Ночь Середины Зимы

Вы часто встречаете красивых мужчин? Алексия - нет. Работая в магазине игрушек, она всё больше имела дело с тревожными мамочками, кудахтающими бабулями и глубоко женатыми отцами семейств. Стоит ли говорить, что личная жизнь у продавщицы не складывалась? Поэтому, когда в День Середины Зимы она увидела его в отделе с конструктором, то решила не терять ни минуты.

Всё в нём было ладно: статен, высок, широкоплеч, одет со вкусом, не смазлив, и в меру брутален. Волевой подбородок покрывала трехдневная щетина, волнистые волосы цвета горького шоколада элегантно уложены на бок, а виски чуть тронуты сединой. И самое главное - нет кольца. Алексия уверенно шагнула навстречу.

- Добрый день, сэр! Я могу вам чем-то помочь?

Мужчина обернулся и одарил её такой улыбкой, что сердце девушки совершило кульбит где-то под горлом.

- Да, будьте добры, мисс. Я ищу подарок для мальчика пяти лет. Хочется что-то интересное. Он невероятно одарён для своего возраста.

«Ну, да, так говорят все родители, - про себя вздохнула Алексия. - И все как оголтелые носятся по магазинам, чтобы порадовать своих чад». Даже сейчас, за несколько часов до праздника народу в лавке толпилась уйма.

- Вот занимательная вещица, - она натянула милую улыбку, чтоб скрыть досаду и достала с верхней полки большую коробку, с изображённым на ней котлом и какими-то символами. - Набор юного алхимика. В увлекательной форме знакомит детей с простыми, но очень зрелищными алхимическими экспериментами.

Мужчина усмехнулся и покачал головой.

- Боюсь, мне это не подойдёт, мисс. Видите ли, малец чуть не с пелёнок помогает родителям в лаборатории. Они называют это трудовым воспитанием. На мой взгляд - больше похоже на эксплуатацию несовершеннолетних. В любом случае, алхимии в его жизни более чем достаточно… Знаете, мисс, он любит головоломки. Может, у вас есть что-нибудь на примете?

- Конечно! - Алексия просияла. - То есть вы не для сына подарок ищите?

- Нет, что вы! Пока мне хватает двух племянников! Благо, один уже совсем взрослый. А я хочу пожить для себя.

- Понимаю, сэр, - девушка почти не скрывала довольную мину.

Они дошли до конца стеллажей, и продавщица принялась доставать с полок цветные коробочки.

- Обратите внимание на это: трёхмерный гексафлекс. Детишки их обожают.

Покупатель озадаченно повертел в руках шестигранную упаковку.

- Это точно для пяти лет? Что-то подобное мы щёлкали с ним ещё прошлым летом, в то время как его многоуважаемые родители укатили в очередную экспедицию, - он картинно закатил глаза. - Представляете, мисс, в следующем году они собираются взять ребёнка с собой. В Дикие Земли! Пробираться сквозь ядовитые джунгли, прятаться от хищного моноцера! И всё ради какой-то утраченной реликвии, которой, скорее всего, не существует!

Красавец всплеснул руками, а потом вдруг замер, словно о чём-то вспомнив.

- Точно! Они всей семьёй с ума сходят по разной волшебной живности. Рэм обожает птиц! У вас есть энциклопедии? С картинками? Только, наверное, стоит подобрать что-то на возраст постарше. Он довольно бегло читает...

…Через полчаса довольный Ариас вышел из детского магазина, держа в одной руке красиво запакованную книгу, в другой - карточку с контактами Алексии. Карточка тут же полетела в мусорную корзину, а подарок лёгким движением был уменьшен до размера спичечного коробка и сунут во внутренний карман куртки. Ариас огляделся. Он стоял посреди огромного пассажа. Люди сновали из лавки в лавку. Кто-то торговался за право стать обладателем огромного геккона с огненным хвостом, напротив выстроилась длиннющая очередь за астрологическими картами. Со всех сторон доносились отрывки праздничных гимнов, весёлые разговоры, смех и шутливые препирания. Морозные узоры время от времени вырисовывались на ветринах в виде надписей приглашающих покупателей заглянуть внутрь. Из ближайшего кафе долетали запахи пряностей, свежих булочек и печёных яблок. В животе протяжно заурчало и Ариас посмотрел на часы. Без пятнадцати пять, а значит, чуть больше часа до закрытия торгового центра. Он снова полез в карман, чтобы свериться со списком. «Кажется, все облагодетельствованы. Почти все. Осталась Мэйви...»

Ариас неспешно вышагивал меж парящих вывесок и прилавков с расписными пряниками, размышляя, что же подарить. Ситуация осложнялась тем, что пару недель назад они вдрызг поругались, и с тех пор больше не виделись. Мэйви хотела, чтобы он сделал ей предложение. «После стольких лет отношений в тайне!» - кричала она. Ариас сомневался. Мэйви мечтала об уединённом домике в горах и парочке спиногрызов. Ариас черпал вдохновение в общественной деятельности, власти, роскошных вечеринках и стремительных, порой даже рискованных полётах. Ох, лучше бы он разлюбил её! Но разве он может?! И сейчас Ариас разрывался на части, не понимая, что важнее: сохранить любовь, но угодить в удушающие кандалы брака, или продолжить наслаждаться свободой, пока Мэйви не встретит того единственного, кто поведёт её под венец, а приступы ревности не сожрут Ариаса изнутри.

Внезапно перед самым носом возник огромный белый стенд с картой ярмарки. «Так, посмотрим, что тут у нас...» - он ткнул пальцем в название ювелирной лавки, и тут же, как по щелчку, оказался у обширной витрины, с которой на него, призывно посверкивая бриллиантами, смотрели кольца. Ариас отшатнулся. Он быстро постучал по стенду, и в мгновение ока переместился на этаж выше - к лавке парфюмера. «Нет, сейчас она этого не оценит, - думал Веласско, вдыхая тяжёлый и липкий аромат тысяч духов. - Решит, что я пытаюсь от неё откупиться». Он снова уставился на карту, и долго водил над ней пальцем пытаясь выбрать хоть что-то, где, возможно найдётся...

- Бз-з-з-з, - зажужжало над ухом. И на край стенда уселась здоровенная муха.

Ариас среагировал быстрее, чем успел подумать. Широкая ладонь шлёпнула по краю карты. Жужжание прекратилось, а господин Веласско оказался в полной темноте. Всё стихло. Ни музыки, ни запахов, ни голосов. Подул пронизывающий, колючий ветер, что после жаркого пассажа заставило немедленно застегнуться на все пуговицы и поднять воротник.

- Эй, есть тут кто?! - Ариас огляделся по сторонам. 

Глаза постепенно привыкли к темноте и Ариас понял, что стоит по колено в сугробе, в окружении длинных и каких-то плотных теней. Он попятился. Наткнулся спиной на что-то твердое и за шиворот полетел снег. «Бр-р! Где я оставил шарф? Постойте, я что в лесу?!»

Резкий порыв ветра, и из-за рваных облаков выплыла бледная, призрачная луна. Сугробы заискрились, а черные тени превратились в раскидистые, запорошенные снегом деревья. 

«Проклятие Горгоны! - выругался Веласско. - Видимо, это какой-то сбой навигационной магии… Ох, я им устрою, работничкам недоделанным! Я их всех на уши поставлю! Вот только... как я отсюда выберусь?..»

...

- Мама, мама! Смотри - снегири! - раскрасневшийся на морозе мальчишка мчался к рябине, согнувшейся под грузом алых ягод, на ветках которой пировала стайка красногрудых птиц. - Ого! Такие упитанные! А почему у нас в городе они не живут?

- Потому что здесь лес рядом, - его догнала молодая женщина. У неё из-под шапки выбился каштановый локон. - Они живут в лесу, а сюда прилетают покушать.

- Точно! - воскликнул мальчик. - Как мы сегодня в кафе! Да?.. Ой, мам, а это кто? - Он указал на птичку размером чуть меньше снегиря.

- Тоже снегирь, - улыбнулась женщина. - Только самочка.

- А почему она такая... серая?!

Мальчик посмотрел на мать, недоумённо округлив чернющие глаза в обрамлении чёрных ресниц.

- У снегирей самочки главные. Они решают, какого самца выбрать, чтобы создать семью. Чем ярче у самца грудка, тем больше шансов, что его выберут.

Мальчишка задумался и с минуту молча наблюдал за птицами.

- Пойдём, милый, - мать взяла его ладошку в свою. - Госпожа Алькор нас уже заждалась.

Они двинулись в путь, с восторгом рассматривая городок, будто сошедший со страниц книги сказок. Сгущались сумерки, и в окнах невысоких, островерхих домиков зажигались разноцветные огни. Повсюду торжествовала атмосфера праздника. Тёплым оранжевым светом мерцали гирлянды и фонари. Туда-сюда деловито сновали прохожие, пытаясь успеть купить последние подарки и вкусности к праздничному столу. С главной площади доносились звуки хора.

- А у людей как? - внезапно подал голос мальчишка. - Ну, кто главный?

- По-разному, - пожала плечами женщина.

- У нас в семье ты - самая красивая. Это что значит? Папа тебя выбрал? Он главный?

Смех его матери разлетелся по улице десятками звонких колокольчиков и, дзынькнув о шпиль ратуши, вернулся эхом.

- Мы оба друг друга выбрали, - отсмеявшись, ответила она. - Но, полагаю, твоему папе могла бы польстить твоя гипотеза.

- Сложно, - мальчик пожал плечами. - Лучше быть птичкой! Чирик-чирик!

Он выпустил руку матери и поскакал по мощёной булыжником мостовой. Прохожие улыбались ему вслед, и не прошло пяти минут, как мальчишка уже барабанил в дверь солидного трёхэтажного особняка с резными драконами на фронтонах.

- Кто там такой нетерпеливый?

За дверью послышались шаркающие шаги и недовольное стариковское ворчание. Щёлкнул замок, и в проёме появилась похожая на сморщенное яйцо голова Лазариуса Алькора.

- О, юный господин Кастар. Ну, разумеется, - он улыбнулся, демонстрируя ребенку тридцать два роскошных золотых зуба. Мальчишка мигом посерьёзнел и протянул старику раскрытую ладонь.

- Я не один, сэр, я с мамой! - отрапортовал он, оглядываясь, через плечо.

