителей и гостей столицы. Снимет на несколько дней квартиру, переведёт дух и решит, где им с Мишей будет безопаснее всего.

Но в кассе выяснилось, что на себя она билет купить может, а на сына – нет. Потому что кассир потребовала свидетельство о рождении малыша.

- Поймите, мамочка, такие правила! Да, на ребёнка до пяти лет билет бесплатный, но оформляется он по свидетельству!

- А если я выкуплю всё купе, а поеду в нём одна. Вернее, вместе с сыном?

- Вас не посадят в вагон, - терпеливо разъясняла кассир, - если вы при посадке не предъявите свидетельство.

- Что же мне делать? – растерялась Аня. – Надо ехать… и Новый год скоро…

- А вы воспользуйтесь автобусом! Там не настолько строго. Возьмёте два места, чтобы к вам никто не подсел, и поедете. Правда, не так комфортно, как на поезде, зато без проблем при посадке. Возьмите на ночной рейс, с маленьким ребёнком ночным удобнее.

Анна поблагодарила за добрый совет и бросилась на автовокзал.

И всё завертелось – собрать – опять! – вещи. Найти временное жильё в Москве. Рассчитаться с хозяином воронежской квартиры.

Надо сказать, новость его совершенно не обрадовала, но Аня решила оставить ему плату за месяц, и это владельца немного утешило.

Щедро, да, но человек не виноват, что она внезапно передумала. Он взял квартирантку, понадеялся, что та будет жить, отказал другим желающим. А теперь ему надо снова кого-то искать.

В общем, всё получилось даже неплохо – благодарный хозяин однушки даже вызвался довезти Аню с сыном до автовокзала и помочь ей занести в автобус вещи.

Расстались довольные друг другом.

В дороге Мишу укачало, он почти всё время спал, не мешая подремать и маме.

В Москве тоже всё получилось – по предварительной договорённости и за отдельную плату, их встретил и довёз до съёмной квартиры её владелец.

Помог с сумками, показал, где что находится и ушёл.

- Наконец-то мы одни! Ну что, Миша, кушать?

Она покормила сына, потом сделала влажную уборку, разложила вещи, сбегала на первый этаж дома – в магазин за продуктами. И пока ребёнок спал, приготовила себе поесть.

День пролетел, как один миг.

А вечером, когда она выдохнула – надо же, у неё всё получилось! Они уехали, они в безопасности! – вдруг ожил её телефон.

И Аня, увидев имя звонившего, мысленно охнула: «Вот я растяпа! Забыла выбросить старую симку и купить новую!»

- Завтра же это исправлю, - пробормотала, выключая сотовый. – А пока… Абонент не абонент. Не о чем нам разговаривать… Больше не о чем! У тебя теперь своя жизнь, у нас - своя».

Но тридцать первого она до салона так и не добралась.

Сначала долго собиралась, но Мишаня, как специально, капризничал, засыпал максимум на пятнадцать минут и снова принимался хныкать. Не помогали ни соска, ни водичка, ни попытка ещё раз покормить – вдруг не наелся?

Сын поднимал крик, стоило его положить на кровать. И соглашался лежать только на маминых руках. Причём она должна была тихо напевать и слегка поглаживать его по ручке, плечику, спинке.

А потом, когда малыш наконец уснул, она боялась надолго оставлять его одного и решила сбегать лишь за самым необходимым, чтобы сделать небольшой запас продуктов. Вчера взяла еды всего на один-два раза, рассчитывая на следующий день прогуляться вместе с Мишей до ТЦ, что находился в двух кварталах от их дома. Подобрать для сына новую коляску, докупить нужных вещей и взять к столу что-нибудь вкусное. Как-никак, праздник!

Жалко, что в этом году у неё не будет ёлки. Без запаха хвои и цитрусовых Новый год не тот.

Впрочем, мандарины не проблема, они даже в магазинчике на первом этаже есть. А если купить маленькую искусственную ёлочку и побрызгать на неё хвойным ароматизатором – наверняка что-то подобное можно найти в продаже – то атмосфера праздника будет полной.

