Оберег от истинности

– Повторяю последний раз, назовитесь, кто вы и что тут делаете, или через мгновение вся Академия узнает о вашем вторжении!

Стараясь, чтобы голос не дрожал, я смотрела на вальяжно развалившегося на обеденной скамье незнакомца в упор, ловя каждое незаметное движение и чувствуя, как во мне готова выплеснуться накопившаяся магическая энергия… Но он ничего не предпринимал и только рассматривал меня в ответ с расслабленным видом, что напрягало ещё больше. В отблесках светильника, висевшего у меня на поясе, мужчина выглядел совсем молодо. Темные, вьющиеся волосы, правильные, благородные черты лица, хитрый прищур глаз… Незнакомец был красив, и если бы не ситуация, можно было бы переглядываться дальше. 

Но! На дворе глубокая ночь, после отбоя разгуливать по Академии нельзя было никому, кроме преподавателей, а тут сидит неизвестно кто как у себя дома, молча и в абсолютной темноте. И одет был необычно для Академии – тёмный, расстёгнутый камзол, из-под него выглядывала черная рубашка, и по отблеску ткани – явно шелковая, из тех, что хочется потрогать, и страшно замарать своим прикосновением. Дорого, красиво, и очень ему шло, надо заметить.

Я поджала губы – что за мысли лезли мне сейчас в голову? Сдув с глаз непослушную прядь волос, я призвала свой дар и подняла левый кулак, боковым зрением замечая окутывающее его золотое сияние. 

Мужчина выпрямился, а я напряглась, пытаясь предугадать его дальнейшее действие.

– Приятно встретить такую бдительность. Алронд Вэйл, – глубокий баритон звучал мягко, словно пытался успокоить. – Бывший преподаватель практической магии, вчера вернулся, снова буду наставлять неокрепшие умы, – он вдруг обезоруживающе улыбнулся, видя моё замешательство. – Можете позвать самого ректора Каэла хоть прямо сейчас, но думаю, он не будет в восторге ни от раннего пробуждения, ни оттого, что вы здесь. Думаю, теперь ваша очередь?

Мой воинственный вид струйкой пота стёк у меня по спине. Как же “повезло” – нарваться на нового преподавателя в столовой после комендантского часа! Я чуть не застонала в голос. Ректор ведь предупреждал, что в Академии будут новые лица с начала этого года. 

В Академии я и так была белой вороной, что среди студентов, что среди преподавателей. Но наживать себе нового недруга не входило в мои планы. Поэтому я постаралась принять самый раскаивающийся вид и кротко села на скамью, сложив руки на коленях.

– Простите, мастер. Я – Эльдреда Амон, последний курс. Но встретить незнакомца посреди ночи в Академии после отбоя, сейчас, когда происходят эти нападения… Может взволновать кого угодно.

Лицо мужчины вытянулось, словно от удивления, черты заострились, но лишь на миг. Он усмехнулся. 

– Понимаю. Но что вы здесь делаете, адептка Амон? На последнем курсе комендантский час не отменяли.

Я не знала, что ответить. Не очень хотелось объяснять малознакомому человеку, на что способна моя магия, которая не укладывалась в известные наукам рамки, за что обитатели Академии меня недолюбливали и побаивались. Что я и охранные чары Академии обуздать могу, и энергетический отпечаток умею прятать, поэтому не попадаюсь так глупо… И много ещё других фокусов знаю, которые не под силу рядовому магу. И, раз уж мне не спится, могу лишний раз в библиотеке посидеть, а тут некстати чаю с пирожками захотелось… 

– В защите есть бреши, – вздохнула я, раскрывая часть правды. – Тот, кто её ставил, не всё учёл, и сейчас она тем более требует обновления.

Мужчина нахмурился, подался вперёд.

– Не всё учёл? От преподавателей я слышал, что в Академии можно королевскую сокровищницу хранить. Или у вас другое мнение?

Похоже, ему было искренне интересно, что я об этом думала. 

– Не хотелось бы оспаривать слова преподавателей, – я пожала плечами. – Но защита всегда может быть улучшена, особенно когда сталкивается с чем-то новым.

Я не стала продолжать, не уверенная, насколько хорошо был осведомлен этот мастер Вэйл. Если он не знает о ситуации, и сейчас действительно приехал по приглашению ректора, пусть ректор ему всё сам и рассказывает.

Но он кивнул, соглашаясь, а я была рада, что его внимание заострилось на проблемах в защите, а не на том, как я её обошла.

– Звучит разумно, адептка Амон. Действительно, всё указывает на то, что в магических измерениях появилось что-то неизвестное. Не исключаю и новые измерения, которые мы не предусмотрели ранее… 

Он продолжал рассуждать, а меня словно обухом огрело. Я же не видела его, когда просматривала энергетически помещения Академии, чтобы налить себе посреди ночи чай! Пошла так смело в кухню только потому, что никого в обеденном зале не было! Не-бы-ло! 

Молча хлопая глазами, будто внимательно его слушая, я постаралась сделать рукой незаметное движение, творя заклинание поиска человеческой энергии. Оно мне ничего не дало, словно рядом со мной сидела иллюзия… Или не человек.

После второй попытки с чарами поиска я наткнулась на взгляд Алронда Вэйла, кем бы он ни был. Уголки его губ поползли вверх, очевидно уже какое-то время он наблюдал за мной. 

– Я знаю эти чары, сам ими часто пользуюсь. Но, видя удивление на вашем лице, отвечу сразу – да, они на мне не срабатывают, – я пораженно уставилась на него, а он пожал плечами, как будто извинялся за это недоразумение. – Видимо, пока мы с вами останемся при своих секретах.

Я уже собиралась спросить, почему, но мастер Вэйл приложил палец к губам, склонив голову набок. 

– В нашу сторону кто-то идет. Надо спешить, если не хотите попасться.

Мой непонимающий взгляд сказал лучше любых слов, и он добавил:

– Не очень хочу снова отвечать на неудобные вопросы. Если вы мне не доверяете, можете попытаться задержать, и тогда нас точно услышат. Но если завтра вместо занятий вы будете отрабатывать наказание, уверен, будете долго жалеть, что не согласились уйти со мной.

Мысль на первый взгляд показалась здравой, и я кивнула. Он резко встал, оказавшись слишком близко, и я почувствовала необъяснимый аромат, исходящий от него. В голове возник образ хвойного леса после дождя. И еще мастер Вэйл был горяч. Во всех смыслах – помимо высокого роста, явно подтянутого торса и широких плеч, от него исходил жар, как от камина. Это приятное тепло расходилось по всему телу, заставляло хотеть прикоснуться к его источнику. Я подняла глаза, и поняла, что мастер Вэйл с прищуром заглядывал куда-то в глубину выреза моей рубашки. Спустя мгновение, до меня дошло, что он рассматривал мой амулет, показавшийся наружу, и я инстинктивным движением запрятала его обратно. Почудилось, будто металл потеплел, а мужчина, едва морща нос, словно принюхиваясь, выпрямился. Мгновение, и его лицо разгладилось, а мне стало немного не по себе. Что он там унюхал? В купальне я была сегодня утром…

Пока я об этом думала, он вдруг бесцеремонно схватил меня за запястье, и тут что-то произошло. Амулет, ни разу за шесть лет меня не беспокоивший, вдруг словно раскалился на коже. Я резко втянула носом воздух и невольно схватила свободной рукой цепочку, отодвигая его от тела, но он остыл так же резко, как нагрелся. Я подняла взгляд на мастера Вэйла. Он испытующе смотрел на свою руку, которой мгновение назад держал меня. 

– А это интересно… – пробормотал он, медленно переведя взгляд на амулет, который я опять убрала обратно. – Попробуем еще раз.

Он будто набрал в грудь воздуха и снова без разрешения дотронулся до меня. Мне стало интересно, как себя поведет амулет в этот раз, поэтому я не отстранилась и тем более не возмутилась. Но теперь он просто немного потеплел. Вэйл кивнул, будто решив что-то для себя, и вдруг двинулся в сторону выхода из зала, потащив меня за собой. Никогда не умеющая быстро реагировать, я совершенно безучастно смотрела на свою руку, которую крепко держали мужские пальцы. Мысли путались. Неужели всё-таки поведет докладывать о моем нарушении… 

– Я знаю тут один проход, – мы неожиданно остановились. Мастер Вэйл отпустил меня и отогнул тяжелую, пыльную ткань гобелена, украшенного охотничьими и пиршественными сценами, которые покрывали каменные стены обеденного зала. Ладонью он нажал на один из камней, и в ответ послышался щелчок и тихий скрежет. Обеими руками Вэйл надавил на участок стены, и тот вдруг провалился внутрь, в свете фонаря обретая форму дверного проема. Легко и бесшумно, словно его каждую ночь смазывали, проход отъехал в сторону, открывая путь.

Мы ступили внутрь – моя нога поехала куда-то вниз, и я, пискнув, покатилась бы по крутой темной лестнице, если бы Вэйл не обхватил меня сзади.

– Адептка Амон, – услышала я у своего уха, отчего мурашки побежали по шее, – Я сейчас закрою проход, и лучше возьмитесь за меня покрепче. 

Закрыв проем, он протянул ладонь. Поколебавшись, я с опаской взяла ее, но амулет молчал, и мы начали спускаться вниз. Лестница, оказавшаяся не такой уж длинной, привела в простиравшийся с двух сторон каменный коридор – холодный, узкий и неосвещенный, но сухой и достаточной чистый, насколько я могла разглядеть со светильником. Практически прямой, он иногда зиял чернотой ответвлений, возможно, в разные залы, а то и этажи. В голове мелькнула досадная мысль, что за почти шесть лет учебы в Академии, я только сейчас узнала о существовании в ней потайных ходов. 

Мы могли бы уже отпустить руки, ведь лестница закончилась, а пол был ровным, но никто из нас этого не сделал. Я продолжала держать шершавую мужскую ладонь, и меня охватывало странное, но приятное чувство спокойствия. Его прикосновение будто придавало уверенности и согревало в темноте. Может, какая-то легкая ментальная успокаивающая магия? 

Наконец, мы добрались до прохода, который вёл по лестнице, но теперь вверх. Пройдя вперед, Вэйл проделал со стеной те же манипуляции, что и в обеденном зале. Проём открылся, и мы вышли в коридор общежития, совсем рядом с моей комнатой. Вэйл быстро оглядел коридор и повернулся ко мне.

– Здесь мы с вами распрощаемся. Доброй ночи, адептка Амон.

Моя рука выскользнула из его, и я замерла, отчаянно желая продлить эту странную ночную встречу. Подняла глаза, Вэйл с ожиданием смотрел на меня. Вдруг на ум пришел вопрос, и я уже набрала воздуха, чтобы его задать, как вдруг:

– Алронд! – сзади воскликнул женский голос, и я повернулась к его обладательнице. Темноволосая стройная девушка в длинном ночном халате, подняла светильник повыше, разглядывая нас с недоумением, – Дорогой, что ты тут делаешь?

Девушка застыла, ожидая ответ на свой вопрос. При этом она окинула меня таким взглядом, будто я была слизняком, прилипшим к одежде мастера Вэйла. 

– Ирия, – он, казалось, был удивлен не меньше меня. – А что ты здесь делаешь? Ты не спишь? 

– Нет, – она повела плечом, отчего ткань халата чуть сползла, – Я хотела обсудить с тобой будущее собрание, но в твоей комнате тебя не было, и я вернулась обратно. Меня разместили тут, в общежитии старших адептов… 

– Мы можем обсудить его сейчас, если у тебя есть силы. Спать мне еще не хочется.

Ответ воодушевил эту Ирию, и она с жаром закивала, уже собираясь что-то ответить, но мастер Вэйл перебил ее:

– Только сначала я провожу адептку в ее комнату.

 – Как?.. – она вперилась взглядом в меня, словно разом осознавая, что я еще нахожусь тут и имею некую роль в этой сцене. – А что она делает в коридорах Академии посреди ночи?

Тут уже у меня внутри начало подгорать, как выражались сейчас Фениксы. Даже несмотря на то, что речь шла обо мне, она задала этот вопрос мастеру Вэйлу, явно меня игнорируя. Весь ее вызывающий внешний вид и этот тон – сюсюкающий по отношению к мастеру Вэйлу, и при этом высокомерный в отношении меня, вызывали самое неприятное впечатление. Я впервые ее видела – поистине, ночь была богата на незнакомцев, но даже если это еще одна преподавательница, все говорило об одном – мы с ней не сработаемся. 

