Неверный. Хватит лжи

— Кажется, Паша мне изменяет.

Даже не верится, что сказала это вслух. Оля, моя школьная подруга, оторвала взгляд от меню и нахмурилась. Мы только что обсуждали успехи её маленькой дочери, и тут я выдала такое.

— Тебе «кажется» или изменяет? С чего ты вообще взяла?

Я размешивала сахар в кофе, и мысли точно так же, как эта ложка, ходили по кругу.

— Знаешь, вся эта классика изменяющих мужей, — задумчиво произнесла я. — Новый тон, эти его переписки «по работе», задержки. И главное, с ним невозможно разговаривать, сразу какие-то вспышки агрессии.

Я отставила чашку в сторону, кофе давно остыл.

— Он ведь всегда таким был, — аккуратно заметила Оля. — Не из тех, кто любит в отношениях копаться.

— Раньше он на меня хотя бы не срывался. Сейчас прямо слово не скажи, сразу взрыв. Как будто я одним фактом своего существования его раздражаю.

— Может, стресс?

— Оль, сейчас у всех стресс, это не повод со мной через губу разговаривать. И тем более орать.

— Допустим, но почему сразу изменяет?

— Да просто чувствую. Он холодным стал, равнодушным каким-то, как будто все свои потребности на стороне закрывает.

— Ты про секс?

— Ну да. Раньше даже если мы в ссоре, если устал, если без сил, всё равно меня хотел. В любом состоянии. С порога, с полувзгляда. Сейчас как отрезало, приходит, в душ, и спать.

Я договорила, барабаня пальцами по столу. Нервы ни к чёрту.

— И всё как-то резко, понимаешь? Просто выключилось. У него точно кто-то есть.

Оля вздохнула.

— Может, ему здоровье надо проверить?

— Здоров, как бык, — хмыкнула я. — Месяц назад чек-ап проходил.

Мы замолчали. Вообще-то я не собиралась никому об этом рассказывать. Я никогда не любила выносить сор из избы. Тем более, когда у меня на руках только ощущения и ни одного железобетонного доказательства.

Но если кто и мог меня понять, так это Оля. Её первый брак распался из-за измены. Сейчас она была счастлива со вторым мужем, Мишей, их дочери недавно исполнилось два года.

Пашу она знала почти столько же, сколько и я, наверное, поэтому сейчас сомневалась. Такое поведение было для него совсем не типично.

— Подозреваешь кого-то конкретно? — наконец спросила она.

— Я же говорю, как по учебнику. Как только повысили три месяца назад, дали новый крутой кабинет, секретаршу молоденькую, и его прямо как подменили.

— Видела её?

— Видела, — вздохнула я. — Красотка, двадцать три года. Лола зовут.

— Шутишь? — Оля чуть не поперхнулась. — Лола? Лолита, что ли?

Она выглядела сейчас довольно забавно, я усмехнулась против воли.

— У неё отец латыш, думаю, там это имя никого не удивит.

— Да уж, необычно... И что, прямо красавица?

— Красавица, — улыбка растаяла. — Вся такая лёгкая, воздушная. Я заходила к нему пару раз, она прямо при мне не постеснялась ему галстук поправить. И при этом всё у неё как-то невинно, дружелюбно, с улыбочками. «Настя, а вам кофе сделать? Вы какой любите?»

— То есть не коварная соблазнительница?

— Мне кажется, это даже хуже. Знаешь, такой тип женщин-девочек, которых хочется оберегать? Вот она такая.

— Ну точно Лолита. Но на горячем ты их ещё не поймала?

— Нет, — призналась я. — За руку не ловила, а в телефон не лезу. Ещё не настолько опустилась, но чувствую, уже подступает.

Оля помолчала, покрутила чашку в руках, собираясь с мыслями.

— Н-да, не думала, что вас тоже это ждёт, — она с сочувствием взглянула на меня. — На самом деле, я тебя прекрасно понимаю. Помню себя перед самым разводом, вся эта неопределённость... Каждый день себе говоришь, что всё придумала, что он просто устал, просто на работе сложности. И ты вроде ещё жена, а на самом деле брак уже дал трещину, — она взглянула в окно, погружаясь в прошлое. — Я помню, как следила за ним, проверяла, ловила на лжи, на мелких несостыковках. Это ужасно унизительно. А в итоге он всё равно ушёл, а мне потом ещё долго было противно от того, какой я стала.

Это попадало прямо в больное, я тоже боялась стать одной из этих нервных, неуверенных в себе женщин.

