Неверные

- Вадим! Куда ты положил мою зарядку? – ношусь по квартире, спешно натягивая на себя одежду.

Опаздываю на работу. А ещё сегодня новый босс придёт. Вообще опаздывать нельзя.

- Блин, колготки порвались! – чертыхаюсь и стягиваю со своих ног капроновое недоразумение.

- В гардеробной посмотри! – доносится из ванной любимый голос мужа.

Нахожу там новую пару колготок и обнаруживаю таки свою зарядку.

- Опять он свой телефон заряжает. И почему не пользуется своим зарядным устройством? –  выдергиваю из разъёма шнур, скручиваю и отправляю в сумку. Заряжу смартфон на работе.

Сажусь на пуфик, чтобы аккуратно надеть колготки. В этом деле спешка не поможет. Краем глаза замечаю в телефоне мужа всплывающее сообщение, и рука сама по себе тянется к новенькому дорогущему гаджету.

«Твоя жируха ушла? Вся горю, еду к тебе на такси. Кстати, у меня для тебя сюрприз!»

Сижу на пуфике, ноги деревенеют, а сердце бешено колотится в груди. Трясущейся рукой держу телефон Вадима. Все внутри меня сжимается от холодного ужаса. На экране — сообщение, которое перечёркивает всё. Это не моя фантазия, не выдумка, а жестокая реальность, которую я не могу игнорировать.

Каждая буква, каждое слово из этого сообщения больно пронзает меня, как острый нож. Я читаю снова и снова, как мазохистка, надеясь на чудо, надеясь, что я неправильно поняла. Но чуда не происходит —  Вадим изменяет мне! Это не просто ошибка или недоразумение. Он проводит время с другой женщиной, и все те моменты, когда я думала, что значу для него всё, теперь кажутся нелепыми. Горечь подступает к горлу, и я чувствую, как начинают наворачиваться слёзы.

Внутри меня ураган: гнев, предательство, безысходность. Как он мог? Как я могла не заметить?  Ощущаю, как холод проникает в каждую клеточку моего тела. Боль разрывает душу, и я задаюсь вопросом, что же я сделала не так? Чего ему не хватило? Любовь, которая когда-то казалась непоколебимой, распадается на части.

Мы с Вадимом одногодки. Всю жизнь вместе. Любовь со школьной скамьи. Затем в один универ поступили. Вспоминаю, как трогательно он делал мне предложение. Вадим тогда встал на одно колено, как в голливудских фильмах, и произнес отрепетированную речь. Сердце моё дрогнуло, и я согласилась. И до сегодняшнего дня ни разу не пожалела о своём решении.

- Почему ты плачешь, Мир? – поднимаю влажные глаза и по новому смотрю на своего мужа.

Он всё ещё красив. Высокий. Плечи широкие. Рельефный пресс. Занятия в спортзале дают свои плоды. Вадим приглаживает пальцами взъерошенные мокрые волосы и впивается в меня своими темными глазами с пушистыми ресницами. Всегда завидовала его опахалам. Белой завистью, конечно.

Встаю с пуфика, ноги подгибаются, руки пробивает мелкая дрожь. Протягиваю мужу его телефон, который, кстати, подарила я на его сорокалетний юбилей. Он опускает взгляд на сообщение и вообще в лице не меняется, будто ничего не произошло.

- Сколько раз я говорил тебе не трогать мой телефон! У каждого человека должны быть личные границы! – Вадим грубо выдергивает из моей руки гаджет, и я перестаю его узнавать. Никогда ещё он не был со мной так груб.

- Ты изменяешь мне? – голос дрожит, потому что сейчас рушится весь мой мир.

- Послушай, Мира! Я не воспринимаю эту интрижку как измену. Я всё ещё люблю тебя и буду любить всегда. Но я мужчина, понимаешь? Самец, охотник! А ты уже не та! Посмотри на себя? Ты изменилась, и сильно. Больше нет той грациозной лани. И… у тебя появился целлюлит.

- Целлюлит, - тихо шепчу, прикрывая пышные бедра пледом, который лежал аккуратно свернутый на нижней полке рядом с пуфиком.

- Да, именно он. А мне хочется с молодой, понимаешь? Мира, любимая, пожалуйста, пойми. Это всего лишь секс. У меня нет к ним чувств. Я только тебя одну люблю!

- К ним? – гнев клубится во мне и начинает нарастать, щипая душу в поисках выхода. – Как долго ты… за моей спиной… Сволочь! – запускаю в мерзавца деревянной шкатулкой.

Подлец уворачивается, и шкатулка с грохотом впечатывается в стену нашей небольшой гардеробной.

- Мира, прекрати истерику. Какое это имеет значение? Ты уже не молода. Просто смирись. Бабий век недолог. Тебе крупно повезло, что я всё ещё люблю тебя. Просто иногда буду удовлетворять свои мужские потребности на стороне. На тебе это никак не отразится.

- Ха! –ярость берёт надо мной верх.  – Зато отразится на тебе,  конченый ты мудак! Пошёл вон! Я развожусь с тобой!

- И куда ты пойдёшь? Квартирка то моя, ещё до свадьбы подаренная мне моими родителями. У тебя ничего нет. Жить где будешь? Под мостом?       

- А тебя это уже не касается, Вадим!   

Дальше всё как в тумане. Быстрые сборы под непрекращающийся бубнёж теперь уже бывшего мужа.  Голова жутко болит от того, что приходиться невероятными усилиями сдерживать слёзы. О том, куда пойду, стараюсь не думать. Пока на работу, а там видно будет. Но к этому козлу я больше не вернусь. Никогда!

Выхожу из подъезда и понимаю, что эта страница моей жизни перевёрнута и становится так горько, что слёзы больше не помещаются в моих глазных яблоках и вырываются на свободу бурным потоком. Сажусь в такси, которое заказала заранее, и, не обращая внимание на ошарашенного водителя, даю волю своему горю.                                                                                                                                                                                                                                                                                                                        

До этого момента меня очень беспокоило, что у нас с Вадимом нет детей. За долгие двадцать лет совместной жизни мне ни разу так и не удалось забеременеть. А так хотелось ребёночка. Вадим же по этому поводу вообще не парился. Он жил для себя.

Сейчас, когда глаза немного просохли от солёных слёз, благодарю бога, что не дал мне ребёнка от этого придурка.

Стою в уборной на работе и с ужасом смотрю на себя в зеркало. Красные опухшие глаза, светлые волосы растрепаны. Помада размазана. Теперь понятно, почему охранник смотрел на меня во все глаза.

Умываюсь теплой водой и снова поднимаю глаза к зеркалу. Не такая уж я и старая. Морщин ещё нет. Седины тоже. Да, лишний вес имеет место быть. Но не до безобразия. Я просто пышная. Живот не выпирает, бока тоже. Всё гармонично. Чего ж тебе не хватило, придурок!

Расчёсываюсь, подкрашиваю блеском губы и иду на своё рабочее место.

- Ты опоздала, Мир, - Лерка подсаживается ко мне и тихо шепчет, опасливо озираясь по сторонам. – Новый босс – серьёзный, строгий мужик. И он остался недовольным, что глава отдела не почтила его своим присутствием. Иди извинись. Как бы проблем не возникло.

Лерка возвращается на своё рабочее место, а я, глубоко вздохнув, отправляюсь в кабинет к новому боссу.

Стучу в серую офисную дверь и вхожу. За столом сидит мужчина. Довольно привлекательный мужчина. У него темные волосы с легкой сединой и цепкий, внимательный взгляд. На вид новому боссу лет так сорок пять, может больше. Сходу сложно определить.

