Невеста по обману: расколдовать чудовище

– Это же я! – я услышала звонкий девичий голос, пробившийся через пелену сна. – Папочка, ты гений!
Голос был настолько звонкий, что резал уши. Капризный, его хозяйка явно ни в чем не знала отказа. Откуда вообще взялась эта девица в моей квартире? Или я все еще сплю? Я попыталась открыть глаза, но ничего не получилось. Веки были тяжелыми, неподъемными.
– Папочка, у нее ресницы дрожат! – голос девушки зазвенел еще громче. Совсем чуть-чуть и она перейдет на ультразвук. – Смотри! Смотри!
– Тише, Кларисса, – у отца девушки голос глубокий, низкий, властный. Так говорят люди, привыкшие отдавать приказы. – Это хорошо. Значит, скоро очнется. А могла бы так и остаться на грани миров.
– В смысле? – я распахиваю глаза и резко сажусь.
Сразу начинает кружиться голова, поднимается тошнота. Я хватаюсь за виски, чтобы голова просто не лопнула. Зажмуриваюсь, потому что свет режет глаза.
– Кларисса, подай бокал с зельем, – приказывает мужчина.
– Не буду я пить никакого зелья, – отказываюсь, с трудом шевеля губами. 
– Нужно, – твердо произносит мужчина. – Сразу станет легче. Незачем так страдать, симптомы сами будут проходить в течение недели, зелье снимет их за пять минут. Пей, не упрямься, – и добавляет с угрозой: – Иначе силой волью.
– Пей! – капризничает Кларисса. – Я приказываю!
Хотелось ей ответить, но победило желание почувствовать себя лучше. Я послушно позволила себя напоить прохладным напитком с нотками мяты. Очень приятным на вкус. И снова упала на подушку. Голова кружилась даже с закрытыми глазами, в ушах грохотали барабаны и я не сдержала стон. Минуты казались мне бесконечностью, но неприятные ощущения стали отпускать.
– Где я? – спросила, осторожно приоткрыв один глаз. Убедившись, что не больно, открыла и второй. Что я не дома, было понятно сразу.
Нет в квартире комнаты с таким высоким потолком и шикарной обстановкой. Позолота, резьба, роспись – все это походило на интерьер дворца.
– Тебе выпала великая честь, – пафосно начала Кларисса, которую я не видела, – выйти вместо меня замуж.
– Чего-о?! – я снова резко села. Вот сейчас я могла видеть обладательницу высокого капризного голоса. И это заставило меня потереть глаза, зажмуриться, снова открыть. Но картинка не изменилась.
Возле кровати стояла я. Я! Только одетая в дорогое платье, расшитое причудливым узором и украшенное бисером. Прическу такую я тоже никогда не носила. Красивая, но в наше время смотрится странно. Слишком причудливая, сплетенная из локонов и украшенная драгоценностями. Таких дорогих сережек у меня точно никогда и быть не могло.
Кларисса была моей копией. Богатой, аристократичной и высокомерной. Она разглядывала меня, поджав губы. На умело накрашенном лице сквозило ледяное презрение.
– Папочка, у нее глаза зеленые, – произнесла так, будто это высшее оскорбление. – Они ужасны. Просто кошмарны.
– Какие есть, – огрызаюсь я. – Мне вот твои бледно-голубые тоже не нравятся. Портят все мое лицо.
– Много ты понимаешь! – Кларисса вздернула тонкий нос. А вот мой немного шире. – Такой цвет – признак чистейшей аристократической линии. Да и просто красивый.
– Значит, меня замуж не возьмут, – я широко улыбнулась, а Кларисса прищурилась, ее щеки окрасились ярким румянцем.
– Возьмут, – прошипела она. – По капле специального зелья и твои глаза будут нужного цвета. Да, папочка?
– Ри, дорогая, – наконец-то я увидела обладателя властного голоса, – не запугивай девушку. Твой дрожайший жених на такую мелочь совершенно не обратит внимания.
Мужчина, приходящийся отцом моей копии, был высок и сухощав. Седина посеребрила его волосы, которые он собрал на затылке в хвостик. Я такие прически в фильмах видела. В жизни мужчины носят хвостики, но не перевязанные черной шелковой лентой. Костюм сидел на его фигуре безупречно. Холеные тонкие пальцы мужчины были унизаны перстнями с яркими камнями. В белоснежном шейном платке сияла булавка. Накрахмаленный воротничок так подпирал его щеки, что мне показалось – одно резкое движение и ткань рассечет кожу.
– Я лорд-протектор герцог Альзирр, – представился он. – Моя дочь леди Кларисса Альзирр. А вам, моя дорогая, выпала великая честь послужить на благо не только герцогства, но и всего королевства Малингар.
– А если я не хочу? – мне совсем не хотелось служить на благо неизвестно кого.
– Мы вас убьем, – буднично, с тонкой улыбкой на губах произнес герцог, в его темных глазах был арктический холод, а его дочь уверенно кивнула. – На вашем месте я бы согласился. И тогда вам, моя дорогая, будет выплачено щедрое вознаграждение, а еще вы, если захотите, отправитесь в свой мир.
– А почему Кларисса сама замуж не хочет выйти? – осторожно задаю я вопрос.
– Не твоего ума дело, – отчеканивает она. – Вас там что, не учили подобающему уважению?
– Честно говоря – нет, – я развела руками. – У нас другое социальное устройство. Нет аристократии.
– Бред какой, – фыркает Кларисса. – Фи, какой странный мир. Папочка, эта девица глупа. Несет всякую чушь.
– Ри, дорогая, успокойся, – герцог Альзирр похлопал дочь по руке. – Она похожа на тебя почти неотличимо, это главное. Остальное неважно. Немного подучим, приоденем, и выйдет вполне сносно.
– Ах, папочка, – закатывает глаза Кларисса, – просто не представляют, как из этого, – она указала на меня пальцем, кольца звякнули, браслеты на тонком запястье от этого движения рассыпали мириады цветных бликов, – сделать что-то приличное. Она же дикарка и грубиянка.
– Я вам не мешаю? – мне было ужасно неприятно, что меня так грубо обсуждают. Кто тут еще грубиянка! – Вы даже имени моего не спросили.
– А какая разница? – дернула плечиком Кларисса. – С этого дня ты – это я. Леди Кларисса Альзирр. Или папочка тебя убьет. Выбирай, – улыбнулась она змеиной улыбочкой. Достойная дочь своего отца!
Ужас, это куда же я попала?
– Папочка, она глупая! – вынесла свой вердикт Кларисса, когда я не ответила сразу.
А пыталась понять, как такое вообще возможно! Перемещения между мирами – это фантастика, ничем не обоснованная.
Я ущипнула себя за руку от всей души. Больно! Зашипев, я скривилась.
– Папочка, она совсем дурочка! – Кларисса даже ногой топнула. – Она провалит нам все дело. Как вот такая, – она покрутила пальцем у виска, – сможет изобразить меня?
– Не расстраивайся раньше времени, – лорд Альзирр сделал попытку утешить дочь, но в его голосе отчетливо были слышны сомнения. – Переход очень сложен, влияет на тело и разум. Может, не все так плохо.
Лорд смотрел на меня так, словно хотел пролезть мне в голову. А я уже было хотела притвориться, но следующие его слова остановили меня от опрометчивого шага:
– Подождем до завтра. Ей надо отдохнуть, поспать. Окончательно влиться в наш мир. И если разум ее действительно повредился, то придется от нее избавиться.
– Не надо от меня избавляться! – я была категорически против. – Все со мной нормально.
– Вот видишь, – лорд Альзирр улыбнулся дочери, – а ты волновалась. Через месяц она вместо тебя поедет во дворец.
– Меня зовут... – начала я, но лорд Альзирр грубо меня оборвал:
– Кларисса, – его глаза сверкнули недовольством, – тебя отныне зовут Кларисса. Забудь свое настоящее имя. Этот месяц ты будешь обучаться манерам, вышиваю и танцам.
– Вряд ли я все выучу, – я очень в этом сомневалась. – Для этого наверняка нужен не один год. Жених сразу раскусит обман.
– Раскусит, хих, – нервно хихикнула Кларисса. – Он меня видел только на портрете. Мы не знакомы лично. Так что месяца обучения будет достаточно. Тебе нужно срочно переодеться, – произнесла резко, – ты одета крайне неприлично. У нас так и последняя девка не оденется.
Я оглядела себя. Майка и шорты – обычное дело летом. А вот босоножек я на ногах не чувствовала.
– У нас так ходят все, – произнесла я, оправдываясь.
– Ужас, – скривился лорд Альзирр. – Дикарство какое-то. Нет, так не пойдет. Ри, дорогая моя, вызови старуху Марту. Не стоит терять ни минуты. У нас слишком много работы.
Тихо шурша великолепным платьем, Кларисса проплыла к двери и дернула за канат с кисточкой на конце. В комнате ничего слышно не было, но вскоре в комнату вошла невысокая пожилая женщина в черном.
Старухой назвать Марту у меня бы язык не повернулся. Спина была прямая, как палка, гордая посадка головы, блеклые глаза глядели остро. Меня она окинула неприязненным взглядом и скорбно поджала губы.