— Если тебе постоянно плохо, тревожно рядом с ним, не так уж важно, есть у него кто-то или нет. Всё равно придётся решать, устраивает ли тебя такая жизнь. Без желания, без тепла, без нормальных разговоров.

— Я просто хочу быть уверенной, что не совершаю ошибку, — вздохнула я. — Хочу определённости. Или я права, и тогда у нас всё, или мне нужно спасать брак.

— Решать тебе, Настён. В любом случае, проблема есть. Что с этой Лолой, что без неё.

Я взглянула на экран мигнувшего телефона, на заставке было наше фото. Счастливые улыбки, обнимаемся на фоне гор.

«Я сегодня задержусь, ложись без меня», — высветилось сообщение от Паши.

Всё внутри опустилось. Оля, конечно, права, если в браке тревожно — это уже плохой сигнал, и всё же мне нужно знать точно. Изменяет или нет?

Я услышала, как вошёл Паша, ещё из кухни. Дверь хлопнула, когда я разогревала ему ужин.

— Привет.

— Привет, — отозвался он из коридора.

Голос, как обычно, ровный и уставший. Он прошёл мимо, бросил пиджак на стул и сразу направился в ванную. Я машинально посмотрела на часы. Почти десять.

— Ты поздно сегодня, — постаралась сказать без упрёка.

— Я же писал, — отозвался он из-за двери. — Работа.

Вода зашумела, и я выключила плиту. Мы так и жили последние месяцы, я готовлю, он ест через раз, будто не замечая вкуса и не реагируя на мои попытки его порадовать чем-нибудь новеньким.

Когда он вышел из ванной в одном полотенце, я не могла не заметить, насколько к лучшему изменился его внешний вид. Загорелый, натренированный, стрижка свежая.

Только в спортзале он явно не для меня старается. Ему как будто всё равно, что я там думаю о его кубиках на прессе.

— Есть будешь? — спросила я.

— Нет, спасибо, я поужинал на работе, — он даже взгляда от телефона не оторвал, и в душ что ли с ним ходил?

Отлично. Я нервно щёлкнула кнопкой на чайнике.

— Что не так? — донеслось мне в спину, неужели заметил?

— Ничего.

— Это тот случай, когда под твоим «ничего» ещё куча всякого?

Терпеть не могла этот сарказм. Раньше, увидев, что задел меня, он бы обязательно подошёл и обнял, поцеловал. Сейчас я у него вызывала одно только раздражение.

Я мотнула головой и выдохнула, в который раз попыталась сгладить. Повернулась к нему и спросила:

— Много работы? Выглядишь уставшим.

— Потому что я и есть уставший, — сухо ответил он. — Насть, давай без этого, ладно?

Он наконец оторвался от своего драгоценного гаджета.

— Без чего?

— Без анализа. Я домой прихожу, чтобы отдохнуть. Не чтобы разбирать, что я опять не так сказал и не так сделал.

— Я всего лишь спросила.

— Ты всегда «просто спрашиваешь». А по факту — допрос, и я снова виноват.

— Я разве сказала, что ты в чём-то виноват?

— И не надо говорить, именно так и звучит, — он отложил телефон и потёр лицо ладонями. — Слушай, давай не будем, у меня был тяжёлый день.

— Они у тебя теперь все тяжёлые, — не сдержалась я.

— Началось.

— Что началось? Ну что? — я почувствовала, как внутри поднимается злость, смешанная с обидой. — Я теперь вообще с тобой разговаривать боюсь. Любое слово — и ты сразу заводишься.

— Потому что ты давишь, — отрезал он. — Постоянно. Ты этого не замечаешь?

— Я давлю? — я даже растерялась. — Я пытаюсь понять, что с нами происходит.

— Да ничего с нами не происходит, это у тебя в голове что-то происходит. Ты себя накручиваешь.

Вот оно. Снова.

— То есть тебе нормально, что мы почти не разговариваем? Что ты приходишь, сразу в душ и спать?

— А что я должен делать? Танцы с бубном вокруг тебя устраивать? Я работаю, Настя. Для нас, между прочим.

Он развернулся и ушёл в спальню. Дверь хлопнула, и я осталась одна на кухне. С остывшим чаем и ужином, который так никто и не попробовал.

Внутри всё ещё потряхивало. Как вообще к нему подступиться? Я правда что-то не так делаю? Тон не тот или что?

Когда я легла, он уже спал, повернувшись спиной. Я смотрела в потолок и думала, что раньше мы бы никогда не легли спать в ссоре. Он бы обязательно притянул меня к себе, сказал бы: «Хватит дуться».

