Незнакомка для наследника клана орков

Дыхание обжигает горло, как раскалённый песок. В лёгких колет, и каждый вдох даётся с трудом. Я падаю на колени у подножия древнего дуба, его узловатые корни, словно скрюченные пальцы, впиваются в землю.

Вот и всё. Это конец. Я не успела… Не добралась до орочьих земель. У меня просто нет больше сил. Надежда оставляет меня.

Меня зовут Линариэль, и я умираю.

Яд ползёт по венам, обращая кровь в кипящую лаву. Я чувствую его. Каждое движение. Он будто змея… обвивает моё сердце и медленно душит.

Ирония судьбы – эльфийка, дитя леса, умирает от отравы, созданной из трав моими врагами… И самое ужасное, что я скоро потеряю связь с миром и так и не узнаю, кому помешала. Кто захотел избавиться от меня…

Всё началось неделю назад. Слабость, головокружение, тёмные круги под глазами – сперва я думала, что это усталость после патрулирования границы. Но потом появилась боль. Сжигающая, неумолимая боль, которая сводила с ума.

Лекари бормотали что-то о неизвестной болезни, о травах, которые могут облегчить страдания, но ничто не помогало.

И тогда я решилась. Тогда я совершила то, что никогда бы не простили мои сородичи. Я отправилась к ней. К ведьме.

Старая Морвена живёт на самом краю эльфийского леса, в хижине, сплетённой из костей и мха. Её глаза, мутные и проницательные, видят сквозь ложь и страх.

Она сразу поняла, что со мной происходит.

– Яд… сильный яд, дитя леса. Он медленно убивает тебя. Но есть… шанс.

Шанс. Я уцепилась мёртвой хваткой за это слово. Надежда… это всё, что у меня оставалось. Я хотела жить. Я хочу жить. Ведь я только стала совершеннолетней. Моя жизнь только началась! Я даже не успела узнать, каково это – любить по-настоящему, увидеть мир, найти своё место…

– Нужна орочья кровь. Только она может нейтрализовать яд. Кровь воина, сильного и молодого, – выдохнула Морвена, а моё сердце убежало в пятки.

Орочья кровь.

Это невозможно.

Мои пальцы судорожно сжимают траву.

Орки. Враги. Кланы, с которыми мы воюем уже столетия. Одно упоминание о них вызывает лишь ненависть и страх. Но сейчас… сейчас ненависть кажется мне роскошью, а страх – единственным верным спутником.

Я не могла рассказать своим. Не могла признаться, что была у ведьмы. Не могла даже заикнуться о орочьей крови. Меня бы прокляли. Изгнали.

Поэтому я пошла сама. Жажда жить… перевесила все остальные чувства.

И вот я здесь, в лесу, недалеко от орочьих шатров. Руки дрожат, ноги подкашиваются. Я не дошла до их лагеря, стало слишком плохо. Страх сковал меня, словно ледяные оковы. Я должна… Я должна найти орка.

Любого орка, чтобы заполучить немного его крови…

Я заставляю себя подняться, опираясь на ствол дерева. Нужно идти дальше. И вот, впереди, сквозь сплетение ветвей, я вижу его.

Он высокий, широкоплечий, с кожей цвета сочной зелени. Орочий воин. Одетый в кожу и металл, он кажется воплощением силы и ярости. Я не знаю, кто он. Вождь? Воин? Просто случайный путник? Это неважно.

Он замечает меня сразу. В его глазах вспыхивает не злоба, а какое-то удивление. Как будто он не верит своим глазам, увидев эльфийку в этих краях. Конечно, ведь наши не заходят так далеко.

А если и появляются… то только как тихие тени. Невидимые шпионы…

Я судорожно вдыхаю воздух и делаю шаг вперёд. Нужно действовать. Сейчас или никогда.

Собрав последние силы, я вытаскиваю кинжал, что закреплён у меня на бедре, и бросаюсь на него. Безумная, отчаянная атака обречена на провал. Я слаба. Слишком слаба. А он… Он – воин.

Орк легко отбивает мои удары, словно отмахивается от назойливой мошки, раздражённо жужжащей у уха. Я задыхаюсь, ярость бессильно клокочет в горле, но тело не слушается, отравленное ядом.

В его глазах читается непонимание и… жалость. Нет, этого не может быть. Эльфы и орки – враги, где тут место для жалости?

Он выбивает кинжал из моей дрожащей руки, и сталь с глухим звуком падает на траву, теряясь в зелёном ковре.

Я падаю к ногам орка, обессиленная и побеждённая. Ярость сменяется отчаянием.

Глаза наполняются слезами, жгучими и солёными. Боль пронзает каждую клеточку тела, напоминая о неумолимо приближающейся смерти. Либо яд меня добьёт, обратив в прах, либо он… этот огромный орк…

Мне больше нечего терять. Ни гордости, ни надежды, ни жизни. Всё, что осталось – это отчаянная потребность выжить.

– Помоги мне… – шепчу я, с трудом разлепляя пересохшие губы. Превозмогая слабость, поднимаю лицо и смотрю прямо в его тёмные, почти чёрные глаза. – Я… я умираю.

Он молчит. Смотрит на меня сверху вниз, словно на диковинного зверя, попавшего в капкан. В его взгляде нет ненависти, нет презрения. Лишь какое-то холодное любопытство, словно я – интересная находка, которую хочется изучить.

– Мне нужна твоя кровь, – говорю я, собрав последние остатки храбрости. – Только она может меня спасти от проклятия.

На его лице не меняется выражение. Всё такой же непроницаемый, спокойный. Он стоит, словно каменная статуя, и молча смотрит на меня. Минуты текут медленно, словно тягучая смола. Мне даже чудится, что он так и оставит мои слова без ответа, оставит меня умирать здесь, у его ног.

А может просто развернётся и уйдёт, оставив меня на милость яда и диких зверей…

– Что ты можешь предложить взамен, эльфийка?

Его слова, словно удар хлыста, обжигают мою душу. Что я могу предложить ему? Я его враг. Бессильная эльфийка, умоляющая о помощи.

Но я должна. Должна найти что-то, что заставит его помочь мне. Иначе… иначе я умру здесь, в лесу. Больше не откуда ждать спасения.

– Я… я не знаю, – шепчу я, чувствуя, как слёзы подступают к горлу, душат меня, но я сдерживаюсь из последних сил, не желая казаться слабой. – Но я сделаю всё, что ты попросишь. Всё.

В глазах орка вспыхивает что-то странное, тёмное и завораживающее. И в этот момент я понимаю, что цена спасения будет слишком высока…

Он молчит. Тишина давит на уши. Я задыхаюсь в этой тишине, в ожидании его ответа. Страх проникает в каждую клеточку моего тела, сковывает волю.

Вдруг он наклоняется. Его лицо близко, слишком близко. Я чувствую его горячее дыхание на своей коже. Запах… запах костра, земли и чего-то дикого, первобытного. Он ведёт носом, принюхивается ко мне, словно хищник, оценивающий добычу.

Волна ужаса захлёстывает меня. Я хочу отползти, убежать, спрятаться, но тело не слушается. Я парализована страхом и отравой.

