Неудачное поздравление

Однажды мне довелось съездить в отдаленный особняк. Тогда я и представить не могла, во что выльется эта поездка.

Как любая девушка, я приехала нарядная: с кудрями, в легком синем платье и любимых туфельках на платформе. Выйдя из машины, я ощутила жуть: туман окутывал всё, особняк терялся в лесу, а местность выглядела неприветливо. Платформа мгновенно перестала казаться хорошей идеей. Лишь чёрный узорчатый забор, сквозь который пробивалась сирень, вызвал у меня симпатию.

Едва я собралась войти, как на меня с карканьем вылетел огромный чёрный ворон. По спине пробежали мурашки — вспомнились фильмы ужасов и мистические книги, где вороны всегда предвещают беду.

Внутри меня ждал сюрприз: обстановка была светлой, домашней, уютной. Навстречу выбежала сама хозяйка, Афанасия Алексеевна. Гостей было много, и я почувствовала неловкость. В зале, наблюдая, как официанты расставляют угощения, я замерла у огромного камина. Внезапно чья-то рука схватила меня за локоть — Афанасия Алексеевна. Статная женщина лет сорока пяти в длинном тёмном платье, с аккуратно убранными волосами. Её глаза горели странным, сокрытым желанием.

Пока гости сидели за столами, мы с хозяйкой беседовали стоя. Там же я познакомилась с несколькими забавными, но странноватыми девушками. Вдруг заиграла весёлая музыка, и они пустились в пляс, словно сошедшие с экрана пятидесятых. Меня неожиданно вытолкнули вперёд, и, чтобы не выглядеть глупо, я присоединилась, хоть и плясала неискусно. Гости улыбались, обсуждая непонятные мне темы — о кошмарах в соседнем городке, где выжившие исчезают, а по улицам бродят призраки в накидках. Странный разговор для столь любопытного человека, как я.

Вскоре я невесть как очутилась на маленькой кухне. Афанасия Алексеевна о чём-то говорила с поваром. Я хотела ретироваться, но хозяйка заметила меня.

— Пойдём, Эля, — резко сказала она. — Знаешь, нужно замечать мелочи. Они могут помочь в будущем, особенно журналистам вроде тебя.

Её слова показались мне загадочными. Кухня выглядела безупречно: белые стены, деревянные шкафчики, а из окна открывался вид на таинственную тропинку.

Возвращаясь в зал, я задержалась у картины: на ней была изображена хозяйка особняка в старинном жемчужном платье и необычном массивном ожерелье. Её имя, Афанасия Алексеевна, и впрямь казалось редким.

После обеда нам пообещали экскурсию. Мы бродили по дому под завывание ветра и скрип деревянных полов. На улице показали склеп... и я снова заметила ту самую тропинку. Любопытство взяло верх. Среди толпы гостей мое отсутствие, думалось, останется незамеченным.

Идти в неизвестность — не лучшая затея. Но я пошла и... оказалась на кладбище. Зловещая атмосфера заставила передумать. Вернуться по той же тропе мешал непроглядный туман. Решив, что должен быть другой выход, я двинулась через кладбище. Заметив нечто похожее на калитку, я толкнула её. Металлическая дверца отвалилась. Тщетно пытаясь приладить её на место, я в конце концов оставила дверцу у забора и пошла дальше. Вскоре я увидела троих парней. Один сидел на надгробной плите в поношенной одежде. Мне стало ещё страшнее.

— Здравствуйте, — обратилась я. — Не подскажете, где тут выход?

Один спросил, как я сюда попала. Я объяснила.

Парень на плите вдруг процедил:

— Интересно, зачем она такая явилась? Кто её вызвал? Посмотрите, какая расфуфыренная. Жуть. Интересно, когда её прикончат?

Меня пробрало до дрожи. Он говорил обо мне так, будто меня не было!

— Я не расфуфырена! Я даже не красилась сегодня! — выпалила я. — Меня пригласила Афанасия Алексеевна! И я всё слышу! И убивать меня никто не собирается!

Трое уставились на меня так, будто видели призрака.

— Посмотрим... — бросил тот парень.

— Не хотите помогать — сама разберусь! — я резко развернулась и зашагала прочь. Один из парней догнал меня.

