Невеста из проклятого рода

Аннотация:

Хорошо, что у меня есть дар огня. Плохо, если он запечатан проклятьем. Еще хуже, что именно от меня зависит благополучие всего рода. Как быть здравомыслящей особой, если один надменный герцог постоянно выводит из себя? Стиснуть зубы и быть паинькой! И ни в коем случае не влюбл... хм? А с чего я вообще об этом подумала?

ПРОЛОГ

В дверь коротко постучали. Король оторвался от бумаг на столе и потер переносицу:

— Войди, Моррис!

В кабинет шагнул сутуловатый мужчина в черном камзоле. Не дожидаясь разрешения, советник сел напротив короля и произнес:

— Ваше величество, младенцы, родившиеся у Эвереттов, — пустышки. Магия у них будет, но буквально капля. Это было бы неплохо для простолюдина, но неприемлемо для графских сыновей.

Его величество застонал и отбросил в сторону гусиное перо и недописанное письмо.

— За последние пятнадцать лет родилось всего несколько детей с полноценным магическим даром. Еще одно поколение, и Киаринт вовсе лишится магов!

Моррис дипломатично молчал.

— Неужели это все из-за проклятия, наложенного отцом на род Кэнн? — Король вскочил с места и принялся расхаживать по кабинету. — Они последние чистокровные представители огненной стихии.

— Маги говорят, что после заточения оставшихся Кэннов на Ледяном острове источники стали слабее, энергия стихий не циркулирует так же свободно, как и раньше, — добавил советник.

— Что ж, — кивнул король, принимая решение и садясь на место. — Скоро начнется сезон Тишины, в этом году проведем празднование у Э́йдана. Пусти слух, что он будет выбирать невесту, девицы всех возрастов слетятся как пчелы на мед. А с ними и остальные сливки общества, включая мужчин. Племяннику давно пора жениться, он не осмелится оспорить мой приказ.

Моррис усмехнулся. О, Эйдан будет в бешенстве!

— У Кэннов три дочери, — продолжил его величество. — Двух старших нужно выдать замуж за аристократов, лояльных короне. Если одним из них будет мой племянник, то отлично. Но важнее устроить магический брак.

— Думаете, получится? О них уже давно не слыхали, — нахмурился Моррис.

Такой брак мог как увеличить силу партнеров, так и лишить вовсе. Магия сама соединяла достойных, и вот уже сотню лет никто и не слышал о подобных случаях. Но дети от такого союза всегда рождались одаренными.

— Магия не спрашивает согласия, а мы создадим подходящие условия, — пожал плечами король. — Главное, чтобы возлюбленные провели вместе достаточно времени, и в этом нам поможет сезон Тишины. Привези девиц Кэнн в замок Эйдана, там я переговорю с ними...

Его величество принялся давать указания, а Моррис едва заметно ухмыльнулся. Несмотря на молодость, Роберт Первый умел добиваться цели. Магический брак... Почти забытый миф. Советнику было любопытно, что из этого выйдет.

— Силь! — В дверь громко постучали, и я узнала голос сестры.

— Сейчас! — запыхавшись, отозвалась я и протиснулась в окно.

Не так-то просто влезть на второй этаж по обледеневшей трубе, да еще в стесняющем движения полушубке! Рухнув на пол, я захлопнула раму и облегченно выдохнула. Успела!

— Ты опять куда-то уходила? Поторопись! Я уже спускаюсь в гостиную. Мама будет ругаться, если ты опоздаешь на ужин.

Несмотря на то что наша семья жила в Создателем забытом месте, мама требовала соблюдать приличия. Одеваться к обеду и ужину, не якшаться с простолюдинами, вышивать и музицировать. Вот только она совершенно забывала о том, что наш род лишили титула. Да и не было здесь других людей, кроме племени оленеводов и нескольких слуг!

Стук каблуков отдалился - Эстер ушла. Старшая сестра не одобряла мои прогулки, но все-таки прикрывала перед родителями. Если они узнают, что я снова сбегала, мне не поздоровится! Значит, у меня есть не больше десяти минут, чтобы привести себя в порядок.

Я сбросила полушубок и побежала в ванную комнату. Быстро ополоснув лицо, расчесала кудрявые рыжие волосы и собрала в узел на затылке. На прическу времени нет. Надеюсь, маме понравится легкая небрежность в образе?

Стянув пропахшую дымом костра одежду, я передернула плечами — в доме было прохладно, даже внутренний огонь не помогал. Отец рассказывал, что до проклятия любой маг из нашего рода мог зимой ходить в одной рубашке и брюках! Мы с Мелиссой, младшей сестрой, любили слушать его байки про огромную стену из огня, сгустки пламени и другие заклинания. Верилось в них с трудом. Неужели когда-то огонь не просто тлел где-то внутри тела, но и мог выбираться наружу? Больше похоже на сказки.

Сообразив, что времени почти не осталось, я ойкнула и зарылась в недра шкафа. Для ужина выбрала темно-зеленое платье сложного кроя с рукавами-фонариками и объемным воротником. Мама любила, когда я надевала этот наряд. Она считала, что в нем я выгляжу истинной леди.

С трудом натянув платье и потратив еще несколько минут, я посмотрела в зеркало и скривилась. По-моему, в нем слишком много ткани! На троих хватит!

Надев туфли, поправила волосы и поспешила в малую столовую, искренне надеясь, что Эстер удалось отвлечь внимание родителей. Вообще-то в нашем доме была всего одна столовая, но мама упорно звала ее малой.

Быстро преодолев коридоры, я замерла перед дверями, чтобы выровнять дыхание. Леди не должна носиться по дому, как простолюдинка. Как часто я слышала это замечание в детстве! Оправив подол, я толкнула дверь и вошла в столовую.

За накрытым столом сидели отец в своем лучшем сюртуке и мама в нарядном желтом платье. Ее светлые волосы были уложены в замысловатую прическу, на шее — жемчужное ожерелье, на руках — кружевные перчатки. На другой стороне — Эстер и Мелисса. Увидев меня, старшая сестра облегченно выдохнула.

— Доброго вечера! — Я расплылась в широкой улыбке и проследовала к свободному стулу.

— Ты снова немного опоздала, Сильвия! — всплеснула руками мама. — Нельзя пропускать ужин в такой знаменательный день!

Я поморщилась, но спорить не стала — вместо этого отдала должное рыбному супу. После целого дня беготни по острову желудок сводило от голода.

Лично я ничего знаменательного в Дне писем, как его называла мама, не видела. Раз в месяц с материка доставляли книги, журналы и письма. Впрочем, последних почти не было. В прошлой жизни у мамы водилось множество знакомых, но все они оставили ее, едва узнав об изгнании и проклятии. За все время она лишь однажды получила письмо от давней подруги. Но после него целый вечер плакала и наутро не вышла к завтраку.

Мама тяжело переносила изгнание. Иногда она впадала в меланхолию и молча слонялась по дому, напоминая собственную тень. А иногда ее жизнерадостность граничила с истерикой. В такие дни отец просил нас поддержать ее и составить компанию в вышивании и чистописании.