- Конечно, ты не один, - ухмыльнулся Лазариус, чинно пожимая его руку. - Не положено тебе ещё одному ходить. Рад видеть, Кассандра! Добро пожаловать.

Они прошли в просторную, светлую прихожую, где юный господин Кастар принялся развязывать бантик на полосатой шапке с помпоном. Замёрзшие руки не слушались, а варежки он презирал с самым несокрушимым упрямством.

- Как не положено?! - возмущался он, дёргая тесёмки. - Еще как положено! Папа сказал, что я уже взрослый! И я, я… я даже сам ходил… - Он прикусил язык, запоздало вспомнив, что историю о том, как он по просьбе отца сам покупал перья куральвицы, привезённые из какой-то далёкой страны, лучше никому не рассказывать. Это их с папой секрет. А секреты не выдают. Особенно всяким усатым хитрецам с золотыми зубами.

Мать наклонилась к нему и одним движением развязала непослушную шапку.

- Так куда ты ходил сам, милый?

- Никуда! - выпалил мальчишка.

Он быстро стянул шапку, скинул ботинки, куртку, и молнией бросился прочь, по пути громко крича:

- Эй! Айриша! Элли! Я здесь!

С лестницы донёсся топот детских ножек.

- Приветствую тебя, славный вождь Такакунтов! - высокопарно заявила рыжеволосая девочка лет десяти. Она держалась руками за перила, и выглядела донельзя важной.

Мальчишка отвесил ей поклон по всем правилам светского этикета, как учил дядя Ариас.

- И тебе привет, великая жрица! 

- Нас ждёт опасное путешествие в огненную пустыню. Ты готов, о бесстрашный воин?

- Всегда! - заявил мальчик и с гиканьем бросился вверх по лестнице.

Взрослые переглянулись. Лазариус ухмылялся в закрученные седые усы, Кассандра всё ещё обдумывала странное поведение сына и даже не улыбнулась подслушанному разговору дикоземельцев.

- Составишь нам компанию за чаем? - осведомился бывший шеф. - Жена меня не простит, если узнает, что я отпустил тебя просто так.

Кассандра достала из-за пазухи карманные часы.

- С удовольствием, время ещё есть, к тому же мы приготовили для вас подарки.

Они прошли в молочно-белую гостиную. Лишь витражная люстра бросала на стены синеватые отблески, а напольная ваза с пышными листьями киркуётте поражала аквамариновой глубиной. На каминной полке выстроились в ряд хрустальные фигурки Сестриц Зимы: духов, в честь которых устраивался сегодняшний праздник. В самом камине весело потрескивали дрова, а на окнах сияли морозные узоры.

Кассандра как раз устраивалась в пушистом кресле, когда в комнату вплыла госпожа Алькор, подобная маленькому лёгкому облачку.

- Санди, дорогая! Я уж было подумала, что в наш дом влетел изнаночный демон!

- Всё гораздо тривиальнее, Лориана. Всего лишь мой сын и его неуёмная энергия, - Кассандре пришлось вновь подняться навстречу пожилой даме.

Они обнялись, а в дверях уже показался парящий по воздуху чайный сервиз и несколько розеток с вареньем, сухофруктами и вирийским мёдом.

- Ну же, Кассандра! Рассказывай! Как жизнь в столице? Кипит? - Лазариус отхлебнул пряного чая и смотрел на гостью, приподняв кустистую бровь. - И как там развивается ваша сомнительная практика? Еще не надумали вернуться обратно?

- Дорогой, это невежливо! - одёрнула его супруга, но Санди только махнула рукой.

- Не дождётесь, Лазариус, - с ироничной усмешкой ответила она. - Экспертиза процветает. Мы даже решили после праздников взять еще одного сотрудника, чтоб общался с клиентами и вёл документацию. И ещё я уговорила Винса нанять помощницу по хозяйству.

- Значит, вы расширяетесь. Это чудесно! - госпожа Алькор отставила чашку на маленький стеклянный столик. - А как дела у Винсенса? Я не видела его, кажется, с октября.

- Вы же знаете, Лориана, если Винсенс работает, то всего остального мира для него просто не существует. А работы у нас, как костей на кладбище. Я всё опасалась, что Винсенсу это надоест, но он каждый раз так радуется, когда Уильямс рассказывает нам об очередном убийстве...

- Что?! - в один голос переспросили Алькоры.

- Ой, ну, то есть... ему нравится разгадывать загадки. Чем сложнее, тем лучше. Структурный алхимический анализ теперь - наше всё. Вот недавно, к примеру, один констебль обнаружил под мостом тело юноши, накачанного каким-то неизвестным веществом. Официальная версия следствия - смерть в результате передозировки. Но Винс на этом, естественно, не успокоился. В итоге нам удалось доказать, что это - убийство, а наш инспектор повёл дело дальше и вышел на след отравителя. Оказалось, что это конкурент, решивший присвоить себе изобретение того бедолаги. Что-то из области маго-технологий…

- Звучит, как сюжет авантюрного романа, - хмыкнул господин Алькор. - Понято, почему вас не тянет в академию. Винсенсу всегда нравились… эм… острые ощущения.

- Это точно, Лазариус, - хихикнула Кассандра. - Такого добра у нас хоть отбавляй. Преступность в Готтергеме не перестаёт удивлять. К тому же месяц назад мы заключили договор с одной фарм-мануфактурой…

- Санди! Санди! - на лестнице вновь кто-то затопал. - Смотри, что у меня есть!

Прямо на Кассандру нёсся огненно-рыжий смерч по имени Айриша. Девочка держала перед собой небольшой стеклянный шарик и на бегу протягивала его гостье.

- Потряси-потряси! Там сказочный лес!

Кассандра протянула руку. Стоило ей коснуться холодного стекла, как она тут же растворилась в воздухе. Все недоумённо уставились на опустевшее кресло, и небольшой кожаный портфель, оставшийся рядом с ним. Лазариус отобрал у внучки снежный шар и задумчиво покрутил в руках. Ничего не произошло: он всё также оставался сидеть на диване.

- Айриша, котик, кто тебе это дал? - за ласковым обращением Лорианы легко угадывались строгие нотки.

В этот момент черноволосый и давно не стриженный Рэммис Кастар съехал в гостиную по перилам. Он растерянно оглядывался по сторонам.

- А где мама?..

...

Готтергем шумел гулко, как сходящая с гор лавина. Люди готовились к празднику. Здоровенный мужик тащил на плече огромный свёрток, толстая приземистая тётка волокла домой две авоськи ананасов, добытых при штурме продовольственной лавки, а шумная стайка соседской мелюзги, достав где-то длинный кусок картона, бежала в сторону ледяной горки.

И это еще один из самых спокойных и фешенебельных районов. Здесь опрятные двух-трёхэтажные дома стояли, приосанившись, под стать друг другу: чистенькие, припорошенные снегом, нарядные, как праздничные сувениры-безделки. А каждый сосед так и норовил похвастаться перед другими оригинальным убранством своего палисадника.

Однако кое-кому удалось выделиться больше прочих. На фасаде одного из домов - кирпичного, с островерхой чёрной крышей и большими трёхчастными окнами, напрочь отсутствовали традиционные украшения. Палисадник вокруг этого дома и вовсе выглядел странно: вместо светящихся разноцветными огнями деревьев и ледяных фигур Зимних Сестриц здесь стояли лишь три заснеженные теплицы. И всё.

Входная дверь странного дома приоткрылась, и в полоске тусклого оранжевого света появился длинный нескладный силуэт.

- Ладно, шеф, я погнал, - бодро говорил тот, кто, стоял в дверях. - Хороших праздников и привет семье!

- Тебя так же, Илай, - донеслось в ответ. Судя по тону, хозяин дома только и мечтал спровадить надоевшего собеседника.

- Ты это, - рука Илая взметнулась к спутанным пшеничным кудрям. - Не сиди в лабе долго. Кассандра мне шею свернёт, если ты опоздаешь.

- Не свернёт. Максимум проклянёт, и то лишь до десятого колена. Она слишком добра к нам обоим.

Оба рассмеялись, обменялись крепкими рукопожатиями, и обладатель пшеничных кудрей растворился в лиловых сумерках. 

Винсенс защёлкнул все три замка, привалился спиной к двери и устало закрыл глаза. Тишина. Непривычная, долгожданная тишина покинутого дома. Никаких тебе воплей, звонкого смеха, пения, беготни и ожесточённых кухонных дебатов о том, что полезней: овсяная каша, или шоколадный кекс. Только шум ветра в трубах и мерное тиканье часов над потухшим камином.

Чёрный кот развалился на ободранном диване, и с видом победителя взирал на Винсенса из-под полуприкрытых век. Винс вздохнул. Войну за целостность дивана он проиграл: тактически, и стратегически. Поэтому он просто уселся рядом с котом и запустил длинные пальцы в блестящий мех. «А ты потолстел, приятель», - про себя отметил Винсенс, гладя упитанные кошачьи бока. Зверь, словно читая мысли, презрительно сощурился, а его хозяин, как ни в чём не бывало, откинулся на подушки, наслаждаясь желанным одиночеством.

«О, кофе!» - цепкий взгляд задержался на полупустой кружке, стоящей на низком деревянном столике. Первый, осторожный глоток, и лёгкое разочарование. «Холодный. Должно быть, остался после того господина, который приходил утром за результатами. Что ж, лучше, чем ничего». 

Алхимик допивал кофе и не сразу заметил, что мысли крутятся вокруг той, которая этот кофе варила. Кассандра. Семь часов назад она заботливо повязывала шарф на шее их сына. Как всегда улыбалась, что-то тараторила, а потом чмокнула сонного Винсенса в кончик ястребиного носа и убежала дарить подарки. «Интересно, как она там? Как мелкий? - думал он и сам себе удивлялся. - Ну, даёшь! Так ждал этого свободного вечера, так хотел тишины и спокойствия и вдруг понял, что соскучился по своим…»

Год переваливал через экватор, и обычай требовал завершить все важные дела, отдать долги, поблагодарить близких, а потом сесть за накрытый стол и устроить пир. Так, чтобы самая тёмная ночь в году озарилась мерцающим пламенем свечей, и весёлые песни не смолкали ни на минуту.

