Ничего не бойся! Твой Белый

В гостиной играет медленная музыка. Глядя в окно, замираю, чувствуя кожей как ко мне бесшумно приближается Руслан. Он словно не способен пройти мимо!

«Не трогай меня!» - инстинктивно сжимаюсь, обнимая себя за плечи.

- Анна...

Сладострастная нотка в его голосе и горячее дыхание мне в затылок поднимают волоски на моей коже от ужаса и отвращения.

 - Скоро я буду делать с тобой всё, что захочу, - это звучит нежно, как слова любви. - Буду драть твой чистый розовый рот. Сминать и пачкать твои пухлые губы...

 Руслан думает, я не понимаю по по-русски. Но я прекрасно понимаю почти все. Я не знаю, что такое "драть", но я догадываюсь по контексту. Руслан очень опасный плохой человек. И я играю в опасную игру, что не понимаю, о чем он говорит. О чем говорят они все! Иначе, боюсь, моя ситуация станет гораздо хуже. И я делаю вид, что я дура.

Теперь настоящий хозяин в этом доме Руслан, брат моей мачехи, а совсем не мой отец! 

- Non capisco (не понимаю), - разворачиваюсь я с вежливой улыбкой, отклоняясь от его попытки взять меня за плечи.

- Ты же русская, Анна. Perchе (почему)??

Пожимаю плечами.

- Mia madre odiava la Russia (мама ненавидела Россию).

В детстве я учила русский в тайне от нее. Но разговаривать на нем так и не решилась даже с отцом. И я из тех, кто понимает хорошо, а говорит очень плохо и неуверенно. Однако, я чувствую себя русской, как мама и отец. Италию же никогда не ощущала родиной, хоть и выросла там.

- Как красиво ты говоришь, Анна! Жаль, что так немногословна. Ты поешь?

- Non capisco, Руслан Львович.

- Руслан. Просто – Руслан.

Руслан не говорил на итальянском. Но взял несколько уроков, чтобы общаться со мной.

- Sai... cantare (ты поешь)? - переводит он.

Неопределенно кручу в воздухе пальцами, отрицательно качая головой. Я хорошо пою. Но для него - ни за что!

- Ты будешь для меня петь голой, - улыбаясь, смотрит он мне в глаза, - моя маленькая птичка.

- Non capisco... - предательски вздрагивает мой голос.

- И это прекрасно, мой глупенький юный воробушек!

Он протягивает мне ладонь, прося мою руку. Ломая себя внутренне вкладываю свою. Целует мои пальцы влажными губами. Меня передергивает от отвращения. И  хочется срочно помыть руки!

Ведет меня до рояля. Это отец купил к моему приезду. Совсем новенький...

- Сыграй что-нибудь, Анна.

Давит на плечо, заставляя сесть на стул. Растеряно кладу пальцы на клавиши.

Не хочу!...

Его палец скользит по моей шее вдоль позвоночника. В разнобой рефлекторно давлю на клавиши, извлекая звуковой диссонанс.

У меня устойчивое ощущение, что меня облизывает мерзкий огромный варан своим липким фиолетово-трупным языком перед тем, как сожрать. Фу!

Сзади неторопливый стук каблуков.

- Руслан, хватит тереться об эту девку, - недовольно.

Это моя мачеха - Тамара. Презирает меня. Отец жил на две семьи. Моя мама была любовница, а Тамара официальная жена. Поэтому, я "выродок той самой бляди". Перевести на слух не могу. Наверное, это жаргон. Но у меня идеальный слух, и я запомнила, как она меня назвала, когда представляла моей сестре Инге и Руслану, в отсутствие отца.

- Ты слишком на ней зациклен.

 - Эта "девка", вероятно, унаследует на днях всё состояние твоего благоверного. Деньги не должны уйти из семьи. Я женюсь на ней.

- Проще придушить...

- Только тронь её, Тамара.

- Унаследовать должна моя Инга!

- Твой муж не идиот, уверен, он давно понял, что она только твоя... - снижает он голос.

 - Замолчи!

- К Анне не прикасаться! - категорично. - Уберешь её, он перепишет завещание на какой-нибудь фонд. И ты останешься нищей. И я. И Инга.

Встаю со стула, разворачиваясь к ним.

- Анну, надо облизывать и всячески любить! - бережно ведет меня как принцессу по подиуму Руслан. - И ни в коем случае не выпустить из наших рук. Если она сбежит, мы потеряем всё. А вот если она станет моей женой...

- Это же не только корыстный интерес, брат? - с приторной улыбкой смотрит мне в глаза Тамара.

- Не только...

- Но, тогда все получишь ты.

 - Получит семья, Тамара. Я позабочусь и о тебе, и о племяннице. А что будет, если с Анной что-то случится?... То-то же. Охрану дома нужно полностью сменить, чтобы никого из людей твоего мужа не осталось. А к этой прелести приставить профессионального надзирателя.  Как только ей оформят документы и гражданство, она станет моей женой.

- А если она упрётся?

- Я найду сотню способов качественно надавить, - целует опять Руслан мои пальцы. – Куда она денется?

- Но ведь… Аркадий еще не умер.

- Пф… Тамара! Я тебя умоляю! С таким диагнозом в России не выживают. А оплачивать ему Израиль ты не станешь, верно?

- Милая, - перехватывает меня за талию Тамара. - Повар приготовил десерт из свежих сливок. Ты обязательно должна попробовать. Переведи ей! - требовательно.

- Я не настолько владею языком... эм... - разворачивается ко мне, хмурится, пытаясь сформулировать.

- Vuoi un dessert (хочешь десерт)?

- No, grazie (нет, спасибо).

Господи... как сбежать из этого дома? Куда сбежать? Я даже не знаю точно где я!... Две недели, как я в этом роскошном аду. Мама погибла месяц назад. Отец и дня не был дома. В день моего приезда скорая увезла с сердечным приступом. Потом шунтирование и интенсивная терапия. А эти уже две недели делят... как там говорят в России? Шкуру неубитого медведя! И я - то часть этой шкуры, то ее владелица.

- Posso vedere mio padre (могу я увидеть отца) ?

- No... E ' in terapia (Нет, он на лечении), - с сожалением смотрит мне в глаза Руслан.

- Scusatemi (извините)...

Сбегаю в свою золотую клетку. Падаю лицом в подушку.

 - Аааа! - глухо кричу я.

С остервенением растрёпываю волосы. Подхожу к окну. В пяти метрах от меня высокий забор.

- С днем рождения, Анна, - старательно выговариваю по-русски.

Мне сегодня восемнадцать. Совершеннолетняя. Только это ничего не меняет. Я в плену...

Охранное агентство "Альфа". Весеннее солнце, отражаясь от вывески режет глаза. Выкидываю в урну пустой стаканчик из-под кофе.

Тянусь, хрустнув позвонками. Бросаю взгляд на часы. Восемь... Пора работать. А так уже не хочется!.. Через неделю отпуск. И я весь уже в нём.

Захожу внутрь.

- Эльф, привет! - тяну через стойку ресепшена сжатый кулак Эле.

- Привет, Вась, - улыбаясь, толкает его своим кулачком.

- А Мак где?

Стреляет глазами на кабинет шефа.

- Клиенты там.

- Ааа... А бледная такая почему?

- Бледная? - прижимает ладони к щекам, прикасается ко лбу.

- Опаздывали сегодня... Не позавтракали.

- Держи шоколадку, - подмигиваю ей, протягивая треугольную плитку Таблерона.

- Мм.... мой любимый! Спасибо! - признательно смотрит на меня.

Зависнув в телефоне жду Макара. Ключи от сейфа с оружием у него как у старшего смены.

Откусив от шоколадки кусочек, Эля вдруг замирает, испуганно распахивает глаза. Зажав рот ладонью, вылетает из-за стойки, несётся в сторону туалета.

С подозрением заглядываю за стойку, поднимая плитку шоколада. Смотрю на обёртке срок годности. Все нормально... свежий...

Минут через пять бледная Эля с мокрыми, прилипшими к лицу прядями выходит из туалета, держась за стенку.