– То же, что и все тут присутствующие – не спит, – я вложила весь яд в этот ответ, и, выдержав паузу, уже спокойнее добавила, – мастер Вэйл, не нужно меня провожать, комната совсем рядом. Доброй ночи.

Не дожидаясь реакции, я развернулась и быстро пошла к левому крылу. Моя комната действительно находилась близко с тем проемом откуда мы только что вышли. Интересно, эта Ирия следила за нами, или подошла уже после того, как мастер Вэйл закрыл проем? Никто и не догадался просмотреть коридор, вдруг там кто-то уже был? Или это я не догадалась, а мастер Вэйл сотворил чары и всё видел? За этими размышлениями я подошла к своей двери. Уже собиралась закрыть её за собой, но вдруг услышала быстрые нагоняющие шаги, и, подняв глаза, увидела мастера Вэйла. Он молча смотрел на меня глубокими темными глазами.

– Я же пожелала доброй ночи, – я взялась за дверную ручку, подняв одну бровь и стараясь выглядеть невозмутимой. – Вот моя комната, не стоило беспокоиться…

– Это Ирия Ларси, моя коллега, – перебил меня мастер Вэйл. – Приехала вчера вместе со мной. У нее довольно редкий вид магии, она тоже будет преподавать и помогать мне… в решении некоторых вопросов.

Я застыла в дверном проеме, пытаясь понять, зачем он это объясняет, и как мне реагировать. Да и мне хотелось поскорее добраться до кровати – видимо, ночные приключения, наконец, дали о себе знать. Многовато впечатлений для обыкновенного вечера я получила всего за… один час? Казалось, он вместил в себя целый день.

И в то же время где-то в глубине сознания билось иррациональное желание поговорить с Вэйлом подольше. Он молчал, словно ожидая мою реакцию, а я не знала, что ответить, во рту всё онемело. 

– Хорошо. Спасибо, что выручили и показали проход, – промямлила я, втайне довольная собой, что хоть слово выдавила. 

– Вы очень необычная адептка, – тихо сказал мастер Вэйл, подходя ближе. Мне снова показалось, будто он принюхивается, хотя в темноте коридора сложно было сказать однозначно. Амулет будто снова потеплел. Стало неловко, потому что я продолжала пялиться на него, а он – на меня.

– Вы… тоже не совсем обычный преподаватель, мастер.

Щеки вспыхнули, и я понадеялась, что ему это не было видно. Уж лучше было промолчать, чем такую чушь говорить.

Мужчина неожиданно серьезно кивнул, и, бросив короткое “Доброй ночи”, быстро пошёл по коридору обратно.

Заперев дверь комнаты, я, с тяжелым вздохом, оперлась на нее спиной, переваривая произошедшее. В голове всплыло “решение вопросов”, упомянутое мастером в адрес этой Ирии. Раздраженно фыркнув, я против воли в красках представила, какими вопросами могут заниматься посреди ночи два взрослых привлекательных человека.

Усталость, наконец, взяла свое, и я решила не напрягать и без того утомленную голову пустыми размышлениями. Завтра всё должно было стать яснее. Стащив туфли, я, как есть, одетая, легла прямо на застеленную кровать, свернувшись калачиком среди валяющихся на ней книг, и моментально заснула.

– Эль, вставай! – в дверь забарабанили, наверное, через секунду после того, как я провалилась в сон. Недовольно промычав, я накрыла голову подушкой. Грохот продолжился, но уже очень глухо, что меня вполне устроило. Потом до меня смутно дошло, что я не настраивала будильник. И что вряд ли Дэрек будет кричать посреди ночи на весь коридор.

– Эльдреда, мы опоздаем!

Осознание накрыло лавиной. Как ужаленная, я подскочила с кровати, случайно сбросив книги на пол, и подбежала к зеркалу. Скривилась от своего вида – растрепанные из косы русые волосы напоминали птичье гнездо, синяки под глазами оттеняли их и выглядели, будто нарисованные. Я наскоро оправила мятую рубашку, пальцами зачесала за уши выбившиеся пряди, схватила сумку и открыла дверь, чуть не сбив стоявшего за ней Дэрека. Судя по ошарашенному виду, он едва не получил наотмашь по носу.

– Привет, – сконфуженно улыбнулась я, похлопав друга по плечу, и мы вместе почти бегом двинулись в зал собраний. – Который час? Я даже в окно не успела выглянуть.

– Собрание через… – недовольно цыкнув, Дэрек на ходу достал висящие на цепочке часы. Я едва поспевала за ним, своими длинными ногами он делал шаг, а мне приходилось делать, минимум, пять. – Меньше, чем через три минуты. Ну ты даешь! Там уже все расселись, ждут ректора. Так и знал, что ты опоздаешь, но все равно стоял там и до последнего ждал, как дурак. Надеюсь, Джиа с Зейном держат места. 

– Они там? – я зевнула, поправляя съехавшую от быстрого шага сумку. – Пойдем тогда помедленнее…

 – Говорю тебе, все уже там! Если бы ты не спала, как сурок, после своих похождений, – друг покосился на меня, улыбнувшись на скорченную в ответ мину. – Мы бы не бежали, словно за нами Падший гонится. Не отставай!

Я уже хотела сказать, что так медленно от Падшего, не бегают. Слишком уж неуважительно по отношению к древнему темному магу. Но, решив поберечь дыхание, промолчала. Коридоры Академии были пусты, все, видимо, уже собрались в зале, и наши шаги гулким эхом отдавались от каменных стен. 

– Тихо, – настороженно заметил Дэрек, подходя к залу. У него даже дыхание не сбилось, в отличие от меня – наверное, я выглядела сейчас еще хуже, чем после пробуждения, – Похоже, все началось раньше. Нам конец.

Дорогие читатели!
С трепетом публикую свою первую книгу на портале. Надеюсь на вашу поддержку в виде лайков, комментариев и библиотек!

Добро пожаловать в магическую Академию Кадарат!
Вас ждут яркие эмоции, трепетные чувства и захватывающие приключения!
Представляю наших главных героев:
Наша умница и скромница, адептка Эльдреда Амон

Загадочный и обаятельный преподаватель Алронд Вэйл

У каждого из них есть свои секреты, которые мы с вами будем раскрывать вместе.
Познакомиться с героями поближе, узнать их тайны, страхи, желания и надежды вы сможете в следующих главах!

А пока я хочу представить вам произведения других участников нашего горячего летнего флэшмоба об истинной любви. Смесь романтики, приключений и юмора не оставит вас равнодушными! 
Скорее нажимайте на картинку!

Дэрек прижался ухом к высокой двери зала собраний, и я тоже смогла различить голос ректора, произносящий, скорее всего, приветственную речь. Друг потянулся к ручке.
– Может нам дождаться, когда он договорит, и не прерывать на полуслове? – прошептала я.  
– Да, а потом он будет рассказывать действительно важные вещи, и мы войдем как раз в этот момент! – скривился Дэрек. – Нет уж, идем.
Дверь открылась бесшумно, мы проскользнули внутрь круглого зала тише мышей, но орлиный взгляд ректора, стоявшего в центре на высокой кафедре, тут же остановился на нас. Он молчал, сверля нас голубыми, как небо, глазами, глубоко засевшими под седыми бровями. Старшие адепты, сидящие на верхних рядах, обернулись рассмотреть нас, кто-то с возмущением нахмурился, кто-то насмешливо улыбнулся. Мы с Дэреком замерли, почтительно склонив головы.
– Адепты Амон и Брайс. 
Где-то в зале раздалось негромкое “Ну кто же еще!”, суровый взгляд переместился туда, и негодование тут же стихло.
– Надеюсь, я не отвлек вас своими пустяками от важных дел? Проходите. 
В звенящей тишине, все также сопровождаемые пристальными взорами, мы оглядели зал, наткнулись на повёрнутые к нам головы Джии и Зейна, которые выглядели очень сконфуженно, потому что места рядом с ними уже были заняты их однокурсниками из группы Фениксов. Нам ничего другого не оставалось, кроме как, встать у колонн рядом со входом – с этого места мы видели только ближайшие три ряда и самого́ ректора. 
– Продолжим, – ректор окинул взглядом зал. – Меня радует видеть в этом году знакомые лица, лояльные нашей Академии, но я не могу не упомянуть тех, кто по разным причинам не смог присоединиться к нам сегодня. Некоторые из ваших товарищей и моих коллег решили покинуть нас, чтобы помочь защитить нашу страну, свою семью или саму магию. Мы должны уважать их решение. 
По залу пролетел шёпот. Я, не обращая внимания на слова ректора, вытянула шею в любопытстве, пытаясь разглядеть преподавательский ряд. Мне очень хотелось убедиться, что ночное приключение мне не приснилось – или, чего хуже – я не проворонила чужаков, пробравшихся в Академию и наплётших мне небылицы про себя. Но мастера сидели в самом низу перед кафедрой ректора, и я едва увидела только пару знакомых мне макушек.
– Ваше решение остаться здесь – это не только выражение преданности нашим идеалам, но и залог того, что вы готовы принять на себя ответственность за своё будущее и будущее нашего мира. Помните, что магия – это не только сила, но и ответственность…
– Необычное начало, про ушедших, – прошептал Дэрек, толкая меня локтем. Зал зашелестел шепотками, по-видимому, тоже обсуждая речь, – Хотя понятное, учитывая времена… кстати, ты слышала, что вчера из сиротского дома в портовом районе Арнстада похитили детей?
Я покачала головой, внешне оставаясь спокойной, хотя внутри у меня всё похолодело. Сироты… всегда самые уязвимые… Окунуться в эти мысли с головой я не успела.
– Также я хочу представить вам новых преподавателей, – ректор повысил голос, и все снова смолкли. – Взамен покинувшего нас мастера Хойса учить защитной магии вас будет мастер Алронд Вэйл, выпускник нашей Академии.
Я резко протиснулась между впереди стоящих сидений, задев двух девушек из группы Кракенов, которые были этим не очень-то довольны. Обе зашипели на меня в унисон, ругаясь на мою бесцеремонность. Но мне очень хотелось увидеть воочию подтверждение словам ректора.
Алронд Вэйл поднялся, лёгким кивком здороваясь с другими преподавателями. На нём был строгий тёмный камзол и чёрная рубашка с закатанными до локтей рукавами, обнажавшими натренированные сильные руки. Закончив приветствовать коллег, он медленно обвёл взглядом адептов, прищурившись, словно искал кого-то. Чуть задержавшись взглядом на том месте, где я стояла, он легко улыбнулся и вернулся на сиденье. 
Сердце у меня пропустило удар, к щекам прилила кровь. Конечно, мне это могло и почудиться, а судя по восторженному писку Кракенов у моих ушей, они приняли это и вовсе на свой счёт, предположив, что внимание досталось им.
– Видели, какой красавчик? – блондинка, кажется её звали Мия, повернулась к своей подружке, втягивая и меня в разговор.
– Защитка теперь будет моим любимым предметом! – подмигнула её подруга. Я криво улыбнулась, больше из вежливости, но промолчала и уже собиралась отодвинуться, как ректор продолжил:
– И представляю мистрис Ирию Ларси, она возьмёт на себя труд по преподаванию рунологии. Два свежих молодых лица в составе Академии в наше непростое время радуют меня. Давайте поприветствуем наших новых коллег и наставников!
Каэл хлопнул в ладоши, и весь зал присоединился к нему аплодисментами. Я мрачно разглядывала Ирию Ларси, она мило улыбалась всей аудитории своими пухлыми губами, вызывая фурор теперь среди мужской части Академии. Дэрек одобрительно хмыкнул сзади, а Кракены рядом со мной даже чуть приуныли. Длинные чёрные волосы Ирии рассыпались по плечам, строгий, но элегантный тёмно-красный камзол облегал стройную фигурку – конечно, она притягивала взгляды, но я не могла отделаться от мысли, что это просто ядовитая змея под красивой чешуёй. Но как бы то ни было, мне ещё предстояло работать с рунологами, поэтому мои эмоции нужно было задвинуть в самый дальний угол.
– На этом собрание окончено, – донёсся до меня голос ректора. – Все свободны, возвращайтесь к своему расписанию. 
Зал зашумел, адепты и преподаватели начали вставать со мест, и чудом среди этой возни я услышала:
– Адептка Амон, останьтесь и подойдите ко мне.   

Чтобы попасть к ректору, я ждала, пока поток адептов, выходящих из зала, пройдёт мимо. Дэрек пообещал ждать меня в обеденном зале – перед первым предметом мы должны были успеть позавтракать, и я, чувствуя, как схватывает от голода желудок, искренне надеялась, что ректор не задержит меня надолго, и я успею перехватить хоть кусок хлеба. 