Собственно, так они и договорились: Винсенс завершал рабочие дела, а Кассандра и Рэммис наносили дежурные визиты многочисленным приятелям, знакомым и деловым партнёрам. Долгов они не имели, а пир горой должен был состояться в восемь вечера, и не где-нибудь, а в долбанном поместье Веласско. Именно там они с Кассандрой планировали встретиться, после того как она сбудет с рук мелкого.

«Осталось навести порядок в лаборатории, и можно собираться – алхимик поднялся с дивана и двинулся в подвал. - Представляю, как она удивится, если я приду вовремя».

В дверь позвонили. Винсенс повернул обратно, про себя призывая на не прошенных гостей гнев всех демонов изнанки.

- Кого чёрт принёс? - он заглянул в глазок. На пороге топтался господин в форменной фуражке управления внутреннего порядка.

- Это инспектор Уильямс. Вы ведь ещё не празднуете? Нужно срочно проверить один артефакт!

- Рабочий день закончен, - прошипел алхимик, но дверь отворил, и в гостиную, не дожидаясь приглашения, ввалился плотно сбитый мужчина с румяными от мороза круглыми щеками. Под глазами констебля залегли густые серые тени. Оно и понятно, перед праздниками у него всегда полно работы.

- Да будьте же вы человеком, Кастар! Дело на пять минут! Скорее всего, кто-то проклял эту штуковину! - он потрясал перед лицом Винсенса прозрачным пакетом с небольшой шкатулкой из тёмного дерева. - Двадцать человек только что оцепенели в лавке старьёвщика за квартал отсюда, включая продавца и его жену! А нам с вами нужно всего лишь посмотреть, что внутри!

- С чего вы вообще взяли, что я смогу вам помочь? Я - алхимик, а не артефактор, - бубнил Винсенс, но жестом пригласил инспектора в лабораторию. Ему было интересно. К тому же, это ведь, правда, на пять минут. Он всё успеет.

Они спустились в тёмное, но хорошо прогретое полуподвальное помещение. Зажегся свет и, инспектор Уильямс узрел самое сердце этого дома.

Огромная печь в центре, вдоль стен стеллажи и столы с затейливым и странным оборудованием. Из всего, что здесь громоздилось, инспектор с уверенностью мог назвать только колбы, трубки, пипетки, и вот, например, пинцет - таким он и сам пользовался, когда работал с уликами. Всё бурлило, светилось, плавилось, выпаривалось, и переливалось. В общем, жило какой-то удивительной, и неведомой Уильямсу жизнью, ровно до тех пор, пока жилистая рука алхимика не поднялась вверх, сотворив какой-то неуловимый пасс. Всё замерло.

- Что вы сделали?

- Остановил процессы, - лениво пояснил Кастар. - Пройдёмте. Как вы говорите, они оцепенели?

- А я не говорил, - ответил инспектор, глядя как Винсенс натягивает защитные перчатки. - Там же свидетелей не осталось. Когда я приехал, шкатулка стояла на прилавке и была закрыта. Открыть её у меня не получилось. Стандартные отпирающие чары не сработали, а ключ мы не нашли.

- К счастью для вас, - алхимик отобрал у Уильямса пакет и аккуратно его распечатал. - Вы что с дуба рухнули, инспектор? Почему не вызвали специалистов? Хотите быть проклятым?!

- Жена проклянёт меня почище этой шкатулки, если я опоздаю, к праздничному столу, - посетовал страж закона. - Пришлось пренебречь осторожностью.

- Понимаю, - усмехнулся алхимик. - Значит, работаем быстро.

Следующие несколько минут инспектор с любопытством наблюдал, как один из самых невыносимых людей во всём Просвещённом Мире и за его пределами нежно поглаживает опаснейший артефакт и бархатным голосом нашёптывает в замочную скважину какие-то слова. Уильямс прислушался, но тут же отшагнул назад. Уши его стали пунцовыми. Наконец, шкатулка томно вздохнула, и створки распахнулись. Мужчины склонились над ней. Внутри обнаружился белый, искристый порошок, очень лёгкий на вид.

- Интересно, - бормотал Винсенс, аккуратно выкладывая содержимое шкатулки на стекло, и засовывая под микроскоп. - Может, я и правда смогу помочь. Похоже, всё дело в свойствах этой субстанции.

Он заглянул в микроскоп и… Ничего не понял. Поменял несколько увеличительных стёкол, потёр глаза, увидев полупрозрачный кристалл с шестилучивой симметрией в основе. Проморгался…

- Матерь чудовищ! Уильямс! Вы идиот?! Какого хрена вы мне снег притащили?! По-вашему, это смешно?! – гаркнул Винсенс, не отрывая глаз от микроскопа.

Ответа не последовало, босые ноги, вдруг неприятно защипало, микроскоп стал каким-то тяжёлым и алхимик понял, что держит его навису. Он громко выругался и лишь потом осмотрелся по сторонам. Его обступала тьма.

«Где я?! Где моя лаба?! Мой дом?! Мои… чёрт возьми, я что, умер? - пальцы сами потянулась к жилке на шее, и замерли, ощущая суматошное биение пульса. - Смотри-ка, жив, - заключил алхимик. - Тогда спокойно, Кастар. Думай. На галлюцинации не похоже. К тому же слишком явственно мёрзнут ноги. Может, произошло испарение? Утечка? Что если порошок, который подсунул мне Уильямс - токсичен? Если да, то каждый из нас сейчас блуждает по лабиринтам своего бессознательного, пока наши тушки валяются на бетонном полу… Но демоны изнанки, тогда я не должен ничего чувствовать! - Он всё ещё пытался разобраться, автоматически почёсывая в затылке, когда его посетила прекрасная в своей простоте идея. 

Широкий шаг в темноту и… Винсенс увяз по колено в снегу, чуть не потеряв равновесие. Кожу обжёг мороз. Глубокий вдох, медленный выдох, и внутренний голос продолжил монолог: «Итак, эксперимент показал, что, во-первых, происходящее со мной вполне реально, а во-вторых, где бы я ни был, я не могу встать на изнаночную тропу, чтобы убраться отсюда. Мда, хуже и быть не может... Или может? Кажется, я здесь не один…»

...

Ариас потерял счёт времени. Его часы встали, а он всё шёл и шёл, утопая в снегу и совершенно не разбирая дороги. Да какая может быть дорога в погребённом под снежной толщей лесу? Там и сям попадались мелкие звериные следы, где-то вдалеке послышался протяжный заунывный вой. Очень хотелось думать, что это просто собаки в какой-нибудь ближайшей деревне.

Веласско потихоньку начинал отчаиваться. Спортивное ориентирование никогда не было его сильной стороной, особенно в практически полной темноте зимней ночи. Пальцы задубели, а изо рта вырывались густые клубы белёсого пара, быстро растворяясь во мраке.

Но что это? Ариас издал полный радости победный вопль, разглядев впереди какие-то отметины на снегу. Следы! Он ускорился, чтобы их рассмотреть. «Хоть одна живая душа, - думал он. - Пусть это будет человек! Лесничий! Вселенная, ну, пожалуйста!» Он уже возмечтал о маленьком уютном домике лесника и кружке горячего грога, когда понял, что это отпечатки его собственных подошв. Точно, та самая поляна. Здесь он топтался пару часов назад, и да, в ту сторону он пошёл, полагая, что там север. Сердце Ариаса провалилось куда-то на дно желудка. Оказывается, всё это время он ходил кругами.

Где-то за спиной раздался треск. Ноги задрожали как у девчонки, а вот пальцы не подвели. Ариас творил магию, и уже через пару мгновений храбро ворвался в морозную тьму со светящимся трезубцем наизготовку и грозным боевым кличем.

- Ой! - тоненько вскрикнул кто-то. Веласско затормозил и сразу почувствовал, как вязнет в снегу.

- Ариас?!

- Санди?!

Кассандра сидела на поваленной сосне и растерянно обводила взглядом представшую ей картину. Красноносый братец, смертоносное оружие в его дрожащих пальцах, крупные пушистые хлопья, летящие с неба, и чёрные силуэты деревьев, обступающие её плотным кольцом. Где-то заухала сова.

- Что ты здесь делаешь? - вопрос был задан одновременно.

- Где - здесь? - Ариас опустил трезубец.

- Я не знаю... - Кассандра пожала плечами и еще раз осмотрелась. - Мы в лесу?

- Нет, на дефиле в столичном доме мод! - зло процедил Веласско, но сразу же понял, что кузина, скорее всего, не имеет никакого отношения к его злоключениям и сменил гнев на милость. - Извини меня. Просто я здесь уже хрен знает сколько брожу. Пальцев не чувствую!

Он воткнул трезубец в снег и в доказательство протянул вперёд покрасневшие от холода руки. Кассандра тут же вскочила, крепко обняла брата, и зашептала согревающий наговор. Спасительное тепло разлилось по всему телу.

- Ох, так-то лучше! Санди, ты моя спасительница!

- Не маленький! Почему не научился ворожить такие простые заклинания?

- Где твоё пальто?

Санди спрятала руки в рукава свитера и сердито посмотрела на брата:

- На вешалке, в доме Алькора. Я была у них в гостях перед тем, как оказаться здесь.

- Может, это он нас сюда отправил?

- Зачем?

- Из мести, конечно! Меня он до сих пор не простил, за то, что вслед за вами ушёл из академии…

- Брось, Ариас! Столько воды утекло, - Кассандра хлопнула брата по плечу и в этот момент с ветки на них обрушилась пышная снежная шапка. - Бр-р-р! Давай лучше подумаем, как выбираться отсюда. Здесь довольно жутко...

- Мы всё ещё не знаем, где это - здесь! - Ариас раздражённо отряхивал куртку от снега. - А для того, чтобы выбраться откуда-нибудь, надо точно знать, где ты находишься!

- Ха, вот и нет! - гордо парировала кузина. - Это только твои дурацкие артефакты так работают, а на изнаночной стороне всё иначе.

- Ну, так веди нас своей изнаночной тропой! Чего зря воздух сотрясать?!

Кассандра молча взяла брата за руку, закрыла глаза и сделала осторожный шаг в неизвестность. Открыла глаза. Странно, всё тот же лес. Изнанкой даже не пахло. Моррен проделала тоже самое еще раз, и… Уханье совы возвестило о том, что их местоположение изменилось разве что на пару ярдов. Только врождённое упрямство не дало Кассандре по-настоящему испугаться. С досады она топнула ногой и провалилась в сугроб. По пояс. Ариас рассмеялся, запрокинув голову. Он ржал так долго и так оглушительно, что с деревьев снова посыпался снег.