К счастью, капризы настолько утомили малыша, что он беспробудно проспал почти два часа. За это время она успела не только сбегать за покупками, но и нарядить маленькую искусственную ёлочку, которую купила в переходе. А ещё она отварила овощи для традиционного оливье и даже поставила в духовку курицу.

Вот про новую симку забыла напрочь! С другой стороны, ей всё равно нужно позвонить маме, поздравить с наступающим и как-то объяснить, почему её дочь теперь разведённая женщина с ребёнком на руках.

Номер наизусть она, Аня, не помнит, поэтому так и так придётся воспользоваться старой симкой. И лучше сегодня просто поздравить и перевести немного денег – на подарки. Обычно она это делала заранее, но в последние недели столько всего произошло, что о традиции она вспомнила только сейчас.

«Я плохая дочь, - с горечью констатировала Анна. – Плохая жена, отвратительная невестка, безответственная мать… Прямо сейчас переведу деньги, потом наберу маму и просто поздравлю её и Костика с праздником. А про развод лучше рассказать попозже, дней через пять-семь. Пусть они спокойно встретят Новый год».

Покормив Мишу, она положила его на постель. И пока сын занялся рассматриванием рисунка обоев, потянулась за сотовым.

В Зиме уже девять вечера, все уже сели за стол и приступили к проводам старого года...

- О, нашлась пропажа, не прошло и года, - в голосе матери явственно прослеживалась осуждающая интонация.

- Мам, с наступающим! Пусть в Ново…, - торопливо произнесла Аня.

Но договорить ей не дали.

- Объявилась наконец-то. Вспомнила, что есть мать! Ты что творишь, а?

- Я, - растерялась дочь, - ничего не творю. О чём ты, мама?

- Почему Егор ищет тебя по всей стране? Куда ты увезла Мишеньку?

- Егор… ищет? – она вспомнила о звонке бывшего мужа и пиликающих уведомлениях, которые посыпались друг за другом, стоило ей включить телефон.

- Он звонил мне рано утром, - доложила мать. – Второй раз буквально пару часов назад. Разве можно так, дочь? Разве я тебя такому учила? Поругались, бывает. Но зачем было сбегать? Что за детское поведение – вместо того, чтобы решать проблемы здесь и сейчас, спрятать голову в песок? В общем, кончай придуряться, немедленно, прямо сейчас, звони мужу, проси у него прощения и возвращайся домой!

- Мама, но он…

- Ничего не хочу знать! – отрезала родительница. – Дура ты, Анька! Так повезло, такой мужчина встретился – другая бы не знала, куда усадить, чем накормить, шуршала бы по дому, только пыль столбом! А ты из-за глупых обид своими руками ломаешь жизнь и себе, и сыну, и Егору.

- Это Гоша тебе рассказал – про глупые обиды? – с усилием выдавила она.

- Нет, Егор ничего такого не говорил, но я не вчера родилась. И понимаю – если муж по всей стране разыскивает жену с новорождённым сыном, то у них в семье серьёзные проблемы в отношениях.

- И решила, что виновата в них именно я?

- А кто же ещё? – изумилась мама. – Женщина – хранительница домашнего очага, мужчина – добытчик. В отличие от Горина, ты со своими обязанностями не справилась, Аня! Но вместо того, чтобы исправлять ошибки, трусливо сбежала. Испортила праздник Егору, себе, подвергла опасности маленького ребёнка, расстроила свёкров. Они тоже там, поди, места не находят от переживаний. Куда ты усвистала, дурёха? – голос мамы немного понизил напор, стал мягче.

- Я в Москве, - покаянно ответила Анна. – Не хотела сообщать вот так, думала рассказать после Нового года. Егор… он… развёлся со мной, мама. Мы больше не семья.

- Господи… чего тебе не хватало, скажи? Дом полная чаша, муж пылинки сдувает, подарками завалил, любой каприз исполняет. Стирает, готовит, убирает прислуга, твоё дело – радовать мужа и поддерживать уют, чтобы мужик каждый день спешил домой. А ты… Что ты натворила, Аня?!

- Опять я, - вздохнула та.