- Внимательно вас слушаю, - бархатный баритон заполняет помещение.

- Я Вернер Мирослава – начальник отдела продаж. Я сегодня опоздала, но на это была веская причина, я…

- Ваши причины не имеют значения в условиях суровой офисной жизни. Вы уволены!

- Что? Но…

- Обратитесь в отдел кадров. Вас рассчитают и выплатят причитающееся пособие. Всего доброго.

Как же я его сейчас ненавижу! Такой строгий, мама дорога! Уткнулся в бумажки и корону на голову надел.

- За долгие десять лет работы в этой компании я ни разу не опоздала. Работала без нареканий. Можете проверить! - мой голос дрожит и колени подгибаются. Ещё ко всему прочему, не хватало без работы остаться.

- Я уже всё сказал, уважаемая,- босс окидывает меня нечитаемым взглядом и больше не удостаивает вниманием.

- Да идите вы к чёрту! – срываюсь на крик и запускаю в мужчину папки с бумагами, которые в руках держала. Хотела показать ему отчет о проделанной работе. Вчера весь вечер его составляла.

Босс резко встаёт с кожаного кресла. Подходит ко мне близко. Запах дорогого парфюма щекочет обоняние и становится немного страшно, потому что взгляд у мужчины в этот момент жёсткий и бескомпромиссный. Он крепко обхватывает моё предплечье своей огромной лапой и на глазах всего офиса выводит из здания, громко озвучив при этом, чтобы ноги моей больше в этой компании не было.

Сажусь на обочину, закрываю ладонями лицо и не понимаю, как в одночасье может разрушиться жизнь. Значит, вот как люди становятся бомжами! У меня всегда были сбережения, но именно сейчас их нет, только жалкие крохи. Все ушли на подарок «любимому мужу».

- Мира, - Лерка аккуратно теребит меня за плечо. – Никита Сергеевич распорядился принести тебе твои вещи. Почему ты с чемоданом на работу пришла?

- Потому что ушла от мужа, Лерчик, - встаю с бордюра, поправляю узкую юбку, забираю из рук подруги сумку и чемодан.

- Но почему? – доносится мне вслед.

Ничего не говорю, просто ухожу. Иду вперёд. У меня теперь нет ни дома, ни работы. Куда податься? Забредаю в небольшой сквер и устало опускаюсь на деревянную скамейку. Мама далеко – на Дальнем Востоке. Конечно же, она бы приняла меня, и вопросов бы не стала задавать. Но здесь я совсем одна!

Слёз больше нет. Сейчас голову заполняют мысли о выживании. Включаю телефон и штудирую объявления. Нужно срочно снять себе недорогое жильё, а там приду в себя и решу, что делать дальше.

На удивление, мне удаётся снять крохотную студию на окраине города. На неё уходят практически все деньги, которые у меня есть. Покупаю в ближайшем магазине лапшу быстрого приготовления, самый дешёвый чай и одноразовую посуду.

- Добро пожаловать в новую жизнь, Мира! Теперь это твоя реальность.

Машинально поднимаю трубку разрывающегося телефона.

- Ещё не успокоилась? – теперь уже ненавистный голос неприятно заставляет вздрогнуть. – Перестань сходить с ума и возвращайся домой. Я голоден! Хочу сегодня на ужин твоих фирменных голубцов. Я всё переосмыслил и решил, что больше не буду иметь других баб. Только тебя.  Ну так что, Мира?

- Иди в …опу, придурок! – бросаю трубку и валюсь на диван, удивляясь, какой же, оказывается, у меня муж имбецил. Почему раньше я этого не замечала?

Если хорошенько подумать, то переживать особо и незачем. У меня прекрасное образование. Да меня на любую работу с руками и ногами возьмут. Так что всё будет хорошо. А как же! По-другому быть не может! Но почему тогда червячок сомнения гложет душу?

Шесть месяцев спустя

Снимаю всё ту же крохотную студию. Удалось устроиться на работу. Правда, в небольшую и не очень успешную фирму. Да и зарплата отличается. В общем, всё в моей жизни скучно и серо.

Сегодня очень важное мероприятие, на котором я, как секретарь Марии Викторовны – моей начальницы, буду встречать гостей. Для этого специально арендовали банкетный зал в одном из лучших ресторанов города.

Стою перед шкафом и перебираю свои немногочисленные наряды. В нашей семье больше любил наряжаться Вадим. Большая часть гардеробной была занята его вещами. Мои же вещи, когда я уходила от него, поместились в один чемодан.

Останавливаю выбор на платье насыщенного синего цвета. Плотный материал облегает мои пышные формы, делая акцент на достоинствах. Делаю макияж. Укладываю светлые локоны. Ну, красотка же! Будь я мужиком, мимо такой не прошла бы.

За эти долгие шесть месяцев боль от предательства немного утихла. Вадим некоторое время названивал мне, пока я не кинула его в черный список.

Сажусь в такси и через пятнадцать минут я на месте. Подготовка идёт полным ходом. Официанты накрывают столы. Флористы украшают зал композициями из цветов. Я же внимательно читаю список приглашённых, чтобы на мероприятие, не дай бог, не проникли посторонние.

- Мирочка, ты сегодня прекрасно выглядишь! – прибыла Мария Викторовна. Добрая и приятная в общении женщина. Но как руководитель – она жесткая и строгая.

Улыбаюсь на комплимент, пока взгляд не цепляется за знакомую фамилию - Панкратов Никита Сергеевич.

- Мария Викторовна, а он зачем придёт? – тычу пальцем в список, прямо в ненавистное имя бывшего босса, который меня уволил, почем зря.

- Как зачем, Мирочка! У меня есть цель заключить выгодный контракт с их компанией. Это поднимет нашу фирму на ступень выше.

Тогда лучше, если он меня не вспомнит, а то сгорит этот контракт, так и не заключившись. Этого я, конечно, не говорю.

Через некоторое время начинают прибывать гости. Я стою у дверей банкетного зала, чувствуя, как сердце стучит от волнения. Окидываю взглядом последний раз помещение: столы аккуратно накрыты, на каждом из них превосходно оформленные букеты. В воздухе витает легкий аромат свежих цветов. Я уверена, что каждая деталь важна и играет роль в успешности этого мероприятия.

Сначала прибывает делегация из соседнего региона. Они заходят в зал, и я приветствую их с улыбкой, предлагая освежающие напитки. После краткого обмена приветствиями замечаю, как они осматривают обстановку, делая заметки в своих гаджетах.

Прибывают и представители других компаний - наших потенциальных партнеров. Стараюсь быть приветливой, отвечая на все вопросы и обеспечивая гостям комфорт.

- Мира? – до боли знакомый голос заставляет вздрогнуть и разбежаться по коже миллиард неприятных мурашек. – Ты теперь хостес? Совсем опустилась без меня.

Поднимаю взгляд и наблюдаю, как нежно бывший муж обнимает миниатюрную брюнетку с заметно округлившимся животом. Она смотрит на меня свысока, будто я ничего не значащая букашка под её ногами.

- Приглашение, пожалуйста, - вежливо говорю и протягиваю руку.

Брюнетка некрасиво кривится и высокомерно подаёт открытку.

 «Ладина Вероника Матвеевна.  Финансовый директор Лимус групп. Плюс один».

- Мы с Никой ждем ребёнка. Если хочешь, можешь поздравить! – противный бас Вадима как смычком проезжается по моим нервам.

Морщусь, делаю глубокий вдох … и ничего не говорю. Вежливо показываю жестом гостям, чтобы проходили в зал.