Странно, но ни Ларси, ни Вэйла я среди покидающих зал не увидела. Чтобы занять руки и успокоиться, поправила волосы и разгладила рубашку.

Ректор и Ларси с Вэйлом действительно стояли рядом с кафедрой, негромко переговариваясь. Я торопливо спустилась и застыла чуть поодаль, ожидая, когда они закончат обсуждение. Наконец, ректор заметил меня и, вопреки моим опасениям, что сейчас меня будут прилюдно ругать, широко улыбнулся.

– Эльдреда, мастер Вэйл и мистрис Ларси будут в числе преподавателей, с которыми тебе выпала честь плотно поработать в этом году, – он протянул руку и, когда я подошла ближе, покровительственно положил её на моё плечо. – Мастер Вэйл – умелый менталист, он не так давно выпустился из Академии, и я могу по пальцам сосчитать магов с такими способностями в создании барьеров! А мистрис Ларси, великолепный рунолог, получила наилучшие рекомендации от Академии Когис. Господа, это Эльдреда Амон, шестой курс, из группы Грифонов. Вот, опоздала сегодня на собрание. Одарённый ребёнок, но никакой дисциплины!

Я слегка покраснела, разглядывая мраморный узор на полу. Распекать, словно маленького ребенка, ректор Каэл умел как никто.

– Да, мы заметили, – донёсся до меня холодный тон Ирии. Я тихо вздохнула, сдерживая иррациональное желание снова ей нагрубить. 

– Дар Эльдреды не поддаётся классификации, – ректор понизил голос, сократив с ними дистанцию, продолжая держать меня, как на аркане, так что мне тоже пришлось приблизиться. – Однако за те шесть лет, что она учится здесь, мы с кругом преподавателей смогли более-менее описать его. Что-то от ментализма, что-то от барьерной магии, элементализм тоже присутствует. Такое ощущение, будто дух самой Эльдреды не смог определиться, пожадничал и взял себе самое лучшее от всех видов магии. Она сильнее любого из нас. Но, к сожалению, она на каждые чары тратит вдвое больше окружающей энергии и сил своего разума, чем остальные…

Я стояла с невозмутимым видом. Уже настолько привыкла, что я кто-то вроде подопытной зверюшки в Академии, которую сперва препарируют и исследуют, а потом заставляют прыгать через горящее кольцо… Несмотря на это, я знала, как относится ко мне ректор, что он хочет помочь и мне, и окружающим, поэтому ничего из того, что он говорил, не попирало мою гордость. Я даже знала, какие вопросы обычно вызывает рассказ о моих способностях. Она союзник или враг? Она опасна? А можно ли её как-то использовать?

– Как интересно, – задумчиво глядя на меня протянул Вэйл, подкрепляя мои предположения, – Подобные таланты нужны королевству, вы не думали служить среди гвардейских магов или законников? Ректор Каэл наверняка даст вам лучшие рекомендации. 

– Я хочу преподавать, – тихо, но твёрдо ответила я. – Преподавать здесь.

– Но ваш дар может серьёзно подкрепить оборону королевства…

– Мастер Вэйл, Эльдреда ещё учится и как сирота находится под опекой Кадарата. И – клянусь Скрытым – пока в ней ещё столько неизведанного, самую большую пользу она принесёт в этих стенах, – поднял вверх палец ректор, сжимая моё плечо сильнее. – Лучшие умы королевства изучают этот феномен, благодаря ей было сделано не одно открытие. И ведь мы не знаем, одиночная это аномалия, или такие маги будут появляться и дальше? Преподавание в стенах академии – лучшее применение её силе, я с этим полностью согласен.

За что я всегда была благодарна – за то, как он меня защищал. Но, судя по лицу Вэйла, препираться с ректором он не собирался, лишь с задумчивым интересом смотрел на меня. Ирия наклонила голову, прищурившись:

– Но, мастер-ректор, разве не опасно, что неизвестная сила находится рядом с большим количеством адептов и преподавателей? Неконтролируемые вспышки магии могут быть у всех, но большая часть студентов хотя бы понимает их природу! 

Я посмотрела ей прямо в глаза. С одной стороны, я чувствовала внутри себя полное неприятие её вопросов и требований. Ну что делать, если я с первого взгляда её невзлюбила? С другой стороны, мне сейчас нужно было умерить свою гордость. Какое бы ни было у меня к ней отношение, она была преподавателем и имела полное право знать, с кем будет работать. 

Медленно, держа за цепочку, я вытащила из-под ворота рубашки медальон. Отполированное серебро сверкнуло в лучах солнца, пронизывающих стеклянный купол зала. 

– Это работа нашей мистрис-артефактолога Ларассы, – показала я, с нежностью проводя пальцем по граням рун на ободе. Медальон потеплел, словно отвечая на моё прикосновение – Он уравнивает мой дар с остальными студентами. Тут заложены чары успокоения, стабильности, защитные барьеры… Я ношу его уже больше шести лет, и с ним у меня ещё не было проблем. 

Ирия, не отрывая взгляда от медальона, подошла ближе и протянула руку. Я сжала его в кулаке, отодвигаясь. Не разрешала никому, кроме ректора и артефактолога касаться его. Ирия, видимо, расценила это по-своему, и, снова встав рядом с Вэйлом, ядовито улыбнулась.

– Что–то вроде строгого собачьего ошейника, да? – у меня внутри всё начало закипать от этого сравнения, она это заметила, но перевела взгляд на ректора, неуловимо нахмурившегося, – И всё же – медальон можно снять, неужели правильно оставлять ей полный доступ к единственному ограничителю своей силы? Эту сдерживающую магию нужно… я не знаю… сделать в форме неснимаемого браслета, может, выжечь руны на коже… возможно, даже на голове, мы же говорим об ограничениях силы разума, верно? Такой свободный подход слишком опасен…

Я смотрела на неё в упор. Она серьёзно? Внутри мелким червячком завозился страх. А что, если другие преподаватели согласятся с ней? Такое уже предлагали, когда я только попала в Кадарат. Посадить меня в клетку, запереть в самой высокой башне, изолировать на необитаемом острове в магической тюрьме, в конце концов убить, чтобы не произошло чего… Но ректор заступился за меня, а другие преподаватели быстро убедились, что я могу себя контролировать и никому не желала зла, не тёмная же я какая-нибудь…

– Ирия, – успокаивающим тоном сказал Вэйл, не отрывая от меня взгляда. – Думаю, нам нужно поближе познакомиться с адепткой Амон, посмотреть её магию в реальности. Тогда мы сможем делать свои выводы и спланировать наши дальнейшие действия.

Я не до конца понимала, что он имеет в виду, но почувствовала, как пальцы ректора Каэла сжались на моём плече.

– Именно, мастер Вэйл! Тем более, что вы ещё не в курсе, что... 

На лестнице послышались торопливые шаги, и к нам сбежал секретарь ректора, молодой маг-защитник Калеб. Переводя дух, он пару мгновений настороженно осматривал нашу компанию, словно удивляясь, что нас всех тут собрало, и обратился к ректору.

– Простите за беспокойство, мастер-ректор, но нам нужно ваше внимание в южном крыле. Там произошло что-то странное.

Ректор нахмурился, отпуская моё плечо.

– Мы продолжим наш разговор позже. Эльдреда, иди на завтрак и подготовься к занятиям. Алронд и Ирия, останьтесь.

Слегка поклонившись, я практически взлетела вверх по лестнице. Голову давило от напряжения. Когда я открыла дверь в коридор, то услышала голос Калеба:

– Мастер-ректор, всё указывает на тёмную…

В коридоре громко рассмеялась одна из адепток, заглушив окончание фразы. Я напряжённо вслушивалась, но внизу Калеб, видимо, перешёл на шёпот, поэтому мне пришлось закрыть дверь.

В обеденный зал я практически влетела, желая, наконец, позавтракать и заодно рассказать друзьям о моём разговоре с ректором и Алрондом с Ирией. Разглядев белую макушку Дэрека и чёрные кудри Джии в углу зала, я сперва рванула сначала к буфету, схватила пирожки и кофе, и только потом пролавировала между столами к ребятам. Адепты других курсов провожали меня безразличными взглядами, не отрываясь от разговоров или остатков завтрака. С начала года я видела всех вместе впервые, не считая зала собраний, и смогла лишь мимолётом оценить количество отсутствующих. Не так уж и много ушло. На душе стало чуть легче. Но всё равно даже мне это было неприятно видеть – странные происшествия взволновали адептов и их семьи настолько, что люди решали держаться вместе в своих домах, а то и бежать в соседнее королевство Нарсир. 

– Отчитали тебя? – доедая пирожок спросил Дэрек. Я быстро запихивала в себя булочки, качая головой. Дэрек молча кивнул, зная, что пока я не съем всё – не расскажу. 

– Как можно было опоздать на первое собрание семестра? – Джиа закатила глаза, когда я посмотрела на неё. – Если бы ректор не относился к тебе так хорошо, драили бы вы сейчас вместе уборные. 

– Готов поспорить, даже если Эль эти собрания будет игнорировать, ей ничего не сделают. Какие там собрания, если она ночью гуляет по Академии, – усмехнулся Зейн, проводя ладонью по короткому ёжику тёмных волос. – Она же наша любимая звёздочка.

Я вздохнула, что было проблематично с набитым ртом. Уже привыкла к иногда занудному наставничеству Джии и вечно ехидному, порой колючему Зейну. Привыкла настолько, что их реакции и замечания стали неотъемлемой частью моего существования. В конце-концов, Зейн, Джиа и Дэрек, были единственными людьми во всём мире, которых я могла бы назвать друзьями. Дэрек был мне ближе, но Джиа и Зейн, общавшиеся с ним, приняли меня в свою компанию. Остальные адепты избегали меня – кто из-за моей силы, кто из-за безродного происхождения, поэтому я ценила эту дружбу. 

– Ладно, дайте ей доесть, – махнул рукой Дэрек, – Всё равно, пока всё со стола не сметёт, не ответит. 

– Кстати, у нас в расписании сегодня уже будет эта Ирия Ларси… – начал Зейн.

– Не “эта Ирия Ларси”, а мистрис Ларси, или мистрис-рунолог, – покачала головой Джиа, отчего её тугие чёрные кудряшки зашевелились, словно маленькие змейки. – Её отец – Аргон Ларси, выдающийся учёный-целитель. Столичный госпиталь назван в честь его деда, так что это их родовая профессия. Странно, что мистрис Ларси пошла в рунологии, да ещё и преподавать… 

Она запнулась, наткнувшись на мой прищуренный взгляд.

– Нет, я не имею в виду ничего плохого про преподавание, но согласитесь, что перспективы работать в семейном деле лучше, чем начинать всё с нуля в Академии? – затараторила подруга. Зейн выпрямился.

– Как я понял, она уже преподавала в Академии Когиса. Но там же совершенная дыра, это граница с Шатзией, а в Шатзии всегда творится неизвестно что. 

– Дыра-дырой, но пограничная Академия всегда больше специализируется в защитной магии, – серьёзно добавил Дэрек. – Так что эта мистрис Ирия Ларси… – он бросил лукавый взгляд на надувшуюся Джию, – Может оказаться нам ценным подспорьем. А ещё на неё приятно посмотреть.

– И ты туда же, – шикнула Джи. – Вот услышит она тебя…

– И накажет? – подхватил Зейн. – Я не против!

Они с Дэреком загоготали. Я уже доела и молча наблюдала за ребятами. И больше мне хотелось услышать не про Ирию, а про ее загадочного коллегу. Но показывать свой интерес казалось чем-то стыдным, поэтому я про себя надеялась, что разговор сам свернёт в это русло. И тут Дэрек повернулся ко мне:

– Так что тебе сказал ректор? 

– Ничего, – ответила я, против воли передёрнув плечами, вспоминая, как со мной говорила Ирия. – Просто познакомил с Вэйлом и Ларси. Я буду с ними работать тоже.

Джиа прищурилась.

– И это всё? Эль, в чём дело? Ты что-то не договариваешь.

Я решила долго не тянуть и вывалила им историю моей встречи с Алрондом и Ирией вчерашней ночью. Умолчала только о том, как мы держались за руки, о странной реакции амулета на него. Закончила коротким пересказом обсуждения разговора с ректором и появлением его ассистента. У ребят и без этого брови поползли наверх от удивления, и взволновала их, конечно, последняя часть.

– Ты уверена, что правильно расслышала Калеба? – нахмурился Дэрек.

Я покачала головой. 

– В коридоре было шумно, так что я, наверное, ошиблась. Но он выглядел беспокойно.

Друзья переглянулись, обдумывая сказанное мной. 