- А кто же ещё?! – повторила родительница. – Ты, Аня, именно ты! Именно женщина отвечает за погоду в доме. Так, набирай Егора, проси прощения. Кайся, что больше никогда и всё такое. Что хочешь делай, но чтобы на Рождество семья восстановилась! И не звони мне, пока этого не произойдёт.

Ту-ту-ту!

Анна озадаченно посмотрела на сотовый – ничего себе, поздравила с праздником! Почему мама в таком раздражении, что Горин ей наговорил? Трубку бросила, накричала…

Всё ещё пребывая в растерянности, она машинально открыла историю звонков и поразилась – вчера Егор звонил двенадцать раз! И накидал сообщений в СМС.

«У вас всё в порядке?»

«Аня, возьми трубку или перезвони мне!»

«Анна, не дури! Ответь!»

«Анна, вы где?»

«Включи телефон!»

И в Ватсапп:

«Я знаю, что ты сняла с карт деньги и уехала. Напиши, где вы остановились, за вами приедут. И не смей меня игнорировать!»

Не успела дочитать, как сотовый разразился входящим звонком.

«Гоша!»

Внутри груди что-то дрогнуло, ладони вдруг стали влажными, а сердце принялось отбивать чечётку.

Аня смотрела на мигающий экран, не зная, что предпринять.

«Удивительная настойчивость и нелогичность – сначала сам обвинил чёрте в чём, выставил из дома, теперь обрывает телефон и разыскивает с собаками. Но, наверное, лучше ответить, иначе он так и будет меня доставать. Послушаю, что скажет».

- Алло!

И в ответ донеслось вымученное: «Анюта!»

До недавнего времени Егор Горин считал, что жизнь удалась.

Любимая и любящая жена, родился сын, в бизнесе всё более чем прекрасно, родители живы и здоровы – что ещё надо человеку для счастья?

Правда немного портила картину позиция матери. Она никак не желала принять Анюту.

Нет, внешне отношение старшей Гориной из рамок не выпадало, но он устал от её стенаний на одну и ту же тему – какую неподходящую жену выбрал единственный сын!

- Не слушаешь мать, а ведь я тебе желаю только добра! – зудела Римма Евгеньевна при каждом удобном случае. – Где это видано, чтобы лебедь создавал семью с уткой? Поэтому и детей у вас нет – вы же во всех отношениях несовместимы, даже природа против такого союза! Если бы ты прислушался к голосу разума! Вон Олёна Талова – красавица, умница, нашего круга девочка и росла на глазах. Не понимаю, как можно было ей предпочесть Аньку?

Отбивался, как мог. И старался не оставлять мать и жену наедине, ведь насколько бесцеремонна и неделикатна может быть его мама, Егор знал не понаслышке.

Но что бы там мама ни говорила, они с Анной жили хорошо. Особенно если не думать о пресловутом продолжении рода. Так-то он от отсутствия детей не особенно страдал. Верил, что рано или поздно всё разрешится.

И вот свершилось – Аня беременна!

Летал в облаках, окружил жену такой заботой, что кроткая и понимающая Аня взмолилась. Мол, не надо меня в вату заворачивать, я не хрустальная, а беременность – не болезнь.

Как он ждал малыша!!! Как они ждали этого ребёнка…

Но мама и тут не успокоилась. Вернее, притихла примерно на полгода, словно ждала, что и эта беременность закончится выкидышем. Но когда благополучно миновал первый триместр и за половину перевалил второй, она принялась за старое с новыми силами.

- Сынок, я не могу молчать! Анна тебя обманывает – это не твой ребёнок!

- С чего ты взяла? Не говори глупости! – возмущался он. – Если не перестанешь наговаривать на Анюту, то ноги моей не будет в вашем с отцом доме! И общаться мы будем исключительно по телефону.

- Но Егорушка, я же добра тебе желаю! Неужели ты хочешь растить чужого ребёнка?! Пойми, несовместимость не лечится и не может пройти сама по себе! Анна не способна выносить вашего родного малыша, её организм отторгает твой биоматериал. Проще говоря, убивает зародившуюся от тебя жизнь. Три раза она беременела, и все три раза всё заканчивалось выкидышами. Её тело – яд для твоего ребёнка!