– Ужасная вульгарность, – она медленно качнула головой. – Леди Кларисса, эта девушка на вас хоть и похожа, но уступает в утонченности. Сразу видно, что она простушка. Даже если провести годы за ее обучением, она все равно не сможет сравняться с вами.
Марта вылила на хозяйку тонну лести, а на меня совершенно противоположной субстанции. Хотелось сказать, что я и не собираюсь ни с кем равняться, мне и так хорошо. Но пришлось смолчать. А тот тут за каждое слово грозятся меня убить.
– Что на вас надето, милочка? – брезгливо спросила Марта.
– Одежда, – ответила я с вызовом. – В моем мире это нормально. Меня же не предупредили, что будут переносить. А то я бы в театре подходящее платье напрокат взяла.
– Грубиянка, – отрезала Марта. – Лорд Альзирр, я займусь ею. Через час она будет выглядеть подобающе.
– Я ей свои платья отдаю, – капризно произнесла Кларисса.
– Дорогая моя, – лорд Альзирр ласково улыбнулся дочери, – ты сможешь заказать себе новые наряды, как только все закончится. Из лучших тканей. Самые модные.
– Папочка, как я тебя обожаю! – заулыбалась Кларисса. – И как жаль, что ее нельзя отправить в платье служанки.
– Ри, ну ты же знаешь, – вздохнул лорд Альзирр, – что все должно быть достоверно. Зато ты останешься дома.
– Ах, только это и утешает, – притворно вздохнула Кларисса. – А ты чего сидишь? – тут же рявкнула на меня. – Поднимайся и иди в умывальню. Марта проследит и поможет одеться.
– И не вздумай бежать, – предупреждающе начал лорд Альзирр, – тебя сразу схватят. Да и в мороз ты в таком виде далеко не убежишь. Слуг можешь даже не пытаться просить о помощи. Это бесполезно. Просто делай, что тебе велят, и тогда не будет никаких проблем.
– Вам туда, – Марта пальцем указала направление.
– Иду, – я решила не лезть на рожон.
Я им нужна, а мне нужно время, чтобы осмотреться. Если все это не какой-то мой личный глюк и меня действительно перенесли в другой мир, то не стоит действовать опрометчиво. Этот напыщенный лорд пообещал вернуть меня домой. Заманчиво, если не врет. Но что мешает ему врать? Я выполню свою часть сделки, а вместо награды меня прихлопнут. Значит, нужен план побега.
Я дошла до едва заметной двери, спрятанной в тканевой панели, которыми были обшиты стены. Обернулась.
– А что мешает мне рассказать о подмене жениху? – задала очень важный вопрос.
– Одно маленькое заклятье, – улыбнулся лорд Альзирр. – Ты будешь терять голос, если захочешь рассказать о подмене. Ну и в дополнение испытывать невыносимую боль. Неужели ты думаешь, что я буду верить тебе на слово?
– А я вот вам верить должна? – ответила вопросом на вопрос.
– У тебя выбора нет, – лорд Альзирр продолжал улыбаться, – иначе...
– Я помню, – прервала его. Нажав на ручку, я шагнула в ванную.
Это у меня сейчас выбора нет. Но кто сказал, что я не попытаюсь это изменить?

Умывальня оказалась роскошной ванной комнатой, посередине которой стояла огромная ванна на золотых когтистых лапах. Смотрится, если честно, жутковато.
– Снимай свои тряпки, – раздалось сзади недовольным приказным тоном. 
Я обернулась на Марту. Она, сложив руки на груди, перегородила собой дверь.
– Выйдите, пожалуйста, – твердо произнесла я. – Я сама в состоянии помыться.
– Живо раздевайся, – в голосе Марты прозвучала угроза, – иначе я сдеру с тебя эти развратные тряпки. Срамота! Ни одна развратница никогда не переступала порога этого уважаемого и приличного дома.
– Да я бы тоже с радостью этого не делала, – я вздернула подбородок. – Меня сюда затащили силой.
– Раздевайся! – Марта двинулась на меня.
– Выйдите, – я сделала шаг назад.
– Раздевайся, – Марта неотвратимо наступала на меня.
– Выйдите! – продолжала я настаивать, бочком отходя от служанки. Хочет меня поймать? Пусть попробует, я занималась легкой атлетикой. Бегаю и прыгаю я вполне неплохо. Главное, не растянуться на каменном полу.
Марте надоело мое упрямство и она кинулась вперед, пытаясь схватить меня за волосы. Я, отпрыгнув в сторону, рванула за ванну. Здоровенное корыто стояло так, чтобы удобно было обходить его со всех сторон. И сейчас послужило мне отличным прикрытием.
– Ах ты дрянь! – выругалась Марта, подхватывая подол своего платья. – Вот я тебе задам!
Но ее угрозы только придавали мне сил и решимости не попадаться этой злыдне. Я прекрасно поняла намек. И очень разозлилась! Сами меня сюда перетащили и теперь претензии предъявляют!
Мы играли вокруг ванны в кошки-мышки. Марта не смогла бы меня ни догнать, ни поймать. Она уже запыхалась. Вся ее правильность осыпалась и оказалось, что эта чопорная дама ругается не хуже портового грузчика.
– Хватит! – раздался повелительный окрик. – Марта, что происходит?
В дверях появился лорд, за ним выглядывала из-за плеча дочурка.
– Эта девка не дает себя вымыть! – гневно ответила Марта.
– Я не девка! – я тоже перешла на повышенные интонации. – У меня имя есть. Меня зовут Мирослава. Можно Мира, но не вам. А помыться я могу и без посторонних.
– Леди никогда не принимает ванну одна, – прогрохотал лорд Альзирр. – Ей всегда помогает служанка. Изволь вести себя как леди!
– Понятия не имею, как ведут себя ваши леди, – отвечая на нападки, я все равно краем глаза следила за Мартой. Она подбиралась ко мне мелкими шажками, но я успела это заметить и отойти. – Не знакома ни с одной. Я не хочу, чтобы она до меня дотрагивалась.
Побагровевшая Марта сверкала глазами, молча угрожая всяческими карами.
– Твое мнение, Кларисса, – с нажимом произнес лорд Альзирр, – здесь никого не интересует. Ты выполняешь все, что скажу тебе я, моя дочь или Марта. Если не хочешь, чтобы я сунул тебя в ванну собственноручно, прекрати истерику и дай Марте заняться ее прямыми обязанностями.
Служанка победно сверкнула глазами. Сочувствия здесь нет ни у кого.
– Вы будете наблюдать? – спросила я с вызовом.
Лорд Альзирр опалил меня гневным взглядом и, резко развернувшись, чуть не сбил с ног дочь.
– Ри, не стой столбом! – рявкнул он. – Прикажи накрыть, пока эта плещется. Почему я должен думать обо всем сам?!
– Папочка! – возмущенно воскликнула Кларисса, а дальше я не услышала, лорд захлопнул дверь с таким грохотом, что стены содрогнулись.
– Слышала приказ лорда Альзирра? – Марта торжествовала. – Раздевайся. Будь ты здесь служанкой, уже бы получила розгами за свое упрямство.
– Только попробуй меня ударить, – я, глядя Марте в глаза, четко произносила каждое слово, – и ты об этом пожалеешь.
Эта дама невзлюбила меня с первого взгляда, но я не позволю себя третировать и унижать.
Марта, пронзив меня взглядом, шагнула к ванной. Покрутила вентили, и из крана полилась вода.
– Раздевайся и залезай, – скомандовала она.
Но я не спешила подчиняться. Для начала попробовала рукой воду.
– Слишком горячая, – отчеканила я. – Я буду мыться или вариться?
Марта демонстративно прикрутила один вентиль. Ох, чую, веселенький меня здесь ждет месяц.
Я опять потрогала воду, теперь она была вполне подходящей. Внутри меня все протестовало, но я разделась и залезла в корыто.
Так «весело» я еще никогда ванну не принимала. Марта пыталась теперь меня мочалкой так, словно хочет кожу содрать.
– Полегче, – возмутилась я. – Я с утра была в душе и настолько еще испачкаться не успела.
– Мне лучше знать, – съехидничала Марта.
Пришлось схватить ее за руку и дернуть на себя:
– Я сказала – полегче, – глядя ей в глаза, отчеканила я.
Да, я несколько лет, как перестала заниматься спортом и теперь только немного поддерживаю форму. Но я сильнее, чем кажусь.
Марта дернулась, но вырвать руку из моей хватки у нее не получилось. Наше противостояние длилось несколько секунд. Потом я очень медленно разжала пальцы. Тереть меня она стала гораздо мягче. Зато попыталась отыграться на волосах. Дернула так, что у меня чуть слезы из глаз не брызнули. Не уймется – это ясно как белый день. Нужно держать ухо востро.
– Еще раз дернешь и тоже искупаешься, – пригрозила я Марте.
– Ты мне не нравишься, – прошипела.
– Я от вас тоже не в восторге, – заверила ее. – И не думаю, что лорд Альзирр будет рад, если я перестану быть похожей на его дочь, – добавила я с намеком.
