Новый мир. Живые и мертвые

– Лекс! Ты просто невозможен! – зло кричала я на друга, который навис надо мной, скрестив руки.

– Я все сказал и своего решения менять не намерен! – послышался не менее злой голос мужчины.

– Хм, а можно мне сказать… – недовольно пробурчал из машины Темыч, но наше резкое “Нет!” мгновенно оборвало все жалкие попытки мужчины вклиниться в разгоревшийся не на шутку спор.

– И все-таки ты эгоист! Ты мне обещал, а теперь опять начинаешь!

– Жень, у нас тут судьба мира на кону, а ты снова ведешь себя как ребенок!

– Но ведь папка у нас! И карта с координатами. Нам всего-то надо быстро смотаться на место и забрать Аню!

– Да? Ты уверена, что все будет так просто? А если Марк потребует, чтобы ты спустилась к нему? А потом, увидев, что ты ему на самом деле принесла, запрет тебя в каком-нибудь подвале или вообще на месте пришибет?

– Он так не поступит!

– Откуда ты знаешь? А? Сама рассказывала, какой он у тебя!

Я замолчала, понимая, что друг прав, но сдаваться не хотела. Немного подумав, я прикинула, какие еще аргументы могу привести, и, глубоко вдохнув, выпалила:

– Тогда мы сделаем по-другому! Мы выманим Марка с Аней наружу, а потом, если он начнет качать права, ты его вырубишь!

– Ха, ты думаешь, он такой идиот? Он никогда не выйдет добровольно!

– Тогда я не отдам ему папку!

– Ой, не смеши меня! Стоит Марку чуть припугнуть тебя Аней, так ты сразу потеряешь самообладание и на задних лапках помчишься к нему!

Я запыхтела, не зная, что возразить на это. Я понимала, что Аня – это мое уязвимое место, но все-таки надеялась, что смогу обмануть мужа. Но что самое страшное, в глубине души я понимала, что Лекс прав. Если Марк действительно решит угрожать мне дочерью, я сорвусь.

– Что? Неужели у тебя, наконец, извилины зашевелились? Короче, хватит. Я устал. Мы едем в гарнизон и там разрабатываем план действий по устранению перебежчика. Потом займемся укреплением нашего убежища. И только потом, если все будет хорошо, отправимся к подземному городу. Он никуда не убежит, а вот если монстры откроют портал или пойдут на нас с внезапной атакой, то твою любимую Аню просто-напросто приводить будет некуда. Подумай об этом! Ты хочешь, чтобы она приехала к развалинам, под завязку забитым зомби?

– Нет…

– Так заткнись и делай, что говорят! А потом я, так уж и быть, помогу тебе. И даже Темыча с собой возьму. Вдвоем мы быстро разметаем защитников подземного города. Главное, найти лазейку в него.

– Хм, дружище, а меня спросить ты не забыл? – снова подал голос Темыч, но Лекс так посмотрел на друга, что мужчина предпочел заткнуться.

Я подпрыгнула и заметалась по поляне. Мне было больно осознавать, что Лекс прав. Во всем прав. Но еще больнее было опять переносить встречу с дочерью. Однако выбор у меня был небольшой. Без друга мои шансы выбраться с Аней были практически нулевыми, а оставаться в подземном городе с Марком и другими сильными мира сего после всего, что я узнала, мне совершенно не хотелось.

– Ладно, Саш, сделаем по-твоему. Но только если ты прямо сейчас поклянешься, что не кинешь меня снова! Что потом обязательно пойдешь со мной за дочерью!

– Хм… Я рад, что ты, наконец, включила голову. Пойдем.

– Лекс?

– Что?

– Поклянись!

– Я подумаю над твоим предложением.

– Нет, ты не понял! Клянись прямо сейчас или я с места не сдвинусь!

– Что, устала? Так давай я тебе помогу!

Мужчина угрожающе двинулся ко мне, а я, испуганно вскрикнув, попятилась, вытянув руку вперед.

– Только попробуй! Если ты это сделаешь, я, я…

– Что? Что ты мне сделаешь?

Я угрюмо посмотрела на мужчину, а потом чуть слышно всхлипнула.

– Нет, даже не думай! – настороженно произнес друг, отступая на шаг, но я уже себя не контролировала.

Набрав в грудь побольше воздуха, я разрыдалась навзрыд. Из машины послышались недовольный стон Темыча и жалобный вой Бобика. Лекс побледнел, но старательно делал вид, что ему все равно.

– Жень, ты это… Прекращай давай! И не думай, что сможешь переубедить меня своими жалкими воплями, – грозно сказал он, но на последних словах голос друга все-таки дрогнул.

“Лед тронулся!” – довольно подумала я, даже не собираясь прекращать концерт. Я слишком устала, и мне просто жизненно необходимо было выпустить пар. А Лекс… Что ж, он это заслужил. Довел бедную женщину, так что пусть теперь наслаждается представлением.

– Жень, прекрати, хватит! Ты же не ребенок. Ты боец! Солдат! У нас тут апокалипсис…

– И что? Я теперь и поплакать не могу? – заикаясь, провыла я, обрушивая на мужчину новый поток истерики.

– Если ты сейчас не прекратишь, я… я… Темыч, что ты там затих? Давай помогай!

– А что я-то? Сам с бабой своей разбирайся! В конце концов, кто я такой, чтобы меня слушать? Что-то я не помню, чтобы со мной кто-то советовался в бизнес-центре. Я вас о чем просил? Оставить меня в покое, дать умереть героем, а вы что сделали? Между прочим, похищение человека – это серьезное преступление!

– Ну Темыч! Лучше бы молчал, – фыркнул Лекс и снова обратился ко мне: – Жень, хватит истерить. Я же сказал, что подумаю.

Но слова мужчины меня совсем не успокоили. Наоборот, к уже имеющейся истерике добавилась икота. Я рыдала и икала одновременно, не в состоянии произнести ни слова. Но мне так хотелось высказать другу все, что я думаю! Поэтому я стала нелепо размахивать руками, то и дело тыкая пальцем в широкую фигуру.

– Ты! Ты… Урак! Озел! Щал, но анул! – вырывались из меня жуткие булькающие звуки, от которых Лекса перекосило. Долго он выдерживать моего напора не смог и уже через несколько минут сдался.

– Ладно, будь по-твоему. Я обещаю тебе: как только мы все уладим в гарнизоне, сразу отправимся за Аней.

– Слово офицера? – тут же выпалила я.

Мужчина нахмурился, но все-таки кивнул.

– Ура! – пискнула я и бросилась к другу.

Я уткнулась лицом ему в куртку, а он, осторожно прижав мою голову к себе, недовольно буркнул:

– Эй, а ну-ка, не пачкай мне форму своими соплями!

Я встрепенулась, но, когда хотела отстраниться, Лекс не дал мне этого сделать. Проведя своей лапищей по моей спине, он неожиданно уткнулся носом мне в макушку и шумно вздохнул. Однако вроде бы обычное движение тут же насторожило Темыча. Мужчина моментально выскочил из машины и быстро приблизился к нам.

– Лекс, ты это… Женю-то отпусти! А то как бы чего не вышло.

– Уйди! – злобно пропыхтел друг, сильнее прижимая меня к себе.

– Брат, я все понимаю. Эта мелочь та еще заноза, но жрать ее все-таки не стоит.

– Что? Ты чего несешь? – взревел Лекс, отстраняясь, а у меня сердце ушло в пятки.

Лицо друга исказилось, глаза окрасились алым цветом, а на растопыренных пальцах появились когти. Нервно усмехнувшись, я осторожно произнесла:

– Саш, прости… Да, перегнула палку, но дочь для меня все! Пожалуйста, не надо меня есть. Я невкусная! И вообще, кажется, я заболела. Видишь, у меня из носа течет? Так что для пищи я совсем непригодна!

– Да вы что, издеваетесь? Реально думаете, что я бы сожрал Женю?

– Ну вид у тебя устрашающий! – жалобно пискнула я, а Темыч добавил:

– Лекс, ты не стесняйся! Я сам был на твоем месте и знаю, как это бывает. А твоя Женя – жуткий раздражитель. До сих пор не понимаю, как ты ее терпишь.

– Эй, я бы попросила!

– Хватит! – рявкнул Лекс, заставляя нас вздрогнуть. – Заткнитесь или я за себя не отвечаю! Короче, лезьте в машину. И чтоб всю оставшуюся дорогу молчали! А! Я с вами точно с ума сойду! Быстрее бы добраться до гарнизона и поговорить с нормальными людьми, а не с шизанутым параноиком и неврастеничным хомяком!

С этими словами Лекс быстро зашагал к машине, стараясь не смотреть на наши обиженные лица. Поравнявшись с внедорожником, друг дернул дверь, из-за которой послышался жалобный вой Бобика. И тут Лекса прорвало. Скрипнув зубами, он так рявкнул на бедного пса, что тот мигом затих. Я испуганно пискнула, а Темыч рванул к машине спасать своего любимца. Я медленно поплелась за ним, искренне надеясь, что несчастная животинка просто потеряла сознание, а не свалилась с инфарктом.

Оставшуюся часть дороги мы провели в полной тишине. Темыч обнимал Бобика и шептал ему что-то успокаивающее. Я старательно делала вид, что увлечена пейзажем за окном. Лекс сидел весь красный и злой. Глубокая морщина снова прорезала его лоб, но, несмотря на нее, он выглядел очень даже ничего. И я даже начала волноваться, а узнают ли нашего сурового главу жители гарнизона. Однако, когда на очередном резком повороте машину немного занесло, и Лекс, скривившись, обрушился с гневными ругательствами на наше прошлое правительство и строителей, все сомнения отпали. Своего главу люди узнают в любом виде.

Впереди показались ворота и сторожевые вышки. Вот только почему-то никто нас не встретил для проверки “человечности”. И это пугало. В голову сразу полезли страшные мысли, от которых у меня все внутри похолодело. Я со страхом посмотрела на друга и дрожащим голосом спросила:

– Лекс, там, внутри, люди или…

– Люди! И эти идиоты пренебрегли всеми правилами безопасности! Ну Михалыч! Оставил, называется, гарнизон на старого друга!

– Михалыч? Он там? Ты мне ничего об этом не говорил! – послышался с заднего сиденья голос Темыча.

– Конечно, иначе бы ты точно не поехал.

– Лекс, ты… ты…

– Темыч, там Даша! Она ждет тебя. Ты нужен ей! – тут же вмешалась я, боясь, как бы наш нервный товарищ не натворил дел.

Мужчина скрипнул зубами, но постарался взять себя в руки. В этот момент Лекс вышел из машины и со всей силы гаркнул:

– Есть кто живой?

Со стороны забора послышался шорох, а потом на сторожевую башню вбежал парнишка. Я сразу узнала Илью и не смогла сдержать улыбки. В глубине души я очень волновалась за него и теперь была счастлива, что парень в порядке. По крайней мере, пока. Судя по злому выражению лица Лекса, мальчишку за его халатное отношение к службе ждала взбучка.

– Попрыгунчик! Ну конечно! Кто ж еще мог так накосячить? Только Женя, но она с нами. И кто только додумался этого оболтуса поставить охранять такой важный объект!

– Женя? Это ты? И глава, и Темыч! Вы живы! А тут про вас такое рассказывали. Блин, я знал, что новенькие врут! Не зря мне этот Владислав сразу не понравился. Я так рад!

Илья быстро сбежал вниз, и спустя минуту мы были уже в родном гарнизоне. Мальчишка улыбался во весь рот, однако мощная оплеуха мигом стерла довольное выражение с лица парня.

– За что? – непонимающе произнес Илья.

– За то, что не проверил! А вдруг мы заражены или вообще засланы врагом! – зло буркнул Лекс и с неприязнью посмотрел на Попрыгунчика.

– Засланы врагом? Это как?

– Неважно! Ладно, веди нас к ответственному за гарнизон. Мне надо серьезно так поговорить с ним. Оставил, называется, пост! И двух недель не прошло, а все уже посыпалось!

– И не говорите, глава! Вы не представляете, как я рад, что вы вернулись!

– Ты и рад?

– Да! Понимаете, тут такое дело…

– Говори уже!

– Вы сказали вести вас к ответственному за гарнизон… Вот только к кому именно?

– Не понял…

– Глава, видите ли… У нас вроде как… раскол.

Глава 1

В полной тишине мы следовали по дорожке, ведущей к штабу. Лекс молчал и хмурился, а Илья то и дело косился на нашего строгого главу.

– Что? – не выдержав, рявкнул мужчина.

Попрыгунчик от неожиданности вздрогнул, а потом, опустив голову, смущенно сказал:

– Глава, не хочу никого обидеть, но мне кажется, что вы как-то немного изменились. Посвежели, что ли…

– Я что, по-твоему, овощ на грядке, чтобы свежим быть? Ты, пацан, хоть иногда думай, что говоришь!

– Но это правда! Жень, скажи!

Я хмыкнула, но, встретившись со злым взглядом Лекса, тут же затараторила:

– Илья прав. Ты стал выглядеть гораздо лучше! Смотри, еще немного – и люди перестанут тебя узнавать.

Хихикнув, я весело посмотрела на Темыча, а тот недовольно покачал головой. И тут до меня дошло, что на самом деле это серьезная проблема. Лекс стремительно менялся, и это как-то надо было объяснить людям. Не говорить же, в самом деле, что друг вроде как и не человек уже. Это могло посеять панику, что в нынешней ситуации было недопустимо. Монстры могли напасть в любую минуту, и, чтобы справиться с ними, нам нужны были сильные духом жители, безоговорочно доверяющие своему главе.

Глубоко вздохнув, я стала думать, что можно сделать в сложившейся ситуации, однако, как только мы перешли на соседнюю улицу, я поняла, что у нас есть проблемы и посерьезнее. Похоже, Попрыгунчик нисколько не преувеличил, заявив, что в поселении раскол. В растерянности наша компания остановилась у главной площади, с изумлением рассматривая наспех сооруженный забор из сетки, разделяющий гарнизон на два лагеря.

– Это что еще такое? – взревел друг.

Его прервал раздраженный голос, неожиданно раздавшийся из-за ограждения.

– Так, что здесь происходит? Попрыгунчик, ты чего сюда приперся? Михалыч прислал? Так передай ему: мое мнение не изменилось, так что пусть прекратит отправлять сюда парламентеров. И кто это с тобой?

Я сразу затихла, узнав голос Владислава. Невольно мои губы расплылись в глупой улыбке, а сердце забилось чаще. В глубине души мне было очень стыдно за свое нелепое детское поведение, но я ничего не могла с собой поделать. Я была безумно рада увидеть этого нервного вспыльчивого мужчину, от которого у меня по телу бегали мурашки.

Лекс словно почувствовал перемену в моем настроении. Прищурившись, он окинул меня презрительным взглядом, после чего резким движением стянул с себя кепку и злобно посмотрел на Владислава. Тот моментально побледнел и дрогнувшим голосом произнес:

– Твою мать, глазам не верю! Лекс! Но ты же мертв… А рядом с тобой, получается, Женя, что ли?

– Да, этот озабоченный хомяк – наша любимая Евгения. И я, если честно, не понимаю, что она делает рядом со мной. Помнится, я поручил тебе доставить ее в безопасное место, так почему в итоге мне пришлось самому этим заниматься?

Лекс зло запыхтел, а Владислав вышел вперед, растерянно рассматривая нас. Приблизившись впритык к сетке, огораживающей территорию, на которой помимо генерала находилось еще несколько человек, он недовольно спросил:

– Женя, как это понимать? Ты же сказала, что тебя укусили! Рану мне показывала!

Я смущенно опустила взгляд, а Лекс, нахмурившись, гаркнул на весь гарнизон:

– Ты действительно такой тупой, что не понимаешь? Да наврала она, чтобы ко мне вернуться! Видите ли, спасти меня решила! В одиночку поперла против целой армии мертвецов! Ослушалась прямого приказа, подвергла свою жизнь опасности, и, поверь, за это ей еще предстоит понести заслуженное наказание. Я ничего не забыл!

Мужчина грозно зыркнул на меня, и я невольно сжалась. “М-да! Вот тебе и благодарность. А еще друг называется… Все, следующий раз пусть сам себя спасает, раз такой умный!” – расстроенно подумала я, морально готовясь к очередной ссылке на гауптвахту.

– И ведь у нее получилось! Но как ей это удалось? Допустим, Женю действительно не кусали. – Владислав нервно сглотнул, а потом внимательнее уставился на Лекса. – Но тебя-то точно всего изгрызли! Мы все это видели. Ты умирал! А теперь стоишь тут перед нами живой и невредимый. И даже как будто лучше выглядеть стал. И этот с тобой, как его…

– Темыч! Мать твою! Какого хрена вы его сюда притащили? – внезапно раздалось за спиной, и мы резко обернулись.

Позади нас стоял злой до невозможности Михалыч. Рядом с ним беспокойно переминались с ноги на ногу несколько солдат и еще какой-то странный незнакомый мужчина восточной наружности. Помня рассказ о давней вражде друзей, я хотела было вступиться за нашего союзника, но неожиданно сам Темыч оскалился и выступил вперед. А дальше начался самый настоящий бардак.

Незнакомец, стоявший рядом с Михалычем, пригнулся к земле, как бегун на низком старте, а после бросился на нашего товарища! Мужчины сцепились, изо всех сил лупася друг друга. Люди вокруг застыли в нерешительности, не понимая, что происходит, но тут подключился Лекс. Он рванул в эпицентр битвы и мгновенно раскидал драчунов. Однако чужак не успокоился. Он снова рванулся в бой. Не теряя времени, Темыч вскинул руку вперед, и чужак упал на колени. Обхватив голову руками, незнакомец взвыл. В этот момент Лекс подбежал к нему сзади и повалил мужчину на землю. Друг вцепился незнакомцу в волосы и стал тянуть его голову вверх, словно хотел оторвать ее, а подоспевший Темыч обхватил врага, чтобы тот не смог вырваться.

Эти двое неплохо так спелись. Они действовали быстро и уверенно, хотя это было неудивительно. Друзья многое прошли вместе, сражались бок о бок с монстрами и сильнейшим Иным, так что работать в команде умели. И чужаку точно пришлось бы худо, если бы вперед, испуганно крича, не выбежала Юми.

– Стойте! Пожалуйста, не надо! Это мой брат!

Услышав слова девушки, Лекс с Темычем ослабили хватку, но чужака не выпустили.

– Юми, что ты здесь делаешь? Я же запретил тебе выходить! Тебе надо лежать! – проворчал Михалыч, перехватывая девушку, но та не хотела сдаваться.

Она стала яростно вырываться из рук мужчины, попутно умоляя Лекса отпустить незнакомца. Зло выругавшись, друг приказал Юми успокоиться, а потом, окинув присутствующих грозным взглядом, сказал:

– Значит, брат, да? Очень интересно! Может, мне еще что-то надо знать? Скажем, откуда здесь появился забор! – Мужчина зло пнул сетку, и та жалобно заскрипела. – Или почему вы доверили охранять главный въезд в гарнизон сопливому пацану, неспособному колобка от гнилого яблока отличить! Михалыч, я оставлял тебя за главного. Ничего не хочешь мне сказать? Или, может, наш доморощенный генерал желает объясниться?

Однако добровольцев, готовых рискнуть и поговорить с взбешенным главой, не нашлось, поэтому, раздраженно сплюнув, Лекс продолжил:

– Короче, у вас ровно минута, чтобы объяснить мне, что у вас тут, на хрен, происходит. И не вздумайте юлить! Я все равно так или иначе узнаю правду, так что лучше вам признаться сейчас, пока я добрый.

Удивительно, но все присутствующие как-то сразу притихли и опустили головы, как нерадивые школьники, которых застукали с сигаретами. Лишь Попрыгунчик не растерялся. Он выбежал вперед и, смело посмотрев на Лекса, сказал:

– Глава, Юми не врет! Это правда ее брат. Он… Другой. Его укусили, но он не стал монстром.