- Ой, мам, не говори ерунды, иначе мы поссоримся. Лучше порадуйся – за меня, за Аню, за себя. Скоро родится мой сын и твой внук!

- Твой ли, Егорушка? – качала головой мать. – Я уверена, что эта простушка не так проста, как пытается показать. Она понимает, что тебе нужен наследник, и раз до сих пор ничего не вышло, а расставаться с хорошей жизнью не хочется, то она подсуетилась. Забеременела от какого-то левого мужика, а мы все должны вокруг неё хороводы водить.

- Что ты такое говоришь, мама? Даже слушать не желаю!

Но Римма Евгеньевна не унималась. Потихоньку, день за днём, капля за каплей, долбила и долбила, пока он не рассвирепел и не заявил, что прямо завтра повезёт жену в клинику.

- Проверим моё отцовство по крови. Так делают, я узнавал, и для ребёнка безопасно. Только Аня ничего не должна знать! Ещё не хватало нервировать её по высосанному из пальца поводу!

- Во-первых, Егорушка, повод совсем не надуманный, и нервничать эта обманщица будет не из-за обиды, мол, ты ей не веришь. А потому что знает – проверка покажет, что к её ребёнку ты не имеешь никакого отношения. И, во-вторых, я тоже узнавала у знающих людей, как лучше провести тест на ДНК. Все в один голос заявили, что самый надёжный и достоверный способ – дождаться рождения младенца и взять его волоски, ногти или слюну. Давай договоримся – я молчу о своих подозрениях, пусть Анна спокойно вынашивает и рожает. Но когда она родит, ты сделаешь тест.

И он согласился.

Не потому что не доверял жене, а чтобы мать, наконец, от него отстала.

А потом…

Даже вспоминать не хочется.

Он до последнего не то что не верил в возможность подлога, он даже мысли не допускал, что жена может его обманывать. А отправил образцы не в одну, а в три разные лаборатории только для того, чтобы мать не имела повода для сомнений. Мол, одна может ошибаться, но не все три.

Получив результат, он с час не мог прийти в себя. Читал и перечитывал, не понимая, как жена могла так с ним поступить?! А потом понял – это недоразумение! Ошибка – случайная или не случайная. Уж больно мама хотела избавиться от Ани, постоянно подсовывая ему Талову.

Вспомнив Олёну, Егор поморщился.

Был связанный с ней один странный эпизод, который он предпочёл бы забыть. К счастью, в последние несколько месяцев Талова перестала мелькать у него перед глазами.

Что до Ани…

Не могла она предать! Только не она! А это значит…

«Надо придумать предлог, свозить их в Москву и сдать на ДНК там, - мелькнуло в голове. – В гости, там, или на шопинг. Девочки любят прошвырнуться по магазинам. Правда, Аня не настолько на это падка, чтобы меньше чем через месяц после родов тащить за пятьсот километров маленького сына. Тогда мне лучше не торопиться, а просто подождать пару месяцев. К примеру, до января. Точно – там и Мишутка подрастёт, и во время новогодних празднеств в Москве столько интересного: представления всякие, концерты. Уговорю Аню поехать. Возьмём няню, чтоб было на кого оставлять ребёнка, и отдохнём. И по ходу дела сдам наши с сыном образцы в пару-тройку лабораторий. Маме ни слова, пусть думает, что мы просто развеяться».

Он почти успокоился. Но тут, словно почувствовав, что тесты готовы, но сына они не убедили, в офис неожиданно явилась матушка.

С контрольным в голову.

- Смотри, Егорушка! Ты мне не верил? Полюбуйся, что бесстыжая творит!

И подсунула ему телефон с несколькими фото – Аня в Торговом Центре рядом с каким-то мужиком.

- Смотри, он её прямо обнимает! Никого не стесняются.

- Аня ещё беременная. Откуда у тебя эти фото?

- Это в октябре было, я случайно увидела и сняла. Тебе показывать не стала, подумала, что ты всё равно найдёшь для Анны кучу оправданий.

- И что изменилось сейчас?