- Тьфу! - Веласско согнулся пополам и вытирал его с лица.

- А нечего надо мной смеяться! Помоги лучше!

Ариас протянул кузине руку и приготовился тащить, как вдруг неподалёку что-то скрипнуло. Затем всё смолкло. И снова какой-то звук. Глухой и хриплый, похожий на...

- Силы небесные, Санди! - Ариас рывком вытащил кузину из снежного плена. - Мне кажется там... медведь!

Он схватил трезубец готовый защищать её от любых неприятностей. Но Кассандра лишь скептически изогнула бровь.

- Ты полагаешь, медведи ругаются матом?

- Матом? - не понял Ариас. - Стой!

Но Кассандра уже ломанулась в самую чащу. То есть как ломанулась: она с трудом поднимала ноги, увязала в сугробах, но неудержимо рвалась на встречу с оголодавшим шатуном. Ариас, чертыхаясь, поспешил за ней.

- Вот здесь! - она указывала пальцем на углубление в снегу. - Здесь кто-то был, совсем недавно. Смотри, Ариас, следы. Кто-то ходил босиком.

- Снежный человек! - с уверенностью заключил Веласско. И наступил рядом с отпечатком босой ноги. - Мелковат, правда. И ступня узкая... Может детёныш? Или самка?.. Ауч!

В затылок ему прилетел крепкий снежок. Больно. Ариас развернулся, направил трезубец в сторону нападавшего и обмер. Длинная бесплотная тень медленно отделялась от чёрного силуэта ели, и угрожающе нависала над ним.

- Кто обзывается, тот сам так называется, - изрекла тень, постепенно приобретая человеческий облик. 

Ариас хотел ответить что-то остроумное, но тут:

- Ви-и-инс! - радостный писк Кассандры эхом разлетелся по лесу.

Перед ними, правда, стоял алхимик. Одноразовые резиновые перчатки, свободная безразмерная футболка, лёгкие хлопковые штаны, и микроскоп в руке: весь его облик красноречиво вещал о том, что прогулку по лесу Кастар не планировал.

- Ты в порядке? - Санди стиснула мужа в объятьях. - Почему босиком?

- Минуту назад я был дома, - Винсенс гладил её по спине. - Как ты? Где мелкий? 

- У Алькоров. Винс, я не могу уйти на ту сторону.

- И я не могу.

- Эй вы! Вообще-то я тоже здесь! 

- Да? - Винсенс посмотрел куда-то поверх головы Ариаса. - Родная, ты не знаешь, кто это говорит?

- Прекращай, Винсенс! - Кассандра прятала улыбку в ворот свитера. - Давайте, лучше попробуем определить, как мы сюда попали, и как нам выбраться.

Она расстегнула пояс, заклятием рассекла его на две части, прикрыла глаза и принялась колдовать. Через минуту в её руках сформировалась пара кожаных ботинок.

- Рассказывайте, господа, -  потребовал Ариас, глядя, как Кастар обувается, балансируя в сугробе на одной ноге. - Что было перед тем, как вы сюда попали?

Следующие несколько минут они провели, кружа у светящегося трезубца, рассказывая свои истории и выдвигая догадки.

- Я в-вас ув-веряю! - восклицал Винсенс, стуча зубами от холода. - З-за этим стоит т-тот, кто хорошо нас знает. З-знает, что я не смогу устоять п-перед оч-чередной загадкой, что С-санди не отмахнётся от р-ребёнка, что Ариас...

- В моём случае это была случайность! - встрял Веласско. - Муха!

- А в-вот и закономерность! Где ты в-видел муху в конце д-декабря?! Тот, кто отправил нас с-сюда знает, что ты сначала д-делаешь, а потом д-думаешь!

- То есть, ты считаешь, что это какой-то розыгрыш? Шутка? - изумилась Кассандра.

- Да, будет ч-чертовски весело, если я слягу с воспалением лёгких, - Винсенс закашлялся.

- А если всё-таки месть? - предположил Ариас. - Хотя вас обоих проще убить в собственном доме. Вы живете как на пороховой бочке!

- Не к-как на пороховой бочке, а в том ч-числе на паре десятков пороховых б-бочек, - не удержавшись, поправил алхимик.

- Может, смысл в том, чтобы мы страдали именно втроём? Как раньше?

В ответ на вопрос Кассандры лес разразился жутким нечеловеческим воем. Казалось, где-то совсем близко. Трое переглянулись.

- Бежим! - Винсенс схватил жену за руку и потянул за собой в чащу. Ариас вооружился трезубцем и повернулся в сторону, откуда доносился вой.

- Ха, думаешь, не отобьёмся?

- Нет! Брось его! Из-за него на нас вся нечисть слетится! Как я сразу не подумал!

Ариас, быстро сообразив, что к чему, метнул трезубец подальше, а сам кинулся за удирающими алхимиками.

Сколько они бежали, никто не помнил. Помнили только снег. Снег, летящий в лицо, снег, пробирающийся в ботинки, снег который попадал абсолютно везде и уже не казался таким чудесным и замечательным как в городе. Больше того: они его ненавидели. Наконец, Винсенс остановился. Он тяжело дышал, опёршись рукой о дерево. Рядом переводили дыхание спутники.

- Оторвались?

- Смотря от кого. Сегодня ночь, когда граница между той и этой стороной мира настолько тонка, что в наш мир может проскочить кто угодно, где угодно, и когда угодно. Для адептов же это время максимально уязвимо. Вот почему мы с Кассандрой не можем встать на изнаночную тропу.

Может всё дело было в пробирающим до костей ледяном голосе Кастара, но эта речь прозвучала так жутко, что Ариас невольно вздрогнул.

- Но мы же могли! - возразила Кассандра. - Раньше. Помнишь, мы…

- То было в городе. Среди людей, их магии, их эмоций. Здесь властвуют существа иного рода. По крайней мере сейчас.

- Значит, нам нужно найти людей, - заключила Кассандра. - Желательно как можно больше… Ой, смотрите, что это там?

Оказалось, они стояли у кромки леса. Здесь деревья заканчивались, и начиналась непроглядная тьма, за которой виднелись чёрные пики ёлок, а выше - фиолетовое ночное небо.

- Озеро! - воскликнул Ариас, уверенным шагом следуя в ночь. - Как думаете, это Лонгано? Пойдем по льду. Может, дойдём до жилья...

- Нет! - крикнул Винсенс. Но было поздно.

Раздался треск ломающегося льда. И тихая ругань Веласско.

- Ногу промочил? - с тревогой осведомилась Санди.

- Чуть-чуть, - отмахнулся Ариас. - Должно быть, лёд ещё не вста-а-а..! Аа-а-а! Чё-о-орт!

Чья-то костлявая рука высунулась из проруби, и схватила его за щиколотку. Ариас попытался вырваться, но поскользнулся и упал навзничь. Страшная сила тащила его к себе. Руки бестолково метались по льду. Не за что ухватиться.

- Отвали, дура старая! - над его головой тенью пронёсся алхимик. - Санди, держи брата!

Кто-то потянул его за шиворот. Воздуха стало не хватать. Раздался хруст, плеск воды, и Ариас почувствовал, что ноги свободны.

- Эй! Чего разлёгся, Веласско? - Кастар стоял над ним и протягивал руку. Нет, не свою. Ту самую - костяную, со свисающими лоскутами серой кожи и ошмётками заиндевелой плоти. Ариас инстинктивно отпрянул.

- Да ладно тебе трястись, - алхимик с любопытством вертел в руках человеческие останки. - Это же раритет. Предположительно, начало прошлого столетия!

- Знаешь, я не ценитель древности, - попытался отшутиться Ариас. - А что это было?! 

- Утопленница, - Санди обошла кузена, и теперь тоже разглядывала добытый Винсенсом трофей. - Бедняжке, было скучно. Хотела забрать тебя к себе...

- Фу-у-у! А она больше не?..

- Не, Винс ей голову снял. Пинком. Жаль, ты не видел. Но лучше бы нам убираться отсюда, конечно.

- Слушай, может, возьмём это с собой? - алхимик потянулся к жене костяной рукой. Та со смехом отпрянула. - Мелкий будет в восторге.

Кассандра покачала головой.

- Я бы с радостью, родной, но мой портфель остался в гостиной Алькора. Вместе с контейнером. И подарками.

- Я тоже пустой.

Ариас поднимался на ноги, отряхивался, и с недоумением наблюдал за парочкой алхимиков, всерьёз сокрушающихся над тем, что не могут забрать домой останки какой-то нежити. Волосы на голове шевелились. «Больные они, конечно. Но что поделаешь: свои».

Они молча двинулись вдоль озёрного берега, скрываясь в тени сосен от появившейся на небе луны. Винсенса одолевали мысли: «Знал ли инспектор об истинных свойствах порошка? Может, Уильямса кто-то подкупил? Или обманул?». Санди обнаружила пропажу любимого браслета и теперь гадала, где могла его потерять: здесь, в лесу? Или ещё в городе?.. Ариас думал о женщинах...

- Чего приуныл, братец? - участливый голос кузины заставил его встрепенуться и поднять голову.

- Да так... Эта ваша утопленница... Почему все женщины хотят меня захомутать? Даже эта! Что им от меня нужно?

- Твои деньги, конечно, - пожал плечами Винсенс. Он быстро шагал впереди, размахивая в воздухе оторванной конечностью нежити, с которой так и не захотел расставаться.

- Благодарю, - фыркнул Ариас. - А теперь могу я услышать мнение другого эксперта?

- Ох, если ты имеешь в виду Мэйви, то здесь я точно не на твоей стороне, прости, - с жаром заявила Санди. - с чего ты взял, что она хочет тебя захомутать?! Это же наша Мэйв! Она просто любит тебя и хочет быть вместе!

- Так и я хочу быть вместе! - вскричал Ариас. - Просто я семью не хочу, детей не хочу! Разве это преступление? Чего вы все на меня взъелись?!

- Взъелись? Да я просто пытаюсь понять, чего ты хочешь! – всплеснула руками Кассандра.