Как же хочется сейчас уйти, нет, убежать отсюда, чтобы не видеть эту наглую рожу, которая всеми силами транслирует, как же у него в жизни всё прекрасно. А вот у меня нет. Не прекрасно. Всё печально. Мне сорок лет. Ни детей, ни семьи, ни собственного жилья.
 С Вадимом мы официально разведены уже три месяца. Ему хватило наглости подать в суд на алименты. В последнее время добытчиком в семье была я, а сорокалетний прЫнц лечился от депрессии. Работа в найме, пусть и в хорошей, престижной компании вымотала беднягу. Он потерял вкус в жизни. И я же ведь верила ему, поддерживала! Вяла все заботы на себя. Дурочка! На моё счастье, суд отказал Вадиму.

Квартира и даже машина остались бывшему мужу, который, к слову, до последнего признавался мне в любви, а мне при разводе досталась лишь Бежка – кот породы Скоттиш Фолд. Милейшее создание. Только благодаря ему я не впала в депрессию.

- А у тебя как на личном фронте? Ставлю сто баксов. ты ещё одна. Пожилой женщине тяжело найти пару.

В этот момент мне захотелось плюнуть бывшему в морду. Какой же он всё-таки…мерзкий. Ни за что не признаюсь ему, что прозябаю в одиночестве.

- У меня есть мужчина, Вадим! – смотрю прямо в его лживые глаза. Спутница бывшего мужа нетерпеливо тянет его за локоть, но тот будто не замечает.

- И кто же он?

Мне кажется или в его глазах клубится ревность? Значит, я на верном пути.

- Он крупный босс! А вообще, я не должна тебе отчитываться. Проходите в зал и наслаждайтесь вечером, - отворачиваюсь и полностью сосредотачиваюсь на следующем госте.

- Если твой мужчина важный босс, как ты говоришь, то сегодня он точно должен быть здесь. Все важные шишки придут на этот благотворительный вечер. Ведь это дело чести. Но что-то подсказывает мне, что ты врёшь мне, Мира. Ха-ха-ха! – гад ползучий обнимает за талию Нику и проходит в зал.

Машинально принимаю приглашение следующего гостя и только когда читаю его ФИО, поднимаю взгляд на вошедшего. Моя рука немного дрожит и с силой сжимает открытку. Гнев постепенно нарастает, требуя выхода, но я сдерживаюсь, хоть и не без труда, и натягиваю вежливую улыбку.

- Мирочка! – высокий голос Лерки заставляет вздрогнуть. – Как же я рада тебя видеть! Куда ты пропала? Я звонила тебе, но ты трубку не брала.

Пока подруга не заговорила, я даже не заметила её с ним. С боссом, который так бесцеремонно вышвырнул меня из компании в тот злополучный день. Он кажется мне ещё выше, чем в прошлый раз. Встречаюсь с ним взглядом и в этот раз читаю в его глазах интерес, а не полное безразличие, как в прошлый раз. Он бесстыдно разглядывает меня. Особенно его взгляд задерживается на декольте.

- Рад, что у вас всё хорошо, Мирра! – бархатный баритон звучит громко. Некоторые гости даже поворачиваются в его сторону.

И он так сочно произнес моё имя. Выделил его интонацией, сделал акцент на нем.  Немного удивлена. Сегодня в Никите Сергеевиче нет той холодности и безразличия. Да и гнев мой вмиг улетучился, будто его и не было.

- Проходите, пожалуйста, и наслаждайтесь вечером, - жестом приглашаю гостей в зал.

- Мир. Ну ты чего? – Лерка надувает губы в своей манере.

Никита Сергеевич проходит в банкетный зал, а я шепчу на ухо Лерке, что когда приму всех гостей, мы обязательно поговорим.

Дальше тянется бесконечная вереница гостей. У меня уже скулы болят от напряжения. Никогда столько не улыбалась. Наконец, все по списку прибыли. Можно расслабиться немного. Дальше дело за начальницей.

- Ну и где твой важный босс? Что-то я не вижу его рядом с тобой? – ладонь бывшего мужа ложится на мою талию, и я тут же откидываю её.

- Иди к своей беременной Нике, придурок! И руки свои ко мне не протягивай! Противно же, ну!

- Сучка! – обиженно шипит Вадим. – Да нет у тебя никого! Кто на тебя позарится-то?

Вот же, сволочь! Резко разворачиваюсь, чтобы уйти, и с размаху впечатываюсь в чью-то широкую и твёрдую грудь. Слышу, как Мария Викторовна что-то громко вещает в микрофон, а я всё ещё стою, прильнув к незнакомцу.

- Мирра! – утробно рычит Никита Сергеевич. Интимно так рычит, что меня немного передёргивает от неожиданности.

- Это он? – раздаётся совсем рядом со мной теперь уже ставший неприятным бас бывшего мужа.

- Нет! – отстраняюсь и снова встречаюсь взглядом с так и не ставшим мне боссом мужчиной.

- Этот мужчина досаждает вам, Мира? – горячий шепот касается мочки уха и меня буквально продирает миллиардами мурашек, которые разбегаются по всему телу. – Могу подсобить.

Почему его голос так волнует меня? Так не должно быть. Ведь воспоминания, как он лишил меня средств к существованию, всё ещё свежи.

- Спасибо, Никита Сергеевич. От вас мне точно ничего не нужно! – тоже шепчу ему.

Со стороны, наверное, смотрится, будто мы близки и нежно шепчем друг другу на ушко слова любви. Вот и Вадим тоже так решил и поспешил вставить свои пять копеек.

- Да, нет! Ты из меня дурака не делай? Ты и Панкратов? Это же бред! – и так смешно качает головой, как болванчик, что невольно прыскаю.

Никита Сергеевич тут же кладёт огромную и горячую лапу мне на талию, чем, несомненно, удивляет меня.

- Кто этот несчастный, Мира? Почему ему есть дело до наших отношений? – мужчина наклоняется к моему уху, обжигая нежную кожу. Запах дорогого парфюма бьёт по обонянию и всё! Я уплываю!

- Бывший муж. Именно из-за него я опоздала тогда, когда вы…

Всхлипываю от внезапно нахлынувших эмоций и спешу удалиться в уборную, пока макияж не потёк.

Припудриваю носик перед зеркалом и подкрашиваю губы. Включаю кран, чтобы помыть руки, как открывается дверь и в уборную входит она. Новая, молодая и стройная пассия Вадима.

- Послушайте, эммм, Мира, да? – Ника подходит к соседней раковине. – Не знаю, зачем вы всё это делаете, но Вадим к вам не вернётся! Как бы вы не умоляли! Посмотрите на себя… И на меня!

- И что, по-вашему, я делаю? – поворачиваюсь к брюнетке, а у самой всё кипит внутри.

- Ну как же! Вы специально устроились в этот ресторан, потому что знали, что Вадим сегодня будет здесь. Вы хотели встретиться с ним и…

- Какая же вы дура, Ника! Вы стоите друг друга!

- Да как вы… - негодяйка замахивается на меня, но я с легкостью успеваю перехватить её тоненькое запястье и аккуратно отбросить его. Всё-таки женщина беременна, не хотелось бы навредить ей. В другой ситуации Ника отхватила бы от меня оплеуху. Крепкую. Такую, от которой бы на её ухоженном личике красовался бы синяк.

- Говорю в первый и последний раз, Ника! У меня нет цели вернуть Вадима! Мало того, век бы его не видела! Живите счастливо и забудьте обо мне! А я забуду о вас!