На Ледяном острове родители оказались из-за деда, папиного отца, — Грега Кэнна. Будучи герцогом и четвертым в очереди на престол, он задумал свергнуть короля Киаринта, посчитав себя более достойным. За ним пошли и другие: его гвардия и придворные, обделенные милостью правителя.

Покушение почти увенчалось успехом. Дворец был захвачен, огненная стихия подчинила магическую защиту. Но у короля — Леонарда Третьего — были верные сторонники, они же спасли его, вынеся из огня.

Отец часто подчеркивал, что смерть короля — досадная случайность. Он погиб, когда попытка переворота сорвалась, а деда схватили. Потолочная балка пробила Леонарду грудь, и лекари не успели... Умирая, он проклял весь род Кэннов и пожелал нам гореть в собственном огне посреди снежной пустыни.

Так родители и попали на Ледяной остров. Вместе с ними сюда сослали пару престарелых тетушек и кузена отца. Всех, кого сочли непричастными к покушению. Трое верных слуг отправились за ними добровольно. Правда, тетушки умерли еще до моего рождения, а дядя сорвался с горы, когда осматривал остров.

Мама, блиставшая на балах, любимица света, вместе с трехлетней Эстер последовала за отцом. Он был благодарен ей за верность и любовь и пытался сделать ее жизнь лучше. Тяжелее всего родителям далось исчезновение магии. Сперва они верили, что вскоре им разрешат возвратиться на материк, но с каждым годом надежда на помилование гасла.

Я родилась уже на Ледяном острове и не чувствовала себя изгнанницей. Я любила и наш дом, который мама презрительно называла пристройкой для прислуги, и расцвеченное сиянием небо, и бескрайние снега. Родители рассказывали мне о тех краях, где выросли. О глубоких озерах и высоких лесах. Их глаза всегда светились нежностью, в такие моменты я жалела, что мне не суждено увидеть это.

Проклятие, мучающее родителей, почти не мешало ни мне, ни сестрам. Наверное, потому что я никогда не знала, что такое настоящая огненная магия. Порой я ощущала нестерпимую чесотку под кожей, но научилась жить с ней.

— Мелисса, милая, как ты провела день? — ласково спросила мама.

Сестренка убрала за ухо пшеничного цвета локон и тепло улыбнулась:

— Я закончила ту вышивку, про которую говорила.

Мелиссе было пятнадцать, и она была прехорошенькой. Сестра с восторгом принялась рассказывать о своей работе, и я залюбовалась ею. Жаль, что я не обладала склонностью к рукоделию. Стоило мне взглянуть на иголки и пяльцы, как меня охватывала тоска.

Закончив с супом, я потянулась к жаркому, принесенному Эльзой, нашей бессменной поварихой. Конечно, девушке не пристало столь открыто демонстрировать свой аппетит, но я понадеялась, что никто не заметит.

— А ты, Сильвия, чем занималась целый день? Сегодня я тебя не видела, — вдруг обратилась ко мне мама.

Я, пойманная на месте преступления, замерла, лихорадочно соображая.

— Читала тот роман, что ты советовала.

О чем он там был? Я не осилила и десятка страниц, повествование о добродетельной девушке, ставшей жрицей Создателя, показалось невыносимо скучным!

Мама с подозрением взглянула на меня:

— И что же тебе понравилось больше всего?

— Невероятная добродетельность Алисии, она так самоотверженно бросилась на защиту нищего! — с жаром поведала я, сложив руки на груди.

Мелисса тихонько хмыкнула, а у Эстер дрогнули уголки рта. Они знали, что я терпеть не могу читать книги по маминой рекомендации.

— А еще?

Я замялась, не представляя, что еще могла сотворить эта Алисия. О, наверняка того бедняка она накормила! Ответить не успела, мама вдруг прищурилась и повела носом:

— Почему от тебя пахнет дымом? Ты снова убегала к этому ужасному мальчишке?!

Мысленно я застонала. Я забыла побрызгаться духами! Теперь отпираться бесполезно... Мама заставит меня целую неделю сидеть дома и читать благочестивые романы!

— Сильвия! Ты глубоко огорчаешь свою матушку.

Ее расстроенный голос и разочарование на лице задели меня, но я не отвела взгляда. Я привыкла быть самой неудачной дочерью. Эстер любила занятия по этикету и мамины истории про дам и кавалеров, Мелисса охотно занималась рукоделием. И лишь я предпочитала прогулки по острову и общение с отцом.

Упрямо сжав губы, я выпалила:

— Да, я ходила с Диком смотреть на новорожденных оленят! Это поинтереснее, чем читать про несчастную сиротку, которую обижает каждый прохожий!

Мама отшатнулась, со слезами на глазах глядя на меня. Я тут же прикусила язык, жалея о своей вспышке. Я снова расстроила ее... И почему я сначала болтаю, а потом думаю?

Я поднялась со стула:

— Мам, я вовсе не это хотела сказать...

Мои слова прервал громкий хлопок. Пентаграмма переноса в углу столовой засветилась ровным желтым светом, давая понять, что вскоре мы получим корреспонденцию.

Мама отвернулась, и я опустила плечи. Сейчас она не станет слушать меня, а не обнаружив писем, расстроится еще сильнее... Ну что мне стоило побрызгаться духами?!

Прошло несколько минут, и отец нахмурился. Что-то не так. Пентаграмма вдруг изменила цвет на ярко-синий, и вспышка ослепила нас. Когда зрение восстановилось, я изумленно ахнула. Вместо свертка с журналами в центре пентаграммы стоял незнакомый мужчина в неприметном черном сюртуке и штанах, заправленных в сапоги. Его волосы были рыжеватыми, а черты лица — тонкими. Отвернешься — и забудешь, как он выглядел.

Мама, схватившись за сердце, покачнулась, отец поддержал ее и подозрительно уставился на гостя:

— Кто вы такой?

Впервые за двадцать лет изгнания на Ледяной остров явился человек.

Отец встал из-за стола, загородив собой маму и нас. Мелисса до боли вцепилась в мою руку. Незнакомец вышел из пентаграммы и огляделся. Вряд ли он решил собственноручно доставить нам корреспонденцию. Под ложечкой засосало от страха. Зачем бы он ни явился, теперь все изменится.

— Господин и госпожа Кэнн? — спросил мужчина, остановив взгляд на родителях.

Отец, побледнев, кивнул.

— Меня зовут Моррис Браун. Его величество Роберт рассматривает вопрос о вашем помиловании. Мы можем поговорить наедине?

Мама громко ахнула, закатила глаза и провалилась в обморок. Отец, огорошенный словами гостя, едва успел подхватить ее и не дать сползти лицом в салат. Она бы никогда не простила себе такого позора!

— Идемте в мой кабинет, — произнес отец.

По его подрагивающим губам я видела, что он заметно нервничает, но пытается держать себя в руках. Эстер первая догадалась прийти ему на помощь и привела маму в чувство. Сообразив, как близка была к провалу, она сконфуженно улыбнулась и предложила Брауну чаю. Тот отказался, и родители увели его в кабинет.

Надо ли говорить, что мы трое, выждав пару минут, помчались следом? Шикая друг на друга, остановились возле двери и прислушались.