– Так что “эта Ларси” у меня никаких восторгов не вызывает, – продолжила я, нарушая тягостное молчание. – Будь она хоть трижды придворным магом. 

– А может, у неё с мастером Вэйлом действительно есть какие-то отношения, – Глаза Джи загорелись интересом заядлой сплетницы. – Интересно, будут ли они это афишировать в стенах Академии… 

Настроение у меня тут же испортилось. Несмотря на то что сама я подумала так же, мне не хотелось слышать подтверждение своих мыслей от проницательной подруги. Против воли я резко перебила её.

– Ну то, что они приехали вместе и работают вместе, ещё ничего не значит.

– Я слышу недовольство в твоём голосе? – игриво спросил Зейн.

– Ты смеешься что ли? – фыркнула я, отчаянно стараясь не краснеть. – Да, он красив, но я его впервые вчера увидела, и он мэтр. Между нами ничего не может быть, тем более, если они действительно в отношениях...

Как нарочно в этот момент в обеденный зал вошли Алронд и Ирия, и я замолкла на полуслове. Они шли так близко, что касались друг друга боками, о чём-то со смехом переговариваясь. Алронд на мгновение отвлёкся, поднял голову, и мы встретились глазами. Я не успела отвернуться, чтобы не таращиться. Окинув быстрым взглядом нашу компанию, он, продолжая говорить с Ирией, направился к преподавательскому столу. Его губы были растянуты в улыбке, но в глазах мелькнуло что-то, что я не успела разглядеть.

В первые дни после каникул Академия всегда напоминала рассерженный пчелиный улей. Обычно коридоры были заполнены снующими адептами и преподавателями, которые обсуждали предметы, последние новости и сплетни, шуршали свитками, спорили о магических трактатах так же страстно, как и о том, в какую из двух таверн соседнего Амлиса пойти сегодня вечером.
Но сейчас на слуху у всех было совсем другое.
Обеспокоенные семьи адептов через письма разносили новости со всех уголков королевства Кронадан. В нескольких районах, славившихся своими полями, одновременно сгнили посевы и сгорели запасы сена. Из лесов выходили звери с явными признаками бешенства, нападавшие на людей. В столице Арнстаде, средь бела дня обрушился мост над рекой Хальфал, соединявший две части города. Количество пострадавших бургомистр не назвал.
Не объяснялись и причины происходящего. Это вызывало волнение среди адептов, шепотки по углам, нарастающий гомон недовольства и страха перед происходящим.

Но Академия будто была выше этих мирских проблем, и внешне ничего не изменилось. Против наших ожиданий боевые и защитные тренировки сократили, как и было всегда на последних курсах. Адепты ожидали, что мэтры разъяснят ситуацию, но ни преподаватели, ни ректор не делали никаких дополнительных объявлений, советуя сосредоточиться на учебе и подготовке к экзаменам. У нашего курса грядели выпускные, и в расписании у большинства групп преобладали неактивные магические предметы. В первом семестре намечалось три недельные выездные практики, и ещё две недели отводили на обучение первокурсников. Эта часть меня особенно волновала. На занятиях сидел член Совета Мэтров, дававший впоследствии оценки и рекомендации о назначении нового преподавателя.
У моей группы Грифонов в середине первой учебной недели было первое занятие у Ларси. Я шла на него с дурным предчувствием. И моя интуиция меня не подвела.
Ирия, прямая как стрела, смотря на всех сверху вниз, стояла у доски в полукруглом, хорошо освещённом зале рунологии. Сперва она жёстко отчитала Дэрека, опоздавшего из-за помощи с уборкой аудитории мистрис-алхимика. Никакие оправдания ее не интересовали. Потом она вызвала его к доске, чтобы он начертил защитную руну. По ее словам, он должен был показать умения отделения Грифонов, полученных к концу обучения, и специализирующихся на защитной магии.
– Недопустимо, – процедила Ирия, когда Дэрек сделал шаг в сторону. – Любая неточность может привести к сбою магии. Линии такие кривые, будто их рисовал пьяница. Адептка Амон, подойдите к доске и покажите, как это делается правильно.
Внутри меня закипело возмущение от того, как она осадила Дэрека, противопоставив ему меня. За такую руну, как у него, бывший мастер-рунолог Алтон его даже похвалил бы. Я взяла мел, чувствуя взгляды одногруппников на себе. Аккуратно повторила символ, стараясь не думать о пристальном взгляде Ирии. Как только руна была завершена, я отошла от доски.
– Хорошо, – произнесла Ирия, но в её тоне не было ни капли похвалы. – Для простого использования этого достаточно. Видите, как надо было сделать, адепт Брайс? Но я ожидала большей изобретательности и мастерства от последнего курса такой известной Академии, как Кадарат. Адептка Амон, садитесь.
Я вернулась на свое место, и мы с Дэреком мрачно переглянулись.
– Изучали ли вы смешанные руны? Только один семестр? В Академии Когис этому учат с самых младших курсов и не менее трёх лет.
Мы с другими адептами переглянулись. Никто не понимал, чувствовать злость за порицание родной Академии или недовольство тем, что важные знания прошли мимо нас.
– Итак, – она энергично стёрла мою руну и начала рисовать новую, – Вы должны знать о рунах защиты, специализируемых на одном из элементов. Руну от огня ставят, чтобы защитить от пожара, водную – от потопа, воздушную – чтобы избежать ураганов, земляную – от оползней и землетрясений.
Я следила за чёткими, ровными линиями, возникающими на доске и понимала, что такую руну ещё в жизни не видела.
– Но иногда, – продолжила Ирия, не отрываясь от доски, – возникает необходимость в защите сразу от нескольких угроз. Например, когда требуется обезопасить территорию от земли и воды одновременно. В таких случаях используют смешанные руны. Видите, как элементы гармонично переплетаются?
Её движения были точными и уверенными, когда она рисовала сложные символы. Я заметила, как мои одногруппники внимают каждому её слову. Саранна, казалось, была особенно сосредоточенной, её пальцы нервно играли с пером. Савион записывал каждое слово, а Йолика сидела с нахмуренными бровями, явно пытаясь осмыслить услышанное.
– Адептка Амон, подойдите ещё раз к доске. Уверена, вы сможете помочь мне донести информацию до ваших друзей.
Я тихо вздохнула, ловя ехидство в её тоне. Из друзей в аудитории у меня был только Дэрек, который не отрывал взгляда от доски. Сосредоточившись, начала выводить символы, стараясь копировать каждую линию и изгиб с максимальной точностью.
– Не забывайте о синхронности элементов, – произнесла Ирия, наблюдая за моими действиями. – Малейшая ошибка может привести к нестабильности руны.
Когда я закончила, Ирия внимательно осмотрела мою работу.
– Не так, – наконец раздражённо сказала она, – Видите эту линию? Она должна быть немного длиннее.
В этот момент дверь аудитории открылась, и внутрь вошёл мастер Вэйл. Он быстро подошёл к Ирии и, склонившись, что-то прошептал ей на ухо. Даже стоя совсем рядом, я не смогла разобрать ни слова. Ирия серьёзно кивнула ему. Отойдя на пару шагов, мастер Вэйл окинул взглядом доску и меня заодно.
– Прекрасная Гидротерра, адептка Амон. Но, если позволите, – он подошёл ко мне, взяв у меня из рук мел, слегка коснувшись моих пальцев. Меня обдало жаром, и амулет чуть потеплел. Я едва заметила это, постаравшись сосредоточиться на действиях Вэйла, – На мой взгляд, тут есть неточность. При неправильном использовании руна может нанести вред вместо защиты. Мистрис Ларси?
Он стёр одну линию и дорисовал другую, совсем не ту, про которую говорила Ирия.
Ирия подошла к нам. Пару мгновений она нахмуренно созерцала доску, но потом ослепительно улыбнулась Вэйлу.
– Ваше замечание как нельзя кстати, мастер Вэйл. Адептка Амон делает большие успехи, но к идеалу ещё нужно стремиться.
– Не всегда, иногда достаточно и того, чтобы просто было правильно, – он мягко улыбнулся в ответ. – Извините, не хотел прервать ваш урок. Защитная магия – моя специализация, но у вас всегда есть чему поучиться. Не возражаете, если я останусь? У меня как раз свободное время.
Во взгляде Ирии что-то мелькнуло, но в следующее мгновение она кокетливо склонила голову.
– Конечно, мастер Вэйл, ваше присутствие только обогатит наш урок.
Он отошёл к стене и прислонился к ней. Я повернулась к Ирии, спиной чувствуя его взгляд.
Остаток занятия он молча наблюдал за нами, и сразу после окончания быстро покинул зал.
Ирия неожиданно задержала Дэрека, чтобы обсудить дополнительные занятия. Я не дождалась его и отправилась на обед. Когда Дэрек не появился и на ужине, я пошла к его комнате и, после тщетных попыток достучаться, вспомнила про место, где он любил оставаться один и куда мог пойти сейчас. 
Оранжерея и магический зоопарк размещались за Академией и представляли из себя огромное отдельное здание с круглым стеклянным куполом. Я вошла через двойные двери, ощутив энергию магического барьера, который был создан, чтобы не выпускать зверей. Мой амулет всё равно потеплел, среагировав на эту магию. Под ноги мне тут же шмыгнули две арассы, мурлыкая и потираясь худыми, костлявыми тельцами с жёсткой чешуёй. Почесав их за мягкими ушами, я пошла по тропинке, отодвигая с пути свисающие лианы.
Неожиданно земля содрогнулась, и меня оглушило безумным звериным рыком.

От страха я пригнулась и замерла, разобрав, что звук шёл спереди. Вдруг до меня донёсся выкрик Дэрека с той же стороны. Слов я не разобрала, и со всех ног побежала к источнику шума. 
 Выбежала к огромному пруду с кувшинками в центре оранжереи и резко затормозила от неожиданности. Возле пруда стоял Дэрек, успокаивающе протягивая руку к огромной мантикоре. Мантикору звали Мими, и обычно они с Дэреком обожали друг друга, чему были очень рады смотрители магического зоопарка. Дэрек регулярно навещал её, она позволяла ему единственному себя вычёсывать и даже один раз прокатила верхом. Объяснить эту связь между обычным адептом и свирепым зверем не удавалось никому.
 Но сегодняшним вечером что-то пошло не по плану. От яростного рычания вибрировала земля. В свете магических фонарей я видела, что шерсть огромной кошки стоит дыбом, а её скорпионий хвост с гигантским жалом, раскачиваясь, целится на моего друга. 
 – Мими! Нельзя! Назад! – строго приказывал Дэрек. Тут он вдруг заметил меня, его глаза округлились в ужасе, и он едва помотал головой, стараясь не привлекать ко мне внимание.
 Но Мими, как и все мантикоры, была сообразительной. Почуяв неладное, а, может, и меня, она повернула косматую львиную голову. Кошачьи глаза сверкнули в тусклом свете.
 Она медленно, крадучись направилась ко мне, глухо рыча. Я замерла, даже не пытаясь бежать. В этом не было никакого смысла. В мыслях у меня уже плелись сильные успокаивающие чары. Мими изготовилась к прыжку, чуть припав на передние лапы. Я почувствовала дрожь возбуждения, энергия была готова выплеснуться 
 В следующий момент мантикора вдруг закатила глаза и обмякла. Медленно завалившись, она потеряла сознание, напрочь смяв под собой какие–то редкие кустарники. 
 Дэрек обошёл её, тяжело дыша и вытирая пот со лба. Мы с ним применили чары по мантикоре одновременно, но и для нас двоих это было испытанием. Такая серьёзная магия успокоения даром для энергии не давалась. Особенно когда её применяли к сильному магическому существу. 
 – Ты в порядке? – я подошла к нему, положив руку между лопаток и делясь энергией, которая у меня была более стабильной. Дэрек перевёл растерянный взгляд от Мими ко мне и помотал головой.
 – Я не понимаю, что это было… – он опустился рядом с ней, проводя рукой по длинной шерсти песочного цвета. – Собирался проведать её, открыл клетку. Она выскочила, вроде была рада меня видеть, всё как обычно. И в следующий момент… 
 Он с сочувственным видом ласково почесал спящую мантикору между глаз. 
 – Может, её кусил кто-то? Ну, знаешь, как лошадь может брыкнуть, если её овод ужалит… – я осеклась, наткнувшись на укоризненный взгляд друга. Тут вдруг укоризненность сменилась недоумением.
 – А ты что тут делаешь?
 – Тебя ищу. 
 – Просто ты пришла буквально через пару мгновений после того, как Мими взбесилась… – Дэрек нахмурился с подозрением, но потом пожал плечами, – Может, она испугалась чужака.
 Я кивнула, соглашаясь с теорией.
 – Так почему ты исчез?
 Дэрек выпрямился и отвернулся на мгновение. 
 – Ларси задержала меня, – он прокашлялся и беспечно улыбнулся, переминаясь с ноги на ногу, – Заставила рисовать защитную руну, пока линии не были идеально ровными. Не думал, что она такая требовательная.
 – Дэрек, – серьёзно произнесла я, – Ты не хочешь ничем со мной поделиться? Она тебе что-то сказала? Как-то обидела?
 Он помотал головой, повернувшись боком.
 – Ничего, Эль, всё в порядке. У нас с ней будут дополнительные занятия. Давай лучше позовём мистрис-зоолога. Мими может очнуться в любой момент, а я уверен, что её нужно осмотреть.
 Дэрек сложил ладони лодочкой и нахмурился. Я поняла, что он хочет отправить информационного светлячка, прервала его, чтобы не тратил энергию, и создала его сама. Маленький шарик света с лёгким хлопком растворился в воздухе.
 Меня беспокоило состояние друга. И ещё больше беспокоило то, что он явно мне врал. Со страшной силой захотелось как-то отомстить Ирии. Я мысленно наказала себе не забыть поговорить с ректором Каэлом о её поведении. Надеялась, что он меня выслушает, и, может, как-то осадит её.
 Вскоре прибыла мистрис-зоолог Милани, и Дэрек начал объяснять ей ситуацию. Я стояла рядом, прислушиваясь к их разговору, но вдруг моё внимание привлекло нечто странное.
 В тени деревьев, едва освещённых фонарём, я заметила движение. Это была фигура, похожая на силуэт человека, который отступил, растворяясь в сумраке.
 Я, не раздумывая, пошла за ним, стараясь не шуметь. Фигура мелькнула впереди, словно тень, быстро двигаясь между деревьями оранжереи. Я ускорила шаг, ветка хлестнула меня по лицу, но я не обратила на это внимания. 
 Тень метнулась вглубь зоопарка, петляя между вольерами с магическими существами. Я мчалась за ней, чувствуя, как амулет на моей шее нагревается. Фигура вела меня всё дальше, в самые тёмные уголки зоопарка, где фонари едва освещали тропинки. Неизвестный двигался быстро, но я применила заклинание ускорения, чтобы сократить расстояние между нами. Сердце билось в бешеном ритме, адреналин заполнил моё тело.
 – Стой! – крикнула я.
 Фигура метнулась влево, скрываясь за высокой изгородью. Я остановилась, вскинула руки, направив их в сторону предполагаемого укрытия. Моя магия взвилась, осветив тёмный угол парка, но там никого не было.
 Почувствовав лёгкий холодок по спине, я провела рукой по амулету на своей шее, который внезапно показался мне тяжелее. Уже развернулась, чтобы пойти назад к Дэреку и мистрис Милани, и буквально врезалась всем телом в кого-то высокого. 