– Да ну, ты действительно в это веришь? – перебил парня Владислав. – Все, кого кусали до этого, становились чудовищами! И этот… иностранец такой же! Все мы знаем, что монстры порой бывают очень похожи на людей. Они хитры и могут воздействовать на наше сознание. Кто может гарантировать, что братишка этой девчонки не поступил так же, чтобы втереться к жителям в доверие? Что мы вообще знаем об этом иностранце? Ничего! Он опасен! Он чужак, непонятно откуда свалившийся нам на головы! Он… Он даже не из нашей страны!

– И я тоже! Но я вам не враг! И Митсуо не враг! – тут же вмешалась Юми, нервно заламывая руки.

– Именно поэтому он сейчас пытался убить моего лучшего друга? – недовольно пропыхтел Лекс.

В этот момент незнакомец зашевелился и что-то сказал на своем языке. Юми кивнула и хотела было перевести, но Лекс не дал ей этого сделать. Он нервно махнул рукой, заставляя девушку замолчать, и, нахмурившись, уже внимательнее оглядел пленника. Юми застыла в тревожном ожидании, а друг кивнул и неожиданно спокойно произнес:

– Все, заканчиваем цирк. Ваш глава вернулся, и ему есть что сказать. Михалыч, собери Совет. Нам предстоит многое обсудить. Владислав, как я понял, ты виноват во всем этом безобразии не меньше моего заместителя. Так что тоже чтоб явился. Вам обоим предстоит ответить за свои действия.

– Но я…

– Тихо! Не смей влезать, когда глава гарнизона говорит! А это… – Друг, бросив пленника, вплотную подошел к импровизированному забору. – Это безобразие давно пора убрать!

Одним движением Лекс сдернул часть сетки, при этом чуть не выдрал столб, на котором та держалась. Люди в шоке застыли, а мужчина, снова схватив брата Юми, приказал убрать все до вечера, после чего быстрым шагом направился к штабу.

– Жень, не тормози! За мной, быстро! И ты, Темыч! – прикрикнул он, даже не оборачиваясь.

– И я с вами! – подал голос Илья, но Лекс лишь нахмурился.

– Ну нет! Мне тебя и в нашем путешествии хватило. Чтоб на километр не приближался!

– Но глава! Я тоже состою в Совете и могу помочь!

– Да? И кто же тебя туда принял?

– Вы…

Парень нерешительно посмотрел на меня, словно ища поддержки, и я тут же подтвердила его слова.

– Хм… Когда успел… Это я поторопился! Но ладно, иди помогай Михалычу. Закрытое совещание состоится в нижнем зале штаба в четыре. Кто опоздает – мигом вылетит не только из помещения, но и из Совета! Так всем и передайте.

С этими словами друг быстро развернулся и размашистым шагом направился в сторону администрации, игнорируя все попытки Юми вступиться за брата. Та, поняв, что спорить с главой бесполезно, подлетела ко мне.

– Жень, пожалуйста! Только ты можешь помочь! Повлияй на Лекса, спаси Митсуо!

– Я?

– Да. Женя, прости, я виновата. Обижала тебя, не разговаривала. Но брат – моя семья! Ты должна понять! Я знаю про Аню. Митсуо для меня как Аня! Помоги, пожалуйста!

Я вздохнула и внимательнее посмотрела на девушку. Юми тяжело дышала. Ее лицо покраснело, и куртка распахнулась. И тут я заметила кое-что еще, отчего у меня глаза на лоб полезли.

– Юми, неужели…

– Да! И мне нельзя волноваться! Но если с Митсуо что-то случится… Я буду очень, очень волноваться!

Девушка шла на откровенный шантаж, и я хорошо понимала это. Но все равно, несмотря на былые разногласия, меньше всего мне сейчас хотелось волновать беременную подругу, поэтому я кивнула и помчалась догонять Лекса.

“М-да, а ведь прав был друг и не зря так спешил вернуться! Представляю, во что бы превратился гарнизон, если бы мы вовремя не появились, – грустно подумала я, еле догнав мужчину. – Но Владислав! Оппозиционер хренов! За какие-то две недели умудрился наше маленькое общество расколоть! Хотя глаза у него все равно красивые”.

Мы приблизились к штабу, и я вздохнула полной грудью. Со слезами на глазах я вошла в такое знакомое помещение. Если честно, я уже не рассчитывала его когда-нибудь увидеть. Надеялась, но, учитывая все обстоятельства, боялась, что это будет невозможно. Мне очень хотелось пробежаться по коридорам, а потом рвануть к себе в домик, чтобы скинуть одежду и развалиться на любимой кровати, но, глядя на суровое лицо Лекса, я поняла: это случится нескоро.

Как мешок картошки, друг тащил пленника, а, поднимаясь по лестнице, как будто специально несколько раз задел его головой о перила. Парень недовольно пыхтел, но всячески пытался сохранить невозмутимый вид. Хотя каждый раз, встречаясь глазами с Темычем, невольно начинал шипеть. Меня это, если честно, слегка настораживало, но потом я вспомнила, что сказал Илья о незнакомце, и все стало на свои места. Брата Юми укусили, но он не обратился в монстра, а значит, был таким же, как Лекс. И так же, как друг, он чувствовал природу Темыча.

“Но ведь это замечательно! – мелькнуло у меня в голове. – У нас появился еще один сильный союзник, благодаря которому мы сможем быстрее найти предателя и уничтожить оставшихся монстров! А после я, наконец, смогу поехать за Аней”.

Улыбнувшись, я взглянула на Лекса, но, судя по хмурому лицу, мужчина моих восторгов не разделял. Ураганом ворвавшись в свой кабинет, он бросил брата Юми на пол, а сам сел за свой письменный стол.

– Рассказывай! – прошипел глава, и я заметила, как его глаза окрасились алым.

Помня, как когда-то Темыч пытался использовать меня в качестве живого щита, я решила не рисковать и близко к незнакомцу не подходить. Бочком я прижалась к стене и осторожно прокралась ближе к другу. Тот, заметив мой маневр, кивнул на стул, стоявший сбоку от его стола. Там я и примостилась. Темыч устроился рядом, надежно прикрывая меня от брата Юми, внимательно наблюдающего за нашей компанией. И если мои неуклюжие попытки осторожно прокрасться мимо Митсуо проигнорировал, то с лучшего друга Лекса мужчина буквально не сводил глаз. Они то и дело приобретали красноватый оттенок, сам же незнакомец время от времени скалился и принюхивался, как будто только и ждал нападения.

– Чего морду кривишь, масонский выродок? Давно в челюсть не получал? – с усмешкой сказал Темыч, окидывая незнакомца презрительным взглядом.

– А почему масонский? Может, ты имел в виду мафиозный? Якудза там и все такое, – удивленно шепнула я мужчине.

– Жень, ты меня удивляешь! Неужели не знаешь, что зараза масонская и на востоке свои корни пустила? Даже до такой закрытой страны, как Япония, добралась. В середине двадцатого века, между прочим. Хотя я подозреваю, что первые засланцы там гораздо раньше появились.

Со стороны послышался смешок, заставивший нас с Темычем резко повернуться к чужаку. Тот сидел, сжав кулаки, и с трудом сдерживал рвущееся из груди хихиканье. Видимо, он догадался, о чем мы говорим.

– Я сказал что-то смешное? – прошипел Темыч, а я поняла: еще чуть-чуть, и здесь станет жарко. Однако драки не случилось. Лекс с силой ударил по столу, и в кабинете моментально воцарилась тишина.

– Евгения, Дмитрий! Если вам так хочется пообщаться, я потом дам вам такую возможность. В здании гауптвахты! У Жени уже есть косяк, за который она будет отвечать. Думаю, хорошая компания ей не повредит. К тому же у нас там еще Моня обитает. И что-то мне подсказывает: ей очень скучно одной в камере, а вы двое сможете скрасить ее одиночество!

Я моментально затихла и опустила глаза в пол, Лекс же вышел из-за стола и направился к незнакомцу.

– М-да! А нашего Сашку и не узнать. Вот как власть людей меняет! Как порог гарнизона переступил, так мигом из нормального человека в диктатора превратился. А ты, значит, местная хулиганка, да? Уже срок отмотать при новом режиме успела?

Я недовольно посмотрела на Темыча и тихо, чтобы не услышал друг, шепнула:

– Долгая история. И давай-ка все-таки не будем злить нашего главу. А то правда попадем под горячую руку и потом Новый год в казематах справлять будем. Вместе с Моней.

Вспомнив о девушке, я вздрогнула. Вот с кем я точно не хотела сейчас видеться. А ведь с ней еще на пару сидел Антон!

“Интересно, он все еще злится на меня или его уже отпустило?” – подумала я, с дрожью вспоминая нашу последнюю встречу. Тогда меня спасло лишь внезапное появление Попрыгунчика. Но не могло же мне всегда так везти! А если нервный солдат еще и спелся с моей закадычной подругой Моней… Все, пиши пропало! Можно смело выбирать себе надгробный камень.

Между тем Лекс продолжал наворачивать круги вокруг пленника, при этом мужчина ничего не говорил. Нет, я видела по рваным движениям и кивкам головы, что диалог идет, но почему-то беззвучный. Точно так же когда-то Лекс общался с Темычем. И это жутко бесило! Невольно я почувствовала, как у меня начал дергаться глаз. Важные переговоры сейчас велись в кабинете, а я ничего не могла понять! Не выдержав, я решила обратиться к своему соседу:

– Темыч, а ведь они сейчас о чем-то важном говорят, да?

– Ну допустим.

– Наверняка брат Юми рассказывает, зачем пришел к нам.

– Что ж, вполне возможно.

– И Лекс ставит свои условия, угрожая в случае неподчинения немедленной расправой.

– Не исключаю этот вариант.

– Темыч, ты издеваешься, что ли?

– С чего ты взяла?

– Как будто сам не понимаешь! Я хочу знать, о чем они говорят, а ты вместо того, чтобы помочь разобраться, пургу какую-то несешь!

– Так ты сама только что все дословно передала!

– Темыч! Хватит, а то я за себя не отвечаю!

Я подскочила, но, встретившись с недовольным взглядом Лекса, тут же уселась обратно на свой стул. Вот только так просто сдаваться я не собиралась, поэтому продолжила допрос.

– Темыч, ты ведь понимаешь, о чем они говорят!

– Откуда такие предположения?

– По лицу вижу!

Мужчина нахмурился, словно решая, стоит ли мне все рассказывать, но потом все-таки соизволил кивнуть.

– Но как они это делают? Этот парень – иностранец. Ладно Юми, ее Михалыч языку учил. Они часами вместе сидели и изучали нашу культуру, но не думаю, что ее брат этим же в свободное время занимался. Так как они с Лексом друг друга понимают?

– Хм… На самом деле это довольно сложный вопрос. Если по-простому… Сеть. Они через нее общаются. Она передает не слова, а… как бы это сказать… образы, что ли. А еще чувства и восприятие окружающей действительности. Слова при этом не нужны. Точнее, нужны, но передадутся они вместе с прочим. Таким образом человек, желает он того или нет, понимает все, что хочет сказать ему собеседник. Ясно?

– Если честно, не очень.

– М-да, ситуация!

– Подожди, получается, Лекс сейчас на всю сеть этот разговор транслирует? И монстры тоже в курсе переговоров?

– Нет. Наш друг стал осторожнее. Ставит блоки, не давая информации уйти в общий доступ. Но он пока не до конца освоился и прекрасно понимает: кое-что все-таки может просочиться. Поэтому подключил к переговорам меня. Я его страхую. Ну и подслушиваю, как без этого!

– Блин, да зачем нужны такие сложности! Вслух бы говорили, и все.

– Э, нет. В вашем муравейнике даже у стен есть уши, а такую информацию, какую они в данный момент обсуждают, непроверенным людям лучше не знать. Мало ли! К тому же ты правильно сказала: этот масонский шпион по-нашему плохо говорит. А так все понятно и соврать нельзя!

– Тогда зачем вам я? В качестве мебели, что ли? – вспылила я, уже не обращая внимания на недовольные взгляды Лекса.

– Эй, тише ты! Успокойся и сядь. Не знаю, зачем друг тебя везде с собой таскает, но, видимо, так надо. А про разговор… Если в двух словах, то эта шелупонь масонская за своей любимой сестрой явилась. Видите ли, он отцу пообещал, когда тот на смертном одре лежал, что спасет ее.

– Так он опоздал! Мы Юми сами спасли. Причем уже давно.

– Это да, но он еще клятву дал, что вернет сестренку домой, на историческую родину.

– Стоп, так этот парень что, ее увезти хочет? С чего бы это? Она теперь наша! Да и у самой Юми он спросил? Может, она не хочет! К тому же она сейчас вроде как замужем и ждет ребенка! Да и вообще Юми теперь здесь живет. С нами! И мы ее не отпустим неизвестно куда, неизвестно с кем. Вдруг этот тип работает на Иных и сестра ему нужна просто для прикрытия!

Я заворчала. Одна только мысль, что кто-то хочет забрать нашу Юми, дико бесила меня. Я привыкла к ней и не могла не волноваться за ее судьбу. К тому же девушка была беременна, а здесь для нее имелись все условия. Врачи, лекарства, защитные стены. А этот незнакомец хотел уволочь ее в неизвестном направлении!

– Все это тоже обсуждалось. Парень готов ждать, пока Юми не родит. А потом он собирается забрать ее домой.

– С маленьким ребенком? Он спятил? А вдруг малыш заболеет, вдруг не переживет пути!

– Так тут про ребенка речь и не идет как бы. Он согласен оставить его отцу.

– Что?

От услышанного у меня отвисла челюсть. И если раньше к парню я испытывала хоть какую-то симпатию, то теперь она испарилась напрочь. Я посмотрела на него совсем другими глазами, и в них отразилась вся моя ненависть. Для меня он сравнялся с Марком. Нет, стал еще более худшим элементом! Даже к Познышеву и Герману я не испытывала такой неприязни.

Брат Юми, словно почувствовав мое настроение, вскинул голову и посмотрел мне в глаза. На его лице читалось удивление. Он явно не понимал, что заставило меня вдруг так плотоядно на него смотреть. Лекс тоже заметил напряжение, возникшее в кабинете, и, наградив мощным подзатыльником пленника, продолжил с ним немой разговор.

– Козлина! – тихо прошипела я, снова привлекая внимание Лекса.

Мужчина непонимающе посмотрел на меня, видимо, решив, что слова были адресованы ему. Я ойкнула и отвернулась. Но сдержать себя уже не могла.

– Вонючка оборзевшая! – снова донеслись слова до друга, заставив его закашляться.

Темыч, смекнув, что ситуация накаляется, тут же стрельнул взглядом в сторону нашего главы, после чего тот немного расслабился и продолжил допрос пленника.

“Ого, как быстро у них почта работает! – мысленно поразилась я, понимая, что мужчина только что спас меня от праведного гнева Лекса. – Жаль, что я так не могу”.

– Ты, девочка, полегче! А то сейчас прям по лезвию прошлась. Еще чуть-чуть – и Лекс нам всем тут разнос бы устроил! – донесся до меня голос Темыча.

– Он что, решил, что я про него, да?

– Точно.

– Ну так он тоже недалеко от этой какашки ушастой ушел!

Лекс вспыхнул, а Темыч предостерегающе шикнул на меня. Я шумно выдохнула, но все-таки смогла взять себя в руки. И тут меня удивил сам Темыч. Он наклонился ко мне и тихо спросил:

– Ну а все-таки от кого беременна эта ваша Юми?

Я вздрогнула и, резко повернувшись к мужчине, медленно произнесла:

– Так от своего гражданского мужа. Михалыча.

– Того самого, который ее языкам учил?

– Ну да.

– Эй, а не тот ли это Михалыч, что когда-то моим другом назывался?

Я вздохнула, не зная, что сказать. Было видно, что мужчина не просто так спрашивает, что у него какой-то свой интерес. Но скрывать правду смысла тоже не было. Слухи и сплетни по гарнизону проносились со скоростью молнии, так что Темыч все равно бы скоро все выяснил. Потому я решила не таиться и сказала как есть.

– Он самый. Я понимаю, что это выглядит странно. У них с Юми большая разница в возрасте. И я понимаю, что ты обижен на него…

– Стоп. Это точно? Ты ничего не путаешь?

– В смысле?

– Так не может же Михалыч детей-то иметь!

– Что? – пискнула я, но потом, осторожно косясь на Лекса, уже тише добавила: – Темыч, что бы между тобой и Михалычем ни произошло, Юми к этому отношения не имеет! Так что не надо такие слухи распускать. Ей волноваться вредно!

– Жень, я мужчина и не стал бы таким шутить. Но это правда. На одном из заданий этот идиот в холодную речку сунулся. Ну и отморозил себе причиндалы. Сам агрегат-то вроде рабочим остался, но вот с детьми получился напряг.

После этих слов у меня отвисла челюсть. Михалыча было безумно жаль, но еще больше Юми. Ведь получалось, что ребенок у нее от…

– Ой, блин! – тихо выругалась я, вспоминая безумных братьев Вороновых, а тут еще мой собеседник подлил масла в огонь, сказав:

– Слушай, а помнишь придурка, взорвавшего танк? Он вроде как какую-то малышку искал. И звали ее не по-нашенски…

– Темыч, а теперь слушай внимательно! Если ты хотя бы кому-то об этом расскажешь, знай, ты… ты… Ты мне больше не друг! Я никогда не буду с тобой общаться, а Даше скажу, что ты редкостный говнюк!

После слов про говнюка Лекс резко развернулся, и я испуганно опустила голову. К счастью, Темыч снова вступился за меня. Он внимательно посмотрел на друга, и тот, скрипя зубами, опять отвернулся.

– Ой, Женька! Чувствую, ждет тебя сегодня вечером взбучка. Ты лучше спрячься где-нибудь. У той же Юми. Потом скажешь, что ей по женской части помогала. Или будешь вспоминать свое заточение как райский отдых! А про ребенка я никому не скажу. Я не баба, чтобы трепаться о таком на каждом углу. Хотя досадить Михалычу… Такое искушение! Кстати, эта его гражданская жена довольно симпатичная. Как думаешь, может, ей нужен друг? Вдруг ей поговорить не с кем! Помнится, Михалыч очень любил с моей Таней общаться.

– Темыч, хватит! У тебя есть Даша, вот ей и займись! А то у нас тут очередной апокалипсис не за горами, а вы с Михалычем вместо того, чтобы делами заниматься, интриги не хуже баб развели! Два взрослых мужика, называется!

Мужчина недовольно крякнул и отвернулся, всем своим видом показывая, что обиделся. Мне же оставалось лишь догадываться, о чем говорит Лекс с незнакомцем. Я очень хотела это узнать, но чувствовала, что после сегодняшних событий вряд ли кто из друзей захочет просвещать меня в этом вопросе.

Немые переговоры шли около часа. За это время я успела еще несколько раз поругаться с Темычем, но кое-что выяснить мне все-таки удалось. Как оказалось, Митсуо вовсе не собирался спрашивать мнения сестры. Он твердо намеревался забрать ее, даже если она будет против.

Подобные высказывания мне жутко не понравились, впрочем, как и нашему главе. Лекс твердо заявил, что девушка теперь часть нашей общины, а значит, никто ее просто так отсюда не отпустит. И если братишка действительно так боится за сестру, ему придется остаться. По крайней мере до тех пор, пока Юми полностью не восстановится после родов и сама не решит уйти.

“Хм, а когда я хотела отправиться за Аней, Лекс не разрешил! Хотя я не была беременна”, – обиженно подумала я, не понимая, почему наш глава кому-то дает право выбора, а кому-то нет.

Однако долго дуться не получилось. Неожиданно Лекс поднял за шкирку пленника, после чего вышел с ним за дверь. Не было главы минут десять. Вернулся он не один, а с Жориком. Поручив тому найти комнату для Темыча, Лекс отправил мужчин на выход, сам же снова уселся за стол. Немного подумав, я решила воспользоваться ситуацией и тихо слинять, но не получилось.

– Стой, куда это ты собралась? – донеслось мне в спину, когда я сделала несколько робких шагов по направлению к выходу.

– Отдохнуть. Время до совещания еще есть, так что я подумала…

– Ты и подумала?

Услышав слова мужчины, я вспыхнула. “Да что этот Лекс себе позволяет? Кто дал ему право оскорблять меня?” – обиженно фыркнула я про себя и уже не стесняясь наехала на друга.