— Его величество надеется, что в эти годы вам всего хватало. Продуктов, вещей, — начал Моррис.

Я закусила губу от нетерпения. К чему эти расшаркивания? Переходи к делу! Мы же сейчас лопнем от любопытства! Глаза Мелиссы сверкали от возбуждения, даже обычно сдержанная Эстер раскраснелась и дергала пряди светло-рыжих волос, испортив прическу.

— Да, мы благодарны за заботу, — раздался голос отца. — Все это время мы надеялись, что его величество смилуется над нами.

— Возможно, вы получите помилование. Все будет зависеть от...

Гость неожиданно замолчал. Я отпрянула от двери и дернула за рукав увлекшуюся Мелиссу. Кажется, она постукивала туфелькой по полу, тем самым выдав наше присутствие.

Дверь рывком отворилась, и на пороге возник Моррис. Он укоризненно посмотрел на нас, и мы, залившись румянцем, сделали вид, будто шли мимо. То, что нас застали здесь, - чистая случайность!

Конечно, чуть позже мы вернулись к кабинету, но из-за дверей не доносилось ни звука. Похоже, гость применил магию. Его-то дар не проклят!

— Как вы думаете, зачем он приехал? — выпалила Мел, когда мы собрались в моей комнате, которая ближе всех находилась к кабинету отца.

— Может, мамина мечта сбудется и проклятие снимут? — задумчиво проговорила Эстер.

— Двадцать лет не вспоминали про нас, а теперь решили помиловать? — фыркнула я. — Странно это.

Не сумев усидеть на месте, я принялась бродить по комнате. Да, мама будет безмерно счастлива вернуться на материк, но я вовсе не уверена, что хочу этого. Остров был моим домом, холодным, но родным. А что ждет нас в Киаринте?

Дверь в спальню стремительно распахнулась, и внутрь вошла мама. Ее глаза лихорадочно блестели, губы были искусаны. Я вжала голову в плечи в ожидании отповеди за подслушивание. Однако она обвела нас слегка растерянным взглядом и сказала:

— Девочки, спуститесь в столовую.

— Конечно, мам, — хрипло отозвалась Эстер.

По спине пробежал холодок. Не похоже, что новости будут хорошими. Сбившись в кучу, мы последовали за ней. Мама уже взяла себя в руки: расправила плечи и превратилась в себя прежнюю, лишь пальцы, стиснувшие подол платья, выдавали ее напряжение.

В столовой остывал ужин. Гость сидел на стуле, а отец нервно расхаживал вдоль стола. Когда мы вошли, нас попросили сесть. Моррис прокашлялся и заговорил:

— Девушки, его величество считает, что ваш род достаточно наказан за преступления Грега Кэнна и должен быть прощен. Но сперва он хочет убедиться, что родители не посеяли в вас зерна мести. Вы отправитесь в Киаринт и проведете сезон Тишины при дворе. Если вы хорошо покажете себя, то ваши родители будут помилованы и покинут Ледяной остров.

Я изумленно ахнула, не веря своим ушам. Мы все-таки отправимся на материк! Одни!

— Здесь приказ короля, вашим детям ничто не угрожает. — Моррис протянул отцу свиток и многозначительно добавил. — Кроме того, его величество обещал подумать о вашем проклятии. Вероятно, он избавит вас от него.

Я бросила взгляд на маму. В ее голубых глазах загорелась надежда, а на щеках расцвели красные пятна. Взбудораженный отец взял ее за руку, успокаивая.

Мы с Эстер переглянулись. Конечно, мы сделаем все возможное и невозможное, чтобы родителей помиловали. Ведь они не принимали участия в покушении, но провели лучшие годы своей жизни в одиночестве, мучимые проклятием. Если мы с сестрами могли довольствоваться обществом слуг или местных жителей, то им после великолепия дворца пришлось туго.

— Благодарим за предоставленный шанс. — Эстер поклонилась, и мы с Мелиссой с запозданием последовали ее примеру.

— У вас есть полчаса на сборы, — кивнул Моррис, довольный нашим ответом. — Берите лишь самое необходимое, гардероб вам пошьют в Киаринте.

Полчаса? Я обхватила себя за плечи, только сейчас осознав, что все происходит по-настоящему. Мама вновь предложила гостю чай, и на сей раз он не стал отказываться. Эстер дернула меня за руку, увлекая за собой, и я пришла в себя. Сестра права. Нельзя терять время.

Зайдя к себе в комнату, я растерянно осмотрелась. Что же взять? Конечно, одежда меня не интересовала. Но сколько памятных вещей накопилось за девятнадцать лет жизни! Я с нежностью провела рукой по лоскутному покрывалу на кровати. Мама сшила его, когда мне было десять. Я серьезно заболела и целый месяц просидела дома, не выходя на улицу. Мне было невыносимо скучно, и наша с ней работа над этим покрывалом стала лучшим воспоминанием детства.

Или вот эта кривоватая фигурка оленя, вырезанная из дерева. Дик подарил ее на прошлый день рождения. А я-то думала, чем таким он занимается вечерами, не рассказывая мне!

Мой взгляд падал на все новые и новые вещи. Я смахнула набежавшую слезинку и сунула в карман висящую на стуле атласную ленту бирюзового цвета. Я стащила ее с маминого наряда, привезенного еще с материка. Она безумно любила его, но после рождения Мелиссы он стал ей мал. Однажды я нашла платье в шкафу и вынула ленту из корсажа, уж очень она мне понравилась.

Больше я ничего не взяла и, в последний раз осмотрев комнату, вышла. Самое главное - это моя семья. Без всего остального я обойдусь.

Мама собрала нас в своей спальне. Сперва она крепко обняла каждую, и на глаза вновь навернулись слезы. Зачем я наговорила ей гадостей за ужином? Сейчас все это казалось такой ерундой.

— Девочки, — она обвела нас взором. — Я не знаю, что ожидает вас в Киаринте, поэтому вам нужно держаться вместе. Не ссорьтесь и поддерживайте друг друга. Вряд ли высший свет с радостью воспримет возвращение Кэннов. Не доверяйте никому.

— Конечно, мама, — голос Эстер звенел. — Мы будем вести себя идеально и не подведем вас. Проклятие снимут.

Мелисса хотела что-то сказать, но расплакалась. Она была очень привязана к маме, ей придется тяжелее всех.

— Ну-ну, моя милая, — улыбнулась мама и, сморгнув слезинку, обняла ее. — Все будет хорошо! Это отличный шанс для нас всех.

Она права. Если мы постараемся, то вскоре воссоединимся с родителями. Набравшись смелости, я хотела извиниться перед ней за случившееся во время ужина, но не успела. В дверь постучали, и отец позвал нас в столовую. Меня пробрала нервная дрожь. Все это напоминало какой-то сон, но происходило по-настоящему!

Пентаграмма уже сияла ярко-синим, а Моррис проверял контуры, беззвучно шевеля губами. Заметив нас, мужчина кивнул и предложил нам первыми встать в центр пятиконечной звезды.

Я бросилась на шею к отцу и все-таки разрыдалась. Он выглядел таким растерянным, словно не понимал, что творится. Он погладил меня по спине и шепнул на ухо:

— Ты храбрая, Силь. Ты справишься.

