Няня не кусается, или Случайная невеста

— Убивают! — заверещала моя соседка.

Я вздохнула и нехотя выглянула в окно. Так и есть, благоверный, будучи в изрядном подпитии, гонял её по двору. Неприятное зрелище, без которого я бы точно обошлась. Соседка скакала по огороду в одной рубахе, а муж бегал за ней с топором и рычал:

— Убью! 

При виде топора в груди шевельнулось нехорошее предчувствие, но вмешиваться в семейную ссору я не спешила. Во-первых, когда они мирятся, я же потом остаюсь крайняя. А во-вторых, до сих пор он её не убил, хотя каждый день грозился.

— Больные… — прошептала я, искренне обещая себе, что ни за что на свете не пойду замуж, пока не буду на все сто уверена, что мой будущий муж не окажется ушибленным на всю голову садистом. 

Впрочем, и соседка хороша. Та ещё мазохистка. Ведь и полицию уже не раз вызывали, и сами что только не делали, чтобы развести их по углам, но… Видимо, такой союз абсолютно устраивал обоих. Её — ходить в синяках, его — заливаться чем покрепче, лишь бы не видеть ни жену, ни детей. Их словно магнитом тянуло друг к другу.

— А-а-а! — донеслось из-за сарая, затем послышался грохот и всё стихло. 

Я выждала ещё несколько минут, в надежде, что они успокоились и пойдут в дом, чтобы, закрывшись в спальне, так же бурно начать мириться, но ничего не произошло. 

Вот чувствовала, что не стоит снова лезть в чужие дела. Но что если он её убил? Может, всё-таки вызвать полицию? Нет, они даже не ответят, если звонить буду. А одной очень страшно, но всё же…

Совесть грызла меня, как кот засушенный кусок колбасы. Ещё и проснувшаяся интуиция внезапно взбесилась и усердно покусывала нервы, не обещая ничего хорошего. Стало ясно, что эти двое отсидеться в домике мне не дадут.

— Сама прибью обоих! — прошептала, натягивая тонкую куртку и безразмерные галоши, доставшиеся по-наследству от бабушки.

Вышла на улицу, шумно вдохнула аромат пирожков, которые кто-то жарил на другом конце дачного посёлка. Бабка Марья, не иначе. Я у неё как-то рецепт взяла, но то, что получилось, предпочла закопать, потому что это не стали есть даже свиньи. 

Думать о хрюшках и пирожках было не так страшно, как о соседе, поэтому я уцепилась за эти мысли, тихонько двигаясь в сторону сарая. Скрипнула соседской калиткой, на всякий случай вооружилась граблями, брошенными у забора, и медленно приблизилась к грубо сколоченному домику, некогда выкрашенному в синий. Сейчас от былого ремонта остались лишь выцветшие блики.

Колени дрожали, ноги слушались плохо. Видимо, от того, что глаза боялись увидеть там нечто ужасное. Сердце колотилось, как сумасшедшее, древко скользило в потных от страха ладонях. Хотелось развернуться и попросить бабку Марью вызвать полицию, но что если у соседей всё в порядке? Меня снова обзовут паникером. Сначала решила посмотреть, что произошло. 

Дорожка вильнула, я сделала ещё несколько шагов и моему взору открылась жуткая картина. Сосед стоял наперевес с окровавленным топором и покачивался. 

— Ик, — его взгляд вдруг сфокусировался на мне, и я забыла как дышать. 

Алые капли падали на землю, стекая по окровавленному орудию убийства, а этот му… принял меня за свою супругу. 

— Убью! — зверем зарычал он и сделал шаг в мою сторону. 

Я вскрикнула, выставила грабли вперёд, но оступилась и шлёпнулась прямиком на то место, которое обычно ищет приключений. 

Рука моя опустилась в аккурат рядом с тем местом, куда отлетела отрубленная куриная голова. В следующее мгновенье, заложив вираж вокруг сарая, показалась вторая часть бедной птички, и побежала прямо на меня.

Тут нервы мои окончательно сдали, я вскочила и кинулась прочь, не разбирая дороги. Сиганула через забор, упала на четвереньки, зарывшись руками в невероятно мягкую землю. Послышался рык, и я подскочила, бросившись от соседа к двухэтажному дому. 

Тяжело дыша, ворвалась в узкий коридорчик, закрыла дверь на засов, пробежала через гостиную и спряталась в первой попавшейся комнате. 

Прислонилась спиной к стене, да так и сползла на пол, боясь лишний раз вдохнуть. Я не знала, кто здесь живёт, и вообще не видела этого дома. Казалось, что за домом соседей начинался лес.

“Как только хозяева придут, попрошу позвонить в полицию,” - успокаивала себя. 

На мгновение прикрыла глаза, а когда нашла в себе силы снова их открыть, часто заморгала, не поверив тому, что увидела. 

На подоконнике сидел полуобнажённый мужчина с идеальным телом рекордсмена по лёгкой атлетике. Лучи закатного солнца играли на бронзовом загаре его накачанных плеч и скрывались золотыми бликами в тёмных волосах мужчины. Высокий и поджарый, он напоминал хищника, возвратившегося с удачной охоты. Невероятно синие глаза светились от удовольствия, а лицо красавца украшала открытая, искренняя улыбка.

Сам мужчина был нереально хорош собой, и мне бы хватило его одного, чтобы онеметь от изумления, но мироздание решило сделать контрольный выстрел. В руках незнакомец держал горшок с чем-то совершенно выходящим за грань моего понимания. С первого взгляда это было похоже на цветок в горшке, потом показалось хищным животным. Что это?!

Длинный розовый язычок оставил влажный след на лице брюнета, а тот рассмеялся, словно и не замечал зубастой пасти странного растения. Оно булькнуло, будто закипающий суп и посмотрело на брюнета влюблёнными глазками на ножках.

Не понимая, что происходит, я попыталась слиться с обстановкой и ещё раз крепко зажмурилась, в надежде, что мне это привиделось. 

Уж лучше я распрощаюсь созерцанием роскошного мужского тела, чем незнакомец окажется маньяком, а его странный питомец — опасным творением селекционеров! 

Но, нет. Мне не повезло. Ни мужчина, ни зубастое растение никуда не делись.

— Кусь, ну хватит меня слюнявить. Я тоже по тебе скучал, — заверил незнакомец. — Больше никуда без тебя не поеду! 

Воспользовавшись моментом, я осторожно перекатилась под кровать и затихла, в надежде, что меня там не найдут. 

И какое-то время мне действительно везло. 

Мужчина ещё немного помиловался с плотоядной флорой, а затем поставил горшок на подоконник, а сам перебрался за стол и принялся разбирать какие-то бумаги.  

