Новый год и без меня?

Его дыхание обжигало мою кожу. Каждое прикосновение - будто искра, пролетевшая по телу, заставляя меня вздрагивать. Я скользнула руками по его спине, ощущая каждую мышцу, каждый изгиб, словно пытаясь запомнить его до мельчайших деталей.

Мы двигались в унисон, как будто слились в единое целое. Это было больше, чем просто страсть. В этом была тоска, предчувствие разлуки, попытка удержать момент. Я закрыла глаза, отдаваясь ощущению. Мир за пределами этой комнаты перестал существовать.

Его губы скользнули к моей шее, и я почувствовала, как он усмехнулся, когда я тихо застонала. Он всегда знал, как довести меня до грани.

- Не могу поверить, что ты снова уезжаешь, - выдохнула я, едва сдерживая дрожь в голосе.

Он замер на мгновение, а потом притянул меня ближе.

- Знаю. Но я вернусь быстро. Обещаю.

Его голос был тёплым и уверенным, но мне хотелось схватить его за плечи, встряхнуть, заставить остаться. Вместо этого я обняла его крепче, словно могла удержать.

Когда всё закончилось, я прижалась к его груди, слушая, как его сердце бьётся под моей щекой.

- Ты даже не представляешь, как сильно я буду скучать, - прошептала я, ощущая, как моё тело уже скучает по его теплу.

Его пальцы зарылись в мои волосы, а губы едва коснулись макушки.

- И я, - тихо ответил он.

Я проснулась от того, что кто-то упрямо тыкал меня в бок. Сначала я решила, что это сон. Потом - что это кот. Потом поняла, что у нас нет кота.

- Настя, ты храпела. - Голос мужа звучал как всегда спокойно, но в нём была явная издёвка.

- Храпела? - Я повернулась к нему, сонно щурясь. - Ты серьёзно? Может, это ты?

- Ага. Конечно. У тебя прямо сопрано. Как будто вентилятор заело.

Я попыталась задушить его подушкой, но промахнулась. Он ловко увернулся, притворяясь невинным. И вот так началось наше утро.

- Кофе будешь? - спросила я, выбравшись из постели.

- Всегда, если его не варишь ты.

- Ну спасибо, дорогой. Ничто так не вдохновляет женщину, как похвала её утренним кулинарным талантам, - огрызнулась я, направляясь на кухню.

Мы с Димой были женаты четыре года. За это время я успела понять две вещи. Первая - его чувство юмора опасно для моего здоровья. Вторая - он готов терпеть всё, кроме моего кофе. Хотя по мне оно очень даже не плохо получается.

На кухне я нашла его за счётами. Он сидел с телефоном, сверяя что-то в бумагах, и выглядел таким сосредоточенным, что я на секунду засомневалась, стоит ли его отвлекать. Но, конечно, я отвлекла. А нечего работать сразу с утра.

- Ты всё ещё хочешь стать отцом? - спросила я, подсаживаясь к нему с чашкой чая.

Игорь поднял на меня взгляд, в котором блеснуло любопытство.

- Конечно. Но ты же знаешь, для этого нужен другой кофе.

Я застонала, швырнув в него салфетку.

- Может, ты хотя бы на Новый год сможешь быть серьёзным?

- На Новый год я всегда серьёзен. Особенно когда доедаю твой оливье.

Мы оба рассмеялись. В этом был весь Дима: с лёгкостью превращал даже напряжённый момент в шутку. Иногда это спасало. Иногда раздражало.

Но сейчас, глядя на него, я снова поняла, почему люблю этого человека. Даже если иногда мне хотелось его прибить.

Дима – это смесь упрямства, харизмы и какого-то вечного спокойствия. Он был из тех людей, которые умудрялись работать по двенадцать часов в сутки, а потом дома ещё ухитрялись шутить так, чтобы ты забывала о своих проблемах. У него был небольшой, но очень успешный бизнес – сеть магазинов электроники, которую он выстроил буквально с нуля. Сказать, что я гордилась им, – ничего не сказать.

Но при этом он совершенно не понимал, что такое свободное время. У Димы был только один режим: работать, думать о работе и обсуждать работу. Не то чтобы он не уделал мне время, наоборот, все свое свободное время он проводил со мной.

Но я, в отличие от него, была куда спокойнее. У меня свой салон красоты. Не то чтобы это была вселенская империя красоты и стиля, но всё же мой бизнес приносил мне и радость, и стабильный доход. Да и коллектив был замечательный.

- Ты ведь сегодня не собираешься работать? - спросила я, пока он выискивал что-то в своём телефоне, хмурясь.

- Ага, конечно, - отозвался он, даже не поднимая глаз. - У меня выходной. Полный. Почти.

Я закатила глаза. Это «почти» я знала слишком хорошо. В его понимании выходной – это просто работа без галстука.

- Знаешь, тебе бы стоило расслабляться почаще. Может, сходить в мой салон? Мы тебя подстрижём, сделаем маникюр, расслабляющую маску…

- А может, ты перестанешь пытаться навести на меня марафет? Мне и так хорошо.