– А что, по-твоему, только ты можешь принимать правильные решения, а я так, от балды действую? Или, может, думаешь, что у меня совсем нет чувств? Тогда знай: твои высказывания и поступки порой меня очень обижают! Так что хватит вести себя как…

Я замолчала, пытаясь подобрать правильные слова, но ничего в голову не шло. И тут уже не выдержал сам Лекс. Усмехнувшись, он наклонился вперед, нависая над столом. Расстояние между нами сократилось до минимального, но, казалось, друга это совсем не смущает. Нахмурившись, он сквозь зубы произнес:

– Ну чего замолчала? Давай договаривай! Как кто?

– Как Марк! – зло выпалила я, вспоминая, что бывшему мужу тоже всегда было плевать на мои мысли и желания. Он спокойно мог обидеть меня и даже не считал это чем-то неправильным. У нас в семье было лишь одно верное мнение – его. И любое несогласие жестоко пресекалось и наказывалось.

Услышав имя моего бывшего, Лекс нахохлился. Он явно не ожидал такого сравнения. Друг шумно вздохнул и откинулся на кресло, а мне стало стыдно. Да, у Лекса был непростой характер, но он действительно волновался за меня и не раз выручал. Так что подобное сравнение было незаслуженным.

– Прости, я совсем не то имела в виду, – тихо сказала я, стараясь хоть как-то исправить ситуацию.

– Да нет, ты сказала то, что думала. Жень, ты действительно считаешь, что я такой же отморозок? Только не ври!

– Нет, конечно нет! Просто ты иногда ведешь себя как самый настоящий тиран, и это пугает. Пойми, я уже большая девочка и сама могу принимать решения.

– Ага, после которых вечно приходится вытаскивать тебя из всяких передряг!

– Да, но это моя жизнь. Я не могу вечно прятаться. Теперь я это понимаю. Мне надо учиться думать своей головой и не ждать постоянно чьей-то помощи. Мир изменился, и слабым здесь нет места. Да и тебе самому порой бывает нужна помощь. И я действительно могу поддержать тебя! В оранжевой башне из нас вышла неплохая команда. Как мы Казбека уделали! И так может быть всегда. Теперь ты не один.

– Жень, тогда тебе просто повезло, но это случайность. Ты слабая. И не спорь! Это правда. И если хочешь жить, слушайся меня и не лезь куда не надо.

От обидных слов у меня задрожали губы, но я постаралась не показывать, как сильно задел меня друг. Стиснув кулаки, я натянула улыбку на лицо и с трудом выдавила из себя:

– Лекс, признайся, ты просто обиделся из-за наших с Темычем разговоров. Так это мы не про тебя, а про этого… брата Юми. Темыч сказал, что он хочет увезти ее, а ребенка оставить. Козлина!

Лицо Лекса на мгновенье озарилось. Видимо, он действительно переживал. Но спустя несколько секунд мужчина снова надел маску диктатора и грубым голосом сказал:

– Мне все равно, о чем вы там трепались. Хотя за неуважение к главе вас обоих следует прилюдно высечь! Жаль, времени нет. Жень, ты кое-чего не знаешь. У нас большие проблемы. На нас движется армия.

– Что?

– Да. Мы нанесли сильный урон врагу, разрушив один из муравейников и уничтожив портал. Монстры так просто этого не оставят.

– Но они же не знают, где мы! Разве нет?

– В этом ты права, именно поэтому они собираются отправить полчища тварей во все места, где, по их сведениям, есть люди. И, как ты знаешь, о нашем месторасположении им тоже известно. Так что не пройдет и недели, как вражеские шпионы будут шнырять по округе.

– Откуда ты знаешь? – заикаясь, пробормотала я, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

– Я каждый час сканирую сеть с тех самых пор, как мы покинули столицу. Темыч занимается тем же. И те сведения, что мы смогли раздобыть, неутешительные. Три области сегодня утром подверглись нападению. Следующий удар будет нанесен завтра. Такими темпами у нас они будут дней через пять.

– И что же делать?

– Я долго думал над этим и вот что решил. Мы с Митсуо отправимся по соседним областям, чтобы найти выживших. Любой человек, способный держать оружие, нам сейчас нужен как воздух. А ты, раз вся такая из себя самостоятельная, будешь следить за гарнизоном.

– Я?

– Да. Михалыч с Темычем тебе помогут.

– Лекс, ты так решил наказать меня, да? Скинуть на меня гарнизон со всеми его проблемами и еще этих двух в помощь дать, зная, что они друг друга на дух не переносят!

– А как ты хотела? Желаешь стать самостоятельной и помогать мне, как грозилась еще минуту назад, тогда покажи, на что способна! Можешь взять еще себе в помощники Элю, Жорика и Илью. Хотя последнего лучше не бери. От него проблем больше, чем от всех членов нашей общины, вместе взятых. Но если ты боишься, что не справишься…

– Нет, я справлюсь! Мы максимально подготовим гарнизон к нападению! Будем тренироваться день и ночь и…

– Эй, полегче! Ты только не переусердствуй! А то придут монстры, а у меня солдаты от усталости оружие держать не смогут.

– Не переживай, я все сделаю в лучшем виде!

– Вот этого я и боюсь. Блин, уже жалею о своем решении!

– Не надо! Но есть еще одна проблема. Что нам делать с Владиславом? Он имеет большое влияние среди вновь прибывших. Его уважают и боятся. Вдруг он откажется сотрудничать?

– Не переживай по этому поводу. Скоро этот генерал доморощенный окажется рядом с нашей любимой Моней.

– Лекс, ты уверен? Народ может этого не понять. Люди Владислава вряд ли захотят с этим мириться!

– Как ты сама сказала, его боятся. Он многим своим насолить успел, так что они с удовольствием перейдут на нашу сторону. Среди жителей ты в большом авторитете. А после россказней Попрыгунчика люди так вообще чуть ли не с придыханием произносят твое имя.

– Не думаю, что все. Вспомни Антона!

– Так он сейчас взаперти. И все несогласные быстро к нему отправятся.

– И все-таки, может, не стоит запирать Владислава? Он хороший боец и может пригодиться. Я с ним договорюсь!

– Нет. Он уже один раз разделил гарнизон, причем в прямом смысле этого слова. Сейчас у нас нет времени возиться с ним и другими несогласными. Во время нападения выпустим его и поставим сражаться куда-нибудь в отстойник. А пока пусть посидит и подумает. Ему будет полезно.

Я вздохнула. Мне очень не хотелось, чтобы Владислав меня ненавидел, но другого выхода не было. Нам нужно было в кратчайшие сроки снова сплотить наше маленькое общество и подготовить его к битве. А для этого нужен был сильный лидер, символ, за которым пойдут люди. И так вышло, что им нечаянно стала я. Но все-таки меня терзали сомнения, поэтому я тихо спросила:

– Лекс, а ты уверен, что новенькие будут меня слушаться?

– Да. И знаешь почему?

– Э, нет…

– Андрей, помнишь такого?

Я задумалась. Да, имя мне было знакомо, но откуда я его знала – понятия не имела.

– Ну Женя! И у кого тут из нас старческий склероз? Это солдат, с которым ты в больничку ломанулась. Он там еще стрельбу устроил. Ну как, вспоминаешь?

Я неуверенно кивнула, чем вывела Лекса еще больше из себя.

– Тот, который паука пристрелил и тем самым привлек кучу монстров, в том числе и колобка, из-за которого я… умер.

– А!

– Да! Он самый. Так вот, он всем своим рассказал о ваших приключениях. Как ваша машина отвлекала колобка от колонны, а потом как ты героически спасла его. Причем нес какую-то чушь. Вроде как ты уничтожила кучу монстров и гигантскую паучиху, хитростью заманив их прямо к монстру-измельчителю.

– К кому?

– Новоприбывшие так особую тварь называют, которая отростками рубит в капусту все, до чего может дотянуться. Мы одну такую в цирке видели. Ну так как, этот тип не врет? Ты действительно сунулась прямо в лапы к этому чудовищу?

– Ну как сказать…

Я смущенно опустила глаза, а Лекс покраснел. Грубо схватив мою руку, он потянул меня через стол. В мгновение ока я оказалась на коленях у Лекса, отчего меня словно током шарахнуло. Кому-то такая ситуация могла бы показаться очень романтичной, но только не мне. Друг выглядел жутко. Черты его лица исказились до неузнаваемости, а глаза покраснели. Я неловко попыталась высвободиться, но в итоге добилась того, что меня прижали к столу.

Лекс долго бродил взглядом по моему лицу, а потом вдруг выдал:

– Я вот все пытаюсь понять, что творится у тебя в голове, и не могу. Темыча понимаю, Михалыча – тоже. И даже этого твоего психованного Владислава, но не тебя. Ты, сколько бы мы ни общались, до сих пор остаешься для меня закрытой книгой. Что ты за существо такое? Вроде не трусиха: вон какие финты иногда выкидываешь. И в то же время слабая и робкая. Порой лишнего слова из тебя не вытянешь. Слушай, а у тебя в роду, случайно, ни у кого шизофрении не было?

Я аж вспыхнула от таких слов! Получалось, Лекс думал, что у меня проблемы с головой! Ну да, я порой вела себя непоследовательно и часто не могла принять правильного решения. Но просто от меня раньше никто этого не требовал! В детстве мама за меня все решала. Мое мнение для нее было совсем не важно. Она сама знала, что лучше для любимой дочки.

Настоящих друзей, кроме Олеси, у меня не было. Но и тут мне несильно повезло. Характер у подруги был боевым, она всегда смело следовала к цели и тащила меня за собой, даже если я этого не хотела. А потом в моей жизни появился Марк, и такие слова, как “выбор” и “свобода”, оказались забыты на долгие годы.

Поэтому мне было непонятно возмущение Лекса. Ну не могла я так быстро перестроиться! Но я старалась! Я вообще сильно изменилась, и это было видно. Так почему друг все никак не мог принять меня и перестать опекать?

Тем временем Лекс оказался в опасной близости. От непонятных ощущений меня начало потряхивать, и я, чтобы хоть как-то снизить градус накала, брякнула первое, что пришло в голову:

– А хорошо, что Темыч так спокойно принял смерть Татьяны. Я думала, что он сильно переживать будет. А он нормально себя чувствует и даже иногда шутит.

После моих слов друг замер, а потом резко поднялся. Я, воспользовавшись ситуацией, тут же шмыгнула в сторону и, нервно улыбнувшись, как ни в чем не бывало продолжила:

– Как думаешь, может, стоит с ним это обсудить? Или лучше пока не лезть в душу? А Даше он сам скажет?

Лекс ничего не ответил, из-за чего у меня начали появляться нехорошие подозрения.

– Саш, а чего ты молчишь-то? Ты ведь с ним поговорил?

Друг отвернулся, а потом что-то буркнул про дела и резко направился к двери, но я успела преградить ему путь.

– Лекс, ты ему не сказал! Блин, он не знает! Ну как так-то, а?

– Слушай, Жень, не лезь в это! Да, я ему не стал говорить. Думал, Димка сам догадается. Просил ведь! Ну или почувствует через сеть.

– А он?

– А он ни хрена не чувствует! Видите ли, мы слишком далеко уехали.

– Но, может, он все-таки догадался? Просто нам не говорит, чтобы не расстраивать.

– Нет. Темыч мне недавно сказал, что, как только мы расправимся с предателем, он вернется к жене и сам ее упокоит.

– Тогда тем более надо сказать, что ему уже ничего не нужно делать!

– Жень, ты умереть хочешь? Темыч нестабилен, а у нас монстры на хвосте! Нам нужен сильный боец, так что пока молчи и не вздумай лезть к нему с душевными разговорами! А то я тебя знаю.

– И все-таки это неправильно!

– Зато верно. И вообще, ты, кажется, отдохнуть хотела? Вот и шуруй к себе в домик! И не вздумай на собрание опаздывать!

– А то что? Из Совета выгонишь? – хмыкнула я, но, увидев серьезные глаза друга, тут же заткнулась.

– Нет. Но не думаю, что жителям нашей общины понравится, что новый заместитель главы и по совместительству главнокомандующий гарнизона опаздывает на собственное назначение! – грубо ответил Лекс и, отодвинув меня в сторону, вышел в коридор.

“Офигеть! – думала я, направляясь в свой домик. – Я – главный человек в гарнизоне! Не считая Лекса, конечно. Вот это меня угораздило!”

Да, с одной стороны, подобная новость не могла не радовать меня, но с другой… Это же какая ответственность!

“Зато Моня теперь точно сдохнет от зависти!” – мелькнула шальная мысль, заставив меня улыбнуться. Я с разбегу влетела в свое жилище и тут же направилась в спальню. Развалившись на кровати, я мечтательно уставилась в потолок.

“И все-таки Лекс мне доверяет! Иначе не стал бы оставлять за главную. Он ведь мог спокойно выбрать Темыча или ту же Элю. Но выбрал меня! А это что-то да значит. Не зря я его все-таки от Казбека спасла! Теперь уважает. Разглядел, наконец, во мне воина!” – подумала я и аж запыхтела от гордости.

И даже привстала, чтобы лучше разглядеть себя в небольшом зеркале, висевшем над добротной деревянной тумбой. Однако мое отражение меня не порадовало. Ну не походила я совсем на бесстрашного солдата. Скорее, на жертву анорексии. Еще и темные круги под глазами, из-за которых я сильно походила на тощую панду, совсем не добавили мне оптимизма.

Чтобы окончательно не пасть духом, шапку я стянула уже под одеялом, чтобы не дай Бог не наткнуться взглядом на свое отражение. Не хотела окончательно разочароваться в себе.

“Ну и как мне с такой внешностью соблазнять Владислава?” – раздраженно буркнула я, вспоминая холодные голубые глаза. А потом в памяти вдруг всплыл теплый взгляд темно-карих глаз Лекса. Не знаю почему, но они мне нравились гораздо больше. Конечно, пока не начинали отсвечивать алым.

“Что ж все так сложно-то!” – зажмурившись, грустно подумала я, отгоняя ненужные мысли.

Сознание поплыло, и я как-то незаметно провалилась в сон. Вот только долго наслаждаться тишиной и покоем мне не дали. Спустя некоторое время со стороны улицы послышались шаги, а потом громкий стук в дверь разорвал тишину.

– Женя, это я! Впусти меня, пожалуйста! – раздался до боли знакомый голос, заставив меня подскочить.

Я нервно фыркнула, думая, стоит ли открывать внезапному визитеру, но настойчивый стук повторился, и я недовольно потопала к двери. Не успела я ее открыть, как в комнату влетел Илья.

– Жень, да я смотрю, ты совсем не готова! Неужели действительно так хочешь вылететь из Совета? Хотя я тебя прекрасно понимаю. Лекс тот еще засранец, и лишний раз пересекаться с ним не хочется. А учитывая, сколько времени вы проводите вместе…

– Попрыгунчик, тише! Ты сейчас вообще о чем?

– Ну так через десять минут закрытое заседание начнется! Или ты забыла?

Медленно слова парня начали доходить до меня. Испуганно ойкнув, я на секунду замерла, после чего резко рванула собирать вещи. Как ураган я носилась из стороны в сторону, снося все на своем пути, но Илья не дал мне долго метаться по домику.

– Жень, некогда! Все потом! Как чувствовал, что ты неспроста задерживаешься, – протараторил парень, вытаскивая меня на улицу.

– Спасибо, Илья! Правда, спасибо! Я этого не забуду. Как стану главной, тебя первым помощником сделаю! И чего только Лекс говорил, что от тебя проблем больше, чем от всего гарнизона, вместе взятого? По-моему, ты очень полезный человек и верный друг!

– Лекс правда так сказал? – расстроенно произнес Илья.

– Не переживай! Меня он вообще слабой назвал, а еще намекнул, что у меня с головой проблемы. Так что тебе еще повезло!

Я хмыкнула, а Попрыгунчик, грустно вздохнув, потащил меня к штабу. Я на ходу натянула верхнюю одежду, уже даже не заботясь о своем внешнем виде. Все отошло на второй план. Мне хотелось побыстрее узнать, о чем будет говорить друг. Как я поняла, он собирался уехать, чтобы найти выживших. В принципе, с его новыми способностями это было более чем реально. К тому же теперь у него появился новый сильный союзник. Но, что самое важное, главной в гарнизоне Лекс собирался оставить меня! И от этого факта сердце билось как бешеное и пульс зашкаливал, заставляя меня нестись вперед с удвоенной силой.

В зал мы с Ильей ворвались, когда все были в сборе. Даже Лекс сидел на своем месте за добротным деревянным столом. С ужасом я посмотрела на большие настенные часы, но, к счастью, до начала заседания оставалось еще две минуты, так что мы с Попрыгунчиком быстро шмыгнули на свои места и стали ждать.

Мое появление не осталось не замеченным Лексом. Он строго посмотрел на меня и ударил двумя пальцами по наручным часам, как бы намекая, что мне надо было прийти раньше, а не заявляться в последнюю минуту. Я растерянно улыбнулась и спряталась от грозного взгляда за спинкой кресла. И только тут до меня дошло, что я забыла фотоаппарат, блокнот и ручку!

“М-да! Вот тебе и штатный фотограф. Меня на руководящую должность еще даже не назначили, а я уже косячу со страшной силой”, – вздрогнув, подумала я, гадая, успею ли за оставшиеся минуту тридцать секунд вернуться к себе в домик. Я растерянно посмотрела на дверь, и в этот момент рядом кто-то остановился.

– Не это, случайно, ищешь? – послышался женский голос, и на колени мне упали тетрадь, карандаш и мой старый фотоаппарат.

Я подняла голову и увидела Свету с Надей. Подруги хитро улыбались, я же выдохнула с облегчением.

– Спасибо большое. А то я все забыла. Если бы не Илья, вообще дома бы осталась.

Девушки хмыкнули, а Надя выдала:

– Понимаю, устала, наверное, с дороги. Но как же все-таки хорошо, что ты вернулась! Наконец могу тебе эту бандуру отдать. Ты не обижайся только, но больше штатным фотографом гарнизона я работать не буду. Во-первых, я вообще не понимаю, как эта штука работает! – Надя недовольно посмотрела на фотоаппарат, как будто он был ее личным врагом. – И во-вторых, жители просто достали! Чуть меньше двух недель вас не было, а мне уже успели весь мозг проесть. Все новости на меня обрушили. Чуть у кого какая дата – так сразу ко мне. Я столько историй выслушала! Мозг просто взорваться готов! А как новенькие в гарнизоне появились, так совсем все соки из меня выжали! Михалыч отправил меня списки новоприбывших составлять, все события, произошедшие с ними, документировать. А на мне еще газета была! Вкалывать приходилось до самой ночи! Нет, я не против новостей. Сама иногда люблю посплетничать. Но сейчас… Сейчас я мечтаю только об одном: чтобы меня все оставили в покое!

Света, все это время тихо стоявшая позади меня, хихикнула и добавила:

– Да уж, последние два дня Надя в библиотеке отсиживалась. Пряталась от начальства и местных бабушек. Знала, что у меня ее искать точно не будут. Мою библиотеку вообще нечасто посещают. До сих пор не понимаю почему! Я ведь сделала полную инвентаризацию, все рассортировала. Навела идеальный порядок! В гарнизоне, кстати, довольно неплохая подборка книг оказалась, да и я сама всегда рада помочь читателям определиться с выбором, но все жители почему-то обходят здание стороной. Если бы Михалыч не водил ко мне на уроки детей, совсем тоскливо было бы. А ведь я дипломированный специалист! Я столько всего могу рассказать людям о нашей литературе! Если бы вы только знали, насколько она многогранна! Каждый может найти себе что-то по душе.

– Эх, Свет! Вот поэтому библиотеку и обходят за три километра. Люди боятся, что, если наткнутся на тебя, раньше, чем через два часа, домой не попадут. Еще и с горой книг под мышкой топать придется, – сказала Надя, смешно закатив глаза.

– А чем еще сейчас заниматься? Только читать и восполнять пробелы в образовании! В кои-то веки люди оказались оторваны от телевизора и интернета. Это же такой шанс занять мозги чем-то полезным, но нет! Редко кого на улице с книжкой можно увидеть.