- Тогда почему вы весь вечер пристаёте к Вадиму с разговорами? – не унимается брюнетка.

- Всё наоборот, Ника, наоборот.

Больше ничего не говорю. Просто ухожу. Сажусь за свободный столик в надежде послушать речь начальницы, но, видимо, не суждено. Ко мне подсаживается Никита Сергеевич и смотрит на меня так внимательно, и в глазах его огоньки загораются. Опасные огоньки. Что же вам от меня нужно, Никита Сергеевич?

- Будьте моей невестой! – гремит Панкратов, а позади меня падает и разбивается бокал.

 ***

Оборачиваюсь и наблюдаю, как сверкают яростью некогда любимые глаза Вадима. Сейчас же смотреть в них не могу. Отворачиваюсь и впиваюсь взглядом в совершенно другие глаза - цвета морской волны.

- Что вы пили, Никита Сергеевич? – хочу встать из-за стола, но горячая ладонь крепко хватает меня за запястье.

- Я абсолютно трезв, Мира! Прошу, выслушайте меня! – его тон требовательный, он не просит – приказывает.

Какой наглец. Присаживаюсь обратно, интересно, что он скажет.

- Я не прошу вас быть моей настоящей невестой. Просто притворитесь ею, - эти слова Никита говорит тихо, практически шепчет, наклонившись ко мне близко.

Его дыхание касается моей щеки, и я вспыхиваю. Надо же – не думала, что почувствую это снова. Волнение. Определённо, Никита Сергеевич волнует меня. Нужно бежать от него, сверкая пятками.

- Притвориться? – выдергиваю свою руку из огромной горячей ладони. – Зачем это вам? В любом случае, можете не отвечать, потому что мне ваше предложение не интересно!

Краем глаза наблюдаю, как Ника тащит на выход за руку Вадима, который заметно упирается и не сводит с меня взгляда. Такого злого, прожигающего и ревностного. Отворачиваюсь, потому что мне всё ещё больно. Больно видеть его с другой.

- И всё же я отвечу! -  Никита снова кладет свою ладонь на моё запястье и начинает поглаживать его, запуская табун мурашек. – Нашей компании необходимо заключить контракт с одним арабом. Он ревностно чтить традиции своей страны и с холостым, пусть даже очень надежным и порядочным партнером даже разговаривать не будет. Поэтому мне и нужна невеста, а лучше жена. Вы идеально подходите на эту роль, Мира!

- Какой бред! Мой ответ – нет, Никита Сергеевич. Всего доброго! – встаю и одариваю мужчину своим фирменным холодным взглядом.

- Сядьте, Мира! – его командирский тон приколачивает меня к месту. Вот это аура. Не зря он в начальниках ходит. Не зря. - Если согласитесь, возьму вас обратно на работу на ту же должность.

- Не интересует. У меня есть работа.

- Если не ошибаюсь, в компании Марии Викторовны? Она давно хочет заключить контракт с нашей компанией. Могу всё устроить, если не откажетесь мне помочь.

- Опять мимо, Никита Сергеевич. На моей зарплате никак не отразится, заключит ли с вами контракт Мария Викторовна или нет. Мне всё равно!

- Вот как? А если я устрою ваше увольнение?

- А это уже низко! – немного повышаю голос, и гости с соседнего столика оборачиваются на нас. – Зачем вам именно я? – говорю тише. - В море много рыбы! Любая другая с удовольствием подыграет вам.

- Не хочу другую. Хочу вас! – его слова звучат так двусмысленно, что я теряюсь. Не нахожу что ответить. Только хлопаю ресницами и открываю рот как рыбка.

А этот очаровательный гад смотрит мне прямо в глаза и ухмыляется. Прямо в душу смотрит. Так уверен в себе, будто читает мои мысли и точно знает, о чем я думаю.

- Я могу сделать так, что вас ни в какую приличную компанию не возьмут. Вы знали, что существует чёрный список сотрудников? Мне не составит труда вас туда внести.

- Какой же вы…

- Подумайте трижды, прежде чем сказать то, что сейчас крутиться в вашей красивой головке, Мира. Я не мальчик для битья, которого можно оскорблять безнаказанно. Соглашайтесь. Вы только выиграете от этого. После того как всё закончится, сможете вернуться к своей работе у Марии Викторовны, либо работать у меня. Решите сами. Плюс ко всему, готов выплатить вам премию, ну, скажем, в двести тысяч. Устроит?

- Пятьсот, - начинаю кашлять, удивляясь своей наглости.

- Договорились! – Панкратов протягивает мне руку.

Пожимаю горячую ладонь, скрепляя устный договор.

- После благотворительного мероприятия поедем ко мне в офис и заключим контракт.

- Контракт? – округляю глаза и отпиваю немного шампанского из бокала.

- Да, контракт. Люблю порядок во всём.

Расходимся на время. И какой чёрт дёрнул меня согласиться на эту аферу? Пятьсот тысяч не лишние, да и не хочется снова остаться без работы. Ведь Панкратов легко может внести меня в чёрный список. Точно может. Совести у этого мерзавца совсем нет. Притворюсь его женой ненадолго, получу свой профит, и разойдёмся с миром.

Аукцион длится так долго. Лотов много. И когда они, наконец, все раскуплены, выдыхаю с облегчением. Уже так хочется нырнуть в свою постельку, вытянуть ноги и забыться в сладком сне, но Панкратов взглядом напоминает, что у нас на сегодня ещё есть одно незаконченное дело.

В офис, которому я отдала десять лет жизни, мы добираемся быстро. Благо дороги свободны, потому что уже глубокая ночь. Машинка у Никиты зачетная -  дорогущая чёрная иномарка с тонированными стёклами.

Успеваю немного вздремнуть, пока Никита Сергеевич составляет контракт. Внимательно читаю его, и над некоторыми пунктами хочется смеяться.

- Целовать вас в губы на прощание? Серьёзно? Это уже слишком! Я не подпишу!

- Только в присутствии потенциального партнёра-араба! – мягко поёт Панкратов.

- Значит, добавьте это в контракт.

- Добавлю. Всё должно выглядеть правдоподобно.

- Добавьте ещё один пункт, Никита Сергеевич. Никакого интима. Вы меня не склоняете.

- Даже не думал об этом, Мира, - мужчина смотрит на меня так, что я его словам вообще не верю. Лучше всё-таки вписать этот пункт в контракт, на чем и настаиваю.

 ***

В целом мире для меня

Нет прекраснее огня,

Что горит в твоих глазах,

Растворяя боль и страх.

Словно утренний рассвет,

Даришь мне тепло и свет.

Каждый миг с тобой бесценен,

Я любовью окрылён.

Сердце бьётся всё быстрей,

Рядом с нежностью твоей.

Ты мой ангел, моя муза,

Крепче нет для нас союза.

Уже глубоко за полночь. Последний раз читаю контракт. Спорные пункты откорректированы. Например, поцелуй в губы заменён на поцелуй в щёку. Прикосновения строго по регламенту и только в присутствии араба.

Подписываю контракт и достаю телефон, чтобы вызвать такси, и тут вспоминаю про пункт номер двенадцать, в котором говорится, что в позднее время Никита лично отвозит меня домой и провожает до самой двери. И да, мы перешли на «ты». Всё-таки муж и жена на «вы» не общаются.

- Завтра на приёме у Левицкого состоится наше знакомство с Гаяром Аль Амином. Контракт с ним выведет нашу компанию на совершенно другой уровень. Стоит ли мне говорить, что на этом вечере нужно выглядеть эмммм … презентабельно?