С тревогой и вопросом заглядываю ей в глаза.

- Что-то с шоколадом?

Отрицательно машет головой.

- Затошнило что-то резко...

- Оо... - улыбаюсь я.

Залёт? Альфачи холостыми не стреляют.

- И давно тебя так?

- Да нет... - неуверенно. - Вчера не очень было. И вот сегодня что-то.

- Пойду, чайку тебе сделаю.

- Да, пожалуйста... - обессиленно падает на стул.

В комнате охраны дрыхнет Герыч. Пока феячу с чайником, заходит Мак.

- Ну что, Громов, вестнику с хорошими новостями положено что?.. - тяну ему руку.

- Что? – пожимает, подозрительно глядя на меня.

 - Ну, соблазняй, давай! А то не скажу.

Посмеивается.

- Ладно... чего тебе надо?

- Вискарь. "Deveron".

- Ого! Харя не треснет?!

 - Неа... Соглашайся. Оно того стоит. Все равно вместе пить будем!

- Бля... Развод какой-то.

Демонстративно провожу пальцами возле губ, показывая, что закрываю рот на замок. Ухмыляюсь.

- Ладно. Замётано. Но если развод, я тебя на тренировке всего переломаю, так и знай.

Тяну ему руку. Настороженно пожимает еще раз. Сжимаю кисть крепче.

- Поздравляю, братишка. Ты походу скоро станешь батей.

- Чего?...

Многозначительно киваю на Элю.

Выдернув руку, вылетает за дверь. Выглядываю в холл. Обнимаются...

Улыбаясь, с завистью подглядываю за этой парочкой. Классно им... Тоже хочу! У-у-у… Хоть на луну вой. Вот так хочу на женщину смотреть, как Мак на своего Эльфа. И чтобы на меня так женщина смотрела, как она на него. С восхищением. И не дешевым, а честно заслуженным.

А у меня не срастается. Нет, девчонок, много конечно… полная телефонная книга. Но это же все так… не то совсем.

 - Мужики, вызов! - выглядывает оператор, мгновенно приводя нас в рабочее настроение.

Торопясь надеваю бронежилет и кобуру.

- Шевелись… шевелись… - торопит Мак.

Едем в тачке. Громов лыбится.

- Ну?! Да?? - пихаю его в бок.

- Может быть...

- Да стопудово!

- Ну всё! Пока не подтвердилось. Не смущай мне Эльфа.

Переключаясь на работу дает нам инструкции по вызову.

- А что за клиенты были?

- А?.. А! Кстати, об этом. У тебя же отпуск?

- Ну.

- А лучший отдых у нас что? Правильно - смена деятельности! Я тебя продал, короче.

 - Э-э! В смысле?

- Слушай, бабки хорошие. Как раз за свой байк полностью выплатишь. Загородный особняк в сосновой роще. Постоянное проживание. Бассейн, сауна и полный пансионат. Причем первоклассный! А ты же все равно до сих пор невыездной после службы. А на наших морях уже холодно.

- Да я отоспаться хотел, Громов!

- Обязанности - на расслабоне. За девушкой приглядывать, в личное сопровождение. В основном на территории, ну может несколько выездов будет. Пару-тройку недель. Потом тебя заменим. Соглашайся!

- Хм... Девушка - это хорошо...

Мак угорает, закатывая глаза.

- Чего ржем? – возмущенно толкаю его в плечо. – Может, я ее тоже спасу, как ты Эльфа. И будет мне счастье.

- От чего ты ее спасешь? От большого наследства?

- Наследница, что ли.

- Мхм… Главная наследница. Отец при смерти.

- Эх, жаль... И спасти некого. Даже Эльфа ты увёл. Тоска...

- Ну так что?

- Ладно. Я согласен.

Сворачиваю с трассы в сторону леса. И так неширокую дорогу перегородили две чмокнувшиеся тачки.

Сбрасываю скорость, делаю небольшой вираж и паркуюсь на обочине возле одной из них. Поднимаю забрало мотошлема.

Дорогие тачки... За рулем обеих - молодые девчонки. Одна флегматично скроллит по экрану айфона. Вторая, в метре от меня, открыв окно держит в наманикюренных пальцах длинную незажженную сигарету. Алые ногти хищно заточены.

- Всё нормально? - встречаюсь с ней взглядом. - Помощь не нужна?

- Нужна... - усмехается, лениво взмахивая сигаретой.

Хм... Осветленная блонди лет двадцати. Яркая, красивая. Видок вызывающий, с налётом дорогой пошлятинки во взгляде.  На разок, другой - вполне себе. Можно было бы покуролесить. 

Щелкаю ей зажигалкой. Специально чуть-чуть не донося пламя до кончика сигареты, чтобы сбить с неё надменность. Бросив на меня недовольный взгляд, немного высовываясь из окна, дотягивается и прикуривает.

 - Инга... - протягивает руку.

Сжимаю пальцы, имитируя рукопожатие.

- Белый.

С интересом разглядывает мои кожаные беспалые перчатки.

- Белый... Не помню что-то тебя.

- Я не местный.

- В гости едешь? К кому?

- На работу.

- Мм... - вальяжно и показательно скучая. - Персонал, значит... Жаль... Так бы покатались. Байк у тебя зачетный.

 Ухмыляюсь.

- Ну, я-то по-любому покатаюсь. А ты, я смотрю, уже накаталась, - оглядываясь ее тачку.

Радиатор пробит.

- Всех благ! - салютую ей, щелчком сбивая забрало вниз.

Провокационно ухмыляется, с азартной агрессией наблюдая за мной. Выжимаю газ, демонстративно поднимая байк на дыбы. И шлифуя по обочине объезжаю аварию.

Особняк, который мне нужен - дальше, в сосновой роще. Место просто волшебное! Я бы тут жил! Но таких бабок у меня нет.

Единственное, что выбивается из общей "загородной" картины - идеальный свежий асфальт, влияющий среди редко стоящих особняков и огромных сосен. Проехав по небольшому мосту над ручьём, паркую свою Хонду у высоких бордовых ворот. Снимаю шлем, вешаю на руль.

Присвистывая оглядываюсь. Нехилые хоромы... Я никогда не работал на стационарном объекте. Моя тема - сопровождение и группа быстрого реагирования. Но в теории Громов поднатаскал. А случай тут не сложный. Паси спокойненько периметр, никаких разборок в стиле девяностых, киллеров и прочей нечисти.

Особняки раскиданы здесь достаточно далеко друг от друга. Метров сто, не меньше. Некоторые - настоящие дворцы. Это самый элитный район.

Двери в массивных воротах открываются. Выходит здоровый лысый мужик, в стандартном сером костюме. С "ухом" и мелькающей под распахнутым пиджаком кобурой. Коллега...

 - Добрый вечер. Василий Беляев. Мне назначено.

Снимает солнцезащитные очки.

- О! - осаживаюсь я, разводя руками. - Ромка! ЗдорОво!

Мы в учебке вместе чалились, но служить попали на разные судна.

- Нихера ты конь здоровый стал!

- Белый, ты что ли?! - открывает он рот. - Вот это ты подрос! Такой дрищ в учебке был, не узнать сейчас!

Пожимаем друг другу руки.

- Давай, тебя Руслан ждёт. Потом потрещим. Оружие есть?

- С собой? Нет. Но вообще, есть, конечно.

Скидываю кожаную куртку, поворачиваюсь вокруг своей оси. Облегчаю ему задачу и избегая предписанного "рукоприкладства".

- Да, проходи... - морщится он, отмахиваясь.

- У вас тут военное положение что ли?

- Хер его знает. Договора с нами с завтрашнего дня расторгнуты, набирают новую группу.

- Почему?

- "В связи с утратой доверия".

- А где вы облажались?

- Нигде. На самом деле - в связи со сменой власти во "дворце", - закрыв дверь провожает меня к веранде с витражными стёклами.

Хороший дизайн. Изнутри отличный обзор, а снайпер за цветными витражами ничего не увидит.

-  Ты если без работы остался, вот, Громову позвони. Старшему нашему. У нас есть вакансия. Охранное агентство "Альфа", - протягиваю Ромке визитку. - Скажи, что от меня.

