Невеста с клыками, или Как (не) влюбиться в дракона

ЭТО 2 ТОМ. 
Первый том 
– Да, я понимаю, насколько разрушительной силой может обладать артефакт, – негромко проговорил симпатичный с виду молодой блондин, сцепив пальцы, и поднял как никогда серьёзный взгляд на собеседника. – Но то, что вы предлагаете... простите, ваша идея – абсурдна.
– Что именно кажется вам выходящим за рамки разумного?
– Артефакт лежит в этих землях уже многие века. Сотни, тысячи, да десятки тысяч авантюристов пробовали его открыть! – явно нервничая, признался блондин. В ответ на его слова из открытого окна донеслось протяжное уханье совы и зашелестело в кустах. Прежде чем заговорить снова, блондин торопливо поднялся, закрыл окно и плотнее задвинул шторы. После этого молодой мужчина выглядел заметно спокойнее.
– Всем людям и магам, студентам и преподавателям, дриадам и эльфам... всех, всех, кто пытался настигала неудача! И вы, – сверился блондин с записной книжкой, – верите в то, что легенда воплотится в реальность, и наследница исчезнувшего рода объявится из-под земли, или же, хотите сказать, с неба?
Блондин издал нервный смешок. Его гость даже не усмехнулся, по-прежнему молчав.
– Да ещё и спустя столько веков?
– Легенда – не ложь, а всего лишь переплетение фактов, которое кажется потомкам таинственным, мистическим, невозможным, – его собеседник говорил более связно и твёрдо. Он не выдавал своих эмоций подрагиванием пальцев, стуком зубов или постоянно бегающим взглядом, чего было не сказать о крайне возбуждённом блондине. – Есть ещё какие-то вопросы?
– Как действует артефакт? – спросил блондин, посерьёзнев. Он сидел, закинув ногу на ногу, но озвучив вопрос, непременно поменял ноги, выпрямился и пригладил чёлку. – По моим предположениям, в нём сокрыто действительно мощное заклинание, раз артефакт раз за разом отвергал столько поклонников и не поддавался Тёмным ритуалам, которые проводили самые настойчивые. Значит, вы утверждаете, что вампиры, пропавшие много веков назад...
– Не смейте называть древний род этим кошмарным кровожадным словом! – впервые потерял самообладание гость. – Клыкастые!
– Хорошо-хорошо... Так, по вашим словам, Клыкастые на самом деле умерли не своей смертью и оставили после себя таинственный артефакт? Как отмщение тем, кто будет мучаться в попытках разгадать его, но откроется тот только истинному наследнику?
Гость откинулся в кресло, мимоходом бросив взгляд на камин, где усердно трещал огонь – ранняя осень выдалась холодной. Хотя блондин сомневался в том, что его собеседник вправе называться гостем, когда тот был полноправным хозяином положения.
– Как отмщение в том числе, но не только. Главным образом это – билет в будущее, ведь они знали, что не последние. Знали, что через день или год, век или десятки столетий, но артефакт будет открыт, – постепенно повышая голос, говорил тот. – И разве не доказательство тому на редкость стойкая мощь артефакта? Разве не верите вы, что такая знаменитая, такая старинная и благородная раса, как Клыкастые стали бы оставлять послание в пустоту только ради глупой мести?
Минуту оба молчали.
– Наследница есть, – скатился до шёпота блондин. Его щёки заалели, вновь выдавая перевозбуждённость. – Я уверен. Последнее время артефакт стал каким-то тревожным и нервным, если позволите так выразиться. Он будто чувствует приближение... приближение настоящего наследника Клыкастых. Такого состояния у него никогда не было, я уже списал всё на дрожащие от простуды пальцы... У меня последний вопрос. Если такой пугающей стойкостью обладает артефакт древней расы, как... как сильна будет девушка-потомок?

– О, можете не сомневаться. Истинная наследница Клыкастых, кем бы она ни была, войдёт в историю. Её магия, наверное, превзойдёт вашу.

Блондин вскинул голову и не нашёлся что ответить. Кто знает, почему заалели его щёки – от холода, не имевшего никакого отношения к температуре воздуха, или же от праведного возмущения, что его магию сравнили с силой ещё не существующей наследницы. Наследницы таинственного Древнего рода, исчезнувшего две тысячи лет назад.
История участвует в литмобе - 13 авторов, 13 историй, начавшихся с хеллоуинской вечеринки и 13 попаданок

– Но разве никто прежде не пытался выкрасть артефакт, или уничтожить его... – протянула я растерянно.
Мы стояли на краю незнакомого обрыва, куда перенёс нас Эларт, и вдыхали холодную осеннюю свежесть, без которой я бы попросту повалилась на землю. Дул тот же ветер. По-прежнему лил дождь. Озеро равнодушно молчало, не выбросив и мелочной волны в ответ на безумный ветер. Как можно сохранять тишину, когда только что произошёл целый теракт?! Когда обрушился весь привычный мир?
Если Эларт не ошибался, весь этот шум – из-за меня... Но неужели я уже успела кому-то не угодить?
– Никто, кто обладает подобной мощью, никогда и не интересовался артефактом. В том числе и наш неприветливый гость. Полагаю, для такого, как он, артефакт – просто древняя побрякушка, – негромко произнёс Эларт. – Он преследовал другую цель. Да, именно так, – это было покушение, причём хладнокровное. Всё сходится. Суматоха, направленная на отвлечение внимания от твоей персоны, и то, что всё произошло чересчур быстро после твоего почвления в академии.

– И всем этим фантастическим взрывом, который места живого под собой не оставит, хотели убить меня? Зачем? – слабым голосом переспросила я, думая, что же стало со студентами, которые не успели выбраться из-под руин...
– Да, – просто ответил Эларт. Его ладонь ещё сильнее сжала мою. Всё происходящее казалось ненастоящим, но реальность колотила по голове ливнем, трепала волосы ледяными порывами, обжигала парализующими словами. Я чувствовала, что падаю, и Эларт моментально подхватил меня. – Теперь сомнений нет. О тебе знают. Те, кто уничтожил твоих предков, как-то проведали о появлении в мире наследницы и сразу всполошились. Их задумка почти сработала. В суете всем было бы не до того, а потом, когда всё отгремит, про невесту герцога будет уже слишком поздно беспокоиться. Они знали, что ты появишься в академии, знали заранее и купили для содействия какого-то могущественного и опасного мага. Всё бы хорошо, но те не ожидали моего своевременного появления.
– Но всё ещё не понимаю. Кому я помешала? И от кого неизвестные убийцы выведали про меня?
– Если бы я знал об этом, Кира, – вздохнул Эларт, – то догадался бы с лёгкостью и про тайну исчезновения вампиров. Кому-то не угодили клыкастые. И если последние представители были уничтожены много веков назад, история древняя, запутанная.
– Допустим, что мне попросту не повезло стать мишенью расплаты за чужие распри. Однако я встречалась со многими, и не все опознали во мне вампира, только ты, – заметила. – Значит, всех устраивало, что они общаются с внезапной наследницей такой могущественной, опасной, таинственной и вообще такой крутой расы? Все молча пожимали мне руку и ели за одним столом со мной?
– Ты преувеличиваешь. Ну, в общем-то, я умею хранить секреты, – выдал герцог и даже приосанился. – Драконы отличаются крыльями, а вампиры не так узнаваемы и внешне похожи на обычных людей. Их можно спросить в лоб, а можно обмануть. Вспомни, нет ли среди тех, с кем ты говорила, того, кто блеснул бы хорошим знанием трав или магии, и попытался бы подобраться к тебе поближе, назначить совместные встречи или заключить сделки? Может, предлагал работу? 
Заключить сделки... Через меня как разряд тока пропустили. А вдруг это дриада выдала меня?

– Мне кажется, история раздута, – выпалила я неожиданно для себя самой. Солнце на мгновение проглянуло сквозь туман и тучи, но тут же исчезло. – Нет, я не пытаюсь убедить себя в том, что мне не грозит опасность... Но где подтверждения? Нет доказательств, что кто-то узнал о моей тайне. И в академии в тот момент находились десятки, сотни человек одновременно. Нельзя исключать возможность простого теракта или покушения на кого-то другого.
– Ты права, я и не собирался зацикливаться на одной идее. Но меня слишком уж насторожил артефакт, – нахмурился Эларт. – Совпадение, что и ты, наследница, была в академии, и резкое исчезновение вещи, которая, согласно легенде, откроется только тебе. Нет, нет, как я говорил, прежде ни один маг не разваливал академию такой кражей.
– Ни один... Значит, даже самые могущественные не горели желанием забрать его себе, чтобы добыть себе ещё больше власти? Никто, вообще никто не снизошёл до взрыва академии во имя кражи?
Это настораживало и объясняло всё одновременно.
– Вот именно. Никто. Ни один, даже самый отъявленный аристократ, ни один из отчаянных глупцов, не позарился на поджог старинного здания, все ограничивались попытками вскрыть его, уничтожить или подчинить артефакт, но не подняв руку на старую могущественную академию. Не находишь странным, что спустя десятки веков вдруг объявился такой смертник? Скорее всего, он хотел именно этого. Убить наследницу и заодно не дать артефакту вскрыться в полную силу. Он боялся того, что ты обнаружишь реликвию, изучая здание, и вскроешь её.
Я не нашлась что сказать, но Эларт и не настаивал. Порыв ветра ободряюще ударил в лицо, и я потёрла ладони, ведь на мне была только лёгкая мантия ангелочков и остаток от подаренных крыльев, вяло колеблющийся за спиной. Озеро, отчего-то притягивавшее взгляд, не колыхнулось ни под каким предлогом. Вероятно, оно заледенело, напоминая теперь огромный осколок зеркала, оставленный на морозе.
Вслушиваясь в тишину, я шагнула вперёд, посмотрела вниз, на отвесную скалу. Кое-где камень зарос жёсткими, пожелтевшими сорняками, а в глубоких щелях между породой наверняка затаилась пыль. Когда это меня так интересовала природа?
Видимо, вглядываться в пейзаж стало отчаянной, подсознательной попыткой сбежать от реальности хоть на минуту, занять воображение чем-то другим. Но не вышло. В голове эхом отдавались отдельные фразы Эларта. Совпадение... никто, ни один маг прежде... резкое исчезновение... Пазл никак не желал складываться. Мысли разрозненно перекрывали одна другую, безумные предположения застилали здравый смысл.
Разозлившись, я пнула камешек, и в тишине было явственно слышно, как он ударяется о скалу.
– А может, всё гораздо проще? – тихо проговорила я.
Эларт шагнул ко мне, и я уловила, как что-то мимолётно блеснуло в его руках. Вглядевшись, узнала двух миниатюрных позолоченных дракончиков – для связи с Бладом и со мной.
– Может, артефакт – всего лишь выдумка? Слухи пустить легко, особенно, если выдать их за легенду. Сыграть на таинственности исчезновения вампиров, раззадорить златоискателей, и через считаные часы всё королевство об этом трещать будет. Кто-то его видел? Кто-то из твоих знакомых прикасался к нему? Ты вообще можешь предполагать, как оно выглядит? Проще всего списывать все беды на то, существование чего не проверено.
– Хорошая теория, – негромко произнёс Эларт. – С одним "но". Пока я шёл к тебе по академии, артефакт чуть не убил меня.

– Как же ты тогда спасся?
– Чудом, – спокойно ответил Эларт. – Моё крыло уже не такое, как раньше, поэтому летел я медленнее. Один лишний вдох, одно мимолётное движение – и меня бы здесь не было.
– Но разве артефакт предназначен для того, чтобы убивать?
– Ты... ни разу не слышала? Я думал, тебе уже приелись эти россказни, и не стал повторять, – горько усмехнувшись, Эларт зачем-то сорвал лист с ближайшего куста и принялся катать его между пальцев. Дождь начал утихать, но холодные капли по-прежнему полировали землю. – О том, как из несметного множества златоискателей, пытавшихся вскрыть артефакт, никто не добился успеха. Повезло тем, кто успел унести оттуда крылья. Но были и те, кто...
Эларт вытянул ладонь с листиком и лёгким движением губ сдул его.
– Их называли пропавшими без вести. В газетах писали, несчастный случай. Известно одно – они уходили на поиски артефакта и не возвращались. В основном погибали сильные маги, поражённые рикошетом собственной силы, отскочившей от артефакта...
Слушая Эларта, я параллельно наблюдала за листиком, подхваченным ветром, пока он не превратился в точку и не пропал из виду.
– А на тебя оно... точнее, он, почему взъелся? Из-за того, что ты жених наследницы?
– Не обязательно. Неизвестно, умеет ли эта тварь думать.
– Значит, артефакт существует, он – опасен, многие умерли, пытаясь вскрыть его, и произошедшее в замке – не что иное, как покушение, – кратко подытожила я. Эларт согласно хмыкнул.
– Да, да, но... те же мысли посетят и преподавателей, а там и недалеко связать взрыв с артефактом. Поползут – если уже не поползли – слухи о наследнице. Ты в опасности, и скрыть свою истинную сущность будет трудно.
– И я буду... скрываться сама, – голос сорвался на шёпот.
– Нет, мы, – поправил Эларт. Я вздрогнула и посмотрела на него.
– Почему?
Эларт, казалось, искренне удивился.
– Ты в опасности, и...
– Вот именно. Я, не ты. Тебе следует заняться поиском преступников. Способный, сильный, умеешь телепортироваться, летать, разбираешься во всём, имеешь связи, деньги... Красивый, – добавила с грустной улыбкой. – А у меня... даже магических способностей нет.
– Нет? А что тогда вот это? – Эларт дотронулся до моей мантии, вызвав новую волну тёплой дрожи, и извлёк откуда-то бесформенную блестящую вещичку с засхошей бурой отметиной. Она казалась странно знакомой, будто отголосок давнего сна...