- Что ты имеешь в виду? Сегодняшний мой внешний вид разве не соответствует? – говорю устало. Смертельно хочется спать.

- Ты прекрасно выглядишь, Мира. Я говорю о брендовой одежде и драгоценностях.

- Коих у меня нет. Уж извини. Если хочешь, чтобы я выглядела, эммм…презентабельно, придётся раскошелиться.

- Ха-ха-ха! Не вопрос! Деньги поступят на твой счёт утром. До встречи, Мира! – и высокомерно так взмахивает рукой, намекая, чтобы я покинула кабинет.

- Двенадцать! – громко говорю и остаюсь стоять, только каблучком нетерпеливо постукиваю.

- Не понял! – гремит Панкратов и смотрит на меня взглядом недобрым.

- Пункт номер двенадцать контракта, который мы составили с тобой только что. Прочти.

Мужчина пробегается взглядом по своему экземпляру и хмыкает, проводя рукой по волосам.

- Далеко живёшь? – встаёт из-за стола и берёт в руку ключи от автомобиля.

Загадочно улыбаюсь, кокетливо поправляю причёску, заметив краем глаза, как меняется взгляд голубых глаз.

- Нет, что ты. За пару часов справишься. Хотя дороги сейчас свободные, может и быстрее.

- Мира! – грохочет Никита.

- Контракт есть контракт, - развожу руки в стороны.

- Говори адрес! – шипит мужчина.

- Щербакова пятнадцать, - надеваю на плечо сумочку и выхожу из кабинета.

- Это на другом конце города! Какого чёрта, Мира! Моё время бесценно! Время – деньги! Не могла сказать об этом, когда контракт составляли?

- Могла! Но не стала! Смею заметить, что эта афера нужна тебе! Не мне! Так что садись за руль и вези, извозчик!

- Мирра! – рычит Панкратов и надвигается на меня, словно бульдозер, и тормозить не собирается.

Пячусь назад, пока в стену не упираюсь. Никита резко хватает меня за руки, поднимает их к верху и прижимается ко мне всем телом. Ощущаю, как его пальцы крепко сжимают запястья, и моё сердце бухает в груди как барабан. Вдыхаю его аромат — смесь свежести и ещё чего-то приятного, и это ох как будоражит мои мысли. Время останавливается. Чувствую, как его дыхание касается моего лица. Я не знаю, что будет дальше, но сейчас чувствую себя уязвимой и защищённой одновременно. Все сомнения и страхи сливаются в одно, растворяясь в мгновении, когда его губы почти касаются моих.

- Такая дерзкая! – горячий шепот обжигает нежную кожу моей щеки, и меня буквально прошибает электрическим током. – Была бы моей, наказал бы! – его большой шершавый палец проходится по щеке, нижней губе и останавливается на бешено бьющейся жилке на шее.

- С-семь! – хриплю. Мой голос, видимо, испугался и спрятался.

- И что там, в седьмом пункте? – Панкратов отстраняется и отпускает мои руки.

- Никаких прикосновений и поползновений в мою сторону. Играем только на публику! – потираю запястья и поправляю немного задравшийся подол платья.

Долгую дорогу домой проводим молча. Никита задумчиво ведёт машину, и я благодарна ему за это. Сейчас не хочется никаких разговоров.

Уже стоя под теплыми струями воды, вспоминаю момент в офисе и вспыхиваю. Нужно держаться от него подальше, иначе Панкратов найдёт дорогу к моему израненному сердцу. Этого нельзя допустить.

Утром вызваниваю Лерку. Сегодня суббота, а значит, у неё выходной. Мне её помощь нужна как воздух. Ничего не смыслю в брендовых шмотках. Деньги уже на счету, времени мало, а познаний в моде ноль.

- Поезжай в торговый центр, тот, который ты всегда десятой дорогой обходила. Да, да, тот, в котором комплект нижнего белья стоит как твоя месячная зарплата.  Встретимся через полчаса, не опаздывай, - сонно хрипит Лерка и бросает трубку.

А почему, собственно, и нет! Деньги то не мои! Потрачу их от души!

Через полчаса любуюсь сверкающими витринами с роскошной одеждой и аксессуарами. Каждый шаг по художественно оформленным пространствам открывает передо мной новый для меня мир моды и стиля. Замираю перед одним из бутиков, где на манекенах выставлены последние коллекции известных дизайнеров. Чувствую себя деревенщиной. Чтобы мне не говорили, но такое я не надену.

- Идеальный наряд, если ты собираешься выступать в кабаре! – Лерка обнимает меня за плечи и уводит в сторону от витрины с дивными платьями, щедро украшенными рюшами и воланами. – Рассказывай. К какому мероприятию я должна тебя подготовить и на какую сумму рассчитывать.

Всю правду я Лере не рассказываю, но и небылиц не придумываю. Сказала, что Панкратов пригласил меня составить ему компанию на сегодняшнем вечере у Левицкого и велел выглядеть соответствующе, закинув деньги мне на карту.

- Между вами что-то есть? – подруга подмигивает мне и заводит в бутик.

- Конечно, нет. Не говори глупости. Просто помогаю ему по доброте душевной.

Аромат свежесваренного кофе бьёт по обонянию. Вокруг меня покупатели, в основном богатые дамочки. Ощущение, будто они у одного пластического хирурга обслуживаются. Одинаковые носы, идентичные губы, высокие острые скулы.

Мой взгляд цепляется за великолепное платье. Оно так красиво сияет при искусственном свете. Лерка тоже смотрит на него, потом на меня. Затем просит продавца принести мой размер, и мы идём в примерочную. Когда смотрю цену, начинаю икать. Откуда такой ценник? Оно что, из алмазов сделано? Но сидит платьице на мне, конечно, потрясающе. Подчеркивает достоинства и скрывает недостатки. Дорогое, дизайнерское, благородного красного цвета. Оно шикарное.

Если платье выбрали быстро, то на покупку аксессуаров уходит более двух часов. Сумочка, туфли, колье, серьги, пара колец – всё это вмиг опустошает ещё с утра пополненный счёт.

Смотрю на себя в зеркало в последний раз перед тем, как спуститься во двор. Никита уже ждёт меня. Красное дизайнерское платье сидит на мне идеально. Легкая струящаяся ткань приятно касается кожи, а неглубокое декольте притягивает взгляд.

Лерка настояла на том, чтобы прическу и макияж мне делали профессионалы. Это длилось так долго, что я едва успела к назначенному времени. Но зато результат стоит того. Глаза выглядят особенно выразительными за счёт аккуратных стрелок, а помада в тон к платью делает мои пухлые губки более чувственными.

Волосы, уложенные волнами, красиво ниспадают на плечи, добавляя образу романтичности и лёгкости. Я прямо залюбовалась собой в зеркале. Никогда не видела себя такой. Мне всё нравится: платье, макияж и прическа. Чувствую себя уверенной и стильной, готовой весь мир покорить.

Выхожу из подъезда и наблюдаю, как Панкратов ходит возле своей навороченной тачки и по телефону с кем-то разговаривает. Расправляю плечи и медленно иду в его сторону. А с каким упоением я лицезрею, как мужчина фокусирует свой взгляд на мне и перестает разговаривать! Его глаза жадно изучают моё лицо. Мужской пристальный взгляд заставляет смущаться. Чувствую, как на щеках зреет румянец. Хорошо, что Никита не увидит его за слоем тонального крема.

- Ты сногсшибательна, Мира! – голос Панкратова звучит так бархатно в этот момент, и эти утробные низкие вибрации приятно откликаются в моем сердце.