Лежать на полу было холодно. И я точно знала, что если так пойдёт и дальше, то на утро непременно испытаю всю гамму ненависти к своему слабому организму, который ухитряется заболеть даже в самую тёплую погоду. 

И вот наступил долгожданный момент, когда брюнет задул свечи и отправился в кровать. 

Я с трудом сдержала облегчённый вздох, потому что это значило, что скоро он уснёт, и наконец смогу выбраться отсюда. Только вот кто мог представить, что растение вдруг спрыгнет с подоконника, зарычит и полезет под кровать? 

— А-а-а! — невольно вырвался крик, когда это зубастое недоразумение сорвало с меня галошу и принялось мотать головой из стороны в сторону, желая разорвать мою обувь, как Тузик грелку.

— Кто здесь?! — донёсся до меня голос хозяина.

С кровати свесилась голова, потом показалась рука с кинжалом. При виде холодного оружия я замерла от ужаса. А мужчина спустился потянулся ко мне другой рукой и властно потребовал:

— А ну вылезай! 

Дорогие читатели, приглашаю в новую историю любви находчивой попаданки, которая не боится слово "удобрение" и знает, с какой стороны подойти к лопате, сковородке и суровому дракону! Справится ли героиня с ролью няни, если сын генерала решил во что бы то ни стало сорвать отбор невест для своего папы? А теперь полюбуемся потрясающим генералом...

А теперь полюбуемся потрясающим генералом Кондрайном Шекли и его очаровательным питомцем Кусем! Как вам жених? Отважились бы погладить Кусика?
Чтобы не потерять книгу, лучше добавить её в библиотеку! Благодарю всех, кто делится эмоциями в комментариях и дарит автору звёздочки!!! Ваша поддержка бесценна!

Роман входит в чудесный флешмоб 

– Я не хочу, чтобы ты женился!

Сын посмотрел на меня исподлобья и сильнее сжал палку для крольфа. На поле его терпеливо поджидали приятели, и я вздохнул. Они беспокойно перешёптывались, поглядывая в нашу сторону и боясь, что я заберу Тэди в столицу.

– Мне нравится жить в нашем поместье, пап. У меня появились хорошие друзья, и никто не шепчется за спиной, обсуждая незаконнорождённого генеральского сына.

– Я и сам не хочу уезжать, – признался ему. – Но это приказ короля, и я не в силах ослушаться.

– Ты же генерал, а не принц какой-нибудь, – возмутился сын. – Ладно бы король приказал войско возглавить, я бы понял, но зачем тебе отбор невест? И жена тебе не нужна. У тебя уже есть наследник!

Он гордо приподнял подбородок и сверкнул глазами.

– Так и скажи Его Величеству, – запальчиво продолжил он. – Ты же был его наставником!

– Тогда ему было как тебе сейчас, – невольно рассмеялся я. – Его Величество вырос, надел корону, и теперь я не вправе ему возражать.

– Но сейчас во Врамдаше воцарился мир, – топнул он, – и ты, наконец, можешь больше времени уделять любимому занятию!

С одной стороны, Тэди прав. Сейчас, когда трон перешёл к Дуиллу Ратеодору Третьему, набегов на границы практически не стало. Молодой, умный и обаятельный король умел договариваться с соседями и налаживать новые пути взаимодействия с другими странами. Казна начала стремительно наполняться, и многие вояки, вроде меня, получили возможность передохнуть и спокойно пожить в своё удовольствие.

Вот только Дуилл Третий моё удовольствие видел по-своему. К тому же он испытывал к наставнику горячую признательность, а благодарность королей порой тяжелее их гнева. Молодой монарх отчаянно желал мне личного счастья и всячески пытался женить. Возможно, в нём говорило и чувство вины…

– Сколько будет идти отбор? – продолжал упорствовать сын. – Месяц? Два? Полгода? Мне снова придётся жить в кадетском корпусе и месяцами тебя не видеть? Знаешь, каково это?

– Разумеется, – сухо ответил я. – Твой дед тоже был генералом. Я прошёл тот же путь, что и ты, Тадиан. Отличие лишь одно: поступив туда, я прошёл обучение до конца, а тебе выпала возможность выбора, потому что наступило мирное время.

Мы помолчали, и кто-то из друзей сына присвистнул, обращая на себя внимание. Тэди махнул ему и недовольно покосился на меня.

– Ты можешь оставить меня с Зенном. Заодно я присмотрю за твоими питомцами.

Я скрестил руки на груди и выгнул бровь.

– За Кусем ты уже присмотрел, спасибо. Где он сейчас? Ты хоть покормил его? А ведь меня не было всего три дня! Боюсь, через месяц Нолан превратится в поле для крольфа. Ты едешь со мной, Тадиан, и это не обсуждается!

Он глянул волчонком, а потом хитро прищурился. Взмахнув палкой, указал на кролика, который жевал травку в самом дальнем углу поля, и заявил:

– Если попаду с первого раза, то мама с облачков поможет мне.

Я поджал губы, но промолчал. Сын никогда не видел свою мать, но искренне верил, что она помогает ему с той стороны жизни, и часто приводил этому примеры. Мне приходилось лишь проглатывать его слова, надеясь, что однажды его сердце перестанет болеть.

– Раз. Два. Три!

Тэди выплел простейшее заклинание, и в воздухе возник зелёный мячик из сочной травы. Одним сильным ударом сын послал его в дальнюю часть поля, и кролик, подпрыгнув, на лету словил лакомство.

– Да! – обрадовался Тадиан и посмотрел на небо. – Мама, сделай так, чтобы никакого отбора для папы не было!

И вприпрыжку побежал к друзьям. Покачав головой, я с тяжёлым сердцем отправился к дому. Навстречу мне уже спешил Зенн. Раньше мы с ним воевали бок о бок, а теперь старый друг работал у меня камердинером. И поваром. И дворецким. И садовником. А по выходным подрабатывал пивоваром, но пока все его творения приходилось пускать на удобрения, потому что эту гадость пить было невозможно.

– Генерал! – возопил он, совсем как на поле боя. Схватил меня за плечи и осмотрел с головы до ног. – Вы похудели… В столице снова экономят на продуктах?

– Прекрати, Зенн, – отмахнулся я. – Всего три дня прошло, я бы не успел похудеть. А стараниями Его Высочества… Ох! Величества, конечно. В общем, Дуилл не успокоился, пока я не испробовал все иноземные лакомства.

– Так у вас расстройство желудка! – заохал он и задумался. – Крем-суп из корней пряженника поможет. Сейчас же начну готовить!

– А где Кусь? – успел спросить я, перед тем, как Зенн убежал в наш огород.

– Ползает где-то, – на ходу бросил он.

– Опять горшок потерял? – огорчился я и, прохаживаясь по дорожкам нашего сада, звал: – Кусь! Кусь! Ползи сюда, мой хороший. Я тебе привёз из столицы вкусное удобрение!