– Ты медяшка, – фыркнула Марта, – и золотом тебе не быть. Никогда меди не стать благородным металлом. 
– Метафорично, – усмехнулась я. – У нас еще говорят, что не все то золото, что блестит.
– Слишком дерзкая, – Марта опять сильно дернула меня за прядь. – А это признак невоспитанности.
– Тогда ваша Кларисса тоже невоспитанная. К тому же очень капризная. И чем ей жених не угодил, а? – может, разозлившись, Марта мне что-нибудь выболтает, но она шипит в ответ:
– Не твое дело.
Вот как раз и мое. Почему Кларисса просто не отказала жениху? Зачем такие сложности?
– Неужели жених нищий? – притворно ужасаюсь я. Другой причины придумать не могу. Возраст вряд ли бы Клариссу остановил.
– Он баснословно богат, – Марта обдает меня презрением. – И знатен. Так что радуйся, что станешь его женой.
– Кларисса что-то не рада, – хмыкаю я. – Стар и страшен?
– Лорд молод, – отчеканила Марта. А про «страшен» промолчала.
Все понятно, Клариссе не понравился жених. Это же насколько он уродлив, что даже знатность и богатство не перекрыли это? Насколько я знаю из истории и из жизни – на лицо при таких преимуществах даже не смотрят.
– Ай! Ты что? Она же ледяная! – взвизгиваю я, когда Марта начинает поливать меня холоднючей водой.
– Холодная вода помогает сохранять молодость, – наставительно произносит Марта.
– Простывать она помогает, – повернувшись, я подкрутила вентиль. – Нужна ли лорду кашляющая невеста? Да и если я заболею, за месяц меня научить ничему не успеют. Хочешь подвести своего хозяина?
– Мало тебя в детстве пороли, – Марта поджала губы. Закончив, наконец, отмывать меня, отошла за полотенцем.
– Вообще не пороли, – обрадовала я ее. – Это ужасный метод воспитания, мои родители такое не практикуют.
– Зря, – Марта едва не швырнула в меня огромным полотенцем, похожим по размеру на простыню. – Это огромное упущение с их стороны.
Перехватив огромное полотенце, в завернулась в него, закрепив сбоку, как привыкла делать дома.
– А для волос есть полотенце? – спросила с улыбкой. В меня полетело и второе, поменьше.
Вытирать волосы этой мегере я не доверю, как и расчесывать. Выдерет же. 
– Садись за столик, – Марта резко ткнула пальцем в сторону туалетного столика.
– Садитесь, – все с той же улыбкой поправила ее, – я же леди, и никому не следует знать, что это не так. Ты ведь не хочешь огорчить лорда и отправить замуж Клариссу?
Я уже поняла, что вежливость в этом доме принимают за слабость. А Марта очень любит свою подопечную. Значит, постараюсь этим воспользоваться. Надеюсь, я действительно настолько сильно им нужна.
Покосившись на Марту, когда она взяла расческу, я приготовилась дать отпор.
Не знаю, что у них тут за средства волшебные, но расческа легко заскользила по влажным волосам. Расческа оказалась с секретом – она волосы и расчесывала, и сушила! Не прошло и пяти минут как мои волосы окутали меня блестящей золотой волной. Это на них так местный шампунь подействовал?
Да и кожа моя стала прямо бархатной, и без всяких кремов. И как будто светящейся. Не потребовались никакие хайлайтеры и прочие пудры.
Пока я разглядывала себя в зеркало, отмечая крошечные изменения, Марта закончила меня расчесывать и отошла куда-то за ширму. Вернулась она с одеждой в руках.
– Одевайся, – протянула мне ее. Пришлось недовольно на нее посмотреть. – Одевайтесь, – прошипела Марта.
– Спасибо, – я, поднявшись, взяла преложенное и ушла за ширму. Не собираюсь лишний раз щеголять в чем мать родила перед посторонними.
Одежда оказалась моего размера. Ткань, похожую на шелк, украшали кружева и тонкая вышивка. В наших магазинах такое наверняка стоило бы баснословных денег, даже несмотря на несколько старомодный крой. Шортики и комбинация до середины бедра – я бы назвала этот комплект так.
– Теперь корсет, – Марта с самым недовольным видом разворачивала этот предмет.
– Это обязательно? – я сделала шаг назад.
– У леди должна быть тонкая талия и красивая осанка, – нехорошо так усмехнулась Марта.
– Вашим леди просто нужен фитнес, – я надевать эту штуку не хотела, с осанкой у меня и так все хорошо. – У моя спина и так достаточно прямая.
– Корсет обязателен, – отрезала Марта, зажимая меня к стене.
Вот зачем девушкам эта штука? В ней хоть дышать можно? Корсет надевать не хотелось, но пришлось. Без него сразу станет понятно, что я не леди. Марта попыталась затянуть его как можно туже, а я хихикнула, когда половинки корсета сошлись, а дышать я все еще могла. Это как же сильно утягивают Клариссу?
А чулки с ажурной резинкой и бантами мне понравились. Кокетливо так. Вот только за окном, насколько я заметила, зима. И мне бы сейчас очень пригодился мой чудесный лыжный костюм.
Туфли были, наверное, домашними: на низком каблуке и без задников. Размер чуть-чуть не подошел, у Клариссы ножка больше.
Потом настал черед нижней юбки, и я порадовалась, что это не какая-то жесткая конструкция, какие были в ходу у нас не так уж и давно. И поверх всего это великолепия надевалось платье. Из бархатной ткани нежно-голубого цвета, с вышивкой по лифу и подолу.
– Сади..тесь за столик, – выдавливает из себя Марта, – волосы нужно уложить.
Когда она закончила, я была не похожа сама на себя. Как будто я сейчас пойду сниматься в фэнтези. Я была очень похожа на Клариссу, осталось только научиться также капризно складывать губы и говорить требовательно и пискляво одновременно.

– Лорд Альзирр, – грубо, и явно специально, отпихнув меня, Марта первой выходит из ванной, – я сделала все, что могла. Но сами понимаете, – она склоняет голову, показывая, что сделать из меня что-то приличное практически невозможно.
– Ты хорошо поработала, – одобрительно кивает лорд Альзирр. – Она вполне сойдет за мою Ри. Парочка артефактов завершат преображение. А ты садись за стол. Уверен, аппетит ты мне испортишь своими манерами, но выбора нет. Леди обязана демонстрировать блестящее воспитание во всем.
Выговаривает все это с таким презрением, что внутри я просто полыхаю от злости. Так и хочется вести себя нарочито невоспитанно. Чавкать, хлюпать из кружки и есть руками. Пусть бы всех их перекосило. Ведь сами меня сюда перенесли! Мне и дома было хорошо.
Не настолько я хотела изменить свою жизнь. В новогоднюю ночь я загадывала, как и многие девушки, найти настоящую любовь. Или хотя бы познакомиться с приличным парнем. А еще найти наконец-то работу с нормальным графиком и хоть сколько-нибудь нормальной зарплатой. И, желательно, без начальника-самодура. Всего лишь пожелала немного изменить жизнь к лучшему.
В другой мир попадать я не загадывала! Тем более июль наступил, а ничего в моей жизни не изменилось. А потом вот. Я здесь. С другой стороны, если подумать... получается, что у меня новая работа – фиктивный брак, мне за нее хорошо обещают заплатить, а насчет начальника...
Я пристально оглядела лорда Альзирра. С начальником мне определенно не повезло. Ладно, не все ж коту Масленица. Но через месяц я уеду от него подальше. Большой вопрос – является ли фиктивный жених приличным парнем. А так, в целом, осторожнее загадывайте желания. А то как сбудутся!
– Ты оглохла? – рявкает лорд Альзирр. – Или такая тупая?
– Папочка, ее надо наказать, – Кларисса зло сверкает глазами. – Это быстро заставит ее понимать тебя сразу. У нас, дорогуша, со строптивыми слугами разговор короткий.
– Я не ваша служанка, – напоминаю этой благородной леди, хотя так и просится другое слово. – Кроме того, если не я, то замуж придется идти вам.
Кларисса краснеет от злости, но молчит.
А я иду к столу. Я не изучала королевский этикет, да и мне не нужно было, но вести себя за столом умею вполне хорошо. Уж вилкой суп не хлебаю. Но моих умений для аристократического общества не хватает.
Лорд Альзирр и его доченька буквально изводят меня наставлениями. Самой брать со стола нельзя, нужно дождаться слугу. То нельзя, это неприлично. Бокал справа ставят, чтобы наполнили, слева – когда не нужно. Чуть сдвинуть сюда – знак внимания любовнику, а если сдвинуть туда – ищу любовника. Столько правил и знаков – мне этого не запомнить и за год!
– Она нас опозорит, – Кларисса отшвыривает салфетку. – Папа, она не в состоянии запомнить простых вещей!
– Будет учить, пока не запомнит, – жестко произносит лорд Альзирр. – А еще, Кларисса, – он смотрит на меня, – ты должна запомнить, что леди не жрет, как селянка, она ест изящно, медленно и мало.