Сейчас мало квалифицированных спецов, зря они конечно так персоналом раскидываются.

- Из морпехов в альфачи?

- Так точно!

- Отлично, - прячет визитку в наружный карман.

- Спасибо, братишка...

Быстро переговаривается с кем-то по "уху".

- Короче, слушай: новый хозяин - Руслан Львович. Начальник охраны теперь - Виктор Иваныч Тур. Прошлый хозяин нормальный мужик был. Этот - брат его жены. Мудак тот еще... - снижая голос. - Живет здесь сейчас без прислуги пять человек: жена бывшего хозяина - Тамара Львовна, стерва редкостная. Ее брат - вот этот самый Руслан. Инга - дочь Тамары. И недавно еще одну девочку привезли откуда-то. 

- А пятый?

- Тур. Тоже какой-то их родственник.

- А со старым хозяином-то что?

- В реанимации. Говорят - не жилец.

Открываю дверь на веранду, сталкиваясь в дверях с женщиной. На развороте, она врезается мне в грудь плечом. Придерживаю аккуратно за талию, пока она не отыскивает равновесие на своих высоких каблуках. Отпускаю, делая шаг назад. Надменно оглядывает меня с ног до головы.

- Извините, - улыбаюсь ей пошире.

Чего вы здесь все такие ядовитые в своих "Соснах"? Не трахают вас что ли?

Лет сорока пяти, ухоженная, все еще красивая... Но отмороженно ледяная, как большинство дам ее круга. Судя по всему - Тамара Львовна. 

Её взгляд неожиданно смягчается.

- Это я виновата. А Вы?...

- Василий Беляев. На собеседование.

- Василий... М. Ну, проходите, Василий.

Прохожу... Чувствую ощупывающий заинтересованный взгляд в спину.

- Добрый вечер.

Опять представляюсь. Отдаю свою анкету.

Виктор Иванович Тур - пожилой, лицо в оспинах - внимательно просматривает.

- Бодигард? Сопровождение VIP?

Киваю.

- Безопасник широкого профиля. Включая детей.

Переглядываются с Русланом Львовичем. Тому тоже - за сорок. Глаза чуть навыкат, редкие волосы на круглом черепе, лицо хищное, нахальное, рептилоидное какое-то.

- Молодой слишком, - морщится он.

- Зато спец. "Альфач". Там профанов не держат,  - приводит открыто доводы Тур. – Ты же хотел профи.

 - Ладно. Инструктируй его...

- "Приоритет" - главная наследница. Есть основание полагать, что наследница может быть похищена с целью выкупа, - инструктирует меня Тур. - Поэтому, её выход за пределы особняка только с разрешения Руслана. Никаких контактов с третьими лицами. Одну не оставлять ни при каких обстоятельствах. И... девочку пугать не надо. Она не должна знать, что под ударом. Ты как телохранитель, работаешь 24 на 7, с постоянным проживанием здесь. Степень опасности на территории минимальная. Поэтому зря её не тревожь. Здесь ты на подхвате отвечаешь за периметр. Никто не должен сюда войти и никто не должен отсюда выйти. Особенно она. А на выходах... Твоя задача любой ценой вернуть ее обратно.

- Понял.

- Ну и молодец. Один нюанс... Твой "приоритет" не говорит по-русски.

- Очень плохо. Она должна понимать мои команды. Нам нужно как-то договариваться. Я должен дать ей инструкции.

- Никаких инструкций. Ты – «тень».

 - Ясно. А если потенциально опасная ситуация?

- Учи итальянский, - пожимает он плечами. - Гонорар у тебя впечатляющий, так что можно и напрячься.

Бля... итальянский? На итальянском я знаю только "Amore mio" - любовь моя. Врезалось в память из какого-то фильма. Но это немного не в тему. И вообще, не сказать, что я способный к языкам. Но... гонорар и правда неплох. Несколько рабочих фраз можно выучить. 

- Попробуем сонастроиться, - киваю я. -  Но, а если она не поймёт в опасной ситуации, что я ей приказываю?

- Значит, ты возвращаешь ее силой! - разворачивается смотрящий в окно Руслан Львович.

 - Напугается...

- Переживёт! 

 - Ладно, познакомиться-то с ней можно?

- Всему своё время. Анна необщительна. Не будем её тревожить. Осваивай территорию. Комната для охраны в флигеле.

- Я обход сделаю?

Кивает. Обхожу особняк, рассматривая второй этаж. Ищу уязвимые места, где легко бы забрался сам. Таких практически нет. Кроме одного. Решётка для лианы декоративного винограда. Поднимается до открытого окна второго этажа. Дергаю ее, проверяя на прочность. Устойчивая. Залезть - раз плюнуть.

 Чей это балкон? За светлой шторой – контуры тела. Опешив, замираю. Вглядываюсь, пытаясь понять кто там. Женщина... белая нежнейшая занавеска под порывом ветра неожиданно облепляет силуэт. Вау!... Как статуэтка из фарфора.

 - Добрый вечер... – вежливо улыбаюсь ей.

Девушка поспешно ретируется вглубь комнаты, не проронив ни звука. Окей... Интуиция мне подсказывает, что это она.

Исследуя особняк изнутри, спускаюсь на цокольный этаж. Открываю первую дверь. Тренажерка... Хозяйка, с которой я столкнулся в дверях, сосредоточено водит пальцем по схеме-инструкции на новенькой, блестящей от смазки "бабочке".

- Помочь?

Оглядывается.

- Да. Будьте любезны, Василий.

Пачкая руки в смазке, скручиваю блокировку с движущейся части тренажёра. Напрягая мышцы, выбиваю пластиковые подошвы для транспортировки из-под опор.

- Десять или пятнадцать? - уточняю какой вес ей выставить.

 - Пятнадцать...

- Окей. Но лучше десять и работать на статику. Суставы не убивает, эффект не хуже.

- Мм... а ты образованный в фитнесе мальчик? - улыбается мне Тамара Львовна.

- Есть немного, - ухмыляясь, играю грудными мышцами.

Неожиданно кладёт ладонь мне на грудь.

- Эффектно...

О, блять! Что-то я не готов к такого плана сближениям. Делаю шаг назад, вежливо улыбаясь.

- Извините. Мне по договору не положено...

Тамара Львовна хищно прищуривается.

- И что же тебе там "не положено"?

- Контакты, - закусываю губу.

Смеётся, закатывая глаза.

- Ну, какие контакты, Васенька? О чем ты?! Иди сюда... - властно притягивает меня, сжимая на груди тельняшку.

Мои глаза распахиваются, челюсть падает вниз. И я едва сдерживаю рефлекс - провести контрприем и отбиться от этих цепких лапок.

- Запачкался смазкой... - трет большим пальцем мою скулу.

 Отталкивает небрежно в грудь.

- Все. Свободен! - холодеет ее взгляд.

Разворачиваюсь на пятках и проваливаю. Нахер такое счастье! Нет, она, конечно женщина привлекательная. Но... не моё это. Да и непрофессионально. Громов мне навтыкает за такое. В большой гостиной сталкиваюсь с Ингой.

- Оо... - разводит она руками. - Какие борзые люди. Ты не просто персонал... ты, оказывается, мой персонал! Придется тебе меня всё-таки покатать. Как хозяйку! - дергает бровью.

- Это не входит в мои должностные. Так что - увы.

Стоя в дверях, водит пальцем по цепочке, оттягивая её.

- Так ты... - щёлкает пальцами, прося подсказки.

- Телохранитель...  твоей сестры.

Улыбка стекает с ее лица.

- Мама!! - с ноткой истерики недовольно кричит она, проход мимо меня.

- Тамара Львовна в спорт зале.

- Я спрашивала у тебя?! - претенциозно упирается руки в бока.

Пожимая плечами выхожу из дома. Поворачивая за угол, прикуриваю сигарету. Глаза скользят вверх, ловя игру тонкой занавески с ветром. Девушки нет... Эх... "Должна быть в женщине какая-то загадка!".  