Девушка недовольно запыхтела, и тут дверь неожиданно распахнулась, и к нам ввели Владислава. Света моментально затихла. Она окинула мужчину быстрым взглядом, после чего равнодушно отвернулась. Мое же сердце забилось как бешеное. Я так разволновалась, что сначала даже не поняла, что мужчина в наручниках. А вот другие жители заметили это сразу. По залу прокатился удивленный гул, сам же Владислав встал перед Лексом и гордо расправил плечи.

– Ну и как это понимать? – зло выпалил мужчина, и в помещении повисла гнетущая тишина.

Совещание началось, но все пошло совсем не так, как я ожидала. Вместо того, чтобы обсуждать дела в гарнизоне и выстраивать план обороны поселения, присутствующие устроили настоящий срач. Люди из числа приближенных Владислава возмущались и шумели. И их можно было понять. Мужчина многое сделал для них, долгое время защищал, а теперь оказался не у дел. Первым взял слово мой бывший водитель Олег. Он неодобрительно покосился на Лекса и громко заявил:

– Действительно. Я прошу объяснений, почему наш главнокомандующий оказался в таком положении?

– Ваш так называемый генерал сейчас находится под арестом. Почему? Все просто. Он совершил самое страшное преступление, которое только мог в военное время. Он рассорил людей в общине, тем самым ослабил обороноспособность гарнизона и поставил под угрозу безопасность всех жителей! – гаркнул глава, буравя взглядом присутствующих.

– Я просто хотел защитить людей от чужака! Он представляет угрозу для всех нас! – попытался оправдаться Владислав, но Лекс поднял руку, обрывая его речь.

– Отчасти я могу понять твои мотивы, но действовал ты крайне безрассудно! Вместо того, чтобы выяснить все с чужаком один на один, ты со своими прихвостнями предпочел разделить гарнизон! Да за такой проступок по законам военного времени тебя расстрелять мало! И кстати, я сделал то, до чего ты со своими людьми не допер. Я пообщался с братом Юми и понял, что угрозы он никакой не представляет. В отличие от армии мертвецов, которая в данный момент движется к нам. И именно сейчас, когда нам всем грозит вымирание, ты решил устроить раскол в чужом поселении, где ты никто и звать тебя никак!

– Может, для твоих людей я и не авторитет, но для своих…

– Здесь больше нет твоих людей! Они стали частью нашей общины в ту самую минуту, как переступили порог гарнизона, и теперь должны подчиняться нашим законам! Все несогласные могут уйти прямо сейчас. Вот только не думаю, что такие смельчаки продержатся долго. Уже три области были полностью зачищены армией тварей. От них нет спасения. И вы не выживете снаружи.

– Откуда у тебя такая информация? – дрогнувшим голосом спросил Владислав.

– Сорока на хвосте принесла. У меня свои источники, но раскрывать их я не намерен. Тем более такому неблагонадежному элементу!

– Правильно, друг! А то он такого тут натворил! Народ почем зря баламутил, чуть бунт не поднял! – довольно произнес Михалыч, все это время находившийся по правую руку от друга.

– Хм, а теперь вы, Григорий Михайлович!

Услышав свое имя, друг Лекса напрягся, понимая, что теперь настала его очередь держать ответ перед главой. Саша был очень зол и не собирался никому давать спуску.

– Я оставил вас в качестве кого? – грозно отчеканил он. – В качестве главы гарнизона! А что в итоге? Ты, Михалыч, не смог с каким-то пацаном справиться! Демократию тут развел! Разделение общины допустил!

– А что я должен был, по-твоему, делать? Стрельбу открыть? А всех несогласных за решетку упечь?

– Да, если это помогло бы восстановить порядок! – рявкнул Лекс, и Михалыч виновато опустил голову. – Мы тут не в игрушки играем! Я еще раз повторяю: на нас идет армия мертвецов и среди них есть новые монстры! Таких вы еще не видели. И стены для них помехой не будут!

– Так может, нам пока сделать стратегическое отступление? Временно покинуть гарнизон? – неуверенно вмешалась я, но Лекс посмотрел на меня так, что я решила больше не лезть в разговор.

– Ну да. У нас зима на носу, куча детей и стариков на иждивении, а ты такое предлагаешь? Жень, возможно, я и в тебе ошибся?

Я покраснела, понимая, что мужчина сейчас в бешенстве и запросто может передумать оставлять меня за главную. Тем не менее друг не отступил от своего плана. Зло сверкнув глазами, он грубо сказал:

– И все-таки я дам тебе шанс показать, на что ты способна. С завтрашнего дня ты, Женя, становишься главой гарнизона.

– Что? – послышалось со всех сторон. И если Илья, Света и Надя были просто ошеломлены, Темыч опять витал где-то в облаках и даже не понял, о чем речь, то Жорик и Эля посмотрели на меня с явным неодобрением. А Михалыч так вообще открыто выступил против моей кандидатуры.

– Лекс, я все понимаю. Я оплошал. Но ты уверен в том, что делаешь? Почему Женя? Давай кого-нибудь другого поставь. Ешкин кот, да я даже на Темыча согласен, но только не на эту малявку!

– Эй, а чем это я тебе не угодила, а? – возмущенно запыхтела я, спрыгивая со своего места.

– Ты ничего не знаешь о военном деле, стратегии и благоразумии. Ты непоследовательна и излишне эмоциональна. И собираешь вокруг себя такие же неблагонадежные элементы! – фыркнул бывший глава и почему-то уставился на Илью. Однако Попрыгунчик не смутился. Он подскочил вслед за мной и громко крикнул:

– А я за Женю! Если бы не она, мы погибли бы еще при первой атаке зомби! Это Женя не дала впустить к нам девчонку-монстра, а потом еще вычислила психа, командующего армией тварей! И винтовку Лексу она принесла! А еще достала накопители, благодаря которым мы сейчас при свете сидим, а не в темноте!

После слов друга я прямо расцвела. Его поддержка очень много значила для меня. Я была счастлива, что хоть кто-то в меня верит. И плевать, что это всего лишь сопливый пацан, которого многие в гарнизоне откровенно недолюбливают. Илья оказался настоящим другом, не побоявшимся выступить против командующей элиты нашего гарнизона.

– Решение принято и обсуждению не подлежит! – послышался злой голос Лекса, прерывая все споры. – А ты, Михалыч, если так волнуешься, станешь правой рукой Жени! Заодно исправишь все свои косяки и научишь эту малявку “стратегии” и “военному делу”.

– Но…

– Никаких но! И кстати, я тебе для этого нелегкого дела помощника нашел. Темыч, будешь следить за этими двумя!

Услышав свое имя, мужчина, еще несколько секунд назад лениво изучавший стену, моментально подобрался и ошарашенно уставился на нашего строгого главу.

– Лекс, дружище, не думаю, что это хорошая идея.

– Почему же? Я уверен, что идея как раз отличная. Заодно поближе познакомишься с жителями и, надеюсь, наладишь, наконец, отношения с Михалычем. Тебе все понятно?

Темыч кивнул, хотя, судя по кислым лицам бывших друзей, рассчитывать на это точно не стоило. Но Лексу было плевать. Он проигнорировал все неловкие попытки оспорить свое решение и продолжил:

– Ладно, Жорик, теперь ты. Твои обязанности остаются прежними. На тебе обеспечение оружием гарнизона и обучение солдат. Проследи, чтобы все склады были заполнены до краев, чтобы в каждом углу стояли твои стрелковые машины. И еще, необходимо будет укрепить стены. Женя тебе после собрания расскажет, от кого в первую очередь надо будет защищаться. Эля, ты, как и в прошлый раз, отвечаешь за людей.

– Дорогой, я не против, но новенькие совсем не хотят сотрудничать. Из-за вот этого… – ответила Эльвира и неодобрительно кивнула в сторону Владислава.

– Теперь все изменится. Если кто-то будет спорить – останется без продовольствия. Кормить нахлебников мы не будем. А если кто попытается поднять бунт – мигом окажется за воротами. В сложившейся ситуации нам проблемы с людьми не нужны. И так с монстрами забот хватает. И да, снова повторяю. Всем слушаться Женю! И это не обсуждается. Надеюсь, ты хорошо поняла меня, Эля?

– Даже если ее приказы будут угрожать гарнизону? – удивленно вскинув бровь, спросила женщина.

– Да. Если что, я потом сам лично ей голову оторву. Тебе понятно, Евгения Северова?

– Да, – жалобно проблеяла я, но потом, вспомнив о своем новом статусе, уже громче добавила: – Я не подведу вас, глава!

– Очень на это надеюсь!

С этими словами Лекс кивнул охране, и та увела Владислава. Заседание продолжилось, и я немного выдохнула. Внутри возникло странное возбуждение, ведь теперь я была не просто тенью, изгоем. Я встала во главе нашего маленького общества. И мне предстояло показать всем и каждому, на что я способна.

Остаток совещания прошел в гнетущей тишине, разрываемой лишь грозным голосом Лекса. Мужчина кратко рассказал жителям обо всем, что мы видели, в том числе об Иных и муравейниках. Под конец своей речи он снова упомянул армию монстров, на всех парах несущуюся на гарнизон, и призвал всех проявить благоразумие и бдительность.

«М-да, для полного счастья не хватает только какого-нибудь вдохновляющего призыва. Что-то типа “мы все умрем, но вы держитесь”», – грустно подумала я, глядя на мощную фигуру, нервно наматывающую круги перед собравшимися.

Настроение упало ниже плинтуса, но я упорно пыталась делать свою работу. Кратко законспектировала речь Лекса, сделала несколько дежурных снимков, при этом даже ни разу не накосячив. И когда, наконец, глава закончил, устало плюхнулась на свое место.

Заседание подошло к концу, и люди медленно побрели к выходу. Вид у всех был подавленный. Скорее всего, никто из жителей не верил в нашу победу. Я немного погодя тоже двинулась к выходу, но у самой двери меня сцапали чьи-то руки.

– Эй, куда это ты собралась? Мы с тобой еще не закончили! – услышала я тихий, но в то же время властный голос Жорика и поняла, что отдых отменяется.

Мужчина спешно утащил меня из зала заседания к себе в кабинет, где устроил настоящий допрос. Как назло, за нами увязался еще и Попрыгунчик, вспомнивший вдруг, что его когда-то приставили к Жорику учеником. И если первый час парень вел себя довольно смирно, то, когда я стала рассказывать о наших с Лексом приключениях в бизнес-центре, заметно оживился. Ильи в тот момент уже не было с нами, так что ему все было интересно. Самого Лекса он расспросить, конечно, не мог, так что решил утолить свое любопытство за мой счет. И теперь уже с двух сторон меня засыпали вопросами, не давая спокойно вздохнуть.

К счастью, Жорику все это быстро надоело, и он пригрозил Илье незапланированным полетом со второго этажа, если парень не угомонится. Попрыгунчик насупился, но намек понял. В конце концов, он долгое время был прикреплен к мужчине и знал его лучше, чем я. И, судя по тому, как быстро Илья успокоился, угроза была более чем реальной.

Между тем Жорик продолжил допрашивать меня не хуже самого настоящего чекиста. Его интересовало все, но особенно новые монстры. Он долго выпытывал у меня мельчайшие подробности об их внешности, повадках и даже запахе. Когда же, наконец, закончил, я пулей вылетела из штаба, надеясь хоть на улице немного отдохнуть от людей.

Если честно, я слишком устала от всех. Разговоры, допросы, бесконечная ругань ужасно надоели, но я должна была держаться. Ведь с завтрашнего дня я вступала в новую должность, которая предполагала постоянное общение и разрешение конфликтов.

“Блин, во что я ввязалась!” – недовольно подумала я, уже жалея, что не отказала Лексу, и в этот момент кто-то подкрался сзади и схватил меня за плечо.

Над ухом раздалось громкое “Бу!”, отчего я со страху чуть штаны не обмочила. У меня тут же сработал рефлекс. Резко развернувшись, я ударила локтем нападавшего, заставив его согнуться пополам. И лишь чудо спасло Попрыгунчика от неминуемой гибели. В самый последний момент я разглядела растерянное лицо парня и только по этой причине не полоснула его ножом, до этого мирно лежащим у меня во внутреннем кармане куртки.

– Жень, ты чего? – удивленно прохрипел парень, с трудом выпрямляясь.

Я вздохнула и убрала нож. В последнее время я стала очень нервной, и это было проблемой. Но, похоже, Илья даже не понял, какая опасность ему только что угрожала. Он продолжал растерянно хлопать глазами, чем окончательно вывел меня из себя.

– А нечего людей пугать на пустынных улицах поздним вечером! – гневно пропыхтела я, понимая, что мне срочно надо отдохнуть, иначе в скором времени точно придется прятать чей-то труп.

Попрыгунчик неловко извинился и даже вызвался проводить меня, но я его вежливо послала. Слишком устала, да и идти мне было всего ничего. Парень пытался спорить, однако после угрозы нажаловаться на него Лексу быстро отстал, я же потопала в свой домик.

Ночь выдалась на редкость теплая для этого времени года. Яркая луна освещала мне путь, и я даже подумала, что все не так уж и плохо, пока не увидела темный силуэт рядом со своей дверью. Это был Лекс. Я неуверенно остановилась у калитки, не понимая, что мужчине понадобилось в такой поздний час. Тот же, заметив меня, быстро приблизился и, не теряя времени, утащил меня в домик.

– Лекс, ты чего тут делаешь? – осторожно начала я, глядя, как мужчина размашистым шагом направился на кухню. Устало вздохнув, я поплелась за ним и тут же встала у порога как вкопанная.

Лекс носился по маленькой комнатке, собирая на стол мои нехитрые припасы. Но удивило меня не это, а свист небольшого электрического чайника, сигнализирующего о том, что вода вскипела.

Невольно по моей щеке покатилась слеза. Лекс, заметив это, на мгновенье застыл, а потом подбежал ко мне и, взяв мою руку, усадил меня за стол. Сунув мне в ладонь печенюшку, он напряженно спросил:

– Жень, ты чего? Обидел, что ли, кто? Опять этот Илья, да? Ну конечно! Кто же еще? Ну я ему задам!

– Стой, нет, я не из-за него. И вообще, люди тут ни при чем, – тихо всхлипнула я и подняла глаза на друга. Тот недовольно глядел на меня, но в следующий миг вдруг протянул руку и стер несколько слезинок с моей щеки.

– Так из-за чего ты тогда сырость разводишь? – буркнул Лекс и резко вскочил.

Достав две кружки и банку кофе, мужчина быстро разлил кипяток и протянул мне крепкий напиток.

– Жень, чего молчим? Я жду ответа. Из-за чего ты тут потоп устроила? – снова задал вопрос Лекс, и я смутилась. Мне не хотелось говорить другу правду, но он продолжал буравить меня тяжелым взглядом, и я сдалась.

– Из-за чайника, – пискнула я, с интересом наблюдая, как округляются глаза мужчины.

– Чего?

– Знаю, звучит странно, но просто я так отвыкла от благ цивилизации и от того, как просто можно сделать себе кофе… И теперь, глядя на это маленькое чудо, я понимаю, как много мы потеряли. Кто бы мог подумать, что совсем скоро вот такие привычные вещи станут для нас настоящим волшебством! Правильно говорят: что имеем не храним… Но как он работает?

– Как-как… С помощью электричества! Сама же накопители притащила. Или уже забыла? Жорик смог их подключить, так что потихоньку возвращаемся к цивилизации.

Я снова всхлипнула и с грустью посмотрела на чайник. Казалось, он явился из другой жизни, того далекого мирного прошлого, куда путь теперь всем нам был закрыт.

“Что ж, видимо, мы все это заслужили”, – мелькнуло в голове, и я, чтобы хоть как-то отвлечься от мрачных мыслей, сказала:

– Саш, спасибо, конечно, но не слишком ли поздно для кофе?

– В самый раз! Тебе взбодриться надо. Разговор к тебе важный есть.

Я тяжело вздохнула. Мне так хотелось спать, но вместо этого опять надо было что-то обсуждать. И, судя по виду друга, что-то очень серьезное.

– Лекс, что случилось? – тихо начала я, уже заранее боясь ответа.

– Ты только не волнуйся. На самом деле ничего плохого. Просто в сети появился еще один человек.

– Что?

– Да. Сегодня. Прямо совсем недавно. И это женщина.

– Лекс, ты серьезно?

– Да, я не шучу. Так что теперь таких, как я и Митсуо, четверо.

– Но это же очень хорошо! Она ведь за нас, правда?

– Да. Я говорил с ней. Она решительно против монстров.

– Тогда мы должны немедленно ее найти! Где она?

Я притихла, вот только отвечать на мой вопрос Лекс почему-то не спешил. Он хитро прищурился, а потом вдруг выдал:

– А ты догадайся!

– Лекс, ты издеваешься, что ли?

– Нет, я вполне серьезно. Так уж и быть. Дам тебе две подсказки. Первая. Она не из нашей страны. И вторая. Эта женщина живет недалеко от Гималаев.

Услышав такие подсказки, я нахмурилась, но решила не спорить с другом.

– Э, ну ладно. Китай? – неуверенно начала я, не понимая, зачем мужчина затеял эту глупую игру.

– Нет.

– Непал?

– Не угадала.

– Все, сдаюсь! Откуда она?

– Ну Жень! Не разочаровывай меня. Или с географией совсем плохо? Ты что, троечницей в школе была? Все, теперь точно отдам тебя Свете на растерз… то есть на перевоспитание. Пусть школьную программу тебе подтянет. А то я тебя на руководящую должность поставил, а ты простейшего не знаешь!

Слова Лекса разозлили меня не на шутку. Он назвал меня троечницей! Меня! Дочь заслуженного педагога России, которая днями и ночами сидела за учебниками и зубрила текст до потери пульса. Старалась во всем быть первой, из кожи вон лезла, все делала, лишь бы мама была довольна. И конечно же, выслушивать подобные оскорбления от друга я не собиралась, поэтому грозно пискнула:

– Я в школе была круглой отличницей! К тому же это совсем не простой вопрос, ясно? И не надо трогать Свету! У нее и без тебя проблем хватает.

– Тогда докажи, что я в тебе не ошибся! Ответь на вопрос.

– Хорошо, Мьянма?

– Нет.

– Бутан?

– Мимо.

– Пакистан? – настороженно спросила я, чувствуя, как в душе поднялась тревога.

– Опять ошиблась! Но уже совсем рядом…

– Афганистан? Конечно, Афганистан! Лекс, ты спятил? Я туда точно не поеду! Там и в мирное время было небезопасно, а представь, что творится сейчас! – вскочив, крикнула я, вспоминая последние тревожные новости из телевизора.

– Индия! Она живет на севере Индии! Так что успокойся и сядь, – рявкнул друг, и я тут же уселась обратно.

– Но это все равно так далеко! – прошептала я, даже не представляя, как туда можно добраться. – Нет, я туда точно не поеду. Я не могу так надолго оставить Аню! В гарнизоне она никого не знает, ей будет страшно без меня!

Услышав имя моей дочери, друг нахмурился.

– Что? – удивленно спросила я.

– Ничего. Я думал, ты поймешь.

– Пойму что?

– Жень, та женщина попала в окружение с другими выжившими. Пока ей удается держать оборону, но вот представь, что будет, если монстры все-таки доберутся до нее.

Я задумалась. Эта индианка была такая же, как Лекс, а значит…

– Если ее поймают, наступит конец света. Ты это хочешь сказать, да? – констатировала я очевидную вещь.

– Точно.

– То есть ты собираешься отправиться за ней в ближайшее время?

– Да, как только соберу побольше людей, уничтожу предателя и устраню угрозу для нашего гарнизона.

– А как же Аня?

– Твоей Ане ничего не угрожает. Она в убежище с отцом. Так что уж как-нибудь потерпит до весны! – усмехнувшись, сказал друг, вот только в его глазах не было веселья.

– Но ты же обещал! – не выдержала я.

– Женя, прекрати вести себя как ребенок! Твоя Аня сейчас в безопасности, а вот наши люди – нет. Как и весь мир! Мы не знаем, что хотят впустить в наш мир мертвяки, но вряд ли это будут розовые пони! – крикнул Лекс, а я нахохлилась.