На нервах и от неожиданности я взвизгнула, дёрнувшись в сторону. Но сильные руки схватили меня за плечи, и я подняла голову. Передо мной стоял Алронд Вэйл, его тёмная, высокая фигура, казалось, была соткана из самой тени. Мой амулет резко нагрелся, и я, вырвавшись из рук Вэйла, потянула за цепочку. Амулет тут же остыл. 

Встретившись взглядом с мастером Вэйлом, я почувствовала, как моё сердце забилось быстрее. Его близость и тепло заставили меня замереть на мгновение, прежде чем он тихо произнёс:

– Адептка Амон, что вы здесь делаете так поздно? 

– Я… Я видела что-то странное. Кто-то был здесь, в тени.  

Мастер Вэйл нахмурился, его взгляд стал более сосредоточенным.

– В тени? Кто?

Я судорожно вздохнула, пытаясь унять бьющееся сердце и собраться с мыслями. Он терпеливо ждал, пока я скажу хоть слово. 

– Я не знаю, – прошептала я, не глядя на него. Мне было до слёз обидно, что я даже не успела разглядеть чужака. 

– У вас под глазом ссадина, – он разглядывал меня со странным блеском в тёмных глазах, – Что произошло?

– Говорю, я не знаю! Мантикора взбесилась, а потом это! Что-то происходит…

– Эльдреда, – мягко произнёс Вэйл, приблизившись. – Всё в порядке, тут никого нет, только я. 

Он шагнул ближе и потянулся ко мне, будто хотел обнять. Но я, не совсем понимая, что делаю, резко отошла назад, инстинктивно взявшись за цепочку амулета. Мне снова показалось, что он начал нагреваться, и я уже заранее хотела обезопасить себя от ожога и боли. Вэйл заметил это, застыл и больше не приближался. Я сделала глубокий вдох и набралась смелости.

– Мастер Вэйл, а что вы тут делаете? – и посмотрела прямо на него. Это напомнило мне нашу первую встречу.

Он легко улыбнулся, но тёмные глаза оставались серьёзными.

– Я пришёл с мистрис-зоологом. Ей нужен был кто-то для помощи с защитными чарами. И, по счастливой случайности, я попался ей в коридоре Академии.

– Да уж, действительно счастливая случайность, – тихо, но твёрдо сказала я.

Его взгляд блеснул в темноте, и он мягко произнёс:

– Не волнуйтесь, адептка Амон. Вы должны вернуться в Академию, уже поздно. Скоро комендантский час. Я всё улажу.

Вэйл подмигнул и скрылся в глубине оранжереи.

Я осталась на месте, чувствуя, как у меня чуть кружится голова. Неожиданно в саду пронзительно запели фениксы. На ум вдруг пришло проверить энергетические отпечатки, и я отругала себя, что растерялась, и вспомнила об этом только сейчас.

Сотворив чары, я на миг замерла. Два человека. Один стоял чуть дальше в глубине оранжереи, а второй шёл в моём направлении. Никаких резких движений, бега и погони. А, если верить Вэйлу, то людей должно быть минимум трое – Дэрек, мистрис Милани, и он сам. И где-то ещё ведь неизвестный чужак! Но отпечатков было двое! Опять вспомнилась ночь, когда я встретила Вэйла впервые. Тогда мои чары тоже его не распознавали.

Злясь на всё на свете – и на мантикору, и на непонятную тень, и на таинственность Вэйла, я медленно пошла в сторону главной оранжерейной дорожки, туда, где видела энергетический отпечаток. Пройдя немного дальше по тропинке, я встретила Дэрека, озиравшегося по сторонам. 

– Эль, что случилось? Где ты была? Мы слышали шум.

Его беспокойный тон смягчил меня.

– Кто-то был в тени, посторонний. Я пошла за ним, но он скрылся. Зато я встретила мастера Вэйла, который сказал мне, что шёл за мистрис Милани. Ты его видел?

– Вэйла? – переспросил Дэрек, – Нет, Вэйла я не встречал. Мистрис отправила меня обратно в Академию. Заверила, что разберётся дальше без моей помощи. Даже не ругалась. Я пошёл искать тебя.

Я нахмурилась, обдумывая сказанное Вэйлом. Что за тайны и загадки? 

– Эль, кто тут был? Что ты имеешь в виду? У тебя на щеке кровь, – беспокоился Дэрек, заглядывая мне в глаза. 

Я быстро пересказала ему произошедшее, опустив подробности встречи с Вэйлом.

Друг недоумённо смотрел на меня. 

– Я ничего не заметил… Но я был занят с мистрис Милани, она обезопасила Мими, проверила её состояние… Никаких отклонений и аномалий нет, она полностью здорова. Даже пришлось убедительно объяснять, что мы с тобой это не придумали. Но это стало ясно после того, как мистрис Милани заметила, что Мими упала на малиалию подвенечную… Боюсь, что если бы тут была мистрис-ботаник, она упала бы в обморок вместе с Мими. Но, думаю, у неё будет завтра эта возможность.

Мы одновременно прыснули от смеха, и усталые от пережитых впечатлений побрели в общежитие. На следующее утро я первым делом отправилась к ректору Каэлу.

Он сразу впустил меня и указал на кресло, взявшись за перо.

– Доброе утро, Эльдреда, – ректор склонился над бумагами, подписывая какие-то свитки и письма. – Тебя что-то беспокоит?

– Да, ректор, – я перешла сразу к делу, – Вчера я с Дэреком Брайсом была в магическом зоопарке, и на нас напала мантикора. 

– Я так полагаю, вы с ней справились? – не отрываясь от бумаг спросил мэтр Каэл. Это было произнесено таким будничным тоном, будто я жаловалась на комара.

– Да, мы лишили её сознания на какое-то время и позвали мистрис-зоолога, – я немного растерялась, и мой рассказ сразу потерял весь смысл в моих глазах. Но всё равно набралась решимости продолжить, – Потом я видела фигуру человека, кого-то постороннего. Он следил за нами и спрятался в глубине оранжереи. Я побежала за ним, но не успела догнать. Он как растворился.

– Ты проверила энергию места?

– Никого не показало, – сразу ответила я и задумалась, не зная, как правильно сформулировать мои мысли насчёт мастера Вэйла.

Ректор, уловив моё молчание, наконец, поднял на меня взгляд с немым вопросом. Голубые глаза смотрели устало, что меня обеспокоило.

– Может, тебе почудилось? Отбиваться от мантикоры – занятие не из лёгких, у тебя ссадина под глазом из-за неё? Нет? И все же - ты могла переутомиться после учебного дня. 

– Нет, мастер-ректор, – я боялась этого вопроса, поэтому ответила резче, чем хотела, – Мне никто не показался, там кто-то был, просто я его не догнала. Но потом я встретила мастера Вэйла…

– Алронда? Что он там делал? – ректор выглядел удивлённо.

– Его позвала мистрис Милани… По его словам, – осеклась я, – И он сказал, что разберётся с этим сам.

Мэтр откинулся в кресле, чуть прикрыв глаза и сложив руки на животе. Солнечный свет, проходящий через витражные окна, играл цветными бликами на стенах, и освещал серебристые волосы ректора. Отблеск одного из стёкол окрасил красным висок мэтра Каэла, напоминая кровавое пятно. У меня по спине пробежал холодок.

– Ну, если Алронд сказал, что разберётся, то поверь мне, девочка моя, так оно и будет, – улыбнулся ректор, выпрямившись обратно и снисходительно посмотрев на меня.

Я замолчала, немного разочарованная его реакцией. Или своими ожиданиями от его реакции. Было ощущение, будто ректор не воспринял всерьёз ни одно моё слово. Он никогда не относился пренебрежительно к тому, что я говорю, и мне не была понятна перемена в его поведении.

Я поклонилась и встала, собираясь уходить. Вряд ли я смогла бы добиться новых ответов от него. Но вдруг практически против воли у меня вырвалось:

– Мастер-ректор, почему мы не реагируем на то, что происходит в королевстве? Адепты волнуются, а мы даже сократили боевые и защитные занятия…

Ректор перестал улыбаться, и я замолчала, поразившись тому, как резко он осунулся.

– Эльдреда, если Академии будет угрожать опасность, мы предпримем меры. Пока что тебе не о чем беспокоиться. Иди на занятия.

Он взял перо и вернулся к свиткам, давая понять, что разговор окончен. 

Встреча с Вэйлом посреди оранжереи не выходила у меня из головы. Но судьба словно разводила нас по разным концам Академии. После той ночи я едва ли пару раз встретила его в коридорах. В обеденном зале он тоже практически не появлялся в то время, что я там бывала. Однако расписание Академии было сильнее судьбы – через несколько дней состоялся первый урок по защитной магии.

Занятия по активным чарам обычно проходили на свежем воздухе, вне зависимости от погоды. А погода в нашей части королевства была дамой капризной. Вот и сейчас, именно в начале первого занятия с Алрондом Вэйлом, пошёл дождь, несмотря на то что всю неделю стояла летняя жара. Да такой силы, что те студенты, кто не успевал поставить барьер, вымокали до нитки, как только делали шаг на тренировочную площадку. 

Мастер Вэйл смотрел на наше построение бесстрастно, сцепив руки за прямой спиной. Под барьером, окружавшим его словно большой купол, даже трава была сухой, словно и не лило ничего. Адепты тоже с интересом оценивали его, так же, как и он нас, оглядывая каждого с ног до головы. На меня он будто старался не смотреть, но и без его взгляда я почувствовала, как у меня сковало плечи от напряжения. Это лёгкие для меня чары, так чего же я переживаю? В голову пришло, что не хочу подводить ректора Каэла, который с такой надеждой и гордостью расписывал мои магические умения новым преподавателям. Но противный внутренний голос ехидно подметил, что я боялась опозориться конкретно перед Алрондом Вэйлом. 