– Это, – с плохо скрываемой гордостью провозгласил Эларт, – осколок артефакта Клыкастых, незапланированно отлетевший в сторону.
– Но как? Неужели он разбился?
– Один осколок от взрыва всё-таки отвалился, и теперь все попытки уничтожить, зачаровать или вскрыть реликвию провалятся. В то же время, если основная часть артефакта сгинет, всегда будет эта, заколдовать можно только единое целое и тем более одна половина без другой – всего лишь половина.
– Ничего себе. А нас по нему не могут как-нибудь найти? Я имею в виду, что, если похитители применят заклинание для поиска оставшейся частички...
– Хороший вопрос. Я думаю, нет, но утверждать с уверенностью не могут ни они, ни я. Эта магия настолько мощная, что до сих пор не подвергалась глубоким исследованиям.
– А куда мы двинемся теперь? – я огляделась. Снова подул холодный, пронизывающий ветер, и озеро так и манило кристальной чистотой воды. – Снова куда-нибудь телепортируемся?
– Нет, – вздохнул дракон. – Теперь для перемещения нам потребуются порталы. Побег из академии был разовой удачей, дело в расслабленной ауре, ослабевшей после взрыва. Теперь воздух опять сгустился, сдвинуться с места будет сложновато.
– Тогда пойдём пешком? – снова осмотрелась, ища пешую тропу. Скала была практически отвесной, на камнях лежала пыль и дёргано колыхалась на ветру скользкая мокрая трава. Сзади возвышались грозные непроходимые заросли полусухих растений, напоминающих камыш, только подозрительнее, желтее и гораздо выше.
– Навряд ли. Придётся мне лететь на разведку.
– Нет! – твёрдо возразила я и готова была перенести ещё один взрыв, только не то, чтобы Эларт спокойно удалился со рваными, потрёпанными крыльями. – Мы что-нибудь придумаем.
– Но что у нас есть? – пожал плечами дракон. – Только связь с Бладом, которому слишком далеко лететь до этого места, и осколок артефакта.
– Тогда зачем ты перенёс нас сюда, не обдумав?
– Больше не было безопасных укрытий, куда бы не дотянулись похитители артефакта. Как я уже сказал, их сила очень велика, раз они и кражу совершили, и взрыв устроили, и ускользнули невидимыми. Ничего, не беспокойся, я...
– Тогда проберёмся сквозь заросли. Я не смогу сидеть на месте, – решительно сжала кулаки, позабыв, что в одной руке у меня осколок артефакта, хрупкий, ценный, непредсказуемый, который следовало бы беречь.
Вдруг сухая, жёсткая почва под ногами затрясслась, будто в земле засело чудовище, которое рвалось на поверхность. От неожиданности я схватила Эларта рукой, свободной от золотого осколка. Тот выглядел не менее потрясённым, и когда я взметнула в воздух другую руку, всё вокруг потонуло в ослепительном золоте, будто сразу несколько солнц взошло над землёй. Видимость почти пропала.
– Что происходит? Я что-то сделала? – прошептала непонимающе, гадая, к добру это или к ещё одному взрыву. Тут была замешана магия, осталось понять, чья и почему.
– Держись крепче, – произнёс Эларт тихо, и только я успела сжать его ладонь, как нас с бешеной силой подтолкнуло наверх. Полёт длился секунд пять, после чего нас без предупреждения выбросило на какую-то землю.
– Что это было? – вставая и стряхивая со спины грязь, спросила я первым делом. Боли особой не чувствовала, Эларт, казалось, тоже. Оглядевшись, убедилась, что нас в самом деле перенесло куда-то – местность была другая. Ни пропасти, ни гор, ни озера, даже заросли исчезли. Сплошной непроглядный туман и холодный ветер.
Трижды ударив стопой о землю, проверила, что почва не чёрствая, от недостатка влаги не страдает, и дотронулась до листьев какого-то куста, обнаружив холодные капли. Недавно прошёл ливень.
– Невероятно. Частица артефакта работает криво без остальных и поэтому сработала как телепорт. Мы чудом спасены, – провозгласил Эларт. Я была настроена более скептически к нашей удачливости и встревоженно одолжила дракону осколок, чтобы рассмотреть его. Эларт помрачнел.
– Что такое? Мы снова попали в ловушку? Отсюда не выбраться?
– Нет, просто я заметил на нём кое-какие следы, помимо царапин. Инициалы Лаффинтгона.
– Неужели он тоже причастен к производству артефакта?
– Есть только один способ узнать... Начать расследование.
– И самое главное – не лишиться осколка в процессе, – добавила я встревоженно.

– Начнём с того, где мы вообще? – обратилась к Эларту, решив, что доверить ему осколок – безопаснее. Вдруг я его случайно активирую и разнесу тут всё в пух и прах. А дракон – не наследник рода, поэтому не в его силах подействовать на артефакт.
– Кажется, нас выбросило неподалёку от замка эльфийской семьи, – присвистнул тот. – Удивительно. Двойное везение.
– Ты так думаешь? – обеспокоенно возразила я. – Мы попадём в опалу. Ректор куда-то пропал, а свою часть сделки я выполнить не успела. Удивлюсь, если Эльзи не начала бить тревогу, куда ты улетел.
Я не закончила фразу, вспомнив о крохотной птичке, которая осталась в замке (если до сих пор жива), и сердце сжалось.
– Эларт, – позвала дрожавшим голосом, – птица... она... она...
– Не улетела из академии? – переспросил дракон. – Точно, как я мог не догадаться...
– О чём?
– У птиц эльфийских земель повышенное чутьё на опасности. Она наверняка спаслась, как и мы, только где она...
– Придётся сообщить принцессе. Она не навредит, ровно как и мы ей, эта штуковина с расщеплением шаров не даст. К тому же, втроём действовать всяко лучше, особенно если учесть, что эльфы владеют магией природы...
– Думаешь, она примет новость об исчезновении птицы по нашей милости  и провалившейся сделке с добротой и пониманием? Мне кажется, лучше не показываться семье. Кто знает, что у них на уме после этого взрыва.
– Ты же правитель! – вырвалось у меня. – Наверняка знаешь, как важно налаживать дипломатические отношения. Мы летели в такую даль не для того, чтобы прятаться в кустах...
– Верно, как раз для того, чтобы соваться в каждую щель, – в голосе Эларта прозвучал огонь. Обычно замечают горящий взгляд, но сейчас я поняла, что в его словах проскальзывает не твёрдая сталь, а именно пламя ироничности и энтузиазма. – Нужно дейстовать обдуманно и осторожно. Когда появятся хорошие новости, тогда пойдём в замок.
– Но откуда нам взять что-то хорошее? Откуда? С неба свалится, что ли? – отчаянно проговорила я.
Сейчас неба, строго говоря, было вообще не видно. Но в ответ на мои слова дождь пошёл снова, и капли застучали по плечам.
– Нет других плохих новостей – и на том спасибо, – мрачно ответил Эларт. – Но ты права в том, что принцесса и её родители нам не навредят и лазейку не найдут, клятва нерушима. Правда, отказаться от сделки они все равно смогут – спокойным голосом, таким, чтобы за вред это не считалось.
– И поэтому лучше не показываться им на глаза раньше времени, пока у нас не будет то, из-за чего разорвать сделку не выйдет, – заключила я. – Осталось понять только, какая новость или вещь сможет послужить компенсацией за невыполненную часть договора.
– И как найти Лаффингтона, – подхватил Эларт.
Мгновение мы смотрели друг на друга, затем я ответила:
– Связаться с Бладом.
– У него отбор невест. Да и не обязательно ему самому выезжать за нами.
– И мы так просто улетим из земли эльфов, не разгадав все тайны? – с сомнением проговорила я, не желая позволить горячим следам стынуть. Меня не покидало устойчивое предчувствие, что переместившись в другое место хоть на мгновение, мы позволим случиться чему-нибудь нехорошему в наше отсутствие.
– Ох, кажется, я забыл тебе кое о чём рассказать, – начал Эларт, а сердце сжалось во второй раз, только радостно. – Помнишь, когда ты блуждала по площади, я ходил "по своим делам"?
– Да, было дело, – прищурившись, подтвердила я.
– В рамках реформы о выведении торговли на новый, межгерцогский уровень, я провёл разговор с главным старцем. Предложил ему разложить порталы на его площадь во всех герцогствах. Он согласился. Теперь на ярмарку можно мереместиться с любой точки империи, стоит только дотронуться до портала.
– Но зачем старцу соглашаться? Он не заметил ничего подозрительного в таком светлом предложении?
– Нет. Я даже приплатил ему кое-каким артефактом, а ещё дал право выбора мест для тех самых порталов во всех герцогствах. При условии, что уведомил меня по окончании. Старец наверняка раскидал порталы почти по всей империи, только... – Эларт снова замолчал.
– Только нужно ещё дойти до этого самого портала, – заключила я.

– Насчёт еды не беспокойся, деньги у меня всегда с собой. Найдём хоть один захудалый прилавок и закажем провизию. Только не жди горячих пирожков или жареного мяса. Эльфийская кухня довольно... специфична.
Я махнула рукой. Без разницы. тут взгляд зацепился за потемневшее небо. Я списывала это на пасмурную погоду, но день не длится бесконечно. За всеми событиями счёт времени отошёл на второй план.
– Пора задуматься о ночлеге. Ты знаешь, где можно остановиться? – мрачно предположила я, прекрасно зная, что единственный вариант – дойти до эльфийского замка. Больше знакомых в этих землях ни у него, ни у меня, скорее всего, нет. В академии случился взрыв, да и появляться там опасно – наверняка местная полиция уже пронюхала и начала расследование. А кроме учебного заведения и королевского дворца мы нигде ни были.
– Где остановиться, нет, а где полететь, да, – уклончиво ответил тот.
– Какая у тебя опять идея? Очередной старый знакомый по счастливой случайности забрёл в эти земли именно тогда, когда понадобился? Или, может, Блад, у которого отбор невест, мимо пролетать будет?
– Тебе же не нужны крылья? – огорошил тот вопросом.
– Ну, они и так порваны. Ни тебе, ни кому-либо ещё вряд ли пригодятся дряхлые белые обломки.
– И именно поэтому они будут полезны. – Эларт сорвал с ближайшего куста (как тут много растительности, а!) какой-то острый сучок и посмотрел на меня. – Не возражаешь?
– Не знаю, что ты задумал, но если не причинишь вреда, я не против.
Эларт подошёл ко мне и быстрым, свистящим движением отсёк сначала одно, затем другое крыло. Мне как будто перерезали рёбра. Я задышала быстро и прерывисто, мечтая только о том, чтобы кровоточащие раны затянулись.
– Прости, – склонил голову тот. Наконец крылья, точнее, то, что от них осталось, отделились от тела и повисли в его руках. Поскольку они не принадлежали целиком мне, боль прекратилась, и я выдохнула.
– Спасибо. Мне не улыбалось всю жизнь проходить с этим наследием.
– Всегда пожалуйста, – весело ответил мужчина; кажется, его настроение поднялось. – Итак... если крылья не пригодны для полётов, то почему бы не сделать из них гнездо-шатёр? – торжественно объявил Эларт. Вытянув на ладони отрезанные крылья, которые всё равно были подставными, другой рукой Эларт изящно взмахнул вверх. Два больших белоснежных полотна принялись расти в несколько раз, оплетая друг друга, и по размерам сравнились бы с каретой.
– Ого, – с горечью усмехнулась я – и в этом мире вещам дают вторую жизнь. – Только себе крылья не отрезай, пожалуйста, и не вздумай летать куда-то, не убедившись, что это единственный вариант. А то знаю тебя.
Дракон как-то странно передёрнулся, наверное, не понравилось, что я им командую. Так он тоже мне указывал, причём не раз – имение моё не покидай, от меня сбегать не смей, и женитьбы не избежать. Несмотря на трудный день, я нашла силы почувствовать себя отмщённой.
– Теперь остатки чар полёта, ещё трепещущие в этом шаре, смогут перемещать нас, – пояснил Эларт, сбросив торжественный тон. – Но от осадков и ветра защиты нет. Если пойдёт дождь, град или иней...
У меня в голове что-то щёлкнуло, и мгновение я смотрела на Эларта невидящим взглядом, а затем выпалила быстро, словно опасаясь, что забуду:
– Летать можно только при полной луне или облаках.
– Что? – не понял дракон.
– Летать можно только при полной луне или облаках, – повторила я торжественно. – При инее или снегопаде как раз-таки будет безопасно, ведь белый – спасительный цвет ангелочков!
– Как ты узнала?
Я вкратце пересказала драматичную историю, рассказанную одним из крылатиков.
– Интересно...
– Что интересно? Это был, разумеется, вселенский заговор против меня, и мне не стоило принимать к сердцу смертельно опасный для вампирессы рассказ? – не без ехидцы переспросила я, предчувствуя тираду, которая за этим последует. Кира то, Кира сё, не высовывайся. Как будто он не сунулся сам на территорию, принадлежавшую вампирам, и меня потащил, чтобы продать мой дар!
– Не верится в такую откровенность. Особенно после всех событий этого дня...
– Тем вдвойне ценнее такое везение, – заявила с уверенностью. – Честно, я не знала, что пустяковые крылья, приклеенные малышами, сослужат нам такую хорошую службу!
– Не малышами, – ехидно усмехнулся Эларт. Я изумлённо подняла брови. – Для информации, тебе посчастливилось беседовать не с кем иным, как с молочником. Магом, который материализуется сразу в нескольких телах и управляет ими одновременно. Именно этот хитрый проныра наспех приделал тебе недолгосрочные крылья.
– И это будет ещё один тип магии? – догадалась я. – Какие уже были? Те, кто изменяют, собирают и...
– И саморасщепляются, – подхватил дракон. – Да. Это третий тип.
– Хочешь сказать, – вспомнила, как молодой блондин ругался: "Молочники!" – даже ректор не знает, что этих молочников несколько... то есть, то, что это один человек? И когда ты успел побывать в академии?
– Захаживал как-то раз, – усмехнулся Эларт. – Ректор в курсе, но, по-моему, не хочет предавать огласке. Ему самолюбие греет то, что он один из немногих, кто посвящен в эту тайну. На самом деле десяток-два старшекурсников – то есть, все, кто дошли до последнего года обучения – знает. Преподаватель объяснял им, как опознать мага-расщепленника, и я могу пояснить и тебе. Проще простого, скажу тебе. Похожие друг на друга стайные создания, нередко маскируются под детей, но могут нацепить неопределённую расу и возраст. Реже встречаются в животном облике. Ещё расщепленники творят необычную магию, как вот, например, этот фокус с крыльями. Анлаин Деркано не значится в стандартных учебниках.
– И умудрилась же я приземлиться в одной комнате с ними! – не удержалась от восклицания, когда Эларт, обломив ближайшие кусты, разжёг костёр и ещё одним взмахом руки переместил его внутрь сплетённых крыльев.
– Да уж, с прибытием тебе явно повезло больше, чем с тем, как ты покинула замок, – иронично усмехнулся дракон.