Друг был прав, и я это прекрасно понимала. Он старался для других, искал пути спасения для всех, а я потонула в своем эгоизме. Поэтому, как мне ни было больно, я потихоньку начала сдавать свои позиции.

– Лекс, а может, Митсуо за ней съездит? А что, он уже и дорогу знает.

– Женя!

– Что? Я просто предложила…

– И тебе я решил доверить гарнизон?

– Сама в шоке!

Я улыбнулась, а Лекс нахмурился и тихонько зарычал. Резко вскочив, он заметался по маленькой кухне, чудом не опрокинув стол. Но в какой-то момент остановился и, глядя мне прямо в глаза, сказал:

– Жень, я ведь не просто так хочу тебя оставить за главную. Мы с тобой многое прошли вместе, я знаю тебя как облупленную. И главное, только тебе я доверяю.

– Что? Правда?

– Да, это так. Видишь ли, власть очень сильно меняет людей. Она либо ломает их, заставляя пресмыкаться перед всеми, либо делает из человека тирана, готового все вокруг залить кровью. Лишь небольшому количеству людей удается выдержать такое испытание. И я верю, что ты тоже сможешь. Я знаю, ты не сломаешься и не спасуешь перед трудностями. Только ты сможешь удержать гарнизон.

– Я… Я не знаю. А как же другие? Тот же Михалыч…

– Михалыч уже дискредитировал себя. Он оказался никудышным лидером. Про Владислава я вообще молчу. Так что теперь твоя очередь показать себя. Пожалуйста, не подведи меня! И помни, твоя главная задача – сохранить людей. Любой ценой.

– А если кто-то будет против моих решений? Что мне делать с недовольными?

– Жень, я даю тебе полный карт-бланш. Можешь использовать любые методы вплоть до уничтожения несогласных. И знаешь что? Можешь начинать чистку рядов прямо завтра! А что, посадишь на гауптвахту пару-тройку смутьянов, заодно покажешь себя!

– Лекс, а тебе не кажется, что это слишком? Да и не думаю, что Михалыч и другие будут от этого в восторге.

– Ну и плевать на них.

– Но они ведь наши друзья!

– Жень, запомни раз и навсегда. Ты – символ, а у символа друзей быть не может! Ясно?

– Да, – шепнула я, с трудом переваривая полученную информацию.

– Не слышу!

– Да, я все поняла!

– Так-то лучше. И помни, главное – спасти людей. Я верю в тебя, Женя! Действуй! – сказал друг, а после развернулся и пошел к выходу. Я тут же подскочила и направилась за ним.

– Лекс, стой! Мы же не все обсудили! У меня столько вопросов!

Мужчина резко остановился, из-за чего я врезалась в него. Но он, кажется, этого даже не заметил. Зато я сильно ударилась носом о его каменную спину и чуть не свалилась. К счастью, друг успел подхватить меня, не дав поцеловаться с полом. Внимательно заглянув мне в глаза, он как-то грустно вздохнул, а потом поставил меня на пол.

– Жень, иди отдыхай. Сегодня был тяжелый день, и завтра будет не легче.

– Но…

– Никаких но. Иди, Женя, потом поговорим.

С этими словами Лекс отступил и быстро вышел из домика. Мне же оставалось лишь с грустью смотреть ему вслед.

– А еще эта швабра сговорилась с новенькими, и они украли мою корову! Как пить дать убили мою кормилицу и сожрали где-нибудь за ангаром, – возмущалась очередная бабушка, время от времени переходя на ультразвук.

Я глубоко вздохнула, стараясь собрать мысли в кучку. Третий час к кабинету Лекса не прекращался поток посетителей, и все были чем-то недовольны. Многие жители жаловались на качество пищи. Они почему-то решили, что продукты заканчиваются из-за новых поселенцев, и теперь повара экономят на стариках. С большим трудом мне удалось успокоить разбушевавшихся пенсионеров, заверив их, что с запасами у нас все хорошо, но вслед за ними пришли другие недовольные.

Кто-то кричал о перебоях электричества, забыв, что совсем недавно мы о нем и мечтать не смели. Другие жаловались на качество воды. Качество воды, мать их! Хотя еще месяц назад эти же люди готовы были из лужи пить, так как наш строгий глава не разрешал бесцельно тратить бесценные запасы, вывезенные из всех близлежащих магазинов. Теперь же в поселении работал насос, качавший воду из скважины. Но и тут нашлись недовольные, опасающиеся пить из подземного источника.

Но самой главной проблемой был раздор между новенькими, прибывшими из столицы, и старожилами гарнизона. Ну не могли они ужиться! Москвичи требовали самое лучшее жилье, давно обжитое первыми поселенцами. Они искренне не понимали, почему должны жить в других условиях, ведь у них дети! Соответственно, старожилы злились, почему это новоприбывшие частенько увиливали от работы и не хотели соблюдать наш строгий устав. А еще брали то, что им не принадлежало.

“М-да! Распустил Владислав своих подчиненных, распустил”, – грустно думала я, выслушивая очередной поток брани, обрушившийся на меня от начальницы столовой. Женщина бушевала из-за пропажи партии продуктов, а еще ее возмущало упорное нежелание работать группы новеньких, отправленных поварам на помощь.

Я ее хорошо понимала. Новоприбывшие не привыкли жить как мы. Они в своей больнице не готовили припасов, не тренировались до изнеможения на стрельбищах. Глядя на наши луки и стрелы, многие из них вертели пальцем у виска, искренне не понимая, почему мы не хотим использовать в борьбе с тварями военную технику, которой в ангарах предостаточно. Ведь можно же бахнуть со всей силы и разнести монстров на мелкие кусочки!

“Ну да, а потом смело умереть под лавиной взбешенных трупов”, – усмехнувшись, подумала я. Вот только люди Владислава упорно не хотели понимать очевидного. Видя, что эту проблему так просто не решить, я дала задание Эле объяснить новеньким, почему мы деремся именно так, а не иначе. Но даже ее харизмы и обаяния не хватило, чтобы убедить особо недоверчивых.

Я очень надеялась на поддержку Михалыча и Темыча, и те вроде как сначала искренне хотели помочь, но взаимная неприязнь не дала им этого сделать. Еще до начала приема граждан они начали спорить и ругаться. А когда Темыч заявил о том, что очень хочет навестить “милую Юми”, Михалыч вообще как с катушек слетел.

Дав в челюсть бывшему лучшему другу, мужчина умчался к своей любимке, забыв об обещании во всем мне помогать. Темыч же после побега оппонента ушел в себя. И даже Даша, ворвавшаяся к нам, чтобы увидеть папу, не смогла расшевелить мужчину. Он так глубоко погрузился в свои мысли, что я решила его не тревожить, полагая, что друг Лекса не просто так это делает. Он следит за монстрами.

Во всей этой истории, пожалуй, единственным плюсом было появление новых врачей, ученых и военных. Вот кто не отлынивал от дела! Наш местный врач Яков Давидович был в полном восторге от пополнения. А уж как он радовался, когда увидел оборудование, которое сумели вывезти его коллеги! Мужчина с новоприбывшими полностью оккупировал местный госпиталь, выделив львиную долю здания под лаборатории для исследования вируса, и с утроенной силой занялся работой.

Жорик тоже был рад профессиональным военным. Теперь в случае прорыва мы могли использовать самоходные орудия. Но и про свои баллисты и арбалеты он не забыл. Заставлял новеньких тренироваться день и ночь, показывал, рассказывал. И те его слушались! Все-таки дисциплине и выдержке солдат можно было только позавидовать. Они не считали наши методы борьбы чем-то глупым и неоправданным. Наоборот, с энтузиазмом укрепляли стены и башни, изучали самодельную технику и помогали разрабатывать эффективные ловушки на поле, за территорией гарнизона.

“М-да! Лексу такое пополнение точно бы понравилось!” – с грустью думала я, выслушивая очередную бредовую жалобу о попытке отжать жилье у одинокой старушки. Та утверждала, что ее пытались отравить через пирожок.

“Нет, это просто невозможно!” – фыркнула я и остановила прием граждан. Мне надо было отдохнуть и подумать, что делать дальше. Меня поставили главной, но я даже не представляла размах проблем, накрывших гарнизон. Зато стала понимать, почему друг стал таким нервным. Я была у власти всего ничего, но уже готова была разорвать всех и вся, а после стырить у Клавдии Семеновны бутылку “беленькой” и уйти в недельный запой. Хотя раньше тяги к алкоголю за мной не наблюдалось.

А еще я очень злилась на Лекса. Тот уехал рано утром на следующий день после нашего разговора и даже не попрощался. И если бы Илья не пришел и не разбудил меня, чувствую, я бы так и продрыхла до возвращения друга.

Выйдя на улицу, я неспешно посеменила по дорожке, ведущей на плацдарм. Главная наша проблема была очевидна – раскол. И мне надо было срочно что-то с этим делать. Как-то сплотить жителей. А еще заставить обленившихся новеньких работать.

Я, конечно, все понимала: в больнице гражданские в основном сидели по палатам и ждали очередной атаки. Может, изредка помогали в столовой, но всю основную работу по обеспечению людей взяли на себя те же военные и медперсонал. Так что теперь надо было как-то исправлять ситуацию. А еще по максимуму укрепить наш гарнизон. Очередная атака была не за горами, и я боялась, что с такими силами мы просто не выстоим.

От жутких мыслей мне стало не по себе. Я остановилась и сделала глубокий вдох, не понимая, что делать и как бороться с проблемами. Страшные предчувствия не давали расслабиться, и в голову постоянно лезла мысль, что, несмотря на возражения Лекса, все-таки стоит разработать план побега. Так, на всякий случай. Все лучше, чем ничего. И вот для этого я и отправилась к Жорику. Я была уверена, что он полностью изучил наше убежище, а значит, знал, есть ли в гарнизоне какие-то скрытые ходы, через которые можно незаметно вывести людей.

Но добраться спокойно до пункта назначения у меня не получилось. Не успела я выйти на площадь, как услышала крики. Не понимая, что происходит, я побежала на шум и увидела две небольшие группы, возглавляемые Элей и Андреем. Мужчина и женщина ругались и, казалось, готовы были броситься друг на друга.

– А я говорю: мы не будем этого делать! Да это же полный тупизм. Вы еще нам пращи выдайте и камни к ним! А что? Давайте уж вернемся в каменный век, – кричал Андрей, но он плохо знал Элю. Она была просто несгибаемой женщиной. А еще жутко упрямой и взрывной.

– Ты будешь делать то, что я говорю! – сузив глаза, прошипела Эля, а у меня по спине побежали мурашки.

Я знала этот взгляд. Именно с таким выражением лица она когда-то отдала приказ убить всех людей Ворона. Понимая, что запахло жареным, я вклинилась между двумя группами и, пытаясь сделать максимально грозный вид, произнесла:

– Так, что здесь происходит? Вы чего кричите на весь гарнизон?

Получилось не очень убедительно. В самый ответственный момент мой голос дрогнул, и я снова перешла на писк. Это было обидно, ведь я так хотела хоть в чем-то походить на Лекса. Но еще обиднее было видеть лица Андрея и Эли. Нет, в них не было злости или недовольства. В них отчетливо читалось чувство жалости. Ко мне, главе гарнизона.

Эля, нервно кашлянув, быстро подошла ко мне и тихонько шепнула на ухо:

– Слушай, Женя, я все понимаю. Твое желание помочь и показать, кто здесь главный, но, ты уж прости, это выглядит жалко. Ты лучше не вмешивайся. Я сама все улажу.

– Но…

– Никаких но. У меня все под контролем. Я справлюсь. Если что, Михалыча на подмогу привлеку или Жорика. А ты иди… В столовую! Точно! Там опять старушки бунтуют. Поговори с ними. Они тебя хорошо слушаются. Чувствуют… хм… силу. И доброту твою! Да, доброту. Ты же всегда готова выслушать и успокоить. Да и газету ты совсем запустила. А без свежего чтива наши возрастные жители буянить начинают. Вот там заодно сюжетов для своих статеек насобираешь. Думаю, желающих поделиться с тобой своими историями найдется немало. Так что вперед, в столовую!

С этими словами Эля подтолкнула меня, а сама вернулась дальше выяснять отношения с Андреем. Я же быстро потопала дальше. Не потому что послушалась Элю. Просто не хотела, чтобы остальные жители видели мои слезы. Слова женщины задели меня очень глубоко, и я просто побоялась, что не выдержу.

“Нет, Эля не права! Я могу решать проблемы не только с пожилыми жителями! Я такой же боец, как и все остальные. Нет, я еще лучше! Я помогла уничтожить Казбека и этого придурка Познышева. И Лекс в меня верит!” – думала я, топая в указанном направлении.

И там действительно было столпотворение. Сначала я не поняла, что случилось, ведь еще утром объяснила жителям, что с продовольствием у нас проблем нет. Но злая толпа, стоявшая прямо передо мной, была реальностью, и она в любой момент могла начать штурм столовой. Я растерянно огляделась, но потом решительно двинулась вперед. Ради себя, ради Лекса, чтобы всем показать, что друг во мне не ошибся.

– Хватит тут тявкать! Мы не вчера родились и прекрасно понимаем: вы специально хотели нас отравить! – донеслось до меня, и я ускорила шаг.

– Сколько мне еще повторять? Это случайность! Новенькая недосмотрела… – парировала начальница столовой, пытаясь унять толпу, вот только люди не слушали.

– Ага, снова эти москвичи! Мало они у нас крови попили в мирное время, теперь опять взялись за старое!

Я выбежала вперед и увидела, как толпа разъяренных пенсионеров пытается прорваться в столовую, однако начальница яростно отбивала атаку за атакой, не пуская никого внутрь. И снова я захотела вмешаться. Но, помня свой прошлый промах, решила не повышать голос, а действовать более сдержанно.

– Так, что здесь происходит? – спокойно начала я, и меня тут же окружила толпа.

Я сразу почувствовала себя неуютно. Мне очень хотелось сжаться в комочек и отползти куда-нибудь в темный угол, но я смогла взять себя в руки и, максимально расправив плечи, спросила:

– Так что у вас случилось? Чего кричите на всю улицу?

Вперед вышла женщина. Если честно, я ее видела впервые, из чего сделала вывод, что она из новеньких. Та же окинула меня презрительным взглядом и буквально выплюнула сквозь зубы:

– А вот и власть местная пожаловала! Признавайся, ты тоже к этому приложила руку? Ну конечно! Как же без этого! Небось, по твоему приказу кухарки хотели потравить всех стариков. Мы же ненужный балласт, обуза, от которой не грех избавиться!

Услышав слова женщины, я растерялась. Раньше с такой открытой агрессией, исходившей от жителей, я не сталкивалась. Хотя нет, был период, когда благодаря сплетням Мони и речам сумасшедшего деда Макара меня очень недолюбливали деревенские. Но я думала, что эти времена давно прошли. И вот опять все вернулось на круги своя.

– Для начала объясните, что случилось. И не нужно панику среди населения наводить. Для нас важен каждый человек!

– Ха, так я тебе и поверила! А что случилось, спроси у своих поваров. Это из-за них мы все чуть не померли!

Незнакомка махнула рукой в сторону, а люди из толпы недовольно закивали. Глубоко вздохнув, я двинулась к зданию столовой. Начальница, красная как помидор, стояла у двери. Из краткого общения с ней я выяснила, что из-за разгильдяйства новенькой девчушки сгорела каша. А та, подумав, что и так сойдет, решила накормить ей местных жителей. И вот итог.

Я нахмурилась. Ситуация вышла не очень красивая. Особенно на фоне моих утренних обещаний. Но оставлять все как есть было нельзя, поэтому я вернулась к толпе и попыталась максимально спокойно прояснить ситуацию. Однако разбушевавшаяся зачинщица скандала перебила меня и грубо толкнула. И быть бы беде, если б за меня не вступились местные продавщицы.

– Так, чего это ты тут руки распускаешь? – гаркнула Зоя Максимовна, пока ее подруга ставила меня обратно на ноги. – Тебе тут дело говорят, а ты что?

– А я что? – растерянно проблеяла незнакомка, явно не ожидавшая такого напора боевой продавщицы.

– А то! Власть хаешь, слово вставить не даешь! Вон, любимицу главы чуть не покалечила! Ты что, хочешь нас всех под монастырь подвести? Да если он вернется и узнает об этом, знаешь, что сделает?

– Что? – тихо пискнула возмутительница спокойствия, пытаясь слиться с толпой.

– Монстрам тебя заживо скормит! А всех остальных за бунт к стенке поставит!

Максимовна грозно окинула толпу взглядом, и народ испуганно зашумел. Люди прекрасно знали характер Лекса и ничуть не сомневались, что он вполне может так поступить.

– Так что лучше заткнись и топай, откуда пришла. Ты не из наших, а еще рот на нашу Женю открываешь! Мы сами тут без тебя разберемся! А про кашу… Ну мало ли бывает! Себя вспомните. Сразу, что ль, готовить научились? Сейчас соберемся и быстро сварганим что-нибудь другое! А начальнице – выговор. И ее нерадивую сотрудницу на неделю на картошку! Будет знать, как паль людям совать!

Жители согласно закивали и собрались вокруг Максимовны. В это время ее подруга Клавдия тихо шепнула мне:

– Ну вот, все разрешилось. Дальше мы сами. А ты иди делами занимайся! Лекс большую ответственность возложил на твои плечи, непросто тебе придется. Так что с Богом, девонька. А мы поможем чем сможем!

С этими словами женщина аккуратно пихнула меня вперед, и я потопала дальше, едва сдерживая слезы. Второй раз за день мне прямо указали на мое место, и это было хуже ножевого ранения, больнее укусов ос, да даже удар в лицо от Казбека я перенесла легче.

“Ну как же так? Я ведь глава, все должны меня слушаться! Я местный символ, герой, так почему все ко мне относятся как…” – бурчала я про себя, и тут ко мне пришло понимание. Все правильно. Люди именно так меня и воспринимали. Как любимицу главы, молодую и неопытную девчонку, неспособную управлять поселением.

“Нет, надо с этим срочно что-то делать. Я не позволю так к себе относиться! Я заставлю всех себя уважать!” – воинственно подумала я и двинулась к казармам, где Жорик проводил очередные учения.

Ворвавшись в здание, я увидела военных. Они расположились вокруг Жоры и внимательно записывали все, что мужчина говорил. Я прервала Жорика на полуслове, и он был этим явно недоволен. Однако я решила больше не показывать свою слабость и как можно более грозным голосом сказала:

– Прошу прощения, Георгий, можно вас на минуту.

– Я занят! – недовольно ответил мужчина и продолжил свою речь.

Я покраснела от злости. Жора, считай, только что при всех послал меня. Я не хотела с этим мириться, поэтому, повысив голос, грубо сказала:

– Дело не терпит отлагательств! Прошу вас выйти в коридор.

– Я же сказал, что занят!

Солдаты затихли. Было видно, что им интересно, чем закончится наша перепалка. Я честно не хотела устраивать сцен, но терпеть подобного тоже не могла. Ведь получалось, что Жорик при всех бросил мне вызов! Поэтому я набрала в грудь побольше воздуха и что есть силы крикнула:

– А ну, быстро за мной, а то мигом отправишься вслед за Владиславом!

Услышав мои слова, мужчина резко обернулся. Он был очень зол, и я сильно пожалела, что не смогла сдержаться. Медленно окинув меня недобрым взглядом, Жорик тихим угрожающим голосом произнес:

– Ты что, шмакодявка мелкая, угрожать мне вздумала? Или серьезно решила, что, раз Лекс оставил тебя за главную, я буду слушать твои детские капризы? Мы тут не в игрушки играем, а решаем, как лучше организовать оборону гарнизона, чтобы не сдохнуть при следующем нападении! Так что лучше катись-ка ты отсюда, а то мои подчиненные мигом тебя отправят к тому самому Владиславу. Или хочешь проверить, за кем пойдет народ?

Я пулей выскочила из здания. Нет, так меня еще никто не унижал! Боль пронзила в самое сердце. Я опять не справилась.