Да я бы сама его с радостью обняла, но теперь всё было так, будто мы договорились вообще друг друга не трогать. Как какие-то престарелые супруги, прожившие в браке лет пятьдесят.

Я вдруг отчётливо поняла, что дело не в усталости и не в работе. И даже не в сексе. Я просто больше не чувствую себя его женщиной.

Но если он меня разлюбил, если устал от меня, почему не признается? Почему не уйдёт к этой своей Лолите? Зачем держать меня в этом холоде, если я больше не нужна?

Мне хотелось задать ему ещё кучу вопросов, но сейчас я бы только нарвалась на скандал. Значит, сделаем по-другому.

Друзья, у меня к вам большая просьба: пожалуйста, поддержите книгу на старте. Для этого достаточно поставить лайк и добавить книгу в библиотеку!
А теперь давайте познакомимся с нашими героями)

Настя Савельева, 32 года

Павел Савельев, 33 года

А вот и та самая Лолита, 23 года

На следующий день во время обеденного перерыва я решила заехать к Паше на работу. Во-первых, там он не станет на меня орать, во-вторых, не сможет списать всё на усталость.

Ну, и просто посмотрю, как они взаимодействуют с Лолой, может, я себя накручиваю?

Я сделала заказ в нашем любимом ресторане, где мы праздновали совместные даты, забрала его и отправилась к мужу. Повод был безупречным.

В холле бизнес-центра, где он работал, было шумно. Все куда-то спешили, и никто не смотрел по сторонам.

Сама я работала в детском центре, там день измерялся не встречами и дедлайнами, а тем, удалось ли сегодня уговорить ребёнка заговорить, не расплакался ли он на занятии, получилось ли удержать внимание хотя бы на пять минут дольше, чем вчера.

Здесь же был совершенно другой мир. Поднимаясь в лифте, я невольно прислушивалась к разговору двух женщин. Они обсуждали юбилей компании, на который мы с Пашей должны были идти в пятницу.

Я вышла на нужном этаже и сразу увидела Лолу. Всё-таки она красавица, этого не отнять. И одевается стильно. Она совершенно не выглядела, как карикатурная разлучница с размалёванными губами. Вся такая лёгкая, невесомая.

Она непринуждённо говорила по телефону, сидя в приёмной, но когда я подошла, улыбнулась.

— Настя, здравствуйте, вы к Паше?

Видимо, я не сдержала удивления, потому что она очаровательно покраснела.

— Простите, к Павлу Константиновичу.

— Он на месте? — прохладно спросила я.

— У него сейчас совещание с руководством, — она бросила взгляд на часы. — Думаю, ещё минут десять. Вы подождёте? Может, кофе?

— Спасибо, ничего не нужно, — сказала я и тут заметила одну деталь.

У неё на столе лежал пашин галстук, тот, что он надевал сегодня. Она проследила за моим взглядом и с ходу нашла объяснение:

— Павел Константинович утром пролил на него кофе, пришлось срочно отправлять помощника за новым.

Внутри неприятно кольнуло, с какой стати его вещи оказываются у неё на столе?

Я забрала галстук с кофейным пятном и села в кресло. Ну, тут она не обманула. Я убрала его в сумку, но в голове вспыхнуло воспоминание, как прямо при мне она покрепче затягивала ему узел на шее, проходясь по воротнику наманикюренными пальцами.

Это такая забота, чтобы босс хорошо выглядел, и я себя накручиваю? Или я просто дура, что ищу какие-то оправдания?

Через несколько минут дверь переговорной открылась. Паша вышел в компании мужчин.

— Настя? — он сразу заметил меня. — Ты что здесь делаешь?

— Привет, — я встала и натянула улыбку. — Решила тебя навестить.

Он обернулся к мужчинам рядом.

— Олег Борисович, Виктор Анатольевич, это моя жена, Анастасия, вы, кажется, ещё не знакомы?

Одному на вид было за сорок, представительный, костюм, наверное, целое состояние стоит. Он прошёлся по мне каким-то сальным взглядом и самодовольно улыбнулся.

— Очень приятно, Настя, — протянул он. — Надеюсь, увидим вас в пятницу?

Я сразу поняла, что это Виктор, начальник подразделения, в котором работал Паша. Он мне совсем не понравился, но я заставила себя улыбнуться, почувствовав на пояснице тяжёлую ладонь мужа.