Для ночлега выбрали тенистую поляну возле озера. Деревья защищали ровно как мощными кронами – от осадков и лишних (драконьих) глаз, так и мощными стволами, за которыми лёгко спрятаться. Чтобы обнаружить двоих путников, человеку – или дракону – пришлось бы сперва спуститься на землю, затем с пару часов целенаправленно бродить сквозь заросли колючих трав и кустарников. Их мы с Элартом наблюдали с высоты полёта в нашем "крылатом" шаре.
На данный момент, помимо интриг с артефактом, перед нами стояло две проблемы.
Во-первых, летать мы могли только под полной луной. Или же белоснежными кучевыми облаками на небе. Смешно, но крылья и правда не летали под ясным звёздным небом. Мы убедились в этом, пока ждали восхода луны и пробовали взлететь прямо с поляны, где деревья расступались и открывался вид на открытое небо.
Эларту с его раненым крылом я наотрез запретила летать. Только больше риска.
Во-вторых, мы оба опасались реакции эльфийской семьи. Ректор исчез, сделка сорвана, а мы сами бесследно исчезли. Эльфы – раса своеобразная, их не подкупить и не переубедить, зато они честны и упрямы. До последнего будут искать нас, а нам бы, наоборот, пожить без внимания.
Ах да... Как объяснить для самого народа исчезновение их правителя. Кто гарантирует, что в герцогстве не начнутся беспорядки и разруха? И временный заместитель Эларта возжелает пробыть на своём посту подольше?
– Наложить иллюзию твоей внешности на того, кто замещает герцога, – прошептала я, когда мой жених наложил несколько мощных защитных плетений на временную обитель. – Магией такое возможно...
– Кира, – с подозрением начал Эларт, отчего кожа покрылась мурашками, хотя я вовсе не из пугливых и стеснительных, – где-то ты выросла, раз почти ничего не знаешь о заклинаниях?
– Я.. же тебе рассказывала, в заброшенной и совершенно безмагической деревне далеко от цивилизации. Человеческий быт, ручная стирка и готовка, натуральное хозяйство... Вырастила бабка, невампирского происхождения, и о моей расе мы никогда не разговаривали.
Продолжительным вздохом дракон продемонстрировал, что не особо поверил, но, к моему большому облегчению, в тот момент нашлись более важные темы для обсуждения.
– У меня есть другой вариант, – продолжил Эларт. – Инсценировка смерти.
– Это же распространённый ход, – присвистнула я удивлённо. – Хотя бы для вампирской расы. Разве никто не догадается?
– В академии случилась трагедия, слухи о которой уже пошли по всей империи. Никто не ставит под сомнение факт взрыва мощного и древнего здания, а насчёт нашего там присутствия и врать не придётся, это правда. Я отправлю весточку своему заместителю, – уверенно продолжал Эларт, а я... зачем-то сжала его ладонь в своей. Не знаю зачем, но от этого сразу стало теплее. – Он пошлёт туда корреспондентов, пообещав за красочные статьи во всех газетах хорошее вознаграждение. Журналисты с радостью вгрызутся в животрепещущую тему и нагрянут туда всей толпой, обыскивая каждый уголок замка и так и не найдя герцога в пыли завалов. Никаких следов.
– Полагаешь, они услужливо сделают приписку, что тебя, такого могущественного и опасного, уничтожило взрывом? Или это народ сам додумает? – скептически предложила я.
– Кира... – от звука моего имени почему-то всё содрогнулось внутри. Да что же такое? Я взрослая девушка, красивых мужчин видела, а Эларт даже не дотрагивается, просто обращается ко мне как к законной невесте. – Ты говоришь о мощи, но не забывай, что артефакт, ещё недавно лежавший внутри академии, своей силой превосходит любого говорящего.
Говорящего... Это прозвучало как "двуногого", но не так уничижительно.
– То есть, тебя попросту не найдут в завалах и спишут исчезновение на погибель?
– Ну, найдутся свидетели, которые подтвердят моё появление в замке роковым вечером, и к которым пресса как-раз таки прилипнет и не отпустит. Тот же молочник, видевший меня, не солжёт, в его способности при множественном перевоплощении входит только обязанность говорить правду. Пропажа мощной реликвии налицо, ровно как и моё исчезновение. Конечно, будут и те, кто раскроет этот ход, – не стал спорить Эларт, – но какие ещё предположения?
Я пожала плечами. Уже совсем стемнело. Но рассвет или поздний вечер – мрак недавней трагедии не затмило бы ничего, особенно такая мелочь, как погода.
Крылатый шар не отличался пространством, ровно как и длиной. Лечь нам пришлось не просто вместе – рядом, вытянув ноги на траву и дыша друг другу в лицо. Перья оказались душными, жаркими, от них по-прежнему несло молоком.
Перед сном я долго лежала с открытыми глазами, думая о делах, которых оставила в том герцогстве. Смотрины невест, сделка с Анной де Рун и обещание приготовить приворотное зелье для Блада. Когда я это успею? Я не знала, но только уверилась в том, чтобы найти портал и переместиться в герцогство Эларта. Поговорим с Лаффингтоном, а под шумок я проверну свои дела.
Единственное, ради чего я наконец закрыла глаза, – утренний разговор с Элартом. Ведь если не нападём на след артефакта, это сделает кто-то до нас.

Как я говорила – чтобы найти нас, искателям пришлось бы долго рыскать по лесу? Проблема в том, что такая проблема распространялась не только на меня и Эларта, но и на портал Лаффингтона...
Мы встали, как только рассвело. Точнее, это Эларт меня разбудил. Сразу проверили погоду, но увы – небо сияло пронзительно яркой голубизной. Ни единого облачка, поэтому нам предстояла весёлая прогулка пешком.
Прежде всего я настояла на обсуждении чёткого плана на утро и дальнейший день.
– Где вообще искать этот портал? У тебя имеются хоть какие-нибудь наводки – что из себя представляет, где примерно располагается...
– Я знаю, что старец любит всё блестящее. Он из тех цепких и хитрых, которые будут заманивать на свою ярмарку даже на руинах разрушенного замка. И бороться за внимание как-то сложно незаметными порталами.
– Поверю тебе на слово. А если не найдём? – упрямо повторила я, пряча в карман сохранившийся осколок реликвии. – Ты даже не можешь сказать, что именно мы ищем. Вдруг портал на ярмарку опасен? Или мы случайно дотронемся до чего-то ядовитого, или не поймём, что нашли именно необходимое, или пройдём мимо?
Эларт выбирал какие-то уж слишком тернистые пути собственных домыслов и осторожничал. Это он зря. Я добуду всю информацию – по капле, но вытрясу.
– Ближе к полудню напишу старцу, – наконец сдался он. – Спрошу, хотя бы что представляет из себя этот портал. Он может быть чем угодно: украшением, предметом одежды, веткой, бумажкой. Но перо даю, это что-то блестит, а ещё лучше – из драгоценного металла.
– А насчёт рисков, связанных с поисками? – не отставала я.
– У тебя ведьминский дар, – напомнил Эларт и зачем-то провёл по плечу. Тепло, вдруг прошедшееся по телу, я объясняла исключительно горячей драконьей кожей. Не иначе. – Ты не только приготовишь замечательное зелье с закрытыми глазами, но и сразу почувствуешь опасность. Помнишь, как обнаружила яд в замке?
– Да. Узнать бы, кто его подложил и как... Но об этом позже, – я энергично осмотрелась по сторонам. – Заклинания лежат, проверил?
– Да. Мы защищены от бесшумного приближения, атак тёмной или драконьей магией. Заклинание лежит на определённой территории, не на нас, поэтому придётся менять его раз в полтора-два часа, когда мы сменим местоположение.
Интересно, драконьей магией – это какой? Но я не стала переспрашивать, а указала головой на шар и высказала мысль, что он может затеряться, если мы не возьмём его с собой.
Эларт спорить не стал и, видимо, собирался так поступить изначально.
Перед тем, как удалиться, он пошёл вглубь каких-то экзотических кустов, среди которых редко проскакивали странные жёлтые кресты. А вернулся с полными крыльями плодов, мелких, бархатных и в форме этих самых крестов. И это не фигура речи: Эларт призвал крылья и приподнял их кончики, как бы растянув таким образом, что на плоском пространстве вместилось пригоршни две так точно. 
– Это твой завтрак, – сообщил дракон, присев на одно колено, чтобы я дотянулась до верхушки крыльев, а ягоды не рассыпались.
– Но ты же пошёл вглубь без меня, а там могли быть разные обжигающие растения... – нахмурилась, собирая жёлтые кресты. Дар не откликался, даже когда я поднесла неизвестные плоды ко рту, значит – съедобно. Я зачерпнула вторую горсть.
– Кира, я беспокоюсь за тебя. Чтобы ты не голодала, а не из-за того, будут ли на мне лишние царапины или нет. Угощайся, – тихо ответил Эларт и осторожно провёл по моему плечу, после чего встал с колен и направился в те же заросли, но добывать пропитание уже для себя. Такие проявления заботы и тон, каким говорил жених, скоро сведут меня с ума...
Как же повезло, что тут в лесу есть чем пропитаться. Я почему-то была уверена – этот мужчина не отравит. Сам бы съел ядовитое, но мне бы не скормил такое.
Не знаю, откуда такая убеждённость, но сомнений не было.

Тем временем я тщательно отмыла плоды в чистой пресной воде близлежащего озера и съела их. Они были достаточно твёрдыми, даже жёсткими, но разжевав парочку-вторую, я распробовала кислый, напоминающий вишню вкус.
Вернулся Эларт, проделав то же самое с плодами. Меня охватил внезапный порыв снять обувь и вытянуть ноги в озеро. Прохладная, освежающая вода взбодрила и отогнала остатки сна. Эларт, на удивление, последовал моему примеру (всегда бы так!) и коснулся своей ногой моей, послав волну тепла по всему телу – вопреки холодной воде.
Я посмотрела на Эларта, но тот только улыбался, и я коснулась босой стопой его в ответ. Так мы просидели минуты две, после чего Эларт резко поднялся и велел собираться. Я спорить не стала.
Мы бродили по зарослям, поднимая каждый кустик. Мой дар пока что молчал, тихо посапывая где-то в глубинке. А у меня ещё не выветрилось воспоминание, как остро и отчётливо я почуяла ту отраву, запрятанную в замке.
Я обыскала одно дерево, проведя пальцами по многослойной коре, даже обшарив пустое дупло и попрыгав по корням, выступавшим на земле. В конце концов, потрясла ветку словно в ожидании, что с неё что-нибудь свалится. Но бесполезно.
Эларт придумал более интересный вариант: тогда, сидя со мной возле озера, он достал пальцами ноги острый камешек и теперь, вылезши, простукивал им подозрительные поверхности. С кустика раз – и перепадёт что-нибудь, спрятанное между травинок, но межмировой портал мы так и не нашли.
Я чуть порозовела – Эларт опускал ноги в озеро для дела, вовсе не для того, чтобы дотронуться до меня, как мне сразу подумалось... 
Примерно через час неспешных, но упорных странствий, мы поняли, что бесполезно простукивать кусты и обшаривать стволы. Пора прибегнуть к оригинальным методам. Мы задирали головы вверх, Эларт чуть подлетал – всё, на что мне удалось его уломать, это совсем небольшая высота подъёма, в то время как дракон собирался едва ли не до верхушек подниматься – и осматривал птичьи гнёзда. Я стала внимательнее относиться к подозрительно одиноким пням, пару раз даже разламывала их пополам какой-нибудь мощной веткой, но ни следа портала не обнаружила.
– Не исключено, что эта дрянь запрятана в ветках и начинает проявляться только при горении, – выдал Эларт, собрав с земли хворосту и сложив его в одну кучу. Сначала я задалась вопросом, как он разожжёт огонь, но затем он обратился в дракона и выдохнул пламенем, создавая костёр. Невольно вспомнились, как из дальнего, яркого сна, многочисленные земные плакаты о пожарной безопасности в лесу.
С ветками ничего не случилось, и Эларт снова стал человеком, принявшись тушить костёр.
У меня вдруг перехватило дыхание, и я рухнула на землю, словно меня оттолкнули. Спустя мгновение всё стало как обычно.
– Чёрт, совсем забыл. Драконья магия – это же в том числе и извергание огня, даже если это сделал я. Нужно восстановить сбившиеся заклинания, – выругался Эларт, и пока он возился с защитой, я обнаружила, что из кармана выпал артефакт, оставленный вампирами. Точнее, осколок.
Пока поднимала, заметила инициалы Лаффингтона, слегка провела по ним пальцем, и меня вдруг подбросило вверх. Да что же такое?!. Я уже набрала воздуха в лёгкие, чтобы позвать на помощь, но тут меня снова выкинуло обратно. А в руке потеплел осколок реликвии Клыкастых.
– Эларт, – позвала я, пока мужчина убирал хворост. – Я слегка дотронулась до инициалов Лаффингтона, и меня подбросило вверх. Осколок, найденный нами, потеплел. А что, если портал на эту ярмарку находится в...
–...осколке легендарного артефакта Клыкастых у нас в руках? – закончил мою мысль Эларт, и мы возбуждённо посмотрели друг на друга.
Пока порекомендую вам интересную новинку от Натальи Фирст.
Вместо лучшей подруги я отправилась учиться в Академию Темных – загадочное место, полное тайн и интриг. Я точно знаю, здесь угрожает опасность моему жениху. Мне так хотелось ему помочь. Только, кажется, спасать придется меня саму…

