Неуловимый Гасги

Незнакомец доволок неподъемный груз до резервуара с водой и кое-как перевалил вовнутрь. Какого черта происходит? Кто там и что он делает? Лица не разглядеть! На глаза была низко надвинута кепка, а поверх глубокий капюшон, одежда спортивная. Словно почувствовав что-то, мужчина резко обернулся в мою сторону и застыл.

Увидел меня? Я резко отпрянула и от страха чаще забилось сердце. Через некоторое время осторожно выглянула: его там уже не было. На всякий случай прошла по коридору и завернула в прихожую, чтобы удостовериться в закрытой двери. Вдруг странный тип просчитает, где я нахожусь и захочет прийти.

Ничего такого не произошло. Я уже час пытаюсь заснуть, но от увиденного это плохо выходит.

…

Следующим утром я ожидала, когда мне Дженни уже напишет, чтобы пойти вместе на работу, но решила зайти за ней сама.

Когда подошла к ее квартире, вжала замок два раза. Прислушалась — никаких шагов нет. Странно. Тогда нетерпеливо забарабанила по двери. Снова тишина. По спине от плохого предчувствия пробежались холодные мурашки и я ухватилась за ручку, та поддалась.

— Дженни? — позвала я, настороженно принявшись  обходить квартиру. - Что происходит, куда она делась? - бормочу вслух.

Вдруг я замерла: на полу на кухне увидела бурую жидкость, походившую на  запекшуюся кровь, та тянулась к босым ногам. У меня резко закружилась голова и я ухватилась за  стол, сделала дрожащий шаг. Я увидела лицо. Это была моя подруга. 

Я закричала во все горло:

— Дженни! Дженни! Боже, что с тобой! — опустилась прямо в лужу крови, начала хлопать по щекам. 

Подруга лежала на спине с распростертыми руками. Невидящий стеклянный взгляд устремился в потолок. Кровь застыла на ее лицо и на лбу я увидела вырезанное  имя «Вуди». Меня затрясло от увиденного, я посмотрела на себя, на свои руки, того, что на мне много крови. Я почти потеряла рассудок, не знаю, сколько просидела возле трупа, очнулась от того, что раскачиваюсь. Дрожащими руками я вытащила свой мобильный из сумки, набрала «911».

(Спустя некоторое время)

По моей наводке в резервуаре на крыше нашего дома нашли тело парня. Им оказался Вуди. Когда спросили, знаю я его или нет, сказала, что встречалась с ним и год как рассталась.

Он был еще и парнем моей подруги. Да, Дженни встречалась с ним сразу после нашего расставания. Это мне тоже пришлось сказать. Все занесли в первичный протокол на месте происшествия.

Меня увезли в участок в качестве главной свидетельницы по делу двойного убийства. Но практически в этот же день арестовали.

Криминалисты нашли мои маникюрные ножницы, предположено которыми было выведено имя Вуди на лбу Дженни. Я всегда носила с собой эти ножницы и по какой-то хер оставила их у Дженни незадолго до похода в паб «Тигриная кровь». Естественно, там обнаружили мои отпечатки пальцев. Заподозрили в мести лучшей подруге, еще и в сговоре с тем непонятным типом, которого я видела в ночь накануне.

По всем федеральным каналам Атлантик-сити прогремела новость о вопиющем происшествии. Репортаж с места преступления я смотрела будучи уже задержанной офицером и доставленной в кабинет к детективу, которого не было на месте.

Мне было неприятно смотреть на себя со стороны, как на преступницу: полиция задержала меня прямо на глазах толпы зевак, закованную в наручники, с накрытой офицерской курткой, головой. На записях было видно, как в мою сторону показывали пальцем и проклинали, на чем свет.

Я надеялась, полиция штата Нью-Джерси и прокурор еще поймут, что я невиновна. Смогут разобраться. Ведь найденные маникюрные ножницы, пусть и с моими отпечатками пальцев и днк крови Дженни еще не доказывает мою виновность.

Только если найдут что-то еще или улики сфабрикуют против меня, лишь бы скорее зарыть это дело, о чем частенько показывают в фильмах.

Только я подумала, какому же детективу так повезло с расследованием этого дела, кто-то вошел в кабинет и затем опустился на свое рабочее место.

Офицер салютовал:

— Здравия желаю, детектив Ли!

— Вольно. Оставь нас наедине.

— Ты? — мужчина выставил на меня указательный палец и выпучил глаза.

— Чего, я? — нахмурилась.

Детектив прищурился, взглянул на меня долго. Мне не понравилось это нависшее тягучее молчание. Будто не выдержав, он рассмеялся и произнес:

— Ты, что же, не помнишь меня, Ясана?

У меня голова как в тумане. Хотя. Где-то я его видела…

[Флешбэк]

Паб «Тигриная кровь»

— Он такой смешной, — шепчет Дженни.

— Азиат, да по внешке не в моем вкусе, — отвечаю.

— А вот он с тебя глаз не сводит, — не отстает та.

 Я и моя подруга придирчиво рассматривали мужчин вокруг себя в новом пабе «Тигриная кровь»: одни торчали у барной стойки, другие в комфорт зале на кожаных диванах. В дальнем правом углу веселилась компания — и там были одни парни. А, нет, вроде девушки какие-то подтянулись к ним. Кажется, облом.

Судя по доносившимся звукам, праздновали день рождения. Тогда-то я и поймала на себе взгляд того, кого беспрестанно обнимали и хлопали по спине.

Что мы тут забыли? Дженни надоело смотреть на меня одинокую и она позвала меня повеселиться. А, если честно, я пришла сюда подцепить хорошенького парня, а затем хорошенько натрахаться и вместе с ним встретить рассвет. Да, секса у меня не было весь минувший год.

Думаете, я ненормальная? Нет. Просто любила одного засранца по имени Вуди, пока не застала его в постели с другой.

Так что сейчас, да, я занималась поисками подходящей кандидатуры. И Дженни явно не терпелось уже примкнуть к компании именинника и оторваться от души. Потому что кто-то из парней уже помахал ей рукой. Потому она начинала злиться:

— Мне тебя не понять, Ясана. Кого тебе надо? Собственные вкусы меня вот всегда подводили. Так что доверься моей интуиции. Ну, правда. Обрати на мужчину внимание.

— Да ладно. Ты просто запала на того еще более несуразного блондинчика рядом! — только я это сказала, Дженни так вытянулась в лице, что меня невольно пробрало на смех.

 И по ходу мы привлекли излишнее внимание, потому что в очередной раз поймали на себе взгляды пары ребят, о ком говорили. В этот самый момент навязанный мне объект зачем-то уселся на стол и взял в руки микрофон. Приготовился петь? Нет. Он исполнил большее. Зачитал рэп.

 — Подруга. Я же говорила у меня интуиция, — едва не повизгивая, Дженни запрыгала от радости, ухватившись за мою руку и норовя оторвать ее.

Я же замерла, испытав трепетное волнение. Не прекращая исполнять свое маленькое выступление, молодой мужчина все неотрывно смотрел в нашу сторону и, казалось, улыбался. Кайфовал. Оргазмировал! Я не знаю…

Сейчас, глядя на него, я испытывала то же самое. И, вообще, это самый страстный рэп, который я когда-либо слышала. Внешностью может и не вышел. Но лицо доброе. А рэперов я очень люблю. Они — моя слабость!

 — Ах, пофиг, — улыбнулась я, — пойдем к ним.

— Я же говорила, — довольная собой, Дженни потянула меня к их столику.

Наконец, парень закончил петь и друг блондин, сложив руки в рупор, прокричал ему со своего места:

— Марк! Ты супер! Я тебя обожаю! — даже засвистел.

 Рэпер засмеялся, и я не преминула заметить:

— Рожа у этого Марка хоть и дебильная, но мне уже кайфово от его голоса.

Сейчас он обменялся жестами с другом, понятными им одним, и потом я поймала на себе его взгляд.

Неужели и правда понравилась ему?

Сомневаясь в себе, застопорилась посередине зала. Правда, продолжая пялиться на него с открытым ртом. Дженни дернула меня за руку.

Замечая, что я застеснялась, Марк вместе с другом подорвался с места. Приветливо улыбаясь, оба как по сговору увлекли нас за собой. Они уже были пьяны и даже немного покачивались.

Продолжая улыбаться, Марк опустил меня рядом с собой.

По истечении шести стопок запитых пивом чистой рисовой водки, Дженни надумала развлечься пьяными играми, которые помогли бы по-быстрому притереться друг к другу. У нее был опыт тамады и найти нам развлечение ей не составило труда. Еще всех девчонок позвала, какие были в зале, чтобы веселее.

 Все мы уселись в круг, как она велела: парень — девушка, парень — девушка…

— Каждый должен сказать, что ему нравится в его соседе справа, — произнесла она, замыкая круг.

Где-то должен быть подвох. Обязательно должен быть. Не зря же она сейчас мне подмигнула.