Я больше не могу ничего. Кажется, не сдвинусь отсюда. Слишком поздно. Если мы не договоримся в цене… Если он сейчас же не поможет мне… Всё напрасно.

И тут он подтягивает меня к себе. Просто поднимает с земли как пушинку. Крепко, властно вжимает в своё тело. Его рука обхватывает мою талию.

– Ты можешь отплатить собой, эльфийка, – произносит он хриплым голосом.

Отвращение. Оно поднимается из глубин души. Обжигает горло, ослепляет яростью. Я – Линариэль, дочь знатного клана Серебряного Ручья, наследница древней крови! Я должна отдать себя... орку? Этому варвару в звериной шкуре? Отдать свою честь, свою чистоту, своё тело ненавистному врагу? Никогда!

Мой разум кричит в протесте, отказываясь принять эту мысль. Лучше смерть! Лучше угаснуть, как искра, чем осквернить себя прикосновением его грубых рук.

Но… боль. Она словно хищный зверь, пожирает меня изнутри, терзая плоть, высасывая волю. Каждый вздох – как удар ножа в лёгкие. Разум мутнеет, тело слабеет, сопротивление тает. Я умираю. Медленно, мучительно, бессмысленно. Моя жизнь, ещё не расцветшая, увядает, словно сорванный цветок.

И если это… если отдать себя ему – единственный шанс на спасение… тогда я готова. Готова предать свою гордость, свою честь, свои принципы. Готова отдать ему своё тело. Готова на всё, лишь бы выжить. Лишь бы увидеть ещё один рассвет.

Слёзы жгучей лавой текут по щекам. Я закрываю глаза, подавляя стон отчаяния. Я предаю своих предков, свой народ, саму себя. Но я выбираю жизнь.

Я готовлюсь к худшему... К насилию, к унижению, к боли. Но ничего не происходит. Лишь его дыхание опаляет моё лицо.

И вдруг… он целует меня. Нежно, осторожно. Его губы едва касаются моих. Я вздрагиваю от неожиданности. Это… это совсем не то, чего я ожидала.

Он углубляет поцелуй. Его губы становятся более настойчивыми, но не грубыми. Я чувствую, как во мне начинает просыпаться что-то странное, незнакомое. Что-то, что заставляет забыть о боли, о страхе, о ненависти.

Он отрывается от моих губ, и я удивлённо распахиваю веки. Воздух кажется обжигающе холодным после тепла его прикосновения.

Мы смотрим друг на друга, и… кажется, оба удивлены тем, что только что произошло. В его тёмных глазах, я вижу не похоть, не торжество победителя, а… что-то совершенно непонятное. Что-то, что пугает и притягивает одновременно. Что-то смутное и невысказанное, что заставляет сердце биться быстрее, а дыхание – сбиваться.

Он укладывает меня на землю. Медленно, бережно, словно боится сломать. Не как врага, а как… ценность. Я чувствую холод земли сквозь тонкую ткань платья, и этот контраст с жаром его тела вызывает дрожь.

Он целует меня снова. И снова. Его руки ласкают моё тело, не грубо, а с какой-то странной чувственностью, словно ему нравится изучать меня.  

Я отвечаю на его поцелуи робко, неумело, но с каждой секундой позволяю себе забыть обо всём. О войне, о ненависти, о том, что он – мой враг. Позволяю себе утонуть в странном, незнакомом ощущении.

Это мой первый раз. Я – невинная эльфийка, никогда не знавшая мужской ласки. Но с ним… всё кажется правильным. Будто магия витает между нами, стирая границы между врагами и друзьями, между ненавистью и любовью.

Орк укладывает руки на мои бёдра, медленно раздвигает ноги. Я чувствую прикосновение твёрдого мужского естества к своей нежной коже. Он медленно проводит своей плотью по моей влаге. И толкается вперёд. Неторопливо растягивает меня собой.

Дыхание напрочь сбито, а орк… замирает и даёт мне время привыкнуть к себе. К новым ощущениям. Боль, которую я ожидала, почти не чувствуется. Лишь приятное томление и… возбуждение.

Желание, чтобы он продолжал овладевать мной… Дикое, странное. Я кусаю губу и шумно выдыхаю. И этот странный орк будто чувствует моё нетерпение. Он начинает двигаться во мне. Аккуратно толкается, вызывая пожар внизу живота.

Каждое движение дарит наслаждение. Я цепляюсь за его плечи, царапая твёрдую зелёную кожу. Не понимаю, откуда вообще во мне берутся силы. Но из груди рвутся стоны. А через несколько мгновений я чувствую, как меня захлёстывает волна.

Тело выгибается дугой. Все ощущения обостряются до предела, и я кричу. Но не от боли. А от безумного удовольствия. От молнии, ударившей в моё тело, от судороги, что прокатывается по каждой клеточке.

Орк рычит и выходит из меня, окропляя землю своим семенем… Я лежу расслабленная… и смотрю на него. В голове пустота. Лишь какое-то приятное послевкусие после случившегося…

Он достаёт кинжал из своей одежды, и у меня замирает сердце. Так вот чем закончится моё нелепое приключение? Но он… просто берёт свою ладонь и режет руку. С каким-то титановым спокойствием.

Затем проделывает то же самое с моей рукой. Больно… Но я не сопротивляюсь. Он прикладывает свою руку к моей. Кожа к коже. Кровь к крови.

Выполняет своё обещание. После того, как я отдала ему себя. И почему-то от этой мысли… в груди шевелится что-то странное. Будто… не хотелось мне так. Хотелось… просто так.

Я отгоняю неуместную бессмыслицу из головы. И сосредотачиваюсь на ощущениях в теле. Кажется… становится легче дышать. Что-то меняется.

Орк ложится рядом со мной и притягивает меня к себе на плечо. Так и держит мою ладонь в своей. И я не замечаю, как медленно ухожу в забытье под его размеренное дыхание…

А когда я открываю глаза после сна, реальность обрушивается на меня всей своей тяжестью. Что же я наделала?

Я отдалась орку. Отдала свою невинность врагу. Запятнала честь своего клана.

Ужас пронзает меня. Вот он… орк. Спит рядом. И я… должна бежать. Должна исчезнуть. Должна забыть эту ночью, делать вид, будто ничего не было!

Я осторожно высвобождаюсь из его объятий.

Он спит, его лицо кажется спокойным и безмятежным. Я на несколько мгновений стою на месте и просто рассматриваю его. Теперь… отчего-то он кажется мне красивым. Мужественным…

Усилием воли заставляю себя отвернуться и пойти прочь. Тихонько крадусь через лес, на ходу поправляя платье, волосы…

Надеюсь, что орочья кровь меня спасла. И ещё… что мы никогда с ним не пересечёмся. Что он так же, как и я, постарается забыть эту ночь.

Только почему-то в груди неприятно сжимается от этих мыслей, но я лишь ускоряю свой шаг.

Линариэль (Лина)

Эльфийка из древнего знатного рода. Её родители хотели отдать дочь замуж за эльфа из другого знатного рода, но Лина в последний момент передумала. Те оскорбились, и что из этого вышло узнаем позже. Лина добрая, нежная девушка. Чувствует связь с природой, как и все эльфы. Её дом – лес, её душа с ним связана.