Остановился, понимая, что Кусь обиделся и, пока не перерастёт это, не отзовётся. Глянув на небо, вздохнул. Как же хорошо на природе! В густых кронах садовых деревьев на разные голоса пели птички. У небольшого пруда, поросшего ряской, перекликались звонкие жабы. За розовыми кустами, окружающими наш дом, стрекотали кузнечики.

Я посмотрел на здание, машинально отмечая, что требовало ремонта. Дуилл был щедр со своим наставником. Он подарил нам с сыном поместье, о котором мечтали многие придворные. От дворца до Нолара всего два часа пути, но, несмотря на близость столицы тут царила тишь и благодать. Здесь я смог исполнить мечту, построив оранжерею для своих хищных питомцев.

Немногие понимали это увлечение, но мне было неважно мнение общества. При виде милых глазок-бусинок и острых зубов, моё сердце таяло. И что с того, что приручить дикие растения было непросто? Занимаясь в оранжерее я был по-настоящему счастлив.

Сыну тоже в Ноларе очень понравилось. Он всегда говорил, что не видит себя воином, и больше склонялся к изучению бытовой магии. Кстати, его умения очень пригодились, когда пришлось самим вести целый дом.

В общем, мы были довольны своей жизнью. И в неё никак не вписывался ни отбор невест, ни изнеженная столичная красотка с хорошей родословной. Но приказы короля не обсуждаются.

Кусь вернулся, когда мы уже поужинали, сын отправился в свою лабораторию, Зенн в подвал, а я в купальню. После того, как освежился, поднялся в спальню, где и обнаружил своего верного любимца.

– Придётся на отбор взять тебя с собой, – посмеивался я, пока терпел слюнявые ласки растения. – С надеждой, что ты сорвёшь его, приятель.

Когда Кусь угомонился, я лёг в постель и тут же провалился в сон без сновидений. Привычка, наработанная годами, позволяла восстановить силы, не тратя лишнего времени. Но сегодня меня посетило видение, второй раз в жизни. После первого я получил весть о рождении сына. А сегодня…

– Кто здесь?!

Кинжал всегда был под подушкой, и сейчас оказался у меня в руках. Свесившись с кровати, я заглянул под неё и удивился при виде хрупкой большеглазой блондинки в странной одежде. Она выглядела настолько перепуганной, что я убрал оружие и миролюбиво приказал:

– А ну вылезай!

Куда деваться? Пришлось вылезать из своего убежища и виновато ковырять носком галоши каменный пол. 

— Доброй ночи, — пролепетала невнятно и зачем-то добавила: — господин.

— Ну, не такая уж она и добрая, раз девица прячется не у меня в кровати, а под ней. Видимо, теряю форму, — рассмеялся незнакомец и черты его лица враз преобразились, став по-настоящему притягательными.

— Я случайно к вам попала. Хотела тихо уйти, Когда вы уснёте…

Цветок наконец угомонился и с интересом смотрел на меня своими глазками-бусинками. Листочками что-то пытался жестикулировать и даже его оскаленная пасть уже не выглядела так устрашающе. Тем более, что у меня перед глазами по-прежнему стояла картина, как это зелёное нечто лобызало своего хозяина. 

Наверное, мне бы стоило паниковать, но я успела немного успокоиться и была готова оправдываться, лишь бы мне помогли вернуться домой. 

Мысль о том, что случилось нечто выходящее за рамки здравомыслия, окончательно укрепилась в моём сознании и теперь я судорожно пыталась понять, что делать дальше? 

— Случайно? — мужчина изогнул бровь и смерил меня внимательным взглядом. Таким, от которого никогда не ускользает ни единая деталь. Казалось, что он смотрит не просто на картинку перед собой, а насквозь видит душу. Даже мурашки по коже побежали и захотелось перебраться поближе к камину. 

— Да, совершенно случайно. Я заблудилась и не понимаю, как оказалась в вашей комнате.

Цветок издал непонятный булькающий звук, словно у него заурчало в желудке и он собирался подкрепиться перед сном. Мною. 

Да-да, просто хит сезона и блюдо дня. Ирма в собственном соку. Подавать с острым соусом, запивать валерьянкой. 

— А может быть ты воровка? Или шпионка? На продажную девку вроде не похожа… — принялся вслух размышлять мужчина. 

— Ни то, ни другое, ни третье. Я говорю правду! — на остатках самообладания, пыталась придать своему голосу уверенности, но получалось из рук вон плохо. — Поверьте, я сейчас уйду и вы обо мне больше не вспомните и никогда меня не увидите. 

— Или вызову стражу, тебя отведут в темницу и там быстро выяснят чистоту твоих намерений. — Всё с той же лукавой улыбкой на губах, предложил он свой вариант развития событий.

Блин! И как мне теперь доказать, что зла я точно никому не желала? 

— Кусь, что скажешь? — поинтересовался мужчина у цветка. 

Необычная флора принялась активно шелестеть листочками и подошла ближе, чтобы несколько раз обойти меня по кругу.

Я замерла, смиренно ожидая, что же будет дальше. Правда, от страха быть покусанной этим милым растением у меня сжалось сердце. К слову, сжалось не только оно. 

Зубки у растения выглядели вполне кусабельно. Такой если вцепится, похуже любой собаки будет. 

Наконец цветок определился, остановился на одном месте и потянул ко мне листочки, словно просил взять его на руки. 

Прикусив губу от волнения, я наклонилась к нему и аккуратно подняла за горшочек. 

Раздалось утробное рычание, больше похожее на мурчание кота и зелёная голова прильнула к моему плечу, словно маленький ребёнок. 

— Так ты совсем не страшный, оказывается, — улыбнулась и осторожно погладила Куся по одному из листиков. 

Урчание усилилось, а когда я попыталась убрать руку, тонкая лиана быстро взметнулась в воздух и обвила моё запястье, притянув к головке. Цветок словно настаивал, чтобы я ещё погладила его. 

На ощупь листья оказались невероятно нежными, бархатистыми. Удивительно, но их действительно хотелось касаться. Не стала отказывать себе в удовольствии и принялась ласкать это удивительное растение. В конце концов, где ии когда я ещё увижу подобное? 

Мужчина встал, прошёлся по комнате, словно всё ещё раздумывал, что именно со мной делать. Затем приблизился к столу, открыл один из ящичков, украшенных искусной резьбой, и достал оттуда тонкий браслет.

— Как тебя зовут? — спросил, оказавшись слишком близко. Настолько близко, что я почувствовала на коже его дыхание и едва не растаяла. 

Правда, вспомнив причину по которой я оказалась здесь, очень быстро задушила в себе внезапно вспыхнувшие, совершенно странные желания. 