Я сдавленно всхлипнула и утерла слезы.

— Поторопитесь! — нахмурился Моррис.

Эстер, вскинув подбородок, первой вошла в светящуюся пентаграмму. Сглотнув, я бросила последний взгляд на родителей и поспешила за ней. Мы взялись за руки, и стало чуточку легче.

Мелисса плакала, не спеша присоединяться к нам, и мама взмолилась:

— Господин Браун, может, младшая дочь останется с нами?

— В этом случае наше соглашение будет недействительно, — отрезал тот.

— Я справлюсь! — шмыгнула носом сестренка.

— Когда девочки устроятся, они пришлют вам письма, — пообещал Моррис и последним вошел в пентаграмму.

Воздух пронзили синие лучи. Мужчина коснулся одного из них, и все вокруг вдруг поплыло. Лица родителей и знакомый интерьер столовой словно выцвели, а затем пространство вспыхнуло ярко-синим. Голова закружилась, и в следующую секунду все исчезло.

_____________

Друзья, дилогию можно приобрести на бумаге! Заглядывайте в Лабиринт, там очень часто скидки на мои книги. 

С любовью, ваша Крис.

Эйдан

Захватив бутылку вина, Эйдан толкнул дверь гостевых апартаментов. Записка короля оторвала его от дел гильдии, и в голове крутилось незаконченное письмо мастерам. Целая партия артефактов ушла в брак, подумать только!

— Каждый раз, когда ты тайно телепортируешься в замок, я начинаю нервничать, — сказал Эйдан, заходя внутрь.

Роберт вскинул брови:

­­­­­­­­— А если я прибыл не как король, а как дядя?

— Тем хуже! — буркнул Эйдан, садясь в кресло.

Роберт ухмыльнулся и бросил короткий взгляд на племянника. Интуиция его не обманывала. Герцог всегда знал, откуда ждать неприятностей.

— Ты помнишь, что в Эннарии у меня растет невеста? — спросил Роберт, разливая вино по бокалам.

— Ей сейчас сколько? Пятнадцать?

— Именно, — кивнул тот. — До ее совершеннолетия и свадьбы еще три года. То есть наследника я получу в лучшем случае через четыре года.

Роберт нахмурился, взъерошив темные волосы, и сердце Эйдана сжалось. Два года назад король потерял жену: она умерла при родах, сохранить жизнь ребенку тоже не удалось. Несмотря на горе, Роберт вынужден жениться снова. Договор с Эннарией позволял отсрочить этот момент и укрепить связи между двумя державами.

— К чему ты это говоришь?

Король вздохнул:

— Ты должен жениться, Дан. Ты мой единственный наследник. Наш род слишком слаб, чтобы удержать престол. Я понимаю, тебе всего двадцать шесть, но это необходимо.

Эйдан простонал и уронил светловолосую голову на ладони. Иногда он жалел, что они с Робертом не только родственники, но и друзья. Конечно, он обязан подчиниться своему королю... Но как же не хочется!

— Полагаю, это не единственная новость, которую ты собирался мне сообщить? — усмехнулся герцог.

Не зря с самого утра день пошел наперекосяк! Сперва с жалобами явились несколько капитанов - из-за неисправных артефактов их корабли разбились у самого берега. Теперь гильдия обязана выплатить компенсацию, но это меньшая из бед. Гораздо больше Эйдана волновал вопрос, что же не так с артефактами? Он сам разрабатывал их, водная магия была его коньком, над воздушной составляющей работал приглашенный специалист. Артефакты должны были гасить волны и суметь сберечь судно даже во время шторма!

После обеда Лиззи закатила истерику по пустячному поводу, забыв, что она любовница, а не жена. Пришлось приструнить ее, и настроение, без того отвратительное, испортилось еще больше. И теперь Роб с крайне загадочным видом!

— Сезон Тишины проведем в твоем замке, — поведал король.

— О нет! — простонал Эйдан. — За что ты меня так не любишь?

— Наоборот, очень даже люблю! — возмутился Роберт. — Из любопытства съедется весь свет, ты же у нас слывешь затворником. Сможешь выбрать себе жену по вкусу. Хочешь — устрой дурацкие конкурсы, как Эверетт, хочешь — придумай что-нибудь еще. Все, что твоей душе угодно!

— Честное слово, я готов жениться на первой встречной, лишь бы не превращать замок в полный девиц курятник!

Король похлопал Эйдана по плечу:

— Ты слишком лакомый кусочек, множество знатных семейств будут недовольны таким раскладом. А так все получат свой шанс.

Герцог скривился. Самое отвратительное, что Роберт был прав. Его долг как наследника - жениться и поддержать корону.

— Ладно, — наконец выдохнул Эйдан. — Только все затраты на развлечения для гостей будут оплачиваться из твоей казны! Не собираюсь тратиться на этих бездельников.

Храмовники проводили сезон Тишины правильно, как было завещано Создателем. В отличие от многих миров, Силитор не был забыт своим богом, Создатель присматривал за подопечными: не допускал особенно кровопролитных войн и природных катастроф.

Но один раз в году он удалялся от дел, восстанавливал божественную энергию, отдыхал... Чем там еще боги в уединении занимаются? Считалось, что таким образом Создатель дает возможность людям справляться с трудностями самостоятельно, не полагаясь на высшую силу. Два месяца, которые назвали сезоном Тишины, людям было запрещено обращаться к нему с молитвами.

Храмовники призывали соблюдать пост, избегать удовольствий и сильных страстей. Однако высший свет извратил это понятие: именно в сезон Тишины закатывались самые громкие балы и вечера, заключались помолвки. Многие считали, что Создатель вовсе покидает Силитор и не узнает о грехах, которым предавались в это время люди. Со временем сезон Тишины превратился в круговерть развлечений, и все они традиционно проходили в одном месте, собирая весь высший свет. Выходит, в этом году действо состоится в замке Эйдана.

В два глотка допив вино, герцог поморщился:

— Может, у тебя есть хоть одна хорошая новость?

Роберт пожал плечами:

— В лесу близ столицы видели дриаду.

Эйдан вскинул брови. Первая дриада со времен исхода древних! Уже сотню лет не встречали ни дриад, ни единорогов с драконами, ни представителей других древних рас. Волшебные народы напрямую зависят от магии, и когда она начала слабеть, они сумели открыть врата в другой мир и уйти.

 — И что же сказал очевидец?

— Что видел голую зеленую девку, танцующую вокруг дуба, — процитировал Роберт. — Он был изрядно пьян, так что я бы не доверял его сведениям.

— Роб!

— Ну ты же просил что-то хорошее?

Герцог рассмеялся и почувствовал, как напряжение отпускает его. Все-таки с дядей ему повезло, пускай он и король. Роберт был старше всего на восемь лет, и они были довольно близки. За исключением него и Райли, другой семьи у Эйдана нет. Конечно, еще оставалась мать, но с ней особенно близких отношений не сложилось.

— Кстати, тебя ждет еще один сюрприз. Вечером Моррис привезет с Ледяного острова девиц Кэнн.

Эйдан опешил, едва не поперхнувшись вином.

— Детей предателей?! Ты с ума сошел?