Так стоп, Мира! Не вздумай поддаться его обаянию. Все мужики самцы, другими словами, бабники. Лучше быть одной, чем вместе с кем попало!

Киваю на комплимент и сажусь на переднее сидение. Всю дорогу до резиденции Левицкого Никита бросает на меня пламенные взгляды. Сказать, что мне неприятно его внимание – значит солгать самой себе в первую очередь. Приятно и даже очень. Я снова чувствую себя женщиной. Желанной женщиной. И это так будоражит! Я взволнованна. Даже ладошки вспотели.

- Ну что, с Богом, жена! – Панкратов берёт в свою огромную горячую ладонь мою руку и прикасается губами к ладони, с шумом втягивая в себя воздух.

Ох, как же меня подкидывает! Сердце на секунду останавливается, а потом как заходится, да так бешено, что дышать становится трудно. Приходится себе столько мысленных оплеух надавать, чтобы в себя прийти, что голова на самом деле немного болеть начинает.

Аккуратно вытягиваю свою ладошку из сильных мужских пальцев и выхожу из машины. Жадно вдыхаю свежий воздух, и становится немного легче.

- Ты в порядке? – на обнажённое плечо ложится тяжёлая ладонь, и кожа моя многострадальная тут же мурашками покрывается. – Не волнуйся, жёнушка, всё хорошо будет! Пойдём в дом, а то вон совсем замерзла.

Панкратов обнимает меня за талию, целует в щёку и буквально на буксире тащит в шикарный особняк Левицкого, потому что ноги мои будто одеревенели и передвигаться совсем отказываются.

Никита передаёт ключи от автомобиля шустрому парнишке в смокинге и отдаёт приглашение очень красивой девушке на входе в дом. Она так призывно стреляет глазками в Панкратова, но тот даже глазом не ведёт. Всё его внимание на мне сосредоточено. Странно! Очень странно! Ведь это он играет? В роль так входит? Что-то я совсем запуталась! Боже, куда я вляпалась?!

- Никита, дружище! Когда узнал, что ты женат, чуть шампанским не поперхнулся! – мужчина, высокий и довольно симпатичный, с усердием хлопает Панкратова по плечу и улыбается так широко, что я слепну от его улыбки белозубой.

- Мира, дорогая, познакомься! Это тот самый Левицкий Артем Игоревич, о котором я так много тебе рассказывал! – Никита снова целует меня в щёку, и я расплываюсь в довольной улыбке.

- Рада познакомиться, - протягиваю руку мужчине, чтобы он пожал её, но Левицкий подносит мою ладонь к губам и оставляет на тыльной её стороне быстрый поцелуй.

- Ха-ха-ха, угомони своего зверя, друг! Не собираюсь я твою жену соблазнять! – Артем Игоревич идёт встречать следующих гостей, а я смотрю на лицо Панкратова.

Взгляд его в этот момент молнии мечет. Чего это он? Я что-то не так сделала?

Осматриваюсь. Атмосфера, конечно, восхитительная. Ещё шагая по дорожкам, выложенными камнем, заметила, как со вкусом составлены цветочные композиции, обрамляющие входные двери. А сам интерьер дома поражает своим стилем: потрясающие люстры из хрусталя сверкают под мягким светом, а стены украшены картинами известных художников. Вокруг меня элегантные дамы и очаровательные мужчины, и чувствовать себя частью этой удивительной атмосферы довольно приятно.

Звучит лёгкая живая музыка. Никита всё ещё обнимает меня за талию. Его ладонь такая горячая, что, кажется, там уже ожог образовался.  

- Видишь его? – Панкратов наклоняется к самому уху, практически касаясь губами мочки. – Он наша цель!

 Никита обхватывает пальцами моё лицо и аккуратно поворачивает в нужном направлении. Слишком много прикосновений! Как не сойти с ума, мамочки! С трудом сосредотачиваюсь и всё-таки, пусть и не без усилия, освобождаюсь из жарких объятий Никиты, чем вызываю недовольное ворчание. Араба я сразу узнаю: по смуглой коже, по его одежде, по окружающим его женщинам в красивых платках.

- Помоги мне, Мира, и я в долгу не останусь, - шепчет Никита и снова сгребает меня в объятия. - Если мы заключим с ним контракт сегодня, я удвою, нет, даже утрою твой гонорар!

- Ну так вперёд, муж!

- Муж? – ставший противным голос Вадима заставляет меня сморщиться. – Ты уже и замуж успела выскочить?! Вот тебе и вся любовь!

 ***

 Ты ворвалась в жизнь мою,

Словно песня соловья.

Я в глазах твоих тону,

И дышу едва-едва.

Каждый взгляд и каждый вздох

Вызывают в сердце трепет.

Наш с тобой волшебный слог

Чувства бережно лелеет.

Пусть летят вперёд года,

Нежность нашу не остудят.

Будем вместе навсегда,

И пусть так и дальше будет.

Раздражение неприятно теребит нервы. Бывший муж бесит меня. Почему бы ему не оставить меня в покое? Век бы глаза мои его не видели и его беременную пассию тоже. Она же вон меня прямо взглядом убивает.

Приникаю ближе к Никите. Он понимает меня правильно и снова целует в щёку. Невольно улыбаюсь и слышу, как скрипит челюсть Вадима. Ника шипит на него, а он только отмахивается от неё, как от назойливой мухи.

- Пойдём, выйдем и поговорим, Мира! – чувствую едва сдерживаемый гнев в голосе предателя. – Мне есть, что тебе сказать.

- Ты уже всё мне сказал и показал, Вадим! Постарайся не показываться на глаза. Ты мне противен!

Панкратов нежно обнимает меня за талию и уводит прочь от этой неприятной компании. В спину нам правда летит отборный тихий мат, но меня это уже не трогает.

Мы подходим к компании, где араб окружён со всех сторон бизнесменами, надеющимися как-то привлечь к себе его внимание.

- Позвольте представить вам свою жену, Гаяр! – Панкратов буквально расталкивает своими широкими плечами коршунов, налетевших на добычу.

- О-о-о, Никита! – Гаяр раскрывает свои объятия и по-мужски приветствует моего босса.

Араб переводит свой взгляд на меня и подмигивает. Эх, какой наглец. Улыбаюсь на его шалость.

- У вас красивая жена, Никита. Такая сочная! Если бы она не была вашей, забрал бы себе, окружил роскошью и осыпал бы золотом. Берегитесь, Никита! Такие женственные формы многих мужчин сводят с ума. За ней нужен глаз да глаз. Как зовут вашу красавицу?

- Мира! – подаю голос и сильнее жмусь к Никите, потому что мне становится неуютно под откровенно раздевающим меня взглядом араба.

- И голос как мёд. Вся такая сладкая! Ты сделал правильный выбор, друг. Одобряю. Прошу, присоединяйтесь к нам на сегодняшнем вечере.

- Ты выбрал меня на эту роль неслучайно? – шепчу, когда мы оказываемся подальше от Гаяра.

- Само собой! Всё поняла уже?

- Я не стану соблазнять араба! Так и знай! Тебе стоило взять на эту роль женщину из эскорта, а я порядочная, понятно? – отстраняюсь и подхожу к столику, чтобы взять бокал с вином.

- Тише, тише, тигрица. Не нужно никого соблазнять. Гаяр порядочный семьянин. Да, я знаю, что ты в его вкусе. Ты здесь, чтобы служить усладой для его глаз. И для моих… - последние слова он шепчет мне прямо в ухо, запуская миллиард мурашек, от чего бабочки в моём животе трепещут. – Первый шаг уже сделан. Гаяр пригласил нас провести вечер вместе, значит, заинтересован в нашем обществе. Мне бы не удалось этого без жены. Осталось дело за малым.

