Ничья. Его Истинная - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Рианнон Шейл (самиздат)

– Теперь мы официально женаты, – оборотень берет меня за запястье и целует в ладонь.

– Это же расчет, – вытягиваю свою руку из его хватки и прячу в карман. Стараюсь не смотреть в глаза своего мужа. Ведь это фиктивный брак. У меня нет цели заинтересовать его как женщина. Он, к счастью, меня не интересует, поэтому переживать за испытываемые эмоции по отношению к нему я не буду. Нет ни эмоций, ни чувств. Только расчет.

– Может, ты все-таки дашь нам шанс?

Эмир – привлекательный мужчина. На него, должно быть, вешаются все женщины, а досталась ему я. Которая вешаться не собирается. Не на него, не из-за него. Разве что только он сам меня не повесит однажды. На это есть причины. Дело не только в бизнесе, но и в моей семье. Поэтому прежде чем волк что-то заподозрит, я должна была пойти на этот риск…

– Николь, – он снова берет меня за руку и вынуждает посмотреть в его глаза. Я покорно ведусь на его силу. Да, он сильный и могущественный Альфа в своих кругах, да и не только. И я должна быть очень осторожной.

– Ника, – улыбаюсь непринужденно. – Просто Ника.

– Просто Ника, – его пальцы касаются моего подбородка. – Я сказал, что закрою глаза на инцидент с вашей фирмой и покрою все расходы взамен на…

– На меня, – продолжаю улыбаться.

– Сказал же, что давить на тебя не буду. Извини за эту поспешную свадьбу, но так лучше.

Интересно для кого?

– Я боялся, что кто-то тебя уведет, а ты просто запала мне в душу, – он касается моих волос. Неприятные мурашки бегут по плечам. Мне в мгновение становится холодно. Не люблю, когда меня трогают, только, как ему об этом сказать? Но Эмир убирает руку, кажется, догадавшись о моих эмоциях, которые не скрылись с лица. – Сейчас ты моя жена только на бумаге, но я надеюсь, что ты однажды придешь в мою спальню по собственному желанию. Что ж, идем, я познакомлю тебя кое с кем.

Сегодня мы едем в загородный дом в одной машине, но, надеюсь, он сдержит свое обещание и позволит мне водить собственную. Больше всего хочу, чтобы ворота, которые сейчас закрываются, завтра открылись вновь.

Водитель достает чемоданы и уносит в дом, а Эмир подает руку и помогает выйти из салона. Я нехотя сжимаю большую ладонь, стараюсь смотреть под ноги. На мне высокие каблуки, я не люблю их, но сегодня была вынуждена надеть туфли красоты ради. С тех пор как начала ходить к каблукам любви я так и не испытала.

– Теперь это твой новый дом. Точнее, один из. В эмиратах у меня трехэтажная вилла. С большим бассейном.

– У тебя есть еще жены? Какая я по счету? – мы оба смеемся и идем, держась за руки в дом, а потом он резко подхватывает меня на руки и останавливается, чтобы посмотреть в мои глаза. Я тревожусь и нервно сглатываю.

– Больше жен у меня нет, но моя религия позволяет мне иметь четырех жен. Не переживай, мне это ни к чему, если ты станешь моей. А ты станешь, – утвердительно шепчет мне в ухо. – Ладно, зайдем в дом.

Перешагнув порог он, наконец, ставит меня на мраморный пол. Что и требовалось ожидать. Вычурно – богато. Как у нас в Италии. Страшно представить, что в эмиратах. Но что-то мне туда совсем не хочется. Ни один тюрбан не скроет мою львиную гриву.

– Познакомлю тебя со своим братом. А вот и он, мой старший брат Архан. Архан, познакомься с моей женой, Николетт.

Три года назад

Ну и какая может быть жизнь у оборотня, который не просто не обращается в истинную форму, но еще и не ходит. Это полное фиаско. Оборотень на коляске. За три года я успела с этим смириться, пока не встретила его…

Каждая волчица рано или поздно встречает того самого оборотня, от которого мурашки по всему телу, бабочки трепещет в животе, тараканы устраивают пляски и блохи поют серенаду любви. Ладно, про блох я пошутила. Но первая приходящая мысль в этот момент – он мой истинный. Пусть возьмёт меня целиком и полностью и заполнит собой каждую клеточку моего тела, остатка разума, мысли и чувства. Теперь мы принадлежим друг другу до самой смерти.

Каждая влюбленная человеческая девушка, впервые влюбляясь, считает, что он ее пара, судьба или посланный богом. Кому как угодно.

В общем, волчицы недалеко отошли от примитивных людей.

Но ни в чем я не была так уверена как в том, что этот волк – мое будущее.

Его зовут Архан. Это все, что я знаю. Хотя нет. Он невероятно красив, пахнет безумно вкусно и слажен умопомрачительно правильно и, конечно же, градус его сексуальности неизмерим.

При первой нашей встрече Архан почувствовал, что я не человек, но скрыть свое удивление от меня не удалось, когда Вика сказала: «Девушка не ходит». Тогда мне хотелось провалиться под землю, потому что стыдно. Волчица, не умеющая ходить – это самая слабая волчица, которая не смогла обернуться в волчью шкурку. Такое бывает, но очень редко. Такое лечится? Нет, во всяком случае, я о таком не слышала. Но сейчас другое время, много технологий, продвинутая медицина, и мне хотелось бы верить, что однажды, все-таки я смогу хотя бы ходить на двух человеческих ножках.

Архан подошел к машине и поднял меня на руки. Сердце в тот момент было готово выпрыгнуть из груди и это действительно чуть не случилось, когда подоспел мой братец. Наверное, будь я на месте Руслана, то моя реакция была бы такой же незамедлительной. Но брат не был вспыльчив, он был рассудительным, а главное, он был на своей территории. Волчья перепалка длилась недолго и… молча. Перекинувшись взглядами, оборотни разошлись.

Больше я не видела Архана, до определенного момента…

Как раз таки до этого самого момента в жизни моего брата произошли крупные изменения! Он нашел свою истинную, которая вдобавок оказалась человеком! Именно она, Вика, и послужила причиной моего недосыпа, ведь если бы не эта человечка, я бы не встретила Архана и спала бы дальше спокойно, но нет! Как уснешь теперь после произошедшего? После того, как он посмотрел в мои глаза, как взял на руки и, чуть склонившись к шее, вдохнул в себя мой запах, заставив этим действием биться сердце чаще, а щеки залиться свекольным цветом. Понюхать кого-то у оборотней означает показать свою заинтересованность. Так что абы кого мы не нюхаем. И вместе с этим о запахе можно узнать все что угодно о человеке, оборотне или о ком-либо еще. Как ни странно, но аромат тела способен сдать с потрохами все твои чувства. Сейчас я не была готова признаться оборотню, что он мне запал в душу с первой секунды, как наши взгляды встретились. Но, увы, убежать я была не в силах. И стойкая уверенность поселилась во мне, что если бы мы оказались наедине он позволил бы себе меня лизнуть. Чего греха таить, я бы не сопротивлялась.

После нашего скоропостижного расставания я приняла серьезное решение – пройти лечение в России, где суровый холодный ветер, дождь и снег, а главное, какой-то крутой врач, который знал об этом волчьем недуге, который меня поразил несколько лет назад при первом перевоплощении.

До встречи с Арханом я смирилась с мыслью, что больше никогда не буду ходить. А потом всего лишь одним взглядом он вселил в меня надежду. Я посмела мечтать, что однажды я смогу преодолеть самую ужасную боль и стану полноценной волчицей. Для него стану. И я найду его, чего бы мне этого ни стоило, а на ногах шансы увеличивались в разы.