— Слушай, ты же его видела? Слышала? — спросил он, представившись Михаилом, сыном Афанасии Алексеевны. Высокий блондин с зелёными глазами, в костюме и потрёпанной кепке. В его взгляде читалось странное сочетание любопытства и тревоги.

— Само собой. Он же не призрак.

— Как раз наоборот. Призрак, — он нервно засмеялся.

— Ха, смешно. Ладно, хватит шутить, — отмахнулась я, хотя внутри похолодело. Отойдя, я заметила, что на плите, с которой тот парень встал, было... его фото. Я решила не задавать вопросов. Михаил будто прочёл мои мысли:

— Не обращай внимания. Они... местные. Не всегда дружелюбны.

Его рука едва коснулась моего локтя, словно предлагая защиту, но он тут же одёрнул себя. Парни указали выход. Через пару минут я стояла у ворот, ощущая на себе тяжёлые взгляды. Дорога вела дальше, в лес, сквозь непроницаемый туман. Оглянувшись, я увидела Михаила у ворот. Его фигура таяла в тумане, но я почувствовала его взгляд.

По профессии я журналист. В особняк я приехала по работе. В нашем коллективе царил бардак: одна коллега сама себе рыла яму, другие сражались за место заместителя. Моя подруга Алла стёрла материалы Вики, и ту оштрафовали. Вика в отместку подсунула Алле в кофе маленькую змейку. Потом Алла склеила отчётность Вики. Их вражда перекинулась на быт: тараканы в машине, крысы в пирожных... Назавтра Вика запулила в Аллу тортом, та подложила кнопку на стул. Из-за них чуть не уволили меня. Старалась держаться в стороне. Была ещё Надя, вечно жаловавшаяся боссу на притеснения, хотя сама провоцировала конфликты. Стычки с ней хоть как-то скрашивали дни. Вика тратила кучу денег на себя, Алла же, её противоположность, помогала семье.

Вспоминая это, я вышла на развилку. Связи не было. Выбрав тропу наугад, я услышала за спиной шум. Обернулась — медведь! Метрах в тридцати! Я тихонько, но быстро зашагала прочь. Через десять минут передо мной возникли руины швейной фабрики — поняла по облезлой красной вывеске. Внутри обнаружился небольшой воздушный шар. Забравшись в него как раз вовремя — медведь показался в проёме окна! — я кое-как поднялась в воздух. Пролетев немного, я заметила ограждение заповедника. Странно: в материалах об особняке этой информации не было. Шар начало качать. Спустившись с трудом и повреждениями, я была в ужасном настроении. Решила доехать до особняка.

Поблизости оказалась деревушка. У остановки две старушки сплетничали. Я спросила дорогу к особняку.

— Да там лет сорок никто не живет! — буркнула одна. — Иди-ка ты по добру по здорову, пока в корову не превратили.

Села в маршрутку. Водитель кивнул на мой вопрос.

Выйдя на месте, я остолбенела: сирень на заборе засохла. Открыв дверь, я попала в царство разрухи: паутина, пыль, ни намёка на прежний уют и свет, ни души. Позвонила хозяйке — в ответ гробовая тишина, лишь вой ветра в знакомых коридорах. На кухне окно всё так же выходило на ту тропинку, но теперь она была густо заросшей. Мысль, что я перепутала дома, отпала — я слишком хорошо помнила планировку. Осмотрев все комнаты, я ощутила леденящий ужас: а вдруг старушки правы и у меня едет крыша? Но разум отказывался верить в столь стремительные перемены.

Поправив криво висевшую картину Афанасии Алексеевны, я обнаружила за ней деревянную дверцу. Заперто. Поиски ключа на кухне и в спальне ничего не дали, кроме блокнота с рецептами. Листая его у двери, я наткнулась на странный рисунок и узнала склеп! Рванула туда — но склепа не было! Позвонила боссу — трубку взяла Алла.

— Все заняты, некогда! — бросила она и бросила трубку.

Полное недоумение. Вернувшись, я вскрыла замок шпилькой. За дверцей оказалась маленькая, ничем не примечательная комнатка.