- Всякого... - Ариас неопределённо повёл плечом. - Трудиться хочу. Я наконец-то действительно полезен в Скрамтории! Могу сделать жизнь огромного количества людей лучше! И делаю! Хочу ездить везде, пробовать разное, встречаться с разными, любить разных. Но разве она поймёт?

- Хм, - прошуршало из темноты, - А ты попробуй ей объяснить. Словами...

- Отличное предложение, господин гений! - тон Ариаса сквозил сарказмом.

- Между прочим, я согласна с Винсенсом. 

- Кто бы сомневался... Вы оба - как слипшиеся пельмени. Смотреть противно!

Сказав это, Ариас понял, что опять поддался эмоциям. Он не хотел никого обижать, тем более не хотел устраивать сцену посреди лесной чащи. Не хватало ещё поругаться и разойтись в разные стороны! Его брови удивленно поползли вверх, когда он осознал, что эти двое смеются.

- Ты прав, Ариас, - Кастар хлопнул его по плечу костлявой пятернёй утопленницы. - Только мне больше нравится метафора пазла. Мы дополняем друг друга, как части целого. Плюсы Кассандры перекрывают мои минусы. И, я надеюсь, наоборот. Поэтому, вместе нам лучше, чем по отдельности. Ты же, в отличие от нас, целый. Тебе не нужно дополнение.

- Не слушай его, братец. Он поставил крупную сумму на то, что вы с Мэйви расстанетесь!

- Не совсем так. Мы оба поставили на расставание. Я - на то, что Бьёрк надоест с тобой мучиться, и она тебя бросит, а Крисп - на то, что ты бросишь её. Он считает: она тебе, как корове седло.

- Неужели никто не поставил на счастливый финал? - изумился Ариас. Тот факт, что родственнички делают ставки на его личную жизнь, не удивлял Веласско уже давно.

- Расставание в некоторых случаях - тоже счастливый финал, - философски заметил Винсенс и резко остановился. В темноте Ариас наступил ему на пятку.

- Кажется, озеро кончилось, - Кассандра огляделась по сторонам. - Может это не Лонгано? Или мы пошли не в ту сторону?

Повисло молчание. Напряжённое и тягостное. Ниточка надежды, за которую они так отчаянно цеплялись, выскользнула из озябших пальцев.

- Что делать? - упавшим голосом спросила Моррен.

- Идти, разумеется. Если мы не хотим замерзнуть, - Винсенс уверенно шагнул вперёд. - Давай, Санди! Что нам этот лес по сравнению с Дикими Землями?

Кассандра приободрилась, и поспешила за ним, стараясь ступать след в след. Ариасу ничего не оставалось, как молча согласиться с этим решением. Хотя кто его спрашивал?.. Алхимики проявляли чудеса самоуправления. Или самоуправства? Ариаса не покидало ощущение, что Кастар, влекомый своей невозможной гордостью, ведёт их прямиком в пасть лесных чудищ. Или в сердце прожорливой топи. На заклание, в общем. Ариас напряжённо буравил взглядом спину алхимика: грива заиндевевших волос, бледная кожа, отливающая синевой в холодном свете луны. Клубы пара из ноздрей предавали ему сходство с драконом, а руку утопленницы он воздел вверх, как иные экскурсоводы держат флажки, привлекая внимание группы. Ариас уже и забыл, когда этот тип в последний раз казался настолько нездешним. Страх прошил сердце насквозь. Почему он вообще решил, что тот, кто идёт впереди - Винсенс?

- Какого х... - подал голос самозванец.

- О, да это же снеговик! - Санди попыталась вырваться вперёд, но самозванец удержал её за руку.

В темноте за их спинами Ариас еле разглядел какое-то вертикальное возвышение. Выдирая ноги из хватки сугробов, он подошёл ближе.

- Похоже, это снежная баба, - Веласско откинул с лица растрепавшиеся пряди. Изваяние правда имело плавные очертания женского тела. Неизвестный скульптор вылепил даже длинные вьющиеся волосы, которые струились по спине и ложились на плечи.

- Это единственное, что ты заметил? - Винсенс, или тот, кто выдавал себя за него, иронично приподнял бровь. Ариас замолчал, ожидая разъяснений.

- Следов нет, - одними губами произнесла Кассандра. - И ещё... странное чувство: она мне кого-то напоминает... Ой, мой браслет!

Она потянулась вперёд. На запястье снежной барышни, правда, висело что-то блестящее. Винсенс резко перехватил её ладонь.

- Уже не твой. Оставь лесу.

Сказал он это настолько пугающе, что Ариас вновь невольно вздрогнул. На лице Кассандры тоже отразилась целая гамма эмоций.

- Но, это же... - она хотела сказать «твой подарок», но слова встали поперёк горла.

- Ерунда. Новый купим, - махнул рукой алхимик, и вновь обратился к спутникам. - Разве не видите? Это Кассандра! Точная копия. Кто-то ходит за нами попятам. Вернее, этот кто-то нас опережает. Играет с нами…

Конец фразы заглушил порыв колючего ветра, но Ариас готов был поклясться, что в его шуме он слышит чей-то трескучий смех. А может это - всего лишь ночная птица?

- Пойдёмте, - снова поторопил Кастар. Процессия тронулась, и снежная скульптура постепенно осталась позади.

- Постой-ка, - в пару широких прыжков Ариас обогнал спутников и указал пальцем на того, кого по-прежнему называли Винсенсом. - Не слишком ли много ты знаешь про лес, приятель? Откуда такой уровень экспертизы? И куда мы так торопимся, можно узнать?!

- Домой, разумеется. Или ты решил остаться? - алхимик толкнул его плечом и снова вышел вперёд. - Хватит трепаться, идём.

- Санди, ты ему веришь?! - Ариас встретился взглядом с недоумевающей кузиной. - Почему мы вообще решили, что это Винс?! Может он…

Алхимик, или кто он там был, резко развернулся, прищурился. Ариас видел, как его рот искривился в хищной ухмылке, а чёрные глаза заблестели в лунном свете.

- Решил, я - какая-нибудь лесная хтонь? Что ж, твои опасения не лишены оснований... - он помолчал, сверля Ариаса злым взглядом. - Впрочем, есть способ выяснить это наверняка. Если ты доверяешь моей экспертизе, конечно...

Ариас не знал, что ответить. Согласиться и пойти на поводу у того, кто чувствует себя в ночном лесу лучше, чем в собственной гостиной? Отказаться? И что тогда? Кассандра настороженно переводила взгляд с кузена на мужа. У неё не возникало сомнений в подлинности обоих, а вот в целесообразности длительного стояния на одном месте... Пауза затягивалась. В этот момент где-то позади снег явственно захрустел, приминаясь. И снова - с другой стороны. С третьей. Странные звуки слышались отовсюду. Казалось, к ним что-то прыгало... Да, на одной ноге…

- Похоже, мы окружены...

Трое, повинуясь секундному порыву, прижались спина к спине и вперили взгляды в темноту. «Может, Кастар и не Кастар вовсе, - думал Ариас стоя плечом к плечу с алхимиком, - но с ним у нас явно больше шансов, чем без него».

Луна скрылась в набежавших облаках, и тьма стала почти непроглядной. Снег скрипел ближе и ближе. Ариасу даже почудилось какое-то движение. Совсем рядом. Дрожь пробирала так, что Ариас боялся прикусить язык. Винсенс резко пихнул его локтем. Веласско уже повернул голову чтобы возмутиться, но так и застыл с открытым ртом: алхимик, или тот, кто им притворялся, быстро стягивал футболку и выворачивал наизнанку. Ариас посмотрел на сестру - она делала то же самое со своим свитером.

- Чё пялишься? - шикнул Кастар. - Повторяй, если жить хочешь.

С этими словами он снял с запястья сверхточный хронометр, с которым не расставался ни на минуту последнюю пару лет, и швырнул в снег, а после заговорил, напряжённо вглядываясь в темноту:

- Госпожа леса. Матерь зверей и духов! Прими дары, и отпусти нас своей дорогой.

Лес рассмеялся, и этот смех, похожий на стрекотание тысяч сорок и треск мелких сучьев, доносился отовсюду. Ариас завертел головой, пытаясь определить источник звука. Его спутники неотрывно смотрели в одну точку. Сердце замирало при мысли, что они видят нечто такое, чего не может разглядеть он. И это нечто стоит там, во тьме, под сенью скрюченной ели.

- Глупый, глупый маленький человечек, - раздался высокий звенящий голос. - Думаешь, мне нужны ваши игрушки?

- Чего ты хочешь?

- Не я... - ласково пропели в ответ. - Мои детки. В эту ночь им нужна ваша магия.

- Моей хватит?

- На первое… - прошелестели из чащи. - А что помешает мне взять остальных? Честное слово?

Лес затрясся в трескучем подвывающем хохоте. Пальцы Кассандры крепко сжали запястье Винсенса.

- Не смей с ними торговаться, - жарко зашептала она. - Не выторгуешь. - Взгляд Моррен обратился в ночь. - Госпожа леса, матерь духов, - запинаясь от волнения, протараторила она. - Не забавы ради мы явились в твои владения и не со злом умыслом…

Несколько секунд кристальной тишины, и лес заскрипел, захихикал, захрюкал, а все внутренности Санди сжались в тугой комок. 

- Врёш-ш-шь! Я знаю ваши намерения. И умысел того, кто вас ко мне отправил. Он посмеялся надо мной, а я посмеюсь над вами.

Ах, так! Клубы пара повалили из носа Кассандры. Когда она заговорила вновь, голос звучал решительнее.

- Что ж, давай позабавимся, хозяйка леса. Только, чур без обид. Я тоже обещала сыну праздничные забавы. И я вернусь к нему, чего бы мне это не стоило. И если кто-то или что-то встанет на моём пути я спалю твой грёбаный лес ко всем болотным чертям!

На её пальцах полыхнули языки пламени. Винсенс набрал пригоршню снега и обхватил ладони жены.

- Санди, они жрут магию! Это им как закуска!

И только Ариас слышал насмешливое стрекотание леса.

- Храбрая девочка, - просвистели из чащи. - Отчаянный мальчик. Игра обещает быть призабавной. Я дам вам фору, так веселее. Бегите, смертные. И помните: кто оглянется – на веки мой.