Азур

Сын Иллии и Даркхана. Про них вы уже читали историю (). Есть младшая сестрёнка Лиара, взбалмошная и неугомонная. Младше его на два года. Азур будущий наследник клана Красной Луны.

Дорогие читатели!

Я рада приветствовать вас на станицах новой истории!

Хотите узнать, как Азур найдёт Линариэль? И что из этого выйдет?

Тогда забирайте книжку в библиотеку) Отсыпьте, пожалуйста, книжке сердечек и напишите комментарий. Для старта очень важна ваша активность!

Спасибо!

Азур

Просыпаюсь резко, словно от удара. Солнце пробивается сквозь листву, рисуя на земле причудливые узоры. Прохлада воздуха прогоняет остатки сна, заставляя кровь бежать быстрее.

Ощупываю пространство вокруг себя и понимаю… Я один.

Эльфийка... Её нет рядом. Только смятая трава и слабый аромат диких трав напоминают о том, что здесь что-то было. Что-то… невероятное. Была она, подмятая под меня, была безудержная страсть и жаркое, неконтролируемое влечение…

Смотрю на свою ладонь. Рана затянулась. Остался лишь тонкий, едва заметный шрам. Доказательство, что мне не привиделось. Что это был не сон, не какая-то неизвестная мне магия леса. Что она действительно была со мной.

Невинная эльфийка, которая отдалась мне в обмен на спасение.

Её кровь смешалась с моей. И это было… глупое решение.

Понять не могу, зачем я вообще согласился на этот ритуал? Зачем так неосторожно поступил в незнакомых для себя землях? Необдуманный ход. Неправильный. Но в то же время… будто так, как должно было быть.

Перед внутренним взором проступает её лицо. Красивые голубые глаза, нежные скулы, острый подбородок, вздёрнутый симпатичный носик и белоснежные длинные волосы… Хрупкие плечи, острые колени, округлые бёдра, бархатная кожа… Аромат земляники и лесных трав…

Она получила от меня кровь и сбежала. Так ли всё просто, как кажется на первый взгляд? Вдруг это был не обмен? Вдруг она просто… обманула меня?

Недовольно поднимаюсь с места и собираю остатки своего снаряжения. Ярость поднимается изнутри. Я – воин, наследник клана Красной Луны, а позволил какой-то эльфийке обвести себя вокруг пальца! Но тут же я одергиваю себя.

Вспоминаю её глаза… В них плескался страх, в них было отчаяние. Вспоминаю её нежные прикосновения, её робкие поцелуи… Она отдавалась мне со всей страстью, на которую была способна…

Нет, она не обманывала. Она действительно умирала. И я помог ей. Или нет?

В груди поселяется тревога. Вдруг этот ритуал с кровью только ухудшил её состояние? Вдруг я ускорил её смерть? Вдруг она уже…

Рычу от злости на самого себя. Сжимаю кулаки. Не понимаю, что со мной происходит. Никогда раньше не испытывал ничего подобного. Я вообще не должен был овладевать ей. Но… когда она опустилась передо мной на колени. Когда носа коснулся её аромат… Я будто потерял часть себя, на меня навалилось осознание.

Хочу её. Ласкать. Изучать. Дарить её удовольствие.

Эльфы – враги. В этих землях. Там, откуда я родом, не было этого. Даркхан – мой отец – мудрый правитель. Мы заключили перемирие со всеми ближайшими народами, создав идеальное сообщество. Но сейчас мы не у себя. Сейчас мы в гостях.

И тут принято убивать эльфов. Тут острый конфликт. Таков закон наших друзей из клана Белого Клыка. И мне не следовало, конечно, нарушать устоявшиеся традиции чужого мира.

Но… Но я просто не могу выбросить её из головы.

Я хочу знать, что с этой эльфийкой всё в порядке. Хочу снова её увидеть. И… может быть что-то ещё. Что-то, в чём не хочется признаваться даже самому себе.

Недовольно морщусь и провожу рукой по лицу. Будто наваждение.

Нужно вернуться к своим. Нужно узнать, где в этом проклятом лесу обитают эльфы. И найти её. Обязательно нужно найти.

Путь до лагеря кажется бесконечным. Тяжёлые мысли давят на плечи. Как объяснить друзьям, где я пропадал всю ночь? Как рассказать о ритуале с эльфийской кровью? Или промолчать?

Нельзя выдавать всё. Меня ведь сочтут предателем.

Вхожу в лагерь. Все заняты делами. Замечают меня, кивают. В глазах некоторых замечаю удивление. Но никто не пристаёт с расспросами. Я же хмуро двигаюсь к своему шатру, но по пути встречаю Лиару.

– Где ты был, Азур? – спрашивает сестра и прищуривается. – Я тебя утром ждала. Думала, что мы постреляем из лука, чтобы определить, наконец, кто из нас лучший?

Подначивает, мелкая. Я хмыкаю и притягиваю её в объятия. Ерошу её волосы, и Лиара недовольно пыхтит. Пытается освободиться. Терпеть не может, когда я причёску ей порчу. С некоторых пор…

Почувствовала, что стала старше. Красуется теперь перед моими друзьями. Девичьими своими ленточками перевязывает локоны. Губы мажет какой-то красной штуковиной. Позёрка маленькая.

– Охотился, – отвечаю со смешком. Не совсем вру. Шёл-то в лес я как раз за этим. Пока не встретил невероятную эльфийку. – Жаль только убежал от меня крупный зверь.

Лиара наконец-то вырывается, складывает руки на груди, дует губы.

– Конечно, убежал. Потому что ты не умеешь стрелять, – фыркает и уходит.

Я качаю головой. Вот же маленькая заноза. Несмотря на то, что между нами два года разницы, чувствую себя взрослым, а её воспринимаю как ребёнка. И ничего поделать с этим не могу. Хотя сестра уже совершеннолетняя, глядишь, замуж скоро выйдет, а я так и не привыкну к этому.

Вздыхаю и вхожу в шатёр. Заваливаюсь на шкуры. Даже купаться в реку не пошёл. Пока. Отчего-то хочется чувствовать на себе её запах. Земляничка…

Надо бы к Варлоку сходить. Шаман точно прояснит ситуацию. И отругает. Представляю, как он браниться будет, что я проделал этот ритуал. Опущу подробности про соитие, конечно… Вот только старый орк и так всё поймёт. Духи расскажут.

Закидываю руки за голову. А ещё надо бы как-то выведать про местоположение эльфов. И к кому с таким вопросом обратиться? Решат ещё, что я воевать собираюсь. Навяжутся со мной…

В шатёр входят мои друзья – Груг и Хелгар. Замечают меня, меланхолично смотрящего в пустоту перед собой. Переглядываются. Вижу, что их распирает любопытство.

– Эй, Азур, что с тобой? – спрашивает Хелгар. – Всю ночь пропадал где-то, а теперь… валяешься тут, мечтаешь…

– Да так, – отвечаю я. – Просто устал. С охоты вернулся.

– Ага, ясно с какой охоты, – хмыкает Груг и толкает Хелгара в бок. – Кажется, кто-то завалил хорошенькую орчиху сегодня. Признавайся, с кем развлекался?