Замерев на балконе, нервно вцепляюсь пальцами в поручни. Внизу говорят два охранника. Они используют жаргонные словечки, которых мне не перевести, но даже вырезав их, я понимаю, что речь о том, что наша охрана распущена. Они сегодня уходят и больше не придут. Ругают нового хозяина...

Я хочу попробовать сегодня сбежать. Метнувшись в комнату, сдергиваю со стула свою сумочку. Там карта, на ней небольшая сумма, которую перевел отец на дорогу. Я не потратила и половины. Мне хватит, чтобы купить билет обратно до Вероны. А там... не знаю, попробую обратиться в какой-нибудь фонд, чтобы мне нашли работу. Я могла бы преподавать фортепиано...

Осталось только раздобыть мой паспорт. Его взял отец, когда я приехала, чтобы сделать мне Российский паспорт и гражданство.

Кабинет отца внизу. Сбегаю босиком по лестнице, поднимая длинную юбку чтобы не запнуться об ткань. Ковролин глушит шаги. В гостиной - Тамара и Инга. Проскальзываю незамеченной за их спинами под арку в узкий коридор. Здесь две спальни друг напротив друга – Тамары и Руслана,  и прямо - папин кабинет. Дверь приоткрыта. С облегчением забегаю туда, запираю за собой.

Тяжело дышу от волнения, ложась на нее спиной. Огромное папиной кресло медленно разворачивается. Вскрикиваю, хватаясь за подпрыгнувшее от испуга сердце. В кресле - Руслан. Боже ты мой!! Что он делает здесь?! Дыхание перехватывает, я сжимаю кистью свою шею. Склонив голову к плечу, он внимательно смотрит мне в глаза.

- Кто за тобой гнался, моя маленькая птичка? Кто напугал?

Растерянно поправляю упавшие на лицо волосы. Руслан встает, с хищным взглядом приближается ко мне. Замираю как кролик перед удавом.

"Не трогай меня!" - молюсь я, испуганно вжимаясь спиной в дверь.

Запертую!

Упирает ладонь в дверь возле моего лица. Его выпученные глаза приближаются. Мой пульс зашкаливает. Я боюсь его. Боюсь не меньше, чем угроз мачехи, что от меня нужно избавиться и проблема решена.

Встает в упор, зажимая меня между собой и дверью.  Мне тошно от сладкого тяжёлого запаха его парфюма, который пронизан нотами чужого животного запаха. Отвратительного!

Задерживаю дыхание, чтобы не впускать этот запах внутрь себя. Мне кажется, я отключусь от отвращения и ужаса, если вдохну его слишком глубоко. Слепо вожу ладонью за спиной по двери, нащупывая ручку, чтобы открыть.

 - Ты куда-то собралась? - с придыханием. - Я тебя не отпускаю.

Сдвигаю пальцем блокиратор, отпирая. Но дверь открывается внутрь. И я сама себе заблокировала отступление. Он так близко, что когда я делаю глубокий вдох, моя грудь касается его груди.

 - Non mi tocchi, per favore (не трогайте меня, пожалуйста)!.. - умоляюще шепчу ему я.

- Оо... - шипит сладострастно. - Говори еще... мой невинный птенчик... я кончаю от того, как ты звучишь...

Губы приближаются. Рывком отворачиваю лицо.

 - Ну что такое, Анна?.. - шепчет он мне в ухо.

Меня всю передёргивает от отвращения. Палец скользит по моему лицу, обрисовывая скулу и спускаясь к губам. Инстинктивно сжимаю их.

- Всего лишь поцелуй, жадная девочка... маленькая дегустация перед роскошным пиром...

Ведет языком по моей щеке.

 - Я тебя выдрессирую...

В глазах темнеет, едва сдерживаю рвотный спазм.

Сжимая подбородок, разворачивает моё лицо обратно. Толкаю руками в грудь, он игнорирует. Неожиданно кто-то нажимает ручку с той стороны и, стукнув пару раз, одновременно толкает дверь. Мне слегка бьёт по затылку.

 - Оу... - морщусь я.

- Извините! - доносится бодрый мужской голос с той стороны. - Руслан Львович?

Отстраняя меня в сторону, он выходит.

- Чего тебе, Беляев?

 Спасибо тебе, Беляев, кто ты бы ни был!! Бегу к массивному столу отца, выдвигаю подряд все ящики, быстро перебирая пальцами бумаги. Паспорта не видно. Верхний ящик закрыт. А я видела, что отец туда убирал мой паспорт и другие документы. И Тамара тоже как-то запирала там документы. На столе стопка банкнот, какие-то бумаги в файлах и резной ключик! Хватаю его в руки. Но открыть не решаюсь.

Варан сейчас вернётся и снова будет тыкать в меня своим мерзким языком!

Надо бежать.

- Камер в доме нет, - слышу голос Руслана. - Мы против системы слежения внутри. Мало ли что... А  запись - дело такое... Она в обе стороны работает. Выхода всего два. Парадный и чёрный. Второй из кухни.

Открываю окно. Сев на подоконник, спрыгиваю на траву, отбивая пятки. Бегу за дом, чтобы зайти с чёрного входа. Закрыто! Бегу дальше, держа одной рукой юбку. Останавливаюсь перед шпалерой для винограда под моим балконом. Прячу ключик в вазон с петунией. На всякий случай. Вдруг Руслан сейчас поднимет шум насчёт его исчезновения. Быстро забираюсь по шпалере на балкон. Хорошо, что мои окна выходят на глухой забор! Замыкаюсь изнутри. Падаю на кровать.

Меня переворачивает от короткой истерики при воспоминаниях прикосновений этого отвратительного Варана! Молюсь, чтобы сегодня всё получилось. Закрывая глаза, обнимаю подушку. Если не получится... страшно представить, что меня ждёт. Руслан моего согласия не спросит. Возьмёте силой. Я чувствую, что его заводит это - моя невинность, беспомощность и ужас. Ни за что он не получит это! Я лучше... Не знаю, что лучше. Но не получит, чего бы это мне не стоило. В Вероне у меня было много поклонников, но я не подпустила ни одного. Хотела, чтобы первый мой мужчина был любимый! А сейчас очень сожалею. Лучше бы я позволила кому-нибудь сделать это!

Мое тело сжимается в камень от этих мыслей. Не хочу я! Никого не хочу! Зачем только я поехала в эту варварскую страну?! Никакого закона, только деньги... деньги... Заберите вы свои деньги, только отпустите! Но кто же мне даст написать отказ от наследства? Тогда они потеряют все. А Тамара лучше убьёт, чем останется нищей. Только бежать...

Отбрасываю в сторону планшет с сериальчиком. Две пары охранников сменяют друг друга сутки через сутки. Я теперь здесь двадцать четыре на семь, как и Тур.

Второй этаж небольшого флигеля для охраны в моем полном распоряжении. Снимаю со стены чью-то старенькую гитару. Веду пальцами по струнам. Расстроена... Кручу колки. Наконец-то начинает звучать как положено. Даю парочку простеньких аккордов.

 - «Но где она живет - вечная любовь, я-то к ней всегда го-тов…» - голос с непривычки срывается на хрипотцу.

 Прокашливаюсь.

- Белый, я отрублюсь часа на три, подежуришь? - заглядывает еще один охранник - Костя. – Башка болит, жесть.

- Нет проблем, Костян.

 Отложив гитару в сторону, надеваю кобуру. Надо бы с персоналом познакомиться. Он обязан быть в таком большом доме.

Выхожу из флигеля охраны. Инга в купальнике... Оседлав мой байк, водит пальцем по хромированному рулю.

 Высокая, эффектная! Но слишком худая на мой вкус. К плоским моделькам я равнодушен. Хотя... Оценивающе разглядываю её. Щелкаю зажигалкой, прикуривая сигарету. Гораздо моложе, чем хочет казаться. Но взгляд прожжённый.

- Поехали, прокатимся? - ведет высокомерно бровью.

- Не положено.

- Да ладно, я тебе разрешаю, - дразняще прикусывает кончик языка.

Подрессировать меня решила? 