- А вот что, - мать провела пальцем по экрану. – По интернету гуляет ролик. Ссылку прислала мне одна знакомая, у неё сыну семнадцать. Самый возраст, когда на всякие картинки тянет… Вот Жанна и заметила, что сын залип в телефоне, подошла, заглянула через плечо, а там… Она говорит, что сразу узнала героиню ролика, и не один день колебалась, как поступить. В конце концов переслала мне с извинениями, мол, простите, Регина Евгеньевна, но промолчать не могу – это же ваша невестка. Смотри, сынок, какую змеищу ты пригрел! Срамота, но ошибиться невозможно – это тот же самый мужик, что на фото. Видишь? Она с ним давно кувыркается. И ребёнок точно от него, видишь, как он придерживает эту дрянь за талию?!»

И у него помертвело в глазах – на видео его Аня в постели с чужим мужиком. Судя по фигуре, это всё происходило до беременности. И на фото из ТЦ Анна стоит именно с ним.

- Мама, иди домой, - с трудом выдавил сквозь стиснутые зубы.

- Егорушка, только ты ничего не делай! Хоть пальцем тронешь – посадят. Для всех она – молодая мать с новорождённым, никому дела нет, что твои рога за потолок цепляются… Не надо тебе её видеть, после работы приезжай к нам! А хочешь, я сама поеду к тебе и выставлю дрянь вместе со щенком за дверь?

- Не надо, мама, сам разберусь, - упрямо повторил он. – Уходи!

- Егорушка…

- Уходи!!!

Мать ушла, а он, почти ослепнув от боли, без сил опустился на стул.

Вот и всё…

Три лаборатории, одно видео и несколько фото – какие ещё ему нужны доказательства?

В какой-то момент Егор представил, как возвращается домой, Аня его встречает, целует, рассказывает, как прошёл день.

Всё, как обычно!

Для неё, как обычно, ведь жена не знает, что он уже в курсе обмана.

И понял, что не вынесет.

Что непременно не сдержится и наговорит лишнего. Как бы Анна не поступила, она – кормящая мать. Ей нельзя нервничать – это непременно скажется на малыше. А он… он привязался к Мише, и не хочет, чтобы ни в чём не виноватый ребёнок страдал из-за лживой матери.

Трясущимися руками он набрал Леонида – личного помощника, который годами безупречной службы подтвердил свою верность.

- Что? – опешил тот. – Вы… Егор Андреевич, я не ослышался?!

- Да, Лёня – немедленно обоих за ворота! Проследи, чтобы Анна Сергеевна не прихватила с собой ничего лишнего.

- Но… мороз же. Ребёнок…

- Леонид, поверь, - Егор горько усмехнулся, - она не пропадёт. Позвонит, их мигом подберут, на улице не оставят. Сообщи, как только выполнишь поручение.

И, отбросив телефон в сторону, потянулся к ящику стола, где лежала непочатая бутылка…

Увы, коньяк не помог.

Егор опрокинул в себя грамм двести, не меньше, и те провалились, впитались, как вода в раскалённый песок.

То есть, без следа.

Раненым зверем он метался по кабинету, усилием воли удерживаясь от желания разгромить всё к чёртовой матери.

«За что она так со мной?! Неужели я бы не понял, если бы Анюта сказала, что больше не может ждать чуда? Что она хочет ребёнка больше всего на свете? Я бы не только понял, но и поддержал. Ради счастья любимой пошёл бы на всё! Хочешь малыша? Будет тебе малыш! Можно из Дома малютки взять, а если так принципиально самой родить, то существует процедура ЭКО. От анонимного донора, чего проще? Я узнавал…»

Но Анна пошла путём обмана и подлога.

Егор сжал виски и тихо застонал, вспомнив, что, как идиот, всю беременность разговаривал с животом жены.

С родным сыном, как он думал.

С трепетом и благоговением наблюдал, как меняется фигура Анюты, мечтал, как будет гулять с коляской, а потом и учить мальчика всему, что знает и умеет сам. И как у него перехватило дыхание, когда на выписке медсестра вручила ему кряхтящий кулёк.