На тот момент мне действительно казалось, что он тот самый. Он мой. Между нами точно что-то есть. Точно! Иначе не понимаю, почему сердце щемится от боли и радости одновременно, когда думаю о нем. Когда вижу его, стоит только закрыть глаза и мысленно прошептать его имя.
Но в один момент все изменилось. Скользкая дорога, сильный снегопад, возможно, пьяный водитель. А может, он просто устал или не справился с управлением из-за погоды.
Вика среагировала мгновенно. Такой тест-драйв в моей жизни еще не был. В ее, похоже, тоже. Только тормознуть оказалось проблемой. Хоть мы и миновали машину, но снесли бордюр, а следом слетели вниз и угодили в дерево.

Никогда так сильно я еще не хотела жить. Даже согласилась бы на это чертово замужество, которое должен был в скором времени навязать мне отец.

Но он не успел.
Добро пожаловать в новую историю про оборотней. Не забудьте подписаться и поставить лайк :) Вам мелочь, а мне ну очень приятно !:)

АРХАН

Впервые после смерти жены я испытал дикую агонию. Пребывая на стоянке частной клиники, так и не успев туда попасть, я потерял сознание.

– Переутомление, – говорит человек, который зовётся доктором. Человек, занимающийся лечением оборотней это, по меньшей мере, странное явление, точно такое же, как и оборотень, решивший внезапно отрубиться.

– У меня не может быть переутомления, – заключаю и поднимаюсь с кушетки, чертовски твердой, что даже мышцы ноют. Она что, из цемента? – Долго я был в отключке?

– Около часа. Но ваши показатели в норме.

– Еще бы, я же оборотень.

– И, тем не менее, не дойдя даже до ресепшена, вы потеряли сознание. Как думаете, что этому могло послужить?

– Ну знаете, – смеюсь я. – Доктор же вы.

– У вас была запись на сдачу крови. С ней, как мы выяснили, все в порядке. МРТ показало, что все в норме, от УЗИ вы отказались. Итак, что вас тревожило, что вы решили записаться?

– Тяжело объяснить… человеку.

– А вы попробуйте.

– Даже стараться не буду. Раз все нормально с МРТ, как вы говорите и с анализами крови, тогда я пойду.

Человек, именуемый доктором, уходит, оставив мне распечатанные анализы. Я же ни черта не понимаю, что сейчас было. Может все? На этом моя жизнь закончена? Она должна была закончиться еще несколько лет назад, когда умерла Лейла. А я все еще живой, и это не радовало.

Переодевшись в свою одежку, которую с меня успели снять, я решил поскорее свинтить отсюда. Угнетающая атмосфера, да и работнички.

Да только далеко мне уйти не удалось. Очередной приступ и, кажется, уже сердечный. Хватаюсь за сердце. Мощные удары, быстрые, громкие, и дикая боль. Коридор кружится. Не вижу никого из персонала. Облокотившись рукой о стену, пытаюсь идти вперед, пока не натыкаюсь в коридоре на маленькую рыжую девчонку. Я не мог ее не узнать. Ее дерзко-рыжие волосы приковывали взгляд как волшебный закат. Я даже забыл, как мне было хреново несколькими секундами ранее. Все мое внимание было приковано к рыжей гриве. И среди медицинских запахов я отчетливо чувствовал ее.

Запах клубники, шоколада и слез.

– Вика, забери меня, пожалуйста, – девчонка всхлипывает и вытирает поспешно слезы. – Нет, я в больнице. На физиотерапии. Пожалуйста, забери меня, только не звони папе и Руслану. Просто забери меня и все.

Выключив телефон, она вытирает щеки. И уставившись в пол, долго смотрит в одну точку. Зачем-то я стою за стеной и наблюдаю за этим. Зачем? Хотел бы я знать.

Наверное, прошло около пяти минут, как медсестра соизволила подойти. В руках ее была рыжая шубка принадлежащая девчонке. Такой же рыжей. И лисой не поворачивается язык ее называть. Скорее белка. Точно. Бельчонок. Только жаль, что такая юная и находится здесь.

Оборотни сильны, но не бессмертны. И у нас есть свои недуги. Иногда пострашнее человеческих. Какую боль ей пришлось пережить знают не многие. При первом обращении ломаются все кости разом, но эта боль быстро забывается, как только ты совершаешь первый забег. Последующие перевоплощения происходят не болезненно, зато каждый раз волнительно, а те, кто так и не смогли обернуться полностью, получают травму на всю жизнь. Кости, которые в момент превращения сломались, так и не обретя нужной формы, срастаются мгновенно и снова ломаются. И так несколько часов агонии. Это самое жестокое, чем мы поплатились. Не каждый, но кому-то досталось будто за всех и, глядя на эту хрупкую девочку страшно даже мне представить какого ей. Но то, что она не сдается, несомненно, радует. Хотя кто я такой, чтобы этому радоваться. Мне должно быть все равно. Но тот факт, что это было не так меня начал напрягать, и я решил поскорее покинуть клинику. Она еще при первой встрече всколыхнула мой интерес к ней, заставив себя понюхать. Нет, конечно, девчонка не заставляла, меня это вынудила сделать природа. Инстинкт. Только вот это был половой инстинкт как при выборе партнера на сезон. Это было странно. Впрочем, она красива и, возможно, единственная проблема ее здоровья – это полноценное передвижение. Внутренняя сущность это никак не расценила. Ее аромат говорил о том, что она здорова и готова выносить потомство.

Вижу, как медсестра куда-то уводит белку, я же спускаюсь по лестнице и направляюсь на стоянку. Сев в машину очередной раз загрузился. Почему она плакала? Впрочем, почему я этим интересуюсь. Она мне никто. Но какова вероятность ее встретить второй раз да уже в России? Мир действительно тесен.

Сижу в машине, отъезжать не спешу, мысли о девчонке продолжают разрастаться, пока я зачем-то смотрю на двери клиники, которые открываются и закрываются. Потом девчонка выкатывается на своем кресле сама. Без кого лицо и, укутавшись в шубу, подняла голову, подставляя лицо падающему снегу.

Маленькая дурочка. Мерзнет. Заболеет. Чего вышла из клиники? И куда смотрит ее папаша, не понимаю.

Ко входу подъезжает красная иномарка и оттуда выбегает блондинка, лицо которой было ну очень знакомо. Ее-то я и видел в Италии вместе с этой рыжей, и недавно в лифте. Внимательно смотрю, как та пытается усадить мелкую девчонку на переднее сиденье, на удивление это делает легче, чем маленькое средство передвижения волчицы. Думал уже выйти и помочь, но кто-то подоспел раньше. Машина быстро погнала ну а я… наконец, очухавшись от непонятного наваждения, выехал следом, но уже по своим делам.

Всю дорогу донимали мысли, почему ревела девчонка? Ну, мало ли почему, она же мелкая, она не ходит, она подросток, в конце концов. Много ли надо девчонке для слез? Они же ревут всегда по пустякам. Вот хотя бы сломанный ноготь. Но уж больно Вика была встревоженная, явно не из-за сломанного ногтя, хотя откуда мне знать. Это же блондинка. Блондинка может сделать из чего угодно причину для слез, так же как и рыжая.

Подъезжаю к заправке, заливаю бак, попутно беру черный кофе. С сегодняшним приступом что-что, а кофе мне лучше не пить. Но если я и так скоро лапы закину, то какая разница? Можно в стакан и вискаря подлить.