- Разрешения и распоряжения мне выдает Тур.

Закатывает глаза.

- Какой обидчивый мальчик!

Выдыхаю дым в ее сторону.

 - Это субординация. Не вступаю в личные связи персоналом и… рабочими объектами.

- Это я-то объект?! - недовольно.

Пожимаю плечами.

- Пока я отвечаю за периметр - да.

- Я - хозяйка, малыш, - верхняя губа дергается в оскале.

- Хозяйка чего? - ухмыляюсь я.

Ноздри Инги свирепо вздрагивают. Не люблю слишком большие короны на девочках. Хочется снести с вертушки. И не вижу повода отказывать себе в развлечении. Встает с мотоцикла. Забирает из моих губ сигарету. Глубоко затягивается.

- Ты мой персонал. Я - твоя хозяйка.

Прикуриваю еще одну.

- В договоре ты не фигурируешь как заказчик. Значит - ты объект. В отношении которого мне предписано применять силу, в случае нарушения периметра. А уж никак не выполнять его распоряжения.

- Что за дичь? Отгони-ка байк, я хочу выгнать тачку и покататься.

- Не положено.

- В смысле? - осаживается она.

- В отсутствие Руслана Львовича никто не покидает периметр и никто в него не входит.

- Ма-а-ам!! - капризно. – Это что за новые правила??

 Торопливо идет мимо бассейна в сторону террасы. Там, под светом уличного фонаря, читает на кресле Тамара Львовна. Инга выговаривает ей что-то, эмоционально взмахивая руками.

Улыбаясь, докуриваю сигарету.

Повисаю на одной руке на турничке. Надо бы обход сделать. Но ведь эта коза ради принципа сейчас попробует выскочить. И будет конфликт. Тамара Львовна поднимается с кресла, надевает туфли на высоких каблуках. И, виляя бедрами, медленно идет в мою сторону.

Ой. Эта хищница посерьёзнее, ее за хвост лучше не дёргать. Может и откусить что-нибудь.

- Василий... - со сдержанной улыбкой.

- Тамара Львовна... - спрыгивая с турника отвечаю ей в тон.

- Мой брат распорядился никого не выпускать?

- И не впускать.

- Хм... Очень интересно.

- Это логично, если семье угрожают. Всё в соответствии с протоколами безопасности и обычными инструкциями.

- Под угрозой ведь только Анна.

- Она главная наследница, но не единственная, - убеждаю я в логичности решения Руслана.  - Надавить на вас могут и похитив Ингу, верно?

- Я - главная наследница! - шипит Инга. - Папа не может так поступить с нами. Со мной!

- Детка, иди в дом. Поздно уже. А мы немного поболтаем...

- Мам!

- Иди... - давяще.

Смотрим вслед уходящей Инги.

- Руслан чрезмерно параноит, - недовольно морщится Тамара. – Анну выпускать нельзя. В остальном…

- Вам придется договориться об этом между собой, Тамара Львовна. Вы же понимаете, что я раб лампы и должен действовать по инструкции.

Вглядываюсь в темноту между левым крылом дома и забором, туда, где видел силуэт девушки на балконе. Там нет фонарей. И меня напрягает это место. Уже второй раз чудится движение в темноте.

- Здесь обычно паркуется мой брат, - смотрит она на мой байк.

- Выгоню за периметр.

- Да нет, зачем? Просто переставь чуть дальше. И перепаркуй мою, пожалуйста, на улицу, - вкладывает мне в руки ключи. - Мне с утра в больницу. Боюсь не разъедемся...

На парковочной площадке три тачки, а место еще максимум на одну. И там мой байк.

- Только с позволения Вашего брата.

- Естественно. Он в курсе. К утру будет.

- Тогда - легко! Но утром.

- Да ты цербер! – с иронией.

Тамара Львовна берет меня под руку и тянет в сторону короткой ореховой аллеи. Перед нами разгораются небольшие фонарики и гаснут, когда мы делаем шаг дальше, загораются следующие... Свет от них и стволы мешают мне видеть территорию, и я начинаю нервничать.

- Какие еще инструкции дал тебе мой брат?

- Ничего необычного. Всё ради вашей безопасности.

Останавливаясь, поворачивается ко мне лицом. Палец скользит по ремню кобуры. Опасливо замираю.

- Василий... Хочешь кофе?

- Мм... не отказался бы.

- Я тебя с удовольствием угощу. Думаю, мы подружимся.

Чего тебе от меня нужно, женщина? Присматриваюсь внимательнее. Что-то нужно.

- Пойдём? - дергает бровями.

- Не могу, - улыбаюсь я. - У меня обход.

И... Демонстративно поднимаю ключи.

Усмехается.

- Ну, давай... иди на свой обход. А я пока сварю тебе кофе. Сливки? Сахар?

- Только сахар.

- Сладкоежка? - стреляет взглядом.

- Немножко.

 Тянется к моей голове. Настороженно отклоняюсь. Но она таки дотягивается и взъерошивает мне волосы.

- Котёнок улыбчивый...

- Тамара Львовна, - позволяю себе нотку вежливого порицания.

- Ладно... ладно... - усмехается. - "Не положено", я помню.

Ух! Хищные женщины... Сбегаю. Не торопясь обхожу вдоль забора территорию. Проходя мимо окна, где был женский силуэт, решаю, что нужно поставить вопрос об освещении этого места. Балконная дверь открыта. Светлые шторы развиваются от лёгкого ветерка. Спишь, загадочная моя? Ну спи... Я тебя поохраняю.

- "Где она живет, вечная любовь..." Заела, зараза, - бормочу я.
От Руслана приходит сообщение, что выезд за периметр Тамары завтра утром разрешен.

Иду перегонять тачку. Когда открываю ворота, вижу опять едва уловимое движение в темноте у неосвещенного угла ворот. Нет, не может меня так глючить. Кто это? Адреналин подскакивает. Медленно взвожу курок.

- Стоять! - рявкаю в темноту.

Мы оба срывается с места. Перехватываю сзади в удушающий пытающегося смыться пацана. Слишком хрупкий...

Сдергиваю капюшон. По плечам рассыпается копна густых волос. Тонкий пряный запах дезориентирует, инстинктивно заставляя ослабить хватку. Разворачиваю к себе лицом. Светлые испуганные глаза не моргают, наливаясь слезами.
Девушка!
Пухлые трепетные губы дрожат. Едва торможу порыв обвести эти губы большим пальцем. Погладить родинку над ними. Мушка... Красивая какая, одуреть! Словно ее отфотошопили в "глянец". Яркая, но косметики на лице не видно вообще. 

- Ты кто?.. - растерянно глажу пальцами нежную шею, которую посмел так грубо сжать.

- Анна, - шепчет она.

- Прислуга?

Прячу ствол. Отрицательно качает головой.

- Аа... - доходит до меня.

Главная наследница... Моя загадочная... Силуэт в окне.

- Извините! - одергиваю руки, примиряюще раскрывая ладони. - Ошибочка вышла.

- Можно? - сглатывая оглядывается на приоткрытую дверь в воротах.

Жалобно сводит брови домиком. Только это не забавно совсем. Скорее отчаянно.

- Нет... Возвращайтесь в дом, - это абсурдно, но мне стыдно смотреть ей в глаза, словно я не защищаю, а держу её в плену. - Выходить не положено.

Но это же ради её безопасности. Опуская обиженный взгляд, обнимает себя за плечи. И отвернувшись медленно бредёт обратно. А я как пёс втягиваю напоследок головокружительный запах её волос. В груди неконтролируемый трепет.  Какая она... Анечка!..

- Белый, ты спишь вообще когда-нибудь?

Спать я умею даже стоя и с открытыми глазами, если нужно. Но сегодня вообще не спалось…

Не выходит она из дома. И из комнаты не выходит. И на балкон не выходит. Я уже десять кругов за утро нарезал! И на ступеньках потусовался… К завтраку не вышла.

Хочется при свете ее рассмотреть. Только вот, я – «тень», и беспокоить не велено.

Но сегодня я какая-то бодрая и вдохновленная тень, несмотря на то, что не спал. Внутри бурлит от нетерпения.