И я оказалась права, когда дело дошло до интимных подробностей. У ребят закончились и комплименты, и они один за другим стали говорить нам, девушкам, о груди, шее, ногах, волосах.

Марк сказал, ему понравились мои глаза. Тогда Дженни радостно объявила, что сейчас каждый должен поцеловать своего соседа именно в то место, которое ему наиболее приглянулось. Хитрюшка!

Было смешно до истерики. Веселье в нашем укромном уголке мгновенно привлекло внимание всех собравшихся гостей. Не понимая, что происходит, другие гости паба обалдело наблюдали за нашими поцелуйками.

Некоторые из посетителей даже вставали рядом и спрашивали, что мы делаем. Среди таковых оказались знакомые ребят и самого Марка. Дженни приходилось прерываться и ждать, пока те обменяются приветственными жестами. Их она тоже позвала к нам. А после зачем-то пересчитала всех.

— Сейчас буду, а пока бахните для настроения — бросила она и отправилась к барной стойке, принявшись болтать с каким-то парнем там, тоже смотревшим на нас с интересом.

Вернулась с ним же. В руках они держали блокнотные листы с нарисованными на них цифрами и буквами. Те, что были с цифрами — раздали парням, с буквами — девушкам.

 Помощник кратко объяснил суть игры.

— Выбирается доброволец, ложится на стол. Он или она называет произвольную комбинацию букв, цифр. Например, «D-6» или «V-З». Если лежит парень, то девушка под буквой «D» должна подбежать к нему и поцеловать, а парень с цифрой «6» должен помешать ей и сам поцеловать ее. Выигравший битву ложится на стол, и все повторяется.

 — Йееее! — наперебой радостно заголосила собравшаяся компания.

Кажется, для многих это в новинку, но по большому счету видно уже пофиг, как именно развлечься, лишь бы было весело.

А немного интима не помешает. К примеру, Марк, до того беспрестанно трогавший мои волосы, на самом деле, ненавязчиво делающий массаж головы, совсем осмелел и теперь кончиками пальцев слегка водил мне по оголенному правому плечу.

 Услышав об этой игре, почему-то забуксовал:

— Давай сперва посмотрим, — подмигнув, улыбнулся он.

 Честно? Мне вообще по барабану. Я так подумала, но, конечно же, не озвучила.

 — Твоя подруга, зажигалочка, — вдруг широко улыбнулся он, и я согласно кивнула.

 Представление затянулось, но смотреть со стороны тоже было круто. Я смеялась до слез! В какой-то момент Марк повалился мне на колени и засмеялся. Кажется, смех тоже был его фишкой. Из-за того как он смеялся — засмеялись другие — оказался заразителен.

По завершении игры нас ожидало алкогольное отступление. В этот раз проштрафившимся! Тем, кто отсидел, налили по полному стакану смешанного шейкером пива и водку, которое, к тому же, нужно было выпить на скорость.

 Это Дженни так наказывала Марка за то, что ему не понравилось предыдущее задание. Тогда, она предложила следующее:

— Думаю, поцелуев достаточно, можно переходить к более интимным вещам. Итак, играющие поочередно снимают с себя вещи и кладут их рядом. Кто первый остановится, тот и проиграл. Часы, вытащенные из кармана ключи, деньги и далее, не считаются за снятую вещь.

Злюсь на подругу. Вот, обязательно было стриптиз придумывать? Тамада блин из нее… уши надрать потом в срочном порядке. Что мы сейчас с ним, тоже на стол должны залезть?

Дженни заговорщически посмотрела на диджея, и тот включил музыку в хулиганской манере и супер битами.

Уже изрядно подвыпившая толпа активно заулюлюкала, услышав про обнаженку, некоторые зааплодировали. Мне ничего не оставалось делать, как прожечь взглядом подругу и затем подать руку уже ожидавшему на столе Марку.

— В цепях и обнаженный ты будешь смотреться еще круче! — выкрикнул кто-то из толпы.

— Кто первый? — обернувшись, спросила у нашей тамады.

— Давай, начну… — позвал Марк, и я вернула ему взгляд.

Гипнотизируя меня, он в плавном жесте поднес руку к лицу и, продолжив стрелять глазками, зубами соблазнительно стянул беспалую кожаную перчатку, бросил ее мне к ногам.

— О-о-о-о!!!

Этот жест был настолько неожиданным и сексуальным, что понравился даже ребятам.

Кажется, с этого момента в моей голове что-то переклинило, и я ощутила, как близка к тому, чтобы втюриться в Марка.

…

Конкурс завершился. Не успели мы спуститься с «пьедестала», диджей созвал гостей паба на танцпол, отчего народ с нашей стороны мгновенно рассосался, оставив нас наедине, пожирать друг друга глазами.

Дыхание потяжелело от вида его обнаженного тела. При среднем росте — пяти футах и восьми дюймах, он выглядел подобно легкоатлету имея небольшие, но выраженные мышцы. Вероятно, много бегал, о чем свидетельствовали волевые плечи, четко очерченные мышцы груди и торса, и красивые развитые ноги.

Я пьяно шагнула вперед, к нему, провела пальцами по животу, ощущая его рельефность. Столкнулась с обожаемым взглядом, тут же переменившимся на охотничий. Ощутила себя добычей, хотя, изначально, ею был он.

Последнее, что я помнила в трезвом сознании — его губы вблизи рта, их последующее прикосновение, пока не опьянела от порывистого поцелуя.

На утро

Я села в постели, схватилась за голову — та звенела как хрусталь. Привычно потянулась рукой к своей тумбочке справа, чтобы достать телефон, но тут же с грохотом свалилась на пол. Протерла глаза, осмотрелась и не узнала, где нахожусь.

— Какого черта?

Помимо меня на кровати спал незнакомец. Сейчас захлестнули воспоминания ночной вечеринки. Чуть не лишилась рассудка.

Парень перевернулся на спину и я смогла взглянуть на лицо.

— Ну ведь совсем не в моем вкусе, — тут же заметила вслух и поднялась.

Я даже не помню, как его зовут. А мопсом не зря называла. Ну да ладно. Главное вещи свои найти и скорее покинуть это гнездо разврата.

Те оказались раскинуты по всей комнате. Да и, вообще, все выглядело так, будто вчера меня раздевали в спешке по пути к постели. Пока искала вещи, поняла, что мы в гостиничном номере.

Уже у двери с меня стянули платье, а у самой кровати затем и плавки. Причем они лежали на полу со стороны парня в одном ворохе одежды Безлямочный бюстгальтер модели «анжелика» там же.

Кажется, на мне еще чулки были. Точно! Но нашла только один чулок. Тот висел на бра, прямо над головой парня. Мобильный вместе с сумкой почему-то были в ванной комнате. О! И второй чулок нашелся!

Мне удалось выбраться из номера незамеченной: я быстро миновала зону ресепшена, вышла из отеля. Им был «Хард рок и казино Атлантик-сити» — что на Бордволке 1000. Подумала, мажористый буратино мне попался. Увидела чье-то такси на парковке и без зазрения совести усевшись в него, назвала адрес своего дома.

Будучи за родными стенами, направилась в ванную комнату, чтобы смыть следы вчерашних кувырканий. Стоя под струями горячей воды, сожалела, что так сильно напилась вчера.

Надо позвонить Дженни. Спросить ее, как так вышло, что я не помню завершения вечеринки.

Сегодня выходной. Воскресенье. Правда, уже полдень. Не успела начать сушить волосы, как запиликал мобильный. Подруга вспомнила обо мне сама. Я приняла входящий и нажала на динамик.

— Ясана? Ты как там. Норм? — раздался ее обеспокоенный голос. Правда, хриплый.

— Какая забота… — я рассмеялась. — Опять вчера в караоке глотку драла?

— И не говори, — прыснула подруга. — Сама то дала жару! Ты и Марк вчера здорово напились. А в какой-то момент пропали. Ничего не хочешь мне рассказать?

От слов Дженни к щекам прилила кровь: хорошо, что она этого не видит.

Мы договорились встретиться в пабе «Ри Ра» на Пацифик Эйв 303. Не успела прийти в себя, уже вечерело. Еще и голова болела. Приняли решение опохмелиться и вкусно перекусить — как можно сделать это только там.

Будучи там заказали французский луковый суп и два бокала пива. Дженни наконец рассказала о моем геройском стриптизе и последующем страстном поцелуе с Марком.

Точно! Как я могла забыть имя того, кто соблазнил меня своим рэпом. Ну и телом тоже, когда обнажился сам. Якобы мы заговорщически исчезли, не сказав никому ни слова.

— Какой стыд… — я закрыла глаза ладонью — Дженни, ты же понимаешь, при обычных обстоятельствах я никогда бы так себя не повела! — взглянула на подругу из-под пальцев, опасаясь словить ее неодобрение.

Но та только улыбнулась и прикусила нижнюю губу.

— Что ты! Мне даже показалось, что ты втюрилась в него! Вы так съедали друг друга взглядами, другого и не подумаешь!