– Мы прямо сейчас переместимся туда? – взволнованно спросила я.
– Подожди. Нужно сперва убедиться, что это на самом деле портал.
– И каким образом? – чуть вызывающе поинтересовалась я. – Меня же подбросило вверх, когда коснулась этой штуковины, а она сама потеплела. Какие другие варианты?
– В твоих руках – подлинный осколок вампирской реликвии, сомнений нет. Проблема в другом. Раскололся не только артефакт, но и заклинание, заключённое внутри. Теперь оно работает со сбоями, и внеплановое перемещение, как помнишь, с нами уже случалось. Не факт, что это – портал именно на ярмарку.
– Ну да... – погладила сторону артефакта без надписей. Шершавая, холодная поверхность. – Почему эта часть вообще отломилась? Из-за взрыва? Неужели террорист неопытный...
– Кто? – с подозрением переспросил Эларт.
– Преступник, – поправилась я.
– Не знаю. И если это и правда портал на ярмарку, очень странно, что Лаффингтон приделал его к артефакту... Поэтому я бы помедлил с перемещением и поизучал бы деталь.
– Артефакт, – пробурчала я. – Как он вообще выглядит и почему его изучить? Неужели это настолько неприступная махина?
– Потому что те, кто развил в себе достаточно магической мощи, считают себя выше изучения всяких железяк. А остальные либо ничего не добиваются, либо погибают в процессе какого-нибудь ритуала, либо... Что ж, либо взрывают им весь замок. Выглядит артефакт как простой золотой слиток, но за блестящей гламурной оболочкой спрятано ядро. В нём и заключена вся сила.
Мне послышалось, или вместо «взгляд» Эларт сказал «взлёт»?
Ладно, неважно. Пора вернуться к делу.
Дракон взял мою ладонь, нежно провёл по пальцам, послав очередную волну тепла, а затем перехватил осколок, чтобы рассмотреть.
– Похоже, и правда портал. Пора перемещаться на ярмарку, закупиться обедом. Только с условием. Ты телепортируешься с наложенными на тебя защитными заклинаниями, деньгами, артефактом для звонка Бладу, но... одна.
– Я... что? – воскликнула, подскочив на месте. – Ни за что! Оставить тебя одного... что ты будешь делать?
– Мне не следует появляться на ярмарке. Накладывание иллюзии на внешность – дело долгое и муторное. 
– Ты думаешь, меня там встретят аплодисментами? – ехидно переспросила я.
– Нет, но слушай. Это как раз повод разыграть спектакль. Ты приходишь на ярмарку в крайне опустошённом состоянии, говоришь тем, кто поинтересуется и кто нет, что никак не можешь найти своего жениха.
– И на расспросы отвечаю, что была вместе с ним на руинах замка... И последний раз видела его перед взрывом, но к несчастью, нас отбросило в разные стороны! – я с энтузиазмом притопнула ногой. – Точно. Гениально, – повторяла, как заведённая.
Да и мне превосходная ширма для своих тёмных дел. Если я не исполню желание, загаданное в Хэллоуин, демон не даст пощады, а значит, пора и разбогатеть.
– Но неужели я туда направлюсь совсем одна? И когда я перемещусь, куда денется портал – у меня останется или на землю к тебе выпадет?
– Артефакты связи я припас, – Эларт вытащил хитро спрятанные и уже знакомые мне приспособления из... откуда? Он хранил их между своих перьев?
Один был для "звонков" Бладу, аналогичный предназначался, чтобы набрать меня. Именно для изготовления такого вот телефона дракон забрал моё платье и выдал новое.
Только вот принадлежности, чтобы связаться с самим Элартом, не было.
– Моё крыло ранено, а исцеление долгое и трудоёмкое. Соответственно, не из чего изготавливать артефакт, повреждённые перья не послужат работающей основой, – пояснил жених, и внутри всё содрогнулось, будто мне полоснули по рёбрам чем-то острым. Это была не моя боль, но от холодка, прошедшегося по коже, на миг показалось, что ранили и правда меня. – Что до порталов, они всегда остаются на своём месте, но вот если он не прикован к чему-то и его можно взять в руки... Нет, – после моментного колебания ответил Эларт скорее сам себе, – этот осколок все равно не переместится с тобой.
– А как тогда я буду говорить с Лаффингтоном? – обиженно произнесла я, прекрасно понимая, что Эларт не при чём. – Голословные обвинения ему предъявлять, что ли? Доказывать наличие его инициалов непонятно где, непонятно почему... И талдычить про осколок артефакта, который вообще где-то в лесу валяется! Под ёлочкой...
Воцарилось молчание.

– Нет, так не пойдёт. Лучше останемся здесь, – произнёс Эларт с явным неудовольствием. – Но мне ни в коем случае нельзя перемещаться, чтобы не выдать себя. Возьми прямо сейчас, – мужчина протянул мне окно связи с Бладом, – и на крайний вызывай его. А я буду звонить тебе. Ты сможешь ответить при помощи того же позолоченного дракончика Блада, для входящих звонков он универсален, – предугадал мой вопрос Эларт.
– Выходит, мне остаётся рассчитывать на твои вызовы, а самой обратиться будет нельзя? А вдруг что случится? – не отставала я, перепрыгивая с ноги на ногу – на самом деле, в лесу было прохладно.
– Набирай Блада, а он...
– А он тебе передать ничего не сможет, – перебила я, – потому что не существует артефакта для звонка тебе! Что делать?
Не дождавшись Эларта, я сама и ответила, задумчиво потерев лоб:
– Нужно вылечить тебя, тогда и артефакт получится создать, и ты летать сможешь. До своего герцогства... Вот только где мне в лесу взять лекарственные снадобья? Кустики поднимать, что ли? Или на ярмарке купить за пару монет?
В моих глазах звучал неприкрытый сарказм, и уголки губ чуть приподнялись в напряжённой поуулыбке. Защитная реакция от всех тех сложностей, которые происходят с нами. Не со мной, не с ним – именно с нами.
– Кира, зачем тебе на ярмарку, раз с Лаффингтоном нормальной беседы не выйдет? – нахмурился Эларт. – Так рисковать, вдобавок не зная, когда мы встретимся в следующий раз. А враги твоего рода не дремлют.
Я колебалась. Взять животрепещущий след, подобно бойкой ищейке, или остаться в защищённости и бездействии с Элартом? Мужчина определённо предпочёл бы сидеть в тёплом белоснежном гнёзды... кхм-кхм, пусть будет, крылатом шаре.
– Может, всё-таки не нужно, Кира? – почувствовав мои сомнения, проговорил дракон. – Останемся здесь, подумаем, что делать с эльфийской семьёй...
–...а Лаффингтона за то время обработает кто-то другой?! – воскликнула я ещё громче, чем прежде. – Ну уж нет. Пора действовать!
– Тебе и так опасно являться одной, а без доказательств причастности Лаффингтона смысла в вылазке никакого. Ну Кира, ты думаешь, он правда поверит тебе на слово и во всём раскается?
– Я точно буду раскаиваться, если упущу возможность начать следствие из-за желания понежиться в защищённости! – уверенно воскликнула я и в необъяснимом порыве протянула руку за порталом, выхватывая его...
Меня подбросило в воздух, медленно, словно это я оттолкнулась. В глазах Эларта на миг промелькнула тревога, а затем он призвал крылья.
– Постой, я наложу на тебя заклинания, – шепнул, взлетая, но разве я могла остановить уже запустившийся механизм телепорта?..
Почерневший кончик крыла слабо трепыхался и, согнувшись, словно увядший цветок, тянул Эларта вниз. Боги... У меня сердце словно коркой льда покрылось, настолько мне стало страшно за дракона.
При осознании того, что Эларт снова рискует здоровьем ради меня, я горько пожалела о таком резком способе достижения цели, как вырывание портала из рук. Даже попыталась опуститься, но если бы всё было так просто... Всё-таки догнав меня за пару мгновений, Эларт положил в ладонь горсть монет, а я не упустила возможности дотронуться до его пальцев, насладиться отчаянно бьющейся жилкой на запястье, теплом драконьей крови и просто мысленно поддержать жениха.
– Этих денег хватит на солидные приёмы пищи и столько стаканов воды, сколько захочется тебе, моя невеста. 

Я с благодарностью и беспокойством посмотрела на него сверху вниз. Из-за шума веток не слышала, зато видела, как уменьшавшийся с каждой секундой Эларт открыл рот и, не отрывая сосредоточенного взгляда от меня, заговорил. Вдруг из кончиков крыльев потянулись тёмные нити, обвились вокруг меня, но не враждебно, и до меня дошло – он пытается успеть сплести защитное заклинание...
Нити щёлкнули и впитались в кожу. Почему-то мне подумалось, что это – защита от атак тёмной магией. Моё сердце зашлось в ускоренном ритме. Давай, Эларт, давай, нужно успеть до того, как меня перебросит... Затем из крыльев мужчины устремились новые, огненные, нити, словно сотканные из пламени. Между нами было больше десятка метров, я только и видела, что крылья мужчины, одно из которых становилось всё страшнее с каждым мгновением.
Ну же, ещё чуть-чуть, немного...
Посланный Элартом огонь захлопнул меня в свои объятия, и тут я, подгоняемая силой от портала, поднялась над лесом, пробив кроны. Солнце ударило светом, заставив зажмуриться. А открыла глаза уже в другом месте – только и успела спрятать за спину одну руку с артефактом и другую с пригоршней монет...

– Госпожа, вы не ушиблись? – услышала я озабоченное вместо ожидаемых расспросов и приставаний.
Прямо перед собой увидела худую, румяную женскую руку, подрагивавшую на морозе. Местная торговка. Не став возражать, протянула ладонь в ответ и позволила поднять себя с земли.
– Кажется, нет, – ответила я, делая вид, что отряхиваю спину, чтобы переложить ценную ношу в одну руку. Ярмарка почти не изменилась с момента взрыва, всё тот же гул, суета и простота. Перевела взгляд на румяную круглолицую женщину средних лет, затем оценивающе оглядела меня, но скорее переживая, чем с целью придраться.
В месте, где я очнулась, устойчиво пахло помидорами, рыбой и какими-то специями.
– Слава даркам, – явно не привыкшая говорить тихо, пробурчала торговка, наклоняясь за корзиной, упавшей со стола. Дарки? На Земле это слово означало "тьма". Может, торговка помянула местных богов?
Но вместо этого я спросила другое, деланно жалобно потерев замёрзшую щёчку.
– Вы не видели случайно герцога Феликса?
– Драконьи силы, не оскорбляйте меня, госпожа. Кому же видеть его светлость, как не вам! – воскликнула крестьянка, посмотрев на меня так, словно наяву увидела призрак. Причём, призрак того самого герцога.
Заметив интерес одной, другие торговки как по домино поднимали головы от своих корзин с овощами, чтобы посмотреть на новую посетительницу и оценить её незавидный внешний вид.
Я знала, как мне не идёт притворство, знала, что истинная – вредная, деятельная и любопытная, – натура потихоньку лезла наружу. И образ беспомощной ранимой аристократки, трясущейся за своего бесследно пропавшего жениха, полетит куда-то далеко очень скоро.
Я судорожно соображала. Что делать? Уж точно не изображать растроенную девицу. Есть вариант поинтереснее. И гораздо рискованнее.
– Вчера вечером мне посчастливилось зайти в академию, навестить поступившую младшую сестру. И тут я увидела невесту герцога и самого герцога, – начала рассказ.
...За окнами угрожающе темнели тучи. Собиралась гроза. В безлюдном помещении Академии иллюзионистов молодая женщина с тёмно-рыжими волосами улыбалась богато одетому мужчине, стоявшему спиной ко мне. Самому герцогу.
Они не заметили, что их уединение нарушено тихой служанкой.
– Может, пошли отсюда, а? – произнесла я, остановившись, и раскат грома пронёсся по академии. Девица вздрогнула, а герцог обернулся, окинув суровым взглядом.
– Ты с кем разговариваешь? – спросил он и приобнял, казалось, испуганную невесту. Та только крепче прижалась к герцогу.
– Я говорю, здесь опасно, пора сматываться, пока не поздно, – повторила спокойно, не обращая внимания на воинственный взгляд его светлости. Мужчина смотрел на меня так, будто в том, что случится совсем скоро, виновата я. Да если бы! Всего-то обладаю природным чутьём, а мисс Кира может подтвердить, что я впервые прибыла в эту академию и во время трагедии не покидала комнату.
– Ты хоть бы переоделась, – сказал Эларт... Феликс, приподняв брови. – Совсем не уважаешь меня.
"Нужно же было хоть на словах представить герцога внушительным! – пояснила я сама себе и, сделав паузу, продолжила повествование, захватившее торговок.
– Ну же, не медлите вы, быстрее! Пора уходить, – я не выдержала, подбежала к герцогу и схватила его за рукав, потащив к выходу...
Остановившись, мужчина перехватил мою руку и посмотрел прямо в глаза. Тяжело дыша, я сжала губы и храбро выдержала обжигавший гневом взгляд.
– Какая бойкая, – процедил он. – Совсем не боишься лишиться моей милости. Вон отсюда!
– Именно, всё верно, золотые слова, – я обрадовалась, что ту...
Нельзя называть Эларта тупым при торговках!
...Я так обрадовалась тому, что до герцога наконец дошла моя мысль, что тут же потащила Феликса с ещё большей яростью. Дверь распахнулась сама, словно от ветра, под пронзительный вопль молодой невесты и последовавший за этим ужасный грохот.
Сердце пропустило удар. 
Нет, всё-таки это случилось... То, чего я боялась и так хотела предотвратить.
Миг, и нас с герцогом отбросило в разные стороны. Стены задрожали, в глаза ударила пыль, и я только и успела, что вскочить на ноги, поднять упавшую невесту, открыть окно и выпрыгнуть на улицу. Через секунду стекло разбилось, девушка вновь закричала, крепче сжав меня за руку, но даже её вопли не смогли заглушить грохот величественной стены, которая разломилась надвое и медленно падала на замок.
На улицу высыпали все, кто только успел. Поток студентов и пытающихся что-то предпринять преподавателей не прекращался, и я на миг задумалась...
– Эларт! Эларт! – надрывалась невеста, уже не скрывавшая рыданий. Я оттащила девушку, которой не суждено было стать госпожой Феликс, в сторону: там, где полминуты назад я пыталась убедить герцога пойти со мной, пускай и не в вежливой форме, грохотали бывшие стены.
Замок на наших глазах превращался в руины, а герцога всё не было видно...
Может, ещё есть шанс?
– Он – дракон, у него наверняка есть сила, – заверила я несчастную, которая, впрочем, не поверила.
– Я видела, что его отбросило куда-то... – бедная девушка протянула дрожавший палец в сторону огромного обломка стены, на который тут же рухнула увесистая каменная статуя.
Там же, в академии, были хоть какие-то украшения? Ладно, неважно.
– А что было дальше? – взволнованно спросила старшая торговка с проблеснувшей сединой в истрёпанных волосах. Её потенциальный покупатель, под шумок собравшийся умыкнуть помидор, от испуга выронил овощ, который закатился под лавку.
– Герцога так и не нашли... О несчастной позаботились люди герцога. Мисс Кира просто места себе не находит от горя. Маловероятно, но может быть, вы видели его светлость?
Младшая торговка вряд ли старше двадцати испуганно вскрикнула, выронив корзину с овощами, которая упала на голову ещё одному такому любопытному.
– Нет, – посерьёзнела самая старшая из них. – Постой... а ты что, ведьма?
Тут я спросила себя – для чего я во всех красках описывала сцену, которой не было? Зачем представила себя со стороны от лица несуществовавшей свидетельницы?
Чтобы меня потом сочли колдуньей?
"Неправда. Мне просто хотелось забыть о пугающей реальности, хоть ненадолго побыть другой собой, бойкой, бесцеремонной, беспечно дерзящей герцогу".
– Дарки упаси, – с искренним возмущением ответила я, – неужели вы желаете обвинить меня в покушении на герцога?!
– Нет, конечно, – недоумённо ответила младшая торговка, обеими руками проводя по светлым волосам. – Как вы предвидели те самые события.. то... ужасное...
– Об этом мне рассказал господин Лаффингтон.