Ага, особенно если вспомнить, что корсет Клариссы на мне сошелся до конца. Клюет как птичка, да.
– У меня очень быстрый метаболизм, – я беру блюдо с каким-то мясом и накладываю себе добавки, – а еще я спортсменка.
– Кто? – лорд Альзирр сводит брови к переносице. – Звучит крайне неприлично. Что это значит?
– Что мне нужно нормально есть, – я добавляю себе еще гарнир, очень похожий на нашу запеченную картошку. – Иначе у меня не будет сил. Да и платье Клариссы сидит на мне очень свободно.
– Ты сказала, что я толстая? – взвивается Кларисса. – Папочка, она назвала меня толстой! Да я... я... я самая изящная в нашем герцогстве. Во всем королевстве даже!
– Ри, успокойся, – мягко произносит лорд Альзирр, а Марта быстро добавляет на ее тарелку разных вкусностей. – Ты самая красивая, этого никто не может оспорить. Иначе бы тебя не выбрал в невесты сам, – он оборвал себя на полуслове. – Сам он.
– Мне хоть фото жениха покажут? – спрашиваю. – Как я его узнаю?
– Что покажут? – переспрашивает лорд Альзирр. – Я магически вложил в твою голову знание языка, то все равно говоришь непонятные слова. 
– Фото. Фотография. Фотокарточка. Портрет, – начинаю перечислять синонимы.
– Портрет есть, – кивает лорд. – Принесут. Конечно, принесут.
– Вот уж не думала, что в двадцать семь попаду в такие приключения, – вздыхаю я.
– Двадцать семь – это что? – теперь вопрос задает Кларисса.
– Лет, – отвечаю. – Мне двадцать семь недавно исполнилось. А что?
– Да ты старая! – Кларисса радостно улыбается. – Двадцать семь – это старость. Мне вот всего девятнадцать. Ты должна нам быть благодарна за возможность выйти замуж. В двадцать семь ты себе приличную партию не сделаешь. Ужас, двадцать семь! – она хватается за сердце.
– Учитывая твой возраст и одежду, в которой ты была, спортсменка – это точно что-то неприличное, – уверенно делает вывод лорд Альзирр. – Впрочем, это не имеет значения. Здесь ты родовитая леди. Марта, подавай чай, мы закончили.
– Двадцать семь, – продолжает закатывать глаза Кларисса.
Я копирую ее жесты: прикладываю тыльную сторону ладони ко лбу, поднимаю глаза к потолку, голову чуть поворачиваю вбок и наклоняю назад.
– Хватит меня дразнить! – злится Кларисса.
– Я вживаюсь в роль, – отвечаю с самой любезной улыбкой, на которую способна.
– Папа, прикажи ей перестать меня передразнивать! – капризничает Кларисса. Опять надувает губы.
– Хватит, Ри, – обрубает ее лорд. – Пусть запоминает. Ей нужно говорить как ты, двигаться как ты.
– Я так ужасно не машу руками, – фыркнув, задирает нос Кларисса. – Какое-то глупое жеманство. Это отвратительно, – она, растопырив пальцы на левой руки, прикрывает ими глаза.
Зря я в театральный кружок не ходила, сейчас бы очень помогло.
– У нас нет времени на споры, – жестко обрубает возмущения Клариссы отец. – С меня герцогские обязанности никто не снимал, все требует моего внимания. Так что заткнулись обе и заканчивайте трапезу. Дальше будет изучение родового древа. Через месяц невеста должна быть в замке и точка! Ты, – он смотрит на дочь, – поедешь лично, если не будешь обучать своего двойника как следует. Или мне прикажешь обучать ее рукоделию и разным вашим женским штучкам?!
– Н-нет, – дрожащим голосом отвечает Кларисса.
– А ты, – лорд Альзирр буквально прожигает меня взглядом, – очень рискуешь вообще быть стертой с полотна мира. Понятно? Ты мне не дочь, и жалеть тебя я не буду. Поэтому, дорогие мои, все это в ваших интересах. Марта! – рявкает так, что служанка подпрыгивает. – Убирай со стола. Леди желают получать знания.
Марта быстро начинает собирать тарелки. Даже доесть не дала. А лорд Альзирр положил на стол огромный атлас. Украшенный золотом, с красивыми иллюстрациями. Картинки казались буквально живыми.
– Это карта королевства Малингар, – он разворачивает листы в огромную карту. – Это, – тычет пальцем в карту, – герцогство Альзирр, где ты сейчас находишься. Через месяц тебе предстоит отправиться в королевский замок, – ведет пальцем по нарисованной дороге через поля, города и реки, – вот сюда. На Север.
– Почему не в столицу? – у меня появились нехорошие подозрения.
– Потому что в это время года молодой король проводит время в замке Северная роза, – отчеканивает лорд Альзирр.
– Король? – переспрашиваю я в шоке. Мне показалось, что я ослышалась. – Кларисса не хочет выйти замуж за короля? А так можно?
– Нельзя, – задирает нос Кларисса. – Королю нельзя отказать. Если ты, конечно, не принцесса. А я не хочу. Поэтому здесь ты. Через годик будешь свободна, если не родишь наследника.
– Что-о?! – новость за новостью, одна страшнее другой.
– Ничего, – улыбается ехидно Кларисса. – Зелье есть. Не залетишь. Ну или вообще придумай, как мужа до тела не допускать. Голова болит или еще что. Придумай, в конце концов.
Закрываю глаза рукой. Приплыли. Я – невеста короля. Короля!
– Так, погодите, – убираю руку, – а что будет, если обман откроется?
– В твоих интересах, чтобы не открылся, – со скучающим видом отвечает лорд Альзирр. – Итак, замок Северная роза.
Он ударяет по изображению замка пальцем, и картинка становится объемной! Появляется миниатюрный замок со всеми башенкам и окнами, даже черепицу разглядеть можно.
– Королевская резиденция, – продолжает лорд Альзирр, – где проводит свое время королевская семья на зимних каникулах в честь смены года. Сейчас там проживает единственный представитель королевской семьи – Теодор Эдмунд Стенкиль, или Его Величество король Теодор Прекрасный.
Кларисса хихикает, но под суровым взглядом отца старается вновь сделать лицо серьезным.
– По древнему обычаю, если молодая жена не беременеет в течение первого года, то последует развод, – рассказывает дальше лорд Альзирр, – ей выплачивается щедрая компенсация.
– А много уже было жен? – спрашиваю я не из праздного любопытства.
– Альзирры ведут свой род от младшего брата первого из королей, – лорд Альзирр игнорирует мой вопрос, – поэтому мы лишь на ступень ниже королевской семьи. И достаточно знатны, чтобы Клариссе была оказана великая честь.
Ага, настолько великая, что Кларисса рада переложить ее на меня. Есть там какой-то подвох.
– А портрет короля есть? – требовательно спрашиваю. – Может, Красивый – это совсем наоборот?
– Пожалуйста, – лорд Альзирр листает атлас и доходит до портретов королей. Указывает пальцем на последний медальон.
Изображение не очень четкое, понятно только, что король молод и брюнет. Кажется, не урод. Тем более ничего не понимаю! И от этого становится страшно. Кто откажется породниться с королем? Только тот, кто знает, что от этого брака больше потеряет. А что можно потерять? Титул, земли, богатства и... жизнь...
– Посмотрела? – не дождавшись ответа, лорд Альзирр переворачивает страницу. – Вот нашего герцогство. Мы граничим с землями...
Он четко и без единой запинки начинает перечислять соседей, рассказывая о каждой семье. Что выращивают, что продают. Урок географии вперемешку с экономикой все длится и длится. Я совершенно не успеваю ничего запоминать. 
Кларисса, рассевшись в кресле с самодовольным видом, получает удовольствие от моей растерянности. А Марта, убрав со стола, вносит корзины с каким-то рукоделием.
– На этом пока закончим, – лорд Альзирр захлопывает атлас. – Завтра ты должна будешь рассказать мне свою родословную без запинки.
– Но там человек сто нужно запомнить! – восклицаю я.
– Сто восемьдесят шесть, – ехидно произносит Кларисса. – И это только прямая линия.
– Я не запомню и за год, – шепчу в ужасе.
– Марта и Ри научат тебя вышивать нашу монограмму, – лорд Альзирр направляется к двери. – И королевскую розу. Это символ правителей Малингара. И твой пропуск во дворец.
– В смысле? – не понимаю я. – Меня пустят во дворец, только если я вышью розу?
– Да нет же, – вздыхает Кларисса. – Ты такая дура. Невесте присылают розу в виде броши. Она волшебная. Вот ее и получишь перед отъездом. А то не пустят, – подленько захихикала она.
– Марта, начинай урок, – приказал лорд Альзирр, и ушел, хлопнув дверью. А я осталась в компании служанки и Клариссы. И обе нехорошо улыбались.

– Садись в кресло, – надменно приказывает Марта. – Буду учить тебя вышивать. Каждая леди обязана уметь вышивать. У настоящей мастерицы стежки мелкие, один к одному. Она может продемонстрировать свои умения, вышивая платки себе и мужу.