– Шестой курс, группа Грифонов – все тут? – спросил он, продолжая стоять, как статуя. – Хочу опробовать ваши способности. Начнём по порядку. Эльдреда Амон, выйдите вперёд. Остальные – разбейтесь на пары. 

Я с опаской вышла на одну линию с ним. Кто знает, какие у него методы, и к чему надо быть готовой. Он сейчас может с одинаковой вероятностью кинуть в меня огненный шар или применить ментальный удар.

Я во все глаза смотрела за каждым его движением. Он отвёл взгляд в сторону, будто не замечая меня, но я была полностью сосредоточена на происходящем. Подозреваю, ребята из моей группы тоже замерли, наблюдая за нами. Дождь лился не переставая. Наоборот, даже усилился, когда мы встали друг напротив друга. Я готовилась укрепить свой барьер в любую секунду. Адреналин и нервозность переполняли меня, кончики пальцев подрагивали от волнения.

Мастер Вэйл стоял с неизменным выражением лица. Внезапно, вокруг меня разразилась буря. В мой барьер с оглушительным грохотом ударила молния, по его поверхности голубыми змейками ползли разряды. Я вздрогнула, удерживая барьер, но продолжала следить за мастером Вэйлом. Молнии били неистово, словно у природных явлений появилась вполне осознанная цель меня уничтожить. 

Со стороны других адептов донёсся резкий вскрик. Я повернула голову – Йолика, упав на колени, дрожала от ужаса. Её барьер слетел, и она, сидя в луже, озиралась, смотря на танцующие вокруг неё молнии. Дело принимало неприятный оборот. Прежде, чем Джорек, бывший с ней в паре, кинулся к ней на помощь, я лёгким усилием мысли сама возвела вокруг неё защитный купол, чувствуя, как на него утекает энергия. 

– Хорошая реакция, адептка Амон. Но подумайте, правильно ли вы оцениваете ситуацию? - сквозь бурю я услышала крик.

Я медленно повернулась к Алронду. Он вдруг улыбнулся. Он мог сказать это, чтобы я отвлеклась на размышления, но что-то в его словах меня насторожило.

– Действительно ли то, что вы видите перед собой, является тем, что вы видите?

Нахмурившись я огляделась, на всякий случай укрепив свой барьер, барьер Йолики и поставив тонкий, практически незаметный – над всеми остальными адептами.  Это не укрылось от мастера Вэйла, он одобрительно прокричал:

– Вы недоверчивы, мне это нравится! Но иногда нужно расслабиться, довериться своей интуиции и посмотреть на ситуацию под другим углом!

Его слова начали пробираться в мои мысли. Я попыталась сосредоточиться на ощущениях вокруг. Что-то было не так. Я подняла голову на небо, серое, затянутое тучами. Посмотрела на своих одногруппников, взбудораженных происходящим. 

Повернулась обратно. Вэйл не сводил с меня глаз, и я заметила в его взгляде что-то, что дало мне понять – это испытание.

Внезапно, как молния, меня осенила догадка. Я сосредоточилась на настоящем моменте. Закрыла глаза и глубоко вдохнула разреженный воздух. Вокруг не было дождя и молний. Только тишина и лёгкое покалывание магии.

– Иллюзия, – прошептала я, прежде чем ударить по чужеродной магии лёгким и сильным, словно точный удар молотка, развеивательным заклинанием. 

Чары Вэйла оказались настолько сильными, что смешение двух магий на миг ослепило меня. Окружающий мир заволокло белым сиянием, плотным, словно молоко и ярким, как солнце. Я зажмурилась. 

Мой амулет разогрелся, как сковорода, к чему я уже была мысленно готова. Прежде, чем жар достиг того пика, после которого я отодвинула цепочку от шеи, я услышала тихий голос Вэйла:

– Только доверяя своим чувствам, можно найти истинный путь.

Я резко открыла глаза, часто моргая. После того как зрение постепенно вернулось ко мне, сняла свой барьер. Он был настолько плотным, что я через него практически ничего не видела. Амулет покоился на груди, едва тёплый. Видимо, мне это почудилось вместе с иллюзией. С удивлённой усмешкой я оглядела внутренний двор. 

Над тренировочной площадкой простиралось безоблачное голубое небо, озарённое ярким солнцем. Погода была такой же стабильной и ясной, как и на протяжении всей недели. Трава, не увлажнённая ни каплей дождя, начинала желтеть после продолжительной жары. Ливня не было и в помине.

Мои одногруппники тоже озирались, кто открыв рты, кто улыбаясь. А я в недоумении смотрела на плотный, непроницаемый барьер вокруг них. В особенности вокруг Йолики, неожиданно со смехом помахавшей мне рукой. 

– Этот дождь, молнии… – начал Дэрек.

– Иллюзия.

Я повернулась на его голос. Алронд Вэйл стоял в некотором отдалении от меня, сложив руки на груди, как и всё время до этого.

– Это?.. – я ткнула в барьер пальцем, не в силах произнести ни слова. 

– Да, Амон, эти барьеры – ваша работа.

Он продолжал серьёзно глядеть на меня, но его тёмные глаза улыбались. Слова об истинном пути эхом отдавались у меня в голове. Перед снятием его чар, я слышала его голос совсем близко. Он подошёл ко мне в иллюзии или в реальности? Сколько иллюзорных слоёв он смог создать? И как ему удалось воздействовать не только на меня – на всю мою группу? Так тонко, незаметно? 

– Очень сильный барьер, – продолжал Вэйл, – И инстинктивно ваша магия пыталась развеять мою. Вы работали и на защиту, и на атаку одновременно. Замечательно.

Несмелая улыбка сама появилась на моём лице.

– Но с распознаванием иллюзий всё равно нужно поработать. И – главное – сразу, в любой непонятной ситуации, ставить ментальный барьер. Этого не сделал ни один из вас, – он обернулся к остальным. – Я обсужу с ректором количество ваших занятий. Думаю, на ближайший семестр мы их удвоим, а может, и утроим.

Одногруппники переглянулись. Общее недоумение выразила Саранна:

– Мастер Вэйл, но мы на последнем курсе! У нас много практики, дипломные работы, обучение младших...

– Я уже ознакомился с вашим расписанием. Ваши дни не полностью загружены. Добавить ещё пары не должно стать проблемой.

– То есть, не справилась Амон, а отдуваться теперь всем? Вы же не видели умения каждого! Это несправедливо... – Джорек начал возмущаться, но замолк под взглядом Вэйла. Я не видела его выражения со своего места, но все адепты сразу притихли, многие опустили глаза.

– Адептка Амон справилась прекрасно, – от его тихого, слегка рычащего голоса у меня побежали мурашки по спине. – Речь идёт о подготовке не только к выпускным экзаменам, но и к реальной жизни. Там не будет отдыха и справедливости. Теперь – перетасуйте свои пары. Вы – со мной.

Джорек неохотно пошёл к моему месту. Я стала напротив Саранны, которая не выглядела довольной этим фактом.

– Остаток урока мы будем тренировать вашу реакцию. Отрабатываем скорость постановки ментального барьера. Один студент отправляет лёгкую ментальную волну, другой – защищается. Помните о контроле энергии. Если замечу, что черпаете её из эфира – штраф. После каждого раунда я развеиваю ваши чары. Если развеяли сами – штраф. Это учебная дуэль, не переборщите с силой. Начали!

Под конец урока мы вымотались, словно после физической тренировки. Мастер Вэйл не давал нам передышки, но внимательно следил за уровнем наших сил. Он отводил более слабых, вроде Йолики, сторону, контролируя каждое их движение, и одновременно успевал наблюдать за остальными. Мне он один раз указал на неправильную стойку, из-за которой я теряла не только магическую энергию, но и физическую, так как быстрее уставала. Мы должны были удерживать барьер, пока Вэйл не снимет его сам, а он замерял магический отпечаток, что-то помечая в блокноте. Не всем удавалось держать барьер так долго – пот катился по лбу Дэрека, всегда бывшего середнячком, и даже у Саранны появился утомлённый вид.

Мой амулет, ощущая нестабильность, сильно нагревался, сдерживая мою магию. После таких интенсивных упражнений с даром, я всегда чувствовала скованность и напряжение во всём теле. Энергия, сидевшая во мне, требовала выхода, которого я не могла ей дать, словно у меня были обрезаны крылья. Но я не жаловалась – лучше быть с таким амулетом, чем вообще без магии.

Мастер Вэйл, развеявший последние чары, проходил мимо нашей уставшей шеренги, внимательно оглядывая каждого. Он не выглядел уставшим. Обычно преподаватели активных видов магии – защитники, менталисты и элементалисты – выглядели после занятий лишь чуть лучше своих студентов. Вэйл же выглядел так, будто провёл с нами пикник, а не изнурительный учебный час.

Когда мы закончили, Вэйл окликнул меня. Я махнула рукой Дэреку и подошла к мастеру, провожавшему взглядом уходящих с площадки адептов. Он стоял ко мне полубоком, и я почувствовала облегчение, так как не ощущала то странное давящее чувство, когда он смотрел мне в глаза.

– Помогите мне восстановить защиту. 

Это была частая просьба преподавателей – после магических упражнений, барьеры на площадках выглядели, как старые дырявые занавески. Я скинула сумку с плеча на траву и встала рядом с ним. Подняла руки повыше, как делала всегда, приготовившись пустить энергию на залатывание брешей. 

– Нет, не так, – я повернулась на голос Вэйла, внимательно разглядывавшего меня. – Я уже сегодня поправлял вашу стойку. 

Я опустила руки. Он подошёл ко мне так близко, что я могла рассмотреть золотистые крапинки в его карих глазах. Против воли перевела взгляд на чёткую линию губ. Поспешно снова посмотрела в глаза, запрокидывая голову. Как он высок! Вэйл не шевелился. Молчание затягивалось, я поняла, что перестала дышать. В голову лезла дурацкая мысль, что если он снова вздумает принюхиваться, то я определённо вспотела после занятия. Но отодвинуться от него не было сил. Амулет начал разогреваться. 

Вэйл протянул свои руки к моим. На мгновение я напряглась. Иррациональная мысль, что амулет снова обожжёт меня, не давала покоя. Вэйл мягко приказал:

– Расслабьтесь, Эльдреда. 

Он с осторожностью взял меня за запястья и поднял мои руки вверх. Удерживая их на весу, он смотрел мне в глаза. Медальон стал горячим, но я терпела, не в состоянии разорвать этот контакт. 

– Не напрягайте предплечья и шею, ощутите воздух в руках. Почувствуйте крылья. 

Несмотря на жжение и нарастающее головокружение, я постаралась выполнить его указания. И ощутила какую-то новую лёгкость, как будто воспарила в облаках. Всё тело налилось силой. Заворожённая этим ощущением я улыбнулась и отметила, как глаза Вэйла вдруг стали цвета расплавленного золота. Прежде, чем я успела удивиться, мой медальон обжёг меня, и в следующий момент сила, похожая на взрывную волну, отбросила нас друг от друга. 

Удар о землю вышиб из меня весь воздух. Судорожно пытаясь вздохнуть, я ощутила онемение во всём теле, и в следующее мгновение перед глазами всё потемнело.