— Предатели были казнены сразу же, а чету Кэннов зацепило проклятием деда. Думаю, они достаточно наказаны. Зато весь род Кэнн — носители чистой огненной стихии. Нам не помешает вливание новой крови.

Роберт внимательно наблюдал за лицом племянника, но не видел в нем ненависти — лишь удивление и досаду. Это определенно хороший знак.

— Что ж, тебе решать, но я бы не доверял им, — с сомнением протянул Эйдан и добавил: — Позову-ка я Райли, пока ты меня еще какой-нибудь новостью не огорошил! При нем ты не будешь обсуждать дела.

Роберт улыбнулся и отсалютовал бокалом.

Телепорт привел нас в помещение с высоким потолком. Я вывалилась из пентаграммы и больно приземлилась на колени. Прошипев ругательство сквозь зубы, поднялась, пережидая приступ тошноты. Путешествовать телепортом оказалось не так уж приятно — каждая клеточка тела ныла, а голова кружилась. Позеленевшая Эстер схватилась за стену, Мелиссу поддержал за локоть Моррис.

Убедившись, что сестры в порядке, я огляделась. Мы стояли в просторной комнате. Похоже, она использовалась исключительно для перемещений — кроме пентаграммы на полу и пары стульев, здесь ничего не было.

Мое внимание привлекло окно. Подойдя ближе, я обомлела: перед домом росло несколько гигантских деревьев с пронзительно зеленой листвой, упоительно пахло цветами. Солнце ярко светило с невероятно синего неба.

На глаза навернулись слезы. Я и не думала, что природа может быть настолько... яркой! И ведь это всего лишь вид из окна. Теперь я понимаю родителей... Конечно, для них Ледяной остров - просто безжизненная пустыня!

Из груди вырвался тихий всхлип. Эстер и Мелисса подошли ко мне и тоже приникли к окну.

— Невероятно! — выдохнула младшая сестренка.

Эстер улыбнулась и посмотрела на меня. Я поняла, о чем она думает: мы должны сделать все, чтобы родители смогли вернуться в Киаринт.

— Девушки, сейчас я отведу вас в комнаты, где вы сможете отдохнуть. Вечером вас примет его величество, — прервал наши восторги Моррис.

Шли мы недалеко: всего пара лестничных пролетов и коридоров, и Моррис привел нас в уютные покои, состоящие из гостиной, трех спален и купальни.

Я с интересом поозиралась. Мебель была богаче и изящнее, стены обиты деревянными панелями, на полу — пушистый ковер. В центре гостиной располагался камин, служащий скорее украшением.

Сделав несколько шагов, я снова оказалась у окна. Отсюда открывался вид на сад, и от буйства красок перехватывало дыхание. Быстрее бы прошла встреча с королем! Надеюсь, после нам будет позволено прогуляться.

Вдруг между лопатками засвербело, и я передернула плечами. Спина невыносимо чесалась. Да что же такое?

— Ты тоже чувствуешь? — спросила Эстер.

— Зуд?

— Это проклятие, — пояснила сестра. — На Ледяном острове оно меньше беспокоило нас, а теперь внутренний огонь пытается выбраться наружу.

— А я ничего не ощущаю! — покачала головой Мел. На ее ресничках все еще блестели слезинки.

— Магия входит в полную силу ближе к совершеннолетию, у тебя все впереди, — ответила Эстер.

— Я тебе завидую! — хмыкнула я, раздумывая, как бы умудриться почесать спину. В таком многослойном платье это довольно затруднительно!

Зуд почти не беспокоил меня раньше, а теперь предстоит помучиться. Остается надеяться, что король все-таки снимет проклятие.

В дверь постучали, и в комнату вошла служанка с подносом, уставленным различными блюдами. Она поздоровалась и водрузила ношу на столик, украдкой рассматривая нас. Я отметила, что ее платье пошито из легкой ткани, в отличие от наших нарядов. Здесь в них стало довольно жарко.

— Как вы думаете, что нам скажет король? — спросила я, с трудом заставив себя поесть. — Я не представляю, чем мы будем заниматься при дворе.

— Может, станем фрейлинами? Кажется, мама состояла в свите королевы, до того как вышла замуж, — предположила Эстер.

— А женат ли нынешний король? Если нет королевы, то вряд ли ему нужны фрейлины.

На мой вопрос никто не ответил. Родителям присылали книги и журналы, но не давали сведений о политической обстановке в Киаринте.

— Я бы хотела быть фрейлиной, — улыбнулась Мелисса. — Надевать красивые наряды, посещать балы и танцевать...

Сестренка покраснела и смутилась. Похоже, несколько книжек Эстер в самодельных обложках попали в руки Мел. Мне довелось прочесть парочку: там каждый таинственный незнакомец оказывался принцем!

— В любом случае скоро все станет ясно! — Эстер вновь дернула себя за прядь волос и ойкнула. — Нужно привести себя в порядок. — Она направилась в купальню, и оттуда раздался возглас: — Моя прическа совсем растрепалась! Мел, поможешь? Я не подумала захватить гребень!

Мне заниматься прической не хотелось. Год назад я взбунтовалась, и теперь мои волосы доходили лишь до середины спины, а не до бедер, как у сестер. Конечно, узел, который я соорудила для ужина, давно рассыпался, но меня это устраивало.

Сидеть без дела было скучно. Осмотрев гостиную, я остановила взгляд на полке с книгами. Полистав их, обнаружила несколько томиков с поэзией и житие Святой Алисии, набившее оскомину еще дома.

Добравшись до двери, я легонько толкнула ее, и она поддалась! Это хороший знак. Я думала, до беседы с его величеством нас запрут. Крикнув сестрам, что скоро вернусь, быстро вышла из покоев.

Ничего страшного, если я немного освоюсь. Даже из дома выходить не буду. Свернув в правый коридор, я медленно двинулась вперед, озираясь по сторонам. Интересно, мы находимся в королевском дворце или где-то еще? Мозаичный пол, гобелены на стенах... Все невероятно красивое.

Под потолком висели стеклянные шары. Остановившись под одним из них, я запрокинула голову. Судя по всему, они предназначены для освещения. И наверняка работают при помощи магии! По крайней мере, ни одной свечи мною замечено не было.

Внезапно я ощутила растерянность. Мы явились в Киаринт с запечатанным даром, в то время как все аристократы ― сильные маги. Будет глупо, если я не сумею справиться с обычным фонарем! Стоило вспомнить о магии, как меня снова охватил зуд. До чего же раздражающее состояние! Надеюсь, хотя бы ночью он не будет меня беспокоить?

Размышляя, я не заметила, как рядом появилась служанка в светлом форменном платье и переднике. Наконец-то я смогу задать кому-то свои вопросы!

— Миледи? — с сомнением обратилась девушка. — Я могу вам чем-нибудь помочь?

Да, на леди я не тяну.

— Мы находимся в королевском дворце? — сразу перешла к делу я.

Служанка побледнела и сделала шаг назад.

— Нет, это замок герцога Лайрана.