Ну вот, зачем она кричит. Что за привычка так эмоционировать и ставить меня в неловкое положение. Сгорая от стыда, я обернулась по сторонам в надежде, что никто не услышал ее.

Увидела, у барной стойки парня в черной кепке. Его голова была обращена в нашу сторону. Взгляда не видела, но точно знала, что он смотрит. Его губы — такие чувственные и бантиком — сейчас дрогнули в улыбке. И чего я залипла?

В стремлении скрыть свою заинтересованность, приветливо подняла свой бокал с пивом, и парень повторил жест. После, он протянул деньги бармену и поспешно покинул кафе.

Удостоверившись, что уже ушел, я недовольно буркнула:

— Странный какой.

— Угу. Все бы тебе внимание привлекать. Вчера повеселилась уже. Ты, вообще, хоть узнаешь Марка в толпе?

— Может. Утром я только его спящее лицо видела. И потом вспомнила, почему я его мопсом называла.

— Ага, хоть и азиат, а глаза большие и нос маленький. А когда нос маленький, значит и член вот такой, — истерично засмеявшись, Дженни показала на пальцах размер. — Ты, вообще, хоть почувствовала его?

— Чего? Ну прекрати-и-и… — вновь испытав неловкость, отвела взгляд и закрыла рукой лицо.

Еще какое-то время мы задержались в кафе и ближе к девяти вечера засобирались домой. Ведь завтра нужно было на работу.

***

Видимо, потом все и произошло — убили мою Джении. Но каким образом я оказалась в допросной у своего ночного кавалера? Детектив? Очень странно, ведь полицейские не должны подобным образом развлекаться по клубам!

— Марк? — я округлила глаза.

— Оу, принцесса вспомнила меня, — заметил он цинично. — Да, меня зовут Марк Ли и я твой детектив. Сейчас мы поговорим, — он вдруг посерьезнел, взглянув несколько отчужденно. — Есть что рассказать?

— О, господи. Не верится… — я закрыла глаза, а когда вновь взглянула на него разревелась, попыталась спрятать лицо руками. Не хотела плакать, но что-то в этот момент меня сильно выбило из колеи.

— Ты чего? Давай, расскажи все, — вставая, произнес Марк, и потом я ощутила прикосновение его ладони к своему плечу. Он легонько стиснул его. Другой рукой принялся гладить меня по голове.

В какой-то момент отошел, а потом протянул бокал воды и пару каких-то таблеток.

— Это быстрое успокоительное. Не бойся, пей, сам его принимаю, — кивнул, когда я подняла на него глаза и недоверчиво посмотрела, — помогает сосредоточиться и попусту не нервничать. Успокоилась? Теперь давай обсудим твои показания. Господи, как мне жаль, — пробормотал он, прислонив руку ко лбу.

Наверное, как и я сейчас, он подумал о том вечере в пабе, когда она устроила эротическую волну игр, собрав всех желающих. Нельзя было забыть этот нескучный движ и ее счастливое, хоть и пьяное лицо.

— Так. Труп Вуди найден в водопроводном люке на крыше здания по Рэлейдж Эйв 101. Ты видела парня в маске и кепке, который его туда скинул. Учитывая твои обстоятельства, ну отношения с Вуди и твое точное знание нахождения трупа, тебе придется убедить меня, что ты не причастна. Я запишу наш разговор на диктофон, а ты подробно расскажешь о себе, Вуди и Дженни. Давай? Начнем с того, что это твой бывший парень, насколько я понимаю? Скажи мне, как вы расстались и почему? Это не мой личный интерес, чтобы ты чего не подумала… — Марк отвернулся, полез к шее ослабить галстук. Видно, ему неловко. Ведь стечение обстоятельств нашей второй случайной встречи просто абсурдны.

— На меня уже заведено дело? — кивнула я на папку в его руках с моим именем.

— Пришлось. Теперь ты в записях у ФБР. Есть досье и некоторые полицейские отчеты по месту происшествия, вроде анализа днк-теста с маникюрных ножниц. — Марк замолчал, снова взглянул на меня и высказался — Ясана, я не думаю, что это ты. Постараюсь помочь. Ну и ты помоги мне, — накрыл ладонью мою руку, заглянул в глаза, предупредил — сейчас я вернусь на место, включу запись и буду задавать вопросы. Хорошо?

Марк спросил о моих отношениях с умершими. Для полноты его понимания, пришлось рассказать, как началась наша дружба. Что я познакомилась с Вуди, когда мне было одиннадцать лет. И изначально он был из компании Дженни. Что эти двое учились в одной школе. А я была приезжей из Ванкувера. Это Канада.

Рассказала про то, что этот Вуди еще с ребячества стал играть с нами в любовь. Меняя меня на Дженни, и обратно. Итак четыре года. Пока мы с подругой сообща не прекратили с ним всякое общение.

Но потом снова пришлось. Он пришел работать к нам, в организацию SID по улучшению бизнес-сообщества города в должности айтишника. Что-то вроде обслуживающего технического персонала. Мы с Дженни были экспертами совета CRDA при комитете администрации компании.

Тогда Вуди снова стал играть с нами в любовь. Я рассказала о том, что в две тысячи семнадцатом году он стал встречаться со мной и тайно спать с Дженни. Пришлось рассказать, как есть.

Что я случайно застала их в постели, когда в очередной раз зашла за подругой, чтобы вместе отправиться на работу. Это случилось девятнадцатым июлем девятнадцатого года. Ровно год назад.

Тогда то я и рассталась с Вуди. А с Дженни мы в тот же день поговорили. Для этого вдвоем ушли в бар и напились.

— Девятнадцать ноль семь две девятнадцать. Совсем недавно, — заметил Марк, что-то черкая себе в блокнот. — Скажи, в каком году он был устроен к вам на работу?

— Это так важно?

— Ответь пожалуйста. Да. Важно.

— В пятнадцатом, наверное. Я не помню. Но ты ведь легко можешь проверить…

— Стоп, — резко произнес Марк и недовольно взглянув, приостановил запись. — Ясана, я не против общения на «ты», когда мы наедине, но до тех пор соблюдать субординацию, хорошо?

— Извини, я забылась.

— Запись включаю, — предупредил он и нажав кнопку на диктофоне, задал следующий вопрос — как быстро начались твои отношения с Вуди на тот период?

— Ну-у, — я замялась, почувствовав, как пылают щеки. Марка же ничего не смущало, работа есть работа. — Наверное, около года нам с Дженни понадобилось, чтобы привыкнуть к его присутствию. А потом все случилось внезапно.

Марк наобум, и опять нажал на паузу:

— Что, секс? Мы взрослые люди, говори как есть, — мягко потребовал он, — и перестань уже краснеть.

Я кивнула, но продолжая испытывать неловкость, отвернулась, продолжила:

— Мы как-то на корпоративе вместе выпили, расслабились. Вуди сам подсел к нам под предлогом поговорить за былое, расставить все точки над «и».

— По какому случаю корпоратив? Дату скажи — Марк опустил голову, видно сосредоточившись на записях этих самых знаменательных дат. Мне показалось, ему не нравилось говорить об этом. Но, как я уже заметила, работа есть работа.

— Мы встречали две шестнадцатый год.

Марк кивнул, произнес:

— Продолжай. Что было дальше?

— Он предложил нас подвезти. Мы не могли не согласиться. Я не могла.

— Что, такой красавчик был? — кажется, детектив снова остановил запись, сейчас поднял на меня глаза и ухмыльнулся.

Тогда вместо воспоминаний о бывшем в моей голове всплыл вечер в пабе с Марком и то, как он вот так же улыбался мне, как лениво поглаживал по плечам, зарывался пальцами в волосы. Картинка сменилась и я увидела его с голым торсом. Тогда мы стояли на столе в момент последней игры, проводимой подругой. Наш последующий страстный поцелуй.

От заполонивших голову неуместных воспоминаний я неволей замерла, забыв, что от меня ждут ответа.

— Ясана, ты замолчала. Он и правда был таким красавчиком при жизни? Поверь, сейчас он ужасно выглядит, — зачем-то сказал Марк с улыбкой и рассмеялся.

— Как бы это грустно не звучало, да, повзрослев, он очень похорошел. Дженни тоже это заметила. Все уши мне об этом прожужжала.

— Так… — детектив снова помрачнел и уткнувшись взглядом в свои записи, осведомился — что дальше?

— Дженни перебрала в новогоднюю ночь, нам пришлось вдвоем тащить ее до квартиры. Он попросился ко мне домой… — замолчала, вспомнив об этом — боже, какая я дура.

— И ты не устояла? — догадался Марк, и я молча кивнула. — Понятно. Тут мне уже подробности не нужны, — детектив поднялся со стула, бросил блокнот с записями на стол — показалось, слишком громко. Он вскинул левую руку, метнул взгляд на наручные часы, произнес — мы уже засиделись. За одну встречу все не допросить. И, думаю, ты нуждаешься в отдыхе.