Мои слова возымели должный эффект – торговки окончательно позабыли о бездельниках-посетителях и дружной толпой повалили к нужной лавке, по пути засыпая многочисленными вопросами, но обращаясь скорее друг к другу, чем ко мне.
– Неужели это и правда приключилось?
– Сам герцог был на месте трагедии?
– Ужас какой... Дарки его сохрани, он должен быть жив!
– Ланна, сама посуди, его светлость не нашли даже охранники.
– А может, он не хочет быть найденным?
– И ты, Велли, думай, о чём говоришь! Его светлость не из тех мужчин, которые заставят страдать невесту из-за чего-то там.
– Вот именно. Почему? Может быть, у герцога были причины?
– Уж не знаю, Ланна, что ты там себе надумала, но герцог Феликс хоть и суров, но никогда не обречёт на муки любимую девушку.
В этих словах какой-то из торговок прозвучала такая уверенность, что я содрогнулась от волнения и... тепла. Они ведь не знали, что на месте рыженькой ведьмочки я, та самая невеста герцога Феликса. Но вовсе не бедная и расстроенная, а совершенно несносная, бойкая, как назвал меня Эларт в выдуманной сцене.
Тем временем человек (и вампиресс) тридцать рассекало площадь, и предчувствуя, что скоро к нам подключатся и остальные бездельники, я сказала старшей торговке:
– Сейчас же на ярмарке будет полный разгром. Беги на место, прошу, не дай покупателям разворовать добро.
Оглянувшись, я убедилась в своей правоте: наглец, которому уже досталось корзиной по голове, снова крался к витрине. Пускай торговка с ним разбирается.
Сама тем временем прокручивала в голове свой недавний рассказ, сама не зная, почему. Воображение оказалось настолько ярким, что подкидывало картинки этой сцены. Особенно живо представлялось выражение лица Эларта, когда он взял меня за подбородок. И это его "Какая бойкая"... Я слишком хорошо знала, как на меня смотрит жених. В тот момент – вымышленный момент – Эларта переполняли чувства ко мне, в нём бурлило пламя.
Это притяжение, искры между нами слишком быстро остались в счастливом беззаботном прошлом. Теперь мы оба заботились только о том, чёрт их возьми, не ускользнёт ли от нас след похитителей и не нависает ли прямо сейчас вражеская тень за нашими спинами.
Подумать, зря это или общие приключения только сближают, я не успела – мы пришли к лавке, возле которой принимал посетителей тот, кто и был нам нужен. Правда, подумала я, поднимая свободную руку, не вломимся же мы всей толпой.
– Спасибо, что проводили. Мы с господином Лаффингоном разберёмся, – крикнула я перебивавшим друг друга торговкам, сама предусмотрительно повернувшись полубоком к продавцу. Во избежание эффекта Лаффингтона, из-за которого я бы не сказала ни слова без буквы "ф", повернувшись спиной к продавцу.
– Но как же так! – возмущались торговки.
– Пойдём скорее, обсудим с остальными, – прошептала одна, и остальные сочли это за аргумент и такой же галдящей толпой понеслись обратно.
Я перевела взгляд на продавца и улыбнулась своей удаче: он мог не прийти на ярмарку, пойти по горячему следу самостоятельно или заняться изготовлением новых товаров дома. Да чем угодно! А он активно консультировал какую-то стервозную даму, стоя возле шаткой деревянной лавки, на которой были расставлены закупоренные склянки, колбы, стаканы, вазы, кастрюли, даже кружки... В общем, великое множество закрытых сосудов различных цветов, от серо-буро-малинового до... малиново-буро-серого. И ядовито-жёлтый, и тёмно-зелёный, и ярко-красный.
– Можно с вами побеседовать, уважаемый? – спросила я, чем нарушила напряжённую тишину, воцарившуюся после исчезновения торговок. Женщина тут же спрятала свои уже взявшиеся за крышку какого-то сосуда пальцы, а Лаффингтон, молчаливо смотревший в другую сторону, перевёл взгляд на меня.
– Держите, – швырнула незнакомка монет, которые продавец словил на лету. Её голос почему-то показался мне знакомым. Девушка обернулась ко мне, заставив ахнуть. Это же знакомая мне дриада Анна де Рун!
Сердце забилось сильнее. С кем мне побеседовать – с клиенткой, пообещавшей мне за исполнение заказа такое вознаграждение, которое разом исполнило бы моё хеллоуинское желание? Или с Лаффингтоном, чьё имя оказалось на осколке вампирского артефакта и который, кажется, собирался уходить, судя по тому, что складывал все склянки в мешок?

Эларт
Кира снова перехитрила меня. Бросилась, а точнее, взмыла в портал, чтобы выпытать у Лаффингтона ценную информацию. Вцепилась в первый шанс хотя бы ненамного приоткрыть завесу тайны, невзирая на собственную безопасность.
Сперва я настолько очаровался этой её самоотверженностью, что не сразу вспомнил о главном. Спустя бесценное мгновение, за которое Киру успело подбросить на достаточное расстояние, я немедля призвал крылья и взмыл в воздух, приступив к защитным заклинаниям.
По раненому крылу резко полоснуло ожогом, отчего кончик почернел и тянул теперь вниз. Тьма... Продолжая плести заклинания, я негромко выругался, сразу поняв, что происходит. Накладывания магической защиты с раненым крылом и так сопряжено с определённым риском, ведь от магической нагрузки больной участок только расширится. А я не только плёл защиту, но и усердно летал, как только мог, чтобы нити скорее добрались до Киры.
О себе я беспокоился в последнюю очередь. Прямой угрозы жизни мне пока нет, а с Кирой счёт шёл на мгновения, без защитных плетений до неё могут добраться на ярмарке. Мне являться на площадь собственной персоной нежелательно, а о полёте и речи не шло.
Поднял взгляд на Киру, которую портал подкинул уже почти до верхушек, и ощутил небольшой внутренний толчок – это плетение, защищающее от Тьмы, впиталось. Не теряя ни мгновения, приступил к второму заклинанию. С ним было сложнее. Если для противостояния Тьме хватало светлой искры, то прямого иммунитета, чтобы подавить драконью магию, не существовало. Приходилось действовать обходными путями по сборным формулам, которые блокируют не всю магию сразу, как в случае с тёмной, а определённые виды её атак, к примеру, дыхание огнём или воздействие крыльями.
Я снова выругался. Времени было в обрез. Повезло ещё, что этот портал оказался необычным, что неудивительно – осколок артефакта Клыкастых. Срабатывал не мгновенно, сперва подбрасывая ввысь и только спустя полминуты производя телепорт. Но и это время казалось невероятным, воистину чудо, что с первым плетением я управился за треть отведённого времени.
От дыхания огнём я защитил, от ментального воздействия крыльями и непосредственно физических повреждений от полностью обернувшихся драконов –тоже. Оставалось сплести защиту от опасного взгляда, которым владели только редкие виды Изумрудных драконов. На миг колебался: стоит ли тратить время, если вероятность столкновения Киры и враждебно настроенного редкого вида мала? И всё-таки решился. У особенной девушки особенные противники.
Толчок, прошедшийся по моим крыльям как доказательство завершённого плетения, замедлил процесс всего на мгновение. И этот миг оказался решающим. Портал закрылся, и Кира, бросив на меня встревоженный взгляд, исчезла, а сам осколок полетел вниз.
Я кинулся за ним, поймав осколок на лету, и сжал зубы. Защита от бесшумного нападения была самой лёгкой, наложить её – дело трёх секунд даже с раненым крылом. Всё, что требовалось – магически утончить слух Киры, так что нападение она бы почувствовала заранее. С по-настоящему сложными и затратными плетениями я справился секунд за двадцать, хотя раньше, когда я ещё не потрамировал крыло, одно заклинание занимало едва ли не минуту. Это в лучшем случае.
Такой результат невольно вызывал восторг. Может, дело в Кире и стремлении защитить её любой ценой?.. Вот только обидно, что на самое простое заклинание не хватило всего мгновения.
Я сам не заметил, как за раздумьями коснулся ногами земли, а осознав это, тут же отозвал крылья и спрятал золотой осколок между перьями – перьями здорового крыла. Решил не убиваться, ведь то, что прошло, уже не изменить. Лучше взять с Киры пример и приступить к решительным действиям.
А именно, пойти ва-банк и первым объяснить ситуацию королевской чете. Голословных обвинений мне опасаться нечего, эльфы умные и быстро оценят гениальный магический дар того, кто взорвал замок и умудрился не пострадать, скрывшись с артефактом. И во-вторых, не в моих интересах уничтожать замок ради того, чтобы уклониться от прямых обязанностей и расстроить свадьбу ректора с принцессой.
До замка шёл быстрым шагом, снова призвав крылья, являвшиеся помимо всего замечательным органом интуиции. Так драконы лучше ориентировались в пространстве и находили дорогу даже в малознакомых местах.
Полный оборот давал ещё больше преимуществ, взять ту же выносливость и силу, но я и думать не смел о таком варианте в моём-то состоянии.
Невольно улыбнувшись, я подумал – а будь Кира на моём месте, она бы решилась на безумство, полетела бы с раненым крылом, чтобы сберечь времени? Хватило бы ей дерзости? Я точно знал одно, решись на такой шаг я, Кира бы принялась яростно убеждать меня остаться на двух ногах и не рисковать.
Не рисковать... Мысли плавно перетекли к, собственно, сущности моей раны. Последние дни выдались напряжёнными, зато теперь появилось время толком всё обдумать.
Ещё несколько дней назад во мне зародились сомнения относительно характера ранения. А с каждым проводимым в воздухе моментом я только убеждался в том, что почерневший участок крыла не имел никакого отношения к физической травме.
И сейчас я с уверенностью мог сказать – на меня воздействовал яд, обнаруженный Кирой. Слишком многое не сходилось.
Начать с того, что ушиб или вывих не позволил бы даже пошевелить крылом, не говоря о продолжительном полёте в полминуты.
Более серьёзным доказательством служили мои ощущения. Магические потоки внутри крыла можно сравнить с эффектом домино, – этой игрой любили тешиться люди. Упадёт хоть одна костяшка, и вся цепочка рухнет. В моём случае, скорее, кто-то осторожно вытащил одно перо, не затронув остальные, ведь иначе, без магических потоков я бы не сплёл защитные заклинания.
Чужое вмешательство, причём намеренное, не подлежало сомнению. Как и то, что яд в моём замке оказался неслучайно. Кто-то пробился сквозь многочисленную защиту, подложил особо опасный яд, наверняка рассчитанный на отложенное действие. И я, осознав, что отраву вероятнее всего положили при другом правителе, разбираться с охраной не стал.
В том, как именно получил травму, я тоже не колебался. Крылья – уязвимое и в то же время самое сильное место дракона. Полёт в мои планы не входил, но увидев девушку, со всех сторон окружённую ядом, я не задумываясь призвал крылья и поднял Киру в воздух. Именно в тот миг, пока противоядие летело до жидкости, тьма впиталась в крыло. И хорошо, что только в одно крыло и только в кончик.
Стучась в ворота эльфийского дворца, я решительно пообещал себе как можно скорее отыскать похитителя. Да, след терялся под слоём домыслов и догадок, но я пройду по этой тенистой тропе. Хотя бы ради Киры и её безопасности.

– В чём дело, Кира? Мы заняты, – небрежно спросила Анна, выразительно потрепав Лаффингтона по плечу и послав взгляд чуть в сторону. Там возвышался ничем не примечательный низкий деревянный домик, настолько же спокойный и неколебимый, как его хозяин. Раньше я как-то не замечала эту хижинку. Неужели Лаффингтон жил здесь? Или просто хранил там оборудование и товары, запирая на ночь?
– Срочное послание, связанное с герцогом, – смотря прямо на Лаффингтона, произнесла я.
Приманка сработала. Анна де Рун мигом оживилась, забыв о продавце, и повернулась ко мне.
– Что такое? Почему сейчас? Ко мне уже записались на консультацию, – недовольно произнёс мужчина низким, охрипшим голосом, указывая головой на дриаду. Но та и думать забыла о Лаффингтоне и, по-моему, вообще его не слушала, переключив внимание на меня.
– Дело не терпит отлагательств, – настаивала я. – Необходимо переговорить именно с вами, иначе может стать поздно.
– А что вы мне дадите за это? – оторвавшись от вещей, он поднял голову на меня, заинтересованно блеснув глазами.