В этот момент, прервав его воспоминания, в дверь кабинета с каким-то неотложным вопросом сунулся второй зам. И Егор Андреевич так на него рыкнул, что тот мгновенно испарился.

Весь офис замер в ожидании неминуемой бури. Сотрудники перемещались короткими перебежками и абсолютно бесшумно. Как это удавалось женщинам, с их каблуками, Горин понятия не имел.

Но был благодарен, что его никто не беспокоил.

Надо было пережить первую волну. Переболеть, стерпеть, справится с сокрушающим желанием помчаться домой и вытрясти из жены всю подноготную.

Он бы и помчался, да понимал, что в этом состоянии способен вытрясти не столько правду, сколько душу. И до покаяния Аня может просто не дотянуть.

«Всё потом, - бормотал он себе под нос. – Потом посмотрю ей в глаза, потом спрошу – как ей жилось в обмане? Как спалось сразу с двумя… А сейчас пусть скорее уносит ноги!»

Он не сомневался, что стоит Леониду озвучить приказ хозяина, как Анна тут же созвонится с Дивиным.

Да, он выяснил имя мужика с фотографии – тот самый, первый Ани. Михаил Дивин, о котором она рассказала лишь то, что тот сделал её женщиной и жестоко над ней посмеялся. Из-за него она бросила институт, не доучившись полтора года. Из-за него покинула Питер. Город, который, по словам Ани, сначала полюбила всей душой, а потом возненавидела вместе с Дивиным.

Видимо, возненавидела только на словах…

В какой-то момент Горин замер – а почему бы не пообщаться с этим Михаилом? Ясен пень, тот немедленно примчится на подмогу, стоит Анне сообщить, что её выставляют из дома.

С женой он говорить не станет, а вот с её любовником…

И Горин сорвался к машине.

Долетел до посёлка, чудом никого не задев и только благодаря ангелу-хранителю не убившись сам. Сто грамм коньяку, помноженные на эмоциональный шторм, напрочь отключили чувство самосохранения.

Но господь уберёг.

Единственный аварийный момент – уже на повороте к посёлку Егор едва не столкнул своим автомобилем в кювет какое-то корыто. Но тот водила сумел вывернуться, машины разъехались в десяти сантиметрах друг от друга.

«Ездят, не пойми как!» - выругался Горин, и только прибавил газу.

Всё равно не успел – Анна уже уехала.

«Как я и думал, любовничек быстро её подобрал. Часа не прошло, а он тут как тут… На вертолёте домчал? Или, - от этой мысли внутри разлился холод. – Неужели они встречались прямо здесь, у меня под носом? Нет, а что? Снял или купил дом поблизости и… Дрянь!!!»

Он бесился до вечера, заливая горе всем подряд, что нашлось в баре. Пил и негодовал, то жалея себя, то злясь на неверную жену, пока измотанный алкоголем и нервотрёпкой организм не ушёл в отключку.

Пережив на следующий день жестокое похмелье, Егор с горячительным завязал.

Да, жена оказалась «и не друг, и не враг, а так…». Но это не повод рушить своё собственное здоровье. На нём лежит ответственность за компанию, за людей, что на него работают. За родителей, в конце концов.

Он опомнился, стиснул зубы и попытался жить дальше.

Первым делом он приказал вынести из дома всё, что напоминало о жене и несостоявшемся сыне. И параллельно напряг юристов – развод ему нужен был вчера, как и иск об оспаривании отцовства.

Но полностью отвлечься не получалось – слишком много было совместных воспоминаний, слишком свежа рана от предательства.

Мать появилась только через неделю, словно давала сыну возможность переболеть в одиночку.

Появилась без предупреждения. И не одна, а…

Егор глазам не поверил – Талова! Беременная, причём.

Нехорошее предчувствие рассерженной кошкой заворочалось в груди.

- Какими судьбами? Мама, мне как бы не до гостей.

- И тебе здравствуй, - невозмутимо ответила та. – Проходи, Олёночка! Егор, что ты, как невоспитанный мужлан? Помоги девушке раздеться, проводи в гостиную. И прикажи принести нам чаю и закусок. На улице морозно…

«Морозно, - кольнуло в голове. – Как там Ан… А-а-а!!! Когда же я о ней забуду?!»