Я качаю головой. Придурки. Если бы они знали… Вот только никогда бы не поняли меня. Да я и сам. До сих пор не понимаю, как так произошло всё. Но обязательно разберусь со всем этим.

Шум листвы, обычно умиротворяющий, родной звук леса… сейчас кажется мне насмешкой. Чудится, будто природа видит… понимает, что я натворила. Вот только… в теле лёгкость, я будто парю. Мне хочется танцевать и улыбаться, несмотря на свои мрачные мысли.

Не знаю… Насколько я была права, сделав это. Отдав свою невинность этому орочьему воину? Он был… нежен со мной. Я не чувствую никакого дискомфорта. Мне даже… понравилось.

При мысли о произошедшем, к щекам приливает румянец. Я на миг останавливаюсь и зажмуриваюсь. А передо мной возникает его образ. Широкие плечи, могучая грудь. Тёмные глаза, прямой нос, волевой подбородок.

Его чёрные волосы, завязанные в хвост, спадающие на плечи. И губы… эти губы, что исцеловали всё моё тело, истерзали мои губы…

По телу пробегает волна мурашек. Ах, о чём я вообще думаю?

Вздыхаю и иду дальше.

Впереди виднеются корни широкого дерева, ведущие к моему домику. Я легко взбираюсь наверх и открываю дверь.

Дом встречает меня прохладой и запахом трав. Хочется просто рухнуть на кровать и блаженно растянуться. Всё-таки после такой изнуряющей болезни приятно чувствовать себя снова живой.

Но по пути к кровати мой взгляд случайно попадает на зеркало.

Я делаю к нему шаг. И вижу своё отражение на гладкой поверхности… Эльфийка с горящими глазами. И в них нет… вины. А ведь должно быть что-то такое.

Я поступила неправильно. Нарушила устоявшиеся традиции. Но почему же я выгляжу немного измученной, но такой… такой… обновлённой? Это из-за потери невинности? Такими становятся эльфийки, когда познают запретный плод?

Вне брака…

Боги не простят мне этого. Теперь я порченная. Теперь ни один эльф не возьмёт меня замуж. Но при мысли об этом… я всё равно не чувствую раскаяния. Я и не хочу замуж за эльфа.

Вздыхаю и отворачиваюсь.

Это всё из-за радости от спасения. Я испытала облегчение, поэтому пока просто не осознаю в полной мере последствий своего поступка.

Смотрю на свою ладонь. Там, где я соприкасалась с орком. Где смешивалась наша кровь…

Надо бы сходить к Морвене и узнать, чем грозит мне этот ритуал? Только ли спасение было в этом. Или… может быть что-то ещё?

– Линариэль? Ты здесь?

Я вздрагиваю. Знакомый голос глухо звучит за дверью.

Это Эрион. Мой бывший жених. Я отказалась от брака с ним, хотя родители были в гневе. Все думали, что это само собой разумеющееся, что я и Эрион будем парой…

Мы с детства с ним были друзьями. Но я никогда не желала быть его женой. Это невозможно. Ведь он мне как брат.

Конечно, я не могла согласиться!

Я всегда думала, что выйду замуж по любви. По зову сердца…

– Да, я здесь, – отвечаю, стараясь придать голосу ровность. – Сейчас открою.

В очередной раз поправляю волосы, платье. Скидываю лук со стрелами у входа, стараясь не шуметь. И открываю.

Надеюсь, что Эрион ничего не заметит. А если что… всегда можно списать на то, что я ещё не оправилась после болезни. Что я такая странная из-за неё. Все ведь знают, что мне было плохо.

Эрион входит, излучая привычную уверенность. На его губах расползается улыбка, но тут его взгляд падает на моё лицо. Он замирает и начинает хмуриться. Только ещё сильнее вгоняя меня в краску.

Что-то заметил?

– Линариэль, что с тобой? Ты выглядишь странно. Где ты была всю ночь?

Его голос полон беспокойства. Заметил моё отсутствие. Кто ещё знает? Да кто угодно мог побывать у меня дома и увидеть, что я ушла. В таком состоянии взяла и ушла…

– Я… я просто гуляла в лесу, – бормочу я. – Духи леса меня звали. Я нашла несколько трав, которые облегчили моё состояние.

Вру и продолжаю и дальше краснеть. Я совершенно не умею выдумывать. Но ведь это Эрион. Он знает меня с пелёнок. И он точно чувствует, что я говорю неправду.

Только пуще прежнего хмурится.

– Я вижу, что тебе лучше… Но что это за… царапины?

Его взгляд скользит к моей шее, я прикрываюсь рукой. Не знаю, что он там увидел… Укус орка? Мы… были слишком поглощены страстью. Кусались, царапались, целовались… А я даже не успела нанести заживляющую мазь.

– Это… это ветки, – лепечу я.

Эрион делает ещё один шаг вперёд. Его взгляд полон сомнений. Он чувствует и понимает, что я нагло вру.

– Линариэль, я же знаю тебя. Что произошло на самом деле?

 Он пытается коснуться моей руки, но я отшатываюсь. Сама идея, что ко мне может прикоснуться какой-то мужчина кажется дикой. Кроме… того орка.

Боги, что это со мной такое?

– Пожалуйста, Эрион, оставь меня, – прошу я. – Мне нужно побыть одной. Я только выкарабкалась из этой болезни. Дай мне время прийти в себя.

– Ладно, – нехотя произносит он. – Но если тебе понадобится помощь…

– Я знаю. Я тебе сообщу.

Эрион уходит, а я закрываю за ним дверь на защёлку. Обычно этого не требуется. Мы доверяем друг другу. Никто без спроса и не будет заходить. Но… Но мне нужна тишина и уединение.

Я опускаю шторы на окнах и иду снова к зеркалу.

Скинув платье, я осматриваю себя. Царапины… да. И не только. Я вижу укусы на нежной бледной коже и красные круги. Это от ненасытных поцелуев орка. Он так впивался в меня. Горячо и страстно…

А запах… Моя кожа вся пропахла им. Терпкостью, костром, землёй. Его запахом.

И почему-то эта мысль… начинает концентрироваться внизу живота. Закручивается в спираль, будоражащую и нетерпеливую. Как же неправильно!

Я достаю целебные травы и смазываю раны. Боль странным образом смешивается с чем-то приятным. Будто каждое прикосновение моих пальцев к оставленным орком отметинам напоминает о том, как он меня касался там. Я кусаю губу, чувствуя, что снова по телу бежит непрошенная дрожь…

Не сдержавшись, закрываю глаза. Чтобы снова увидеть его. Зелёная кожа, грубые черты лица, горячий взгляд на меня. И его рык… когда он был на пике удовольствия…

Распахиваю веки и тру лицо.

– Что я делаю? – шепчу в ужасе. – Это безумие. Я должна забыть. Должна…

Но в глубине души понимаю, что не смогу забыть эту ночь. Она изменила меня. И почему-то… мне очень понравилось всё, что происходило. А ведь так не должно было быть…

Я касаюсь шрама на руке, где наша кровь смешалась…

Может дело в этом?