– Ну если больше демонстрировать нечего, – пожав плечами, иду к креслу у окна, во втором, поджав ноги, развалилась Кларисса. – Знания там, эрудицию, то можно и платочки.
– Много болтаешь, – язвит Кларисса. Как папенька ушел, так она сразу скинула маску благовоспитанной леди. – Ты – замарашка. Низший слой. Ты должна в ногах у меня валяться за такой шанс.
– Прямо сейчас и упаду, – отвечаю с усмешкой. – Какой шанс? Годик спать с королем? Носить вот эти неудобные платья? Знаешь, мне и у себя было очень неплохо. Ты просто не знаешь, откуда я к вам попала. А я тебе и не расскажу. Мучайся от любопытства. Ведь тебе не узнать, как делать мгновенные портреты, как летать по небу в любую точку мира и прочие занятные вещи, вроде телефонов или компьютеров, – я, довольно улыбнувшись, откинулась на спинку кресла.
Кларисса, поджав губы, пыталась испепелить меня взглядом. Ну и пусть. Я давно научилась не пасовать перевод вот такими. Не собираюсь я от счастья падать этой благодетельнице в ноги.
– Держи, – Марта резко бросает в меня ткань, натянутую на пяльцы. Я легко поймала. – Это иглы, – она открывает футляр. – Ими шьют или вышивают.
– А у нас давно придумали швейные и вышивальные машины, – я кручу в руках пяльцы. – Эти машины могут делать очень быстро очень многое. И не надо часами сидеть, чтобы расшить маленький кусочек.
Про ручную работу, очень дорогую, я рассказывать не стала.
– А какие узоры можно создать, – я закатываю глаза и мечтательно вздыхаю. – Любые. Компьютер любую картинку адаптирует. А в таком, – я потянула за подол платья, – у нас уже не ходят. Это же ужасно неудобно. Да и в моде давно вечерние платья более изящные. И башни из волос не строят. Намного удобнее короткая стрижка.
– Хватит болтать! – Марта так злилась, что, похоже, готова была меня утыкать этими иголками. – Ты слышала приказ лорда?
– Ну так учите! – улыбаюсь я Марте. – А то ты пока только кричишь. Так мы никуда не продвинемся.
– Наглая маленькая дрянь, – шипит Марта. – Король вырвет твой язык за болтовню и дерзость.
– Это мы еще посмотрим, – я дерзко задираю нос. – Может, я рожу ему наследника и стану вашей королевой. Как вам такой поворот?
– Ты?! Королевой?! Аха-ха-ха! – залилась смехом Кларисса. Она даже начала болтать ногами. – Какая из тебя королева? Ты никто. Ни манер, ни воспитания, ни лоска. Не станешь ты королевой. Папочка об этом позаботится, – она ехидно улыбается. – Вылетишь из дворца через год. Наглая выскочка.
– А ты туда вообще не попадешь, – с самым невинным видом замечаю я.
– Попаду, если захочу! – взбеленилась Кларисса. – Это мне прислали брошь! Это меня Чудовище выбрал невестой! – закричала она. – Ой! – в ужасе округляет глаза и закрывает рот ладонями.
Проговорилась, понятно. Это подтвердила и Марта, у которой на лице появился не меньший ужас.
– Чудовище? – переспрашиваю я, прищурившись. – Почему чудовище?
Я вглядывалась в лицо Клариссы, отмечая, как у нее в глазах появляется паника. Сболтнула лишнего, теперь не знает, как выкрутиться.
– Почему чудовище? – повторяю я с нажимом.
– Не твое дело, – первой в себя пришла Марта. – А вы, леди Кларисса, следите за языком! – прикрикнула на болтушку.
Итак, короля еще называют Чудовищем. А такие прозвища на пустом месте не появляются. И хорошо, если это из-за внешности. Может, он на Габсбургов похож. Тогда еще ладно. Ну а если за характер?
Тут же вспомнились разные правители, отличающиеся странными пристрастиями. О-очень хочется верить, что Клариссу приводит в ужас огромный нос или скошенный подбородок. Портрет у меня теперь вызывал большие сомнения. Художник мог польстить королю.
«Пусть это будут кривые зубы!» – взмолилась я.
– Вышивка очень важна для леди, – медленно, чеканя каждое слово, начинает Марта. – Она вырабатывает аккуратность, сосредоточенность и усидчивость. Леди Клариссы, – она обводит нас взглядом, – обе. Взяли вышивку и сели ровно!
– Мне зачем? – возмущается Кларисса. – Я прекрасно вышиваю.
– Чтобы не было времени болтать глупости, – рыкает на нее Марта. – Взяли иглы и нити. Золотую и изумрудную. В монограммах имеют право использовать золотые нити только семьи, состоящие в родстве с королевской. Для остальных – серебряные. Монограмма состоит из двух букв – К и А. Вот ее изображение, – сунув мне под нос лист бумаги с изображением монограммы, Марта отходит на шаг. – Я заказала две сотни батистовых платков и полсотни шелковых. Как раз за месяц успеете их украсить вышивкой.
Ее улыбка была очень коварна. Марта явно гордилась собой. А вот Кларисса приуныла. Уверена, служанка донесет хозяину, что его дочка сболтнула лишнего. Жаль, что быстро опомнилась. Из Марты слова лишнего не вытянуть. Из лорда тем более. Остается провоцировать Клариссу и дальше в надежде, что она выдаст еще что-нибудь.
А пока – вышивание. Я только пуговицы пришивала, ну и мелкие дырки зашивала. Поэтому внимательно слушаю объяснения Марты. Она ужасно ругается, когда я делаю первые стежки. Хочет надавать мне по рукам, но сдерживается. Знает, что я в обиду себя не дам.
Я все пальцы себе иглой исколола, и даже обрадовалась, когда вернулся лорд Альзирр.
– У нее деревянные пальцы, – тут же оболгала меня Марта. – Она не способна к тонкому вышиванию.
– Так научи! – рявкает лорд. – Марта, ты зачем к ней приставлена? Или хочешь в деревню на черную работу?
Марте удалось удержать лицо, но она так побледнела, что стало понятно – в деревню она не хочет.
– Нормальные у меня пальцы, – я помахала пяльцами. – Я эту вашу вышивку в первый раз в жизни вижу. Или Кларисса уже родилась умелой мастерицей?
– С вышивкой потом продолжите, – закрыл лорд Альзирр тему. – Играть на музыкальных инструментах и петь, я так понимаю, даже учить тебя не стоит начинать?
– Правильно понимаете, – я широко улыбаюсь. – Я пела только в караоке. Меня просили больше этого не делать.
– Даже знать не хочу, что это за неприличное слово, – лорд Альзирр проходит к столу.
А вот у Клариссы сверкнули глаза, она явно не против узнать, что это такое. И я решила удовлетворить ее любопытство.
– Очень даже приличное, – с улыбкой произношу. – Там собираются компании, чтобы петь песни. В микрофон и под музыку. А текст песни идет на экране. Это очень весело и очень прилично. Но вам не понять.
Я, как приличная и послушная девушка, сложила ладони на коленях, и сделала вид, что готова слушать. Кларисса бесилась, Марта была возмущена, а лорд злился. Сжав губы в узкую линию, он нервно листал страницы атласа.
– Подойди сюда, – приказывает раздраженно. – Продолжим изучать родословную.
Родословная была длинной и скучной. Разобраться в ее хитросплетениях я даже не пыталась. Зато узнала, где мать Клариссы. Леди Альзирр изволила удалиться от дел в свое наследственное поместье ввиду слабого здоровья и невозможно вредного для нее проживания в этом дворце. Мне кажется, она просто удрала от мужа и доченьки. Я бы тоже удрала от таких, если честно.
Маргрет Альзирр, урожденная леди Нилуфар, если портрет не врет, была миловидной шатенкой. С дочерью они были очень похожи, за исключением цвета волос и роста. Пока разглядывала миниатюрный портрет женщины, он стал размытым. Я не сразу поняла, что это на моих глазах выступили слезы. Моя мама там, в моем мире, с ума сходит! Они с папой наверняка уже всех на уши поставили и подали заявление на розыск меня.
А я тут! И даже никак не могу весточку передать, что я жива и у меня все относительно хорошо. А вернусь через год – как родителям в глаза посмотрю? Мне ни за что не поверят, когда расскажу, где пропадала.
«Если,  а не когда», – сразу поправляет меня внутренний голос. Не факт, что я смогу выбраться отсюда. Но очень постараюсь.
Так, надо решать проблемы по мере их поступления. А то у меня кукушечка раньше улетит. И тогда уже точно ничего изменить не получится.
После изучения родословной, от которой у меня голова распухла, последовал ужин. На котором мне постоянно мешали есть, делая замечания.
– А что, одной вилкой все есть нельзя? – спрашиваю, не выдержав наставлений. – Как это мешает есть? Ладно еще маленькая и тонкая для десертов, но для всего остального вполне подойдет одна вот эта, – машу большой трехзубой вилкой.