Уже сидя за круглым, богато сервированным столиком, где расположились - сам Гаяр, его две красавицы жены, хозяин вечера Левицкий, я с Никитой и ещё один мужчина, иногда бросающий в нашу с Никитой сторону серьёзные взгляды.

- Кто он? – шепчу Панкратову на ухо и отправляю в рот оливку, фаршированную чем-то очень вкусным.

- Михаил - личная охрана Гаяра. Серьёзный мужик, я тебе скажу. Он работает с Гаяром только в России. Лучше поцелуй меня, Мира. Видишь, как смотрит? Нужно убедить его, что мы опасности для его босса не представляем.

Послушно целую мужскую щетинистую щёку и, чтобы скрыть смущение, отпиваю из стакана сок. Обхожу вниманием вино и шампанское, потому что в голове уже немного зашумело. Не хочу быть пьяной.

- Очень приятно смотреть на двух любящих людей. Искры между вами и меня зажигают. Ощущение, будто между вами всё только начинается. Но на самом деле, это же не так? Сколько лет вашему браку.

- Два! – быстро находится Никита. – Два года назад мы с Мирой объединили наши судьбы священным союзом. Да, Милая?

И целует меня. Целует прямо в губы! От шока застываю на месте и позволяю ему полностью свести себя с ума. Смотрю на Панкратова ошарашенно, когда он отстраняется.

- Прошу, Мира, приди в себя, иначе нашему обману придёт конец! - наглец гладит меня по волосам и улыбается широко, довольный, как кот, получивший свою сметану.

- Да, милый! – наступаю каблуком на ногу Панкратову и с упоением наблюдаю, как меняется выражение его лица. – Это был самый счастливый день в моей жизни.

Никита сжимает моё запястье, наклоняется к моему уху и шепчет тихо, опаляя горячим дыханием тонкую кожу шеи:

- А за это будешь наказана, Мира!

- Хотел бы поговорит с Вами наедине, Никита! Знаю, ваша компания занимается поставками нужного мне сырья. Как раз ищу поставщика. И насчёт вас я уже получил отличные рекомендации.

- Можете поговорить в моём кабинете, - Левицкий указывает рукой в сторону красивой резной двери.

- Ты не против, милая? – снова поцелуй.

- Иди, солнышко! – пою медовым голоском и ещё поцелуй воздушный посылаю.  

Мне уже кажется, что Панкратов целует меня не для дела, а для удовольствия собственного. Хотя, если честно признаться, я получаю не меньше удовольствия. Ну, а что! Мужик он видный, приятный. Почему бы и… да! А за «солнышко» он мне ещё припомнит. Мягким местом чувствую – припомнит. И интуиция подсказывает, что его наказание мне понравится. В животе разливается жар от невероятного предвкушения. Выхожу на улицу, чтобы немного проветрится.

- Прости меня, Мира! Давай забудем всё! Я соскучился. Ну, погуляли немного и будет. Пора и честь знать.

Смотрю на Вадима, как на полоумного.

- Ты мне сейчас предлагаешь, что сойтись? – обнимаю себя за плечи, холодно.

- Именно! – твёрдо произносит бывший муж, приближаясь ко мне вплотную. – Возвращайся, Мир! Я же люблю тебя. Ты мне родной человек. Страдаю я.

- Страдаешь? – говорю немного громче. – А как же Ника и твой будущий ребёнок?

- Ты же знаешь, я не хочу детей. Сама воспитает. Не она первая, не она последняя.

- Ну ты и сволочь! – шиплю, обходя Вадима по касательной, но ему всё равно удаётся схватить меня.

Он вжимает так сильно меня в свою грудь, что невозможно дышать. Трепыхаюсь, а что толку. Мужчина сильнее.

- Поехали, Мир! Ну, будет! Перестань вертеться. Дома я подарю тебе сумасшедшую ночь. Сделаю всё, что тебе нравится. Даже то самое. Люблю тебя, слышишь. Ну, прости. Прости! – некогда любимые губы утыкаются в шею, а меня прошибает от отвращения.

Стараюсь освободиться, но тиски лишь сильнее сжимаются. Что же делать? И Никита не поможет. Переговоры с Гаяром, скорей всего, не закончатся в ближайшие минуты. Значит, нужно выкручиваться самой. И где Ника? В её бы присутствии Вадим не стал бы приставать ко мне. А мужчина тем временем тащит меня на выход из шикарной резиденции.

- Отпусти меня, Вадим! Я с тобой никуда не поеду. Мы в разводе, помнишь? Не отпустишь, заявлю на тебя в полицию за домогательство.

Тиски слабеют, и мне удаётся освободиться. Вадим всегда боялся запятнать свою кристально чистую репутацию. Трус!

- Сучка! Думаешь, ты нужна Панкратову? Он поюзает тебя и кинет. Потом приползешь ко мне на коленях, а я пну тебя как побитую шавку. Слышишь? Как шавку!

- Прощай, Вадим! Надеюсь, больше не свидимся! – возвращаюсь в дом.

Слава богу, бывший муж не идёт за мной. Уже хорошо! Остаток вечера проходит спокойно. Никита всё обсудил с Гаяром. В понедельник у них встреча в офисе. Будут подписывать договор. А это значит, моя миссия выполнена. Становится немного грустно и тоскливо.

- О чём задумалась, красавица? – Панкратов открывает передо мной переднюю дверь автомобиля, и я устало плюхаюсь на мягкое кожаное сидение.

- Просто устала.

- Понимаю. Я тоже. До тебя ехать очень долго, а мой дом недалеко. Сегодня ночуешь у меня.

- Нет! – восклицаю, поправляю причёску и смотрю в яркие голубые глаза напротив. – Если ты устал, поеду на такси.

- Ну уж нет! Одну я тебя не отпущу! Не переживай, Мира! Я не насильник. На честь твою и достоинство не посягну. Обещаю. Ну, правда, устал! В таком состоянии опасно ехать далеко. Вдруг задремаю по дороге. Переночуешь в комнате для гостей. Тебе будет комфортно.

- Ну, ты и фрукт! – бурчу, откидываясь удобнее на сидении.

Дом Никиты и в самом деле недалеко. Едем минут пятнадцать, не более. Дом, конечно, не такой шикарный, как у Левицкого, но тоже ничего. Два этажа. Небольшой, но уютный. В нем всё так по-домашнему. Небольшая гостиная с мягким диваном, на котором лежит аккуратно сложенный лёгкий плед. Угловой столик рядом с ним служит идеальным местом для чашечки чая.

 Здесь нет ничего лишнего, все продумано до мелочей. На стенах висят картины. Останавливаюсь, чтобы рассмотреть одну из них, которая чем-то зацепила мой взгляд.

- Нравится? – бархатный баритон звучит совсем рядом.

- Очень, - любуюсь великолепным морским пейзажем.

- Это мой друг нарисовал. Он лучший маринист нашей страны. Кофе будешь?

- Нет. Иначе не засну.

Мягкий свет, тихий голос, который звучит так интимно. Всё это влияет на меня, расслабляет. Неосознанно откидываюсь на широкую мужскую грудь и прикрываю глаза. Как же приятно, спокойно, хорошо! Теплая мужская ладонь ложится на талию, горячие губы приникают к шее. Сердце в груди мужчины стучит часто, в такт с моим.