Очнувшись, я не увидела перед собой ничего кроме серой пелены. Сердце гулко стукнуло в груди, но руки сами потянулись к лицу и нащупали какую-то влажную тряпку. Я резко сдёрнула полотенце, по запаху пропитанное настоями успокаивающих трав, и поняла, что лежу на койке в целительском крыле. Судорожно нащупав амулет, попыталась сесть, но голову сдавило болью, а туловище казалось неповоротливым и тяжёлым, как камень. Я со стоном откинулась обратно на жёсткую койку. Большие окна были занавешены, но через карнизы пробивались косые солнечные лучи. Похоже на закат. Сколько я лежу? Который сейчас час?
В палате никого не было, и я медленно предприняла новую попытку сесть. Голова снова заболела, но я сжала зубы и огляделась. На тумбочке рядом стояла кружка, по запаху в ней была простая вода. Я хотела магически проверить содержимое кружки и подтвердить свою догадку, но, прислушавшись к ощущениям, поняла, что этого делать не стоит. Моя энергия была ниже плинтуса. В конце концов, выпила кружку залпом и легла обратно, снова закрыв полотенцем лицо. Приятный запах трав умиротворял, но вопросы всё равно роились в моей голове.
Что я тут делаю? Что произошло на тренировке? Почему у меня так упал энергетический уровень?
Кто меня принёс? Где мастер Вэйл? Последнее, что я помнила – как нас раскидало в стороны от какой-то магической аномалии. Он учил меня правильно стоять при сотворении большого барьера. И был так близко… Когда я вспомнила его прикосновения, такие нежные и властные одновременно, меня бросило в жар.
И тут на ум пришла ещё одна вещь, которая как раз не должна была так сильно нагреваться. Что происходит с моим амулетом?
Никаких ответов в голову не приходило, и магическое опустошение давало о себе знать. Я попыталась заснуть, но сон не шёл, вдобавок от голода начало сводить желудок. 
Из-за двери послышались торопливые шаги, я сняла полотенце, и через мгновение в палату зашла ассистентка мастера-целителя Кейла. Пухленькая рыжая адептка была из группы Единорогов, специализирующихся на магии лечения. Она тоже училась на последнем курсе и была одной из немногих адептов, общавшихся со мной.
– Эльдреда, ты очнулась! – она всплеснула руками, явно переняв этот жест от своего наставника, и затараторила. – Давненько тебя сюда не заносило. Не говорю, что это плохо, наоборот – замечательно! Но а сейчас-то что случилось? Как тебя так угораздило? Тебе же вредно перенапрягаться с магией! Не в первый раз! Я тебя уже немного подпитала. Но у тебя вообще не было энергии…
Она сновала туда-сюда, перекладывая чистые простыни и сматывая бинты, но я зацепилась за сказанное. Она даже влила в меня немного сил, а у меня их всё равно сейчас нет? Как такое возможно?
– Кейла, что случилось? – я еле ворочала языком, – Как я сюда попала?
– Тебя принесли двое старших адептов из Фениксов. У них была тренировка по менталистике, и они нашли тебя на площадке. Ты была без сознания и не реагировала на лёгкую целительную магию, поэтому они сразу пришли с тобой сюда. Но ты и после моих манипуляций признаки жизни не подавала…
– Я чувствую, что у меня всё равно очень низкий уровень, – я говорила тихо, надеясь, что она не станет меня перебивать, и мне не придётся повторять. Кейла остановилась, хлопая огромными голубыми глазами. – У меня такого никогда не было. По крайней мере – не после того, как я надела амулет…
Целительница подошла ко мне и вытянула ладонь, медленно проводя её параллельно моему телу, проверяя моё состояние. 
– Хм. Да, странно, – медленно протянула она, но потом снова переключилась на свой щебет, – Но ты не переживай! Это случается, если маг творит заклинание, которое сильнее его. Как говорят, откусил кусок, который не смог проглотить, – Кейла подмигнула, как будто добродушно намекая, что и я не всесильна. 
Я и сама знала, что не всесильна. Я была проводником сильной магии, но взамен магия забирала у меня всю энергию. Единственная вещь, которая спасала меня от перегрузки – амулет. Мне не хотелось доказывать Кейле, что я творила обычные барьерные чары, которые тренирую практически каждый день, потому что это точно прозвучало бы, как оправдание. И делиться о том, как мы с Алрондом Вэйлом практически держались за руки, желания тоже не было. Даже если эта деталь была критически важна для того, чтобы понять, почему я сейчас была в таком состоянии, Кейле я об этом точно не расскажу. Но всё же…
– А где мастер Вэйл?
– Мастер-защитник? – Кейла протянула мне чашку с каким-то отваром, и я осторожно приподнялась, чтобы отпить. – Понятия не имею, а что?
Я замерла с чашкой у рта. У меня были предположения, что этот магический всплеск ударил по мне сильнее, и Вэйл уже ушёл из целительского крыла, пока я ещё валялась без сознания. Но выходит, что он в крыле вообще не появлялся? Как это так? Его же тоже отбросило! Это последнее, что я помнила. Он ведь пострадал. Решил не обращаться к целителям?
– Ничего. Просто последний урок, где я была, как раз проходил у него. Кто-то сюда вообще приходил?
От отвара мне стало чуть полегче.
– Джиа Карони была не так давно. Сейчас уже вечер, время ужина, она сказала, что зайдёт с Дэреком Брайсом попозже, принесёт тебе пирожков.
Я слабо улыбнулась, на душе потеплело. Но мерзким червячком завозилось неприятное разочарование от ожидания, что и Вэйл обязательно должен был проведать меня. Но я всё равно захотела найти его, после того как разберусь с амулетом. Он задолжал мне кое-какие ответы.

Когда я съела целую корзинку принесённых обеспокоенными друзьями пирожков, мне стало гораздо легче. Магическая энергия будто всё равно была на нуле, но общее состояние стало бодрее, в голове прояснилось. Чуть позже в палату пришёл мастер-целитель. Осмотрел меня, прописал приходить за отваром каждый день утром и вечером в течение недели и на такой же срок запретил использовать магию.
 – Но мастер Герр…
 – Амон! – Он всплеснул руками, с напускной серьёзностью хмуря брови, – У тебя сильнейшее магическое истощение! Ты с магией переборщила! Какие “но” я должен сейчас выслушивать? Физические тренировки – тоже с особой осторожностью. Как только почувствуешь себя неладно – сразу отдых. И никакой магии! Сиди читай книжки, переписывай свитки – но не используй дар. Ни в быту, ни на занятиях. Если кому-то из преподавателей будет недостаточно твоего слова, придёшь за освобождением от меня. Иди спать, отдыхай. Видеть тебя больше здесь не хочу!
 Последняя фраза была обычным напутствием мастера-целителя для всех, кто к нему когда-либо приходил. Мы уже привыкли к этим словам, а у младших мастер Герр, очень высокий и худой, всегда вызывал священный трепет своим внешним видом и манерой общения. Для меня же он был вторым человеком после ректора, которому я могла довериться и который скорее искренне сочувствовал моему сильному дару, понимая, сколько неудобств он может мне доставлять.
  
 Теперь мне нужно было пойти к ещё одному преподавателю, который знал обо всех моих проблемах с даром, и выяснить, наконец, что происходит. Распрощавшись с Джией и Дэреком, я направилась вниз по лестнице.
 Логовом мистрис Ларассы было подвальное помещение Академии, одно из самых укреплённых мест во всём замке. Как и алхимия, чей зал также находился ниже прочих кабинетов, артефактология была самой опасной из всех неактивных магических наук. Артефакты напитывались магической энергией при создании, и малейшая ошибка могла привести к разрушительным последствиям. Зал был запечатан рунами и барьерами изнутри и снаружи, а при работе адепты носили специальные защитные костюмы. И всё равно целительское крыло регулярно пополнялось учащимися, пришедшими или принесёнными с уроков артефактологии.
 Худенькая фигурка мистрис Ларассы склонилась над освещённым магическими фонарями рабочим столом, разглядывая что-то под огромным увеличительным стеклом. Я поздоровалась, и она в ответ махнула рукой, подзывая меня поближе.
 – Эль, посмотри сюда. Что ты видишь? 
 Услышав привычные взбудораженные нотки в тоне артефактолога, я с опаской подошла к столу. На железной подложке лежала тонкая деревянная шпилька. Такой женщины обычно убирают волосы, сооружая сложные причёски. Я заплетала косу сколько себя помню, поэтому слабо представляла, как пользоваться такой штукой. 
 – Заколка для волос?
 – Не-е-ет. По крайней мере, не только. Посмотри на утолщение, – она практически пихнула меня на своё место, и я разглядела через стекло изящную рунную вязь, – Видишь что-то знакомое?
 Я прищурилась, пытаясь разобраться в тонких линиях узора. Постепенно я начала различать отдельные символы.
 – Это руна иллюзии, – сказала я, узнавая несколько знаков. – А вот этот узор в центре. Похоже на...
 – Руну очарования, – закончила за меня мистрис Ларасса. – А рядом – руна желания. Не самые частые руны для изучения в обычной Академии. Эта вещица может подчинять волю. 
 Я отшатнулась, чувствуя, как по спине бежит холодок.
 – Это может быть связано с тёмной магией?
 Мистрис-артефактолог рассмеялась, встряхнув короткими светлыми волосами.
 – О, Скрытый, вот уж вряд ли! Я, наверное, сгустила краски. Нет, это всего лишь безделушка, чтобы быть более привлекательной. Закадрить самого неприступного старшекурсника, например. Иллюзия улучшит внешность, а очарование с желанием распалят в голове жертвы огонь страсти. Такие часто носят куртизанки, но иногда на них и среди знати есть спрос. Особенно, если муженёк неверен, ну или когда нужно поднять, – она хихикнула, – что-то неподъёмное. 
 Я усмехнулась, рассеянно наблюдая, как она аккуратно кладёт шпильку в футляр и убирает на один из стеллажей. Мне такие ухищрения были не нужны. Не было никаких старшекурсников, ни мужа на горизонте, да и надежды, что кто-то вдруг появится, после постоянного одиночества – тоже. Я привыкла чувствовать себя никому не нужной и уже вполне смирилась с этим фактом. И добиваться чьего-то расположения с помощью артефактов или, как некоторые девушки, любовных зелий в мои планы не входило. 
 – Но ладно, Эль, ты же не просто с визитом ко мне? Что стряслось?, – мистрис–артефактолог стянула перчатки, расшитые защитными рунами, и уселась на краешек стола. 
 – Мой амулет начал странно себя вести, – начала я и осеклась. 
 Как продолжить? Говорить ли, что мне кажется, будто это происходит, когда я рядом с Алрондом Вэйлом? Когда мы каким-то образом касаемся друг друга? Или даже, когда он просто стоит слишком близко? Мне казалось это самой важной деталью. Но что может подумать мистрис? Наверняка это всё прозвучит так, будто я неровно дышу к преподавателю. Я решила дать этой ситуации последний шанс самой разрешиться, не затрагивая Вэйла. 
 – Он нагревается до такой степени, что мне становится больно. Я бы хотела, чтобы вы взглянули на него.
 – Конечно. Снимай, – приказала мистрис Ларасса, надевая обратно перчатки и приглашая меня к рабочему столу, – Медленно, не торопясь. Вдохни и выдохни, расслабься. Тут ты под контролем, не о чем беспокоиться. 
 – Я сейчас могу делать это без опаски – во мне практически не осталось энергии, – сказала я, снимая цепочку через голову, – Как раз во время последнего занятия что-то произошло, и у меня был такой мощный магический всплеск, что я попала в целительское крыло. И осталась без магии на ближайшую неделю, потому что энергии у меня нет.
 Мистрис-артефактолог заинтересованно хмыкнула, с осторожностью принимая у меня амулет. Она положила его на ту же железную подложку, на которой ещё недавно лежала шпилька, и придвинула увеличительное стекло. Хмыкнула снова, уже обеспокоенно. Долго рассматривала лежащий перед ней серебряный диск, потом взяла свои инструменты – серебряные ножички, молоточки, маленькое долото и принялась что-то равномерно простукивать, подкручивать и выпиливать. Амулет вспыхнул золотистым огнём, подсветив руны. Мистрис нахмурилась, видимо, ещё не до конца довольная результатом. Повторила свои манипуляции. Потом ещё и ещё. Я любила наблюдать за работой артефактолога, чувствуя вибрирующую магию, которая исходила от исследуемых предметов.
 – Ну вот, готово! – наконец, она протянула мне цепочку. 
 Надев её, я вздохнула полной грудью, наслаждаясь приятной прохладой серебряного диска. Без амулета я ощущала себя голой, привыкнув к его тяжести и чувству спокойствия, которое он дарил. Я пару раз приходила к мистрис Ларассе на проверку амулета, и после её поправок, надевать обновлённый амулет казалось так же приятно, как ложиться на свежее постельное бельё. 
 Мистрис Ларасса облокотилась на стол, внимательно рассматривая меня.
 – Твой амулет пережил воздействие мощной магии. Большинство барьеров уничтожены, я поставила их заново. И руны пришлось обновить. Что-то очень сильное пробивалось через твою защиту. Такие чары мне незнакомы. Если бы я тебя не знала, – она хохотнула, – то подумала бы, что ты балуешься тёмной магией. Она часто оборачивается против своего носителя. 
 У меня внутри всё оборвалось. Не могла спокойно реагировать, когда меня подозревали в тёмных чарах. Слишком силен был страх снова почувствовать себя изгоем, как когда моя магия проявилась и напугала всех окружающих. 
 Но Ларасса, казалось, не замечала моего немого ужаса, и спокойно продолжила:
 – Потому что принцип воздействия похож на неё. Тёмная магия не видит преград. И та сила, которая атаковала твой амулет – тоже.