— Конечно, ни за что не пропущу юбилей компании.

Второго я видела всего раз, но не была с ним лично знакома. Олег Борисович, генеральный директор. Вот он показался мне приятным, правда, очень серьёзным.

— Рад знакомству, — просто сказал он.

Паша перекинулся с ними парой фраз и повёл меня к себе, всё так же придерживая за талию. В конце чуть отстал.

— Минуту.

Я оглянулась на пороге и увидела, как он склонился над столом Лолы и что-то негромко ей говорит. Она хлопала глазами и кивала, впитывая каждое его слово.

Я отвернулась, почувствовав очередной укол в сердце. Когда дверь за нами закрылась, он спокойно спросил:

— Ты что-то хотела?

Он вёл себя так, будто скрывать ему нечего. Я на секунду задумалась. Если бы она была его любовницей, разве не стал бы он делать вид, что холоден с ней? Это же логично, правда?

Я загнала вглубь свои подозрения и обиды, и попробовала иначе:

— Привезла поесть, — я указала на пакет с логотипом ресторана. — Думала, может, пообедаем вместе, ты же всё время занят. Это не упрёк, — поспешила добавить, чтобы не злился. — Просто соскучилась.

Я боялась, он скажет, что у него нет времени, но, помедлив секунду, он неожиданно кивнул.

— У нас действительно сейчас завал, но идея хорошая, давай пообедаем.

— Отлично, — окрылённая его ответом, я начала доставать еду. — Салат, паста с белыми грибами, как ты любишь, и холодный чай.

— Идеально, — одобрительно хмыкнул он. — Ты прямо всё продумала.

— Я старалась, — улыбнулась я.

Мы сели друг напротив друга. Так странно, его рабочий стол, ноутбук, стопки документов, и между всем этим еда, как кусочек другой жизни. Он ел с аппетитом и без спешки, даже отложил телефон.

— Как у тебя дела? — спросил и впервые за все эти месяцы внимательно посмотрел мне в глаза.

От этого простого вопроса, от его, вроде бы, искреннего внимания я даже слегка растерялась. Как будто мы вернулись назад во времени, когда я ещё была ему интересна.

— Неплохо, — ответила осторожно, а потом решила поделиться радостью: — У меня одна девочка наконец заговорила. Пока отдельные слова, но для неё это огромный шаг. Сегодня мама приведёт, будем закреплять.

Я говорила, не зная, насколько хватит его внимания, старалась покороче, не растекаться словами. Но он выслушал и серьёзно кивнул:

— Ты умница, занимаешься действительно важным делом, в отличие от меня, — он усмехнулся. — Меня это всегда в тебе восхищало, Насть.

Он накрыл мою руку своей, и у меня от его слов внутри бабочки запорхали. Такого тепла я от него точно не ожидала. Я улыбнулась, чувствуя прилив надежды.

— Спасибо, не представляешь, как приятно от тебя это слышать, — я переплела свои пальцы с его, задержала взгляд на любимом лице. — А ты как? Что у тебя нового?

Он рассказал про проект, про переговоры, про то, как всё сложно и интересно одновременно. Он говорил так увлечённо и живо, что вдруг показалось, что мы снова на одной стороне. Что всё ещё можно вернуть.

Всё это время он будто невзначай касался меня, и я чувствовала себя, как на настоящем свидании.

Но тут в дверь постучали. Я обернулась и увидела незнакомую женщину. Паша как-то сразу подобрался, выпустил мою ладонь, и я поняла, что наш обед закончен.

— Марина? Всё готово?

— Да, пять минут, — ответила она и перевела взгляд на меня.

Марина, значит? Жена Виктора. Надо сказать, выглядела она роскошно, лет сорок, но всё при ней, настоящая роковая брюнетка. Они с Пашей работали над одним проектом.

— Это Настя, моя жена, — пояснил он.

Я заставила себя скрыть лёгкое разочарование и улыбнулась.

— Здравствуйте, приятно познакомиться.

— Настя, прошу прощения, что помешала, — вежливо ответила она, но Паша отмахнулся:

— Мы уже закончили. Прости, мне правда нужно бежать. Встреча с инвесторами.

Он выбросил остатки еды в мусор и поднялся.

— Ничего. Спасибо за обед.

— Это тебе спасибо, — он взял папку с документами и повёл меня на выход.

Всё закончилось как-то резко, как будто на полуслове.

Марина осталась дожидаться его возле стола секретаря, а мы остановились у лифтов. Я знала, что он спешит, но даже эта минута, пока он был рядом, была мне сейчас дорога.