Нужно как можно скорее сходить к ведьме и спросить, что всё это значит.

Азур

Настроение катится в пропасть. Друзья со своими шуточками разозлили…  

Понимаю, что не могу больше терпеть. Очень уж хочется поговорить с шаманом и понять, что со мной происходит. Почему я так… зациклился на этой эльфийке. Неужели из-за этого ритуала смешения крови?

Встаю. Тяжело вздыхаю.

– Ладно, отдохну я позже. Надо бы сходить к Варлоку.

Груг присвистывает. Они с Хелгаром снова переглядываются, выводя меня из себя ещё больше. Сейчас опять что-то отпустят насчёт моих похождений. Или ещё какую забаву придумают.

Обычно я с друзьями откровенен и их подколки воспринимаю нормально. Да мы выросли вместе! Они мне как братья. Но сегодня… сегодня всё как-то не так. И я намерен выяснить, почему это.

– Случилось чего? Обычно ты его обходишь стороной.

– Есть кое-что. Не ваше дело, – огрызаюсь.

Выхожу из шатра, направляясь к жилищу шамана.

Старый Варлок всегда вызывал у меня смешанные чувства. Уважение, страх и… раздражение. Он видит слишком много, знает слишком много. Впрочем… как и положено любому шаману.

Подхожу к его шатру. Запах трав и дыма бьёт в нос. Отдёргиваю полог и вхожу в помещение. Варлок сидит на циновке, вокруг разбросаны кости и амулеты. Он поднимает на меня свои пронзительные глаза.

Ощущение, будто он только меня и ждал. Никакого удивления. Вот это тоже очень раздражающий фактор. Когда кто-то знает больше твоего, может даже предугадать твой появление.

Но мне нужно быть спокойнее. Конечно, на то шаманы и нужны. Чтобы давать нам подсказки, поддерживать связь с духами и предками. И отвечать на наши вопросы.

Именно за этим я сюда и пришёл.

Выдыхаю.

– Азур. Давно не виделись. Что привело тебя ко мне?

– Есть… кое-что, что мне нужно обсудить.

– Присаживайся.

Я сажусь напротив шамана. Чувствую себя не в своей тарелке. Но раз уж пришёл, раз обратиться мне больше не к кому… То приходится начать рассказ о своих ночных приключениях.

Рассказываю ему о том, как нашел эльфийку в лесу. Опускаю подробности, как она пыталась со мной сражаться. Просто говорю, что узнал, что кто-то её отравил и что она попросила о помощи. Просила дать её мою кровь.

Конечно же умалчиваю о том, что я кое-что получил от неё взамен. То, что нельзя было требовать. И сейчас… впервые с той минуты вдруг чувствую… стыд.

А ещё понимаю по лицу Варлока, что он и так всё знает.

Понимает, что я не до конца с ним откровенен.

Но он не будет допытываться. И на том спасибо.

– Ты поступил безрассудно, – говорит Варлок, качая головой. – Очень безрассудно. Зачем тебе это, Азур? Эльфийка… В этой местности… другие правила. Здесь она для тебя является врагом.

– Эльфийка была при смерти, – возражаю я. Пытаюсь объяснить, как есть. Честно. – Я не мог просто пройти мимо.

– Наивный, – ворчит Варлок. – Думаешь, твоя кровь спасла ей жизнь? Нет, Азур. Ты связал свою жизнь с её жизнью. Теперь между вами незримая, тонкая связь. Её здоровье зависит от твоего, и наоборот.

Я напрягаюсь. Что это значит? Да быть такого не может. Впрочем, сейчас меня интересует больше другой вопрос.

– Но она в порядке? – спрашиваю, невольно выказывая беспокойство. Но даже плюю на то, как это выглядит со стороны. Мне нужен ответ. – С ней всё хорошо?

Варлок хмыкает. Загадочно проводит рукой над костями. Прикрывает глаза. Я жду, затаив дыхание. Будто он прямо сейчас рассматривает мою эльфийку. Внутри неприятно колет. Будто не хочется, чтобы кто-то ещё её видел. Глупость, конечно…

– Да. Она жива, – выдаёт Варлок и открывает глаза. В его взгляде пляшут лукавые огоньки. – Твоя кровь укрепила её, но… это дорого обойдется тебе.

Я расслабляюсь. Чувствую, будто свалил с плеч целого тенегрива. Легче дышать становится без тяжёлой ноши. Главное, что она жива. Значит, всё-таки не зря проделал всё это.

А остальное… Как-нибудь разберусь.

Варлок же не разделяет моего спокойствия. Хмурится и продолжает ворчать:

– Иди. Буду думать над твоей проблемой.

Выхожу из шатра, потягиваюсь. В клане кипит жизнь. Все при делах. Здесь, в гостях, конечно, хорошо, но в наших краях мне нравится больше. Скоро мы вернёмся, и надо бы решить вопрос с эльфийкой до отбытия.

При мысли, что, возможно, мы больше никогда не увидимся… внутри что-то неприятно сжимается. Будто кто-то усиленно пытается дать мне под дых.

Проклятье какое-то. Почему в груди разливается такой жар при воспоминании о красавице с белоснежными длинными волосами? Почему я думаю о ней, о её хрупком теле, о запахе земляники?

Почему меня так волнует, что с ней всё в порядке?

Это потому, что мы теперь связаны? Её здоровье зависит от моего. И всё из-за моей глупой жалости.

Слышу, как Варлок что-то ворчит мне вслед. Прислушиваюсь, а он уже рядом. Выбирается за мной следом из шатра. Смотрит пронзительно.

– Эй, юный лекарь. Если соберёшься к эльфийке… Смотри, не залечи её до смерти своей заботой! А то останешься без своей половинки!

Застываю скалой. Половинка… половинка души? Что он несёт такое?

– Что ты имеешь в виду? – спрашиваю, нахмурившись.

– Узнаешь чуть позже, Азур, – усмехается Варлок. – Иди, иди! А то ещё корни пустишь на пороге моего шатра, тоскуя по эльфийке.

Он прячется внутри своего жилища, а я иду прочь.

Фыркаю. Тоскуя? Да никогда в жизни. Но почему-то его слова задевают. Стараюсь выкинуть из головы эти странные намёки.

Варлок – старый хрыч. Любит пугать и говорить загадками. Не буду обращать на него внимания. Сосредоточусь на том, чтобы выяснить, кто отравил эльфийку. И почему. И, главное, как теперь быть с этой связью.

Но его слова всё равно крутятся в голове.

«Половинка… тоскуя по эльфийке…».

Останавливаюсь по центру лагеря как вкопанный. Да чёрт побери! Это ведь мысль! Нечего верить словам Варлока. Я сегодня же отправлюсь к эльфийской границе и найду её. Чтобы лично удостовериться, что ничего такого странного я к ней не чувствую!

Заодно проверю… точно ли она пришла в себя.

Я не могу ждать. Вопросы роятся в голове, будто пчёлы, потерявшие свой улей.

Как я переживу этот день, если не смогу узнать, что натворила? Как я смогу лечь спать?