“Я слабая, я ни на что не гожусь. Я подвела Лекса!” – набатом билось в голове. Все вокруг слилось в сплошную кашу. Кажется, я на кого-то налетела, но из-за слез не разглядела на кого именно. Только запомнила, как вслед мне донеслось:

– Смотри, куда прешь! Ишь ты! Еще день на дворе, а уже пьянь по улицам бегает!

Я лишь горько усмехнулась, подозревая, какие обо мне завтра слухи пойдут. Но в данный момент меня это мало волновало. Я вихрем влетела в свой домик, не желая никого видеть. Мне нужно было успокоиться и привести мысли в порядок.

“Завтра наступит новый день, и я попытаюсь снова. В конце концов, что я теряю? Только самоуважение, нервы и здоровье”, – грустно усмехнулась я, закрываясь добротной деревянной дверью от всего мира.

Почти всю ночь я проплакала. Уснуть удалось только под утро, поэтому, когда в мою дверь постучали, я с трудом смогла продрать глаза. Мне кое-как удалось соскрести себя с кровати и доползти до порога, за которым ждал встревоженный Илья. Окинув мою скромную персону быстрым взглядом, парень грубо ругнулся и тут же затащил меня обратно в домик.

– Значит, слухи не врут! Блин, Жень, ты что творишь? Я понимаю, тебе непросто, особенно после стычки с Жориком, но это не повод напиваться до усрачки и забивать на свои прямые обязанности! – зло произнес друг, и я тяжело вздохнула.

– Все уже знают про Жорика, да? Быстро же работают местные сплетницы.

Я хрипло рассмеялась, с трудом узнавая собственный голос, но, уловив неодобрительный взгляд Попрыгунчика, тут же добавила:

– Илья, успокойся. Я не пила.

– Ладно, можешь мне не заливать! Я же вижу, в каком ты состоянии! Лицо опухло, глаза красные, и воняет от тебя… как обычно, кстати. Перегара нет. Ты что, действительно не пила? А почему у тебя видок такой потрепанный?

Я отвернулась, не зная, что ответить. Не рассказывать же, в самом деле, парню, какой истерикой крыло меня всю ночь. Однако во всей этой истории был и положительный момент. В минуты кратковременных просветов сознания я думала и вот что поняла: Лекс прав. Я должна действовать по-другому, не так, как привыкла. Пора было вспоминать фирменные приемчики Марка. Что он там обычно делал? Мастерски очаровывал толпу, находил преданных сторонников, не умеющих думать своей головой, а потом чужими руками убирал всех неугодных.

“Нет, Жень, ты же не такая! Это не твой путь!” – шепнула совесть, вот только вчерашний конфликт с Жориком до сих пор нестерпимой болью жег душу, заглушая все остальные эмоции. И я решилась примерить на себя чужую шкуру, побыть мужем один день. Всего один. И первый преданный помощник стоял сейчас прямо передо мной.

– Илья, мне нужна будет твоя помощь. Надеюсь, ты не откажешь? – тихо спросила я и с надеждой поглядела на парня.

– Э, конечно нет, Жень! Говори!

– Ты же знаешь, где комната Мони? У нее наверняка есть косметичка. Принеси мне ее, пожалуйста!

– Жень, ты предлагаешь мне вторгнуться в чужую комнату и украсть косметичку?

– Не украсть, а одолжить! Ненадолго. Я бы сама взяла, но в таком виде не могу выйти. Пожалуйста!

Илья недовольно покачал головой, но, увидев мой затравленный взгляд, все-таки кивнул. Парень умчался в штаб, а я начала наводить красоту. Первым делом я скинула свою спецовку. Она действительно воняла и делала меня несуразной. Покопавшись в шкафах, я вытащила новый комплект одежды. Внимательно оглядев находку, я выбрала черные джинсы и черную кожаную куртку. А еще кепку, тоже черную.

В таком наряде я сильно смахивала на бандита из лихих девяностых, но хоть выглядеть стала более-менее прилично. Немного подумав, я перевернула кепку козырьком назад, чтобы было видно лицо. Мой невинный вид – вот на что я решила делать ставку. Давить не авторитетом, а милой наивной мордашкой, которой невозможно отказать.

За дверью послышались шаги, и в мой домик снова влетел Илья. Он прижимал к груди сверток и затравленно озирался.

– Что случилось? – удивленно спросила я.

– Да так. Кажется, я спалился.

– Тебя кто-то видел?

– Да, Михалыч.

– Тогда забей. Он сейчас ни о чем, кроме своей любимой Юми, думать не может. А косметичку мы потом вернем. В конце концов, Моня тоже у меня вещи одалживала. Так что, считай, долги отдает.

Я быстро принялась за дело, и вот уже через пятнадцать минут на меня из зеркала смотрела молодая симпатичная женщина с широко распахнутыми покрасневшими глазами и легким румянцем на щеках.

– М-да! Меня так и за монстра случайно принять могут. Жаль, косметикой нельзя закрасить всю эту красноту! – вздохнула я.

И снова на помощь мне пришел Попрыгунчик. Внимательно оглядев меня, он довольно кивнул и протянул мне солнечные очки.

– Держи! Потом, как немного отойдешь, снимешь! – усмехнувшись, сказал парень, а после добавил: – Жень, да тебя не узнать! Совсем другой человек передо мной. Вот сразу бы так! А то ходишь вечно в чем попало, как чушка какая-то.

Я улыбнулась, радуясь, что мои труды оценили. Надев очки, я кивнула Илье, и мы с ним вышли на улицу. Решив не терять времени, я сразу направилась в центр поселения. Именно там обычно происходило все самое интересное, и именно там я надеялась начать свое сближение с местным электоратом.

Чутье не подвело меня. Народ снова собрался на площади и громко шумел. Все обсуждали мой вчерашний провал, но больше всех этому радовалась та самая смутьянка, устроившая переполох у столовой. Оказывается, именно на нее я вчера случайно налетела, и теперь эта женщина рассказывала всем и каждому об этом знаменательном событии. Причем в таких красках и деталях, что я сама невольно заслушалась. Мне действительно было интересно, но ровно до тех пор, пока не пошла откровенная ложь.

– И эта ваша глава местная потом еще полчаса в луже валялась! – подытожила женщина свою речь, даже не замечая моего появления.

– Надо же, как интересно! – громко произнесла я, наблюдая за собравшимися.

Меня мало кто узнал. Нет, несколько особо внимательных граждан заподозрили неладное и теперь настороженно рассматривали мой новый образ, но и они с трудом признавали во мне ту самую Женю, несуразную девчонку в огромной вонючей куртке.

– И как только мог этот ваш Лекс оставить эту пьянчужку у власти! Может, зря вы ему доверили свою судьбу, а? Подумайте! Лично я считаю, что надо освобождать Владислава. Вот он точно наведет порядок в поселении.

– Ну да, ну да. Наведет порядок. Вот только удобный для кого? Для новеньких, что ли? – подала я голос, и народ взволнованно зашумел. На площади собрались в основном старожилы гарнизона, которые не доверяли новым поселенцам, и я своим высказыванием попала точно в цель.

Женщина, услышав мои слова, покраснела. Резко развернувшись, она пронзила меня недоверчивым взглядом, а потом громко сказала:

– А ты еще кто такая? И кто дал тебе право меня перебивать? Тебя вчера не было, ты не видела, что творила эта мелочь! Да ее никто не уважает! А как Жорик ее вчера отбрил! У этой так называемой героини нет влияния ни на народ, ни на армию. Пора указать ей на дверь!

Женщина запыхтела, радостно предвкушая дальнейшее развитие событий, вот только то, что случилось потом, стало для нее полной неожиданностью.

– Значит, тебя не устраивают мои методы, да? – усмехнувшись, сказала я и смело сделала шаг вперед.

Люди вокруг зашептались, женщина замерла, а потом на ее лице появилось удивление. Она узнала меня, и от разительной перемены, произошедшей с моей внешностью, ей стало не по себе. Однако она быстро опомнилась и, тыкнув в меня пальцем, громко крикнула:

– Ах, это ты, пьянь подзаборная! Ха! Пусть же все знают, что вместо того, чтобы следить за поселением, ты бухаешь дни напролет!

– Это неправда! – крикнул Илья и хотел загородить меня, но я аккуратно остановила его и отодвинула назад.

– Не надо, я сама разберусь. А вам, уважаемая, я вот что хочу сказать. Тот спектакль, что вы вчера видели, был разыгран специально. Лекс перед своим отъездом мне рассказал, что кто-то упорно нарушает спокойствие гарнизона, постоянно провоцируя людей. Диверсии одну за другой устраивает. И эту хитрую заразу очень сложно вычислить. Так вот, вчера мне это удалось. Я не хотела делать поспешных выводов, поэтому решила перепроверить свои предположения, и они оказались верны. Ты сегодня сама себя показала.

Женщина побледнела, понимая, что запахло жареным. Пытаясь хоть как-то разрулить ситуацию, она начала вопить и оскорблять меня. Впрочем, ей это несильно помогло. Мне не было дела до ее кривляний. Я смело двинулась в середину толпы и застыла рядом со знакомыми пенсионерами, с которыми у меня были очень хорошие отношения.

– Я не вру. И вот мои доказательства. Подойдите ближе и посмотрите сами. Разве я похожа на человека, который, как утверждает эта дама, беспробудно квасит все дни напролет? А?

Люди обступили меня, но я держалась стойко. Кто-то из жителей наклонялся совсем близко, внимательно всматриваясь в мое лицо, вот только я отлично сделала свое дело: выглядела идеально. У меня был хороший опыт. Муж приучил. Что бы ни случилось, я всегда должна была выглядеть как куколка, и теперь этот навык мне действительно помог.

С виду макияж был практически незаметен, но благодаря правильно подобранному тону и пудре кожа буквально светилась изнутри. Глядя на меня, можно было подумать, что я вернулась с курорта, настолько посвежевшим и отдохнувшим казалось мое лицо.

– Сними очки! Ты просто за ними прячешься! – выдала свой последний козырь незнакомка, и я без сомнения стянула их, уверенно встретившись взглядом с толпой. – Вот, смотрите! Да у нее глаза как у заправского бухарика! Красные!

– Ну да, признаю, есть такое, – притворно вздохнула я, с грустью опустив голову. – Но при свечах работать непросто. А дел в гарнизоне действительно очень много накопилось. Только под утро более-менее все разгребла.

– При свечах? Женя, так свет же теперь в гарнизоне есть! – удивленно произнес Илья, не понимая, что за игру я веду.

Но я все рассчитала. Сделав растерянное лицо, я хлопнула себя по лбу и расстроенно сказала:

– Вот я растяпа! Совсем забыла. Память ни к черту! Все никак не могу привыкнуть.

– Ничего, деточка, у всех бывает. Вот я тоже постоянно все забываю. Совсем стара стала! – послышался со стороны голос, и я узнала одну из старушек, с которой частенько общалась и у которой время от времени брала интервью для газеты.

– Ну что вы! Вы просто замечательно выглядите! Хотя если вам нужна какая-то помощь, обязательно обращайтесь. Я всегда открыта для всех жителей гарнизона. Вы – это наше все!

Я протянула руки к людям, как часто любил делать мой муж, и улыбнулась своей самой искренней улыбкой, заставив стариков растаять.

“А ведь Эля права: вот мой электорат. Самый активный и сильный в гарнизоне. И если надо будет, он сметет здесь всех!” – зло подумала я и мысленно захихикала.

– И все равно ты ничего из себя не представляешь! Пусть ты смогла обмануть этих наивных стариков – армия за тобой не пойдет! – истерично закричала женщина, но я быстро ее перебила.

– Эти люди и есть наша армия! Все это время именно они защищали поселение и отбили не одну атаку монстров. Без них нас всех просто не было бы! Так что заткни свой поганый рот и не смей обижать жителей гарнизона!

Я быстро выдвинулась вперед и, подойдя к нарушительнице спокойствия вплотную, громко сказала:

– Ты новенькая здесь, ты ничего не знаешь о наших правилах и указывать этим людям не имеешь никакого права! Ты подвергла сомнению приказ нашего главы, а после и вовсе открыто пошла против него! Знаешь, что Лекс сделал бы за это с тобой? Выкинул прочь из гарнизона! Но я пока лишь отправлю тебя на гауптвахту до его приезда, чтобы потом глава сам решил твою судьбу. Я не стремлюсь заменить нашего главнокомандующего, я лишь слежу за порядком и никому не позволю обижать жителей!

Народ довольно загалдел, а несколько пожилых мужчин, одетых в старую потрепанную военную форму, вышли вперед и схватили смутьянку. Я кивнула им, и они вместе с Ильей утащили упирающуюся женщину с площади. Собрание закончилось, но мне пришлось еще очень долго общаться с жителями. Раздавая обещания направо и налево, я улыбалась так сильно, что у меня свело мышцы лица. К счастью, вскоре вернулся Попрыгунчик, и мы, откланявшись, отправились по направлению к казармам.

– Жень, это что сейчас такое было? – ошарашенно спросил парень.

– В смысле? Я общалась со своими любимыми избирателями… То есть жителями, а что?

– Жень, это сейчас не ты была! Кто-то другой. Хитрый и… опасный! И что ты людям наобещала? Неужели действительно собираешься все до возвращения Лекса сделать?

– Ой, не смеши меня! Когда это наши политики выполняли все свои предвыборные обещания?

– Жень, очнись! Ты не политик! Это на тебя очки так действуют, да? Блин, зря я их тебе дал! Это душа мертвеца, с которого я их снял, в тебя вселилась. Отдай немедленно!

 С этими словами парень стянул с меня солнцезащитные очки и спрятал их в карман, я же осталась ошарашенно стоять посреди улицы.

– Илья, ты что, дал мне очки, которые снял с трупа?

– Э… Но они же классные, правда? Я их хорошо отмыл!

– А знаешь что, Илья? По хрену! Они и впрямь классные!

Я с усмешкой посмотрела на парня и тут заметила, что его лицо приобрело странное выражение.

– Жень, я же пошутил. Ты ведь тоже, правда?

Я ничего не ответила. В этот момент мне действительно было пофиг, откуда парень взял свое барахло. Меня волновало совсем другое, и я хотела только одного: как можно скорее добраться до казарм и встретиться с Жориком.

– Жень, а что будет с той женщиной? Ее на самом деле выгонят из гарнизона? – не унимался Попрыгунчик.

– Не знаю. Да и стоит ли о ней беспокоиться? – попыталась отмахнуться я от надоедливого парня, но куда там! Он вцепился в меня и продолжил зудеть.

– Но она же погибнет за стенами!

– Меньше бы трепала языком и все у нее было бы хорошо!

– Это неправильно! И ты, и я знаем, что рассказ про Лекса и диверсантов – это чушь полная. Да и дамочка та совсем не похожа на террористку. Нельзя ее за стену. К тому же я видел тебя утром, и если она встретила тебя в таком состоянии вчера, то вполне могла принять за пьяную.

– И это дало ей право трепаться об этом на каждом углу?

– Нет. Конечно нет! Но ведь за сплетни еще никого не выгоняли!

– Она наехала на меня, на Лекса! Так что пусть теперь расхлебывает. За свои слова надо отвечать. Да и другим наука будет! Теперь люди сто раз подумают, прежде чем идти против меня.

– Жень, это точно не ты говоришь! И если сейчас же не передумаешь, я, я… Я перестану с тобой общаться!

Я остановилась и недоверчиво посмотрела на парня. Илья был моим другом, всегда поддерживал меня, и я не хотела его терять.

“А еще он тупой и импульсивный. Хороший исполнитель из него выйдет. И слить его в случае чего на раз можно!” – как наяву, услышала я голос мужа и вздрогнула. Пытаясь отогнать ненужные мысли, я примиряюще подняла руки и сказала:

– Хорошо, но только ради тебя! А пока пусть посидит немного за решеткой и подумает над своим поведением. Потом, если будет хорошо себя вести и извинится, выпустим.

– Я знал! Ты все еще моя Женя! Пусть и жутко обиженная.

Илья весело поскакал вперед, и, глядя на него, я не смогла сдержать улыбки.

“Ну все, теперь этот идиот наш со всеми потрохами!” – снова послышался знакомый голос, пронзая сознание. Я вздрогнула и быстро зашагала за парнем, словно стараясь убежать от чего-то нового, темного, черной волной поднимающегося в душе.

Чем ближе мы подходили к казармам, тем сильнее я волновалась. Да, у меня был план, как заставить Жорика считаться с собой, но стоила ли игра свеч? Нужен ли мне был такой опасный враг?

“Этого хама давно пора поставить на место! Он нарушил прямой приказ Лекса, унизил меня перед всем гарнизоном! И пусть Жорик – гений, каких мало, пускай когда-то спас мне жизнь, но кто дал ему право так себя вести? И я, кстати, тоже его спасала, и не раз! И его любимую Свету. И даже сестренку Надю! Вот только, кажется, он совсем забыл об этом. Что ж, пришла пора напомнить”, – подумала я, пытаясь убедить себя в правильности выбранного решения.

Я смело ворвалась в здание, но уже спустя минуту неуверенно застыла на пороге кабинета Жоры. Ситуация повторялась. Жорик снова стоял посреди военных и что-то с серьезным видом им втолковывал, они же внимательно записывали его слова. И опять мое внезапное появление прервало мужчину на полуслове. Солдаты, заметив меня, затихли, ожидая нового витка мелодрамы. Жорик же нахмурился и недовольно посмотрел на меня. И вот что странно: в его глазах я заметила не только злобу, но и что-то еще. Сожаление?

“Он что, жалеет, что нагрубил мне вчера? – удивленно подумала я, но потом в голове зазвучал другой голос, с которым я была абсолютно согласна. – В жопу его сожаления! У нас тут война, и этот человек мне вчера отчетливо дал понять, что мне он не друг”.

– Георгий, у меня к вам срочное дело. Выйдите, пожалуйста! – все-таки попыталась я наладить диалог, хотя почему-то была уверена, что, как и в прошлый раз, ничего у нас не выйдет.

– Простите, Евгения, но я занят. Зайдите позже! – донеслось до меня, и я даже удивилась вежливому тону мужчины.

“Ну надо же! А вчера он говорил со мной совсем по-другому! Но случившегося не исправить, да и нет у меня времени. Я должна сделать то, что задумала!” – фыркнула я про себя, а вслух произнесла:

– Позже не смогу уже я, поэтому прошу вас выйти в коридор сейчас.

– Жень, ты опять начинаешь? – как непослушного ребенка, попытался образумить меня Жорик, вот только в моей душе уже начала подниматься темная волна, захватывая каждую клеточку тела. Поэтому я голосом, который с трудом узнала, сказала:

– Ну хорошо. Тогда, Георгий, если что, ищите Светлану и вашу любимую сестренку Надю на гауптвахте. Завтра я буду решать: оставить их в поселении или изгнать.

Жорик моментально побледнел. Он подскочил со своего места и тут же вылетел в коридор, плотно закрыв за собой дверь. Когда мы скрылись с глаз солдат, он схватил меня за куртку и затащил в темный угол.

– И как это понимать, Евгения? – прошипел мужчина мне в лицо.

Я не испугалась. Я нагло улыбалась, радуясь своей маленькой победе. Илья, который наблюдал всю эту сцену, хотел вмешаться, но я дала ему знак рукой, и парень отступил назад. Я же, усмехнувшись в лицо Жорика, невинным голосом спросила:

– А что не так?

– Ты таким образом решила отомстить мне, да?

– Да. Ты все правильно понял.

– Ты, ты…

– Что?

– Маленькая наглая тварь, вот ты кто!

– Ха, как будто я в первый раз это слышу! Но теперь, по крайней мере, это заслуженно. И даже не обидно совсем.

– Ты не сделаешь этого! – высокомерно произнес мужчина и внимательно посмотрел мне в глаза. Но он одного не учел. Темная сила, бушующая внутри меня, уже вырвалась наружу, подавляя все ростки сомнений и благоразумия. Поэтому я смело взглянула в глаза обидчику и уверенным голосом произнесла:

– А вот тут ты ошибаешься. Я сделаю это. Просто чтобы насолить тебе. Ты меня вчера растоптал, унизил перед всем гарнизоном! Что ж, теперь моя очередь, и я с удовольствием сделаю тебе больно. Думаю, это будет справедливо.