– Ты еще предложи все есть ложкой, как деревенские, – презрительно скривилась Кларисса. – Есть еще далеко на Юге племена дикарей. Они вообще едят руками. Фи-и-и. Эти вот твои замашки сразу всем покажут, что ты из низшего слоя. Истинная леди никогда не перепутает бокал для воды с бокалом для вина.
Интересно, а что будет, если я сейчас выплесну эту вот самую воду на Клариссу? Наверное, от визга у всех уши заложит.
– Да-да, я помню, что леди больше делать не фиг, как заниматься вот этим всем, – с невинным видом произношу. – У вас же кино нет, Интернета нет, учиться и развиваться тоже желания нет. Про работу я уж молчу.
Даже посуда звякнула возмущенно. Это Марта едва не разбила тарелки. Лорд Альзирр закашлялся, подавившись, а Кларисса чуть со стула не подскочила.
– Работать?! – взвизгнула она. – Работает только низшее сословие. Хвала богам, я родилась не для этого.
– А для чего? – спрашиваю с усмешкой.. Ну нравится мне, фигурально выражаясь, тыкать Клариссу палочкой.
– Чтобы украшать собой высшее общество, – надменно отвечает Кларисса. – Работа, фи!
– Так а что тогда замуж за короля не идешь? – продолжаю ее подначивать. – Украсила бы собой трон, дворец и все королевство! А теперь я там буду восседать. Мы с тобой похожи, но бриллиантом в королевском дворце все же буду я.
Кларисса, едва не задохнувшись от возмущения, открыла рот, но не успела произнести ни звука. Вмешался папенька.
– Хватит! – он так грохнул кулаком по столу, что зазвенела посуда. – Ри, просто заткнись! Не видишь, она тебя провоцирует?
Эх, с лордом Альзирром мне не тягаться. Он наверняка давно плавает в интригах, как рыба в воде. И видит меня насквозь. Умный и хитрый. А вот его дочурка, помешанная на собственной офигительности, могла бы мне сейчас что-нибудь полезное выдать. Не повезло...
– А ты, – он переводит пылающий гневом взгляд на меня, – плетей захотела?
Кларисса торжествующе задрала нос и посмотрела на меня полным превосходства взглядом. И тут у меня зародилась фантастическая мысль: стать королевой на самом деле и немного провести реформы. Так, самую малость. Чисто в воспитательных целях.
Вопрос лорда я проигнорировала, уткнувшись взглядом в тарелку. Надо сдерживаться, когда рядом Марта и папенька. Придется вести себя очень прилично, чтобы расслабились и подвоха не ожидали.
– Так как, вы говорите, правильно должна леди есть вот это мясо? – мягко спрашиваю и нежно улыбаюсь.
– Плети всегда отлично работают, мой лорд, – довольно произносит Марта. – Очень действенный способ воспитания.
Да-да, и эти слова я тоже запомню. Я вообще девушка не злопамятная, просто память хорошая.

Ужин, больше похожий на дрессировку, закончился. За окном стемнело, и Марта зажгла магические лампы. Это какой-то гибрид привычной лампочки и свечки. Точнее, наверное, будет их сравнить с керосиновыми лампами. Я такие у бабушки видела. Только там верх стеклянного колпачка открыт, а здесь закрыт и внутри светит огонек. Светят приятным светом – как солнышко днем. И большая люстра, и маленькие настольные лампы. А вот настенных бра я в этой комнате не увидела. Если не придумали, надо будет идею запатентовать. Я же девушка современная, книги о попаданках читала. Сказки, фантазии авторов о том, как девушки из нашего мира добиваются всего в новом. Проходят испытания, находят свою любовь и живут долго и счастливо.
Но как-то сама становиться такой вот девушкой не планировала. Ну это как бы в принципе невозможно. И я в этом была уверена твердо до сегодняшнего утра. А еще они часто думают, что это глюки из-за какой-нибудь травмы.
Вот можно мне все это сделать сном? Ну типа что-то случилось, и я лежу в больнице, а потом проснусь и снова дома. Я даже согласна еще поработать на нашего немного невменяемого начальника. Это попадание противоречит логике, физике, да вообще всему противоречит!
Мамочки, верните меня обратно!
– Далее, Кларисса, – лорд Альзирр поднимается, поправляет... а что? Фрак, сюртук? Длинный жилет без рукавов? Да я же сразу выдам себя! – Кларисса! – рявкает, когда я не реагирую. – Так вот, Кларисса, тебе нужно выучить хотя бы пять танцев.
– А я в совершенстве танцую сорок семь, – не упускает возможности похвалиться настоящая Кларисса. – Среди них и танцы соседних королевств. Мои учителя в один голос утверждают, что изящнее меня нет никого в Малингаре.
– Так и едь сама к королю, – ехидно ей советую. – Там как заблестишь! Все звезды обзавидуются.
– Ри, займись чем-нибудь полезным! – опять прикрикивает на дочь лорд Альзирр. – Заведи музыкальную шкатулку. Учить придется тебе и мне. Нам лишние свидетели ни к чему.
– Да отправить ее в закрытой карете до самого дворца, – бросает через плечо Кларисса, идя к серванту. – Папочка, у меня вообще есть идея получше. В нашей карете могу ехать я. А эта следом в карете со слугами. А возле замка поменяемся.
– А потом обратно везти тебя через все королевство? – лорд Альзирр выгибает бровь. – Слишком рискованно. Ты останешься дома. Или лучше съездишь погостить к матери.
Это прозвучало как угроза. Кларисса недовольно зыркнула и отвернулась к серванту. Открыв дверцы, достала небольшую шкатулку, украшенную цветными камнями. Наверное, это драгоценные камни. Я буду очень удивлена, если она купила что-то с поддельными камнями.
Кларисса с важным видом поставила шкатулку на стол. Медленно открыла крышку. В центре шкатулки, на круге, изображающем пол, стаяла пара. Фигурки были так красивы, что я подошла поближе и наклонилась. Девушка, одетая в бирюзовое бальное платье, с красивой прической, украшенной драгоценностями, положила ладонь правой руки на плечо парня. Левой она держала пышный подол. Рука парня, одетого в черный костюм с золотой вышивкой, лежала на ее талии, другую он убрал себе за спину. Пара готова была закружиться по мраморному полу с золотыми прожилками.
– Самый простой танец – приветственный, – начал лорд Альзирр. – Пары просто кружатся по кругу. Там всего три движения, запомнить несложно. Главное, постарайся не запутаться в подоле. Ри, покажи ей шаги. Я женских не знаю.
– Под этими длинными юбками все равно ноги не видно, – я чуть приподнимаю подол. – Зачем учить?
Спросила я из чистой вредности. Сама знаю, что если в ногах запутаюсь – упаду и свалю партнера. А перед этим ноги обязательно оттопчу. Но не упускать же шанс поиграть на нервах лорда? Он так глаза закатывает, как бы там и не остались.
– Чтобы не сидеть у стены на балах, – ехидно поясняет Кларисса. – В этом танце все просто, даже ты запомнишь. Да этот танец запомнит даже овца!
Вот овцу я тебе тоже припомню. Завуалировано оскорбила и вот как смотрит, очень довольная своей выходкой. Ну и ехала бы сама к этому королю – была бы сладкая парочка из двух чудовищ.
– Смотри, – Кларисса встает рядом со мной, чуть приподнимает подол. – Шаг вперед, поворот, шаг в сторону поворот.
– О, вальс! – радостно восклицаю. – Мы такой на выпускной в школе учили. Пацаны, правда, были не в восторге. А на выпуске в универе парни танцевали уже гораздо охотнее.
– Каком универе? – уцепился лорд Альзирр. 
– Это так сокращенно университет называется, бывают у нас еще институты, колледжи, академии. Колледж вроде среднеспециальное образование считается. А универ высшее. Ну и школа. Там учатся все, – охотно объясняю я.
– У  твоих родителей достаточно денег, чтобы оплатить твое образование? – кажется, лорда Альзирра я смогла поразить.
– У меня хватило мозгов поступить туда на бесплатное обучение, – гордо произношу, опустив слово «бюджет». – За меня платило государство. Это как королевство, но только с выбранным президентом, а не королем.
Не скорою, приятно было наблюдать, какой шок отразился на лицах всех присутствующих. Не знаю, что их так ошарашило. То, что я могла хоть где-то учится, или другое государственное устройство. Кларисса густо покраснела и смотрела на меня зло. Ой, а неужто мы, такая совершенная, ни в каком университет не учились? Об это я и решила спросить.
– А ты, Кларисса, какое образование получила? – я была сама вежливость. – У меня вот диплом по специальности «экология и природопользование». А у тебя?
Звучит солидно и не очень понятно, а детали лучше опустить. Поступила я сама, училась я сама, диплом тоже защищала сама. Так что говорю чистую правду.
Я с вежливым интересом жду ответа от Клариссы, а она, кажется, сейчас бросится на меня с кулаками.
Ой, похоже, сейчас меня будут бить. Неужели лорд Альзирр, сам герцог и дальний родственник короля, даже за деньги на смог устроить дочь учиться?
– Какое надо, – надменно заявляет, – тебе, дорогуша, такое и не снилось. Я легко могу быть королевой.