– Мне кажется, ценная информация – само по себе вознаграждение, – произнесла я вредно, умолчав о том, что основным поставщиком сведений будет, вероятнее, сам Лаффингтон. – Но если вы не хотите... – протянула многозначительно.
– Хочу, – заявил с убийственным спокойствием Лаффингтон, поднимаясь из-за стола, и дриада, зачем-то отпрыгнув в сторону домика, активно закивала в знак согласия.
Сердце замерло. Неужели я и правда так легко добилась согласия этого человека и солидарности дриады? Что-то не верилось...
– Вы ступайте, я подожду, – заверила Анна де Рун, доверительно потрепав свои вьющиеся распущенные волосы и скучающе облокотясь о деревянную стену.
– Пройдём, госпожа Кира. Подавать руку, надеюсь, не обязательно?
– Обязательно, – ехидно фыркнула, и после протяжного сопения Лаффингтон всё-таки протянул мне ладонь, чтобы провести в дом.
Входная дверь скрипела, но не выходя за рамки приличия, негромко – это я отметила сразу. Будь дом под землёй, такая комната идеально подошла бы для военного убежища – только загасить свет. Из интерьера здесь обнаружилась только лавка подле круглого стола, сидеть на которой оказалось холодно, несмотря на старинный камин в углу. Но меня не волновала ни прохлада, ни тесное пространство.
– Ваши инициалы нашли на осколке артефакта древней расы, – прямо сказала я, следя за тем, как Лаффингтон неторопливо садился на лавку рядом со мной. – Не могли бы вы рассказать, почему и как они там оказались?
– Мои инициалы? – нахмурился мужчина, и я моргнула. – Как вы это узнали?
– Мы с герцогом присутствовали там во время трагедии, – понизила голос, бросив беглый взгляд на окно, но потёртые шторы были задёрнуты. – Один кусок отлетел, и...
– Где он?
На миг повисла пауза. Но я решила, что бесполезно что-либо утаивать и рассчитывать на откровенность в ответ.
– Он... у герцога. Поскольку в этом же золотистом клочке был заключён ещё и портал на ярмарку, я переместилась сюда, дотронувшись до артефакта.
– Портал? О чём вообще речь?
Я вкратце рассказала Лаффингтону о системе, придуманной Элартом: разбросать множество телепортов по всей империи, чтобы перевести торговлю на новый уровень.
– Странно, но дело в том, что никаких своих инициалов я не оставлял.
Сердце пропустило удар.
– Не оставляли? А почему они оказались там?
– Госпожа Кира, скажите, пожалуйста, на каком основании я должен принимать ваши слова за правду?
– Если считаете герцога достойным доверия, то не сомневайтесь и во мне, – отрезала я. – К сожалению, портал остался там, откуда я переместилась, показать его не могу...
– Боюсь, мои инициалы на таком величественном артефакте – ошибка. Я в самом деле увлекался реликвиями, но не настолько.
– Ошибка? – переспросила я тихо. Что-то здесь неладно. Ведь мы с Элартом чётко прочли – Лаффингтон, пускай и полупрозрачная надпись не сразу прояснилась на золоте.
– Или подстава против меня. Ведь давно, ещё во время моего обучения в Академии, ходили слухи, что в артефакте Клыкастых есть бракованная частичка, зачарованная одним хитрым могущественным мастером...

– Что? Какие слухи? – уцепилась я за первую зацепку. Да, не факт, что многочисленные легенды послужат мне хоть какой-то опорой, но моей целью было выпытать всё возможное. Старалась не слишком показывать любопытство, но не уверена, что получалось. 
– Да обыкновенные, как и всегда – преувеличенные. Весь тот год академия была радостно взбудоражена. Кто уверял, что артефакт уменьшили до микроскопических размеров, другие не сомневались в превращении золота в медь. А третьи и вовсе говорили, что в реликвии прорублен туннель. Эти выдумки, разумеется, не конфиденциальны, – усмехнулся Лаффингтон. – Осязаемый артефакт, который видели, трогали, а некоторые и умирали от него, не может быть не окружён легендами. Начиная с теории о его происхождении и назначении, заканчивая описанием "реальных случаев"... Да вы такое сто раз слышали.
Благоразумно умолчав на этот счёт, я продолжила:
– И кто запустил ажиотаж?
Может, отсюда выйдет что-то узнать.
– Сами студенты, кто же ещё. Учились мы у драконов, – пояснил Лаффингтон, – но непоседы со старших курсов нередко выбирались на свежий воздух – отдохнуть после тяжёлого года, – в далёкое эльфийское королевство, а точнее, в Академию иллюзионистов. Кто, как не мастеры обмана, могут защищать такой ценный объект культурного наследия от повреждений и кражи?..
Впервые на моей памяти об артефакте говорили как о музейном экспонате доисторической эпохи, с каким-то отстранённым спокойствием. Все другие, упоминая реликвию, сразу в красках описывали её таинственность и значимость – и это несмотря на то, что артефакт находился явно в открытом доступе, туда проникали, какая тут романтика?.. Но Лаффингтон в принципе не был романтиком, осознала я.
– Возвращались эти дурачки обычно в невесёлом состоянии, растроенные очередным проваленным ритуалом. Никто этому не удивлялся. Но в начале учебного года –их последнего года в Академии, – незадачливые адепты были не похожи на себя: сияющие и дрожащие от восторга. Один из компании и вовсе запустил шокирующие слухи, выставив себя свидетелем всей истории. Мол, великая реликвия повреждена, – усмехнулся Лаффингтон пренебрежительно. –  И понеслось.
– И вы думаете, именно из-за этих нескольких старшекурсников на артефакте появилось ваше имя... – задумчиво протянула я. Хоть до чего-то добрались.
– Не думаю. Предполагаю, – поправил Лаффингтон тоном серьёзного здравомыслящего человека. – Мне неизвестно даже то, как давно мои инициалы украшают реликвию. И украшают ли на самом деле.
– Но зачем кому-то наносить чужое имя? Кому это нужно? И кто смог так повредить артефакт?
– Говорю же, подстава, – упорно повторил мужчина, и я поёжилась, на миг ощутив прохладу в комнате.
Ага, в том, что добра ему не хотели, Лаффингтон не сомневался. Осталось понять, кому не хватало компромата на лучшего адепта академии.
– Ну вот кто из знающих ваше имя мог так услужить, кроме тех авантюристов? – тут же уцепилась за сомнения мужчины. – Может, неприятели в школе были, или давние враги рода, или...
– Госпожа Кира, мне кажется, вас занесло не туда, – так же убийственно спокойно покачал головой мужчина, положив руку на лоб. – Я же делюсь тем, что может рассказать, помимо меня, каждый выпускник моего курса. А вы спрашиваете так, будто я ваш будущий супруг.
Я не смутилась от его упрёка, но вспомнила Эларта и поняла: деловой разговор с Лаффингтоном и доверительные беседы с герцогом – это правда разные вещи.
Между нами с мужчиной словно выросла стена.
– Ладно, прошу прощения, – нетерпеливо произнесла я, невольно подумав, что ещё немного, и правда потребовала бы семейное древо Лаффингтонов. Или список его сокурсников. Хорошо, меня вовремя остановили... – Но что мы имеем, точнее, не имеем: врагов ваших и вашей семьи в принципе. Как ещё связать волнение старшекурсников, побывавших в Академию, и ваше имя на артефакте много лет спустя?
Лаффингтон чуть задумался. Он выглядел спокойным и рассудительным, хотя бы потому, что не говорил о реликвии с благоговением.
– Вы правы, глупо отрицать, что это не совпадение. Но я всё сказал: врагов у меня не имелось.
– Так может, вам всё-таки не желали зла? – с надеждой спросила я.
– Не думаю. Многие хотели оставить, так скажем, свой след в истории. Написанные инициалы стали бы большой честью для тех, кому б удалось вывести их, ведь золото не поддавалось ни одной попытке деформации. Этот металл не ржавеет, не гнётся и не ломается, и тот, кто смог приложить такую силу, не стал бы тратить время на какого-то там другого студента... в добрых целях так точно.
– Так может, на оставшейся части артефакта, которая сейчас похищена, – есть не только ваши инициалы, но и ваших друзей? Нельзя допустить, чтобы изначально было выведено несколько имён, не только ваше?

Тут Лаффингтон решительно покачал головой.
– Не помню, чтобы я водил особенно крепкую дружбу, но и врагов у меня не имелось. Да, это я тоже не скрываю, уважаемая невеста герцога, – произнёс тот несколько иронично, – учёба давалась мне хорошо, я был, по сути, одним из лучших и не особо общительным. А над такими нередко подшучивали, по крайней время, в пору моего обучения. Может, некоторые и уважали, но точно не брали в свою тусовку. Так что писали только моё имя – и наверняка чтобы связать инициалы на отколовшемся элементе реликвии с тем, что я, мол, когда-то чистил и ухаживал за этим артефактом, и недостаточно хорошо.
Голова кипела.
Да, я выяснила кое-что и, пробравшись сквозь уйму информации, сомнения, выудила причастность ко всей истории старшекурсников. Но от этого всего всё стало только запутаннее. Я надеялась, что разговаривали мы не слишком громко, иначе наша девица под окном немного погодя раскусит фальшивость гибели герцога.
– Так, мы пришли к тому, что эти старшекурсники во время последнего из своих похождений как-то подделали ваши инициалы с недобрыми целями.
Лаффингтон кивнул.
Я чувствовала, он о чём-то умалчивает. Нет, не лгал, но было то, о чём мужчина недоговаривал. При желании рассказал бы сразу, поэтому я не стала наседать.
– Да-а, на моё счастье, кусок отвалился именно во время визита герцога и попал в руки именно вам. Его светлость достаточно умён, чтобы направить невесту сразу ко мне, а не предъявлять обвинения. Если бы подобное увидели простаки вроде студентов, то не колеблясь объявили бы о своём открытии.
– Но кому тогда ваше падение понадобилось бы? Постойте, вы были артефактором? – перебила я сама себя. – Или и сейчас...
– Нет, моя карьера продлилась недолго из-за открывшегося пристрастия к ярмарочному делу, – коротко ответил Лаффингтон, почёсывая своё плечо, заботливо облачённое в мягкую, дорогую атласную ткань. – Сейчас забросил это дело и не вспоминаю о нём. Могу сказать только вот что: для такого повреждения, как раскол, нужно время и сила.
И он о том же. Что Эларт, что Лаффингтон в один голос твердят – таинственный похититель был талантлив в магии. Но кто, например? Раз они не знают, я, попаданка в новом неизведанном мире, тем более не смогу ничем помочь.
– Что вам ещё нужно? – слабо улыбнулся собеседник. – Имена тех старшекурсников? Я могу их назвать.
И мужчина написал на бумажке несколько инициалов. Я, не читая, скомкала и попросила сумку. Слишком много всего приходилось держать в руках. И слишком велик риск повторить ошибку – потерять рецепт приворота, раздобытый дриадой.
– Я... – начала неуверенно, не зная, как бы намекнуть на желаемое, раз уже Лаффингтон сам предложил.
– Вы хотите информации, понимаю. Но я рассказал всё, что посчитал нужным. Слухи, всплеснувшие академию двадцать лет назад, мои отношения со студентами, скудный опыт в артефакторике. Я знаю, что обязан вам, но не поделюсь тем, что не касается лично вампирского артефакта.
Вздохнув, встала с лавки, да и Лаффингтон наверняка устал от продолжительной беседы.
– Тогда ничего не нужно, спасибо. Разве что...
– М?
– Приворотное зелье, если вам его поставляют, и раствор для исцеления драконьего крыла.
– Спасибо, – снова чуть улыбнувшись, покачал головой мужчина, – я понял, что герцог ранен, и надеюсь в вашей порядочности по отношению к будущему супругу. Впрочем, смысла в вашей просьбе нет: приворот изготавливается индивидуально, а целебными зельями я не заведую и подобные поставки не принимаю. Это у местных травниц нужно спросить.
– Ладно, благодарю вас за помощь, – мужчина проводил меня на выход, где уже поджидала любопытная дриада. Мне пришлось прятать теперь не только связной артефакт и горсть монет, которые я не стала предлагать Лаффингтону – чтобы не издеваться, но и крошечную бумажку с несколькими именами. 
Я подумала, что переговоров с Анной де Рун не выдержу. Да и что у нас последнее время творилось: одни беседы да беседы, то с женихом, то с продавцом. Это, конечно, хорошо, но и делать что-то нужно!
Чтобы заполучить брусничный сок, без которого приворотное зелье не приготовить, нужно сделать так, чтобы дриада выиграла отбор. А ведь я настолько безответственно отнеслась к договору, что даже не выяснила, как проходит процесс.
Поэтому, вздохнув, я всё-таки подозвала Анну де Рун на пару слов.