– Если ты попытаешься навредить моим близким, я подниму солдат! Они пойдут за мной, и от твоей мнимой власти не останется и следа!

– А вот здесь ты не прав. У меня тоже есть своя армия. И мои люди не дадут меня в обиду.

– Ну да, вот только твоя армия – это старики и пенсионеры! Им ни за что не победить профессиональных бойцов.

– Это да, но ты забываешь, что их много. И если моих людей правильно настроить, они не побоятся схлестнуться с твоими. Кстати, в столице я спасла жизнь Андрею, знаешь такого?

Мужчина напрягся, а я, заметив его реакцию, с ухмылкой продолжила:

– Он имеет большое влияние среди солдат. А еще Андрей очень не любит тебя и Элю. Как думаешь, новенькие пойдут против него? Ведь он свой!

Жорик застыл. Было видно, что он серьезно обдумывает мои слова. И, видя, как его лоб прорезала глубокая морщина, я поняла, что не так уж он и уверен в своих людях. Однако мужчина быстро скрыл все свои эмоции и уже более мирно продолжил:

– И ты допустишь кровопролитие? Разве для этого тебя оставил Лекс?

– Лекс дал мне четкие указания, так же как и тебе. Вот только ни ты, ни другие не хотят их выполнять. Мне же моя задача ясна, и я добьюсь поставленной цели любыми способами. Кстати, наш строгий глава дал мне полный карт-бланш, так что я могу использовать любые методы вплоть до уничтожения врагов.

– Ты кто такая и куда дела нашу Женю? – ошарашенно спросил Жорик, а я его грубо перебила.

– Некогда мне с тобой лясы точить. Отвечай, будешь сотрудничать или нет?

Мужчина отпустил меня и хмуро кивнул.

– Вот так бы сразу. А теперь говори. Из нашего гарнизона есть какой-нибудь запасной выход?

– Что?

– Ну какой-нибудь тоннель, чтобы можно было в случае чего незаметно вывести людей?

– Ты сейчас прикалываешься, что ли? Я тут из кожи вон лезу, готовя гарнизон к обороне, а ты план побега разрабатываешь?

– Ты прикинь!

Жорик посмотрел на меня как на какую-то мерзкую букашку, но ругаться не стал. Абсолютно ровным голосом, словно робот, он произнес:

– Нет. Из гарнизона нет никакого тайного хода.

– Ты в этом уверен? Может, шахты или канализация?

– Все было уничтожено взрывом. Там не пройти. Так что зря ты устроила весь этот цирк.

Я задумалась, а потом устало посмотрела на мужчину и тихо произнесла:

– Нет, не зря.

Я повернулась спиной к Жорику и хотела уйти, но неожиданно мужчина схватил меня за руку и, прищурившись, спросил:

– Ты ведь ничего не сделаешь Свете и Наде?

– Пока ты ведешь себя разумно, они в безопасности. Но не вздумай перейти мне дорогу! Иначе очень сильно пожалеешь.

– Жень, что с тобой стало? Мы же были друзьями!

– Друзья, как ты, не поступают! Ты бросил меня. Нет, вы все бросили меня! Хотя это правильно. Лекс предупреждал, что так будет. Я символ, а у символа друзей быть не может.

С этими словами я резко развернулась и быстро потопала на выход, но перед тем, как выйти на улицу, успела услышать разговор Ильи и Жорика.

– Я не понимаю. Как за одну ночь Женя стала такой? – растерянно произнес Попрыгунчик.

– Власть меняет людей, – тихо ответил ему Жорик.

– Но зачем Жене какой-то тайный ход понадобился?

– Неужели непонятно? Чтобы слинять! Бросить всех нас и укатить к своему любимому мужу.

– Нет, Женя не такая!

– Такая, и сегодня она это еще раз доказала. Настоящая жена депутата!

Казалось, слова мужчины должны были разозлить меня, но нет. Они принесли какое-то моральное удовлетворение. Словно невидимый груз упал с плеч. Впервые я чувствовала себя такой сильной и опасной, и эти новые ощущения волновали и бодрили не хуже крепкого кофе.

“Так вот почему мужу так нравится сидеть во власти!” – улыбаясь про себя, думала я. А потом услышала шум. На стрельбище снова кто-то спорил.

“Блин, как же все это достало!” – не на шутку разозлилась я и быстрым шагом направилась на звуки ругани. И снова передо мной возникли Эля и Андрей, окруженные толпой людей. Они опять ругались, а на земле лежали стрелы и несколько сломанных луков.

 – Так, что здесь происходит! – сквозь зубы прошипела я, поражаясь, насколько мой голос стал схож с голосом Марка.

Люди вздрогнули и быстро повернули головы, но, увидев меня, облегченно выдохнули. И тут вперед вышла Эля. Она демонстративно закатила глаза, а потом с притворно жалостливым лицом направилась ко мне. Женщина хотела протянуть ко мне руку, но я грубо отпихнула ее и прошла прямо в центр толпы, заняв ее место напротив Андрея.

– Так что здесь происходит? – повторила я вопрос и хищным взглядом окинула присутствующих.

– Да все как обычно. Новенькие не хотят упражняться с луком! – недовольно буркнула Эля, становясь рядом со мной.

– Очень интересно! – раздраженно фыркнула я, а после обратилась к толпе: – А вот скажите мне тогда, во время нападения монстров, которое случится уже очень скоро, чем вы будете заниматься? Под ногами путаться или, как последние трусы, с больными и немощными в бункере сидеть?

Услышав мои слова, мужчины, столпившиеся на площади, недовольно зашумели. Андрей так и вовсе возмущенно заголосил:

– Да с чего ты решила, что мы не хотим драться?

– А с того. Огнестрельное оружие и танки в первые часы битвы мы использовать точно не будем. Стрелять из луков и арбалетов вы не умеете. Так что вы будете делать? Бегать вокруг защитников крепости и всем мешать?

– Но почему нельзя использовать современное оружие? Те же автоматы. В бою они будут гораздо полезнее, чем эти ваши доисторические артефакты. С ними мы быстро уничтожим всех монстров! – усмехнулся Андрей, и остальные солдаты согласно закивали.

– Так же как тогда, в больничном коридоре? – тихо парировала я, и мужчина моментально затих. – Помнишь, ты тогда не подумав выстрелил в паучиху. А напомнить тебе, что было потом? Рассказать про колобка, который вылез на шум и убил нескольких наших товарищей, а после чуть не уничтожил Лекса? Ты хочешь, чтобы история повторилась?

– Жень, сейчас все по-другому. Мы больше не в тесном коридоре больницы и…

– Замолчи! Правда в том, что в данный момент ситуация, в которой мы все оказались, гораздо хуже! Ты когда-нибудь видел цунами из монстров? Нет? А я его видела много раз! Во время прошлой атаки оно чуть не накрыло гарнизон! И лишь чудом нам удалось выстоять. Если вы откроете стрельбу, то разозлите монстров, и они всей кучей набросятся на стены. Да, многие погибнут при штурме, но не забывай, что этих тварей в несколько сотен раз больше, чем нас, так что они все равно прорвутся. И среди них, возможно, будет…

Я замолчала, боясь произносить имя монстра вслух. Именно мысли о нем не давали мне покоя с тех самых пор, как я впервые увидела его. Колосс. Против него у нас не было оружия. И я прекрасно понимала, что, если среди войска мертвецов будет эта тварь, нам не победить. Колосс разрушит стены, не оставив нам малейшего шанса на победу. И именно поэтому я так отчаянно надеялась на помощь Жорика в поисках тайного хода.

– Жень, я как-то не подумал об этом, – вывел меня из задумчивости голос Андрея.

– Да? А надо было! Из-за таких вот глупых ошибок мы все можем погибнуть. А я этого не хочу. У меня есть дочь, и я мечтаю привести ее в безопасное место, а не к руинам, полным мертвецов.

Я недовольно запыхтела, зло косясь на сникших солдат, но потом, громко выдохнув, уже спокойнее продолжила:

– Ну так что? Будете тренироваться? А то у нас самая древняя бабушка, которой, между прочим, не так давно девяносто два года исполнилось, стреляет лучше всех вас, вместе взятых!

– Да! – послышался неуверенный крик.

Его быстро подхватили остальные солдаты, и вот уже через мгновение толпа новеньких с воодушевлением скандировала мое имя. И это было приятно. Но, к сожалению, не все оказались рады такому повороту событий. Эля была очень недовольна. Ее лицо перекосило от гнева. Я не стала обращать на это внимания. Вместо этого сказала:

– Андрей, теперь ты отвечаешь за всех этих людей. Тренируй их, готовь к бою. И не стесняйся просить помощи у старожилов! Они подскажут, что и как. Жители у нас очень отзывчивые. И привлеките к занятиям как можно больше ваших женщин. В бою будут драться все!

– Что, и ты тоже? – послышался удивленный возглас одного из мужчин.

– Конечно! Я буду стоять в первых рядах. Каждая боевая единица сейчас важна. Нас слишком мало, а тварей – много. И чем больше опытных солдат у нас будет, тем лучше. А теперь вперед! И никаких больше споров.

Я развернулась и хотела было уйти, но резкий голос Эли заставил меня остановиться.

– Стой, Жень! А что делать мне? – неуверенно спросила женщина, стараясь не смотреть мне в глаза.

– Здесь все разрешилось, так что не волнуйся. Андрей дальше сам справится. Ты пока иди отдохни, а потом снова приступишь к своим обязанностям. Тебя Лекс, кажется, следить за людьми назначил, вот и загляни в больницу к молодым мамочкам. А то они опять чем-то недовольны. Да, именно туда и иди. В больницу!

Я аккуратно пихнула женщину в указанную сторону, а потом с чувством выполненного долга гордой походкой потопала к штабу. Туда опять начали подтягиваться люди, и мне снова предстояло решать их проблемы.

Весь остаток дня я принимала людей. Многих волновало известие о скорой атаке монстров, но я как могла успокаивала жителей. Играла роль, в которую сама не верила. На самом деле в моей голове уже давно засела мысль, что совсем скоро мы все умрем, поэтому успехи в деле по завоеванию авторитета у местных меня совершенно не радовали.

Я все думала, как нам бороться с колоссом. С тех пор, как мы покинули больницу, я постоянно чувствовала его рядом, как будто после той встречи он никуда не ушел, а остался со мной. Ходил вокруг и выжидал удобного момента, чтобы напасть. Это было похоже на паранойю, наваждение, которое никак не отпускало. И вот таком состоянии непрекращающегося стресса и постоянных переживаний мне пришлось разгребать проблемы гарнизона.

С делами я разобралась только ближе к ночи. К тому времени все жители давно разошлись по домам. Я тоже решила не задерживаться и отправилась в свой уютный домик. Илья куда-то пропал, и это не могло не волновать меня. И дело тут было не только в банальной заботе о судьбе друга. Просто болтовня Попрыгунчика успокаивала меня и не давала впасть в бездну отчаяния. А без него я снова и снова погружалась в пучину страха и невольно возвращалась к одной своей безумной идее, которая теперь не казалась мне такой уж глупой.

Она пришла ко мне прошлой ночью и с тех пор не отпускала. Услышав ее, Лекс наверняка бы решил, что я спятила, и опять запер меня на месяц-другой. Но его не было, а я попала в какой-то замкнутый круг, и не было рядом человека, который мог бы меня успокоить, дать дельный совет. Те люди, которые раньше назывались моими друзьями и должны были мне во всем помогать, отказались от меня, бросили в самую трудную минуту. И это было по-настоящему больно.

Я глубоко вздохнула и постаралась отогнать тревожные мысли. У меня был тяжелый день, и я очень хотела отдохнуть. С трудом выпрямив усталую спину, я медленно потопала по улице, но, к сожалению, дойти до своего убежища не успела. Уже на подходе к своему дому я столкнулась с Элей. Она ждала меня, и, глядя на нее, я сразу почувствовала неладное. Женщина подозрительно мило улыбалась, но не было тепла в ее ухмылке. Скорее злорадство и предвкушение.

– Ну надо же, кто пришел! А я тебя давно жду. И да, я побывала в больнице и успокоила взволнованных женщин. Но, как ты понимаешь, я здесь не за этим, – сказала Эля, гордой походкой приближаясь ко мне.

– Да? И для чего тогда ты пришла?

– Понимаешь, у твоего помощника, Ильи, большие проблемы. Мы уже собрали Совет и прямо сейчас решаем его судьбу. Но для окончательного вердикта нужна ты.

– Очень интересно! И что такого натворил Попрыгунчик, что вы все решили собраться? Попытался танк угнать? Или, может, взорвал что-нибудь? Хотя, если бы он действительно это сделал, я бы услышала. В прямом смысле этого слова. Так что он на этот раз выкинул?

– Пойдем за мной! Ты скоро все узнаешь.

С этими словами Эля двинулась к штабу, а я, чертыхнувшись, вяло последовала за ней. В зале совещаний нас уже ждали люди. Я удивленно огляделась и почувствовала, как у меня дергается глаз. Здесь собрались все, у кого на меня был зуб. И от этого внутри все неприятно сжалось. Жорик, Андрей, Эля и даже та самая тетка, которую я приказала запереть сегодня, – все они расположились в зале и теперь с ехидством посматривали на меня. А еще здесь были Света и Надя. Обе девушки бросали на меня недовольные взгляды. А когда я проходила мимо, демонстративно отвернулись.

“М-да, все-таки сдал меня Жорик”, – подумала я, но в душе ничего не почувствовала. Я слишком устала, а еще вдруг поняла, что рада такому повороту событий. Мою голову снова захватила безумная идея по спасению гарнизона, но для ее осуществления мне не хватало стимула. Всего одного шажка, пинка, так сказать. И вот, кажется, этот момент настал.

Я вновь окинула взглядом кабинет, но не нашла того самого человека, который был мне нужен. Темыч, его нигде не было.

“Интересно, почему он не пришел?” – удивленно подумала я, а, увидев, кто стоит за главной трибуной, лишилась дара речи. Там был Владислав. Вместе с Моней и тем самым солдатом, что когда-то напал на меня. Их всех выпустили.

Невольно из моей груди вырвался смешок. А еще я подумала, что, несмотря на всю серьезность ситуации, я не могу не любоваться статной фигурой грозного генерала.

– Евгения, надеюсь, ты понимаешь, зачем мы тебя сюда позвали? – послышался громкий голос, от которого у меня задрожали коленки. Но не от страха, а от странного возбуждения, пробежавшегося вдоль позвоночника.

С трудом взяв себя в руки, я серьезно посмотрела на мужчину и тихо сказала:

– Догадываюсь.

– А я думаю, не совсем, – произнес мужчина, после чего резко обернулся и крикнул: – Введите заключенного!

И тут я испытала шок во второй раз. Михалыч. Он был среди этих людей. Мужчина вывел Попрыгунчика и направился с ним прямо ко мне. Парень дернулся и попытался вырваться, но Михалыч шикнул на него, а потом поставил Илью рядом со мной. Разочарованно выдохнув, я тяжелым взглядом окинула друга Лекса, а тот, заметив это, сразу отвернулся. Было заметно, что ему не нравится вся эта ситуация, но и отступать он не намерен.

В зале повисла гробовая тишина, лишь изредка прерываемая хихиканьем Мони. Никто не хотел брать слово, поэтому прервать затянувшееся молчание решила я.

– Так за что вы арестовали Илью? – спокойным голосом спросила я и ободряюще улыбнулась Попрыгунчику.

– Твой так называемый помощник попался на краже. Он залез в комнату к Моне и украл ее личную вещь. Ты ведь не глупая и прекрасно понимаешь, что его ждет за это? – ответил Владислав и внимательно посмотрел на меня.

– Гауптвахта? – попытался вмешаться парень, но генерал его грубо прервал:

– Тихо! Глупый ты ребенок! Может, в обычное время так оно и было бы, но сейчас по законам военного времени тебе грозит изгнание!

Я замерла. Эти люди, которые должны были помогать мне, решили поступить иначе. Они вели грязную игру, которой мог бы позавидовать мой муж. И выбрали для своих целей бедного парня, который по незнанию влип во всю эту передрягу.

Я опять посмотрела на Михалыча, прекрасно понимая, откуда ноги растут. Если честно, я ожидала подобной подлости от кого угодно, но только не от него. А тут вот как получилось.

– Очень интересно! И ты действительно сделаешь это? Отправишь ребенка на верную смерть? – спросила я глухим голосом и обвела всех присутствующих пустым взглядом.

– Нет. Если выяснится, что он делал это, скажем, не по своей воле. Может, кто-то надоумил.

Мужчина замолчал и выразительно уставился на меня. Собравшиеся в зале, притихнув, с любопытством следили за нами, и я, не выдержав, выпалила:

– Так, мне все это надоело. Ты хочешь, чтобы я призналась, да? Взяла всю вину на себя? А что потом? Изгоните меня, а Лексу скажете, что сама ушла? А что, как по мне, чудесный план! Прям в духе Мони!

Окружающие меня люди скривились. Было видно, что многим неприятно все то, что здесь происходит. В том числе и Владиславу, поэтому он быстро перехватил слово и миролюбиво произнес:

– Послушай, Жень, мы тебе не враги. И понимаем, как тебе тяжело. Поэтому готовы помочь. Но нам надо знать правду. Илья по своей воле полез в комнату моей сестры?

Я затихла. В моей душе боролись две силы. Одна хотела помочь Попрыгунчику, а еще поделиться с друзьями, как мне сейчас непросто. Попросить помощи. Возможно, мне следовало так поступить и как-то попытаться наладить контакт. Они бы поняли, поддержали.

“Или просто посмеялись над тобой и твоей наивностью!” – четко услышала я другой голос, который очень походил на голос моего мужа. И он советовал мне не идти на поводу у этих людей. Оставить Попрыгунчика одного разбираться со своими проблемами, а самой отправиться спать. А на следующий день устроить массовую чистку и не жалеть больше никого. Никогда.

Я реально зависла, не зная, как поступить.

“Женя, ты символ, а у символа не может быть друзей!” – как наяву, услышала я голос Лекса, и тут все встало на свои места. Вокруг бушевала война, мы могли умереть в любой момент, но у меня была своя задача, которую я должна была выполнить, несмотря ни на что. У меня не было мощной харизмы и внутренней силы, как у Лекса и Владислава, и хитрости, как у Мони и Эли. Но со мной была моя странная удача, а еще голова, которая почему-то работала не совсем правильно. Так что я решилась. План в моей голове наконец-то полностью сложился, поэтому я четко сказала:

– Конечно сам! Михалыч же своими глазами это видел.

По залу прокатился недовольный шепот. Жорик и Надя уже не скрывали своего презрения ко мне, а Света разочарованно выдохнула, словно не верила своим ушам. Я же испытующе посмотрела на Илью и задала ему всего один вопрос, ответ на который для меня был очень важен. Мне казалось, что я зависла над бездной, и именно слова парня сейчас решат мою судьбу, укажут путь.

– Ну так как, Попрыгунчик, я все верно говорю?

– Да, я сам залез в комнату Мони. И Женя тут ни при чем! – тихо ответил Илья и ссутулился.

Лицо Владислава перекосило. Весь его план летел к чертям, но потом случилось то, чего не ждал никто. Я усмехнулась и спокойно продолжила:

– А полез он туда потому, что я приказала. И дала ключ от комнаты. Я обманула глупого парня, заявив, что забыла там свою косметичку. Вот так все было.

Казалось, те несколько секунд, что прошли после моей речи, затянулись на годы. Люди замерли, не зная, как реагировать, но неловкий момент нарушил сам Попрыгунчик. Он резко выпрямился, как будто сбросил с плеч неподъемный груз, и, улыбаясь во все тридцать два зуба, заголосил:

– Женя, зачем ты опять меня прикрываешь? Это все я сделал! Не нужно брать мою вину на себя.

Однако я не дала парню долго разглагольствовать. Жестко прервав его, я выпалила:

– Но тебя действительно подговорила я. Эта злосчастная косметичка нужна была мне для диверсии. Да, я собиралась устроить в гарнизоне диверсию! И кашу я испортила, чтобы потравить старушек, а еще хотела стравить старожилов и новичков, а позже выставить Свету и Надю зачинщицами и выгнать их из гарнизона!