— Ирма, — промелькнула мысль соврать, но я всё же решила представиться честно. — А вас?

— Ты даже не знаешь у кого оказалась? — он хмыкнул и покачал головой, словно осуждал меня за то, в чём я никак не могла быть виноватой.

— Я же говорю, заблудилась. 

— Генерал Кондрайн Шекли. — симпатичный незнакомец тоже решил раскрыть тайну своего имени.

— А, если так нужно было, то тогда меня зовут Ирма Самойлова. Я тоже генерал. Вернее, генеральный директор ресторана «Чистые пруды». — Поставила горшочек с цветком на пол и протянула мужчине руку. 

Сама не знаю зачем так сделала. Наверное привычка работать с мужчинами взяла своё. 

Кондрайн (божечки, имя-то какое зубодробильное!) нахмурился и даже свой волевой подбородок потёр, а затем одним ловким движением взял и защелкнул браслет на моём запястье.

— Ой! — резко отдёрнула руку и попыталась снять украшение, но не тут-то было.

Браслет в буквальном смысле слова сжался на моём запястье так, чтобы не мешать, но и стащить его обратно оказалось просто нереально. 

Это что магия какая-то?!

— Снимите, — незамедлительно потребовала я, — пожалуйста.

— Не спешите, генерал Ирма. У меня к вам особое предложение…

О «Чистых прудах» я слышал немало, но воспитательницу самого знаменитого врамдашского приюта видел впервые. А мог бы сразу догадаться, кто передо мной! Не встречал до этого дня девиц, которые смотрели бы на генерала так дерзко и открыто. Как на равного. Чаще сталкивался со страхом или раздражающим жеманством.

И одета Ирма была весьма странно. Мужские брюки, просторная рубаха без рукавов. Рассказывали, что в приюте принята особенная форма. Что же, в этом наверняка удобнее воспитывать детей улиц. В «Чистые пруды» посылали только самых трудных ребят, которым не нашли семью для усыновления.

Увы, это чёрная страница истории нашего королевства. В военное время появилось много сирот, чьи отцы погибли в сражениях, а матери умерли от голода. Эти дети выживали, как могли, жили на улице или в лесу, воровали, а порой совершали что-то и хуже. Их ждала бы ужасная участь, но Дуилл Ратеодор Третий, как только взошёл на трон, организовал приют, отдав одну из своих резиденций…

Я решил воспользоваться ситуацией и исполнить приказ короля, не страшась, что Тэди за время отбора превратил поместье в руины. Если уж эта хрупкая с виду девушка работает там, то и с моим сыном справится, и за хищной оранжерей присмотрит. Вон как на неё облизывается Кусь! Даже немного приревновал, признаюсь, своего питомца. Обычно он к себе людей не подпускает.

– Долговой браслет, – пояснил я, когда Ирма возмутилась и потребовала снять артефакт. – Слышали о таком, генерал Ирма?

– Долговой? – нахмурилась она и покачала головой. – Но я вам ничего не должна.

Я усмехнулся и присел в кресло, глядя на девушку, как на новобранца:

– Должно быть вы считаете, что, раз достигли высокого положения в «Чистых прудах», то можете безнаказанно нарушать законы Врамдаша, но это не так. Вам придётся ответить за свои преступления по закону.

– Какие ещё преступления? – возмутилась она. – Говорю вам, я появилась здесь случайно, хоть сама не знаю, как, но мечтаю вернуться обратно. Лучше бы помогли бедной девушке, а не угрожали расправой? И почему я решила, что вы благородный человек? Красивая внешность, и только…

Последние предположения она пробурчала себе под нос, но я прекрасно расслышал. Глянул на неё и ехидно прищурился.

– Хотите добавить к списку нарушений оскорбление воина высокого ранга?

– Что вы? – спохватилась она. – Какие оскорбления? Я же сказала, что вы благородный человек с красивой внешностью. Один пресс чего стоит! А эти широкие плечи…

– Довольно, – осадил я, внезапно ощутив что мне приятны её комплименты, и сурово припечатал: – Если не желаете, чтобы я доложил королевским стражам о незаконном использовании портальных амулетов, выполните мою просьбу, и тогда мы будем в расчёте. Спешу заметить, что улизнуть тем же способом, каким вы попали сюда, не получится. Вы же знаете свойства долгового браслета?

– Да я и без браслета не знаю, как это сделать, – помрачнела девушка.

– Глупо было использовать портальный амулет без должного обучения, – мягко произнёс я. – Думали, что запрет был установлен ради забавы? Радуйтесь, что живы!

– Радуюсь, – печально вздохнула она и погладила Куся. – Говорите уже, что у вас за просьба?

– Присмотрите за моим сыном, пока я в объезде, – ответил я. – Это займёт не больше недели.

– Недели, – эхом повторила она и задумчиво потёрла Кусю носик.

– Разумеется, я оплачу ваши услуги и не обижу в цене. К тому же отправлю в «Чистые пруды» депешу, в которой укажу, что вас привлекли к ответственной работе, и ваша репутация не пострадает.

– Я не понимаю, о чём вы говорите, – занервничала Ирма, и большие глаза девушки наполнились слезами. – Я всего лишь хочу уйти отсюда. Я ничего плохого не желала, уверяю! И если нарушила какие-то законы, то по случайности. Умоляю, отпустите меня!

Я усмехнулся. На жалость решила надавить? Покачал головой:

– Через неделю.

Она громко всхлипнула, и у меня дрогнуло сердце. Да что такое сегодня с этой мышцей?

– Хорошо, – сдался я. – Если хорошо справитесь с заданием, я научу вас пользоваться порталами и помогу вернуться.

Взгляд её просветлел:

– Обещаете?

– Слово генерала.

Ох, почему вдруг возникло дурное предчувствие?

Буквально одним из первых законов взрослой жизни, что я усвоила ещё в детстве, было простое правило от мамы: не влазь в долги и не бери кредитов, ибо будет хуже и сто раз об этом пожалеешь. 

Обнадёживало только то, что генерал поможет мне вернуться домой. Правда, за неделю меня не просто потеряют на работе, а ещё и уволят за прогулы. Довольно сложно будет объяснить, куда я пропала. Сама до конца не понимала куда и всё ещё не могла поверить в происходящее.

Это получается, что кто-то в своё время воспользовался тем самым амулетом телепортации и оказался в моём мире? Но куда сам потом делся? Если человек из этого мира погиб в моём, то как мне выжить в этом? 

И что это вообще за амулет телепортации? Я ничего странного руками не трогала. А соседский топор явно не входил в разряд магических артефактов. 

Да уж, вопросов всё больше и перспективы не радужные. Главное, чтобы не выяснилось, что для возвращения домой нужен тот самый артефакт, который переместил меня сюда. Ибо никаких амулетов я в глаза не видела.