— Меня поведут за решетку? — заволновалась я, мне бы не хотелось сидеть в камере с дородными уголовницами.

— Понимаю твое волнение, — он словно прочел мои мысли. — Я выйду, сделаю звонок, решу, как с тобой быть, пока будет идти расследование.

Марк вернулся через двадцать минут сказать, что меня ожидает домашний арест и браслет джипиэс. Сообщил о жадной до крови толпе репортеров снаружи, и ему, так или иначе, придется сказать обо мне пару слов. К примеру, об единственной улике — маникюрные ножницы, никоим образом не доказывавшей мою вину. Предупредил, что последует за полицейской машиной и зайдет со мной в квартиру, чтобы я излишне не волновалась.

— Я знаю, что ты невиновна. И помогу тебе, Ясана. К тебе приставят адвоката Вэна Гасги. Ты встретишься с ним утром. Упоротый парень в начинании своей карьеры. Правда, дела не всегда выигрывал. Руководство дает ему шанс. Потому тут я буду контролировать весь процесс и предоставлять ему необходимую информацию. — Марк неожиданно подмигнул и улыбнулся мне.

Остальное все происходило, как в тумане. Эпизод из новостей повторился. Пока меня вели до полицейской машины в сопровождении офицеров, я думала только о том, как меня угораздило ввязаться во всю эту передрягу.

Дома в присутствии Марка мне нацепили джипиэс-браслет на ногу, зачитали права и разъяснили о сигналах. Детектив пообещал, что заглянет ко мне завтра и попрощался.

Когда все разошлись, я включила тв, где снова показали меня. Сейчас слухи долго не улягутся, а репутация уже подпорчена. Мне позвонили с работы, сообщили об увольнении. Чего и следовало ожидать.

 Я налила себе вина из собственного мини бара. Уселась за диван. Закурила прямо в гостиной. Разревелась, думая о Дженни, которая была для меня всем — и матерью, и сестрой.

Былые воспоминания так захватили, что слезы, не переставая, текли уже сами по себе и лицо опухло. Я забылась тревожным сном.

Кто-то настойчиво барабанил в дверь. Разлепив глаза, обнаружила, что так и уснула, лежа на диване в гостиной. В одном белье.

— Подождите, я оденусь! — крикнула, минуя прихожую.

Метнулась в спальню, достать одежду, затем в ванную — сполоснуть рот, чтобы не дышать на внезапного раннего гостя перегаром. Так, нужно еще открыть окно в гостиной.

Я постаралась сделать все максимально быстро. В последний момент, стоя перед дверью, поправила волосы и затем повернула защелку.

— Здравствуйте, я ваш адвокат, Вэн Гасги, — дождавшись, когда я отойду, внутрь вошел парень, принявшись с порога озираться по сторонам. — Сделаете мне чашечку кофе. И если можно завтрак, — протараторил он. Поймав мой обалделый взгляд, натянул улыбку до ушей — извините, юмор у меня такой, — и без приглашения усевшись на диван, заметил — о, вы, что, спали здесь?

Господи… Я прислонила ладонь ко лбу, голова от него уже начинала болеть.

— Сеньорита? — настойчиво позвал он, потому что я до сих пор не проронила ни слова. Вместо этого пошла на кухню и оттуда взглянула на него подобно тупому барану.

— А завтрак мне обязательно готовить? — уточнила на всякий случай.

— Хотите, я его сделаю? Я отлично готовлю. Меня выгнали с утра на работу, а я не успел поесть. Мозги так отказываются работать.

Что за простофиля! Мда-а-а уж.

— Да, расслабьтесь, мы с вами подружимся, — заявил он уверенно, и подмигнул. — А, вообще, давай на «ты».

Он поднялся с дивана, подошел ко мне, вытащил из заднего кармана пистолет, зачем-то демонстративно положил его на стол передо мной. В этот момент я уже поставила чашку с кофе на барную стойку, отгораживающую кухню от гостевого зала.

Проверяет меня? И чего он такой взбудораженный с утра пораньше?

— Мне так проще работать, — шепотом сознался он, подавшись ко мне, так что я ощутила его дыхание на своей щеке.

Как? С пистолетом перед клиентом?

Хоть и не смотрела на него в тот момент, знала — он меня разглядывает. Причем откровенно. Очень смело для первого дня знакомства.

Сейчас прикоснулся к моим распущенным до плеч волосам. Я вздрогнула, повернула голову в желании сурово взглянуть, но тут же замерла от того, что его глаза отливали теплой карамелью при свете солнца.

Ухмыльнувшись краешками губ и продолжив дышать мне в лицо, он неуверенно заявил:

— Тем более, мы вроде одной возрастной категории?

Я не переставала смотреть на адвоката во все глаза. Пришел ни свет ни заря. Разговаривает, будто сам собой. Подумала, недаром имеет проблемы с карьерой. Ведь никаких манер! Так и хотелось ему сказать что-то в духе: «Лапуля, придержи коней».

Нет, он продолжил ломать комедию:

— Уф-ф, как у тебя жарко, — потянулся к галстуку, развязал. снял, положил на барную стойку.

Гипнотизируя взглядом, расстегнул первые три пуговицы на рубашке, стянул ее через голову, повесил на спинку стула. Оставшись в белоснежной майке, уселся. Все еще смотрит.

Я скосила взгляд на тату во всю его левую руку. Снова посмотрела на него в упор. Что этот сопляк вообразил себе? Его поведение переходит всякие границы — словно у себя дома.

— Так все окна ж открыты, — только сейчас сказала я и отвернулась, чтобы налить кофе и себе.

— Ясана… — позвал он, громко причмокнул первым глотком.

— Да? — вернувшись с чашкой, опустилась рядом, вернула взгляд, взметнула бровью.

— О-о-о, какие большие глаза, ты меня сейчас в самое сердечко ими, — охнул прижав, руку к груди.

И только я собиралась заметить ему, что он ведет себя непрофессионально и незачем со мной так флиртовать, он мгновенно посерьезнел. Наверное, все итак прочел на моем лице.

— Крм, ладно, давай приступим к делу, — достал такой же походной блокнот, как у детектива Марка, чтобы делать пометки, и свой телефон. Вероятно, собирался включить запись. Отвлекшись, повел головой. словно в поисках чего:

— Где-то я у тебя тут видел. А, вот там! — он показал на журнальный столик у дивана, попросил — можно мне сперва кофе и сигареты? Вижу, куришь. Угостишь?

— Я борюсь с этой привычкой.

— Тогда что там на столе? — он кивнул в сторону гостевой. И тут же ответил на собственный вопрос. — Понимаю. Ты потеряла двух близких тебе людей…

Все! Хватит! Теперь еще жалость включил! Да, что он вообще знает? Я мгновенно разозлилась, прошипела:

— Вуди был последним поганцем. Это к нему не относится.

— Тише-тише, детка. А то ты мне даешь повод думать об обратном. Ты его так ненавидишь? — перестал улыбаться, взглянул пытливо и долго.

Он уже начинает меня бесить. Увижу Марка, выскажу ему все за этого куска идиота. Видимо сейчас просто остается сохранять спокойствие и вести себя предельно вежливо. А то вдруг я снова ненароком вызову подозрение?

— Ненавидела. Но отпустила к Дженни. Мы условились, что она не будет говорить о нем, об их интимной жизни. Тема о Вуди была запретной. А на работе я сохраняла дистанцию. Видишь ли, у женщин бывает гордость.

— Допустим… — Вэн поднес ручку ко рту, стянул зубами колпачок и, делая это, зачем-то опять подмигнул — мне нужны подробности ночи, предшествующей инциденту. Остальное, как я понял, ты успела рассказать детективу Ли?

— Да. А можно вопрос?

Если честно, я не понимала, с чего мне нужно начать. Стоит ли мне упоминать еще одну предшествующую ночь — ту самую, с Марком. Ведь незадолго до инцидента именно из-за похмелья мы тогда с Дженни решили отправиться в паб и посидеть там еще

— Спрашивай. Меня ты можешь спросить о чем угодно, даже о размере моего члена, — только он озвучил последнее, я выпучила глаза. — Ой, прости… — затянув воздух меж стиснутой челюсти, адвокат издал звук коллапса и приставив указательный палец к краешку губ, добавил — вырвалось. Ничего. Привыкнешь к моему юмору.

И не хочу!

— Прости, я перебил тебя. Говори.

— Насколько вы близки с Марком? — выдала я, охренев от собственной дерзости, и ощутила как к щекам прилила кровь.

— Тебе это зачем? — прищурившись, насторожился он.

— Поскольку, ты мой адвокат, у меня нет причин скрывать некоторые щепетильные вопросы.