Я поправила его галстук и спросила между делом:

— Новый?

— Да, утром кофе пролил, — легко ответил он.

Лифт приехал, и Паша проводил меня внутрь.

— Ты сегодня как, задержишься?

Я очень надеялась на отрицательный ответ. До жадности хотелось снова увидеть его тёплым и любящим.

— Я постараюсь пораньше. И спасибо ещё раз, — в последний момент его взгляд задержался на мне, он вдруг сказал: — Я тоже соскучился.

На какую-то секунду внутри снова полыхнуло радостью, но когда двери закрывались, я успела увидеть, как к нему подошла Лола. Она мягко коснулась его руки и сказала негромко:

— Вас уже ждут.

Двери закрылись, отрезая меня от мужа, и мгновенно меняя плюс настроения на минус.

Зачем я приехала? Что выяснила? Что она называет его Пашей? Что у неё хранится его галстук? Что она не стесняется трогать его при жене? Она правда так наивна или надо мной издевается?

С другой стороны, я настолько отвыкла от его искреннего интереса ко мне, от его улыбок, от этих мягких интонаций, и вот увидела его снова на какой-то миг. Значит, он никуда не делся.

И вот его мне ужасно захотелось вернуть.

Я ехала с работы в странном, нервном ожидании. Сегодняшний обед с Пашей оставил противоречивые чувства. С одной стороны, Лола, распускающая руки, с другой — его тёплые слова, его «Я тоже соскучился».

Мне хотелось закрепить этот хрупкий мостик, протянутый между нами, и я набрала ему:

«Сегодня поужинаем вместе?». Добавила «Соскучилась», но потом стёрла. Написала ещё раз и отправила, чувствуя себя какой-то девчонкой, борющейся за внимание парня. Ладно, просто пусть знает.

Ответ пришёл через пару минут:

«Постараюсь пораньше, скоро заканчиваю».

Пусть написано было нейтрально, но для наших нынешних отношений — это уже прогресс. На радостях зашла в магазин, купила его любимые стейки, предвкушая и хороший ужин, и продолжение.

Настроение было приподнятым, похоже, рано руки опускать. Пока готовила, мне позвонила Оля, и мы перекинулись новостями.

— Сегодня заезжала к нему в офис, обедали вместе. Прямо, как раньше. Ещё бы от этой Лолы избавиться, — с горечью сказала я. — Она его Пашей называет, представляешь?

— Ну а как вообще, есть у них химия? Это же сразу заметно.

— Не знаю, Оль. Он себя с ней как-то спокойно ведёт, не отшатывается при мне, не делает вид, что у них всё суперпрофессионально. Она его при этом за руку трогает. Может, я дура? Может, они меня просто не стесняются? Или, наоборот, нет у них ничего? Такое ощущение, что она с ним флиртует, а он спокоен. Сказал, что соскучился по мне, сегодня даже вовремя будет.

Оля вздохнула.

— Ничего не хочу сказать, но мужчины могут быть очень убедительными, когда им это выгодно. Особенно если чувствуют, что ты начинаешь отдаляться.

— Думаешь, это спектакль?..

— Не знаю. Но я помню, как Игорь за день до того, как я нашла его переписки, подарил мне огромный букет роз и отвёл в ресторан. Говорил, что просто много работает, что я всё придумываю. А сам... — она замолчала. — Ладно, прости, не надо меня слушать. Просто будь осторожна. Не накручивай себя, но и не верь на слово.

Я вздохнула, мы попрощались, а через пятнадцать минут приехал Паша. Я вытерла руки о полотенце и вышла ему навстречу.

— Привет, — сегодня он действительно выглядел менее уставшим.

— Привет, а ты как раз вовремя, ужин готов.

— Да, удалось вырваться, — он поцеловал меня в щёку, и его взгляд скользнул по красиво накрытому столу. — А у нас что, праздник?

Он прошёл на кухню и вымыл руки, параллельно ведя носом. Ароматы витали потрясающие.

— Решила тебя побаловать, ты так много работаешь.

— Заслужил кусок мяса? — он заметно повеселел.

— Средней прожарки.

— Выглядит отлично. Спасибо, Настён, — он приобнял меня, и я, против воли, втянула носом аромат его парфюма. Только его, никаких чужих ноток не почувствовала.

Мы сели ужинать, и я попыталась затолкать все свои сомнения подальше. Паша налил мне вина, я была не большим любителем алкоголя, но он с недавних пор начал им интересоваться, потому что наконец мог позволить себе что-то действительно стоящее.