- Надежда, можно мне кофе? – заруливаю на кухню.

- Минуту.

- А Анна не выходила?

- Она не выходит сама с тех пор как Аркадий Иванович попал в больницу.

- А почему?

Бросает на меня многозначительный взгляд.

- Теперь в этом доме надолго не задерживаются те, кто вопросы задает. И тем более те, кто на них отвечает. Я и так одна осталась из прежнего персонала. Не задавай вопросов. Никому. И в происходящее не вмешивайся, если хочешь работу сохранить.

- Понятно.

Вмешиваться нам и так запрещено. По уставу. Только если нарушается закон и можно влететь по статье «бездействие», тогда мы обязаны реагировать. В остальных случаях мы просто шкафы и стоим у стенки, если происходящее не касается заключенного контракта.

Надежда протягивает мне кофе.

- Благодарю.

Из гостиной доносится голос Руслана. Выглядываю. В костюме, с кожаным портфелем.

- Давай за руль. Ты нас сопровождаешь.

- Пять минут.

Сделав поспешно пару глотков кофе, ухожу к себе во флигель, переодеться. Тонкий броник, кобура, надеваю сверху пиджак. Выглядываю в окно.

Руслан подаёт руку, вышедшей из дома Анне, ведёт еë.

Мда. С мальчиком ее сегодня не перепутаешь. Светлое платье с пышной юбочкой чуть ниже колен. Такое... в стиле старых америкосовских фильмов. Зефир воздушный.  Ей очень идёт.

Туфельки на каблуках, хрупкие щиколотки...

Талия тонкая-тонкая...

Юная, свежая...

Она поднимает взгляд на моё окно, словно чувствуя, что заглядываюсь. Я залипаю в её больших светлых глазах. Грустных.

У-у-у... Какая девочка!

Сердце тарабанит. И это либо слишком крепкий кофе. Либо я влип… Ну какой к черту кофе?!

Тебе не светит, Белый. Не залипай.

Отвожу взгляд. Облизываю пересохшие губы.

Чего же ты такая печальная, а?

- Беляев, ну где ты?!

Спускаюсь вниз.

Руслан, не отпускает пальцы Анны. Она, поджав губы, покорно стоит рядом, невидящим взглядом смотря сквозь меня.

Он источает что-то такое... Так плотоядно смотрит на нее, что у меня начинается изжога. Так себе из него родственник. Мне хочется оттереть антисептическими салфетками ее пальчики от его прикосновений.

Отвлекаясь на разговор по телефону отходит от неё.

Я открываю ей дверь, подаю руку. Не поднимая глаз, вкладывает свою. Ощущение от нее - послушной куклы. Только там за пеленой в ее глазах, иногда все внезапно оживает и трепещет. Сжимаю пальцы рефлекторно, желая получить хоть какое-то внимание. Взгляд фокусируется.

Сердце, вздрогнув, сбивает меня ощущениями.

Что я хотел сказать?

- Нас не представили. Я…

- Опаздываем! – резко бросает Руслан.

Анна отводит взгляд, садится в машину.

Черт!

Отпускаю ее пальчики. Сажусь за руль.

- Dove  stiamo  andando? A padre? - у меня всё вибрирует в грудине от её голоса.

- Sì. Ma non... subito, dopo, - отвечает он ей. - Белый, в паспортный стол.

Я начал учить итальянский. Но понимаю сейчас только "padre" - отец и "subito" - немедленно, быстро.

Руслан сидит в телефоне.

Анна смотрит в окно, обняв себя за плечи. На каждом светофоре я пялюсь в зеркало заднего вида. На ее мушку над пухлой губой... и то, как падают вниз густые ресницы. Ну и... конечно же в выразительное декольте. Там, в глубокой манящей ложбинке, спит крупный кулончик...

И снова жадно облизываю губы, словно наяву чувствуя его языком.

Рядом с нами на светофоре тормозит байк. Взгляд Анны немного оживает. Разглядывает с любопытством хромированные детали.

Тебе нравится? Я бы тебя покатал...

Покусывает губки. Опять невидяще глядя перед собой. Ну чего ты такая?

Поцеловать хочу до головокружения и ломки! На секунду встречается с моим полыхающим взглядом. Дыхание перехватывает. Закрываю глаза, пряча то, что в них. Сглатываю ком в горле.

Сзади сигналят. Зелёный! О, черт...

Чуть более резко, чем надо давлю на газ, вписываясь в поворот. Паркуюсь возле паспортного. Выхожу, открываю ей дверь.

Подаю руку.

Посмотри на меня...в глаза посмотри! Ну!..

Она поднимает взгляд. Ищу там хоть толику заинтересованности. Но там только обречённая остекленевшая печаль.

- Анна... - вырывается у меня. - У тебя всё хорошо?

Веду пальцем по ладони.

- Non capisco il russo.

- Совсем не говоришь? А понимаешь?

Равнодушно пожимает плечами. Значит, я выучу итальянский.

- Пойдем, Анна. Пойдем... - забирает ее Руслан.

Провожаю до дверей. Ухожу к тачке. Всовываю в губы сигарету. Жадно затягиваюсь.

Роман с Ингой закрутить раз плюнуть. Дешёвая она телка. Хоть и богатая. С Анной же... нихрена. Не видит меня. Я - персонал, тень, невидимка. Ещё и барьер языковой.

Открываю переводчик, ищу какие-то фразы.

"Sei molto bella".

Как будто она не знает, что красивая! Пошлятина какая-то банальная.

А что говорить-то?!

Я вспоминаю ее глаза. Тревожные грустные...

- "Sono sempre lì..." - я всегда рядом... Вот!

Запоминаю несколько фраз. И совсем не тех, что нужны для сонастройки с ней, как с «объектом». Совсем не тех...

- Bella... Очень красивая! Dare un bacio... Целовать, да. Ti voglio! Очень хочу... мм!

Белый, ты ебанутый? Потек тут как пацан. Вокруг смотри. Тебя же не зря наняли. Женихов у нее и без тебя вагон. А телохранителей нет. Все равно ты ничего этого ей не скажешь. Завязывай.

Внимательно осматриваю тачки на парковке. Ищу другие выходы. Черный выход... Вздрагиваю!

Анна! Срывается лёгкой птичкой с крылечка у безликой двери, только взлетает зефирная юбка на мгновение, обнажая колени. Бежит к проезжей части.

У меня волосы становятся дыбом.

Мысли несутся - что там произошло?! От чего бежит??

Отщелкиваю заклепку кобуры. На адреналине лечу к ней.

Анна выскакивает на дорогу. Водители резко бьют по тормозам. Тачки со скрипом тащит по покрытию. Орут клаксоны...

Она зажмуривается, съёживаясь посреди проезжей части в шесть полос. Вскрикивая, ловит ладонями капот, который тормозит в миллиметрах от нее.

- Блять! - ускоряюсь, задохнувшись от ужаса.

Из тачки выскакивает водитель, с криками наезжая на неё. Кто-то матерится из окна другой. Она дезориентированно оглядывается. Замечая меня, срывается с места снова. Но я, успеваю подхватить за талию.

- Аня! Стоп! Что ты делаешь?!

- Идиотка! Жить надоело?! - несётся с разных сторон. – Пьяная что ли??

- А ну-ка нахер все по тачкам! - поднимаю вверх ствол.

Водилы сразу тормозят с комментариями, поднимают стекла.

За талию тащу ее за припаркованный грузовик.

- Что случилось? - закрывая собой, ставлю ладони на машину, ловлю взгляд.

Испуганно смотрит мне в глаза.

- Отпусти... - умоляюще шепчет беззвучно. - Per favore…

- Куда отпустить?!

- Верона... Домой…

- Ты что??

В шоке она что ли? Опять ее отпусти...

Я же туда не попаду. В Верону эту. Не выездной я... Бредишь, Белый? О чем ты вообще?! А она о чем??

Смотрю в её испуганные глаза. Прижимаю к себе, оглядываясь поверх ее головы

- Все нормально.

Удерживая ее за руку, выглядываю из-за машины.