Божечки-кошечки! Как бы мне здесь насовсем не застрять?!

Нужно поскорее расправиться с несуществующим долгом, чтобы не оказалось потом, что вернуться обратно в свой мир я не смогу уже никогда.

Стоп. Он сказал: «Присмотрите за моим сыном?!» 

— Простите, генерал. Я должна буду присматривать за ним? — решила уточнить, но пальцем тыкать неприлично, потому указала открытой ладонью на зубастое  растение.

— Что? — мужчина изогнул бровь, проследил взглядом за моей рукой и рассмеялся. — Вы серьёзно? Как вы могли подумать что Кусь мой сын? 

— Других детей я здесь не вижу. — Поджала губы, готовая разреветься от досады. Как ещё этому напыщенному генералу объяснить, что я действительно не понимаю происходящего и вообще мне страшно?

Судя по странному убранству комнаты, я попала куда-то в средневековье. И мне очень хотелось надеяться, что здесь всё куда более цивилизованно, чем в учебниках по истории. В противном случае я просто не выживу в такую эпоху. 

— И не увидите. По крайней мере сегодня. Как и положено любому воспитанному ребёнку, он уже давно спит в своей постели и по чужим комнатам посреди ночи не ходит, — усмехнулся, отправив ещё один камень в мой огород. 

— Я, знаете ли, тоже может быть спать  собиралась. В своей комнате. И никак не ожидала в итоге оказаться мало того, что у вас под кроватью, так ещё и в должницах! — ответила ему и даже притопнула ногой от негодования.

Ну всё правильно, плакать я не люблю, а это значит, что для того чтобы не разреветься, придётся использовать любые доступные способы выпустить шипы и защищаться всеми возвожными методами. Не зря ведь говорят, что лучшая защита — это нападение.

— Вы правы, — мужчина пожал плечами и я чуть рот не открыла от созидания того, как перекатывались его мышцы под загорелой бархатистой кожей. 

Обидно, да?! Такой красивый и не мой. Вот бы сейчас подойти поближе, прижаться к сильной груди, уткнуться носом в плечо красавца и тихонечко пореветь, чтобы он утешил и приласкал…

— Щёлк-щёлк! — сперва услышала звук, а потом увидела перед лицом мельтешащие пальцы. 

— Генерал Ирма, вы в порядке? Просто уснули или… — голос Кондрайна вырвал меня из розовых фантазий и вернул обратно в суровую реальность непривычного мира. 

— Всё нормально! — выпалила, не дав ему развить тему до каких-нибудь обидных умозаключений. — Просто очень устала. И проведённое под кроватью время тоже не прошло бесследно для моего хрупкого организма. 

— Вы правы. Позвольте, я покажу вам комнату, — мужчина накинул бархатный ""халат"" насыщенного зелёного цвета и направился к двери.

Я бы с удовольствием смылась куда подальше, но пришлось покорно тащиться за ним. На экскурсию. 

Да-да, прогулка по коридорам больше напоминала поход в музей. В средневековый замок с вычурной архитектурой в виде витиеватой лепнины на потолках и причудливых арок, массивных дверей с искусной резьбой, цветами (обычными, без зубов) в высоких горшках. А также старыми консервными банками в виде рыцарских доспехов, расставленных по углам и у стен, потемневших от времени гобеленов с изображениями битв или странных монстров, выгоревшими фресками и жуткими чучелами самых разнообразных животных…

Я так засмотрелась на всё это безобразие, что ухитрилась потерять из вида генерала. 

Меньше надо было ворон считать! Кстати, их попалась мне на глаза аж одиннадцать штук. И это если не учитывать целую стаю на одном из гобеленов. 

Повертела головой из стороны в сторону, в надежде хотя бы примерно понять куда именно делся хозяин всего этого великолепия, но генерала уже и след простыл.

— Твою ж мышь… — пробубнила себе под нос и просто пошла дальше по коридору. 

А что? Надежда, между прочим, умирает последней. Вдруг, сделаю ещё шаг и окажусь дома?

Вот уж действительно потрясающий выбор: пьяный в хлам сосед с окровавленным топором наперевес против рыцаря в глиняным горшком и хищным растением в придачу. Классно я попала, ничего не скажешь!

Когда вёл девушку по коридору чтобы показать комнату, задумался о том, как бы помочь ей быстрее наладить отношения с моим сыном, поэтому использовал время с умом. Рассказывал няне о подопечном. Что нравится, что нет. Как с ним найти общий язык… В теории. На практике ей придётся искать подходы самой. Но она генерал приюта, сама знала, потому сейчас меня внимательно слушала.

Наверное, я рассказал Ирме всё, что считал нужным, и последний поворот мы прошли молча. 

“Размышляет об услышанном”, — уважительно подумал я и отворил дверь в гостевую комнату, чтобы пропустить даму вперёд.

— Раньше здесь жила кормилица Тэда. Комната скромная, но уютная. 

Обернулся к девушке и замер. За мной никого не было.

Я даже рукой на всякий случай по воздуху провёл, вдруг Ирма каким-нибудь магическим артефактом невидимости воспользовалась. Только зачем ей это? С виду она девушка умная, понимает, что долговой браслет это не обманет.

Мелькнула мысль, что она могла попытаться сбежать и снять браслет у старого мага, но я отмёл её. Ирма  всё-таки достаточно хорошо понимала, где оказалась, а про законы, которые она нарушила, я рассказал. Скорее всего, она на что-то отвлеклась и заблудилась, а я, увлёкшись рассказом о своём сыне, упустил это и виду..

Сделал глубокий вдох, прикрыл глаза и погасил в себе желание притянуть её через магию браслета. Всё же это слишком жестоко, в артефакте есть и портальная магия, а я имею дело с девушкой. Она могла н заблудиться, а отлучиться по нужде, постеснявшись уведомить меня об этом.

Вздохнув, я развернулся и отправился обратно тем же путём, которым пришёл сюда. Заглядывал во все арки и закоулки, коих в нашем доме множество. В любом можно было найти что-то интересное, коллекции картин или оружия, статуи работ знаменитых скульпторов ил же тончайший фарфор. 

Но вот девушки нигде не обнаружил.  Когда проходил мимо спальни сына, рядом с комнатой которого и хотел разместить няню,  услышал звон разбившегося стекла, потом резкий звук, странное шуршание и сдавленный возглас. 

Распахнул дверь и вихрем ворвался в просторную светлую комнату. Скользнул взглядом по перевёрнутой кровати, осколкам вазы на полу и подбежал к распахнутому настежь окну. Выглянул на улицу и замер, забыв, как дышать. 