Я сделала глоток. Вкус был сложным, терпким, совсем не таким, как раньше.

— А помнишь нашу первую квартиру? — сказала вдруг, покрутив бокал в пальцах. — Мы только-только переехали, я вышла на новую работу, и мы отмечали каким-то дешёвым полусладким.

Паша усмехнулся.

— Из кофейных чашек, бокалы где-то в коробках остались.

— Точно, из тех, что твои родители подарили, — я улыбнулась, погружаясь в то воспоминание. Всё тогда было таким простым, я не задавалась вопросами, любит ли меня муж. Знала точно.

— У тебя на утро голова болела, кто-то слишком много выпил, — подмигнул он.

— И ты пошёл в аптеку, в метель. Мой герой.

Паша улыбнулся по-настоящему тепло.

— Неплохое было время. И всё же, это вино лучше.

Он вернулся к еде, а я бы поспорила. Может, вино и было дешёвым, зато чувства были крепкими.

Постепенно в разговоре мы вернулись к его работе, и я поинтересовалась, заходя издалека:

— А что этот Виктор, как он тебе?

— В каком смысле?

— Он хороший начальник?

— А почему ты спрашиваешь?

— Сегодня в офисе он показался мне очень уж самоуверенным, — я вспомнила тот сальный, оценивающий взгляд.

Я заметила, что под его руководством Паша и начал меняться, просто после повышения эти перемены стало невозможно отрицать.

Подумав, он пожал плечами.

— Ну да, его стиль руководства нравится не всем.  Он требовательный, но потому и эффективный, знает, чего хочет, умеет давить и добиваться своего. Но это же мои проблемы, почему тебя это волнует?

Может, потому что это он приставил к тебе Лолу, хотя были и другие варианты?

— Мне просто не понравилось, как он сегодня на меня посмотрел, — соврала я, это меня волновало гораздо меньше. — Ты не заметил?

Паша наконец отложил нож и вздохнул.

— Заметил. Но он на всех женщин так смотрит, для него вообще люди — ресурс, независимо от пола. Я сомневаюсь, что его вообще хоть что-то волнует, кроме бабок.

— И тебя это не смущает?

— Насть, он платит мне в три раза больше, чем на прошлой работе. Он поручает мне серьёзные проекты. Из-за него мы живём в этой квартире и пьём это вино, — он ткнул пальцем в свой бокал. — Меня многое смущает, но я закрываю на это глаза, потому что таковы правила игры.

— Значит, сам ты это нормой не считаешь? — ещё раз попробовала я.

Мне нужно было убедиться, что ни Виктор, ни Лола, которые были звеньями одной цепи, ещё не изменили моего мужа до неузнаваемости.

— Что ты хочешь услышать? — устало спросил он.

Ну, хотя бы не сорвался на меня в очередной раз.

Я поднялась и подошла к нему размять плечи. Его мышцы были напряжёнными, но я знала, как именно ему нравится.

— Ты очень много работаешь, а я хочу, чтобы ты хоть иногда был прежним, Паш, живым и искренним. Я знаю, что жизнь не стоит на месте, и твоя карьера на месте не стоит, но я чувствую, как мы отдаляемся.

Я прошлась пальцами по зажимам и услышала довольный стон. Запустила пальцы в волосы на затылке, прекрасно зная, что вызову мурашки.

— Знаешь, как найти ко мне подход, — довольно усмехнулся он.

— Тогда, может, продолжим? — я обняла его сзади, поцеловала в висок.

Он погладил меня по руке и кивнул.

— Конечно, я только в душ схожу. И Насть, — он обернулся на пороге, — никуда мы не отдаляемся, это период такой. Я разгребу дела, подожди просто, ладно?

Я кивнула, удивлённая, и не сдержала улыбку. Как мало мне, оказывается, нужно для счастья.

Собирая тарелки, я радовалась, что всё-таки сходила к нему в офис. Это стало толчком, который был нам так нужен. Паша разделся в спальне и отправился в душ, а я выбрала красивое бельё, зажгла свечи и включила лёгкую музыку. Он всё не шёл.

Я решила, что было бы неплохо присоединиться к нему, но когда подошла к двери, она оказалась заперта. Раньше мы как-то не закрывались друг от друга на замки.

И тут сквозь шум воды я услышала его тихий голос. Сначала подумала, что показалось, но потом до меня донеслись обрывки фраз:

— Да, как и договаривались.

И ещё:

— Никто не должен знать…