Руслан. В порядке. Но злой. Стоит открыто, в тачку не садится. Набирает на телефоне... Меня!

- Белый, - отвечаю.

- Поймал беглянку?

- Ага.

- Веди обратно.

- А что произошло?

- Приглючилось ей. Она у нас немного не в себе.

- Понятно... Предупреждать надо, Руслан Львович.

- Считай, что предупредил.

- Пойдем в машину, Аня. Там безопаснее.

Веду за руку. Она снова - равнодушная кукла.

- Почему ты побежала?

- Non capisco il russo.

- Но немножко же понимаешь, да?

Молчит...

В руке зажат паспорт.

Помогаю ей сесть на заднее сиденье к Руслану. В машине звенит от напряга. Что за херня?...

- Музыку включи, - распоряжается он.

Кручу катушку, ловя волну с приятной музыкой. Поглядываю в зеркало. Он вытягивает паспорт из ее руки. Убирает в сумку.

- Потеряешь.

- Voglio andare da mio padre! - срывается ее голос на рассерженные и отчаянные нотки.

- Не умеешь себя вести, Анна,  - негромко. - Визит отменяется. Non oggi.

Какой-то он... мудак! Слишком по-хозяйски с ней.

Взгляд постоянно скользит на витражи на входе. Тянет зайти в дом. Но объективного повода нет. Я только оттуда и на три раза обошел его. Анна не выходит…

Увидеть хочется до зуда! Я вдруг осознаю, что у меня всего-то пара недель здесь. И потом нас не станет друг для друга. Ну, меня-то в целом и сейчас для неё нет. А я хочу быть…

И как влюбленный баран, я рассматриваю розы на клумбах, с тоской понимая, что не имею права ей даже букет подарить.

Вечерок сегодня теплый, снимаю футболку, поглядывая на воду в бассейне.

- Еще холодная, - опускает книгу Тамара Львовна, сидящая на шезлонге. – Обогреватели не установили.

- Главное - жидкая.

Мне как раз нужно остудиться. Что-то не туда меня несет.

 - Вы не против, если я окунусь.

- Ради Бога... Бассейн в твоём распоряжении.

Скидываю джинсы на шезлонг, накидываю на кобуру футболку, чтобы не бросалась в глаза.  И с борта ныряю в воду. Тело оглушает холодом. Выныриваю в лёгком ощущении эндорфинового шторма.

Как же заебись после этого долгого, тяжёлого и пыльного дня! Губы растягиваются в улыбке.

- Надя, принеси Василию полотенце, - распоряжается Тамара Львовна. - И кофе. Сладкий.

Подтягиваюсь на борт. Встаю на ноги. Тамара Львовна стреляет мне взглядом на шезлонг рядом.

Ой...

Встряхиваю головой, "умывая" ладонями лицо.

Мне выносят полотенце. Вытираюсь под ее голодным взглядом. Оборачиваю бедра. От прохладного ветерка - мурашки. Присаживаюсь, получаю свой кофе.

- Благодарю...

Прислуга уходит, оставляя нас вдвоем.

- Василий, можно тебя попросить принести мне из моей комнаты... теплый палантин. Он на кровати.

Ага! И как я только туда зайду, ты пожалуешь следом. И хрен я отмахаюсь, да? Знаем, проходили!

Поднимаюсь, отставляя чашку.

- Сейчас организуем.

Делегирую распоряжение Надежде, стоящей у входа в дом.

- Анна к ужину не спускалась?

- Нет.

- Проверю, всё ли в порядке, - бормочу я.

Белый, ты дебил? Полный! У тебя ствол остался в джинсах на ремне. Что ты нахуй делаешь?

Иду, блять, наверх! Что же ещё?? В полотенце и босиком.

Стучу тихо в дверь. Не отвечает. С тревогой дёргаю за ручку.

Анна подлетает с кровати, делая шаг назад. Прячет что-то за спиной. И растерянно... нет, испуганно смотрит мне в глаза. Растрёпанные волосы падают на лицо.

- Stai bene, Анна? (Ты в порядке?)

Я выучил, да.

- Sì... - выдох.

Закрой, мать твою, дверь, долбоеб неадекватный! И вернись за стволом.

Бегом спускаюсь вниз.

Что это было сейчас, а?! Профи, блять. Громов у тебя лицензию отберёт за такие выкрутасы лично.

Внизу лестницы натыкаюсь на Тамару Львовну. Она удивлённо дёргает бровью.

Да-да... Я не в логове Черной вдовы! Извините.

Недовольно хмурясь, открывает рот для тирады, из глаз сочится сарказм.

- Тамара Львовна, - тихо окликает ее горничная, протягивая палантин.

- Спасибо... - терпеливый вздох.

Это адресовано мне. Оборачиваясь к Надежде бросает ей беззвучно - "пошла вон". Я вижу в отражении зеркала.

- Замёрз? - проходятся коготки по моему прессу.

Сокращаюсь, делая шаг назад.

- Аха... Пойду, оденусь, - нервно улыбнувшись, сбегаю.

Ну против я того, чтобы меня жрала эта дамочка. У меня от Анны сердцебиение. И я весь в ней.

Мои джинсы, естественно на месте. И никто не лез в кобуру. Но это никак не оправдывает моего неадеквата. Все, Белый, завязывай! Ты на работе, твою мать.

В дом идет Руслан с букетом цветов. Провожаю его ревностным взглядом. Останавливается.

- Всё в порядке?

- Всё в порядке, Руслан Львович.

Не считая того, что мне хочется тебе въебать.

- Ну, молодец…

Я молодец, да. Не въебал.

Ключ я подкинула обратно, стащив из ящика папин пистолет и со стола свой паспорт. Открываю Российский - Анна Аркадьевна Чайкина. Куда их спрятать? В комнате нельзя. Обыскать ее проще простого! Выхожу на балкон. Шпалера идет от земли до самой крыши. Там несколько гнёзд стрижей. И можно залезть и засунуть их туда, под черепицу. Но моя паранойя говорит мне, что если придумала я, чтобы спрятать, значит и догадается тот, кто будет искать. Надо там, где никто не будет искать.

С балкона видна освещенная зона парковки. Там машина Руслана. Держа в руках большой букет, он говорит с этим новым молодым охранником. Живот сжимается от страха и тревоги.

Руслан идет в дом. Кому цветы?... Страшно - вдруг мне? Это значит, что он зайдёт сейчас сюда.

Прячу пистолет в свою сумочку. Сдергиваю с себя вещи, оставаясь в футболке. Прячусь под одеяло. Сердце пульсирует так, что оглушает. Паспорта лежат в кармане кофты...

Зачем я разделась?! Уж лучше быть в штанах, если он зайдёт сюда. И только я сжимаю одеяло, чтобы сдернуть его, надеть что-то более закрытое, как дверь в мою комнату открывается без стука. Зажмуриваюсь...

По запаху его парфюма чувствую, как приближается. Сердце ускоряется от страха. Рядом со мной на подушку ложится букет. Это глупо, но я продолжаю делать вид, что сплю. Как же еще защититься сейчас?..

- Анна... - рука скользит по одеялу, от моей щиколотки к коленке... выше...

Рефлекторно переворачиваюсь на бок, поджимая колени к животу. Влажные губы утыкаются мне в шею. Замерев, я понимаю, что сейчас разрыдаюсь. Язык скользит по моей коже. Не выдержав, дергаюсь, отталкивая его от себя. Спасает меня его вибрирующий телефон. Смотрит на экран.

- Я сейчас вернусь, ... Torno subito, tesoro! - поправляется он.

Сокровище? Да уж! Выходит из комнаты, оставив дверь приоткрытой. Я, превращаясь в слух, пытаюсь уловить каждое его слово.

 - Да... да! Мне нужно, чтобы представитель загса приехал прямо сюда.

Загса?.. загса... загса... Незнакомое слово!

- Отправь кого-то адекватного, чтобы не задавал лишних вопросов. Данные? Анна Аркадьевна Чайкина. И Руслан Львович Тур. Какие тебе еще нужны данные? Ксерокопии паспортов? Я сброшу... Паспорт уже на руках. Свадьба? Ну конечно нужно оформить церемонию, но уже после. После, да. После того как она подпишет документы. Поторопись! Обстоятельства могут поменяться в любой момент.