Кассандра и Винсенс опрометью бросились куда-то в темноту. Наугад. Ариас немного замешкался, ему показалось, что в проблеске лунного света мелькнули чьи-то копыта. Не помня себя от ужаса, он в несколько прыжков обогнал спутников.

Очередной марш-бросок на грани возможностей. Все трое изнемогали от стужи и так не кстати подступившей сонливости, но упрямо смотрели только вперёд. Ариас перестал ощущать время. Ему то чудилось, что они идут всего несколько минут, то мнилось, что это блуждание длится часами. Он вообще мало что понимал, мысли ограничивались тремя «не»: нельзя останавливаться, нельзя оглядываться, и категорически нельзя терять друг друга из вида.

Он торил путь. Остальные шагали след в след, но как ни крути, проваливались в сугробы глубже и глубже. Вырывать задубевшие ноги из снежного плена с каждым шагом становилось труднее. Отовсюду слышались шорохи, скрежет, тихие хохотки, повизгивания, завывания, детский плач. Казалось, лес потешался над ними, высмеивал все усилия, отвлекал. Ничего такого, с чем не справится опытный боевой маг. Но один голос вырывался из тьмы, и возвышался над всеми остальными. Он звал, плакал, просил. Голос Мэйви. Именно так она плакала в их последнюю ссору. Так просила его остаться. Сердце Ариаса переполнялось жгучей, ядовитой виной. Умом он понимал, что Мэйви здесь нет. Нет, и быть не может. Но и его здесь быть не должно. А что если она точно также, как и он сам очутилась в этом…

- Внимание, Веласско! - Кастар грубо вернул его в реальность, занимая место во главе небольшого отряда. - Следи за своей башкой. Будешь вертеться, твой младший племянник останется сиротой.

Ариасу вдруг показалось, что голова намертво приклеилась к шее. Словно её удерживает чья-то воля. Поразмыслив, он решил не паниковать и просто подчиниться.

Снег усилился и теперь напоминал сплошную движущуюся стену. Помехи на экране синематории. Оглядывайся, не оглядывайся - всё равно ничего не увидишь. «Да и куда мы идём? Какой смысл в этой оголтелой гонке? Эта тварь просто глумится над нами, ждёт, пока мы выбьемся из сил…»

- Ай!

Ариас налетел на сестру, та лбом уткнулась между лопаток Винсенса, а последний на всём ходу впечатался в дерево. Тонкие пальцы бегло ощупали обледеневший ствол, обнаружив на уровне вытянутой руки какое-то углубление. Нет, огромное дупло…

- Полезай, - потребовал он, обращаясь к Веласско.

- Ты что, с дуба рухнул!?

- Напротив. Я желаю туда залезть. И мне… нужна помощь.

- Ты больной?! Они ж нас там и прикончат!

- Я - больной, а ты - самый высокий, - пожал плечами Винсенс. - Залезешь сам, поможешь Кассандре. Потом пойду я.

- Что за идиотизм?! Нахрена нам в дупло?! Что если там спит бородавчатый замбогорм?!

- Не кричи, Ариас, - Кассандра положила ладонь ему на грудь. - Спокойнее. Ты что, не читал Вирийских сказок про обратную сторону мира? Возможно, это дурацкое дупло - наше единственное спасение. И если тебе не по душе конкретно это… я не уверена, что при таком снегопаде мы быстро найдём другое.

- Вообще-то мне не по душе он! – Ариас указал на Винсенса подрагивающим пальцем.

- Это не новость, - в один голос хмыкнули алхимики.

- Да послушай, Сандра! Почему мы должны ему верить?! Он так и не доказал, что он не один из них!

- Ариас, хватит истерить! - Моррен не выдержала. – Ты действительно считаешь, я мужа от чёрта болотного не отличу?! Лезь, давай!

Веласско смерил её долгим взглядом и, не переставая бухтеть, подпрыгнул и уцепился руками за нижний край дупла. Подтянулся. Кое-как закинул непослушное от холода тело в неизвестность, пахнущую отсыревшей древесиной.

- Ну как? - с любопытством спросила сестрица. - Есть там замбогорм?

- Пока он своего присутствия не обнаружил, - Ариас присел на корточки и, стараясь смотреть только перед собой, протянул ей руку. - Ждёт, пока мы все залезем. Так сытнее.

Кассандра проворно ухватилась, и уже скоро они вместе оказались в огромном дупле. Настолько огромном, что Ариас вполне мог выпрямиться в полный рост.

- Помочь или сам залезешь? - осведомился Ариас, но ответили ему лишь завывания ветра. - Винс?..

Он посмотрел вниз. И выругался. Кастар стоял к нему спиной и казался пришибленным, одеревеневшим. Неподалёку от него полупрозрачной, призрачной фигуркой стоял мальчишка, как две капли воды похожий на самого алхимика. Он звал. Протяжно и очень тоскливо. Звал маму и папу. Звал так, будто был самым одиноким существом во вселенной.

Ариас не видел лица алхимика, но знал: тот уже понял, что совершил непростительную ошибку. Обернулся. Иллюзия рассеялась. Мальчик с печальными чёрными глазами растворился во мраке. И в тот же миг со всех сторон, из-за каждого дерева повалили они. Паучьеногие тени, словно сплетённые из корней и веток, зияющие рубиновыми глазницами. Хищные. Много, целые полчища. Каждый кустарник, казалось, стал иномирной тварью. Они двигались быстро. Алхимик стоял, не шевелясь.

С кончиков пальцев Ариаса сорвались серебристые искры. На мгновение пространство вокруг осветилось и все увидели подступающее воинство изнанки. Яркий полупрозрачный щит встал вокруг дерева. Первая тварь взвизгнула, ударившись об него, и засучила щетинистыми лапками. Кастар встрепенулся. Взлетел на дерево без всякой помощи. Махнул рукой, и трое погрузились в абсолютную тьму.

Ариас плыл сквозь эту тьму. Он почти не чувствовал своё тело, не ощущал поверхности под ногами, не слышал и не знал, рядом ли алхимики. Тьма обещала тепло и безопасность. Тьма успокаивала, обволакивала, усыпляла. «Расслабься, - говорила она, - твоя проблема решилась сама собой». Тьма по-сорочьи смеялась, и этот смех казался смутно знакомым.

Ариас пытался бороться со сном, но с каждым мгновением это становилось сложнее и сложнее. Слишком уютным, слишком желанным казалось беспамятство. Наконец-то он никому ничего не должен. Никто от него ничего не хочет, не требует, не винит… Полная свобода. О, боги, как он её ждал…

Кто-то звал его. Обеспокоенно и настырно. Холод. Снова холод! Ну почему?! Силы стихий, даже умереть спокойно не дают! Из бездны достанут!

- Матерь чудовищ, Ариас! Немедленно очнись, или я тебе врежу! - требовательные интонации Кассандры он узнал бы из тысячи. Веласско нехотя разлепил веки.

Сестрица растирала его щёки колючим снегом, да с таким усердием, что в пору было снова потерять сознание.

- Знаешь, ты раньше была нежнее! - проворчал он, с трудом приподнимаясь на локтях.

- Ты нас очень напугал, Веласско. Тут не до нежностей.

Винсенс сидел на корточках за её спиной, и почти ничем не отличался от утопленника: такой же синий, с застрявшими в бровях и в волосах снежинками. «Все живы, значит. Ну, слава Вселенной!»

- Где мы? - он стал озираться, и вопрос отпал сам собой.

Широкая, расчищенная дорога. Ровные ряды заиндевевших буков по обочинам. Следы от колёс слайттрафферов, трёхглавые фонари, разгоняющие ночную мглу, изящные кованые ворота, за которыми высилась громадина его родового имения. В окнах горел свет: такой тёплый, что хотелось лететь к нему мотыльком. Вот только сил уже не осталось. 

Ворота поместья распахнулись и навстречу, что-то крича, охая, обгоняя друг друга, выбежали люди. Свои.

- Что стряслось? Куда вы пропали?! - на бегу вопрошал Крисп. Его лицо отражало снежную белизну, а непокорные вихры торчали в разные стороны.

- Силы стихий! Дети! Вы как с того света явились! - Кассандра и Винсенс оказались в объятьях Гербера. - Какие холодные, живо в дом!

Клайд поднял Ариаса на ноги, закинул его руку себе на плечо, и все вместе они двинулись в сторону дома. Расспросы обрушились градом, а языки еле ворочались от холода и усталости.

- Господа, какая бестактность с вашей стороны! - заявила леди Веласско. Она стояла на крыльце с фонарём в поднятой руке. Другой рукой удерживала сползающую шаль. - Разве можно сейчас пытать их вопросами? Грэгсон, подайте горячий чай в южной гостиной.

Дворецкий за её спиной с поклоном отступил внутрь дома. Ариас слабо улыбнулся.

- Точно говоришь, мама, - он крутил головой туда-сюда, и нигде не мог найти той, о которой были все его мысли.

- Мы ч-чуть не умерли, к-какой чай?! - стуча зубами, возмутился Винсенс. - Глинтвейн для Кассандры, нам с Веласско коньяк.

Губы леди Веласско сжались в тонкую ниточку, как всегда, когда алхимик откалывал что-то, на её взгляд, чудовищно неуместное, но тут послышался дрожащий голос Кассандры:

- Мне тоже п-пожалуйста коньяк, Тессея,

Все засмеялись.

- Полюбуйся! - нашлась леди Веласско. - Вот к чему приводит твоё влияние!

Гербер, к которому были обращены слова, смиренно развел руками, избавив Винсенса от необходимости пререкаться. И так, в шутку переругиваясь, смеясь, и подтрунивая друг над другом, они вошли в тёплый и светлый холл, где множество свечей уверенно разгоняли ночную мглу, а воспоминания о только что пережитом ужасе казались не более чем мороком.

Ещё через полчаса Ариас, Винсенс и Кассандра сидели за накрытым столом в компании друзей и близких. Вместо вечерних нарядов они кутались в уютные свитера и пледы. Под строгим надзором леди Веласско прислуга поставила на стол свиную корейку в соусе дегильмес, блюдо сыровяленой ветчины, салат с перепелами и ананасами в какой-то гигантской бадье из тонкого хрусталя и ещё огромное количество всякой всячины.