Мой мальчик лежал на каменной плитке и не шевелился, а на груди алело большое пятно. Уже мгновением позже я осознал, что это не кровь, а цветущая лиана, одна из тех, что  украшали стены нашего поместья. 

В прошлом я часто терял друзей. Тех, с кем в минуты затишья между сражениями делили чай из сухих кореньев и последний ломоть хлеба. Видел смерть от старости, когда дух отправлялся к предкам, покидая оковы бренного тела. Но никогда не мог смириться с тем, что на войне гибли молодые юноши. Дети! А тем более в мирное время. Смотреть же на неподвижное тело собственного  сына было невыносимо больно. 

К счастью, Тадиан тихо заскулил от боли и слабо пошевелился. И я втянул воздух в пылающие лёгкие. Прижал ладонь к груди, сердце из которой так и норовило выпрыгнуть. 

Жив! 

Перемахнул через подоконник и приземлился на ноги рядом с Тэди. Сорвал с груди исцеляющий амулет, который всегда был со мной и активировал его. Когда сын смог присесть, посмотрел ему в глаза и строго спросил:

— Ты собирался сбежать? 

Кивнул в сторону, где лежала небольшая сумка лежала, а из неё торчала клюшка для игры в крольф, краюха хлеба и свёрток чистой одежды. 

— Чего ты хотел этим добиться? Хотел, чтобы я искал тебя, а не жену?

— Да, — выпалил он.

— Забыл, что я на тебя рассчитываю? — я выгнул бровь. — Если ты сбежишь, кто присмотрит за оранжереей? 

— Зенн, — буркнул он. — А ещё ему Меара поможет, я бы договорился.

— Что будешь делать, если они пострадают? — сурово спросил я. — Ты и я обладаем уникальной магией, и нас хищные растения не трогают. Ты возьмёшь на себя ответственность, если слуга или вдова лишатся пальца, а то и руки?

— Прости, па.  — поник он. Я должен был что-то предпринять. Тебе не нужна жена и не нужны никакие отборы! 

Он всхлипнул и посмотрел на меня с тоской. 

— Ох, Тэди… — Я покачал головой, не зная как ещё объяснить, что я сам не рвусь жениться, но при этом не могу игнорировать приказ короля. — Даже если мне не удастся избежать этой женитьбы, ничего страшного не случится.

— Она меня возненавидит! — заявил он.

— Да с чего ты это вообще взял? Может быть она тебя полюбит. У тебя появится заботливая мама…

—Мачеха! — вспыхнул он.

— В доме станет уютнее, — спокойно продолжал я. — А если у тебя появится братик или сестричка,  будет веселее. 

— Братик? — он глянул исподлобья. — Тогда твой новая жена уж точно постарается от меня избавиться. И ты! Зачем тебе внебрачный сын, когда будет законный наследник?

Я поджал губы, понимая, что он боится, поэтому решил говорить строже.

— Сынок, ни один бой не был выигран, если  воины были настроены на поражение. Но если быть уверенным в том, что всё будет отлично, то и беда обойдёт стороной. А теперь давай посмотрим, как сработал артефакт. Если его бы недостаточно, вызовем целителя.

Подхватил сына на руки. Если кости были сломаны, то они уже успели восстановиться и срастись, а вот лежать на холодной земле никому ещё на пользу не шло. 

—  Всё равно поедешь?

— Да.

— Бросишь меня одного?

— Почему одного? Я тебе компанию нашёл. 

Точнее она свалилась на меня, а потом снова куда-то пропала.

— Я нанял на несколько дней очень опытную няню из “Чистых прудов”…

— Няню?! — его звонкий голос отразился от стен и разлетелся по всей округе. — Я маленький, что ли? Погоди… Откуда? Из “Чистых прудов”? Ты меня решил в приют отдать? Избавиться захотел, чтобы не мешал!

Я уже было подошёл к парадной, но тут остановился и внимательно посмотрел в глаза сына: 

— Не смей так говорить. 

— Поставь меня, вообще не хочу с тобой разговаривать! — на его щеке блеснула слезинка и скатилась к подбородку. Сын поджал губы, нахмурил брови и впервые в жизни смотрел на меня с ненавистью во взгляде. 

Решив не усугублять конфликт, отпустил его и жестом указал в сторону парадной. 

Тадиан выхватил у меня из рук сумку и побежал в дом, словно за ним гналась целая стая плотоядных саррацений.

И внезапно пришла мысль, куда могла деться Ирма. Если она в оранжерее, то надо спешить, чтобы спасти то, что осталось от няни.

Едва ли не впервые в жизни я чувствовала себя самой настоящей блондинкой. Вот той самой, из анекдотов, потому что иначе объяснить способность заблудиться в трёх соснах я никак не могла. 

Я всё шла и шла по коридорам, они сменялись один за другим, все были похожи, словно близнецы, и отличались только отпечатками пальцев… то есть гобеленами на стенах. Даже попыталась вернуться в комнате Кондрайна, но явно свернула не туда и заблудилась ещё сильнее. 

Подгоняемая непонятно откуда взявшимся страхом, на миг остановилась у окна, чтобы перевести дух, расслабилась, прикрыла глаза, вдохнула ароматы тёплой весенней ночи и смахнула слезинку. Обжигая кожу, она скатилась по щеке. 

Дома сейчас под окном цвела глициния, ночью её аромат пробирался в дом и помогал засыпать с улыбкой. В моей маленькой комнатке всё было расставлено так, как нужно. Там невозможно заблудиться. 

Сейчас даже воспоминания о ежедневных боях соседа и соседки казались чем-то родным и близким. 

А здесь всё было совершенно чужим, непонятным, незнакомым, ненужным! 

— Боже, за что? — прошептала тихо. Я ведь не просила о таких приключениях. — Как же я хочу домой…

Да, каюсь, что надеялась встретить достойного мужчину и создать крепкую, дружную семью. В детстве мечтала, что это будет самый настоящий принц, ну или на худой конец крутой бизнесмен, а сейчас… Наверное, к своим двадцати пяти годам я уже стала слишком вредной и самостоятельной. Вроде бы не против отношений, но вот впускать кого-то в своё личное пространство не хотелось от слова совсем. 

Эх, получится ли у меня вообще когда-нибудь вернуться домой? Что если я здесь застряла навсегда? 

Эмоции зашкаливали и норовили выйти из-под контроля. Это нужно было немедленно остановить, чтобы не расклеиться окончательно.

— Нет! — решительно сжала кулаки и покачала головой. — Я сильная, умная и самодостаточная женщина. Я не пасую перед трудностями. Ирма Самойлова никогда не сдаётся и всегда доводит дело до конца! 

Магия самоубеждения сработала, я сделала ещё один глубокий вдох и открыла глаза, готовая любой ценой найти генерала и заставить его вернуть меня на горячо любимую родину, но…

Всю решимость как рукой сняло, когда я увидела «очаровательного» трёхглавого пёсика, гостеприимно оскалившего на меня все три пасти. 