Никита разворачивает меня к себе и целует в губы. И поцелуй этот такой нежный, мягкий, ненавязчивый. Шершавые пальцы гладят мои плечи. Как же мне этого не хватало! Мужского внимания! Но ведь это не по-настоящему. Мы просто поддались приятной атмосфере. Нельзя! Нельзя пускать Никиту в своё сердце. Больше не хочу, чтобы оно разбивалось. Это больно!

Отстраняюсь и разворачиваюсь.

- Я не буду извиняться за поцелуй, Мира! – горячее дыхание опаляет шею, сводит с ума. – Я с большим удовольствием повторю его, когда ты будешь готова. Пойдём, покажу тебе комнату, где ты сможешь отдохнуть.

Поднимаемся на второй этаж молча. Комната, в которой буду ночевать, небольшая, но со вкусом обставленная. В доме у Панкратова так чисто! Не сам же он прибирается! Скорее всего, клининг.

- Сейчас принесу тебе свою футболку, чтобы спать было удобнее. Ванная напротив, полотенце возьмёшь в шкафчике под раковиной.

Киваю на его слова. Я смущена. Буду ночевать в доме у едва знакомого мужчины. Уже лёжа в шикарной ванной в теплой воде с пышной пеной, вспоминаю наш поцелуй и вспыхиваю. Жаль, что эти мгновения так мимолётны. Сегодня он целуется со мной, а завтра переключится на другую. Нет уж! Не хочу быть одной из многих. Утром распрощаемся с ним. Навсегда!

Сон долго не шёл сегодня ночью. Последние события никак не хотели покидать мою многострадальную голову. Если бы знала, что ждёт меня утром, постаралась бы заснуть пораньше.

Просыпаюсь от настойчивого стука в дверь. С трудом разлепляю глаза и не сразу понимаю, где нахожусь. Проходит примерно минута, пока я прихожу в себя.

- Входи! – поправляю одеяло на бедрах.

В комнату входит Никита, такой домашний, красивый. На нём шорты и футболка. Невольно залипаю. Его мышцы четко очерченные и натренированные, словно созданные для того, чтобы восхищать. Я не могу оторвать взгляд от его широкой груди, которая поднимается и опускается в ритме дыхания. Его рельефный пресс проступает даже сквозь футболку.

- Мира! - шепчет Панкратов. – Моя мама приехала!

- И! – говорю громко. Зачем мне шептать.

- Притворись моей девушкой, прошу!

- Опять? Зачем? – тру глаза, чтобы убрать вдруг возникшую пелену.

- Левицкий уже доложил ей, что я женился. Она не поймёт нашего с тобой обмана. Не те взгляды. Мама старой закалки.

- Какой-то бред! Зачем притворяться перед родственниками? Просто расскажи ей всё как есть!

- Нет. Нельзя. Мама не должна расстраиваться. Она недавно пережила онкологию. Мама уверена, что я самый честный мужчина на земле, и очень огорчится, узнав, что это не так. Зачем ей лишний стресс? Ты же взрослая, Мира. И, конечно, знаешь, что от стресса все болячки.

- И всё равно это бред. Мы же не в мыльной опере снимаемся. Разве для неё не будет стрессом узнать об обмане позже? Ведь мы не будем притворяться вечно!

- Потом просто скажем, что не сошлись характерами и расстались. Мира, прошу, помоги! Проси, что хочешь! – Никита садиться на постель, и теперь его глаза на уровне моих.

- Уверен? – мужчина наклоняется ко мне близко, и я буквально вжимаюсь в бархатное изголовье кровати.

- Ты такая красивая, - шепчет с придыханием, а меня от его слов прошибает электричеством. Чувствую каждую свою клеточку. – Может, и не нужно будет расставаться.

- Что? – теперь уже шепчу я.

- Никитушка! Где ты, сыночек! Вот ты где! Ох! Она здесь? – в комнату заглядывает маленькая пожилая женщина с пучком на голове и в больших круглых очках с верёвкой, соединяющей дужки.

- Прошу, Мира, помоги! В долгу не останусь!

Не могу поверить, во что превратилась моя жизнь. В чёртов сериал! Из меня актриса так себе! Мама сразу раскусит наш обман. Я не умею лгать!

- Познакомься, мама! Это Мира – моя невеста! – торжественно объявляет Панкратов, а мне хочется треснуть его.

- Мира, это моя любимая мама – Маргарита Петровна.

- Может, дадим Мире время одеться и в порядок себя привести? Для женщины это очень важно, – женщина заговорщицки подмигивает мне и за руку уводит Никиту из комнаты.

Я сейчас ей так благодарна. Мне просто необходимо привести мысли в порядок.

- Мы ждём тебя на кухне, милая! – доносится сквозь дверь волнующий меня баритон Никиты.

Умываюсь, причёсываюсь, немного подкрашиваюсь. Благо в моей маленькой сумочке имеется всё необходимое. Мне ничего не остаётся, как надеть на себя вчерашнее красное вечернее платье.

- Ох! – взмахивает руками Маргарита Петровна, когда я лебёдушкой вплываю на кухню. К слову, очень стильно обставленную кухню.  – С самого утра, да при наряде! Если это ради меня, то не стоило так стараться. Я человек простой, - женщина окидывает меня нечитаемым взглядом и возвращается к оладьям, которые жарит.

- Ты мне ответишь за это! – шиплю на ухо Никите, когда оказываюсь рядом с ним.

- Отвечу! За всё отвечу и расплачусь! – Панкратов обнимает меня за плечи и целует в щёку.

- Как вы познакомились? – Маргарита Петровна наливает в пиалу варенье и красиво выкладывает оладьи в белое блюдо.

- В офисе, когда ваш сын увольнял меня.

- Мирра! – рычит мне на ухо Панкратов.

Незаметно снимаю его наглую руку со своей талии.

- Это чтобы вы могли быть вместе, дорогая. У Никиты есть незыблемое правило – никаких романтических отношений на работе. Не знала?

- Не знала, - удивлённо говорю, уставившись на мужчину.

- Это правда, дорогая. Всё, чтобы быть с тобой.

Врёт и не скривится. Сглатываю, отодвигаюсь подальше от наглого лжеца и отпиваю вкуснейший кофе из чашки любезно поданной мне Маргаритой Петровной.

- Кушайте оладьи, молодёжь. Для вас старалась.

Оладьи оказались достаточно вкусными, чтобы я умяла штуки четыре. Собралась же правильного питания придерживаться. Эх! Уж очень они аппетитно выглядят, чтобы отказываться. Видимо, всё же не сегодня начну худеть. Завтра. Точно завтра. Чтобы не случилось, завтра ем только диетические блюда.

- Мира красивая. Правда, мама! – получаю неожиданный поцелуй  в нос и начинаю смеяться.

- Красивая, красивая! Главное, чтобы тебе нравилась.

- Нравится! Очень нравится!

Перестаю смеяться и смотрю в красивые голубые глаза. Ведь они не врут! Я действительно нравлюсь ему? Ещё и вчерашний поцелуй. Я сбита с толку!

- Хочу домой, - встаю из-за стола и поправляю платье.

- Я ни за что тебя не отпущу, - восклицает Маргарита Петровна. – Пока не познакомлюсь с тобой поближе.

- Я не могу так, - шепчу Никите, когда мама отлучается в уборную. – Я не понимаю, что правда, а что ложь. Не могу, не хочу! Отпусти меня домой. Прошу!

- Всё правда, Мира! Ты нравишься мне. И это неоспоримый факт. Когда всё закончится, я приглашу тебя на настоящее свидание. И, возможно, наш обман станет правдой.