Чего?!

В русском так много синонимов. Мне сложно разобрать беглую речь. Брак – это свадьба или поломка?

Слышу, как разговаривая он ходит по коридору. Сдернув со стула свою кофту выбегаю на балкон, но под ним один из охранников. Мы встречаемся взглядами. Залетаю обратно, выглядываю в коридор. Руслан спиной ко мне, в самом его конце. Продолжает свой разговор. Я крадусь мимо него по лестнице вниз. Он везде найдёт меня, если захочет. Но по-детски мне хочется оттянуть этот момент, попробовать спрятаться. Нужно было взять пистолет? И что с ним делать? Я даже не знаю  заряжен ли он. И как его использовать - тоже.

- Анна!.. – слышу, как тихо зовёт меня. - Куда ты сбежала, плохая девочка? Я тебя найду...

От азарта в его голосе, меня окутывает слабость, страх и безнадёга. Прижав кофту к груди беспомощно оглядываюсь.

- Если ты будешь бегать от меня, я посажу тебя на золотую цепь, Анна!.. Я не настроен сейчас играть в догонялки и прятки. 

Что бы он не сделал со мной, ему все сойдёт с рук. Кто заступится? Папа? Он не приходит в себя. Тамара? Не-е-ет... Она с радостью станет соучастницей этой экзекуции. Эти его псы цепные? Тоже - нет. Скорее подержат по его приказу. Полиция? Как до нее добраться, и кто мне поверит? Руслан всех купит. Это же Россия.

- Анна, - чуть громче. - Вернись!

Сверху его глухие шаги. Я бегу ниже, в цоколь. Там много помещений, я запрусь где-нибудь. Первое куда забегаю - винный погреб. Вытаскиваю бутылку из ближайшей стойки. Перехватывая ее за горлышко, разворачиваюсь к двери. Отличное решение, Анна. Хочешь разбить ему голову? Очень!!! Ты думаешь у тебя выйдет? А дальше что?

Пока что он с тобой играет – цветочки, ручки, поцелуи. Но если ты его разозлишь... Прятаться здесь совершенно негде и изнутри дверь не запирается. Выглянув в коридор, я перебегаю в спортивный зал. Комната метров тридцать. Вся стена зеркальная. Выключаю тусклый свет. Напротив зеркал - оббитый мягким угол и тренажёры. Один еще в коробе. Отчаявшись, сажусь за него на мягкий мат. Этот уголок не просматривается в зеркала. Прижав к себе кофту и нечаянно прихваченную бутылку вина, смотрю на высоко расположенные приоткрытые фрамуги. Там видно чьи-то ноги.

- Беляев! - слышу голос Руслана.

- Да, Руслан Львович, - подходит, судя по голосу именно тот охранник, который задержал меня.

- Никто из дома не выходил?

- Нет.

- Точно?

- С парадного входа - нет.

- Ясно... Короче, пусть Костя по территории посмотрит, а ты в доме поищи.

- Кого поискать? - подозрительно.

- Анну. Она... немного расстроилась. Куда-то спряталась. Найди мне ее. Уложу ее спать.

- Понял.

Смотрю на бутылку вина в своей руке. Оно еще молодое и только слегка запечатано пробкой. Никогда не пила алкоголь, хоть и жила в городе, где культ вина. Пора начинать. Потому что, если уж Руслан найдет меня сегодня, я не хочу чувствовать, не помнить, как он будет укладывать меня спать. Морщась кручу торчащую пробку, расшатывая ее. С тихим хлопком пробка вылетает. Вино игристое, и, вспенившись, выливается на мои обнажённые бедра. Делаю глоток сладкой крепкой жидкости. Язык щиплет от газа. Горло перехватывает. Оно сопротивляется, не желая впускать алкоголь. Морщась глотаю еще и еще. В животе становится тепло, в голове мутно... Немного подташнивает. По щекам льются слезы.

Через несколько вымученных глотков, ужас и паника отступает, сменяясь равнодушием и заторможенностью. Внезапно включается свет. Сжимаясь, закрываю глаза. Словно от этого не я перестану видеть, а меня. Уходи... уходи... уходи!!! Но шаги приближаются и затихают совсем рядом. Нет, реальность не хочет раствориться в алкоголе! Она, к несчастью, неотвратима.

Открываю глаза. Встречаюсь взглядом с тем молодым охранником. Он возвышается надо мной. Спортивный, очень крепкий. Мышцы растягивают ткань футболки. Ремни от кобуры подчёркивают идеальный силуэт, он словно с обложки мужского журнала. Сильный, наверное...

Как жаль, что эта сила не защищает, а направлена против меня! Присаживается передо мной.

- Привет...

Смотрю в его обеспокоенные глаза. Слёзы неконтролируемо льются по моему лицу ручьями. Делаю глоток вина из бутылки и, давясь, проглатываю. Его взгляд скользит по моим мокрым бедрам.

- Что случилось?

- Non capisco (не понимаю)... - шепчу я по привычке.

- Так... - решительно. - Дай-ка мне её.

Забирает бутылку, оставляет в сторону. Сжимает мои кисти, тянет на себя.

- Пойдём...

- Ti prego! Non farlo...(прошу тебя! Не надо...) - вырывая руки, умоляюще складываю ладони.

- Я не понимаю, - расстроенно пожимает он плечами. - Ты напугана?

Хмурится, втирая большим пальцем слёзы с моей щеки.

- Да... - неуверенно киваю я.

Вино вскружило голову, и мне сложно контролировать свою легенду с языком. Я наивно надеюсь, что он не отдаст меня Руслану. 

- Давай, я отведу тебя в комнату?

- Non!

Всхлипывая сжимаю его крепкую руку, заглядывая в глаза. Ну, пожалуйста…

- Тихо... тихо... - аккуратно прижимает меня к себе. - Всё хорошо.

Замерев, мы сидим так на матах.

- Что же мне делать? - пальцы чуть ощутимо скользят по моим волосам.

Мне становится парадоксально тепло, чувство защищённости отключает. Он так пахнет... Чем-то древесным... немного табаком... глубокий мужской запах заливает меня до макушки.

 - Пожалуйста... - глажу я его по груди.

Пальцы скользят по рельефным перепадам мышц. Глажу потому что, мне хочется, чтобы кто-то пожалел и погладил меня также. А я сейчас пьяная и всё путаю... Но это почему-то работает, и он гладит в ответ.

В коридоре шаги. Я дергаюсь, забиваясь обратно в свой угол. Охранник встаёт, поднимая бутылку.

- Здесь? - слышу голос Руслана у двери.

- Нет... здесь нет, - уверенно. - Но была, судя по всему.

Слышу плеск вина в бутылке. Меня резко расслабляет и начинает трясти. Не сказал...

Через пару мгновений свет выключается.

 - Ладно, найдёшь, отведи ее спать. Я тоже пошел...

Через полчаса парень возвращается. Но свет уже не включает.

- Пойдем, Анечка... – обнимая, помогает мне встать.

Меня шатает от стресса и вина. Обняв за талию, он ведет меня наверх. Я как отупевшая безэмоциональная кукла. Кончилась... Жмусь к нему, интуитивно ища защиты.

Надо сказать ему спасибо, но я не могу говорить.

Усаживает в комнате на кровать. Мочит в ванной полотенце, протирает мои липкие от вина бедра. Прикладывает холодное полотенце к щекам.  Внимательно осматривает мои запястья. Тактично и не касаясь отводит волосы, разглядывая шею. Как ребенка укладывает в кровать. Закрывает одеялом. Присаживается перед кроватью, заглядывая в мои расфокусированные глаза.

- Меня зовут Белый... ты понимаешь?

Положительно моргаю.

- Я здесь побуду, - показывает на кресло. - А ты спи. Понимаешь?

Чуть заметно киваю. Белый... Белый - это цвет. 

- Bianco... - пьяно бормочу я.

Меня отключает.