— Щепетильные? — Вэн отставил ополовиненную чашку с кофе, облокотился локтями о стойку, деловито занес ногу на ногу. — И…я же просил на «ты». Мы тут только вдвоем. Давай отбросим формальности?.. Так, что я должен знать? Что незадолго до инцидента ты переспала с ним? — от его осведомленности я невольно раскрыла рот, замерла. — Да. Я в курсе, — ухмыльнулся. — На вечеринке в тот вечер я вообще-то тоже присутствовал. Наверное, ты меня не заметила. Хотя, да, мы находились в полумраке и светомузыка мигала очень агрессивно.

Какого черта происходит?

— Адвокат Вэн, мне жутко неудобно. И… разве об этом можно свидетельствовать в суде? Что мы были знакомы?

— А мы что, не люди что ли, сеньорита? Тоже имеем право отдохнуть. Марк — близкий друг моего брата. В ту ночь празднование его дня рождения затянулось.

Опять он меня так назвал? Аж до зубовного скрежета…

Если честно, я не совсем поняла, чей день рождения имел ввиду Вэн — его какого-то брата или Марка, и стало уже не важно. Я утомилась от его присутствия.

— Думаю, навряд ли придется об этом говорить, — предположила я.

— Я тоже на это надеюсь. Ведь я и Марк в таком случае заинтересованные лица, — Вэн извиняющееся улыбнулся, смягчился в лице. Но от этого напряжение меня не отпускало. Наверное, заметив это в моем лице, он поспешно заверил — но если дойдет до того, что нужно освидетельствовать предшествующий вечер, мы молчать не будем. Железное алиби тебе будет обеспечено и долго ты с этой штукой не просидишь в четырех стенах, — кивнул на джипиэс-браслет на моей ноге.

Возникла неловкая пауза. Он просил сигарет, но их я ему так и не дала. Тогда встала со стула, прошла к журнальному столику в гостиной, взяла их и пепельницу.

Подумала — сейчас бы с удовольствием опрокинула бокал вискаря. Предложить ему, нет?

— Ты не возражаешь, если такие? — протянула пачку Дунхилл.

— О! Ты вспомнила! — иронично заметил он, но тут же улыбнулся. Одну достал, чтобы прикурить сейчас, другую заделал за ухо. Как по-гангстерски!

Я села обратно. Придвинула пепельницу. Мы закурили.

— Вэн, выпьешь? — сорвалось с языка.

— Наливай, сеньорита, я не откажусь, -улыбнулся он.

Я снова подорвалась, чтобы достать заначку вискаря и лед из холодильника. Обернулась. Тоже улыбнулась:

— А тебе можно на работе?

— Пофиг. Мне никто слова не скажет. Знают, кто я такой.

Господи. Ну, началось! Что за показушничество? Я не стану даже любопытствовать. Вместо этого, снова опустившись рядом с ним, поделилась новостью:

— А вот меня вчера уволили.

— Жестоко, — заметил он, беря бокал, в который я плеснула шотландский Мунт Кин, кивнул и пообещал — только я выиграю это дело, отведу тебя в хорошее место, и мы расслабимся. Ты просто обязана будешь выпить со мной на брудершафт.

Я только улыбнуться. Резко поменяла мнение о своем адвокате — он не так уж и плох. По-крайней мере, в его присутствии мне проще, чем с детективом Марком. Наверное, из-за того, что Вэн ведет себя, как полный придурок. Этим и располагает. Женщин всегда тянет на неадекватных. Их невозможно воспринимать всерьез.

Отныне мне не нравятся лица с слишком правильными чертами лица, какими у него — тонкими и прямыми. И ленивый томный взгляд тем более. А у Вэна такой. И у Вуди был такой типаж. Больше не хочу пересекаться взглядом с адвокатом.

Обычно я оборачиваюсь на парней с своеобразной внешностью, которых интересно разглядывать.

— И, кстати, — вдруг подал голос адвокат — не строй иллюзии насчет Марка. Для него всегда была важнее работа, чем женщины.

— И не думала! — отчеканила тут же, снова ощущая, как пылает собственное лицо.

Да, как он смеет! Клеится или пытается быть другом?

— Просто, ты так краснеешь, когда речь заходит о нем. Я и подумал, что стоит тебя предупредить.

— Я поняла. Проехали.

— Вот видишь, ты даже злиться начала, — не удержался Вэн от колкого замечания.

Я затушила сигарету. Одним глотком опустошила содержимое бокала, выпалила:

— Давай уже начнем.

Адвокат кивнул, достал телефон, нашел в нем диктофон, нажал на запись.

Я все рассказала ему, начав с того, как очнулась в номере отеля с Марком, как улизнула и как потом договорилась о встрече с Дженни, чтобы обсудить минувшую ночь.

…

Вэн выслушал меня внимательно. Не перебивая. А потом уголки его губ дрогнули, он ухмыльнулся, произнес:

— Это плевое дело. Нужно лишь доказать, что в это время ты была дома. А у вас ведь и камеры в здании имеются! Хотя, охранник мог скооперироваться с преступниками и быть в деле.

— Если честно, я его часто вижу спящим. Одного. Старый который. Кажется, именно тогда он и был, — сказала я, и адвокат что-то начеркал в свой блокнот.

— Ага, понял. Знаешь, разберемся с судом, выведем дело на новый уровень, и ты свободна. Сейчас отдай мне на время мобильный и ноут. Может, еще что-то имеется? В общем, все. И еще дистанционный доступ к рабочему компьютеру, пароль от него. Я должен провести компьютерно-техническую экспертизу. И, кстати, вот тебе договор о соглашении проведении этой самой экспертизы. Подпиши.

…

Только я поставила свою закорючку внизу документа, адвокат Вэн ушел.

Этим же вечером пожаловал Марк. Хотя, нет, было уже достаточно поздно — часов примерно девять.

Обычно в это время я ужинаю. Да, люблю вечерние забеги. Я как раз стояла у плиты и готовила ужин. О, да, люблю поесть на ночь!

Шкворчал бекон, готовился яичный рулет, жарились тосты. Стряпня для утреннего приема пищи, но мне не принципиально.

Звонок в дверь в такое время был неожиданным. Выругавшись, я стремглав побежала в прихожую, открыла двери. Вздернула бровями при виде детектива на пороге, кивнула ему и ринулась обратно к плите.

— Пахнет вкусно, — произнес он, входя внутрь.

— Есть будешь? — предложила из вежливости.

— Эм-м… — задумчивое раздалось уже слева от меня, и я вздрогнула.

— Что-о? Чего пугливая такая?

— Не люблю, когда заходят мне за спину, — пожала плечами и подумала — быстро же он пришел на запах.

Обернулась на него, заметила смущение. Увидела в его руках пакет, вопросительно кивнула.

— Оу, это тебе, — он развернулся к барной стойке, принялся шуршать содержимым.

К тому времени, я поставила сковородку на другую конфорку и занялась сервировкой ужина на двоих. Опустила на стойку обе тарелки и затем чашки для кофе, заглянула через плечо Марку, заметила вытащенные сигареты, которые я курю, оливковое масло и все то, что мне нужно было для греческого салата.

Глядя на это, улыбнулась. Вспомнила, уходя Вэн предложил купить мне продукты и при следующей встрече принести. И, видимо они с детективом пересеклись, отдал их ему.

Или, может, встречались намеренно? Хотя, нет, зачем это Марку? Ему ведь важнее работа, чем женщины. Вэн чудит, зная нашу маленькую тайну?

Да, черт с ним. С ними.

Болтают наверное за моей спиной и тянут одеяло в разные стороны.

Не то, чтобы я хвастаюсь тягой мужчин к себе. Но, да. При желании могу закадрить любого. Но лишь при желании. А сейчас мой инстинкт самосохранения требовал максимальной артистичности и внешней неотразимости.

Еще вчера, докуривая последнюю сигарету перед сном я пообещала в мыслях, что разберусь со всем этим дерьмом ради Дженни. Преступник или преступники — будут наказаны.

— Спасибо, Ясана. Я так голоден. Надеюсь, ты не пересолила, — он было улыбнулся, но замечая, как я закатила глаза, добавил — шучу.

Под его зорким прицелом я достала из-под стойки ликер, открыла и подлила в свою чашку с кофе. Тогда детектив и тут не преминул сказать:

— Бросала бы ты это дело.

— Я потеряла лучшую подругу, что ты ты от меня хочешь? Ешь уже и давай без причитаний.

— Я просто беспокоюсь за тебя, — невозмутимо парировал он, — и, знаешь, ты очень красивая. Не губи себя алкоголем и сигаретами, — произнеся это, отвернулся, с хрустом откусил от двухслойного тоста, который держал в руках.

Я не нашла, что ответить на сей неожиданный комплимент. Промолчала, почувствовав как густо краснею.

В памяти всплыли эти самые моменты рокового вечера. Не выдержав, я улыбнулась — ведь просто нелепейшее знакомство, какое только можно вообразить. Я хотела найти принца на белом коне. Но явно не при таких обстоятельствах.

И, да, помнится, я сочла Марка не очень симпатичным. 

— Чего смеешься? Я запачкался? — вскинул брови детектив и показал на свое лицо.