Санди так и не притронулась к алкоголю. Винсенсу стало ясно: шокирующая просьба понадобилась только для того, чтобы отвести от него гнев леди Веласско. До полуночи оставалось совсем немного, а взволнованная радостная болтовня в гостиной не прекращалась. Клайд деловито разделывал гуся, его жена раскладывала куски по тарелкам. Винсенс, естественно, ничего не евший с утра, глотал слюнки, наблюдая за их действиями. Девушка Криспа - Винсенс забыл её имя - играла на фортепиано, видимо, пытаясь произвести хорошее впечатление. Гости потянулись на середину комнаты – танцевать. Даже Гербер и Тессея, о чём-то спорившие в глубоких креслах у камина, прервались ровно на один танец, а затем вновь продолжили дискуссию. Идиллия.

- Где Мэйви? - подал голос Веласско.

- Как, ты разве не знаешь? - Клайд вопросительно уставился на друга.

- Сегодня днём она улетела куда-то на север Гликарии, - холодно ответила леди Веласско. - Прислала письмо с извинениями. Очередной проект Доброй Воли, где естественно без неё не обойтись.

- Точно! - воскликнула Кассандра. - Она что-то об этом говорила. Её фонд спасает остатки популяции пурпурных кашалотов. Но, я думала, она присоединится к ним после праздника. Вряд ли, кашалотам грозит опасность прямо сейчас.

Ариас помрачнел, а вот Винсенс крутил в пальцах низкий стакан с маслянистой жидкостью и посверкивал угольками глаз, внимательно наблюдая за Криспом.

- Что? - осведомился тот, не переставая жевать.

- Я смотрю, в тебе снова проснулись криминальные наклонности…

Все вытаращились на него, и если бы у кого-то из присутствующих имелась вставная челюсть, то она точно бы вывалилась на пол. В камине хищно шумело пламя, а ветер тревожно вторил ему за окнами.

- Полагаю, ты переместил нас в лес, - Винсенс пригубил крепкой дряни. - Остаётся только спросить: зачем? И как ты подкупил инспектора управления внутреннего порядка?

Крисп покраснел так, что даже кончики его ушей казались пунцовыми. Рука Кассандры взметнулась ко лбу супруга, не бредит ли? Леди Веласско сжала челюсти. Её зубы скрипнули в почти абсолютной тишине.

- Винс, это... это не то, о чём ты подумал... ох, - парень в отчаянии заламывал руки. - Вы только дослушайте, ладно? Я, правда, отправил всем разные артефакты. Всем! Не только вам троим. Я хотел, чтобы вы переместились сюда к назначенному часу. Чтоб никто не опоздал как… Ну, как обычно, короче… Хотел перед тем, как сесть за стол провести небольшую игру в саду. Я всё спланировал. Продумал, как и кому подкинуть какой артефакт, всё настроил, но... с вами тремя что-то пошло не так... какая-то осечка… простите меня. Вы как в небытие провалились! Мы даже не знали, где вас искать! Всех местных увальней подняли! Думали: если до полуночи вы не явитесь, сами начнём прочёсывать лес!

- Не парься, мелкий, - Винсенс ухмыльнулся и отсалютовал стаканом. - Я не думал, что ты сделал это по злому умыслу. Хозяйка леса проболталась: тот, кто закинул нас туда, хотел поразвлечься. Опасное желание для ночи Середины Зимы. У существ изнанки свои понятия о развлечениях.

- Хозяйка леса?! - воскликнул кто-то.

- Но как ты догадался, что это моя идея? - изумился Крисп.

- Элементарно. Ты знаешь нас троих достаточно хорошо, чтобы безошибочно угадать, что может зацепить каждого. Ты постоянно придумываешь разные сомнительные активности, чтоб ожидать от тебя подвоха. И именно ты, как никто иной склонен к паталогической невнимательности, когда колдуешь. Этого последнего факта некоторым демонам вполне достаточно, чтобы вплести помехи в твои намерения.

- О-о… да?.. Не знал… Но, чёрт возьми, Винс! Умеешь ты страху нагнать! У меня чуть крыша не покосилась! Думал, ты впрямь решил, будто я замыслил убийство!

- Это не я. А твои старые студенческие рефлексы. Сам я - воплощение гуманности.

- Как же, - усмехнулся Ариас. - Сказал человек, который одним пинком лишил головы озёрную нежить.

- Именно. Спасая тебя. Не вижу противоречий.

- Нежить? Где?! Расскажите!

Вопросы, выкрики и изумлённые ахи-вздохи посыпались со всех сторон. Ариас и Кассандра наперебой отвечали. Винсенс ел пирог, увлечённо глядя в тарелку. Его совершенно не волновало, что рассказ Ариаса приобретает совсем уж гротескные формы. В духе героической саги Веласско повествовал всем желающим, о том, как он (естественно) сразу сообразил почему они оказались в лесу, кто и за чем водит их кругами, и как он храбро спас спутников сначала от армии утопленниц, а потом и от полчища теней. Нет, не теней, целого сонма демонов! Кассандра заливисто хохотала, леди Веласско хваталась за сердце, а Гербер задумчиво качал головой. С Криспа взяли клятву больше никогда не создавать артефакты, и он, в который раз заливаясь краской, поднял ладонь и произнёс заветные слова под аккомпанемент дружного смеха.

- Господа, минута до полуночи! - воскликнул кто-то, и в гостиной закрутилась ещё большая суматоха. Шипело, пенилось, лилось по бокалам шампанское. На перебой звучали тосты. Кассандра звонко чокнулась со всеми своим фужером и закрыла глаза, чтобы загадать желание. 10, 11, 12… она проморгалась и увидела перед собой хитрющую улыбку отца.

- Я думал, у тебя уже всё есть, дочка...

- Ты прав. Но пару часов назад, я поняла, какой хрупкой может быть наша жизнь и как важно беречь друг друга. Банально, правда?

- Ни в коем случае, - тихо сказал Гербер, притягивая Кассандру к себе.

Снова заиграла музыка, но теперь это уже был приглашённый скрипач. Крисп утащил подружку на вальс, а Кассандру оттеснили супруги Бруни и долго с присущей им щепетильностью расспрашивали о том, как Рэммис привыкал к детскому саду. Санди пыталась заверить, что самое страшное в адаптации это - зелёные сопли, которые их сын исправно приносил домой на протяжении первых месяцев осени.

- И еще было сложно объяснить ему, почему нельзя брать с собой реактивы из лаборатории. Особенно, когда один из родителей искренне спрашивает: «а что такого?» на пару с четырёхлеткой. Да, родной?.. Ой... А где?..

- Я давненько его не видел, - развёл руками Клайд. Санди продолжила разговор, но её взгляд не переставал блуждать по гостиной.

Не найдя Винсенса среди гостей, она выскользнула за дверь и пошла по широкому, увешанному картинами, коридору, заглядывая во все открытые комнаты. Винсенс обнаружился на балконе одной из тёмных гостевых спален. Он стоял, накинув плед и опершись на перила. Курил. И где он только раздобыл сигареты? Кассандра улыбнулась, глядя на его идеально прямую спину, и бесшумно приблизилась.

- Решил еще немного помёрзнуть? - она встала рядом и положила свою ладошку поверх его. - Можно с тобой?

Алхимик молча укутал её в плед и обнял за плечи. Какое-то время они просто смотрели на заснеженный сад, раскинувшийся у поместья. На сверкающие фонари, искристые сугробы, дорогу, убегающую вдаль, и лес, обступающий их со всех сторон. В этот момент обоим казалось, что дом Веласско - единственный островок тепла и света в океане холодной тьмы. Кассандра поёжилась.

- Я снова подвёл тебя, - глухо сказал Винсенс. 

- О чём ты? - Санди повернула голову и с удивлением разглядывала его непроницаемое лицо.

- Всю дорогу шипел на вас с братом, а в итоге мы все едва не погибли из-за меня.

- Шутишь? Благодаря тебе мы живы! Если бы не ты Ариаса уже ели рыбы! А я? Думаешь, я не слышала все эти голоса, пока мы шли? Сначала отец меня звал, потом Рэммис! Ужас, как жалобно! Я сама не обернулась только по тому, что успела нанести чары частичного оцепенения. На себя и на брата. Так что мы физически не могли этого сделать!

- Хитро. А меня почему не заколдовала?

Кассандра тяжело вздохнула, медля с ответом.

- Честно? У меня даже мыслей таких не возникло! Похоже, я привыкла доверять тебе больше, чем себе самой.

Винсенс усмехнулся, откинув спадающие на лицо пряди.

- Звучит лестно. Но, тогда получается, я подвёл тебя дважды: проявил слабость, и не оправдал доверие.

- Прекрати на себя наговаривать! - Санди развернулась к нему лицом и решительно отстранила от себя. - Я не считаю, что ты меня подвёл, и не думаю, что ты проявил слабость. Просто мы люди, Винс. И оба ошиблись. Очень по-человечески... Я вообще обожаю, когда ты позволяешь себе хоть что-то человеческое. Когда дурачишься с сыном, когда носишься за кошками по всему дому, когда тащишь меня смотреть грозу среди ночи... Ты тогда становишься настоящий, живой, тёплый. И я рада, что ты такой всё чаще.

- Это ты на меня так влияешь, - Винсенс мысленно благодарил ночь за то, что она скрывала его пылающие скулы. Хотя кого он стесняется? Эта женщина знает его как облупленного, и всё равно выбирает. Волна благодарности накрыла алхимика с головой. Он испепелил окурок, порывисто обнял Кассандру, и зарылся носом в её мягкие волосы.

- Да, наверное, - она прижалась к нему всем телом, гладила по спине, и вдыхала терпкие запахи, исходящие от одежды. - Мы не просто пазл, Винсенс. Мы - два элемента, вступивших в реакцию. И если реакция началась, изменения необратимы для обоих. Ты со мной становишься человечнее, а я с тобой - увереннее и сильнее...

- Ха! по принципу «То, что не убивает нас?..»  - Кастар хитро прищурился. Санди рассмеялась.

- Очень похоже! - сквозь смех ответила она. - Кстати про то, что меня не убивает. Пока мы шли во тьме, лесная хозяйка нашептала, что дома меня ждёт некий сюрприз. Ты в курсе, о чём она?

- Да, к сожалению, - затяжное молчание, испытующий взгляд… Кассандра начала опасаться, что утром проснётся абсолютно седой, но тут Винс буднично возвестил. - Сегодня в полдень в лабе вылупились василиски.