Лишать еще себя кофе не имеет смысла. Снег сегодня хреначит по-особенному жестко. Не видно ни хрена. Он и прямо, и влево, и вправо. Пурга самая настоящая. Хорошо, что машин мало. И где-то недалеко от перекрестка я резко торможу так, что выливаю на себя этот самый кофе. Виски сдавило как строительными зажимами. Ну и зачем, спрашивается, выхожу из авто? Снег на удивление стих в несколько мгновений, как и мое сердце, которое замерло в ту же секунду. Я поворачиваю голову и вижу красную машину в кювете. Молниеносно мчусь туда.

Какого черта я делаю? Надо звонить в скорую! Только открыв дверь машины, меня передергивает со скоростью электротока по телу. Вижу эту самую рыжую, без сознания. Одну.

Бледная. Трогаю ее лицо, чуть теплая, кожа очень нежная. Главное, что дышит. Подхватив на руки маленькое недоразумение, несу ее в свою машину, попутно оглядываясь. Не вижу второй девчонки. И запахов никаких нет.

Уложив девчонку на сиденье, хватаю телефон и набираю… а кому, собственно?

Дочь Астархова… дочь Астархова. Это же, черт меня подери дочь Астархова!

Это дочь оборотня, который убил моего отца. Она дочь, внучка и сестра Альф, которые до сих пор держат свои позиции на огромной территории этой страны.

Возвращаюсь к машине, достаю из багажника кресло, которое человечка с трудом уложила. И не удивительно. Слишком большая железяка. Осмотрев машину, убедился, что Вики рядом нет. А ведь должна быть. Но не было. Нигде. Влезаю в салон, беру женские перчатки. Они явно принадлежат блондинке, так как рыженькая пахнет иначе. И обострив все волчье обоняние понял, что вблизи Вики нет. А раз нет невесты Астархова, это может значить одно. Похитили. Правда что-то не сходится. У Астархова старшего поболее врагов и оставлять мелкую было бы неразумно. Во всяком случае, живой. Наверное, я поступаю как полный отморозок, но кто я буду, если просто отвезу Веронику в больницу?

Через несколько часов я был уже дома. И не один. Не мог же я оставить рыжулю на произвол судьбы, впрочем, как и отвести в больницу тоже. Зачем то же она оттуда сбежала.

Девочка-волчица лежала в объятьях сна или же сотрясения. Осталось обдумать, что делать дальше? Хоть с Астарховым у меня были свои счеты, я не собирался впутывать туда его дочь. Она не вызывала у меня неприязни, презрения или же гнева. Наоборот. Еще при первой нашей встрече я знал кто она. И уже тогда она вызвала во мне сочувствие. А после, интерес.

Сейчас вовсе противоречивые чувства. И что-то внутри меня заставляет стать ближе к ней, прикоснуться, снова вдохнуть ее запах.

Какой же я все-таки урод. Наверняка ее везде ищут. Да не найдут. Снегопад, да и живу я за дамбой. Повсюду вода, куда ни глянь. Даже самая умелая ищейка потеряет след.

Ладно, лишь бы проснулась, а там видно будет.

А на лице царапина и засохшая кровь. Рука тянется прикоснуться к лицу, и надо же было именно сейчас ей открыть глаза. Уголок губ дернулся на радостях. Да у нее глаза морского цвета. Еще и большие. Чертова редкостная волчица, отмеченная Луной. Или это линзы?

– Это ты, – говорит хрипло и хмурится. – Я тебя помню, Архан. Мы же виделись в Италии.

Надо же, действительно помнит.

– Виделись, – отвечаю как-то грубо. Невольно, просто только сейчас понял какой мой голос рядом с ней. Девчонка вжимается в подушку и сжимает пальцами одеяло. – Не боишься меня?

Да боится конечно, и без того видно, но решил ей подкинуть смелости.

Осматривается, вертит головой уже более уверенно, и привстает на кровати, опираясь на руки. Я снова тянусь к ее щеке, рыжая смотрит завороженно за моим движением, и стоило коснуться ссадины, волчица жалобно заскулила.

– У тебя ссадина. Надо обработать, – старался сказать как можно мягче. Она коснулась своей щеки и скривила лицо, шикнув.

– Что со мной произошло и почему я здесь?

– Ты была в машине, которая упала в овраг. Я вытащил тебя.

– Тогда почему я не в больнице?

– Потому что я… похитил тебя.

Вопрос, когда я это решил? Взрослый мужик, а играю в такие игры еще и с малолетками.

– Похитил? – рыжая меняется в лице и взрывается хохотом, чего я явно не ожидал. – Да ты явно шутишь!

– Разве, похоже, что я шучу?

– О! Так мне следует бояться? Но мне не страшно. Я польщена!

Закусив губу, девчонка наматывает прядь рыжих волос на палец. Это еще что за херня? Кажется, у людей это флирт? Не хватало мне этого.

Ухожу ненадолго из комнаты и рыщу в полках на наличие медикаментов. Ни черта не нашел и пошел к машине. Там всегда лежит аптечка. Раскинув все на стол, нашел вату, спирт и пластырь. С этим медицинским набором я пошел обратно к девчонке. Она по-прежнему сидела на кровати, будто за несколько минут, что меня не было, она даже не пошевелилась. Смачиваю вату спиртом и тянусь к лицу девчонке, но та изворачивается словно ребенок.

– Будет больно?

– Будет. Не шевелись.

– Тогда не надо!

– Надо, иначе может быть заражение.

И опять же с чего я беспокоюсь. Это ведь не мои заботы. Но рука сама тянется, и стоило коснуться кожи, девчонка даже подскочила и двинула мне по руке.

– Не двигайся, – говорю серьезно и подсаживаюсь ближе. Сжав ее, не даю пошелохнуться. Сразу видно, что ей больно. Аж скрежет зубов слышу и самому неприятно.

Склоняюсь ближе и начинаю дуть на рану, а то еще заплачет, недотрога. А у меня аллергия на эти бабские чувства. Но то ли у меня сдвиг по фазе, то ли девчонка перенюхала спирта, но она подается мгновенно вперед и целует меня.

Нет, меня такое ни хрена не устраивает.

Она слишком маленькая для такого, слишком маленькая… слишком.

Только слишком сильно ее глаза пестрят желтым цветом, намекая на свое желание. Какого хрена?

– Это еще что было? – грозным тоном спрашиваю выронив вату.

– Поцелуй.

– Сумасшедшая девчонка. Я похитил тебя! Могу сделать с тобой все, что пожелаю, а ты еще и целоваться лезешь первая? Неправильная какая! Кто так делает?

Пожав плечами, девчонка уставилась в пол. И кого я похитил? Головную боль.

– Ты ведь знаешь, что я не могу ходить. Значит, какой мне смысл сокрушаться? Я не буду кричать и вырываться, так что у тебя есть возможность делать со мной все, что хочется. И не беспокойся о моем возрасте, я совершеннолетняя. Можешь сделать меня своей.

– Ты не понимаешь, чего просишь, девочка.

– Тогда… укуси, – шепчет еле слышно, словно для себя, но я же, черт побери, слышу это бред. – Он узнает, что я испорченная и, возможно, не захочет взять меня в жены. Укушенная, использованная, брошенная. Кому я буду нужна такая? Да никому. Но лучше так, чем принадлежать ему, – и поднимает на меня свой взгляд полный надежды. Определенно точно я знаю, что у надежды цвет морской волны. Но напрягаюсь, прокручивая в голове: «в жены». По-моему у русских нет такой традиции отдавать замуж дочерей, забыв спросить их разрешения. Не в современное время во всяком случае.

– Кому?

– Жениху.

А во взгляде блеснул желтый цвет. Снова. И вот непонятно, возбуждение это юношеское или страх, но решил на корню все вырубить, не дай бог надежды в ней зародятся. Нет, нет, нет и еще раз нет.

– Ты меня не интересуешь в этом плане.