Он на автопилоте помог гостье снять шубку и машинально предложил ей руку.

- Господи, наконец-то! – Римма Евгеньевна театральным жестом промокнула уголки абсолютно сухих глаз носовым платком. – Наконец-то вы вместе! Дети, дайте я вас обниму!

- Мама, ты о чём? – недоумевающе пробормотал Егор и попытался отстраниться.

Не вышло – матушка сгребла его одной рукой , а второй притянула Олёну. И та – что за бред? – в свою очередь приникла к его груди.

Ну не воевать же ему с собственной матерью и беременной женщиной?

Пришлось потерпеть.

- Как – о чём? Об этом, - родительница показала на живот Таловой. – Хищница из провинции отправилась туда, где ей самое место, и теперь вам с Олёнушкой ничто не мешает воссоединиться. Мой родной, - Римма Евгеньевна выделила это голосом, - внук должен родиться в полной семье!

- Какой внук? – Егору казалось, что он находится в центре какой-то импровизации или постановки.

- На, читай, - И мать всунула ему в руки лист бумаги. – Вероятность отцовства 99,99%! Олёна носит твоего сына, Егор. Настоящего!

Он пробежал глазами заключение и перевёл растерянный взгляд на беременную женщину, потом на мать.

- Ты же утверждала, что тест по крови неточный?

-Мне пришлось сделать тест по крови, чтобы убедить одного Фому Неверующего. А когда мальчик появится на свет, мы проведём ещё одно исследование – для закрепления результата, так сказать. Чтобы ни у кого и тени сомнений не осталось! Сама-то я уверена, что этот ребёнок – истинный Горин!

- Олёна, что ты молчишь? Откуда?!

- Так это… Помнишь, на корпоративе ты пролил на меня шампанское и проводил в туалет, чтобы я замыла пятно. А там… Ты был напорист и неотразим, я не смогла устоять, - прошептала Талова. – Прости!

- Мы всё-таки переспали?! – ужаснулся Егор. – Нет, это невозможно! Я прекрасно помню всё, что было в начале праздника. И помню… почти всё, что было в конце.

- Ну не ветром же мне его надуло, - вздохнула Олёна. – И мы отнюдь не спали, а совсем наоборот. Возможно, это защитная реакция подсознания? Думаю, что ты, Егор, как порядочный человек, не хотел изменять жене, поэтому твой мозг предпочёл «забыть» о нашем контакте. Но я не настаиваю и не навязываюсь. Если бы не Римма Евгеньевна, я бы не посмела появиться. Она говорила – ты обрадуешься сыну. И я подумала, что не должна лишать ребёнка родного отца… Прости, если мы не ко двору, то я сейчас уйду!

- Никуда ты не пойдёшь! – отрезала мать. – Егорушка просто ещё не пришёл в себя… от счастья. Кстати, а как Макар Гаврилович отреагировал на новость? Я правильно понимаю, ты и от родителей скрывала своё положение?

- Папа и мама, конечно, не ожидали, но рады внуку. Папа сказал, что он даст моему мальчику своё отчество и нашу фамилию, если отец ребёнка откажется от сына.

- Никто не откажется! – решительно заявила Римма Евгеньевна. – Гоша, отомри уже и поцелуй невесту! Я договорилась, вас распишут в субботу.

- Но… С корпоратива прошло столько времени, - потрясённо пробормотал Егор. – Почему ты молчала?! Можно было что-то предпринять, как-то предотвратить.

- На что ты намекаешь?! – взревела родительница.

- Ты был женат, - прошелестела Олёна и всхлипнула. – После праздника мне было так стыдно, я не знала, как смогу посмотреть тебе в глаза. Поэтому на следующий же день я уехала в Европу. Узнала про беременность через месяц и решила остаться в Барселоне. Я не хотела разбивать семью, и убить ребёнка от любимого тоже не смогла бы. Ты никогда не узнал бы о сыне, если бы до меня не дошла новость о вашем разводе.

- Интересно, кто тебя просветил? – буркнул Егор. – Мама, ты ничего не хочешь мне объяснить?