— Мамочки… — прошептала одними губами, а зверь зарычал. Наверное, понял, что его наконец заметили и сожрать меня по-тихому не получится.

Стараясь двигаться медленно и плавно, стала пятиться до тех пор, пока не упёрлась спиной в какую-то дверь. 

Вслепую нащупав ручку дрожащей рукой, нажала на неё, заскочила в комнату и с грохотом захлопнула за собой тяжёлую деревянную дверь. На всякий случай даже щеколду задвинула. 

Пёс несколько раз прыгнул на дверь, звонко гавкнул по очереди всеми тремя головами и затих. Ушёл что ли?

Чувство опасности миновало, адреналин схлынул, и я смогла трезво мыслить.

Первое, на что обратила внимание, оказался терпковатый запах разрыхлённого грунта. Обычно так пахло в теплицах, когда растения удобряли коровьим навозом. Суровый генерал выращивает огурцы? С интересом обернулась и  удивлённо приоткрыла рот. На меня смотрели десятки глаз.  Какие-то были парными, другие одиночными, а некоторые покачивались на усиках. Но все объединяло одно — их взгляды были голодными!

Я забежала, чтобы не быть сожранной, а оказалась в самой кошмарной оранжерее. На полочках здесь стояли  хищные цветочки, вроде милого Куся, только куда крупнее и казались озлобленными. 

Зажала рот рукой, чтобы не заорать и попыталась слиться со стеной. Правда, это не помогло, потому что одно из растений, самое любопытное и зубастое, протянуло ко мне тонкую лиану, а его красные глазки-бусины приблизились, вместе со всей прилагающейся к ним мордой, прямо к моему лицу. 

Нервно сглотнула и решила, что ссориться со столь очаровательной флорой не стоит, а значит придётся знакомиться. 

— Привет! — убрала руку от лица и, растянув дрожащие губы в улыбке, попыталась быть действительно дружелюбной. — Тебя можно погладить? 

Растение не ответило. Его тонкие лианы-конечности обвили мои запястья наручниками, а одна легла на шею ужасным ожерельем… Или удавкой? Но душить меня зубастик не стал. Замер, будто ждал ответной любезности.

Что ж…

Стараясь не думать об откушенных конечностях, протянула руку и осторожно коснулась лианы. 

Поняв, что жрать меня если и собираются, то не сразу, осмелела и погладила приятный на ощупь стебелёк. 

Растение встряхнулось, словно собака вылезшая из воды, и потянуло меня в центр комнаты. Как собачка на верёвочке я пошла за ним. 

Что тут началось! Меня касались то нежно, то скользяще, то хватали, требуя внимания. Некоторые особо ретивые растения  упорно бодались своими зелёными головами, вынуждая погладить их дольше, чем других. 

Едва я убирала руки, представители буйной флоры издавали странные звуки, очень уж похожие на рычание. Приходилось тут же исправляться и усердно наглаживать растения. Вот никогда бы не подумала, что подобные существа могут быть настолько любвеобильными!

Мне приглянулся невысокий цветочек с толстыми корешками, торчащими из горшочка. Прямо перед листьями, в том месте где корни сплетались в единое тельце, красовались глаза, нос в виде выступа на тонкой коре, и небольшой беззубый рот. Листья были чем-то похожи на морковные, только более широкие и такого невероятно насыщенного зелёного цвета. Он задумчиво стоял в сторонке и единственный не лез под руки.

Я хотела подойти к скромняге, но другие растения не давали этого сделать. 

В благодарность за ласку (или я просто была десертом?), они принялись облизывать меня своими длинными языками точно так же, как Кусь генерала, когда я только появилась в спальне. 

«Если Кондрайна до сих пор не сожрали, то и меня не тронут!» — мысленно решила я и, махнув на всё, наслаждалась общением с необычными питомцами. Они оказались совсем не злыми, а очень даже добрыми, и играть с ними было забавно. Я даже до стесняшки добралась и уделила ему капельку внимания, а цветочек заурчал, как довольный кот.

Не знаю сколько прошло времени, прежде чем кто-то принялся дёргать за ручку двери, но устала я к тому моменту знатно и почти насквозь промокла от слюней. 

Со стороны входа громыхнуло так, будто кто-то с ноги выломал щеколду. Только со всех сторон от меня были растения и закрывали обзор. 

— Ирма! — донёсся встревоженный голос генерала.

Кажется, меня наконец-то нашли…

Пока добирался до оранжереи, представил обглоданные кости, придумал, куда деть труп с пользой для общества и как объясниться перед приютом «Чистые пруды» и королём. Но ничего этого не понадобилось, поскольку горе-няня была жива и даже ничуть не искусана. Разве что облизана моими любвеобильными питомцами почти до потери сознания.

– Смирно! – рявкнул, как вошёл.

И растения вытянулись, в страхе трепеща листиками, пестиками и тычинками. Я не позволил себе умилиться, хотя в другой раз обязательно похвалю зелёных рекрутов, поскольку дисциплина явно подтянулась. Но до идеала нам с ними ещё полоть и полоть!

Опустившись на одно колено, подхватил Ирму на руки. Девушка томно посмотрела на меня и, призывно улыбнувшись, пролепетала заплетающимся языком:

– Красавчик генерал? Это действительно вы? А я тут немного заблудилась… Это ваши растения? Не представляла вас в роли селекционера… А чем вы их удобряете? Я бы прикупила пару мешков! Тогда картошка сама бы выкапывалась и сжирала колорадских жуков… Хи-хи!

Откинув голову, она заливисто рассмеялась, а я сурово посмотрел на беззубый цветочек с развитой корневой системой:

– Глюк! Твоя работа?

Мог бы и не спрашивать. И так понятно, что в кожу няни проникли выделения этого растения, и теперь она примерно в том же состоянии, если бы выпила сразу две бутылки крепкого красного вина, причём на голодный желудок.

Глюк виновато зашевелил листиками, показывая, что девушка сама его гладила, и он не виноват, и вообще держался подальше от этой прекрасной незнакомки. Кстати, как её зовут?

– Ирма, – машинально представил няню, и в оранжерее поднялся шум, как будто ветерок пошевелил листья. Невольно хмыкнул: – Она вас очаровала, как я посмотрю.

– Они меня тоже, – протянула девушка и снова посмотрела на меня так, что сердце пропустило удар. – И вы… Такой краси-и-ивый!

И провела по моей щеке ладонью.

– Так, всё, – я понёс Ирму к выходу, на пороге обернулся: – Сегодня без сладкого. Подумайте над своим поведением!