– Тогда зачем ты меня похитил? Сегодня я узнала, что меня выдадут замуж. Меня вот только забыли спросить. И все ради денег. Я не хочу познавать такую интимную вещь, как первый секс с мужчиной, которого заведомо ненавижу. Что, если я встречу свою пару? Что, если уже встретила? Лучше я буду твоей пленницей, чем женой ненавистного мне оборотня! Ты, по крайней мере, мне нравишься!

Хотел было выругаться матом, но вовремя затормозил. Вглядываюсь в ее лицо, в каждую черточку. Совершенно не обращая внимания на маленький порез, приметил несколько веснушек, хотя откуда они? Зима ведь. Кудряшки у нее разные, где-то крупные, где-то мелкие и родинка маленькая чуть ниже губы. И еще ниже, на шее. И взгляд сам опустился. Куда я сейчас уставился. Оценил ее?

Зачем? Она ведь еще маленькая.

Нет. Если уже ее глаза могут менять цвет, значит, не такая уж и маленькая.

Наверное, я просто симпатичен ей, не может же она меня хотеть? Черт, это не правильно.

Нет, Архан, эта девочка-волчица не для тебя. Не смотри на нее так. Не имеешь права.

Резко отстраняюсь и вылетаю из комнаты, покидаю дом и залетаю в авто. И начинаю понемногу осознавать, что меня пыталась совратить малолетняя волчица. Взглянув в зеркало автомобиля ужаснулся.

Нет, такого просто не может быть! Почему глаза горят в ответ? Я явно спятил. И сущность моя заодно.

Чертова волчья сущность. Как можно думать о сексе? С ней? Мелкая, еще и не ходит. Я же не д*рьмо последнее, чтобы воспользоваться порывами. Не может быть у нее волчьего гона. Не может же?

Держи себя в руках, Архан, даже если она в мгновение поняла, что готова отдаться то это все подростковые желания. В конце концов, мне не двадцать, чтобы накинуться на нее. А вот ей…

Кстати да, сколько же ей?

Надо просто успокоиться.

Через несколько минут принес её кресло и поставил у кровати.

– Туалет там, – указываю на другую дверь. – Если будет нужна моя помощь, просто крикни.

Да я просто спятил. Что я творю? Надо было сразу ее вести, или как проснется. А сейчас, как повезу? Там самая настоящая пурга. А если дозвонюсь кому-то из её стаи, мне светит…

Хм, да черт его знает что. Наверное, то же самое, что и отцу. А разве не этого я хотел, с момента как не стало Лейлы? Именно этого. Но не от руки Астархова.

– Неужели и вправду будешь держать меня взаперти?

– Да, пока не решу, что с тобой делать.

– Зачем ты вообще украл меня? Я обуза и головная боль для окружающих, – не знаю насчет окружающих, но себе я проблем нажил точно. Надо что-то приготовить. А после отправиться на пробежку. – Постой! – кричит, когда я уже собирался драть из этого дома, оставив ее одну. Лучшее моя голова не придумала. – Я была не одна в машине. Я была с девушкой! Что ты с ней сделал? Убил?

– В машине была только ты.

Вероника меняется в лице. За секунду три смены настроения. Последнее вообще добило.

– Ну, так что? Зачем я тебе? – уставившись на меня хитрющими глазами, и скрестив руки на груди, спросила меня. Нет, не белка. Самая настоящая лиса.

Захлопываю комнату и закрываю на всякий случай на ключ. Вдруг решит сбежать? По сугробам далеко не уехать на коляске, но кто знает, сколько ума в ее голове. Может она вообще всех за нос водит, и вполне себе нормально ходит и даже бегает перевоплотившись.

Теперь понятия не имею, на что она способна после того, как поцеловала меня. То, что она меня не боится, это однозначно. Но радует ли меня это?

С наступлением темноты приготовил ужин. Застал девчонку, читающую какую-то книгу. Удивляло то, что она была очень спокойной. Факт о похищении ее и вправду ни капли не смущал. За кого же ее решили выдать замуж, что она напугана столь сильно, что даже я не страшен в ее глазах? Впрочем, я еще ничего такого и не сделал, чтобы меня бояться.

Глаза девчонки сияют от счастья при виде меня или еды. Она была явно голодна еще и ничего не сказала за целый день, а я умудрился еду только сейчас принести. Может, она вообще с утра ничего не ела, как приехала в клинику? Осталось заняться самобичеванием. Этого как раз мне не хватало.

– Тебе надо поесть.

– Уже решили, что сделаете со мной дальше? – без тени страха спрашивает у меня, забирая поднос на колени.

– Нет.

НИКА

Как только время приблизилось к полуночи, меня начало знатно вырубать, чему я совсем не была рада. К тому времени Архан забрал поднос и принес мне чай с мятой и снова куда-то удалился. А я продолжила смотреть в окно. Когда дремота полностью захватила меня, и я чуть не кувырнулась на пол со своего, отнюдь не мягкого кресла, пришлось принять решение взобраться на кровать. Благо она низкая. Кровать ли это вообще? Скорее толстенный матрас. Может, даже не один.

Стянув колготки, я сделала это нелегкое дело. Только все равно что-то было не так, а именно, платье. Лежать в нем было невыносимо. И жарко, потому что вязанное и неудобно. Кто в здравом уме станет спать в нем? Никто. Вот я и попыталась его снять. Только моя голова застряла где-то на пути к свободе.

В этот момент замок комнаты щелкну и сквозь промежутки шерстных ниток, я увидела на пороге Архана, который уставился на мою грудь. Чем-чем, а вот этой частью тела меня Лунная не обделила. Компенсировала, так сказать, за ноги. И на том спасибо! Только доселе ее видели лишь врачи. Ну вот, к этому списку прибавился еще один мужчина. А может быть я безбожно вру самой себе, и смотрит он совсем в другое место. Но, кажется, таким обворожительным мой похититель еще никогда не был. Кажется, на его щеках появился румянец! Ага, ну да, хотела бы я так сказать, но мой без пяти минут друг если и порозовел, то этого мне никогда не узнать, ибо он смуглый от природы.

Глядя на мои попытки выбраться из платья или оценив дороговизну бюстгальтера, он все-таки подошел ко мне и помог стянуть платье, ни разу не коснувшись моей кожи, и это все равно оказалось чертовски волнительным. Если он захочет меня взять, будет ли он нежен?

Да о чем это я. Кто в здравом уме захочет такую, как я. Даже смазливая мордашка и почти третий размер не компенсирует самого важного.

Архан даже не смотрел на меня. Точнее, он видел меня, но не смотрел как на женщину. Конечно. Что можно увидеть эротического в девчонке, которая не ходит, а перемещается в инвалидном кресле.

Я расстёгиваю бюстгальтер, ничего не стесняясь, попутно обдумывая вызову ли хоть какие-то эмоции у этого оборотня по отношению ко мне? Жар в теле не дает мне снять лямки, а бешеное сердцебиение не позволяет убрать руки с груди, хоть я и расстегнула, сею вещь.

– Что ты делаешь? – он отводит от меня взгляд. Что-то неприятное кольнуло в груди. Собственного похитителя совратить не могу. Наверное, я выбрала бы, чтобы он домогался меня, чем так откровенно отвергал безразличием. Все же не была уродиной. Но то, что он не желал даже взглянуть в мою сторону било по самооценке, самолюбию и… по сердцу. А разглядывания моего бюстгальтера это не в счет. Наверняка он был заворожён прелестью ручной работы.

– Я собираюсь спать, но не собираюсь это делать в одежде! А раз ты похитил меня, то должен был позаботиться как следует о моем удобстве!

– Обычно жертвы сидят связанные в подвале.