После моих слов в зале снова воцарилась тишина. Я с интересом наблюдала, как лицо Владислава медленно покрывается красными пятнами. А дальше мужчина неожиданно вскочил и со всей силы швырнул тумбу в сторону. Послышался страшный грохот, и та развалилась на части, а зал накрыл поток нецензурных выражений и дикая ругань.

– Ты чего здесь цирк устраиваешь? Издеваться вздумала? – брызгая слюной во все стороны, взревел генерал.

– Нет, я сейчас говорю абсолютно серьезно. Так что давайте выпускайте Попрыгунчика, а я пойду соберу вещи и уйду.

– Женя, мы вовсе не этого хотим! – неожиданно вмешался Михалыч, понимая, что все идет совсем не так, как зачинщики планировали.

– Да? А чего же вы тогда хотели?

– Да чтобы ты сложила свои полномочия! Девонька, как ты не поймешь, ты не можешь управлять гарнизоном!

– Правда? А Лекс думал иначе.

– Но его здесь нет! – гаркнул Михалыч, но потом уже мягче добавил: – Жень, начальствовать над людьми непросто. Здесь нужна железная выдержка и авторитет. Ты не такая. Ты мягкая и не способна принимать жесткие решения. Будет лучше, если ты снова займешься газетой.

– Получается, вы уже все решили и у меня нет выбора?

– У тебя есть выбор. Ты можешь прямо сейчас прекратить балаган и отдать управление Владиславу, либо…

Мужчина затих, но я не дала ему уйти от ответа. Угрожающе придвинувшись к Михалычу, я громко произнесла:

– Либо? Ну чего замолчал? Давай уж договаривай!

– Либо тебе придется покинуть гарнизон.

Михалыч выдохнул, а я захихикала. Сначала тихо, но потом мой смех стал громче, и вот я уже ржала во весь голос, не в силах остановиться. Люди смотрели на меня с жалостью, но мне не нужно было их сочувствие. Мне всего лишь надо было знать, что в этом мире есть хоть один человек, которому на меня не плевать. И этим человеком стал Попрыгунчик. Парень был готов уйти в изгнание, но защитить меня, и именно ради него я собиралась совершить самый сумасшедший поступок в своей жизни.

– В общем, я вас услышала. Освободите Илью, а свой ответ я дам вам завтра. Надеюсь, на этом все? А то я очень устала. И еще, никто не видел Темыча? А то что-то нет его среди вас. Я волнуюсь.

– Так он как вчера из кабинета Лекса вышел, так в комнате своей и сидит, – послышался неуверенный голос Нади, и я кивнула.

Быстро развернувшись, я направилась к двери. Уже в коридоре меня догнал Михалыч.

– Женя, послушай, я…

– Не надо.

– Но…

– Я все поняла. Иди к Юми, я сама решу свои проблемы.

– Женя, мы не враги тебе.

– Ты прав. Вы хуже. От врагов хотя бы знаешь, чего ждать. Хотя чему я удивляюсь? У меня уже был опыт с Олесей. Не учит меня жизнь ничему. Кстати, я ее что-то среди вас не заметила. Где она?

– Она была, но в самый последний момент решила уйти. Сказала, что не хочет во всем этом участвовать.

– Надо же! Даже у нее совесть проснулась.

– Жень, хватит! – вспылил мужчина, а я с укором посмотрела на него.

– Знаешь, чего я не могу понять? Как ты сошелся с Владиславом! Когда мы с Лексом приехали, вы не очень-то ладили. А тут на тебе – сюрприз.

Мужчина виновато опустил голову, а до меня, наконец, дошло. Чтобы сплотить всех лидеров, нужна была общая проблема. И этой проблемой стала я. Расстроенно выдохнув, я тихо обратилась к бывшему товарищу:

– Михалыч, правда, иди! Я ведь действительно хочу зайти к Темычу. Вдруг он тебя увидит, опять про Юми что-то скажет. Не надо мне сегодня больше скандалов. Я очень устала.

Мужчина остановился, а я прибавила шагу. Быстро добравшись до нужной двери, я глубоко вздохнула и постучала. Ответа не последовало, поэтому я дернула ручку и нагло вошла внутрь. Если честно, я была безумно рада, что Темыч не участвовал во всем том спектакле, что устроили мои так называемые друзья. Иначе я просто не знала бы, что делать. А сейчас передо мной стояла четкая цель, и я готова была следовать за ней до конца.

В комнате Темыча стоял полумрак. Я попробовала позвать Бобика, но его в помещении не оказалось. “Хм, где же носит нашего милого пушистика?” – растерянно подумала я, искренне надеясь, что в этот момент доберман не лопает какого-нибудь бедолагу на улице.

В этот момент в глубине комнаты мелькнула тень. Я испуганно пискнула и громко окликнула Темыча, но безрезультатно. И все же я не стала сдаваться и продолжила поиски. Друга Лекса я нашла сидящим на стуле в дальнем углу. Он пустым взглядом смотрел в окно и не шевелился. Я тихо позвала мужчину, но он не ответил. Тогда я решила вывалить на голову Темыча все проблемы сразу, надеясь, что хотя бы часть моих слов дойдет до товарища.

– Темыч! Нужна твоя помощь. Я ухожу из гарнизона, и без тебя мне не справиться. Я думаю, что нам всем грозит страшная опасность. И Даше тоже. Поэтому, пожалуйста, очнись!

Однако мужчина даже не шелохнулся. Тогда я решила пойти ва-банк. Набрав в грудь побольше воздуха, я что есть силы крикнула:

– Темыч, мать твою! Пока ты спал, власть в гарнизоне захватили масоны, которые точно угробят нас до прихода Лекса! А во главе у них Михалыч! Срочно нужна твоя помощь!

Не успела я договорить, как мужчина очнулся и больно схватил меня за руку. Дернув мое тельце на себя, он зажал мне рот и тихо прошипел:

– Чего ты так орешь? Совсем из ума выжила? Хочешь, чтобы враги узнали, что их раскрыли?

Я отрицательно покачала головой, и мужчина меня отпустил. А потом как ни в чем не бывало продолжил:

– Так, и какие действия предпримем?

Я тяжело вздохнула и взволнованно затараторила:

– Устроим вылазку, будем собирать доказательства. Но сразу говорю: миссия очень опасна, мы можем не вернуться. Так что, пожалуйста, сходи к Даше и поговори с ней. Возможно, больше ты ее не увидишь. Выйти мы должны очень рано, еще до рассвета. И если хочешь, можешь отказаться. Я все пойму.

Темыч недовольно покосился на меня и рассерженно хмыкнул:

– Жень, ты за кого меня принимаешь? Думаешь, я трус и брошу тебя в беде? К тому же я Лексу обещал следить за тобой и во всем помогать. А тут речь идет о борьбе с масонскими выродками! Вдвойне полезное занятие. Так что я в деле.

– И к Даше зайди!

– Хм. А это обязательно? Она опять ныть начнет, будет уговаривать остаться. Не люблю этого!

Я вздохнула, почувствовав укол совести. Даша. “Если с Темычем что-то случится, она ж меня точно из-под земли достанет и в порошок сотрет!” – грустно подумала я.

Девчушка чем-то напоминала самого Темыча. С виду казалась спокойной и рассудительной, но внутри у нее бушевал огонь. Мне не хотелось огорчать девушку, но я не могла поступить иначе. Поэтому решила отправить к ней папу, чтобы они хотя бы пару часов смогли побыть вместе.

Вот только сам Темыч почему-то не был в восторге от моей идеи, и я, видя это, грозно посмотрела на товарища и серьезным голосом произнесла:

– Да, Темыч, это обязательно!

– Ну что ж, воля ваша. А что потом?

– А потом мы совершим самую безрассудную глупость, какую только возможно в нашей ситуации. Мы сами пойдем навстречу армии монстров и хорошенько рассмотрим их!

– И все-таки я не понимаю, куда такая спешка? Если власть в гарнизоне захватили масоны, не лучше ли остаться и поднять народ?

Стояло раннее утро. Солнце только-только показалось на горизонте, а мы с Темычем уже спешили к главным воротам. Я недовольно пыхтела, все еще сильно злясь на своих так называемых друзей, но предвкушение новых приключений потихоньку заполняло душу, вычеркивая из памяти все неприятности, обрушившиеся на меня за прошедшие дни.

– Нам нужны доказательства, что монстры вот-вот атакуют гарнизон, – резко ответила я Темычу. – Люди слишком расслабились и не понимают всей серьезности ситуации. К тому же я хочу оценить риски и узнать точно, будет ли среди нападающих колосс.

– Кто-кто?

– Ну великан такой, спаянный из человеческих тел. С хорошую пятиэтажку ростом.

– А, этот столб, что ли? Дык я тебе и так скажу: он будет точно.

От слов мужчины у меня все похолодело внутри, но я постаралась не показывать, как сильно испугалась.

– Темыч, а это точная информация? Может, ты ошибаешься?

– Может, и ошибаюсь. В сети такая неразбериха сейчас творится! Часть армии отсюда на юг отправили. Там какая-то заварушка началась. Так что нам, можно сказать, повезло: не все твари до нашего гарнизона доберутся.

– А колосса могут тоже отправить на юг?

– Да фиг его знает. Все зависит от того, что решит Центр. Кого он захочет уничтожить сильнее: нас или южан.

– А что думает сам колосс? Ты можешь узнать?

– Я? Точно нет. Это существо очень сложное. Внутри него не один мозг запрятан, а целая система. Я к нему даже не суюсь. Боюсь после общения с этой тварью потусторонней с катушек слететь или овощем стать. Им, кстати, не Иные управляют, а сам Центр. Через множество потоков. Дергает за ниточки, как какую-нибудь марионетку, заставляет идти вперед и уничтожать своих врагов.

– Жуть какая!

– И не говори!

– Кстати, Темыч, ты чувствуешь Лекса? Где он? С ним все хорошо? Он скоро вернется?

– О, сколько вопросов! Ну ладно, начнем с того, что с Лексом все в порядке. Вроде. Но он слишком далеко, к тому же наш друг очень плохо владеет сетью, так что я с трудом могу его почувствовать. Этот масон Митсуо и то лучше с потоками управляется! А вообще этим двоим сейчас не до нас, и вряд ли они в ближайшие дни в гарнизон вернутся.

– Значит, точно едем! Неизвестно, когда Лекс появится, а действовать надо прямо сейчас, пока не стало слишком поздно. Для начала убедимся, что колосс будет среди нападающих, а после отправимся в следующую точку.

– Надо же, у тебя целый план есть!

– А то!

– И какой, если не секрет?

– Спасти людей любой ценой. Это все, что тебе пока следует знать.

– Ясно. То есть полностью посвящать меня в свой гениальный план ты не собираешься?

Ответить я не успела, так как рядом послышался шум и из кустов вынырнула фигурка человека.

– Жень, Темыч, вот вы где! А я вас по всему гарнизону ищу.

Перед нами стоял запыхавшийся Илья. Увидев его, я сначала сильно обрадовалась, что парня отпустили, но потом не на шутку разозлилась.

“Чего это он тут с утра пораньше забыл? И выглядит каким-то помятым. Подозрительно!” – подумала я и с недоверием посмотрела на Попрыгунчика.

– А мы с Темычем просто гуляем. Так что не волнуйся и иди в штаб. Мы скоро будем, – натянуто улыбнувшись, сказала я, но тут Илья снова удивил меня.

– Жень, не надо заливать! Я знаю, что вы собираетесь уйти из поселения. Но зачем? Неужели из-за Владислава и компании? Так мы сейчас быстро народ поднимем и сметем всю эту шайку!

– Нет, Илья, дело в другом. И как ты узнал, что мы уйти хотим?

Я недоверчиво прищурилась, и тут вперед вышел Темыч.

– Действительно, откуда ты знаешь? Женя об этом сказала только мне, а я – Даше. Ты что, говорил с моей дочерью?

Попрыгунчик покраснел, а мне стало все понятно. И где постоянно пропадает мой помощник, и почему он с утра пораньше по улицам шляется.

“Любовь и все дела!” – с усмешкой подумала я, однако следующая мысль заставила меня напрячься. Получалось, Попрыгунчик ночевал у девушки, а ее вспыльчивому папе это могло очень не понравиться.

– Темыч, нам пора! А ты, Илья, лучше быстрее уходи, – предостерегающе произнесла я, делая большие глаза.

Вот только глупый мальчишка не понял, что сейчас шагает по очень тонкому льду. Вместо того, чтобы убраться поскорее, он твердо заявил:

– Ну нет! Я с вами! Ясно?

– Илья, – вздохнула я, меняя тактику на ходу. – Ты мой помощник, мои глаза и уши в гарнизоне. Ты должен остаться. Заодно, пока нас нет, проследишь за всем. Потом доложишь что и как. Мне больше некому доверить такую важную миссию. Только тебе я верю!

После моих слов парень засиял и улыбнулся во весь рот, но потом его лицо опять приобрело серьезный вид.

– Нет, я не согласен. Не знаю, что вы там задумали, но моя помощь вам точно не помешает. А следить за всем будет другой человек. Тоже очень надежный.

– И кто это, интересно? – зло прошипел Темыч, и в этот момент рядом послышался тонкий девичий голосок.

– Илья, ты их нашел? – запыхавшись, крикнула Даша и выбежала на дорогу.

Темыч, глядя на раскрасневшееся лицо дочери, тихо зарычал. Он, как и я, все понял.

– Ну все, парень, ты труп! – жутко проскрипел товарищ, и я мигом вцепилась ему в руку, всячески делая знаки Попрыгунчику, чтобы он линял отсюда, и поскорее.

Ситуацию спасла сама Даша. Она смело закрыла собой парня и грозно произнесла:

– Папа, вот ты где! А я тебя обыскалась. А ну, быстро домой!

От ее командного тона меня пробило на смех. Эта маленькая отважная девчонка, несмотря на милый вид, имела тот еще характер. И то, как она командовала мужчинами, просто удивляло. Еще и этот ее грубый немецкий акцент.

“Прямо лопоухий фюрер в юбке!” – мелькнуло у меня в голове, но грозный взгляд девушки тут же стер улыбку с моего лица.

– А ты куда потащила моего отца? Что, дали пинка под зад, теперь и других с собой утянуть хочешь?

– Дарья! Прекрати! И немедленно извинись перед Женей! – вступился за меня Темыч, чем еще сильнее разозлил дочь.

– Нет! Не знаю, что вы там затеяли, но я не позволю тебе во всем этом участвовать! Все, навоевался уже. Папа, ты в возрасте, тебе пора подумать о покое, а ты опять ищешь приключений!

– Даша! – недовольно произнес мужчина и нахмурился, вот только девушку уже было не остановить.

– Что? Это правда! Папа, я уже потеряла маму, если и с тобой что-то случится, я этого просто не переживу! И из этой вашей Жени отбивную сделаю! – заголосила она, а после резко развернулась ко мне и выпалила: – А ты разве не могла найти другого помощника? Или забыла, в каком состоянии вы с Лексом папу в поселение привезли? Неужели вам мало того, что он уже пережил? Оставьте его, наконец, в покое!

– Правда, Жень. Пусть Темыч остается с Дашей, а я с тобой пойду, – подал голос Илья, зля девушку еще больше. Она дернулась вперед и буквально повисла на парне.

– Нет, ты тоже никуда не пойдешь! Если этой Жене надо, пусть одна отправляется, а вы здесь останетесь, дома!

Услышав слова дочери, Темыч нахмурился еще сильнее. Он недовольным взглядом окинул обнимающуюся парочку, а потом вдруг неожиданно спокойным голосом сказал:

– Даша, я не собираюсь прятаться за женской юбкой. Если страна зовет, как я могу остаться в стороне? К тому же мы не просто так уезжаем. У нас важная миссия. И да, никто, кроме меня, Жене помочь не сможет. Я это знаю, и она это знает. Мы должны сделать то, что задумали, иначе весь гарнизон погибнет.

– Но почему, папа? Почему именно ты?

– Так судьба сложилась, и этого не изменить. Позаботься о Бобике, пока меня не будет. А ты, парень, следи за моей дочкой! – обратился Темыч к Илье, буравя его злым взглядом. – Оберегай ее и помогай во всем. И руки распускать не смей, иначе… Помнишь, что я сделал с Германом?

Попрыгунчик тяжело сглотнул, а мужчина, усмехнувшись, продолжил:

– С тобой сделаю то же самое и еще кое-что добавлю. Усек?

Илья активно закивал, и в этот момент на соседней улице послышались голоса и замаячили тени.

– О, а это, похоже, нас ищут! – засмеялся Темыч и легонько толкнул меня в плечо. – Даша, ты что, еще кому-то о нас рассказала?

Девушка виновато опустила голову, а я четко услышала голоса Михалыча и Владислава. Услышала и чуть ли не лужицей растеклась.

“И все-таки нашему грозному генералу не все равно, что я собираюсь уйти”, – радостно подумала я, но злой голос мужа тотчас дал о себе знать.

“Конечно. Ему же надо, чтобы ты прилюдно отреклась от власти, иначе у него могут быть большие проблемы с пенсионерами”, – мелькнуло в голове, и я встрепенулась. Злые слова отрезвили не хуже ушата ледяной воды, поэтому я встряхнулась и кинулась к другу Лекса.

– Темыч, за нами погоня! Мы должны поторопиться! До главных ворот осталось идти всего ничего.

– Думаю, нам лучше туда не соваться. Наверняка солдатам дан указ никого не выпускать, так что только выдадим наше местонахождение, – произнес мужчина, и я запаниковала еще больше.

– Тогда что же делать? Что делать? Хотя…

Я грустно вздохнула и посмотрела наверх, вспоминая, как когда-то друг Лекса перекинул меня через стену. Правда, теперь на той стороне не было тента, но другого выхода я просто не видела, поэтому тихо сказала:

– Темыч, а давай как тогда, в бизнес-центре? Ты меня перекинешь через ограду, а потом сам переберешься.

– А что, это мысль. Только не боишься расшибиться? Там-то я никаких заготовок не делал.

– А у нас есть выбор? К тому же я крепкая. Так что, думаю, сильно не пострадаю.

– И я с вами! Чур, первым пойду! И потом Женю на той стороне поймаю, – выкрикнул Илья и тут же зажал себе рот рукой.

– Ну парень! Вот вернусь, точно займусь твоим воспитанием! А то пока из тебя солдат как из меня балерина! – фыркнул Темыч, а после обратился ко мне: – А с тобой мы поступим иначе. Давай сюда сумку!

Я протянула свой рюкзак, и он мигом полетел за стену. Потом туда же отправилась неприподъемная сумка Темыча. Затем мужчина схватил меня за спецовку и одной рукой приподнял вверх. Я отчаянно затрепыхалась, а мой товарищ довольно сказал:

– Я уж и забыл, какая ты легкая. Хорошо, проблем не будет.

А после, перехватив меня поудобнее, мужчина разбежался и сиганул вверх. В мгновение ока мы оказались за стеной гарнизона, и лишь недовольный вскрик Ильи донесся нам вслед.

– Блин, Темыч, отпускай меня! Я, кажется, сейчас блевану! – с трудом выдавила я из себя, когда мы резко приземлились, и под изумленным взглядом мужчины убежала в близлежащие кустики.

Быстро сделав свое черное дело, я вышла к Темычу. Он сразу подхватил меня и поспешно помчался прочь от гарнизона. Позади слышался шум голосов, кажется, из главных ворот выехало несколько машин, но мы мчались совсем в другую сторону по полному бездорожью, так что легко ушли от преследования.

– Эх, что ж ты за солдат такой? Прям кошмар! Полностью профнепригодный. Желудок слабый, зрение плохое, еще и сердечница! В былые времена тебя бы сразу забраковали и не взяли даже в самую задрипанную армию мира! Где тебя только Лекс откопал?

Я ничего не ответила. Была не в состоянии. Приступ тошноты опять накрыл, и я ничего не могла с этим поделать. Поэтому, когда впереди показалась заправка с несколькими машинами, я вздохнула с облегчением. Но Темыч не дал мне расслабиться. Торжественно объявив, что весь бензин здесь давно слили, он без устали помчался дальше, утаскивая мое несчастное тельце в неизвестность.