Кассандра открыла рот. Закрыла. Снова открыла:

- Р-родной, а по порядку можно? Откуда они взялись?

- Помнишь, нас попросили дать заключение по снотворным пилюлям третьего поколения два месяца назад? В составе была вытяжка из яйца, снесённого куральвицей. Я закупил больше, чем нужно, на всякий случай. В итоге пара осталась, и Рэм упросил показать, что из них вырастет. Мы обустроили террариум, нашли жабу побольше, и заставили её эти яйца высиживать.

- А навоз?

- И навоз был, все как надо. О том, чтобы запахов не было, я позаботился, и о том, чтобы глаза отвести кому не нужно - тоже.

- Кому не нужно - это мне?! - возмутилась Кассандра.

- В том числе. Парни боялись, что ты не одобришь.

- Парни?! Илай тоже в это посвящён?!

- Да, он как раз застал момент, когда они начали вылупляться. Страшненькие такие, - он слегка улыбнулся. - В твоём вкусе.

- Покажешь? - Кассандры уже чуть не подскакивала от любопытства.

- Разумеется. После того, как ты выдашь мне свою тайну.

- О чём ты?

- Думаешь, ты единственная, с кем шепталась хозяйка леса? Выкладывай, что за секреты?

- Вот сучка потусторонняя, все карты мне спутала! - Санди зыркнула в сторону лесной темноты. - Не так я хотела об этом сказать. Хотя, - она огляделась по сторонам, и остановила настороженный взгляд на нахмуренных бровях мужа. - В общем, я с утра забегала к Маистре и она сказала, что… у нас получилось! Я беременна, Винс. Ты... ты что-нибудь скажешь?..

Лицо Винсенса казалось окаменевшим, и Санди внутренне сжалась, хотя умом понимала: мероприятие под кодовым названием «генетическое разнообразие», было запланированным, а её беременность – вполне ожидаемой. «Да, на этот раз получилось далеко не так стремительно, но всё же… Почему он так долго молчит? Передумал?»

- …Скажу, что мой проект по разведению василисков в неволе полная ерунда по сравнению с этой новостью.

Он подхватил Кассандру двумя руками и закружил в воздухе. Та рассмеялась. В этот момент на улицу высыпала шумная и уже порядком подпитая толпа. Кто-то обернулся, присвистнул, и замахал им рукой.

- Эй, вы там! Голубки! Спускайтесь! Сейчас салют бахнем!

- Здесь вид лучше! - крикнула в ответ Кассандра и осталась в объятьях мужа.

- Скажем им?

- Позже. Наши лесные приключения и так привлекли к себе слишком много внимания.

- Только благодаря бахвальству твоего кузена.

- Завидуешь?..

Раздались первые залпы. Небо озарилось сполохами золотистых искр. Ввысь взвились белые звёзды, пурпурные птицы, а по всему саду, хихикая, закружились разноцветные феи. Взрослые дружно кричали «ура!» совсем по-детски. Даже чопорная мать Ариаса подбросила в воздух шляпку, украшенную веточками остролиста.

- Похоже, я с тобой счастлив, - шепнул Винсенс. - А стану еще счастливее.

Где-то среди общего веселья рыкнул мотор скайтраффера, и из ангара вылетело карминово-красное чудо последних технологий. Ворота с лязгом распахнулись, не прошло пары минут, как скайтраффер взмыл в звёздное небо.

Леди Веласско прижала шляпку к груди и беззвучно открывала рот, стараясь перекричать громовые залпы салюта, но оба алхимика понимали: это бессмысленные потуги. Если уж Ариас втемяшил что-то в свою прекрасную голову, остановить его не удастся даже бородавчатому замбагорму.

- Вот опять: сначала делает, потом думает.

- И не говори, родной...

...

Рэммис Кастар проснулся, когда лучи холодного январского солнца уже настырно заглядывали в окна спальни. Ему казалось, что во сне он слышал звон множества маленьких колокольчиков, но что именно ему снилось - вспомнить не мог. Мальчик сел в постели, и события прошлого вечера отозвались смутной тревогой. «Мама исчезла. Ушла и не вернулась. Даже не сказала «пока»! Она никогда так раньше не поступала! Да и госпожа Алькор вела себя необычно…»

То, что Рэм изначально принял за звон колокольчиков, снова донеслось с первого этажа, и прервало его мысли. Значит, не сон. Мальчишка скинул с себя одеяло, и как был: в пижаме, с плюшевым драконом под мышкой полетел вниз.

Он притормозил у подножья лестницы, запоздало подумав, что мамин смех вполне мог ему и почудиться. Уже испугался, что в гостиной сейчас окажется какая-нибудь незнакомая мадам, но, всё же, немного потоптавшись, нерешительно заглянул за угол. 

- Мама!.. Папа?!

Кассандра и Винсенс пили кофе в компании госпожи Алькор, когда услышали дикие вопли на лестнице. Отлаженными движениям они успели левитировать чашки, и в ту же секунду на них обрушился плюшевый дракон, а следом - мальчишка, состоящий преимущественно из острых локтей, коленей, и очень твёрдой черепной коробки.

Алхимик героическим усилием сдержал поток ругательств в вперемешку с криками боли, и откинулся на диван, позволяя сыну творить с ним всё, что захочется. А хотелось ребёнку многое: например, кричать, бороться, обниматься, изображать мантикору, задавать вопросы, и желательно всё одновременно.

Наконец, ураган бурной радости прекратился, и Рэммис, устроившись на коленях Винсенса, серьёзно посмотрел на мать.

- Ты потерялась! Хорошие мамы так не поступают!

Лориана Алькор прикрыла ладонью растянувшийся в широкой улыбке рот. Кассандра вздохнула и взлохматила угольно-чёрные волосы сына.

- Прости, милый. Я не хотела теряться. Твой кузен Крисп придумал для нас один сюрприз и...

- Крисп?! - перебил мальчик, осматривая родителей округлившимися глазами. - Все выжили?!

Тут не удержался уже Винсенс. Запрокинул голову и громко расхохотался, обнимая сына. Лориана смотрела на Кассандру лукаво щурясь:

- Бедная девочка! Как ты живёшь с этими саркастичными засранцами? 

Санди молча развела руками, а вот Рэммис заинтересовался:

- Сар-тас-кич... ные это как?

- Саркастичные, - Винсенс отсмеялся, и выглядел почему-то очень довольным.

- А это хорошо или плохо? - спросил Рэм.

- Не знаю, - беглый взгляд в сторону Кассандры. - Некоторым нравится.

- А-а?..

- Так, - алхимик прервал начинающийся поток вопросов, и свёл брови к переносице, чтобы выглядеть максимально строгим. - Быстро чистить зубы и одеваться, мы уходим.

- Но па... - «Мы с Айришей и Элли еще не доиграли в Покорение Диких Земель», - подумал Рэм, но сказать не успел.

- Мы хотели успеть на каток до темноты, но если ты предпочитаешь остаться...

- Нет! Я с вами! - Рэммис вскочил и вприпрыжку поскакал к лестнице. На полпути он обернулся и погрозил родителям пальцем. - Только, чур, не исчезать! 

...

Час спустя мальчик в полосатой шапке с помпоном уже скользил по льду, крепко держа родителей за руки. Чтоб не исчезли. Народу по заледеневшему Лонгано разъезжала целая уйма. Снег падал серебристой пылью, а солнце быстро клонилось к горизонту, окрашивая небесную и ледяную твердь всеми оттенками лилового, пунцового и оранжевого.

- Пап, а ты покатаешь меня быстро-быстро?

- Нет.

- Почему?

- Ты когда-нибудь видел, чтобы скайтраффер вёз пассажиров без топлива? - улыбаясь, осведомилась Кассандра.

- Я не… - «не скайтраффер» хотел возмутиться Винсенс, но Кассандра быстро приложила палец к его губам:

- Ш-ш-ш!

- А где взять топливо? - заинтересовался Рэммис.

- Видишь вон тот киоск? Там продают горячий шоколад. Это и есть топливо. Съезди, и привези нам всем, - она порылась в кармане пальто и извлекла на свет несколько кнартов. - Тогда мы поедем быстро-быстро, обещаю.

- А если я упаду и всё разолью?

- Шутишь? Ты отлично катаешься!

Рэм тут же укатил вдаль, а Винсенс усмехнулся, глядя на жену.

- Развела мелкого.

- Хотела минутку покататься вдвоём.

- Давай наперегонки до киоска?

- На старт...

- Кассандра Моррен! - из портфеля послышался весьма узнаваемый бархатный баритон.

- Проклятье горгоны! Опять он!

- Да, Ариас.

- Привет, дорогая! И тебе привет, нечисть патлатая! Как вы после вчерашнего?

- Оправились вроде. Детёныша вот выгуливаем...

- Молодцы! А я... в общем, я хотел извиниться, что так лихо укатил вчера ночью. Знаете, меня, как переклинило, когда я узнал, что Мэйви предпочла мне каких-то пурпурных кашалотов!

- Да уж, знаем, - фыркнул Винсенс. - В который раз.

- Издевайся сколько влезет, Винс, но чтоб вы знали, я всё решил. Хочу быть с ней!

- Ставлю сто кнартов, что это до первого разговора о свадьбе. - Винс пихнул Санди в бок.

- Двести кнартов, что они поженятся! Ты нашёл её? Вы помирились?

- Да, всё отлично! Вам привет! - жизнерадостно заявил Ариас. - Так что я пока побуду здесь. Могу себе позволить.

- Рады за тебя, братец! Только, умоляю, сообщи матери. Она ужасно волнуется! И передай от нас пожелания удачи Мэйви… Всё, не могу больше говорить. До связи! - Санди торопливо закрыла складное зеркало и с сомнением посмотрела на Винса.

- Признаться, спектакль под названием «Брачные игры мисс Бьёрк и господина Веласско» мне порядком осточертел, - с кислой миной заключил тот. - Скажи, почему они не могут просто договориться? Как нормальные люди. Зачем все эти игры в кошки-мышки?

Кассандра пожала плечами, глядя как сын с величайшей осторожностью везёт три дымящихся стаканчика на специальной картонной подставке.

- Не всем же быть такими умными, как мы.

- И то верно.