Я прикусила язык. Кажется, про королеву лучше не спрашивать. Девушка и так смотрит на меня с опаской! Пока я подбирала слова, в коридор вышел юноша лет двадцати. Его светлые волосы спадали волнами на плечи, голубые глаза глядели с любопытством. Судя по богатой одежде, принадлежит к знати. Увидев меня, он остановился:

— Вам чем-нибудь помочь?

— Нет-нет, я уже ухожу.

Пробормотав какую-то ерунду, я повернула назад. Глупо было затевать эту вылазку! Я выставила себя на посмешище и при этом почти ничего не узнала. Думаю, о нашем местонахождении можно было спросить и у Морриса.

Но я и не подумала, что могу с кем-то столкнуться. По Ледяному острову можно гулять целый день и не встретить ни единой души, а тут и пяти минут не прошло, а я уже наткнулась на прислугу и неизвестного мужчину.

Свернув в следующий коридор, я уверенно двинулась вперед. На стенах были развешены картины с изображением каких-то битв. Кажется, я не видела их раньше. Да и лестница в конце коридора явно была парадной, не похожей на ту, по которой мы поднимались с Моррисом. Неужели я умудрилась заблудиться?

Пришлось вернуться назад — к счастью, ни юноши, ни служанки уже не было, — и начать путь сначала. В этот раз мне удалось отыскать дорогу.

— Куда ты уходила? — всплеснула руками Эстер, когда я забежала в наши покои.

— Немножко осмотрелась.

— Моррис вот-вот придет!

Взглянув в зеркало, я ужаснулась. Неудивительно, что служанка испугалась меня. Рыжие волосы торчали во все стороны, румянец залил щеки, а глаза блестели, словно у ненормальной. Прибавить к этому наверняка устаревший фасон платья, странные вопросы... Да меня можно принять за призрака! Я читала о них в маминых романах.

Однако заняться моей прической сестры не успели — за нами пришел Моррис. Пора к королю! Усилием воли я выбросила из головы случившееся и переключилась на предстоящую встречу. Что же нас ждет на аудиенции?

Моррис привел нас к кабинету его величества. Коротко постучав в дверь и дождавшись разрешения войти, шагнул внутрь и представил нас королю.

Тот восседал за столом, усыпанным бумагами. Заметив нас, он отодвинул в сторону письмо и произнес:

— Приветствую вас, девушки, в Киаринте, точнее, в Лайране.

Если он и поразился моему растрепанному виду, то промолчал. Король оказался куда моложе, чем мне представлялось. Никакой благообразной бороды и морщин. Вьющиеся черные волосы до плеч, мужественное лицо с немного выдвинутым вперед подбородком и пронзительные серые глаза. Никогда не думала, что серый может быть таким ярким!

Мы с сестрами нестройным хором поздоровались и присели в церемонном реверансе. Эстер он удался лучше всех, она единственная не прогуливала мамины уроки этикета.

— Рад видеть вас, девушки. Хочется надеяться, что мы поладим, и ваше изгнание вкупе с проклятием останутся в прошлом.

А уж как мне хочется надеяться! Я поспешно прикусила язык, чтобы не ляпнуть что-нибудь не то. Пусть говорит Эстер, у нее это лучше получится.

— Благодарю, ваше величество, — сказала сестра. — Мы и наши родители всей душой жаждем этого.

Его величество, кажется, Моррис называл его Робертом, остался доволен пылкой тирадой Эстер. После взаимных расшаркиваний нам велели сесть на стоящие напротив стола стулья, и мы наконец приступили к делу.

— Как вы знаете, после покушения Грэга Кэнна и всех его потомков лишили герцогского титула и земель. Прежде чем восстановить ваше положение в обществе, мы должны убедиться в вашей преданности короне. Если вы станете добропорядочными подданными, то Каролина и Ричард Кэнн будут помилованы.

— Обязательно станем, ваше величество, — серьезно пообещала Эстер, и Роберт кивнул:

— Отлично. Завтра начинается сезон Тишины, и в замок съедутся представители самых знатных семейств Киаринта. Герцог Эйдан Лайран вскоре собирается жениться, а это значит, что среди гостей будет множество юных девушек. Некоторым из них в силу возраста и обстоятельств потребуются компаньонки. Конечно, вы не можете идеально знать этикет, ваша задача — составить гостьям компанию и исполнять их мелкие просьбы.

Он хочет приставить нас к знатным леди? Сделать девчонками на побегушках? Но в этом случае мы окажемся в гуще событий! Неужели таким образом Роберт хочет проверить нашу лояльность? Я озадаченно вытаращилась на короля, и лишь тычок Эстер заставил меня опустить взгляд. Мелисса едва слышно вздохнула, расставаясь с мечтой стать фрейлиной.

— Вероятно, вы несколько удивлены, — продолжил Роберт, — но я уверен, что вы справитесь и не разочаруете меня. Ваши подопечные приедут завтра, сегодня вы сможете отдохнуть.

Что ж, не так уж плохо. Я полагала, что нас поселят в дальнем крыле замка и будут время от времени проведывать. Король же планирует ввести нас в общество, пусть и не в качестве аристократок.

— С вашим проклятием мы поработаем позже, пока что понаблюдайте за своим даром. Как он себя ведет, какие ощущения вызывает...

— Он чешется, — тут же отреагировала я.

— Что, простите? — переспросил Роберт. Его глаза блеснули, а уголки губ дрогнули.

Эстер бросила на меня гневный взгляд, а я, поежившись, уточнила:

— Дар ужасно чешется, я чувствую огонь под кожей.

Мои слова короля порадовали.

— Хороший признак. Возможно, мне удастся снять проклятие, посланное моим дедом. Продолжайте наблюдать за своими ощущениями, если вас что-то начнет беспокоить, обращайтесь к штатному магу-лекарю.

Стоило вспомнить про дар, как он тут же ожил. Между лопатками засвербело, и я прикусила губу, надеясь отвлечься. Если я почешусь о спинку стула на аудиенции у короля, то после Эстер меня убьет!

Вдруг в кабинет вошли двое мужчин, в одном из которых я, к своему ужасу, признала блондина из коридора. Тот тоже меня узнал: лукаво улыбнувшись, он едва заметно кивнул мне.

Второй незнакомец был постарше и повыше. Холодного светлого оттенка волосы были собраны в хвост. Глаза голубые, но в радужке то и дело вспыхивали янтарные искры.

Мужчины определенно были братьями, уж слишком похожи! Одни и те же черты лица: прямой нос, ярко выраженные скулы и твердый подбородок. Вот только взгляды у них отличаются: младший смотрит добродушно, а старший — настороженно.

Король к вторжению гостей отнесся благосклонно.

— Девушки, хочу познакомить вас с хозяином замка «Драконье ущелье» герцогом Эйданом Лайраном и его младшим братом маркизом Райли Лайраном.

Наклонив голову, Эстер присела в реверансе, и мы с Мелиссой с запозданием последовали ее примеру.

— Это сестры Кэнн: Эстер, Сильвия и Мелисса, — представил нас король.

Райли расплылся в улыбке, а Эйдан сдержанно поздоровался. Первое впечатление меня не обмануло: герцог не слишком-то рад нам. Впрочем, чему удивляться? Три девушки из проклятого рода. Наверняка наше присутствие здесь сопряжено с проблемами.