Перед глазами молодой орк. И поделать с тем, что я постоянно про него думаю, я ничего не могу. На моём теле его следы, я всё ещё пахну им и его страстью. И жар… я вся горю, как только вспоминаю о том, что он делал со мной.

Я должна идти к Морвене. Прямо сейчас. Только она сможет объяснить, что со мной происходит. Что это за наваждение? Что это за тяга к тому, кто должен быть моим врагом?

Я быстро натягиваю самое закрытое своё платье, распускаю волосы, чтобы скрыть следы укусов, накидываю лук со стрелами на плечо и выхожу.

Идти без снаряжения ни в коем случае нельзя. В любой момент меня может поджидать опасность. Особенно в таком месте, где живёт ведьма.

Выхожу из дома и направляюсь к лесной тропе. Оглядываюсь. Никого нет рядом. Но стоит мне выдохнуть, как я замечаю, как с дерева спускается кто-то. Застываю.

Мама.

Она как всегда выглядит великолепно. Голубое платье, волосы собраны в косы. Вот только на лице вместо привычного умиротворённого выражения – беспокойство.

Она лёгкой походкой подходит ко мне. В глазах… тревога. Точно. Она переживает за меня.

Никто толком не видел насколько мне плохо. Просто думали, что приболела. И я держалась. Старалась показывать, что всё в пределах разумного. Что яд не разъедает меня изнутри…

– Линариэль, дитя моё, как ты? Полегчало?

Я киваю и отвожу взгляд в сторону. Мне чудится, будто по мне теперь заметно… что я стала другой. Что я теперь не невинная девушка. И мне совершенно не хочется, чтобы хоть кто-то догадывался о том, что я сделала.

Несмотря на то… что это было совсем не страшно, что нарушение запретов оказалось таким сладким. И это вовсе не то, что я должна чувствовать…

Я совершенно точно запуталась в своих чувствах. В своих реакциях. Но собираюсь держать свои эмоции под контролем.

– Да, мама. Все хорошо, – выдыхаю я, пытаясь унять дрожь в голосе.

Чувствую, что она смотрит на меня. Внимательно. Слишком.

– Ты изменилась, Линариэль. Словно… оттаяла. Посмотри на меня.

Я нехотя перевожу взгляд на маму. Она рассматривает меня. Сердце стучит в груди. Заметила? Что она увидела?

– Твои глаза… светятся! – радостно выдаёт она. – Может, ты всё-таки влюбилась в Эриона? Подумала над его предложением и передумала?

Едва слышу её слова, как меня передёргивает. Мысль о том, чтобы стать женой Эриона – отвратительна. Вызывает физическое неприятие. Чтобы он ко мне прикасался… так как тот орк… Ни за что на свете! Да как это вообще может сравниться с…

Я хмурюсь. Нельзя думать о нём. Нельзя.

– Нет, мама. Я не влюбилась, – качаю головой. – И, пожалуйста, не напоминай об Эрионе. Как вообще можно было думать, что мы станем парой? Он… он мне как брат!

Мама вздыхает.

– Но всё же он не брат. Он идеальная партия для тебя. Красивый, смелый, из хорошего рода. Этот союз укрепил бы две благородные семьи. Мы все думали, что из вас получится отличная пара.

Я слышала это уже. И не один раз. И это неприятно. Будто родители решили всё за меня. Мои и его родители. Эрион ведь тоже не жаждал этого брака. Правда ведь?

Об этом… мы как-то не поговорили. Я просто ответила ему, что это полная чушь. Что мы друзья и не можем жениться. И… и он был не против. Кажется… По крайней мере, он согласился без вопросов.

– Я просто хочу, чтобы ты была счастлива, Линариэль, – продолжает мама мягко. – Ты ведь уже выросла. В твоём возрасте уже задумываются о семье. О детях. И отец… он настаивает, чтобы ты скорее определилась.

– Ну к чему эта спешка? – вздыхаю я.

– Линариэль… Через тринадцать лун наступит затмение. Духи леса шепнули мне, что твой союз, заключенный в этот день, принесет тебе истинное счастье. Иначе… иначе ты можешь никогда не найти свою любовь. Это не просто слова, доченька.

Я смотрю на маму. Этот бред про предначертанное счастье… Не хочу слушать!

– Я не буду выходить замуж. Слишком рано!

– Твой отец… ты же понимаешь, что он заседает в совете старейшин. И ты знаешь, как там всё устроено. После того, как духи дали это пророчество… Все отцы хотят видеть своих сыновей рядом с тобой. Они видят в тебе силу, видят будущее нашего клана. И твой отец… он с трудом их сдерживает.

Я хмурюсь. Совет старейшин… сборище властных, эгоистичных эльфов, озабоченных только сохранением власти и богатства. И я – лишь пешка в их игре.

– Отец сказал, – мама понижает голос до шёпота, – что если ты не выберешь никого… Никого, кто соответствовал бы их ожиданиям…  То он отдаст тебя за Себастьяна.

– Нет!

Я ловлю мамин взгляд и понимаю. Это правда. Папа готов отдать меня Себастьяну, чтобы угодить совету, чтобы сохранить своё влияние. Отдать меня самому богатому эльфу в округе, владельцу изумрудных шахт, надменному и самовлюбленному. Себастьян всегда смотрел на меня как на трофей, как на очередное украшение для своей коллекции.

Это даже хуже, чем выйти замуж за Эриона!

Я не выдерживаю. Давление становится невыносимым.

– Мне нужно идти. Я хочу подышать свежим воздухом.

Разворачиваюсь и иду по тропинке в лес. Стараюсь не показывать, как я раздражена. Я не хотела. Правда не хотела расстраивать маму. Но эти разговоры о моей жизни, о моем долге перед кланом… напрягают меня. Душат меня.

Будто я не имею права сама выбирать. С кем мне быть. За кого желать выйти замуж. С кем проводить время. Делать свои ошибки…

Вместо тропы к Морвене я направляюсь к стрельбищу. Потому что слишком рано. Нужно дождаться вечера. Кто-то да заметит меня и начнутся ненужные вопросы.

Зря я, конечно, поспешила… Нужно было посидеть дома. Но я просто не могла находиться и дальше наедине с собой. И со своими мыслями.

А сейчас… сейчас я просто выпущу пар, выплесну эмоции.

Беру лук и стрелы, натягиваю тетиву. Представляю себе зелёную кожу, грубые черты лица, горящий взгляд… Опять он здесь. Со мной. Будто всё время рядом.

Один вздох, и я выпускаю стрелу. Она вонзается точно в цель.

Но это ничего не меняет. Он по-прежнему в моей голове. В моей крови. В каждой клетке моего тела. И я не знаю, как избавиться от этого наваждения. Я – эльфийка, пленённая орком. И самое страшное – я не хочу быть свободной.

Я хочу… снова его увидеть. Вот только это невозможно. Я больше никогда в жизни не приближусь к орочьей границе.

Стискиваю зубы и тянусь к следующей стреле.

Азур

Врываюсь в свой шатер. Надо срочно собираться!

Закидываю в дорожный мешок вяленое мясо, флягу с водой, точильный камень для топора. Движения отточены, как у охотника перед выходом на зверя. Ничего лишнего, только самое необходимое.