Смеркалось. Бесполезно названивая Афанасии, я решила переночевать. Прилегла... но шум снаружи не давал покоя. Подойдя к окну, я увидела людей в фиолетовых накидках с чёрными зажжёнными свечами! Страх сжал горло. Выбежав из комнаты, я обнаружила их по всему дому! Метаясь по коридорам и незнакомым комнатам, я вырвалась на улицу... но меня начали окружать! Я рванула к морю. Присев на камни перевести дух, я смотрела на тёмную, неспокойную воду. Затем побежала в город. Улицы были пустынны — ни машин, ни людей! Заметив отель, я направилась туда. Ресепшн был пуст. Мои крики повисли в тишине. Оглянувшись, я увидела в окне тех же людей в накидках! Спрятавшись под стойкой, я дождалась, пока они скроются, и выбежала.

Они были повсюду. Незаметно уйти не получалось. Я юркнула в здание (театр? филармония?) — но и там они были! Блуждая по коридорам, я вбежала в большой зал со сценой и рядами. На сцену вышла Афанасия с ножом! Я нырнула в кресла.

— Выходи, я знаю, что ты тут. Всё будет быстро... не бойся, — её бархатный голос разлился по залу. Стук каблуков приближался. Вдруг появились девушки в накидках.

— Может, она в директорской? — спросила одна.

— Возможно, пойдём туда, — ответила Афанасия с ледяным сарказмом.

Когда они ушли, я выскользнула и метнулась за сцену, в гримёрку, затем в коридор. Увидев лестницу, уходящую вверх под тканью, и девушек со свечами впереди, я, не раздумывая, вскарабкалась. Отодвинув ткань, я поползла по узкому проходу и очутилась в маленькой синей комнатке: пианино, стулья, парты, всё усыпано нотами. За спиной раздался скрежет — я рванула дальше. Дверь была заперта. Узкий лаз вёл вперёд. Я поползла. Сыпалась краска со штукатуркой, трещали стены. И я провалилась вниз! Грохнувшись на мат, я вскочила — и оказалась в окружении девушек в накидках! Меня скрутили.

— А вот и птичка попалась, — прозвучал голос Афанасии. Меня потащили. Вырывалась — тщетно.

Меня заперли в аудитории, насильно переодели в длинное пышное зелёное платье. Вошедшие наставили пистолет и приказали идти. Перед глазами промелькнули все мои дни рождения: шаблонные открытки в соцсетях, скучные семейные шашлыки... Как обезьянка в зоопарке выхватила телефон и сняла чехол зубами... Как однажды по ошибке выбросили шашлык вместо мусора и нашли его у мусорки... Согласитесь, дни рождения цикличны и не всегда радостны, но когда их нет...

Меня привязали к столбу посреди сцены. Вокруг сложили хворост и уголь. Девушки в масках и мантиях готовили костёр. Я предлагала деньги — мне отказали. Пришлось действовать. Со всей силы толкнув одну, я вцепилась в другую, пытаясь развязаться. Та начала душить меня... Вырвавшись, я побежала вглубь сцены. Пышное платье мешало, но красота требует жертв.

В глубине стоял накрытый стол. На торте красовалась надпись: «С Днём Рождения! Надеемся, наше поздравление удалось!» Обернувшись, я увидела, как люди сбрасывают фиолетовые накидки... Это были мои знакомые и коллеги! Меня захлестнули ярость и недоумение.

— Вы с ума сошли?! — закричала я. — До смерти напугали!

Когда я успокоилась, мне всё объяснили. Оказалось, это их рук дело! Они наняли актёров, дрессированного медведя из цирка, арендовали локации. Весь этот кошмар — один большой павильон, декорация к моему «празднику»! Должность заместителя по общему согласию досталась мне! Весь месяц меня «готовили» ко дню рождения, чтобы закалить характер! Все ссоры и интриги в офисе были подстроены! Меня просто хотели так... поздравить.

Признаюсь, я запомнила этот день, но не с лучшей стороны. Вскоре я уехала домой, решив взять отпуск или вовсе уволиться. Мне отчаянно нужна была перезагрузка. Лучше валяться в кровати, смотреть сериалы, читать книги — что угодно, лишь бы не общаться с этими людьми.

Но судьба распорядилась иначе — вскоре я узнала, куда поеду дальше. Счастливой я не была, но это казалось меньшим злом.