Только сейчас до меня дошло — все это время я стояла над ним и просто пялилась на него. А в какой-то момент улыбнулась.

Заметила в уголке его рта растекшийся тартар. Вспомнила обещание, данное уже мертвой подруге — должна выиграть дело любой ценой и самой заняться поисками преступника. Должна обязательно сделать это.

Я дотронулась до лица Марка, убрала соус указательным пальцем — облизнула, глядя в глаза напротив.

Детектив опешил. Перестал жевать. Медленно опустил тост на тарелку. Потом словно опомнился, посерьезнел, отвел взгляд, произнес:

— Чего ты со мной нежничаешь? Ведь, я не в твоем вкусе.

Я даже растерялась от такой прямолинейности. Да, именно так я сказала, когда проснулась на следующее утро с ним в постели. Но я не думала, что он услышит, ведь он спал.

Стараясь не подавать вида, что заставлена с поличным и смущена, склонила голову в попытке снова поймать его взгляд. Когда он мне его вернул, улыбнулась, как можно теплее:

— Не нежничаю. Тебе показалось. И, знаешь, как ты успел заметить, у меня неоднозначный вкус, — произнеся последнее, постаралась придать голосу чувственности, глубины и глазами показать Марку обратное — то, как на самом деле он мне нравится.

Марк продолжил смотреть в упор, сощурился, словно подозревал подвох. Но улыбнулся краешком губ.

И пока он не успел ничего сказать, я поспешно заметила:

— Спасибо, что помогаешь мне. Все забываю поблагодарить тебя. И, кстати, мне приятно твое беспокойство за меня, — запнулась, снова ощутив, как краснею. Поразмыслив, пространно добавила — …что бы ты там ни думал за то самое утро.

Марк все пристально смотрел, словно сканировал на ложь. Мы молчали с минуту, пока он не опустил руку на запястье, чуть надавил большим пальцем в месте выступающей венки, и произнес:

— Ты говоришь не правду.

Я нахмурилась, в миг испытав раздражение, бросила:

— У тебя, что, встроенный детектор лжи?

— А что если это так? — изогнул бровь.

Сложила руки под грудью, фыркнула, отвернулась. Что это с ним?

— Знаешь… — продолжил он, — не сказал главное, зачем пришел. Я был на месте преступления. Вспомнил одну любопытную вещь. Ты говорила, свет по всему району отключался. Приблизительно за это время было совершено убийство. Скажи, как долго длилось отключение?

— Я не знаю. Если честно, даже не помню как уснула. Ложилась, думая о странном парне на крыше. И так и не дождалась, когда электричество восстановится. Была пьяна, к тому же на антидепрессантах и до того выпила сонный чай.

— Ого! Хорошо, что ты уточнила о препаратах. Где они?

Я потянулась к шкафчику над плитой, достала пару разных баночек с пилюлями, невозмутимо вручила ему. Он вытащил из каждой по одной таблетке и засунул их в специальный пакет для упаковки вещественных доказательств. Кивнув на него, произнес:

— Много их принимаешь? Отправлю на экспертизу.

— По две каждый день.

— Вообще-то алкоголь и снотворное — очень плохое сочетание, Ясана. Признайся, в тот вечер, когда вернулась из паба домой, догналась вином или еще чем? Смотрю, у тебя прям запасы в мини-баре, — сказав это, прыснул.

— Нет, ничем.

А, если честно, я не очень помнила. И даже бы и догналась, не сказала — послужит еще следственной причиной к мотиву.

— Допустим. Завтра я разузнаю про инцидент с отключением. Возможно, придется провести следственный эксперимент… — бормочет уже полушепотом. — Еще вопрос, скажи, а как ты смогла разглядеть человека на крыше? Понимаю, между окнами близкое расстояние, но ведь в районе десяти уже достаточно темно.

— Огромное полнолуние. Я разглядела даже кепку и маску. А выдала себя сигналом фонаря, — нахмурилась, стараясь припомнить все детали, и меня вдруг словно осенило — постой, раз на лбу Дженни вырезано имя Вуди, выходит, преступник хорошо осведомлен обо мне? О нас? — кажется, произнесла все это вслух и затем столкнулась с тем же пытливым взглядом Марка. — Но кому и зачем нужно было подставлять меня вот так?

— Какой же я дурак, Ясана! — округлив глаза, Марк принялся хлопать себя по карманам куртки. — Если это убийство спланировано из мести, ты должна вспомнить всех тех, кого могла сильно обидеть. Никто не ангел, Ясана. Я и сам не душка, — добавил он, потому что я неодобрительно покосилась. — Мало того, ты в опасности, — заверил тут же.

— Парень, что был тогда в пабе, на нем тоже была кепка. И он смотрел на нас с Дженни. А когда я повернулась к нему, улыбнулся и почти сразу ушел.

— Ясана… — детектив помрачнел, сделал шаг навстречу. — Такие детали полностью меняют картину. Про него в пабе ты ничего не сказала. На первом допросе ты мне не сказала о нем ни слова. Новые детали в корне меняют дело, понимаешь?

— Ты ведь сам говорил, за один день все не допросишь.

— Это так. Но нужно было сообщить о парне. Да, наверное, ты переволновалась. И еще, я теперь не могу оставить тебя без охраны. А если он вернется? — Марк поджал губы, вздохнул. — Я решу это. Сейчас сделаю звонок, — из кармана брюк достал мобильный, набрал кого-то и отошел в гостиную.

Пока разговаривал, мерил шагами комнату, разглядывал предметы на полках. Обернулся, и я снова была поймана на подливании ликера в бокал, на что он повел головой и закатил глаза.

— Вэн не отвечает, а мне срочно нужно вернуться в офис. Поэтому, Ясана…ты меня слышишь?

— Да, — я отвлеклась, доставая сигарету из пачки, теперь подняла на Марка глаза.

— Сейчас приедет один серьезный человек, мне нужно переговорить с ним. Да и тебе тоже. Вероятно он начинит твою квартиру скрытыми камерами. и за окнами. Будет отслеживать перемещения внутри и снаружи.

— Ну, это уже слишком! — я соскочила со стула, принялась метаться, как заведенная. Не хочу, чтобы меня случайно увидел голой какой-то мудак. уточнила на всякий случай — что, и даже в ванной комнате? А как же мне переодеваться?

— Это же не проблема, приобрету тебе одну ширму. Перемещайся с ней, когда будешь раздеваться, — Марка почему-то это насмешило.

— Пф-ф, идиотизм, — я вновь сложила руки под грудью, отвела взгляд.

— Да, перестань, — посуровел он. Мне даже померещились нотки раздражения в его голосе, словно он тоже начинал злиться. Возникла неловкая пауза, затем детектив неуверенно позвал — Ясана. Ты… в общем, если тебе что-то надо, скажи мне, я все куплю.

Я неуверенно кивнула. Но стало жутко неудобно. Я не из тех, кто пользуется мужчинами, Хотя до инцидента я именно так с Марком и поступила: развлеклась, потрахалась, а наутро бессовестно сбежала.

Интересно, долго он будет на меня обижаться? Или же, ему все равно? Этих мужчин не поймешь.

Вздрогнула от того, что Марк дотронулся. Я и не заметила, как он подошел сзади, чтобы затем опустить обе ладони на мои плечи, легонько сжать их. Попытка успокоить?

— Я же сказал. Ты можешь положиться на меня, — примирительно и мягче позвал он.

В памяти навязчиво всплыли недавние слова Вэна — «…не строй иллюзии насчет Марка. Для него всегда была важнее работа, чем женщины».

Вот же придурок, этот адвокат! Да мне насрать, в общем-то. Я всего-лишь сделала невинный жест, убрала соус пальцем. Ну, слизнула. Ну, это ж дурачество. Почти детское.

А еще невоспитанность и вульгарность! — воззвала совесть, и щеки запылали от стыда.

Мда-а, другой бы на месте Марка не позволил с собой такое.

Марк очень воспитанный, другой тут же бы тебя поимел! Прямо на барной стойке!

Я скривилась. С ума уже схожу. Что за мысли?

Спохватившись, что так вести себя неправильно вопреки профессиональной этике, Марк отстранился сам.

— Я отойду, — продолжая гореть со стыда, я унеслась по коридору в ванную комнату. Следовало сполоснуть лицо самой что ни на есть холодной водой.

…таааак, дыши, Ясана, приходи в себя.

Раздался стук в дверь. Я вышла из ванной комнаты в коридор, минуя кухню, метнулась открывать дверь в прихожей.

…застыла как истукан.

— Привет. Ты та самая Ясана?

И почему я продолжаю пялиться на него? Не могу отвести взгляда.

А он узнал меня? Я смогла. Мы учились в одном классе. Хоть он и очень сильно изменился. Прошло столько лет. Но что за дурацкое совпадение?