– Ну-у-у-у, – задумалась я натягивая одеяло, – Жертвой я была с утра, когда узнала, что меня выдают замуж без моего согласия. А сейчас я не против быть здесь. Так что, я кто угодно, но точно не жертва.

– Если бы ты была связанна, то так не говорила бы.

– Ну, знаешь ли, свяжи ты меня и это будет чистой воды БДСМ извращение. Ну знаешь, когда там связывают в разных позах, – блин ну что я несу, а еще с такой скоростью! Собственноручно достоинство закапываю! – Я не убегу! Не надо меня связывать. Я даже до туалета не добегу при всем моем желании не то что от тебя.

– Предлагаешь, чтобы я тебе помог добраться до туалета?

– Нет. Добраться я могу без помощи, только не бегом. Так в чем я должна спать?

Через минуту Архан принес мне футболку. Большую, черную, с отсудствием сексуальности. Она идеально прикрывала все самое важное, кроме ног.

Сон забрал меня быстро, но также быстро я проснулась, когда почувствовала, как кровать прогибается. Я знала, что это был Архан, и уже знала, что он способен меня не касаться. Но в какую из секунд я поняла, что мое бесстрашие поубавилось? Я задержала дыхание, когда мужчина лег совсем близко, к тому же повернулся к моей спине лицом. Холодок бежал по затылку, заставляя волоски встать дыбом. Даже руки покрылись мурашками.

На словах и в мыслях я оказалась куда более смелее, чем на деле, когда поняла, что волчий пристальный взгляд сверлит мне в затылочную часть.

Неужели в доме нет больше кроватей и одеяла? Зачем он лег рядом с такой как я. Ведь в его глазах и без того читается брезгливость. Может он извращенец и у него фетиш на девушках с ограниченными возможностями?

Сейчас мы не спали оба. Я слышала его тяжелое сопение и знала, что он в курсе моего бодрствования. А потом гигантская тяжелая рука оборотня легла поверх одеяла мне на бедро, поднялась на талию и крепко сжав, он подтянул меня к себе.

– Ты на самом краю, упадешь.

О пресвятые драконы и гремучие змеи! Он еще и беспокоится.

Мурашки одолели скопом и сердцебиение участилось, как только под одеялом наши тела соприкоснулись. Что там у него ниже пояса своей пятой точкой я не чувствовала. Возможно, он вообще без трусов! Но локтем я точно задела его оголенный торс. Каменный, горячий. Осталось еще ладошкой потрогать и убедиться, что чертовски мускулистый.

Как только я нашла в себе силы развернуться к нему лицом, то почувствовала насколько отчетливым стал запах кофе, мяты и сигарет. Архан зачем-то обнял меня сильнее все так же поверх одеяла, тогда как моя ладонь уперлась в его грудь, оставляя небольшой отрезок между нами.

Его глаза светились в темноте желтым цветом. Я подчинилась этому взгляду. Замерла, почти не дышала, но все же вобрала в себя весь спектр ароматов, которые были присущи ему. Так странно, словно я в мятном поле, пью кофе и покуриваю сигареты. И мне захотелось попробовать этот запах на вкус.

Языком провести по его шее и…

Так, стоп. Ника. Останови свои бредовые мысли!

– Чего ты хочешь? – спрашивает тихо, коснувшись губами моего уха. От его шепота мурашки, по груди горячие, по спине холодные. А сердце качает кровь с немыслимой скоростью, что, кажется, голова вот-вот лопнет от напряжения, и внизу живота все сгорит. – Чего ты хочешь, бельчонок? – вкрадчиво повторяет каждое слово, уже в мои губы, зарываясь в мои кудрявые рыжие волосы.

От его «Бельчонок» я поплыла в неизвестном направлении. Хотела бы ему сказать «Ты знаешь», но это было выше моих сил. Даже плечами побоялась пожать. Будто сейчас Архан готов был внушить опасность, если я вдруг отвечу неправду. Или не то, что он хочет услышать. Знать бы мне, что хочет именно он?

Я не чувствовала чужие желания так же сильно, как могли это делать обращённые оборотни. И я понятия не имела, что чувствует он, но что чувствую я он и без того знал. И знал, что я хочу.

– Я никогда не целовалась и никогда не лежала вот так вот с мужчиной. Хочу хоть на мгновение почувствовать себя нормальным оборотнем.

Ну и где мое воспитание, спрашивается? Да нет его! Когда на кону отдать свою честь незнакомцу, которого ты возненавидела с первой мысли, что он может стать твоим мужем или похитителю, которому при первой встрече уже отдала сердце?

– Поцелуйте меня, – прошу его, не отводя взгляда от его глаз.

Моя ладонь легла на его щеку, он сразу же ее убрал, прижал над головой к подушке, сам же навис надо мной, слегка вдавливая в матрас. Я даже не поняла, что происходит. И не поняла, когда его губы коснулись моих. И стало неловко. Очень! До тошноты и спазмом. Ведь я просила поцелуй, а сама не ответила на него! Он отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза.

– Я не успела ответить, – раздосадовано отвечаю. Горячие губы сразу же касаются щеки и скользят к губам, заставляя меня забыться рядом с ним.

Дыхание перехватывает. Я чувствую, как покалывают мои конечности. И как сгибаются пальцы на ногах. Чувствую тяжесть и боль в ногах впервые за долгое время, и вместе с тем ощущаю горечь на его губах, но таких мягких и обжигающих. И то, как невинные касания, которые и поцелуем-то не назвать, перерастают в нечто большее.

Я хочу обнять его, хочу ощутить тяжелое тело на себе, но Архан сводит мои руки над моей головой и крепко держит одной рукой за запястья.

Мягкие губы скользят по шее, вызвав легкие покалывания в пальчиках ног. Я напряглась, тело непроизвольно вздрогнуло, словно от холода. Архан остановился.

– Любому оборотню ты внушишь дикое желание завладеть тобой, – он утыкается носом в мою шею и нервно сглатывает, будто сдерживается или пытается перебороть брезгливость. Я не понимаю, что он имел в виду, что я могу кому-то что-то внушить. Единственное, что я понимала, это свое желание, оно не подлежит переосмыслению, я точно знала, что хочу и с тем же корила себя, потому что это желание волчицы, а я не волчица, а неудачный природный эксперимент. – Ты все еще хочешь, чтобы я продолжил?

Стук собственного сердца отдается в ушах слишком громко. Горячая ладонь легла мне на бедро, обнажив кожу. Дыхание стало слышно. Мое. Его.

Я расстроенно выдыхаю, и его губы снова накрывают мои. Ничего прекраснее я никогда не испытывала. Я и представить не могла такое. Горячие губы скользят от губ по щеке, касаются уха, потом шеи, а потом груди. И хотя на мне была его футболка, мне кажется, я полностью обнажена и накалена от мужских прикосновений.

Все происходящее для оборотней было естественным, как дышать, но я никогда не думала, что однажды это произойдет со мной. Могу ли я думать о том, что Архан действительно находит меня привлекательной, несмотря на мое увечье? Сердце от этого трепещет сильнее, разнося кровь, приводя тело в состояние возбужденного горячего вулкана.

Кажется, мои ноги дернулись, когда его рука коснулась неприкосновенного. Мне стало стыдно от того, как жалобно я проскулила в губы Архана, пока он касался меня нежно и неторопливо. Ноги будто автоматически согнулись, и Архан впервые за сегодня усмехнулся по-доброму в мои губы.

– Либо ты врушка и с твоими ножками все в порядке, либо твои нервные окончания решили среагировать на мои ласки.

– Нет, – жалобно простонала я. – Я не врушка! И я не знаю почему. Это впервые!

– Значит, не все потеряно. Ты нормальный оборотень, Вероника, просто нужно немного открыться.