И снова по оранжерее пробежался шумок, но теперь возмущённый, а девушка надула губки и погрозила мне пальчиком:

– Не обижайте моих друзей! – А потом вскинула руки вверх: – Сладкого всем!

«Да-да, обязательно. Ещё сухого и креплённого…» — подумал, решив не провоцировать и не озвучивать эту мысль.

Растения обрадовались, клацая зубами, но я захлопнул дверь и запер её магией.

– Вам повезло, что живы остались, – процедил, пока нёс девушку к её комнате.

– Не хмурьтесь, а то морщинка появится, – она дотронулась указательным пальцем до моего лба. – Такой суро-овый!

И тут же расплылась в улыбке:

– И даже так красивый! Скажите, а вы качаетесь, или у вас от природы такое мускулистое тело?

– Ежедневно упражняюсь с мечом, – вырвалось у меня. – И…

Прикусил язык, ругая себя за бахвальство. Не время рисоваться перед няней из «Чистых прудов»! Мне во дворец спешить надо, чтобы успеть уговорить короля отменить отбор.  А тут то сын пытается из дома сбежать, то няня решила героически пожертвовать собой и сделать вклад своим соблазнительным телом в развитие научных исследований и практической работы по улучшению магических характеристик редких растений...

«Стоять, – осадил себя и с трудом отвёл взгляд от упругой груди. – О чём я вообще думаю?!»

Распахнул дверь, толкнув сапогом, и поставил няню на ноги.

– Примите ванну, чтобы смыть сок Глюка, поспите час или два, и всё пройдёт.

– Слушаюсь, мой генерал! – Выкрикнула она и, пошатываясь, приставила руку к виску. – Будет исполнено в точности! Так положено говорить?

И снова заулыбалась так, что захотелось растянуть свои губы в ответной ужимке, но я сдержался. Кивнул:

– Так точно.

– Так точно, – повторила она и вдруг обвила мою шею руками. Выдохнула мне в лицо: – Спасибо, мой фантастический спаситель!

И, приподнявшись на носочки, вдруг прижалась губами к моим.

Целовалась Ирма умело, и меня это задело. Значит, опыт у девушки немалый, раз моё тело мгновенно отозвалось на нехитрую ласку королевства. Или дело в долгом воздержании? Я стоял, будто оглушённый, не отвечая на её поцелуй и не отстраняясь.

А когда девушка отшатнулась и, вяло махнув рукой, побрела в сторону приоткрытой двери, за которой виднелась медная ванная, выскочил из комнаты няни и прижал ладонь к груди. Сердце колотилось так, будто вот-вот выскочит из груди.

– Кажется, я тоже испачкался в выделениях Глюка. Так, стоять. Скоро рассвет. Окунуться в купели и во дворец!

Исполнив свой нехитрый план, я облачился в дорожный костюм, написал короткую записку сыну и пространные инструкции няне, а потом вскочил на коня и понёсся во весь опор, мечтая, чтобы из головы выветрилось воспоминание о «сладком», которым меня неожиданно угостила Ирма.

Я влетел в комнату и хлопнул дверью так, что со стены упала картина, на которой была изображена молодая женщина с длинными тёмными волосами и улыбкой, которую я видел в зеркале каждый день. Отец часто говорил, что я очень похож на маму.

Всхлипнув, бросил сумку и подбежал к картине. Уселся на полу и, обняв колючую из-за корявой резьбы раму, дал волю слезам. Скрипнула дверь, и в комнату вполз Кусь. Он сразу направился ко мне, и я погладил тревожно урчащего любимца.

– Ничего не плачу, – обиженно сообщил ему. – Просто в глаз что-то попало.

Мне и так было стыдно, не хватало поучений растения. Я не ревел даже в трёхлетнем возрасте, когда меня укусила ядовитая змея. Лучше бы она и сейчас на меня напала! Да хоть стая, было бы не так больно. Как вспоминал разочарованный взгляд отца, так затылок сжимало льдом.

– Ненавижу его, – с чувством сообщил Кусю. – Гипотетическую мачеху тоже! И няню эту… Откуда она вообще взялась?!

Поднялся и повесил картину на место. Протёр рамку, которую сам сделал. Растение подползло и лизнуло мне руку. Я наклонился и подхватил горшок. Поставив на стол, заваленный рисунками, сел на стул и призадумался.

– Действительно, а как в наше поместье попала няня из «Чистых прудов»? Это невесть где!

Кусь мурлыкнул и помахал листиками, требуя ласки. Я погладил его и, глянув в окно, через которое были видны домики с оранжевыми крышами, озадаченно пробормотал:

– Если бы приезжала почтовая карета, ребята из деревни уже бы сообщили. Не из воздуха же она материализовалась?

Загадка так увлекла, что даже высохли слёзы.

– Говорят, в «Чистых прудах» все очень строгие, ведь они воспитывают преступников. Неужели эта женщина такая крутая? Интересно, какая у неё магия? Что, если она помешает моим планам?

Я поднялся, полный решимости.

– Надо узнать о няне всё, что потребуется.

Растение беспокойно забегало глазками.

– Для чего? – уточнил я и ухмыльнулся. – Для побега, конечно! Папа поймал меня на первой попытке, но второй помешать не сможет. Уедет же!

Кусь приподнял листочки, и я снисходительно пояснил:

– Да-да! Я хотел спрятаться в карете, тайком проехаться до дворца и сорвать отбор.

Растение задрожало, и я упрямо топнул.

– Не хочу, чтобы он женился! Ты не понимаешь… Новая жена меня со свету сживёт. Ребята из деревни рассказывали, как предыдущий хозяин этого дома женился во второй раз, так молодая жена рассорила его с детьми, а потом отравила мужа и продала поместье. Где она сейчас? Вот!

Кусь саркастично фыркнул.

– Конечно, мой папа умный, – без сомнений кивнул я и вздохнул. – Но когда мужчины женятся, то глупеют. Сам видел! Мой друг Вассений втюрился в девчонку из соседней деревни, теперь ходит и постоянно смеётся, будто его клюшкой для крольфа по затылку приложило. Даже не слышит что я ему говорю… Говорю тебе, папа влюбится в новую жену, а меня сошлёт в приют! Иначе, почему здесь появилась эта?..

Раздался стук, и слуга произнёс:

– Записка от вашего отца.

Открыл дверь и выхватил лист.

– Оранжерея на тебе, – прочитал Кусю. – Если случится что-то плохое, отправлю в «Чистые пруды».

Бросил записку вверх и, сплетя простейшее заклинание огня, сжёг его. Повернулся к Кусю и процедил:

– Я же говорил. Он хочет от меня избавиться!

Листочки растения поникли, а я сжал кулаки.

– Няня, говорите? – ухмыльнулся так, что Кусь отскочил от меня. – Посмотрим, сколько она продержится.