А не он ли тоже был в пабе «Тигриная кровь»? Да, тот самый блондин, близко сидевший к Марку, на которого я взглянула мельком. Не узнала сразу из-за полумрака и агрессивных вспышек светомузыки. И голос тот же басистый.

Детектив представил его как агента частной секретной службы. Дейв Гасги. Я еще подумала, откуда мне известна эта фамилия, когда увидела Вэна. Интересно, однофамильцы или братья? Что-то было у них общее.

И его ли день рождение они тогда справляли? Я запуталась. Спросить хочется и не к месту оно.

Дейв влился в поток моей школы на седьмом году. И меня сразу посадили с ним за одну парту. Тогда, в прошлом мальчишкой, он выглядел таким несуразным, затюканным и замкнутым. Ни с кем не общался. И остальные не настаивали, только косо поглядывали.

На тот момент я была влюблена в Вуди и хотела сидеть с ним. Даже записку написала классному руководителю. Был у нас такой обычай. И когда я оказалась рядом с Дейвом вместо желанного парня, разревелась, устроила истерику учителю.

Позднее, мне стало очень стыдно. А Дейв так не заговорил со мной ни разу. И я не извинилась потом. Случайно пересекаясь взглядами, мы всегда тут же отворачивались друг от друга.

Дейв недолго пробыл с нами. Через два года он перевелся в другую школу. Потому я запомнила его только таким странным и не общительным.

Сейчас он другой. И по внешности — полная противоположность Марку. Блондин. Накаченный. Сильный. Когда он снял ветровку, от размера его мышц я слегка вздрогнула. Не люблю качков. Они меня всегда пугали.

Взгляд — липкий, сканирует насквозь. Говорит серьезно. Без эмоционально. Кивает время от времени. Его лицо сурово и спокойно.

Марк вкратце обрисовал свое видение дела по двойному убийству. Попросил меня рассказать о странном парне в кепке.

Когда разговор перешел к логическому завершению, он поспешно заявил Дейву:

— Сейчас я срочно в департамент. Останься на ночь с Ясаной. Вернусь рано утром, чтобы ты успел в штаб.

Я не успела ничего спросить. А Марк даже и не взглянул на меня, когда уходил.

Все. Теперь я с Дейвом наедине. Неловко. Неуютно. Дрожь по телу. Обернулась: продолжая сидеть за барной стойкой и усиленно не замечать меня, он раскладывал свои шпионские примочки.

В следующий миг вздрогнула от того, что он неожиданно скосил на меня взгляд, а потом взглянул в упор. Медленно растянул краешек рта вправо.

Сперва Марк. Теперь вот Дейв. Странные совпадения. Почему преследуют? Узнал ли он меня еще тогда в пабе? Боже, как неловко. И спрашивать о прошлом тоже.

Черт! Снова долго на него пялюсь.

— Пожалуй, я спать, — отвернувшись, бросила неуверенно. И уже было направилась в спальню…

— Стоять, — прозвучало размеренно и басисто. Мне снова пришлось поднять на Дейва глаза. Он улыбнулся, в этот раз гораздо теплее, пояснил — сперва я закончу в твоей комнате, потом пойдешь.

***

Чувство жажды. Головная боль. Нужно бросать пить.

Наскоро натянула шорты, взяла с прикроватной тумбочки пустой стакан и

вышла из спальни. Оказываясь в коридоре, направилась в ванную комнату. Там, в шкафчике за зеркалом, у меня хранилась необходимая аптечка.

Только сейчас, окончательно проснувшись, я расслышала журчание воды и заметила, что из гостиной просачивался свет. Почему Дейв его не выключил?

Иду крадучись. Сама ситуация смешна. Я же в собственной квартире! Двери ванной неплотно прикрыты. Свет был, но от самой душевой кабины — неоново синий.

Поддавшись любопытству, осторожно заглянула внутрь: этот спец принимает душ. Как у себя дома, черт возьми.

Даже не обернулся. Наверное, из-за льющейся воды меня не расслышал. Хотя, люди вроде него должны реагировать на малейший шорох. Вместо этого он продолжил нежиться под теплыми струями, подставив лицо.

Сейчас повернулся спиной, и мой взгляд скользнул по перекатывающимся на ней мышцам; опустила голову, устремила его ниже — от бедер, крепких ягодиц, к сильным ногам. Капли воды, как бисерины, облепили его тело. Если бы не мое душевное состояние из-за смерти подруги, наверное, я бы нашла это завлекательной сценой. Но какого черта он творит в моей ванной?

Дейв поднял руки, чтобы провести ладонями по волосам, убрать их со лба, снова становился боком, а потом, будто почувствовав чужое присутствие, резко взглянул на меня. Я вздрогнула и мой пустой стакан полетел вниз, тут же разбившись вдребезги.

В этот самый момент свет, проникающий в коридор, замигал, а потом выключился. Вся квартира погрузилось во мрак. Душевая кабина тоже не светилась. Я лишь услышала, как раскрылись ее дверцы. А потом сильный рывок за плечи — я нелепо вскрикнула.

Дейв прижал меня к своему мокрому и голому телу:

— Стоять, — щелкнул курок пистолета, и меня затрясло, то ли от близости, то ли от его дыхания у самого уха. Под ногами хрустнуло стекло. — Что за?.. Черт… — тихо выругался и потом скомандовал — ни шагу, развернись на месте, — подождал, когда я это сделаю, похвалил — умница. А теперь ступай вперед, медленно, — до того удерживая мои плечи правой рукой, переместил ее на талию, прижал ладонь к животу. Мягко подтолкнул своей грудью вперед. Я простонала: осколки больно впились в ступни. — Стряхни, —терпеливо раздалось все также над ухом.

Не в силах терпеть боль, нагнулась вбок — смахнула прилипшие осколки. Меня смиренно подождали и снова подтолкнули вперед.

Мы вышли из ванны. В коридоре Дейв взял за руку и завел меня за спину, потянул за собой. Мои глаза уже успели привыкнуть к темноте, и я увидела, что он выставил вперед руку, удерживая наготове пистолет.

Только заступили на кухню, загорелся свет. Снова смотрела на мускулистую спину и голые ягодицы впереди. Застыла как парализованная, в который раз не в силах отвести взгляд.

Оглянувшись, тот опустил свою пушку, развернулся ко мне, и неожиданно пришлось созерцать его член. Заставленная врасплох, я захлопала глазами, поспешила отвернуться.

— Мужиков голых не видела? — насмешливо бросил бывший одноклассник.

Я разозлилась. Захотелось непременно что-нибудь съязвить. Подняла глаза на Дейва и только собиралась сказать что-то вроде — «и не таких видала», выбили из колеи откровенные смешинки в его взгляде, который он тут же опустил ниже.

Нагло, вероятно не испытывая дискомфорта, а стыда и подавно, оценивающе взглянул на грудь, снова в глаза:

— Замерзла? Соски торчат. Может, согреть тебя? — вздернул бровью, выдавил подобие усмешки.

Вот же нахальная морда! Почему он такой дерзкий? Рот онемел. Надо ответить — не могу.

Дейв сделал пару шагов навстречу. Их было достаточно, чтобы сократить расстояние. Казалось, собственная нагота его нисколько не смущала. В следующий миг он лениво обвил мне плечи рукой, в которой держал пистолет, другую — прижал к бедру.

Я осталась стоять неподвижно и смотреть не мигая. В голове забомбила неприятная мысль: «Зачем он это делает?». Шестое чувство вновь дало о себе знать, будто странное поведение неспроста.

Уж не знаю, что Дейв разглядел в моем взгляде, сейчас мягко ухватился за мой подбородок.

— Хочешь?.. Я не против. Даже «за», — рукой, что была на бедре, обвил талию, вплотную прижался ко мне. Не могла не ощутить, отвердевающий член, примкнувший к моему животу. Почувствовала запах алкоголя. От меня так разит или это он успел опрокинуть вискарь, оставленный на барной стойке?

Сейчас его глаза тоже смотрят пьяно. Он уверенно сжал мои ягодицы — лицо запылало от жара. Наклонился, языком навязчиво раздвинул губы, жадно завладел ими.

— Ну ты козлина! — я толкнула его в грудь и занесла пощечину. Хотелось ударить его еще, чтобы образумить, но в следующий раз он уже поймал мою руку и больно сжал.

— Ты не понимаешь. Я пытаюсь тебя разрядить. Тебе нужно расслабиться, Ясана. А то ты свихнешься в своих мыслях не ровен час, — без улыбки произнес он.

Секс?.. Секс! Он хочет поиметь меня?!

Не думаю, что от столь странного жеста одноклассника, скорее от вороха хаотичных мыслей. Разрядка? Стоит ли соглашаться и что может навлечь такая близость? Это неправильно — однозначно! До меня вдруг дошло: он явно что-то замышляет. Жаль, не успела я спросить подругу о Дейве и почему на вечере в пабе они держались друг друга так, словно давно знакомы и даже близки. Но ведь я его сразу не узнала! Тогда насколько он близок к Дженни? Он явно пудрит мне мозги и пытается отвлечь своим поведением. Значит, я должна узнать от чего именно он пытается отвлечь меня своим грязным намеком! И раз сам не завел разговор о моей подруге, тогда мне тоже стоит притвориться дурочкой. Главное, закинуть на него поводок и натягивать до той поры, пока правда о связи с Дженни не всплывет.