— Надеюсь, пребывание в замке будет для вас приятным, — холодно произнес Эйдан.

И почему мне кажется, что в его голосе прозвучала ирония?

— Несомненно, — вырвалось у меня.

Почувствовав на себе возмущенный взгляд Эстер, я тут же смягчила фразу улыбкой, правда, адресовала ее Райли. Он и так не сводил с меня глаз.

На этом обмен любезностями с герцогом был завершен. Король вновь выразил пожелание, чтобы конфликт наших семей остался в прошлом, Эстер обещала оправдать его доверие.

Моррис, появившийся словно ниоткуда, увел нас в наши покои. Как выяснилось, здесь мы пробудем лишь до утра, уже завтра нам предстоит переехать в комнаты наших подопечных. Впервые с рождения мы с сестрами разлучимся.

Эйдан

Отобедав с Райли и Робертом, Эйдан решил заняться делами. Однако по дороге в рабочий кабинет завернул к матери. В ее покоях было непривычно многолюдно: несколько модисток носили отрезы тканей, а герцогиня качала головой, отметая их один за другим.

— Дан! — Она радостно всплеснула руками. — Я только узнала! Сезон Тишины будет проводиться в нашем замке?!

Вздохнув, Эйдан мысленно простонал. Быстро же разошлись новости!

— У меня совсем нет подходящих нарядов, придется пошить еще несколько платьев! — Матушка сияла улыбкой. — Вечером я отпущу модисток, тебе тоже следует обновить гардероб.

Герцог поморщился:

— У меня нет времени на примерки. К тому же мой гардероб меня абсолютно устраивает.

Еще вчера леди Э́велин собиралась поехать в столицу, но теперь она ни за что не покинет поместье. Герцогиня обожала находиться в центре внимания и любила балы. А уж быть их хозяйкой...

С одной стороны, Эйдан был рад — мать с удовольствием займется подготовкой мероприятий. С другой — она обязательно захочет познакомить его с приглянувшимися ей девицами.

Герцогиня наконец выбрала ткань и отослала модисток. Несмотря на свой возраст, она все еще была очаровательна и следила за модой. Прищурившись, она лукаво улыбнулась:

— Ходят слухи, что ты надумал найти невесту?

Мысленно Эйдан выругался. До чего же быстро это стало известно! Не пройдет и получаса, как все обитатели замка будут уверены, что хозяин вот-вот женится.

— Нет, матушка. Ты же знаешь, я слишком занят.

Уголки губ леди Эвелин опустились, но она, взяв себя в руки, произнесла:

— Работа не заменит тебе человеческого тепла и любви.

— Для этого у меня есть Лиззи.

— Не нужно вспоминать свою девку в моем присутствии! — поджала губы герцогиня. — Надеюсь, на время сезона Тишины ты избавишься от нее? Не позорь нас перед гостями.

Эйдан нашел Лиззи на одном из постоялых дворов и пристроил в замке. Щедро одаренная природой блондиночка полностью устраивала его, но леди Эвелин ее не выносила.

— Не беспокойся, она не помешает гостям.

На пару секунд Эйдан испытал сожаление за свою ложь. Мать все равно узнает о приказе короля по поводу женитьбы... Но так у него появится несколько дней форы!

Перекинувшись еще парой фраз с герцогиней, Эйдан ушел. Скоро прибудут гости, поднимется суматоха. До этого момента стоило решить несколько важных вопросов.

В замке царило оживление. Слуги сновали мимо, горничные стряхивали пыль и натирали паркет. Похоже, матушка всерьез взялась за подготовку к сезону Тишины.

— Ваша светлость! — Из коридора вдруг выскочил толстенький пожилой мужчина, в котором Эйдан узнал маркиза Нэриана. Рядом с ним шла его дочь, девушка лет семнадцати. Она бросила на герцога быстрый взгляд из-под ресниц и залилась румянцем.

Начинается.

— Ваша светлость! Позвольте засвидетельствовать вам наше почтение! — Запыхавшийся маркиз промокнул платочком лысину и вытолкнул дочь вперед. Она присела в реверансе, словно невзначай продемонстрировав декольте, и произнесла:

— Счастлива увидеться с вами.

Эйдан замешкался. Он совершенно не помнил, как звать девицу, и не собирался запоминать.

— Надеюсь, сезон Тишины в моем поместье вам понравится. Располагайтесь, слуги помогут вам устроиться.

Маркиз набрал воздуха в легкие, чтобы рассыпаться в новых комплиментах, но Эйдан позорно сбежал, пробормотав что-то про неотложные дела. Он редко бывал в столице и забыл, какими настойчивыми могут быть родители в попытке удачно пристроить дочерей замуж. Стоило герцогу проявить чуть больше сердечности в этой беседе, и маркиз решил бы, что помолвка у него в кармане.

Проходя мимо окна, Эйдан вздрогнул. Во внутреннем дворе стояло несколько богато отделанных карет. Слуги таскали багаж, толпящиеся леди обмахивались веерами.

Да что же это такое! Кажется, все, кроме него, уже знали, что сезон Тишины пройдет в «Драконьем ущелье». Ну, Роберт! Спасибо, что вообще поставил в известность!

Пылая от негодования, Эйдан направился к дяде. По дороге его еще несколько раз останавливали. Герцог любезно приветствовал гостей, но не задерживался. В глазах рябило от нарядов и драгоценностей, весь он пропах сладковатыми духами. Сколько же девиц в этом замке! Неужели все они надеются выйти замуж именно за него?

Уже подходя к кабинету Роберта, Эйдан наткнулся на Райли. Брат улыбнулся:

— Тебе тоже передали записку от дяди?

— Какую еще записку?

— Он хочет познакомить нас с сестрами Кэнн, прибывшими с Ледяного острова.

Эйдан вздохнул. Он совсем забыл про них. Что ж, познакомиться стоило. Не каждый день в замке появляются три потенциально опасные огненные магички. Неизвестно, как поведет себя их дар вдали от снежной пустыни. Вдруг своим решением Роберт как носитель королевской крови ослабил проклятие?

Король познакомил Лайранов с девушками, и они заверили друг друга в самых лучших намерениях. Герцог искоса разглядывал сестер и мысленно признал — они весьма ничего. Удивительно, но девицы не флиртовали и не жеманничали, но Райли тут же подпал под их очарование.

Младшей едва минуло пятнадцать: ее волосы были светлыми, с едва заметной рыжиной. Лицо милое, еще детское. Однако в ближайшие годы она расцветет и станет настоящей красавицей.

Старшая сестра — как там ее, Эстер? — уже была ею. Тонкая фигурка затянута в шелк платья, волосы цвета расплавленной меди спадают ниже талии. Лицо настороженное, взгляд недоверчивый. Похоже, она умная девушка. Эйдан подумал, что сумеет найти с ней общий язык.

Герцог не сразу заметил, что Райли переглядывается со средней сестрой — Сильвией. Та была одета в кошмарное платье, превратившее ее фигуру в нечто невнятное, темно-рыжие кудрявые волосы торчали во все стороны.