– Куда это ты засобирался, Азур? – раздается хриплый голос.

Оборачиваюсь. На пороге стоит Груг. Замечаю рядом с ним Хелгара. Ну кто бы сомневался. Увидели меня и пришли любопытство своё удовлетворить.

С одной стороны хочется прорычать, чтобы не лезли не в своё дело, а с другой… Мы столько лет дружим. А вдруг я не вернусь? Вдруг эльфы всё-таки доберутся до меня.

Поход одному к врагам… может закончится всяким. Надо бы предупредить.

– К эльфийской границе, – бросаю через плечо, роясь в сундуке и собираясь дальше.

– К эльфийской границе?! Ты что, совсем спятил? Ты хоть знаешь, что там творится? – изумлённо тянет Груг.

– Там же эльфы! Они тебя на месте пристрелят, как белку! – поддакивает Хелгар.

Жалею уже, что сказал. Ну кто меня за язык тянул?

– Я должен убедиться, что с ней всё в порядке, – раздражённо отзываюсь и выпрямляюсь.

Вроде всё взял. Теперь надо только выяснить, в какую сторону идти. Может отправиться той же дорогой, что и прекрасная эльфийка? Она ведь как-то добралась до нас. Почти вышла к оркам.

Что бы с ней было, если бы она оказалась в лагере? Даже не представляю. Шла на самоубийство. Глупышка. Хотя в её положении, видимо, другого выхода не было.

Внутри всё сжимается при мысли, какой она путь проделала в таком тяжёлом состоянии. И где были другие эльфы? Почему, чёрт побери, никто ей не помог?!

– С кем это «с ней»? – вдруг вмешивается Хелгар.

Я мгновение смотрю озадачено на него, а потом понимаю… Сам ведь проболтался. Ляпнул про своё желание, даже не подумал.

Вздыхаю. Приходится остановиться, они ведь меня не отпустят теперь без ответов. Присаживаюсь на шкуры. Чувствую, как усталость наваливается на плечи. Ну и денёк. После такой удивительной ночи…

Пальцы подрагивает от воспоминаний. Её кожа, её запах. Земляника…

– Это длинная история, – начинаю, потирая переносицу. – Помните, я сказал сегодня, что ночью на охоте был?

Груг и Хелгар переглядываются. Конечно, помнят. Я с утра был в плохом расположении духа, и они это заметили. Да и времени толком не прошло ещё. Не могли они за пару часов забыть, как я тут огрызался.

– В общем, этой ночью я нашел её. Эльфийку. Она… умирала. Кто-то её отравил. Эльфийка попросила помочь ей… И я согласился.

– И как ты ей помог? – хмурится Груг.

– Ритуал крови. Я связал свою жизнь с её жизнью.

Выдаю, как мне сказал шаман. Так-то я сам не знал, что случилось. Всё произошедшее было по какому-то внутреннему наитию, по странному желанию, которое шло изнутри меня. Я до конца не осознавал…

Да я и сейчас не знаю, как так вышло. Почему потребовал её невинность. Почему смешал свою кровь с её.

– Связал свою жизнь с эльфийкой? Азур, ты что, спятил?! – ошеломлённо произносит Груг.

– Я не знал точно… что делаю, – пожимаю плечами. – Но, кажется, это был единственный способ её спасти.

– Было ещё что-то? – вдруг спрашивает Хелгар. – Что ты от нас скрываешь? Почему ты такой взвинченный?

Друзья снова переглядываются, будто чувствуют, что я недоговариваю. Но посвящать их в то, что было ещё между мной и эльфийкой не хочется.

– Не ваше дело, – рычу и поднимаюсь с места.

Достаточно информации. Теперь мне точно пора в путь.

– Погоди! Но зачем тебе к ней ехать? – Хелгар продолжает допрос, закрывая мне путь к выходу. Будто он меня сможет остановить. – Ты же говоришь, ритуал сработал.

– Варлок сказал… сказал, что это дорого мне обойдется. И ещё… он сказал, что она теперь моя половинка, – вздыхаю я, не понимая, как мне к этому относиться. Вспоминаю его слова и становится тяжелее дышать. От волнения, наверное. Или от злости. На Варлока с его дурацкими предсказаниями, на эльфийку, которая ворвалась в мою жизнь, и на себя, который ввязался во всё это. – Чушь, конечно. Но я должен убедиться, что она в порядке. И разобраться с этой связью.

– Ты что, запал на эльфийку? Возбудили острые ушки и светлая кожа? – поддразнивает Груг, расплываясь в похабной ухмылке.

– Так вот чего ты решил спасать её. Теперь всё встало на свои места! Ну и как она? Хороша в постели? – лыбится Хелгар.

– Заткнитесь, – рычу я, чувствуя, как чешутся кулаки. – Ещё одно слово, и я вам обоим рожи начищу.

Дружба дружбой, но подкалывать себя я не дам. И нечего про эльфийку говорить что-то. Это вообще не их дело.

– Ладно, ладно, – примирительно поднимает руки Хелгар. – Мы с тобой. Нельзя тебя одного туда отпускать. Это самоубийство.

– Мы с тобой выросли, – добавляет Груг, хлопая меня по плечу со всей дури. От неожиданности чуть на пол не лечу. – Вместе сражались с гоблинами, вместе пили брагу, вместе и эльфийку твою проверим.

Я ещё насторожен, что они опять какую-то ерунду начнут говорить, но уже немного расслабляюсь. Вот за это я и люблю своих друзей. Они всегда придут на помощь, даже если ты собираешься совершить самую большую глупость в своей жизни.

– Отлично, – киваю я. – Если не боитесь получить по стреле в задницу, то пойдёмте. Берите оружие и выдвигаемся сразу же.

Груг и Хелгар направляются к выходу, но я вспоминаю о кое-чём важном.

– Стойте! – друзья вопросительно смотрят на меня. – И ни слова никому, ясно?

Кивают и уходят, оставляя меня наедине со своими мыслями. А их много. Но все они крутятся вокруг прекрасной светловолосой девушки. Зря друзья смеются надо мной. Ничего этот поход не значит. Это просто… желание урегулировать этот вопрос. Ничего такого.

Я беру свой топор. Сталь холодит пальцы. Сколько битв он видел? Сколько врагов пало от его удара? Интересно, попробует ли он эльфийской крови? Затачиваю лезвие до бритвенной остроты.

Предчувствие опасности с каждой минутой нарастает. Может зря я друзей втянул в это? Может зря веду за собой?

Но… не могу по-другому. Меня будто что-то зовёт туда. И противиться этому желанию я не в состоянии. Должен увидеть её. Иначе я просто не знаю, как жить дальше.
________________________________________
Дорогие читатели!
Хочу позвать вас в новинку Светланы Томской

Меня, наследницу четырёх Драконьих Кланов, забросило в мир, где вся моя магия бесполезна, а драконица спит.
Тут я дочь какого-то барона и не имею права голоса. Да и жених уже выбран. Он блестящий аристократ и явно относится ко мне, как к обузе… М-да, такой запросто избавится сразу после свадьбы. И это проблема № 1.
Проблема № 2 – самовлюблённый аристократ, который случайно меня спас и теперь уверен, что я от него без ума.
Но есть беда и посерьезнее: я кому-то мешаю, и моя жизнь постоянно под угрозой.
Ну какая еще особая миссия? Можно просто вернуть меня домой?

