Новогодний договор

ИРА

Зимняя сессия закрыта — впереди целых две недели зимних каникул! Я решила провести их не в столице, где учусь и живу с мамой, а дома, в родном Ярославле. Там меня ждут друзья, брат и папа — после развода с мамой он остался в нашем городе.

Мама работает администратором в ресторане, и на Новый год с праздниками у неё, конечно, полная загрузка. Представлять, как я буду одиноко бродить по квартире, уплетать магазинные салаты и смотреть повторы «Иронии судьбы», было невыносимо. Нет уж, спасибо! Лучше проведу каникулы там, где меня действительно ждут.

Не успела я сойти на перрон, как…

— Иришка!!! Ура! Наконец‑то ты приехала!

Ко мне на всех парах подлетела моя лучшая подруга Юля — она встречала меня на вокзале. В руках у неё был огромный букет ярко‑оранжевых гербер (видимо, купила в киоске напротив), а на лице — выражение, с которым обычно встречают космонавта после полугодового полёта.

Мы обнялись так крепко, что у меня хрустнули позвонки.

— Я так скучала, — призналась я, вдыхая запах её знакомых с детства духов.
— Я тоже! — воскликнула Юля. — Знаешь, я даже во сне видела, как мы с тобой идём по набережной и едим шаурму. Представляешь, какая степень тоски?

По дороге в такси подруга взахлёб рассказывала о последних событиях города. Оказалось, что:

наш бывший одноклассник Ваня теперь разводит альпак (да‑да, настоящих!);

в центральном парке поставили гигантскую светящуюся ёлку, которая поёт «Jingle Bells» каждые полчаса;

а местная кофейня запустила акцию «Третий капучино в день — за улыбку».

Потом Юля вдруг резко сменила тон и, глядя на меня с видом главнокомандующего перед сражением, заявила:

— Так. Тебе нужно отдохнуть и подготовиться к сегодняшней вечеринке.

— Юль, ну пожалуйста, — взмолилась я. — Я хочу просто завалиться на диван, закутаться в плед и есть мандарины килограммами. Это и будет мой идеальный отдых.

— Нет, и ещё раз нет! — отрезала подруга. — Это даже не обсуждается. Встречаемся сегодня у Маши дома в 20:00. Все наши будут.

Маша — наша бывшая одноклассница. Мы никогда не были особо дружны: она всегда ходила с таким лицом, будто ей лично задолжал весь мир, а на уроках литературы цитировала Бродского с выражением человека, который только что открыл для себя смысл бытия. Идти к ней в гости мне совсем не хотелось.

Но от Юли не так просто отвязаться — она умеет убеждать с напором бульдозера, которому пообещали мороженое. К тому же мы не виделись целый год, и я действительно очень соскучилась. А ещё понимала: если не пойду на эту вечеринку, Юля будет бомбардировать меня сообщениями вида «Ты пропустила исторический момент! Петя чихнул, а Илья сказал „Привет!“» — и потом придётся выслушивать трёхчасовые пересказы.

— Ладно, — вздохнула я. — Но только если ты обещаешь, что мы сбежим оттуда через час.
— Через два, — хитро улыбнулась Юля. — И с парой кусочков торта.
— Договорились.

ФИЛИПП

 Зимняя сессия закрыта — ура, свобода! Впереди целых две недели зимних каникул в родном Ярославле. Выйдя с вокзала, я тут же вызвал такси и направил колёса прямиком к своему лучшему другу Диме. Год не виделись — а будто вечность прошла.

Если честно, роднее Димы у меня тут никого нет. С отцом мы не общаемся уже несколько лет — всё из‑за «великого семейного раскола‑2022». Тогда папа, бравый пожарный‑спасатель с двадцатилетним стажем, ожидал, что я пойду по его стопам. А я… взял и объявил, что стану блогером. Да‑да, тем самым, который снимает видео про котиков, обзоры на чипсы и пытается танцевать под трендовые треки. Папа тогда посмотрел на меня так, будто я признался, что планирую переселиться на Марс без скафандра.

Мама, к слову, тоже не особо ждёт меня на праздники — у неё новая семья, новые заботы, и я в этом сценарии явно не главный герой. Так что Дима, как истинный друг, великодушно предложил: «Вали ко мне на все каникулы! Отец не против, холодильник полон, вайфай шустрый».

Дядя Саша, папа Димы, — мужик от бога. Любит пошутить, умеет слушать и, главное, не задаёт вопросов вроде «А когда ты наконец найдёшь нормальную работу?». В знак благодарности за гостеприимство я привёз ему бутылочку его любимого виски — это плюс сто баллов в копилку «как очаровать родственников друга».

Но есть одна загвоздка… Сестра Димы — Ира.

Я нервно поглядываю на телефон, проверяя, не появилось ли сообщение от Димы: «Брат, Ира тоже приезжает». Надеюсь, она останется с мамой в Москве. Не то чтобы я её не люблю — совсем наоборот. Проблема в том, что я влюблён в неё с пяти лет, и это чувство сидит во мне, как застрявший в зубах кусочек миндаля: и не вытащить, и не забыть.

Она, конечно, о моих чувствах напрямую не знает. Но, думаю, догадаться несложно. Особенно если:

я краснею, как помидор, когда она заходит в комнату;

начинаю нести какую‑то чушь про квантовую физику (хотя в школе по физике у меня было «три с натяжкой»);

случайно роняю вещи, когда она рядом (в прошлом году я умудрился уронить вазу, телефон и собственное достоинство в одном флаконе).

Однажды я даже попытался написать ей стихотворение. Получилось что‑то вроде:

«Ира, ты как солнце в хмурый день, Как кофе утром, как Wi‑Fi без проблем…»

Потом сжёг листок, потому что даже мой кот посмотрел на это с осуждением.

Так что да, если Ира приедет — каникулы превратятся в череду неловких моментов, попыток не выглядеть полным идиотом и тайных взглядов из‑за угла. Но с другой стороны… может, это шанс? Хотя бы просто поговорить с ней по‑человечески, а не бормотать что‑то невнятное.

Такси подъезжает к дому Димы. Я глубоко вдыхаю, хватаю сумку и виски и иду навстречу каникулам — и, возможно, судьбе. Или катастрофе. Посмотрим.