И когда они успели познакомиться? Эйдан точно кожей почувствовал: с ней могут быть проблемы. Уж больно ярко сверкают голубые глаза, и не разобрать, что в ее взгляде: то ли любопытство, то ли дерзость.

Одно слово, произнесенное девушкой, дало понять, что в своих предположениях герцог не ошибся. Что Роберт собирается делать с ними? Сестры Кэнн, выросшие на Ледяном острове, для местной знати практически дикарки.

— Откуда ты знаешь младшего брата герцога? — с подозрением спросила Эстер, когда мы вернулись в свои покои.

Надо же, заметила наши переглядывания. Вздохнув, я рассказала о встрече в коридоре и своем позорном бегстве. Сестра поджала губы, став невероятно похожей на маму.

— Силь, будь аккуратнее. Мы должны быть идеальными гостьями, надо добиться того, чтобы проклятие сняли. Ты же слышала - пока король не сказал ничего определенного по этому поводу.

Я виновато кивнула. Прогулка по коридорам вряд ли является серьезным проступком, но Эстер права. Мне стоит быть осмотрительнее.

— И не нужно было дерзить герцогу, — добавила сестра. — Он хозяин замка. Кстати, интересное у него название ― «Драконье ущелье».

— Разве я дерзила? — я подняла бровь. — Всего лишь пообещала, что нам понравится пребывание в его замке.

Надменность этого Эйдана вывела меня из себя. Словно из-за проклятия мы люди второго сорта! А ведь ни мы, ни даже наши родители не были причастны к покушению.

— Ты слышала свой голос? Отравиться можно!

— Правда, он невероятно красивый? — мечтательно пролепетала Мелисса, вмешавшись в наш разговор.

— Кто?

— Это герцог-то? — изумилась я.

Я не могла не отметить - Лайран красив. Но его холодность портила все впечатление.

— Да нет же, — покачала головой сестренка. — Его младший брат, Райли.

— А вы заметили, как молод король? — тихо добавила Эстер.

Мы замолчали. На Ледяном острове не так часто доводилось видеть незнакомых мужчин... Да что там нечасто - почти никогда! Даже оленеводов я знала всех, за исключением глубоких стариков. Но они нисколько не походили на высоких, широкоплечих Лайранов и короля.

— Жаль, что мы прокляты, — вздохнула Мел.

— А еще лишены титула, — напомнила Эстер. — Даже не думайте влюбиться в кого-нибудь. Мужчина воспользуется вашей наивностью, и репутация будет разрушена навек.

Судя по всему, себя она наивной не считала. Ну да, она же слушала мамины рассказы о светской жизни! Можно сказать, получила образование в области интриг! Мелисса обиженно надулась, и я хмыкнула:

— Да ладно тебе, Эстер. Не собираемся мы падать в чьи-то объятия. Ты сама там поосторожнее, а то король и вправду хорош собой.

— Да я и не думала! — вспыхнула сестра.

Мы с Мелиссой звонко рассмеялись. То-то же! Нечего строить из себя умудренную опытом даму. Мы все в одной лодке. Но все-таки в чем-то сестра права: мы совершенно не умеем общаться с мужчинами. И сегодняшняя аудиенция у короля показала, что мне лучше помалкивать.

Вскоре нам принесли обед. Если жаркое меня не впечатлило, то крошечные пирожные привели в восторг. На языке раскрывался восхитительный вкус сладких фруктов, карамели и чего-то соленого. Удивительное сочетание.

Подлив еще чая, я съела несколько пирожных и с трудом остановила себя.

— Правильно! — усмехнулась Эстер. — В платье не влезешь.

— Нам же обещали пошить новый гардероб! — вспомнила я и хищно уставилась на последнее пирожное на тарелке. Оно выглядело таким одиноким, что я просто обязана его спасти!

Едва я протянула руку, как Мелисса схватила его и засунула в рот. Из моего горла вырвался возмущенный вздох, рядом хихикнула Эстер. Это она подговорила сестру!

Нашу дружескую перепалку прервал шум. Дверь стремительно распахнулась и ударилась о противоположную стену. В комнату влетела женщина лет пятидесяти в богатом платье. Несмотря на возраст, незнакомка все еще была красивой — стройная фигура, светло-каштановые волосы, убранные в прическу, правильные черты лица. Простучав каблуками, она остановилась в центре комнаты и посмотрела на нас. В ее взгляде смешались ненависть и презрение. И с чего нам оказан столь теплый прием? Раньше мы не встречались.

— Все-таки это правда! — буквально выплюнула гостья. — Роберт притащил в мой дом выродков рода Кэнн!

Я поежилась. Кажется, перед нами герцогиня Лайран. Вот и первые неприятности, о которых предупреждала мама.

— Простите, леди... — начала было Эстер, но ее перебили:

— Я не позволяла тебе открывать рот! Грэг Кэнн убил моего отца, явив свою подлую натуру! Роберт — хороший король, но насчет вас он ошибся. Порченая кровь еще покажет себя.

От ее слов я опешила, но следом пришло раздражение. Я не одобряла поступка своего деда, даже стыдилась его. Но мы - не он! Однако вряд ли герцогиня, потерявшая отца, сможет понять нас.

— Вы ошибаетесь, леди Лайран, — ответила Эстер, поднимаясь. — Мы верны его величеству.

Я никогда не видела сестру такой: в прищуренных глазах искры гнева, подбородок вскинут. Обычно сдержанная Эстер была очень зла. Невольно я восхитилась ею.

— Не смей разговаривать со мной в таком тоне! — прошипела герцогиня и замахнулась.

Я поймала ее запястье, не дав отвесить пощечину Эстер. Внутри клокотало негодование, запертый в теле огонь вновь принялся печь под кожей, реагируя на мои чувства.

— Не смейте нас бить, — медленно произнесла я. — Мы не заслужили подобного обращения.

Герцогиня прожгла меня испепеляющим взором и выдернула руку:

— Вы еще пожалеете, что приехали сюда.

— Мы всего лишь исполняем волю короля, — твердо произнесла Эстер.

Еще раз презрительно посмотрев на нас, герцогиня покинула комнату. Едва за ней захлопнулась дверь, как бледная от страха Мелисса беззвучно заплакала. Все это время она сидела за столом, круглыми глазами наблюдая за ссорой.

— Не плачь, Мел. — Эстер крепко ее обняла. — Ничего она нам не сделает, король сам притащил нас сюда.

Я шагнула вперед и присоединилась к сестрам. Наши объятия были отчаянными, мы словно пытались слиться друг с другом, набраться сил. Конечно, я не ожидала, что будет просто... Но не думала, что мы столкнемся со столь откровенной ненавистью.

— Да уж, — хмыкнула Эстер. — Поосторожнее у нас не вышло. Леди Лайран обязательно затаит обиду.

Определенно. Будучи хозяйкой замка, она может серьезно осложнить нам жизнь. И все-таки я не жалела, что остановила ее. Эстер не заслужила пощечину.

— Мы справимся! — решительно заявила я, в первую очередь желая подбодрить Мелиссу. Мой голос прозвучал уверенно, хотя уверенности я не испытывала.

Еще несколько минут мы молча обнимались, но наконец я взмолилась:

— Кто-нибудь может почесать мне спину? Мой дар сведет меня с ума!