– Но королевой буду я, – зачем-то вступаю в этот детский спор.
– Не будешь, – злорадно припечатывает Кларисса. – Тебя не коронуют. Так что ты будешь всего лишь женой короля. Поэтому вообще плевать, какое у тебя там образование. Просидишь в северной резиденции годик и свободна. Тебя никому не покажут, – в каждом слове столько яда, что все гадюки бы удавились от зависти.
Зар-раза! Запутала меня еще больше. И напугала. Но я стою, расправив плечи, и улыбаюсь так, словно мне вообще раз плюнуть разобраться со всеми этими проблемами.
– Прекрасно, – хорошо, если моя улыбка не похожа на оскал. – Я люблю снег. У вас лыжи есть? Сноуборды? Коньки? Прекрасные зимние виды спорта. Можно организовать бобслей, ну или хотя бы катание на санках. Королевские соревнования на кубок короля. Прекрасно ведь, правда?
– Гадина! – топает ногами Кларисса. – Сиди там тихо! Как мышь!
– Заткнулись обе! – рявкает лорд Альзирр.
– Если я буду заперта, то зачем мне танцы? – я разворачиваюсь к лорду. – А?
– Так надо! – опять рявкает побагровевший лорд. – Ри, включи музыку. А ты иди сюда! Боги, как же это мне надоело!
– Я тоже не в восторге, – отвечаю едко.
Танцевать в паре с лордом мне не хочется, но приходится. Танец довольно простой, движения очень похожи. Но чего я только ни наслушалась на этой проклятой репетиции!
– Корова! – кричит лорд Альзирр, когда случайно наступаю ему на ногу. – Запомни уже эти простые шаги!
– Я запоминаю! – злюсь я. Я устала, даже моя тренированная выносливость имеет предел.
– Так запоминай быстрее! – лорд Альзирр резко дергает меня.
Вцепляется в меня своими сухими пальцами очень больно. Дергает, вертит меня, как будто специально сбивая с шага.
– Поворачивайся быстрее, – зло подгоняет. – Позорище!
– Вас бы в эти тряпки нарядить неудобные, – я в долгу не остаюсь. – Посмотрела бы я, как вы будете ловко танцевать.
– Мои платья не тряпки! – рядом верещит Кларисса. – Это самые изысканные платья во всем королевстве!
– Прекратили кудахтать! – лорд Альзирр очень зол. – Не в курятнике. Кларисса, – это он мне, – сегодня ты спать не ляжешь, пока не запомнишь этот танец!
– А ведь он самый простой, – ехидно подпевает папочке настоящая Кларисса. Она усаживается в кресло и откидывается на спинку, готовая наблюдать за моим обучением, больше похожим на дрессировку.
Через несколько часов у меня болят ноги и ломит спину. Вдобавок кружится голова. А еще я бы поела. Ужин весь растворился в этой физической активности.
– На сегодня хватит, – лорд Альзирр выпускает меня из своих цепких пальцев.
Я сразу иду к кровати и падаю на нее. Надеюсь, мои ноги просто горят, и я не натерла огромные мозоли.
– Леди никогда не лежит в присутствии посторонних, – сразу же влезает Кларисса.
Рука сама тянется к туфле. Но я невероятным усилием воли гашу этот порыв. А кидаю я далеко и метко. От метательных видов спорта меня спасло только то, что я не хотела накачивать такие мускулы. Хотя...
Эта мысль мне даже настроение поднимает. Это лорд не знает о существовании тяжелой атлетики. А еще на стадионе занимались метательницы ядра. Девчонки просто огонь! Такие позитивные хохотушки! Да и штангистки тоже супер. Я бы посмотрела на морду лорда, если бы он перенес кого-нибудь из них.
– Завтра продолжим, – угрожает мне лорд Альзирр, Кларисса противно хихикает.
Они уходят, но остается Марта. Поворачиваю к ней голову.
– Истинная леди дождется, когда горничная поможет ей раздеться, – надменно произносит Марта, подчеркивая, что я не истинная. А то я не знаю!
– Ну так начинай, – я тренируюсь говорить приказным тоном. – Не заставляй леди ждать. Нерадивых слуг ведь принято учить, так?
– Ты не леди, – презрительно бросает Марта. – Ты подделка.
– Ну и что? – я медленно поднимаюсь с кровати. – Кто, кроме нас, это знает? – я делаю шаг к ней, потом второй. – Иди, расскажи об этом кому-то. Думаешь, лорд Альзирр тебе простит такое предательство?
Марта задирает нос. Я чувствую, что она очень хочет ответить.
– И обращайся ко мне как положено, – чеканю я, – леди Кларисса. Ты ведь поняла уже, что рука у меня тяжелая. Поверь, постоять за себя я могу.
Марта молчит целую минуту, недовольно поджав губы.
– Идите в купальню, – цедит она. – Я помогу вам приготовиться ко сну.
Да, все это я с непривычки сама не разберу. Так одеваться каждый день – просто ужас! Я бы еще и туфли эти сняла. Ступни просто огнем горят!
Хочется сунуть ноги в любимые тапочки. Но сначала сделать ванночку для ног.
– Я собираюсь принять ванну, – задрав нос, прохожу мимо Марты. – Приготовь. И добавь что-нибудь расслабляющее и с приятным ароматом.
Не знаю, правильно или нет, но я подражаю вредным героиням из фильмов. Лорд и его дочь тоже с Мартой разговаривают свысока. Вот, перенимаю привычки аристократии. Сами же настаивают.
– Раскомандовалась, – зло фыркает Марта.
– Учусь у вашей истинной леди, – надменно произношу я.
На это Марте сказать нечего. Кларисса очень хамоватая особа, хоть и леди. Интересно, она себя так всегда ведет или только дома? Хочется надеяться, что это только семейство Альзирр отличается такими манерами, потому что если и вся остальная аристократия такая, то это ужасно! 
И Марта под стать своим хозяевам. Я не сомневаюсь, что слугам от нее достается.
Она дожидается, когда я подхожу к двери в ванную и открываю ее. Стоит мне сделать шаг, как толкает меня, и я ударяюсь плечом о дверной косяк. Вот ведь!
– В ванную ничего лишнего не добавь, – четко говорю ей. – Иначе лорд Альзирр сам тебя плетями учить будет.

Марта зло зыркает на меня. Не знаю, собиралась она что-то сделать или нет, но лучше сразу предупредить. Пока набирается вода, Марта снимает с меня слои одежды. Такое ощущение, что с меня доспехи сняли. Голова от кучи шпилек болит. Я когда снимаю туфли с ног, испытываю ни с чем не сравнимые ощущение. Это полный кайф.
Прежде чем залезть в ванну, трогаю воду рукой. Марта поджимает губы, в ее взгляде ясно читается, что хотела она устроить какую-нибудь подлянку.
– Уф, – выдыхаю, погружаясь в воду. Все мышцы так болят, как будто я весь день физически впахивала. Неужели во дворце тоже будут такие порядки?
– Я вижу, что у вас зима, – заговариваю я, – а месяц какой?
– Стужень, – нехотя отвечает Марта. – И это последний месяц осени. Чуть больше месяца до праздничной ночи. Лорд Альзирр всегда устраивает великолепный бал. Леди Кларисса очень любит этот праздник. Она сама всегда помогает украшать парадную залу. У нее к этому большой талант и вкус.
– Во дворце балы не хуже должны быть, – замечаю я. Вот зачем Марта пытается показать превосходство своей хозяйки надо мой? Каждое ее слово – как иголка. Один раз, другой – вроде не особо больно, но это постоянно.
Ну не виновата я! Иди и выскажи претензии лорду своему! Здесь я самая пострадавшая сторона. В прямом и переносном смысле.
Из приятной ванны я буквально выползаю. Марта, всем видом показывая свое нежелание мне прислуживать, все-таки помогает переодеться ко сну. Даже это тут занимает порядком времени и является целым ритуалом.
Измотанная, я засыпаю, кажется, даже не положив голову на подушку. За окном уже темень хоть глаз коли. Никакого привычного городского освещения. А еще тишина. Нет машин за окном, голосов, тарахтения холодильника и соседей за стеной.
Вот только выспаться и отдохнуть я не успеваю. Едва прилегла, а уже меня за плечо трясет Марта. Совсем не ласково.
– Просыпайтесь, леди, – ядовито выплевывает. – Скоро завтрак, нужно подобающе одеться.
– Я еще сплю, – я пытаюсь скрыться от настойчивой экономки под одеялом.
Но Марта ловкого его сдергивает.
– Вставайте, – произносит приказным тоном. – Некогда разлеживаться. Лорд Альзирр не любит задержек. К его прихожу ты... вы, – быстро исправляется она, – должны быть в приличном, подобающем виде.
Пока Марта распинается, я зеваю. Я совсем не выспалась. Не понимаю даже, сколько проспала.
– А сколько сейчас времени? – спрашиваю у нее. – У вас вообще часы есть?
– Все, что положено знать, расскажет лорд Альзирр, – надменно отчеканивает Марта. – Поднимайтесь. У вас очень много дел.