Азур

Стараемся уйти тихо, так, чтобы никто не стал задавать лишних вопросов. Самое главное, чтобы отец или мать не приметили. Они точно сразу поймут, что со мной что-то не так. Объясняться с ними нет никакого желания.

Потому что отец точно будет рычать на меня, а мама… не хочу видеть укор в её глазах.

Но нам с друзьями везёт. Все занимаются своими делами, а наша компания не привлекает внимания. Мы вооружены, спокойны. Видно, что отправляемся на охоту.

Вот только почти у самого леса нас нагоняет Варлок. Старый хрыч, обвешанный костями и амулетами, пыхтит, словно загнанный кабан.

– Азур, постой! – хрипит он, протягивая мне на тонкой верёвочке какой-то камень. – Вот, возьми. Артефакт сокрытия. Он спрячет вас от эльфийских глаз. Они вас не увидят и не услышат.

Беру амулет, рассматриваю. Обычный серый булыжник. Неужели эта штука и вправду работает? Никогда не понимал этого. Магические штучки не так часто попадают в руки орков, мы привыкли доверять другому. Силе, мужеству, ловкости.

Как можно надеяться на какой-то камень?

– Действует только на эльфийской территории, – поясняет Варлок, хитро поглядывая на меня. – И помни, Азур. Не переусердствуй, когда увидишь свою половинку. Она не такая выносливая, как какая-нибудь орчиха.

Я поднимаю взгляд на шамана. Варлок подмигивает, а я чувствую, как кровь приливает к щекам. Как будто меня пристыдили перед всем кланом только что. Эти намёки… Друзья давятся от смеха.

– Заткнитесь! – рычу я на Груга и Хелгара, засовывая амулет за пазуху. Хмуро бросаю шаману: – Спасибо, Варлок.

Вижу его лукавый взгляд и раздражаюсь ещё больше. Разворачиваюсь и иду прочь. Нечего тут стоять и выслушивать его двусмысленные намёки.

Снова вкусить эльфийку? Хочется. До одури хочется. Она будто стала моим личным наваждением. Перед глазами то и дело встают её черты. Гибкое лёгкое тело, красивые полушария с розовыми вершинками. И волосы… каскад белых прядей на тонком личике с розовыми щеками.

А пухлые от моих поцелуев губки… Проклятье какое-то, а не эльфийка.

Всеми силами пытаюсь загнать свои эротические фантазии вглубь сознания. Нельзя о таком думать. Вряд ли что-то подобное случится ещё раз. Я просто сам себя обманываю тем, что тешу свои животные инстинкты.

Передо мной стоит только одна задача – разобраться с тем, как разорвать этот кровный ритуал. Вот и всё.

Мы углубляемся в лес. С каждым шагом напряжение нарастает. Пытаюсь сосредоточиться на запахах, на звуках, на окружающей обстановке. Но в голове снова только она. Светлые волосы, острые ушки, невинный взгляд… чёрт бы её побрал!

Выть хочется от безысходности.

– Странное чувство, – вырывается у меня, не могу больше держать это в себе. Признаюсь друзьям, как на духу: – Будто бы она меня приворожила.

Груг хмыкает.

– Это ритуал, Азур. Кровь связала вас. Теперь она всегда будет звать тебя.

Хелгар согласно кивает.

– Ты как пьяный, идущий на зов кружки браги!

Опять эти подколки. В этот раз я не огрызаюсь, потому что они чертовски правы. Действительно, я будто иду по чьему-то зову. И этот зов сводит меня с ума, лишает покоя. Пора признать, что всё это происходит не просто так.

Это и в самом деле ритуал. Он изменил меня, сделал другим. Это самое логичное объяснение происходящему безумию. Вот только… дикое, всепоглощающее желание к эльфийке возникло до ритуала.

И не только эта жажда. Впервые мне было так хорошо, так чертовски хорошо. Впервые я испытывал такое дурманящее, обжигающее удовольствие от соития. Лучшее, что было в моей жизни.

Но пока я не зацикливаюсь на этой маленькой несостыковке. Наверняка, найдётся объяснение и этому. Позже.

К эльфийской границе добираемся к ночи. Лес становится гуще, темнее. Луна почти не пробивается сквозь плотные кроны деревьев. Ощущение такое, будто кто-то пристально наблюдает за нами, дышит в спину.

Останавливаюсь, прислушиваюсь, напрягая все чувства. В ноздри бьет сырой запах земли и прелой листвы. Тишина давит на уши.

Вроде нет пока повода для беспокойства, но мне некомфортно. Внутри зреет какая-то тревога. Не просто тревога, а животный, первобытный страх. Настолько сильная, что даже дыхание спирает. Кажется, что сердце сейчас выпрыгнет из груди.

Ещё немного и пересечем границу. Значит, там будет действовать артефакт.

Но что-то тянет меня в сторону. Не туда, куда мы должны идти, а в совершенно противоположную. Зовет, манит, не дает покоя.

– Подождите здесь, – говорю я, выуживая из-за пазухи амулет. Тьма сгущается вокруг, но я вижу, как камень слабо мерцает в моей руке. Значит, и правда не просто серый булыжник, правда магический артефакт. – Я должен кое-что проверить.

Протягиваю амулет друзьям. Если что, они будут под защитой. А то место, куда я собираюсь отправиться – там артефакт все равно не действует. Он действует только на эльфийской территории, а меня тянет куда-то в сторону, в самую чащу.

– Куда ты, Азур? – хмуро интересуется Груг, в голосе сквозит беспокойство.

– Пока не знаю. Просто ждите. И без меня не идите к границе. Ясно? – мой голос звучит резко, отрывисто.

Друзья смотрят на меня с недоумением, но не спорят. Нехотя соглашаются подождать. Это неправильно. Оставлять их, разделяться нам сейчас нельзя. Но я не могу их взять с собой, не могу объяснить своего внезапного, импульсивного стремления уйти.

Вся душа рвётся куда-то. Что-то тянет меня, приказывает бежать.

Срываюсь с места и иду. С каждым шагом ускоряюсь. Будто время поджимает, кто-то гонит меня вперед. Перехожу на бег, сам не зная, куда, зачем. Просто чувствую, что должен. Должен быть там.

Бегу сквозь лес, спотыкаясь о корни деревьев, не замечая веток, хлещущих по лицу. Лишь один неистовый порыв, один животный инстинкт – бежать! Бегу на зов, на смутный, но такой сильный зов.

Оказываюсь на краю скалы, нависшей над бурной рекой. Ветер яростно треплет мои волосы, в ушах свистит. Сердце колотится в груди. Дыхание сбивается, в груди жжёт.

И вдруг вижу её.

Она сорвалась. Цепляется за скользкий камень, пальцы соскальзывают. Ещё мгновение, одно лишь мгновение, и она упадет вниз, на острые, как клыки чудовища, камни, торчащие из бушующей реки.

Мир словно замирает.

Сердце пропускает удар.

Нет. Только не она. Только не моя эльфийка!