Он отпускает мои руки. И я сразу же кладу их ему на плечи. Они твердые и такие сильные. Несмотря на то, что я не вижу его, но я точно знаю, он подтянутый и накаченный. Чувствую, как страстная и горячая сущность оборотня пытается вырваться наружу. Она готова разорвать мою кожу, лишь бы показать себя, но я все еще не могу контролировать движение некоторых частей своего тела. Ноги не слушались, но все же то, что ноги согнулись было хоть что-то.

– Я спрошу еще раз, чего ты хочешь?

– А чего хочешь ты? – спрашиваю неуверенно.

Ни разу в жизни я еще не горела, а теперь это происходит рядом с тем, кто горит вместе со мной. Мне было стыдно произнести это вслух, но я понимала, что он это знает. Оборотни не нуждаются в словах, за них говорит их запах. Но, видимо, я лишилась рассудка, раз перестала чувствовать запах своего похитителя. Зато чувствовала, как нечто твердое упирается в мою ногу. Только Архан вынуждал произнести вслух о своем желании. Любят оборотни эти игры, но это было выше моих сил. Пусть уж лучше берет силой, сопротивляться не станут, но говорить вслух? Просить, чтобы он сейчас взял меня? Видимо, не настолько я еще волчица. Да только несколько часов назад именно это я и просила!

В эту долгую ночь мы больше не проронили ни слова. Не знала, что можно так долго упиваться поцелуями, объятьями и ласками, получая такие красочные ощущения и эмоции. Только вот Архан не позволял его касаться так, как мне бы того хотелось. Времени подумать почему, у меня не было.

Оборотни не умеют сдерживаться, особенно когда оба желают одного и того же. Во всяком случае, так говорит интернет и девчонки из чата. Почему сдержался Архан я так и не поняла. На утро он вел себя так, словно ничего не произошло, а я, красная как томатный сок пришла к настоящему умозаключению, что произошедшее ночью не что иное, как сон, который снился мне уже не раз с момента нашей первой встречи.

АРХАН

Смотрю на девчонку, которая старательно отводит от меня взгляд. Как долго я собираюсь ее здесь продержать, сам не знаю, но, кажется, рыжей действительно все равно. Предположу, что это ей, наоборот, нравится.

– Мне надо помыться, – говорит, сминая одеяло все еще продолжая смотреть в пол. Не отвечаю ей, иду и включаю воду. Сам присаживаюсь на ванную и жду, когда та заполнится. Вид обнажённой девчонки сейчас будет совершенно некстати, с учетом того, что я таки нахожу ее привлекательной. О том, что я ей нравлюсь, рыжая даже не скрывает и если бы не ее ноги…

Выдыхаю, подхожу к раковине и умываюсь холодной водой. Да кого я обманываю? То, что она не ходит, не является для меня помехой. И мне не нравится, что я испытываю к ней подобные чувства. Я не должен.

Выключаю воду, наполнив ванную только наполовину. Девчонке будет этого достаточно. Проверив воду на температуру, направляюсь в комнату за рыжей, та без грамма стеснения уже сняла мою футболку и не только ее. Замечаю, как в ее кулаке сжат кусочек алой кружевной ткани. Стараясь об этом не думать, подхожу к ней. Она все еще укрывается одеялом. Достою из полки полотенце и протягиваю ей.

– Укройся им, и я тебя отнесу в ванную. Ты же не против?

– В ванную? – девчонка радостно засияла. Да, кажется, она не против, чтобы я ее отнес. Или что еще она там вообразила в своей головке?

– Ты хотела душ? У меня нет подходящего стула. А твой, кхм, – указываю на кресло. – Не думаю, что его можно под душ.

– Ванная – это замечательно! – захлопала в ладоши. – Я очень давно не принимала ванную. Ты можешь мне не верить, но дома душ я принимаю сама без чьей-либо помощи. А для ванной нужна помощь. Еще и мужская. А мне стыдно было просить брата, когда он приезжал, а садовника просить это уж вообще не по-христиански. Не просить же маминого мужика?

Я промолчал. Просто старался сдержать смех. Не по-христиански, значит.

Отвернувшись, ждал, пока девчонка замотается в полотенце. Через минуту она позвала меня и я повернулся. Укрытая в зеленое полотенце она была похожа на нимфу, эльфийку или фею или же вовсе рыжеволосую лесную ведьму. Да, в ней было что-то магическое, сказочное.

Немного насладившись юной красотой, я подошел к кровати и взял девчонку на руки, невольно коснувшись ее кожи. Я не хотел прикасается к Нике и почем зря вызывать ее интерес да и свой тоже. Сжав челюсть, словно поднял самый тяжелый камень, я отнес ее в ванную и положил в воду прямо в полотенце. Девчонка расцепляет руки с моей шеи неохотно. Заметил. Равно как и то, что полотенце чуть сползает и под взгляд попадает наполовину оголенная грудь, которую тут же закрывают рыжие прядки волос, чьи кончики сразу же впитали воду и потемнели.

– На бортике мыло и шампунь. Надеюсь, этого хватит, – смотрю на нее, а сам представляю, как бы накрутил на палец рыжую прядь. – Боюсь, только бальзама нет на твои роскошные волосы.

– Не страшно, – тихо произносит она, пытаясь натянуть мокрое полотенце.

– Я буду в комнате, если что-то понадобится. Или позови, когда закончишь.

– Ладно.

– Ты ведь не утонешь?

– Вот прям сейчас нырну и не вынырну, – отвечает закатив глаза.

Повторив то же самое, прикрываю дверь ванной и заваливаюсь на кровать. Спать на диване изнурительно. С учетом того, что он мне совершенно не по размеру, но не могу же я ложиться к девчонке.

Закрыв глаза, красочные картинки атаковали голову. Вижу, как девчонка моет себя и мне хочется самому это сделать. Вымыть ее, лишь бы коснуться бархатистой кожи. Провести ладонями по хрупким плечам, вдохнуть аромат волос, коснуться ее груди и талии, вызывая в обоих странный вихрь чувств, эмоций и новых ощущений, которые я забыл и о которых она наверняка не ведает.

– Арх! Ты не мог бы дать мне полотенце? Лучше два!

Арх? Это еще что за самодеятельность?

Подхожу и вижу, как Ника выстраивает замок из пены у себя на голове. Все же она еще такой ребенок, чтобы не говорили ее глаза. Кладу два белых полотенца на бортик, она шепотом благодарит и провожает меня взглядом.

– Мое имя – Архан. И не сокращай.

Еще несколько минут и снова подниму ее на руки. Спустив воду, она соорудила на голове тюрбан из одного полотенца, а в другое обернулась. От нее вкусно пахнет хвойным мылом. Ей подходит этот запах лучше, чем духи, которыми она пользовалась в Италии.

– Тебе явно это доставляет удовольствие, – говорит, бросая мокрое полотенце на пол, а сама прикрывается одеялом. – Может, найдется для меня еще одна футболка?

Снова не отвечаю, просто поднимаю полотенце и отношу его в корзинку для белья. Достаю еще одну футболку и… трусы.

– Это еще зачем?

– Затем, чтобы твоя попа не мерзла.

– Приятно, что ты и за нее переживаешь.

Этой ночью мне снилась рыжая девчонка. Но уже не рыжая и совершенно не как девчонка, а как волчица. Своенравная, миролюбивая, красивая и безумно страстная. Проснувшись, обнаруживаю Нику рядом с диваном. Она смотрит на меня так пристально, что я мгновенно словил бодряк.

– Какого черта ты делаешь?

– Я голодна.