– А просто в халате поесть нельзя? – спрашиваю без особой надежды.
– Нет, – отбривает Марта. – Это неприлично и недопустимо. Идите уже в купальню. И пошевеливайтесь.
К моему счастью, утренний образ не предполагал нарядной прически и тяжелого платья. Все гораздо легче, воздушнее.
– Утром и днем леди не носят богато украшенных платьев, – наставляла меня Марта. – Это домашнее платье. В нем нельзя выходить дальше границ имения. И совершенно недопустимо разгуливать по улицам. Конечно же, к вечеру надлежит переодеваться.
– Как же было все дома просто – шорты и футболка, – шиплю я, – хоть дома, хоть на улицу.
– Неприлично, – обрубает Марта. – Стыд и позор. В таком виде даже в купальне находиться нельзя. Срам!
– Это ты еще купальник не видела, – усмехаюсь я.
– Знать не хочу, что это за гадость такая, – припечатывает Марта. – Приличная леди... – начинает она следующую нотацию.
Но я когда-нибудь огребу за свой характер, я знаю, и все равно спрашиваю:
– А бывают неприличные? – и внимательно смотрю через зеркало на застывшую за моей спиной Марту. Очень часто, к сожалению, приличные с виду люди на поверку оказываются сволочами. А милая улыбчивая хорошая девочка – распоследней подлой гадиной. Плавали, знаем.
– Лучше молчать, чем болтать глупости, – находится Марта после долгой паузы. – Вам вообще бы молчать побольше следовало. Вставайте, я закончила. Идите в комнату. Нельзя задерживать завтрак, лорд Альзирр этого не любит.
– А почему жена не живет с ним? – задаю следующий вопрос.
Марта обжигает меня ненавидящим взглядом и, резко развернувшись, идет к двери.
– А как же я буду рассказывать о моей якобы маме, – спрашиваю вдогонку, – если меня спросят?
– Не спросят, – не оборачиваясь, бросает Марта. – Живо в комнату. Мне еще на стол накрыть нужно. Жаль, что ты все-таки не в штате прислуги. Я бы тебя научила манерам гораздо быстрее.
– Ваши методы устарели лет на сто, – я иду за ней следом. – У нас так давно не учат.
– По тебе и видно, – ворчит Марта, – что очень зря. Никакого почтения к титулам. А вот вбили бы в дурную голову уважение, было бы намного лучше.
– Уважение должно быть не к титулам, а к делам, – произношу я и Марта, развернулись, смотрит на меня так, будто сейчас прибьет. Кажется, этими словами я рушу ее картину мира. – Родился в нужной семье – вот тебе титул. А за что? Ну, почти просто так.
Марта смотрит на меня с такой смесью ужаса и гнева, как будто я тут собираюсь короля свергать. Я с улыбкой пожимаю плечами. Пусть знает, что просто так, на ровном месте, я ее обожаемого лорда уважать не собираюсь. За такое обращение со мной я имею право не любить его.
– Когда тебя будут казнить, – медленно выговаривает Марта, обретя дар речи, – я возьму выходной и поеду посмотреть. Уверена, с твоим характером это случится очень быстро.
– А если нет? – я выгибаю бровь.
Марта, фыркнув, идет к двери. Выйдя из комнаты, не забывает меня запереть на замок. Опять остаюсь одна в этой красивой клетке. Мне кажется, что я здесь уже очень долго, а ведь проснулась на этой кровати только вчера!
– Не дождетесь, – подхватив юбки, я начинаю ходить по комнате туда-сюда. – Развели тут тайны мадридского двора! Раз такие умные, ну и отвезли бы свою Ри распрекрасную! Идеальную всю такую! А почему она вот не хочет?
От раздражения хотелось что-нибудь пнуть. Желательно, Клариссу. Вот было бы замечательно отправить ее вместо меня, а я бы тут осталась. Но папенька с этой мегерой, конечно, прекрасно нас отличат. Это не жениху мозги пудрить!
Мой забег остановил щелчок повернувшегося в замке ключа. Вернулась Марта, прикатила сервировочный столик. Дверь запирать не стала. Думает, я от нее не сбегу? Правильно думает. Бежать некуда.
Раздраженно тряхнув головой, я прошагала к креслу. Я же леди, не должна и пальца о палец ударять. Марта не успела стол сервировать, как явились Альзирры. Папенька глядел хмуро, Кларисса взирала на всех с превосходством.
– Ты обязана встать и сделать реверанс, – лорд Альзирр упирает в меня тяжелый взгляд. – Ты его репетировала?
– Нет, – я поднимаюсь из кресла. – Мне никто не сказал.
– Почему я один обо всем помнить должен? – лорд Альзирр одарил недовольным взглядом дочь и Марту. – Реверанс, Кларисса. И пора завтракать. У нас мало времени, а тебе нужно выучить очень много.
Лорд Альзирр, дождавшись реверанса, проводил меня к столу. И снова началось изучение сервировки и правил поведения за столом. Потом изучение родословной, истории, светских сплетен. Я думала, моя голова лопнет, но лорд отлучился по неотложным делам, и меня усадили за вышивание.
– Марта сказала, что скоро праздник, – завожу я светский разговор с Клариссой. Пока папочки нет, можно снова попробовать ее разговорить.
– Да, – Кларисса даже не пытается делать вид, что ей интересно рукоделие. – Скоро начнется подготовка. Мы не скупимся на украшения и угощения. Везде будут развешаны еловые ветки и омела. В бальной зале поставим огромную ель. Папа даже платит магу, чтобы в зале шел магический снег. Яркие огни, музыка, я в самом роскошном платье...
С мечтательным видом Кларисса рассказывала мне о празднике.
– В саду и на подъездной аллее тоже зажгутся тысячи магических огней. Мне уже даже из столицы привезли каталог, – хвастается она, – там показаны самые модные способы нарядить дом. Ой, а какие у нас угощения подаются! И праздник идет не одну ночь, а целых три. И каждую ночь я переодеваюсь три раза. А ты на нашем балу танцевать не будешь.
– Зато я буду танцевать на королевском балу, – напоминаю ей. А Кларисса заливается смехом.
– Не будешь, – издевательски произносит. – Наш король балы не устраивает. Я буду веселиться, а ты будешь скучать среди снега и льда. Думаешь, если бы там было так весело, я бы сама не поехала?
Видно, что логика не самая сильная сторона Клариссы. Улыбнувшись, я задаю интересующий меня вопрос, пока Марта куда-то делась:
– А как ты будешь танцевать на балу тут, когда ты якобы уехала к жениху, а?
Выражение самодовольства и превосходства медленно начало сползать с лица Клариссы. Неужели эта простая мысль ей в голову не пришла?
– Так, погоди, – она подается вперед, прищуривается, – то есть как это я не буду танцевать на праздничном балу?! Да я ночь смены года жду почти как день своего рождения! – взвизгивает она. – Ты не испортишь мне праздник!
– Что опять случилось?! – рык лорда Альзирра заставляет ее захлопнуть рот. – Марта где?
– Да провались твоя Марта! – Кларисса начинает скандалить. – Папа! Эта вот самозванка, – она тычет в мою стороны пальцем, – утверждает, что я не смогу танцевать на нашем ежегодном традиционном балу! Папочка, это же бред! Я же наряды себе заказала, украшения!
По испепеляющему взгляду лорда, который он в меня метнул, стало ясно – я его крупно подставила. Кажется, лорд плетет интриги даже против собственной дочурки.
– Папочка, ты почему молчишь? – Кларисса начала подозревать неладное. – Папа?!
– Ри, в этом году тебе придется пропустить праздник, – четко отвечает лорд Альзирр. – По официальной версии ты уезжаешь к жениху. Как ты себе представляешь, что будешь одновременно и там, и тут?
– Но, папа... – Кларисса таким ответом ошарашена. – Но как же? А мои наряды? Ведь платья...
– Я заказы отменил, – буквально добивает ее ответом лорд Альзирр. 
– Нет... – неверяще качает головой Кларисса. – Нет-нет. Папа, ты не мог! Я хочу танцевать на балу!
– Прекрати истерику! – рявкает лорд Альзирр. – В этом году ты бал пропускаешь!
Буквально раздавленная его словами, Кларисса всхлипывает, закрыв лицо руками, падает в кресло. Уткнувшись в боковину, начинает рыдать. Мне даже ее немного жаль. Она ревет громко, совсем не аккуратно и красиво. Отказ от новогоднего бала для нее действительно трагедия.
– Ты тоже не сильно радуйся, – лорд переводит взгляд на меня. – Бала в честь смены года у тебя тоже не будет. В королевской семье празднуют очень скромно. А теперь пора продолжить наши занятия. Ри, хватит рыдать, ничего с тобой не случится без танцулек.
– А ты т-тоже не будешь т-танцевать? – сквозь всхлипы спрашивает Кларисса.
– Почему? – усмехается ее папенька. – Наш дом славится своими приемами. К тому же я должен отпраздновать твое замужество.
От его ответа Кларисса начинает рыдать пуще прежнего. Ну и семейка!