Я хмыкнула. Конечно, хорошо. В своём вечном костюме-тройке и рубашке, которую он, похоже, никогда не снимал. Но когда снимал, я впадала в экстаз.

- Кстати, - начала я, разливая чай, не любит же он мое кофе. - Мы ведь договорились, что этот Новый год проведём вместе. Никакой работы, никаких дел, только ты, я и праздничное настроение.

Он наконец поднял голову, посмотрел на меня и… почему-то вдруг стал серьёзным.

- Настя, тут такое дело…

Я замерла. Это всегда было его вступление к чему-то неприятному.

- Мне позвонили из головного офиса, - сказал он, отставляя чашку. - Похоже, мне придётся уехать сегодня вечером.

- Что? - Моя чашка остановилась на полпути к губам. - Дима, ты же обещал!

- Я знаю. Но я должен быть там до тридцатого. Это важно.

Он посмотрел на меня с таким видом, что я даже не смогла сразу придумать, что ответить. Разочарование накрыло с головой, но я знала: спорить с ним бесполезно. Когда он говорил, что «это важно», он был непоколебим.

- Вот и проводим Новый год с котом, которого у нас нет, - буркнула я.

Он улыбнулся, встал, подошёл ко мне и обнял.

- Я вернусь вовремя. Обещаю.

27 декабря встретило нас утренней темнотой, обледенелыми дорогами и моим плохим настроением. Дима собирал чемодан в нашу спальню с таким видом, будто отправлялся спасать мир. Я сидела на краю кровати, сворачивая в руках шарф.

- Ты точно всё взял? - спросила я, глядя на него.

- Точно, - отозвался он, бросив в чемодан какой-то кабель.

- А зубную щётку?

- Да.

- А мозги?

Он хмыкнул, даже не посмотрев в мою сторону.

- Ты специально сейчас пытаешься мне испортить настроение, чтобы я ещё больше хотел вернуться домой?

- Нет, просто хочу убедиться, что ты не забудешь что-нибудь важное.

- Настя, я лечу на три дня, а не в кругосветку, - Дима захлопнул чемодан и посмотрел на меня.

- Три дня. Целых три дня.

- Знаешь, это звучит так, будто я тебя бросаю.

- А ты уверен, что нет?

Он подошёл ко мне, сел рядом и взял меня за руку.

- Настя, это всего три дня. Я вернусь до Нового года. Честное слово.

- Честное слово? - Я прищурилась. - А если нет?

- Тогда ты можешь наказывать меня как угодно.

- Вызов принят, - пробурчала я, чувствуя, как уголки губ непроизвольно поднимаются вверх.

Через час мы уже были в машине. По дороге в аэропорт я пыталась держать лицо, но чем ближе мы подъезжали, тем сильнее внутри разгоралось что-то вроде маленького пожара.

Мы добрались до терминала, и я проводила его до зоны регистрации. Я бы просто пожелала ему хорошего полёта и вернулась домой, если бы не одно «но».

Она.

Молодая, высокая, с идеальной укладкой, в деловом костюме, который сидел на ней как влитой. Девушка стояла рядом с Димой и мило улыбалась.

- Это кто? - вырвалось у меня, прежде чем я успела себя остановить.

- Это Лиза, моя новая ассистентка. Лиза, это Настя, моя жена, - представил он нас друг другу.

Я натянула улыбку, но внутри что-то взорвалось. Это ассистентка? Она слишком красивая, чтобы быть ассистенткой! Разве ассистентки не должны быть старше и... менее фотогеничны?

- Очень приятно, - сказала Лиза, протягивая мне руку.

- Ага, - ответила я, слегка сжимая её пальцы, чуть сильнее, чем следовало бы.

- Лиза всего месяц у нас работает, - пояснил Дима, забирая свой чемодан.

- И уже так быстро влилась в коллектив, - пробормотала я, глядя, как она достаёт какой-то файл из своей папки.

Я почувствовала ревность, как острый укол. Но тут же одёрнула себя. Это же Дима. Я доверяю ему.

- Удачного полёта, - сказала я, когда объявили посадку.

Дима обнял меня, и я уткнулась лицом в его пальто, пытаясь не смотреть на Лизу.

- Я вернусь вовремя, - шепнул он мне на ухо.

- Я знаю, - ответила я.

Когда он ушёл, я осталась стоять у стойки регистрации, глядя на спины пассажиров.

- Угу, конечно, вернётся, - пробормотала я себе под нос. - А я всё равно буду проверять его карманы на наличие женских трусиков.

Я развернулась и пошла к выходу. Доверять-то я доверяю, но почему у меня такое чувство, что это будут самые длинные три дня в моей жизни?

Без Димы дом казался подозрительно просторным, хотя обычно он только жаловался на нашу «компактность». Я долго провалялась в постели, свернувшись клубком и уткнувшись носом в его подушку. Она пахла его одеколоном, и от этого хотелось вздыхать ещё громче.

Но, сколько бы я ни жалела себя, весь отпуск проводить в режиме «одеялко и нытьё» было не в моём стиле. Поэтому, когда зазвонил телефон, а на экране высветилось имя Лили, я тут же схватила трубку.