Эларт
Переговоры с королевской семьёй шли... сносно.
До этого момента.
– Раз вы выполнили свою часть сделки, признаю... – начал я, но меня перебили. 
– Нет, – тихо произнесла принцесса, сминая юбки своего сизо-голубого платья, и вскинула другую руку на лоб. Впрочем, и её родители не отличились яркими нарядами, выбрав тёмно-синие костюмы.
– Простите, что?
– Мы не выполнили, – ещё тише произнесла девушка, и даже птицы в её комнате издали какой-то печальный протяжный вопль.
– Вы что-то обещали Кире? Деньги? Статус?
Помотав головой, отчего волосы закрыли её лицо, и со слезами в голосе произнесла:
– Сопроводить её... в ак-кадемию.
При этих словах родители девушки обменялись мрачными взглядами. 
Внутри меня что-то дрогнуло, а затем начало разгораться.
– Значит, не сдержали своё слово, – спросил я с еле сдерживаемой угрозой в голосе. – Почему вы не защитили мою невесту? Зачем оставили Киру среди магов, скрывающих своё истинное лицо, меняющих личины по щелчку пальца, которые одним только взглядом дурманят разум?
Я всегда старался сохранять спокойствие. Да, ехидничал с Кирой, но скорее для виду, а девушка искренне поддерживала этот спектакль. Ведь врагам, следящим за мной, ни в коем случае нельзя знать, что я... на самом деле никогда не презирал её.
Но то была притворная язвительность, а сейчас во мне росла тихая, едва сдерживаемая ярость. Настоящая.
– Не сердитесь, – уже откровенно рыдала принцесса, приложив обе ладони к лицу. Впервые наблюдая за яркими эмоциями у эльфов, я скрестил руки на груди и опёрся о стену. – Но мы не хотели оскорбить вас, мы уважаем вас и помним свои обещания!
– Что-то не видно, – произнёс прохладно, твёрдо решив добиться объяснений. – Не желаете объясниться?
– Нет, – спокойно произнесла королева, восседавшая в своём кресле, и её неколебимость вызвала только большее раздражение. Ах, нет?!
– Мам, герцог же д-дракон... – умоляюще пролепетала совсем убитая принцесса, и я удивлённо вскинул брови. Закрались подозрения, что у эльфийской семьи что-то произошло. Слишком странно они себя вели. Все трое.
Хотя почему трое? Вся комната словно потускнела.
– Я дождусь от вас объяснений? – тихо напомнил о себе.
– Не думаю, ваша светлость, – ответил невозмутимо правитель. – Мы сказали, что ответа не дадим, и это правда.
– А меня эта правда не устраивает! – прорычал я последнее слово и даже сам не заметил, как от меня повеяло холодом. Король и королева отшатнулись, а принцесса чуть ли не упала с кресла.
Как же меня раздражало их молчание! Если бы принцесса тоже делала вид, что всё в порядке, и это не она жестоко обманула меня, обманула Киру и фактически бросила её на растерзание опытным магам, я бы сорвался сразу. Те, кто ждал наследницу, сразу узнали её без иллюзии и подорвали замок...
Напряжение внутри достигло высшей точки, и я, прикрыв глаза, еле сдерживался, чтобы не дать драконьей магии вырваться наружу. В боках неприятно покалывало – крылья просились наружу, а бурлившие внутри магические потоки были готовы спалить и разбомбить всю комнату. Я ненавидел выпытывать информацию силой.
Силой... А вдруг и на семью подействовали внушением?
Окинув короля с королевой совсем другим взглядом, тихо спросил:
– Кто? Из-за кого вы не желаете объясниться, почему подвергли Киру опасности? Кто причина вашего молчания?
И с невесёлым удовлетворением увидел проблеск в глазах правителей, подтвердивший опасения. Сжал кулаки от бессильного гнева: кто-то уже побывал в замке.
Принцесса же от моих слов уронила голову на колени и ещё отчаяннее засопела. Слёзы уже текли по её юбке, а сама девушка вздрагивала от тихих рыданий.
– Леди, – повернулся к ней, прекрасно понимая, что каждая пролитая эльфом слеза сродни человеческой истерике. А настоящая катастрофа, свидетелем которой я стал, вызывала серьёзные и серьёзные подозрения. – Если вы поделитесь со всем мной, будет только лучше. Вам не стоит бояться моей реакции на увиденное.
Девушка оторвала голову от платья, вытирая глаза, впрочем, бессмысленно. Слёзы смотрелись на ней как утренняя роса.
– В том-то и д-д-дело, ваша светлость, я н-не могу ничего рас-с-с-сказать. Хотела бы, д-давно ответила на в-в-сё, что вы спросите, да только не могу.
– Хорошо, вы хотите со мной общаться?
Принцесса в поисках поддержки оглянулась на родителей, и, встретив хмурые, задумчивые взгляды, решительно сжала губы.
– Хочу. Всей душой, герцог!

У принцессы даже губы дрожать перестали. Я мысленно выдохнул – ну наконец-то я узнаю, почему семья едва ли не довела меня до всплеска своим молчанием.
– Дочь, – сурово начал эльф, повернувшись к принцессе, – не ступай на тропу обмана. Мы сказали правду и больше ничего не сможем сделать.
– Сможем! – в голосе девушки вновь проявились слёзы, но она твёрдо повернулась ко мне, вскочив с кресла. – Я не уважаю себя, если позволяю герцогу подумать обо мне как обо лгунье, не держащей обещание. Пора объясниться!
– Как бы мы искренне не хотели налаживать контакты с драконами, здесь придётся притормозить, дочь, – мелодичным, ровным голосом ответила королева, чуть сжав подлокотник кресла, и даже не посмотрела на меня, словно бы показывая, что со мной ей больше не о чем говорить. Вот, значит, как. С драконами... – У тебя просто не получится.
Принцесса больше не поворачивалась к родителям и, смело посмотрев мне в глаза, велела истинно королевским тоном:
– Начинайте!
– Здесь, – я обвёл взглядом комнату, – или желаете поговорить в личной обстановке?
Больше нет смысла притворяться дипломатом. С адекватными, уважающими меня и себя собеседниками и я спокоен и сдержан. Правители наверняка попали под чужое влияние и не желали отвечать за свои обещания – зачем тратить на них время?
Уходя из помещения, я заметил, как они только покачали головой, провожая взглядом дочь, но подниматься не стали. И пусть.
Принцесса бежала, а я шёл рядом быстрым шагом. Спустя минуту решительно распахнув дверь. В спальне принцессы царил беспорядок – вываленные из гардероба платья лежали друг на друге, открытые книги валялись на столе и на полу, шкатулка с украшениями была распахнута, а ювелирные изделия длинной вереницей тянулись по ковру. Из окна дул ветер, теребя полупрозрачные занавески из тюля, и на подоконнике обнаружилась ещё одна книга.
Но девушка, ровным счётом игнорируя бардак, выдвинула передо мной кресло, обитое шёлковой изумрудной тканью, и сама решительно села.
– Итак, ваше высочество, кто посетил вас?
– Я... я не знаю, – внезапно стушевалась принцесса, разочарованная тем, что не могла дать ответ.
– В каком смысле? – чуть нахмурился я, думая, а поддаются ли эльфы магии в принципе, или король с королевой без зазрения совести лгали мне в лицо?
– В прямом! – ответила запальчиво девушка, но через миг добавила спокойнее: – Я не видела лица.
– Может, слышали голос? – не стал отметать версию, что принцесса подслушивала, и поднялся, чтобы на всякий случай закрыть окно.
– Я понимала, о чём они говорят, но при попытке промотать этот голос... в голове всё путается. Словно я не чьи-то слова вспоминала, а собственные мысли прокручивала в голове.
– Всё ясно. Иллюзия голоса, – с тихой ненавистью проговорил я, сцепив пальцы. – Вы находились в одной комнате?
– Да, он... или она... заявился ко всем нам. Я собиралась вообще-то почитать и покормить фениксов, после чего отправиться в портал вслед за Кирой, чтобы не вызывать подозрений одновременным с ней появлением. Но родители не отпустили меня, наперебой говоря о важном госте. Пришлось остаться и выслушивать этого... прихоженца, – выплюнула, не скрывая отвращения, принцесса.
– Как он выглядел? – я зацепился за то, что принцесса отчего-то сомневалась в поле визитёра. Может, из-за короткой стрижки или...
– Не помню, – тихо произнесла девушка, смотря нежными глазами куда-то вдаль, в окно. – Смотрела и чётко понимала, где сейчас он... или она... находится. Сидит или стоит, за руку здоровается или по комнате вышагивает, даже выражение лица видела. Вот только стоило присмотреться к этой персоне, как всё перед глазами плыло, и взгляд уходил в сторону. Родители, главное, что-то ещё говорили!
– Всё ещё серьёзнее, – прошептал я едва слышно, на этот раз сжав кулаки, – полная иллюзия своего облика. Недаром поблизости находится академия, выращивающая идеальных обманщиков и шпионов... – Когда произошла встреча?
– Недавно...
– А именно?
– Вчера вечером.
Я мысленно выругался. Это был тот самый день перед взрывом в академии...

– Что-то вы можете ещё сказать? Цель визита, содержимое разговора, может быть, вы сами участвовали в беседе? Сколько... м, гость пробыл у вас? Приносил ли он что-то с собой?
– Нет... – девушка покачнулась из стороны в сторону, на миг смотря невидящим взглядом. Но тут же справилась с собой. – Это не иллюзия, скорее, печать молчания. Я помню всё, однако ничего не могу сказать. Слова не складываются.
Очень интересно. Таинственный гость, своим визитом разрушивший планы принцессы, причём настолько важный, что король с королевой, никогда ни перед кем не пресмыкавшиеся, заставили дочь остаться в замке и выслушать гостя. Не жених ли это молодой эльфийки? Помолвка для принцессы имела первостепенное значение, раз они так беспокоились, что решились на безумие вроде сделки со мной – с алхимиком.
Причём, в ходе разговора ректор наверняка признался в чём-то неприятном или наоборот, выдал что-то такое об эльфийском роде, что нежной хрупкой принцессе не следовало знать, раз беседу аккуратно замаскировали.
– Но вам неизвестен итог разговора?
Девушка покачала головой, справляясь с тем, что в глазах снова проявились слёзы.
– Как и его начало, – ответила она, заламывая пальцы. – Мне до ужаса любопытно, кто же заставил родителей так волноваться. И почему они такими глазами на гостя смотрели... Может, он принёс им какое-нибудь оружие и угрожал? – предположила она, отрешённо глядя в окно.
Я, развивая свои теории, не сразу расслышал её слова.
– Спасибо за помощь, принцесса. Не забывайте о клятве, заключённой нами. Мы не сможем обидеть вас, а вы – нас. И раз уж по независящим от вас обеих обстоятельствам Кира не имела возможности приготовить приворот для вашего жениха, сейчас исчезнувшего, а вы – сопроводить её в академию, давайте посчитаем эту сделку законченной.
Принцесса решительно кивнула, гордо вставая и потряхивая своими волосами.
– Герцог..
– Да? – переспросил, когда эльфийка открыла передо мной дверь, и мы направились к королю с королевой, чтобы я попрощался.
– Вы только поймаете того, кто взорвал академию. Хорошо? – серьёзно произнесла она. – Иллюзионисты хитры и умны, а те, кто пошёл против них... – сделала многозначительную паузу.
– Постараюсь, – ответил я, вздохнув. – Мы с Кирой постараемся.
Едва удержался от того, чтобы не прибавить: "Моя решительная невеста уже вступила в бой".
Принцесса встревоженно взглянула ко мне в лицо, словно пытаясь найти там что-то, а потом улыбнулась.
– Я так рада за вас с Кирой!
Внутри что-то потеплело. И принцесса, открывая дверь в комнату, где сидели король с королевой, шёпотом добавила:
– Вы в случае чего птицу мою, Феню, зовите и говорите, чтобы он передал Эльзи, что нужно.
Я кивнул.

Кира
О чём я смутно и подозревала, под отбором невест в мире Вилия подразумевают вовсе не шествие гламурно одетых девиц, нанёсших на себя тонну косметики. И даже не церемонию. Это состязания, причём не весёлые спортивные игры между командами или скачки, а настоящие испытания, которые проверяют будущих герцогинь на прочность. По словам Анны де Рун, сражаться со всякими порождениями тьмы от девушек не требовалось. А зря! Если бы я претендовала на престол, в первую очередь обучилась бы боевой магии для выживания среди интриг.
Нет, невестам давали не такую грубую, но хитрую работу. К примеру, раскрыть существование приворотного зелья среди ряда ароматных баночек, додуматься до того, чтобы не пробовать на вкус, а сразу уничтожить. Логично. При магическом дворе после покушений на первом месте наверняки стояли попытки обворожить герцога. 
Никто из участниц заранее не знал, через какие испытания предстоит пройти. Организацией занималась комиссия преимущественно из высоко стоящих в обществе драконов, все члены которой по окончанию мероприятия уходили... то есть, улетали с потяжелевшими карманами. Участницам в редких случаях подсовывали и состязания и с чешуйчатыми в звериной форме. Но и в таком случае от девушек требовалось не продемонстрировать боевые умения, а найти подход к неукротимому ящеру, оседлать его и сделать круг-другой над землёй.
На самом деле я слушала с интересом, вникая в каждую фразу, ища деталь, за которую можно зацепиться для фокуса с приворотным зельем. Переспрашивала, хоть и наталкиваясь на вздёрнутые брови и лёгкую усмешку в ответ, и запоминала.
Такие бытовые дисциплины, как готовка, стирка, уборка и вообще ведение хозяйства, к которым подготавливали будущую герцогиню, преподносились под магическим соусом.
Хочешь найти "ключ" к следующему заданию? С помощью пары бытовых плетений приберись в комнате заброшенного замка, на три четверти покрытой пылью, грязью и паутиной. Необходимо задобрить питомца, который охраняет дверь к следующему заданию? Состряпай ему что-нибудь и поднеси на блюдечке... то есть, в мисочке, для ускорения процесса используя магию. Требуется за кратчайший срок собраться и одеться, потому что следующее испытание не без "дресс-кода?" Зная ещё несколько простеньких заклинаний, ты приведёшь в порядок помятое, облитое каким-то напитком и грязное платье. 
"Как жаль, что для того, чтобы напялить на себя многослойную одёжку, заклинаний не существует", – подумала я, усмехнувшись, но озвучивать данную мысль не стала. Да и зачем? Не мне же мучиться.