Пытаюсь сфокусировать зрение, но недалеко ушедший сон не позволяет видеть картину четкой. Нет, все же не бодряк. Единственное, что понял, так это то, что за окном еще темень.

– Сколько времени?

– А мне откуда знать? Наверное, около семи утра. Я проснулась, – девчонка задумалась, высматривая что-то на потолке. Что там? Паутина? Я тоже посмотрел. Ничего не было. – Сто пять страниц назад! Ты уже придумал, что будешь делать со мной дальше? – чуть склонив голову набок, спросила девчонка. И улыбается. Маленькая рыжая…гадючка.

Взглядом скользнул по ее ногам. Стройные, но не худые и почему-то в синяках. Так и не скажешь, что есть проблема. А на ноготках красный маникюр. Снова поднимаю взгляд, встречаюсь с ее глазами. Они нереально завораживают, даже такого, как я. Нехотя беру себя в руки и готовлю завтрак. Почему нехотя? Хотя бы, потому что внутренняя сущность уже пускает слюни к ногам этой рыжей феи.

Наблюдаю за тем, как она съедает яичницу и бекон, намазывает масло на хлеб и, надкусывая, запивает чаем с довольным лицом. Уж больно счастливая пленница.

На улице началась сильная метель. Подбросив дров в камин, я начал расхаживать по дому в поисках дел. Девчонка сидела в комнате и читала книги, которыми была заставлена полка. И так как я понятия не имел, чем себя занять, мои мысли охотно занялись Вероникой.

– Архан! Архан!

Прохожу в комнату и вижу, как девчонка скривилась на кровати.

– Ногу сводит. Больно, очень! – хнычет она.

– Где сводит? – сажусь рядом и хватаю ее за щиколотку. – Я думал, у тебя вообще нет чувствительности до пояса. Ну, так где?

– Здесь! – указывает рукой на голеностоп, и я принимаю его растирать как можно осторожнее. Может, она все выдумала, чтобы я к ней прикоснулся? Не удивлюсь, если это так.

– Ты мои руки чувствуешь?

– Я чувствую, что мне больно. Такого раньше не было.

– Может быть, это как раз таки хорошо?

– Ауч! Что хорошего в этом?

Начинаю разминать ее пальчики, поднимаясь выше, массирую голеностоп и икры. В какой-то момент замечаю, что Ника откинулась на подушку, заложив руки под голову, и прикрыла глаза. Зараза рыжая.

Я улыбаюсь, глядя на нее, а потом поднимаю руки вверх и касаюсь ее колена, уместив миниатюрную ступню на свою грудь. Девчонка все еще расслабленно балдеет и я ощущаю, как ее нога начинает немного упираться в меня. Аккуратно кладу ногу и беру вторую, девчонка сразу же приподнялась и посмотрела непонимающе или в ожидании чего-то большего? Разве поймешь ее.

– Перестало болеть?

– Перестало, – улыбается она. – Спасибо. Вторая не болит.

– Откуда столько синяков? – провожу пальцем по гематомам.

– Микротоки, иглоукалывания. Скалкой меня не бьют, если что. Не переживай.

«Не переживай». Только сейчас понял, что я действительно испытываю волнение за нее. Просто она… такая маленькая и ей досталась такая участь. От мыслей, что она пережила во время перевоплощения, чувствую, как у самого кости трещат.

– Ты испытываешь боль во время процедуры? – девчонка кивает, улыбается и позволяет мне дальше гладить ее ногу. – А мои касания ты чувствуешь?

– Да. Чувствую тепло. Мне очень приятно. А свои прикосновения я не чувствую. Это очень странно.

Я принимаюсь массировать вторую ногу и замечаю, как дыхание рыжей становится учащенным, она прикрывает глаза, но не спешит откинуться на подушку. До меня же слишком медленно доходит смысл моих действий. Вот же ведьма!

– Тебе надо послать к черту этих врачей. Они тебе не помогут.

– Почему? – девчонка встрепенулась. Лицо сразу же изменилось. Она напряглась. Поджала губы, а ресницы быстро задергались и глаза стали стеклянными. Не удивительно. Еще секунда и слезы дали о себе знать. Я аккуратно кладу ногу на кровать и подсаживаюсь к ней. Тянусь к ее лицу, чтобы стереть слезы.

– Не плачь, я же не сказал, что шансов нет. Наоборот. Просто тебе вредят, а не помогают. Чтобы пробудить нервные окончания не обязательно прибегать к таким ужасным и болезненным процедурам.

– И что же мне делать?

– Поверь мне, ты скоро будешь бегать.

НИКА

– Ну… давай… сильнее!

– У меня сейчас капилляры лопнут! Я и так со всей силы толкаю.

– Не чувствую отдачи. Ты хочешь бегать или нет?

– Хочу!

У Архана душераздирающие странные методики заставить меня снова бегать. Сперва он заставляет меня нежиться в ванной, потом делает мне массаж ног, после чего, садится рядом на кровать, берет мою ногу, кладет ступней на грудь. Я уже поняла, что он пытается определить с какой силой я могу упираться в него ногой, но как бы я ни старалась, я ничего не чувствую, кроме теплых прикосновений. Ох, этот массажный плен мне очень даже нравится. А нельзя было как-то пораньше, что ли? Все это мне определенно приятно и с тем же не очень, ведь я понимаю, что до чего-то большего и прекрасного рукой подать. В моем случае ногой.

– Попробуем сгиб.

Архан хватается за мою лодыжку, сгибает мою ногу и подтягивает колено к моей груди. И так несколько раз. Несколько раз я засветила перед ним трусами, а ему хоть бы хны. Наверное, это все, потому что на мне его трусы.

– Не понимаю, зачем ты это делаешь? У тебя цель заставить меня бегать, чтобы я убежала домой? Не проще меня просто отвести?

Ну или связать. Это более предпочтительней.

– Там слишком сильный снегопад. Мы не сможем выехать. В конце концов, лучше заниматься чем-то полезным. Сможешь убежать от своего жениха. Сгибай.

Ага, сгибаю…

Да ни фига я не сгибаю! Он все делает за меня. Я тупо лежу. На большее меня не хватило. Остается любоваться его офигительно накаченными и красивыми руками. Этот мужчина не перестает меня впечатлять. Ведь еще с момента, как мы пересеклись в Италии, я поняла, что влюбилась по самую волчью шерсть, которой у меня нет.

– Бессмысленно, – подтягиваюсь и убираю его руку. Натягиваю одеяло и отворачиваюсь.

– Уже сдаешься?

– Из тебя занудный похититель! Для чего это все? – поворачиваюсь снова к нему. – Хожу я или нет, меня все равно отдадут замуж. Ты понимаешь? Да лучше я умру, чем позволю кому-то к себе прикоснуться.

– А мне позволяешь.

– Это совершенно другое! Ты меня спас, который раз. И ты мне нравишься, – показываю язык и отворачиваюсь. Архан переворачивает меня за талию, его лицо слишком близко. Гадкий оборотень искушает меня. Я ведь поцелую и в этот раз я не промахнусь! – Жаль не взаимно. Я всегда была ничья и предоставлена самой себе. Так и останусь ничейной.

Давай, зареви еще, Ника. Ведь мужчины так любят слезы.

– Все будет хорошо, – он проводит пальцам по моей щеке, вызывая очередной табун мурашек. Таких приятных, ободряющих. – Тебе не обязательно возвращаться домой, когда ты начнешь ходить. У тебя будет возможность убежать, причем на своих четверых. Живи как дикая волчица.

– Шутишь?

– Нет, я серьезно.

Да, по его взгляду понятно, что он серьезней некуда. Где я и где дикая волчица?

– Архан, а какая у тебя фамилия?

– Это еще зачем?