Пока я пребывала в замешательстве, глядя на него во все глаза в поисках причины навязчивой тревоги упустила момент, когда он вновь поцеловал меня — все еще сдавливая руку, сделал это осторожно. Собственная голова закружилась.

— Это значит «да»?.. скажи — уточняет шепотом, чуть отстраняется, чтобы заглянуть в глаза, и я почти сразу ощущаю его улыбку на губах.

Ситуация нелепая. Но сомнения пришлось отбросить.

— Животное, — отвечаю с улыбкой, и Дейв тоже улыбается, зарывается рукой в волосы.

Его поцелуи вновь жадные и беспорядочные. Он находит мою руку, прижимает ладонью к своему напрягшемуся животу. Я передвигаюсь по торсу, отмечая рельефность.пальцами: шесть-семь-восемь.

Томный взгляд, крепкие руки на ягодицах. Рывок — я уже прижата к бедрам. Поспешно обвила шею и плечи, чтобы удержаться.

Обнимая мои ягодицы и спину, Дейв идет в спальню. Опускает меня на кровать, ложится рядом, привлекает к себе, целует, снова шарит ладонями по бедрам. Отстраняется, чтобы заглянуть в глаза. Тянет левый краешек губ в дерзкой ухмылке.

Он вскидывает руку к моему лицу, большим пальцем оглаживает вблизи рта, замирает и смотрит то в глаза, то на губы. Снова перебирается ладонью под волосы и прижимается ртом к моему. Поцелуй затягивается. Кажется, Дейву нравятся ласки языком, и он даже не думает остановиться с прелюдией.

Это безумие. Это идиотский сон. Так не должно быть.

Дейв сверху. Уверенным движением развел колени.

В последний момент я упираюсь руками в его грудь. Какой же он все-таки псих, раз вытворяет такое: пускай мы бывшие одноклассники, но и мне, потерявшей лицо, терять нечего. Я должна добиться правды о его связи с Дженни. Даже такой ценой! Нужно притвориться, что мне близость приятна.

Он перехватывает руки, наклонившись, шепчет в губы:

— Это будет наш маленький секрет — смотрит в глаза. Его же блестят от возбуждения.

— Сдаюсь, — ловлю улыбку, позволяю войти в себя.

Мощный толчок — мой стон наслаждения: в голове мгновенный фейерверк. В следующий раз неспешно проталкивается вперед — дразнит. Входит наполовину и замирает.

Обвиваю ногами бедра Дейва — стремлюсь подтолкнуть его тело на себя, вперед. Почему замер? Руки сжимают простыни — снова ощущаю, как он весь во мне.

Обвиваю его шею, шепчу:

— Медленно. Я хочу медленно.

Он улыбается. По-хищному. Прижимается губами к шее, целует с языком, зарывается пальцами в волосы.

Прижимаюсь к его бедрам — напрягаюсь, удерживаю член в себе. Упираясь руками в постель, он приподнимается и входит полностью. Не могу дышать. Впиваюсь пальцами в его руки.

Наклоняется, снова целует. Я оглаживаю его щеку, веду пальцами по шее, вниз — к мускулистой груди. Другой рукой сжимаю его правую ягодицу. В ответ наблюдаю ленивую, привычно уползшую вбок, улыбку.

От последующего глубокого поцелуя начинает трясти бесконтрольно. Что происходит со мной, неужели я настолько расслабилась, что собственное тело обмануло меня?

Движения бедрами — быстрые, сводят с ума, целиком поглощают в эйфорию. Неволей закрываю глаза. Открываю — сталкиваюсь взглядом с Дейвом, вижу его кайф.

Сильные руки на моих бедрах — крепче сжимают их. Движения ускоряются. Уже хаотичны и, беспорядочны. Ощущаю пульсацию его члена в себе. В попытке приглушить стоны оргазма, прижимаю ладонь ко рту. Дейв ложится сверху, давит собой, утопает лицом мне в волосы. Тоже стонет, одновременно сильно сжимает в объятии.

Кончаем одновременно. Судороги — долгие, яркие. Я содрогаюсь под Дейвом, начиная чувствовать опустошение.

Почему-то смеюсь и затем плачу.

Я натыкалась на статьи о подобных эмоциональных перепадах после особенно яркого оргазма. Но никогда не думала, что такое случится со мной, а тем более с Дейвом. Не верила.

***

— Ясана, проснись, — позвал у уха мягкий баритон. Я открыла глаза, удивилась: Дейв лежал на боку, подперев голову, и едва заметно улыбаясь, смотрел на меня. — Думаю, детективу Ли не понравится, что ты раздета.

Неужели это не сон. Все было в реале?

— Говорит тот, кто лежит рядом обнаженный, — поспешила съязвить, осознавая, что все-таки в реальности.

— Дерзишь, — скорее констатировал, взял мою руку, потянул на себя, заставил обнять его.

Интересно, обижен ли он из-за прошлого? Только я подумала об этом и том, что Дейв вчера не подал вида, он внезапно произнес:

— Ни в чем не хочешь мне дознаться?

— Дознаться?

Я опешила. Помнит. Хочет мстить? Заставить испытать стыд? Может, мне притвориться, что не поняла?

— Да. Понимаю о чем ты. Мне стыдно. Ведь я переспала с тобой, незнакомым мужчиной.

Кровь прилила к лицу, загорелись уши. Я мечтала слиться с постелью и сделаться невидимкой.

Дейв вздернул бровью и настороженно замер, а потом заржал, запрокинув голову — от души, почти до истерики.

— Допустим, — сказал он, уже успокоившись, и снова впился в меня пытливым взглядом. Прищурился. — И это все?

— Ну… Ты хочешь услышать, что наша близость была самой лучшей? — предположила, краснея гуще и не зная, куда себя деть. Вот сейчас отвернулась, а он привычно ухватился за подбородок и все равно заставил смотреть себе в глаза.

— Значит, так и есть? — губы напротив дрогнули в улыбке.

— Я…я так никогда не вела себя. Господи, мне так стыдно… — снова предприняла попытку отвернуться, взялась за его руку, чтобы он отпустил меня.

Но вместо этого Дейв опять заставил вернуть ему взгляд и обескуражил своим заявлением:

— А вот это наглая ложь, — отрезал тут же, мягкость в голосе пропала. — Знаю про Марка. Не утруждайся искать слова.

— Как понимать? — я в раздражении вырвала свою руку из его. Соскочила с постели, схватила шорты, принялась натягивать на вспотевшее тело. Обернулась, метнула в сторону наглеца злой взгляд — тебя никто не тащил силком в постель и я тебе ничего не обязана, — отвернулась, раскрыла шкафчик в поисках бюстгальтера и футболки.

— Ну, конечно, крошка, — раздалось над ухом, и тяжелая рука, обвившая талию, заставила прижаться спиной к сильной груди. — Знаешь, а мне тоже понравилось. Захочешь повторить, подай знак.

Я обернулась, готовая выразить все свое негодование, Дейв подмигнул мне и затем, шлепнув по ягодицам, как есть обнаженный направился из спальни.

Вот же животное! Неужели действительно думает, что имеет право вот так брать меня силой?

«Силой?!» — завизжала совесть — «Ты и сама была рада упасть в его объятия!»

Прислонила пальцы к вискам, помассировала, чтобы унять начинающуюся головную боль. Недолго раздумывая, направилась на кухню — сварить кофе и приготовить завтрак для детектива, который явится с минуты на минуту.

Едва я успела снять турку с плиты, в дверь постучались. Одновременно из ванны вернулся уже одетый Дейв, он и открыл двери. Детектив вошел так буднично — как к себе домой, попеременно взглянул на нас обоих.

Внутри меня все еще кипели страсти. Дейву удалось меня раздраконить. Несмотря на бурную ночь, сейчас я была раздражена. И мне было непривычно смотреть на Марка. А выглядел он изрядно замученным.

— Здравствуйте, детектив Ли, — я дернулась от того, что перезалила чашку кофе, и теперь оно, стекая по столу, капнуло мне на ступню.

Последовали звуки досады со стороны мужчин.

— Как ночь? Без происшествий? — кивнул Марк Дейву и деловито засунув левую руку в карман брюк, прошел на кухню.

Я хотела сказать о странных звуках ночью. И уже было открыла рот, чтобы произнести это, одноклассник метнул в меня красноречивый взгляд. Марк обернулся на него, и тот пожал плечами, ответил:

— Ничего не происходило. Ну, мне пора.

— Созвонимся.

— Давай. Я на связи.

Детектив уселся за барную стойку и махнул ему перед тем, как он вышел.

Теперь мы с Марком одни.