Анна де Рун старалась держаться сначала снисходительно и с лёгким высокомерием, как и полагалось неподступной дриаде, затем, увлёкшись, рассказывала красочно и бурно жестикулировала. Она приводила и другие примеры состязаний, чем-то напоминавшие наши тематические квесты с атмосферой: поразмыслить, поискать и применить находку для выхода на следующий "уровень", который состоялся обычно через несколько дней.
И, разумеется, нужно опередить соперниц.
Суть я уловила, претенденток проверяли на сообразительность, ловкость рук, креативное мышление и дипломатичность ко всему и всем. Только для выполнения сделки мне не хватало одних знаний о проведении отбора. О том, как именно дриада намеревается подмешать приворотное зелье, я не беспокоилась. Моё дело – раздобыть рецепт, ингредиенты и, ориентируясь на зельеварческое чутьё, приготовить раствор.
Вот только была загвоздка, которая заключалась в том, что последний раз я держала заветную бумажку в академии иллюзионистов, куда пыталась проникнуть под прикрытием. Внезапная кража артефакта и взрыв древнего замка вымели из головы все мысли, и думала я только о том, как бы скрыться и не выдать свою истинную сущность.
– Кира, – протянула моё имя дриада, вновь отряхивая длинными вьющимися волосами – дурной признак, – я и так потратила очень много времени на беседу, хотя мне ли учить тебя, без малого герцогиню. И теперь не хочу суетиться, чтобы достать тебе несчастный листик. Неужели так сложно было сохранить всего одну бумажку? – выдала, чуть повысив голос, дриада.
– Да не в этом дело, – возразила я, хотя понимала, что и в самом деле отнеслась не так ответственно, как должна была. – Академию подорвали. Рецепт попросту засыпало руинами, а мне чудом удалось сразу сбежать из здания. Эларт бесследно пропал, – вспомнила о своей легенде, – не найденный никем из приставленной герцогом охраны. Всё это время я вынуждена скрываться, чтобы не стать лёгкой добычей журналистов и полиции, и не выходить на поверхность. Компроматов на меня у недоброжелателей и так хватало: совместное присутствие с женихом, мой побег и его исчезновение... На второй день, то есть сегодня, я нашла тебя для разговора и собираюсь приступить к выполнению работы, пока по всему эльфийскому королевству и другим герцогствам не разнеслись слухи о моей причастности к этой истории. 
– Твоей? А ты то-тут причём?
– Мы с герцогом навестили Академию иллюзионистов одновременно с трагическим событием вчерашнего вечера.
Брови дриады чуть поднялись.
– Надо же... Ну да, дарки свидетели, тебе не очень повезло. Ещё обвинят в убийстве, тю, – изящно склонила ресницы дриада, и на меня бы подействовало её деланное пренебрежение к сплетням, если б не собственная нелюбовь Анны де Рун к правилам. – Если бы кто-то застал тебя, воровато сжимающую рецепт приворотного зелья и без сопровождения своего жениха, впечатление бы ты произвела однозначное. Так что для твоей репутации и хорошо, что рецепт потерялся навсегда, но для тебя самой – нет, – заявила дриада, проводя рукой по своим чуть зеленоватым щёчкам. – Кстати говоря, без герцога-дракона тебе придётся сложнее. Связи всё-таки, влияние. Советую найти его побыстрее, а лучше пусть сам объявится... – зевнула Анна де Рун.
У дриады всё мысли об одном – выгодно, не выгодно. Какая же я тогда была авантюрная, раз согласилась сразу на две сделки...
– Придётся тебе самой искать, – заключая, развела руками Анна де Рун. – А как понадобится ингредиент для зелья... впрочем, сначала раздобудь этот несчастный рецепт, купи его у местных ведьм, из-под земли достань, – хитро улыбнулась девушка, – или с неба.
Я не нашлась, что ответить, собралась уже поблагодарить Анну де Рун за обзор на испытания для невест, как вдруг в подтверждение словам девушки на меня действительно кое-что свалилось. С неба!

Этим чем-то оказалась... миниатюрная птица, размахивающая крыльями прямо у моего плеча. Тот самый феникс, принадлежащий Эльзи, эльфийской принцессе.
Я затаила дыхание, глядя на груз, который потрёпанный, чуть бледный, но живой Феня держал в клюве. Рецепт приворотного зелья, решавший разом две проблемы. Впрочем, Анна де Рун не заказывала конкретно раствор, она просила победу, но зелье могло послужить решением и для заказчика, скрывшего свою внешность, и для дриады. Оба хотели приворожить дракона к себе, а вот эффект – дело уже не моё.
– Благодарность или приговор? – уточнила наконец Анна де Рун, рассматривая родимый конверт, который я развернула сразу же, погладив по клюву птицу.
– Какой ещё приговор? – и, не дожидаясь ответа, повернулась к чудом выжившему волшебному созданию, обеспокоенно поинтересовавшись: – Феня, ты в порядке?
Страшно предположить, что мог пережить феникс, раз выглядел так потрёпанно. Птица чуть пискнула, и я посмотрела на неё, пытаясь интерпретировать ответ.
– Это зверюшка принцессы эльфов, – приставала дриада, но я волновалась за птичку. Однако вилианский (от слова Вилия – названия этого мира) двойник колибри расправил пёрышки и, махая крыльями, улетел куда-то... вдаль.
Я проводила взглядом феникса с какой-то печалью. Может, потому, что от вида улетающей вдаль птицы мне вспомнился Эларт?
– И что с того? – переспросила, чуть насупившись, и зачем-то расправила плечи.
– С каких это пор вы с принцессой в близких отношениях? – тут же последовал вопрос. – И надеюсь, что не в плохих.
Я приподняла брови, глядя на Анну де Рун. Надо же так нагло выставлять напоказ мою переписку и отношения. Интересно, все дриады такие... мм... как эльфы, не знают стыда, но в отличии от убийственной честности ушастых сами лгут и изворачиваются?
Лаффингтон, к счастью, обладал достаточным самообладанием и пониманием, давая нам с его клиенткой возможность переговорить и не вмешиваясь в общение.
 
– Неужели ты не узнала бумажку с рецептом, которую принёс феникс? – перевела тему, осознав, что конверт в моей руке по-прежнему остался не замеченным дриадой. Или проигнорированным.
В этот раз уже Анна де Рун приподняла брови.
– Приворота, хочешь сказать? И что такая ценная бумага делает... точнее, делала, в клюве птицы её высочества? Впрочем, – деланно вздохнула она, – мне, пожалуй, пора на консультацию. Я и так задерживаю Лаффингтона...
– Постой, о чём ты? Стой! – окрикнула я заказчицу чересчур громко, чем привлекла внимание нескольких зевак, проходивших мимо.
Анна де Рун от моего выкрика аж споткнулась и полетела, приземляясь на выставленные руки.
– Ты чего? – буркнула она, поднимаясь и отряхиваясь. На нас уже оглядывались. поэтому пришлось повернуться спиной к ярмарочной площади и захлопнуть наконец рот. Лишь тогда люди – или драконы – хотя нет, всё-таки люди, у чешуйчатых побольше величественности и опрятности будет – оставили нас с дриадой и прошли мимо.
– Слушай, мне нужен брусничный сок для приворота, – произнесла я вполголоса. – Я добавляю его в зелье, готовлю приворот, даю его тебе, и сделка совершена. Всё просто.
"А вторая порция отвара пойдёт к другому заказчику, который ради этого питья отдаст мне всё состояние герцога Блада", – хотелось добавить мне, но я вовремя прикусила язык.
– Зачем? Мы не договаривались на зелье, – что-то прожестикулировав Лаффингтону, дриада повернулась ко мне и вновь включила высокомерие. Я от неожиданности отшатнулась. Как это не договаривались? Это то есть Анна де Рун мне отказала сейчас в помощи?

Я зачем-то посмотрела на Лаффингтона. Внешне умный торговец и бывший артефактор не показывал нетерпение, но я бы с трудом поверила, если бы он ничего не слышал из нашего разговора. 
За ценную беседу с заказчицей мне была назначена цена – тот, до кого долетят наши слова и кто, возможно, разнесёт информацию по знакомым... И мне пришлось смириться с присутствием Лаффингтона. А по-хорошему, и вовсе следовало благодарить судьбу за такой шанс и совпадение, что встреча с дриадой состоялась в первый же день поисков. Но когда это я была хорошей?
– Так ты просила помочь тебе выиграть отбор, – отвлеклась от мыслей, вспомнив, что мне вообще-то вопрос задали. – Приворот – лучшее решение. Что-то не так? Почему ты отказываешься дать брусничный сок взамен на победу в испытаниях для невест?
Дриада, откинув голову, рассмеялась.
– Думаешь, такого умного и расчётливого дракона, как Блад, проймёшь устаревшим трюком? Нет уж, малышка, тебе остаётся ходатайствовать, используя свои связи. Ты сама дала согласие, приняла условия и подтвердила обязательства на крови.
Какой же я была дурой...
На миг замялась, прощая Анне де Рун её нежно-певучее "малышка". Как меня только угораздило согласиться на такую безумную сделку, ещё и скреплённую клятвой на крови?! Приворот – одно дело, а вот подкуп – совсем другое. Видимо, я была не в себе, раз дала согласие на такую авантюру.
Впрочем, а что, если посмотреть на ситуацию под другим углом? Во мне сокрыта тёмная сущность, которая крепнет с каждым днём и вот-вот вырвется наружу. Я чувствовала, ведь этой ночью...
Этой ночью случилось то, чего раньше никогда не происходило...
Я резко проснулась, вставая и тяжело дыша. Эларт не двигался, то ли спал, то ли лежал с закрытыми глазами. Сквозь "окно" в импровизированной белой карете слепила полная луна, и меня ослепило неконтролируемым порывом впиться клыка... зубами в мясо с кровью, которое я пробовала в первые дни нашего с драконом знакомства. У меня аж челюсти свело от того, что ничего съедобного не оказалось. Впору было рвать и метать.
Я даже головой помотала, и тут мне почудилось приглушённое рычание. Мамочки, наверное, это волки... Содрогнувшись от своего предположения, резко очнулась от странного помутнения и поскорее забралась в кокон из белых перьев.
Эларту о ночном происшествии не рассказала, да и не успела – как только легла, сразу забылась тяжёлым сном. А утром проснулась, словно ничего и не произошло. Вспомнила только через время, но не восприняла всерьёз. Теперь же поняла, что тихий рык издавала... я сама. И полная луна – не совпадение.
Я – не просто представительница исчезнувшего рода, на которую свалилось наследие в виде артефакта. Я – чудовище, зло, страшное порождение мрака. И единственное, что может спасти меня от страшной участи стать побеждённой собственной Тьмой – возвращение в родной мир.

То есть, исполнение загаданного желания. Именно так, если я не ошибалась, звучало условие демона, переместившего меня в Вилию. Я буду заперта здесь, пока не стану самой состоятельной в мире – так звучало моё шуточное пожелание. А чем оборачивается моё присутствие в Вилии всё это время?
Какой-то чертовщиной! Древнюю и защищённую академию разбивают в руины, чтобы убить меня, из-за малоизученного и опасного артефакта чуть не погибает Эларт, о моей вампирской сущности уже узнали, из-за чего и открыли охоту, а вдобавок эта самая сущность проявила себя сегодня ночью.
И ничего хорошего из истории с таким началом не выйдет.
Неожиданно пришло озарение, что самое здравое решение – поскорее стать самой влиятельной и вернуться на Землю. Тогда не будет в Вилии никакой наследницы клыкастых и разрушенных замков, не вскроется никогда опасный и, кажется, живой артефакт, и я навсегда забуду о пугающей тьме внутри.
Вот только всё внутри противилось такому доводу.
При мысли о жизни в безмагическом мире в тепле и безопасности, где нет никаких драконов и опасной магии, я подумала об Эларте. Почему-то память подкинула воспоминание, как дракон на лету плёл защитные заклинания для меня, отчаянно размахивая раненым крылом и сосредоточенно шепча что-то... И я поняла, что не смогу без жениха. Не хочу расставаться с ним. Даже ради того, чтобы вернуться в спокойный безопасный мир.
Меня разрывало: здравый смысл тянул к исполнению двух сделок, получению вознаграждения и выполнению своего желания, а вторая часть меня не хотела отпускать Эларта.
– Эй, Кира! Ты там заснула, что ли?
Я помотала головой, выныривая из задумчивости. Оказалось, за это время дриада успела побеседовать с Лаффингтоном, и мужчина смотрел на меня с лёгкой улыбкой. Сама Анна де Рун отошла от продавца и вновь подошла ко мне.
– Н-нет, – ответила, вспоминая, что с дриадой мы говорили на тему приворотов и отбора.
Вот пришло же мне в голову нарядиться вампирессой на хеллоуинской вечеринке!
– Доброе утро, госпожа, – впервые проговорил мужчина с уже не скрываемой иронией. Неужели и правда столько времени прошло, пока я раздумывала, что надо мной уже подшучивают?
– Я, кажется, знаю, как поступить, – проговорила, ещё не придя в себя от нелёгких мыслей, но уже не так затуманенно, как наверняка выглядела минуту назад.
– Поздравляю. И что же ты придумала? – с насмешкой, за которой скрывался интерес, спросила Анна де Рун.
– Вы уже проконсультировались с Лаффингтоном? – вместо ответа кивнула головой в сторону мужчины. А сама невольно подумала – что обсуждать Анне де Рун с торговцем...
Напрашивается очевидный ответ – товары, продукция Лаффингтона, но мне встреча двух моих знакомых казалась неслучайной.
– Успели кое-что обсудить, пока ты дремала, – усмехнувшись, туманно ответила дриада. Кажется, она была в приподнятом настроении и явно располагала свободным временем. – Ради тебя, горе ты человеческое, задержусь, выслушаю идею, если ты так нуждаешься в моём одобрении, – ещё один смешок, – и пойду. Денег не дам, скажу сразу.
– Да нужны мне твои золотые, – пробормотала я и отвела Анну де Рун в сторону, ещё дальше. Ведь то, что я собиралась ей рассказать, уж точно не нуждалось в слушателях.
Выслушав моё предложение, дриада задумчиво намотала прядь чуть волнистых тёмных волос на слегка зеленоватый палец, на который я тут же перевела испытующий взгляд. В отличии от идеально сложенных эльфов, лесные духи отличались нежно-салатовым оттенком кожи, пускай это и не портило их красоту. Дриады требовательнее и наглее в принципе, чем честная и открытая королевская семья. По крайней мере, принцессе я точно могла поверить, несмотря на её предательство и то, что в академии осталась я одна.
Вдруг пришла мысль, что меня не нарочно бросили, что на это могли были причины. Какие, я не знала, задумчиво глядя на Анну де Рун в ожидании реакции на моё предложение. Впервые видела дриаду такой... взбудораженной, что ли. 
– Ладно, – наконец согласилась девушка, явно сомневаясь, но я была готова пойти на любой риск. Эта афера и правда требовала согласия дриады, зато никаких "связей" и ходатайств не понадобится.