– Ну скажи! Или думаешь, я сдам тебя своему отцу за похищение?

– Ты этого не сделаешь.

– Очень самоуверенно.

– Я ведь могу тебе соврать. Даже имя, которое ты знаешь может быть не моим.

– Нет. Оно твое, – я кладу обе ладошки на его чуть колючие щеки, а по телу молнией пробегает электроток. Но не такой болючий как в больнице, а приятный, успокаивающий. – Оно полностью тебя отражает. Словно ты царь или даже бог. Твое имя звучит статно и воинственно. Имя настоящего вожака.

Сама не поняла, когда приблизилась к его лицу. В этот момент время перестало существовать. Я потянулась за поцелуем, но вместо этого потерлась о его щеку своей щекой, в завершение уткнулась носом в шею Архана, сжимая его же футболку. Как же стыдно. Он ведь старше меня, а я веду себя так наивно и глупо. Но его резкая смена настроения после минутного затишья заставила меня изрядно испугаться. Оборотень проделал со мной все то же самое, что и я с ним, потерся об мою щеку, уткнулся в шею носом, только с большим интересом и агрессивностью. Или страстью. С диким желанием. Незамедлительной резкостью. Я покорно замерла в его руках, считая секунды, пока он насыщается моим запахом.

– Ты прекрасно пахнешь, – выдавливает из себя. Я чувствую, он хочет отстраниться, но не может.

Зверь внутри него не позволяет. О да! Вот она сила притяжения волчицы. Значит, так это работает? И это одновременно радует и пугает. Видимо, нас обоих. – Все это время твой брат скрывал настоящее сокровище.

– Разве это нормально так упорно нюхать чужую девушку? – пытаюсь разредить обстановку, так как оборотень изрядно увлёкся волчьими инстинктами и самобичеванием. Это читалось по его лицу. Скорее всего он не хотел меня касаться, и уж тем более нюхать, но против природы не попрешь.

– Сама прекрасно знаешь, что это допустимо среди оборотней.

– Оборотень я только на словах.

– Тот факт, что ты еще не ходишь и не перевоплощаешься, не говорит, что ты человек. И я чувствую запах волчицы.

– Тогда поцелуйте меня.

Оборотень меняется в лице и сразу же отстраняется от меня. Кто бы знал, что такого сурового на вид мужчину напугает какой-то поцелуйчик.

– Если я в твоих глазах все же волчица. Я никогда не целовалась. Ты хоть понимаешь, какого это, в восемнадцать лет быть ни разу не целованной? Я уже молчу про все остальное.

Прикоснувшись пальцами его пальцев, сплетаю их и тяну на себя мужчину, который словно завороженный подается вперед. Уперевшись одной рукой в подушку, он навис надо мной. Мои губы пересохли, я чувствовала, что вот-вот и они потрескаются. Провожу языком по верхней, а потом и нижней губе ловя на себя дикий хищный взгляд.

– Ты решила поиграть во взрослые игры с плохим дядей?

– Будь ты настолько плохим, каким пытаешься сейчас казаться, я бы здесь не сидела.

– Может это просто моё особое отношение лично к тебе? Ты мне нужна живая.

– Это же всего лишь поцелуй, такая мелочь. Что тебе стоит это сделать?

Хмурые брови и несколько морщинок на лбу не делают из него страшного и грозного оборотня, если учесть, что он борется со внутренним желанием. Глядя в его глаза, я вынуждаю Архана делать то, что хочу сама, хоть я и не осознаю, насколько сильно могу влиять на оборотней противоположного пола, особенно сейчас, в период, когда просыпается первое желание найти свою пару. Это все еще неизвестное для меня чувство, не поддающееся объяснению, но то, что я сейчас вижу в глазах Архана, это нежелание бороться с инстинктами. Его язык касается моих губ, увлажняя их. Я задерживаю дыхание и чуть приоткрываю рот, позволяю языку проникнуть в меня, коснуться моего языка, но Архан усмехается мне губы. Обида мгновенно ударяет и отрезвляет. На этот раз я сама отстраняюсь, но его рука зарывается в мои волосы, а губы требовательно накрывают мои.

О Боже… Вот это огонь! Кажется, ничего лучше я в жизни не испытывала. Все как в том сне! Снах! Его движения варьировали с разной скоростью, с разным давлением. И я успевала задохнуться от счастья и снова начинала дышать, словно мне дали вторую жизнь. Лишь бы это был не сон, я ведь так давно мечтала об этом.

И пока я робко обнимала его за шею, его пальцы пробрались под футболку и оставляли горячую дорожку от прикосновений, заставляя подаваться меня вперед, прижаться к его груди, прижать его сильнее к себе уже ничего не боясь и ни в чем не сомневаясь. Я удивлена тому, что он не пытается остановиться. Что он охотно теряет контроль и позволяет нам углубиться в поцелуй, позволяет себе зарыться в мои волосы, трогать меня, а мне прикасаться к нему. Теперь моя рука касается его футболки, я хочу ее снять, хочу видеть его без нее, и тут меня останавливают. Холодок мурашек сразу же пробегает по телу.

Я это сделала… я целовалась с реальным мужчиной, оборотнем. Таким невероятно сексуальным, властным и я даже слов не могу подобрать, насколько он меня торкает во всех смыслах, но главное, что на этот раз это не плод моей фантазии. Он реален. И то, что сейчас было – это было на самом деле.

Архан утыкается своим лбом в мой и грозно рычит внутри себя. Я чувствую этот рык, будто он уже сделал выбор, но следовать ему не спешит. Его что-то держит. А я по-прежнему чувствую во рту вкус его губ и понимаю, что от этого мне сносит крышу. Чувствую, как подгибаются пальцы на ногах. Правда до конца я не уверена ибо ноги под одеялом.

Архан аккуратно укладывается рядом со мной и подкладывает руку под голову. Мы долго смотрим друг на друга, и он не перестает улыбаться. Это немного дезинформирует. Мы продолжаем или что? Игра в гляделки? А спросить страшно. Он вдруг тянет руку к моему лицу, проводит пальцем по носу, очерчивает скулы и наконец, прикасается к губам пока я, прикрыв глаза, наслаждаюсь. Я перехватываю его руку и прижимаю к своей щеке, растворяясь в теплоте и ласке. Несмотря ни на что мне уютно с ним, спокойно и я счастлива. Пусть это и ненадолго. И мне хочется продолжения. Наивно и безнадежно. Я ведь просила всего лишь поцелуй, а сама в глубине души рассчитываю на большее. Но разве это возможно?

Словно прочитав мои мысли, Архан откидывает одеяло и располагается сверху, не придавливая меня, но опираясь на руку. Жар его тела ударяет с силой, и внутри меня начинается вихрь, который непременно все снесет или сожжет во мне. Меня и, возможно, его.

– Подними руки, – шепчет мне в ухо. Я покоряюсь его просьбе или приказу. Сама не знаю, что именно он имел в виду, но поднимаю. Он сразу же стягивает в меня футболку. Меня не смущает, что я перед ним почти нагая. Его губы аккуратно касаются моего плеча, вынуждая меня задержать дыхание. Он обжигает мою кожу, но это так приятно, так непередаваемо и определенно точно волшебно, ибо когда рука Архана провела по моему бедру и дошла до колена, нога согнулась как нельзя кстати. Мое неподдельное удивление оборотень пресёк очередным поцелуем. Мощным, сносящем последнюю преграду. Ибо то, с каким напором и требовательностью он это сделал, говорило о многом.

– Мне придется гореть в аду за то, что я с тобой делаю.

– Значит, нам придется гореть вместе, потому что я не хочу, чтобы ты останавливался.

Каждый ваш лайк ценен для меня! Большое спасибо!