- Настя! Ты дома? - Лили, моя лучшая подруга, как всегда, начинала с дела.

- Где же ещё мне быть? - пробурчала я, поднимаясь с постели. - Мой муж улетел с какой-то… ассистенткой.

- Ой, только не начинай. Она же ассистентка, а не любовница.

- Ну да, конечно, - хмыкнула я. - Ты её видела?

- Ладно, хватит рефлексировать. Собирайся, идём гулять.

Я вздохнула, но решила, что спорить бесполезно. Лилияна – та ещё ураган. Если она решила, что мы идём гулять, то мы идём гулять, даже если на улице метеоритный дождь.

Через час я уже стояла у входа в кофейню, закутавшись в тёплый шарф. Лили появилась через минуту, бодрая и счастливая, как будто на улице не зима, а ранняя весна.

- Какой у нас план? - спросила я, когда мы уселись за столик с двумя гигантскими кружками латте.

- План? Веселиться, как будто завтра конец света!

- Лиль, я в отпуске, а не в отпуске на Майорке.

- Ну и что? Ты ведь не будешь просто сидеть дома и ждать, пока Дима вернётся?

Я хотела сказать, что, возможно, так и планировала, но вовремя осеклась.

- Давай так, - продолжила она. - Мы гуляем, заходим в магазины, потом берём глинтвейн на ёлочном базаре. А вечером у тебя будет возможность ностальгировать по Диме.

- Щедро с твоей стороны, - буркнула я, делая глоток кофе.

- Я вообще щедрая. Особенно если это касается твоего настроения.

Мы провели день в режиме «гуляй и не думай». Зашли в пару магазинов, где Лилияна пыталась убедить меня купить пижаму с пингвинами, но я отказалась. Потом мы наткнулись на уличного музыканта, и она уговорила меня станцевать рядом.

- Подруга, я взрослая женщина, - возмущалась я, когда она буквально вытолкала меня к музыканту.

- Ты взрослая женщина, которая танцует лучше, чем печалится!

К вечеру, несмотря на усталость, я почувствовала, что день удался. Мы купили по стакану горячего глинтвейна, обошли ярмарку, а потом долго стояли у главной ёлки, обсуждая, как её украсить в нашем стиле.

- Ты так улыбаешься, - сказала Лили, глядя на меня.

- Это от глинтвейна, - отшутилась я.

Но на самом деле я знала, что она права. Даже если мой Дима был далеко, это не значит, что я не могу наслаждаться моментами, которые у меня есть здесь и сейчас.

До того момента как меня стошнило.

- Лиль, мне плохо, - пробормотала я, ставя стакан с глинтвейном на ближайшую скамейку.

- Ты что, глинтвейн горячим глотаешь? - Она взглянула на меня с удивлением, но, увидев моё лицо, тут же нахмурилась. - Настя, ты бледная.

- Кажется, я… - Не успела я договорить, как меня стошнило за ёлкой.

Лилияна быстро среагировала, сунув мне салфетки и увлекая подальше от толпы.

- Так, спокойно. Ты что-то съела не то? Или это глинтвейн?

- Наверное, что-то съела. Дима вчера заказывал суши… - пробормотала я, утирая рот.

Лили подозрительно прищурилась:

- Суши, говоришь? Или… может, это не суши?

- А что тогда? - Я взглянула на неё, чувствуя, как она явно что-то затевает.

- Ну, например… Может, тест сделать?

- Тест? - переспросила я. - Лили, ты о чём?

- О беременности, Настя.

- О, Господи, Лили, это точно суши!

- Точно? А когда у тебя последний раз были месячные?

Я замолчала, пытаясь вспомнить, и вдруг меня осенило. Месяца два назад я уже сбивала цикл из-за стресса, но сейчас...

- Ты серьёзно? - спросила я, чувствуя, как сердце начинает колотиться быстрее.

- Абсолютно. Идём, купим тест.

Через двадцать минут мы были у меня дома. Лиля с решительным видом протянула мне упаковку теста и буквально вытолкала в ванную.

- Ну, что там? - крикнула она через дверь.

- Ещё не видно, подожди!

Сердце стучало так громко, что казалось, оно сейчас просто выпрыгнет из груди. Я смотрела на тест, и…

Две полоски.

Я открыла дверь ванной, держа тест в руках, и застыла на пороге.

- Ну? - Подруга повернулась ко мне и тут же выдохнула: - Ох, ёлки зелёные!

- Это… это что значит? - прошептала я, хотя знала ответ.

- Это значит, что ты беременна, подруга!

Мир закружился. Я упала на диван, чувствуя, как Лили уже лихорадочно что-то говорит, но я её не слышала. Беременная. Я. Настя. Беременная.

- Как думаешь, когда сказать Диме? - наконец выдохнула я.

- Лучше прямо сейчас. Или подожди до Нового года. Это будет сюрприз!

Я кивнула, сама не зная, что делать. Теперь всё изменилось. И это была самая удивительная новость в моей жизни.