Мысли в голове метались от волнения. Меня атаковали тёмной магией? В Академии? В самом безопасном месте королевства, как его называл ректор Каэл?
Но в последнее время я засомневалась в объективности и трезвости суждений ректора. Казалось, будто его не волнуют проблемы королевства. Самым главным вопросом, заботящим его, была стабильность Кадарата. Но все вокруг понимали, что без внешнего спокойствия стабильности не будет. Значит, нужно было готовиться к любому исходу событий.
Защита Академии была хоть и очень прочной, но всё же однотипной и старомодной. Старые защитные и барьерные заклинания, используемые веками, всё ещё действовали. Но магия менялась постоянно. Это живой материал, отзывчивый к новым идеям того, кто её творит. Использование магии всегда зависело от фантазии мага. Известные чары или руны на то и были известными - их стабильность уже хорошо себя зарекомендовала. Маг знал, что ожидать от простой огненной руны – она взорвётся и опалит того, кто к ней близко подойдёт. Энергию на чары исцеления маг брал из себя или специальных артефактов.
Но тёмная магия была изобретательной. Потому она и была тёмной –- у неё не было этических запретов. Для энергии годилось абсолютно все и всё. Тёмные могли создать руну, которая впитывала в себя жизненные силы всего, что её окружало. Вместо привычного взрыва огненная руна начала бы медленно пожирать всё вокруг себя, высасывая энергию из любого живого существа, попавшего в её поле действия. И отдавала бы её тому, кто её создал. 
Тёмная магия была вне Кодекса, а значит - вне законов цивилизованных государств. Её презирали и боялись. Как презирали и боялись тех, кто её использовал.
Поэтому, как любой нормальный человек, слыша о тёмной магии, я испытывала нешуточное беспокойство.
Особенно когда вдруг выяснилось, что меня, возможно, атаковали ею. Исподтишка - иначе бы я, наверное, догадалась о чём-то, но тёмная магия умела действовать скрытно.
– Мистрис Ларасса, – медленно начала я, стараясь не смотреть в испытующий взгляд артефактолога, – Есть ли способ отследить, откуда было воздействие?
– Нет, источника я не увидела. Как я сказала, это была мощная магия, и она похожа по своей сущности на тёмную. Но я не вижу в ней желания навредить или чего-то опасного, - она замолчала, и я несмело повернулась к ней, - Эта магия – что-то похожее на ребёнка, ловящего бабочку. Стремления познать новое в нём больше, чем понятия о силе. И, когда бабочка оказывается в руке… – Ларасса повернулась и резко сжала пальцы прямо перед моим носом, – Увы, её хрупкая жизнь не выдерживает этого желания. Так же и эта магия. Она не тёмная. Она просто другая. Она смяла защиту амулета не потому, что хотела тебе навредить – её что-то интересует в тебе. Тебе нужно наблюдать за этим и быть осторожной, но большего я тебе сейчас рассказать не смогу. 
Я распрощалась с мистрис Ларассой и рассеянно побрела по коридору. На меня воздействует какая-то странная магия, от которой меня не защищает амулет. Он призван оберегать с обеих сторон – как окружающих от моего дара, так и меня от чужого. При этом магия не пытается мне навредить. И что нужно тому, кто её творит – непонятно. От объяснения артефактолога яснее не стало. Она посоветовала мне обязательно доложить обо всём ректору Каэлу. Я понимала, что это нужно сделать, но сомнения одолевали. Вдруг он снова не воспримет мои слова всерьёз?
Я дала себе день на обдумывание. В конце концов, сейчас мой амулет снова с обновлёнными барьерами, и ничего страшного со мной не должно случиться. По крайней мере, когда эта магия пыталась пробиться через защиту, я это чувствовала. Амулет нагревался, причём достаточно ощутимо.
Что ж, сначала надо попробовать пообщаться с тем, кто может быть в курсе дел, касающихся защиты.
Оставалось совсем чуть-чуть до комендантского часа, но я захотела рискнуть и попытаться выяснить всё прямо сейчас. Решительным шагом я пошла по опустевшим коридорам в сторону кабинета защитной магии, а внутри у меня всё дрожало от волнения. Пока шла, сочиняла речь, репетировала в голове вопросы. У самой двери я ещё потопталась, хмурясь на золотую табличку, гласящую “мастер Алронд Вэйл”. Наконец, с резким выдохом постучалась в дверь.
Мне ответил голос, который я меньше всего ожидала и желала сейчас услышать.
– Войдите, – крикнула Ирия Ларси.
Я даже невольно снова посмотрела на табличку. Отступать было некуда, да и не хотелось. Я с силой толкнула дверь.
Ирия сидела в высоком преподавательском кресле, с таким видом, будто это был её кабинет. И смотрела на меня с недоумением, словно я ошиблась дверью.
– Мистрис Ларси?
– Адептка Амон? – она вскинула чёрную изящную бровь.
– Я ищу мастера Вэйла, – я старалась, чтобы мой голос звучал по-деловому, но во рту пересохло от волнения.
– Зачем? – с невинным видом спросила Ларси.
Я старалась сохранять спокойствие.
– Мне необходимо обсудить с ним кое-какие вопросы.
– Какие у вас с ним могут быть вопросы?
Я сдержалась, чтобы не рыкнуть в ответ на её издевательский тон, но ответила предельно спокойно:
– Личные.
И я ничего такого не имела в виду. Но её вдруг перекосило. Она подалась вперёд и раздражённо отчеканила:
– Адептка Амон, мастер Вэйл уехал из Академии.
У меня внутри словно всё оборвалось. 
– Как? Насовсем? – спросила я севшим голосом.
– Нет. Однако ему требуется время решить некоторые вопросы вне стен Академии.
– Но… – я запнулась на полуслове. Что я могла ей сказать? Я подозреваю Алронда Вэйла в… чём?
Я не хотела бросаться обвинениями. Моей первой задачей было выяснить, что он по этому поводу думает. Я хотела осторожно поспрашивать его о происходящем, посмотреть на реакцию. Может, мне стало бы понятнее, что творится и в Академии, и со мной. Может, я бы сразу после разговора пошла к ректору Каэлу, а может, Вэйл, наоборот разубедил бы меня в моих подозрениях.
– Вы хотели с ним поговорить? – спросила она вкрадчиво, скрестив руки в замок, и улыбнулась. – Можете говорить со мной. Ближе меня у него тут никого нет.
Меня как ударило от этой фразы. Против воли вырвалось:
– Что значит – ближе вас?
Ирия с триумфальным видом откинулась в кресле.
– О, а я смотрю, вас это очень волнует? Ну так это не ваше дело. Я сомневаюсь, что он будет докладывать каждой встречной, где он и надолго ли отлучился. И раз вы не знаете о ситуации, мои сомнения только подтвердились.
Я пробормотала извинения и попятилась к выходу, провожаемая цепким, злым взглядом Ларси. Закрыв дверь, сморгнула подступившие от обиды слёзы. В очередной раз Ирия окунула меня в помои, вполне справедливо в этот раз намекнув, что Алронд Вэйл передо мной отчитываться не должен. Но меня не покидало ощущение, что между мной и им есть какая-то общая тайна. Я вытерла глаза рукавом. Идти в свою комнату не хотелось, мне хотелось на свежий воздух.
Я едва не применила чары поиска энергии, как делала обычно при комендантском часе. В последний момент вспомнила, что творить магию мне сейчас нельзя. Да и энергии может не хватить. Поняла, что и выход на улицу мне запрещён – охранные заклинания могли сработать, а сил их успокоить, у меня не было. Бродить ночью по Академии было не впервой. Но чтобы гарантированно побыть в одиночестве, оставался один путь – крыша. 
Слабо разбирая дорогу от пелены слёз, побежала по лестнице вниз. В Академии существовал потайной ход, ведущий на крышу, о котором знали лишь немногие посвящённые. Я попала туда случайно пару лет назад, исследуя ночью Академию. Он начинался в одном из заброшенных коридоров на нижнем этаже. Чтобы попасть туда, нужно было найти незаметную дверь, замаскированную под каменную кладку стены. За этой дверью начиналась узкая винтовая лестница, ведущая вверх. Подъём занимал около пяти минут, но казался бесконечным из-за темноты и тесноты прохода. Я успела успокоиться, запыхаться и пожалеть о своём решении, но упрямство подстёгивало меня, обещая спокойствие и умиротворённость, когда я достигну цели.
Наверху лестница упиралась в ещё одну дверь, на этот раз деревянную. Открыв её, я вышла на обширную плоскую площадку, окружённую зубчатыми стенами. Мне всегда было интересно, зачем на крыше столько пространства – неужели, нельзя было использовать пустое место? Но спрашивать никого не решалась, ведь тогда я могла бы выдать свою осведомлённость об этом месте.
Вдохнув полной грудью тёплый ночной воздух, напоенный ароматом парившей от жары земли, я широко улыбнулась. Мой маленький триумф – свобода и ночное небо, искрящее звёздами. И никакая Ирия меня тут не достанет.
Я подошла к краю крыши и оперлась о стену, вглядываясь в лес, черневший за северной частью Академии. Подступая к подножию гор Аррос, он сливался в однородное тёмное покрывало. Я перевела взгляд на верхушки гор, освещаемые луной, и залюбовалась их мягким сиянием. 
Неожиданно стая птиц с криками выпорхнула из плотных крон, привлекая моё внимание. Следом за ними из деревьев с треском вырвалось что-то огромное. Я видела, как силуэт, подсвеченный луной, мощно взмахивал крыльями, набирая высоту.
Дыхание перехватило от страха, и я замерла на месте, не в силах даже пошевелиться. Казалось, что время замедлилось, пока я наблюдала, как тёмный дракон воспарил в воздухе и лениво полетел в мою сторону.
Мои инстинкты кричали об опасности, но я продолжала стоять, словно парализованная. В конце концов, если тебя заметил дракон, а магии у тебя сейчас нет, вариантов немного. Только смириться и ждать неизбежного.

Дракон брал надо мной верх.
Я боролся с ним, но это была борьба с собственной тенью. Как можно победить самого себя? Дракон ощущал это, чуял мою слабость. И мягко, но уверенно вытеснял меня из моего сознания.
Я не помнил, как оказался в его теле, что было до превращения, где я был. Единственное, что мне было известно - я человек-дракон, меня зовут Алронд Вэйл, и вроде я преподавал в какой-то Академии. Постепенно я терял самого себя. У меня не хватало воли победить.
“Тебя здесь ничего не держит. Ты можешь исчезнуть”
Дракон говорил со мной мысленно, только когда главенствовал над своей ипостасью. Я чётко ощущал его эмоции внутри себя, потому что они стали моими. И лениво паря над горной грядой, мог лишь наблюдать его глазами за пейзажем или чувствовать азарт при охоте на оленей и кабанов. Слава Творцу, что дракону не вздумалось кормиться в деревнях, он их разумно избегал, хотя мне уже стало всё равно, чем он питался.
Мне передавались все ощущения от полёта, и это было прекрасное чувство. Сильные, выносливые крылья ловили потоки ветра и могли унести меня, куда захочу. Точнее, захочет дракон. Я был просто зрителем.
Мысли путались, словно перед сном. Я чувствовал, что начинаю терять свой разум. Может, не такая уж это и плохая жизнь? Мне всё равно не попасть в своё измерение, к своим собратьям. Я такой один. Зачем нужны эти заботы? Какая-то Академия с её проблемами и людишками, вечно что-то делящими и доказывающими… Дракон одобрительно фыркнул на отголоски моих мыслей, заложив крутой вираж к лесу.
“Вот именно. Нечего тебе там делать. О тебе даже никто не вспомнит”
Но тут я чувствовал, что он был неправ. Мысль о “людишках” натолкнула меня на обрывки воспоминаний.
Вот я говорю с седовласым мужчиной. У него яркие голубые глаза, он сидит за столом в окружении пыльных старых артефактов. Я отношусь к нему с уважением. Мы обсуждаем барьеры. Спорим о чём-то. “Алронд, Ирия, никому не говорите о произошедшем в южном крыле!”
Что произошло в южном крыле, я не знал. Но зацепился за имя “Ирия”. Ирия – друг. У неё характер хуже, чем у дракона. Но она поддерживала меня в самые трудные времена. Однако она стала нападать на человека, который за этот месяц вдруг стал мне дорог, и ни я, ни дракон, этого не потерпим.
Высокая, стройная фигурка. Длинные каштановые волосы, заплетённые в толстую косу. Лицо в форме сердечка, большие карие глаза и пухлые губы. На щеках и тонком носике пробиваются веснушки.
Эльдреда Амон.
На душе будто стало теплее. Дракон же почему-то разозлился. Сложив крылья, он камнем начал падать вниз. Я смотрел на приближающиеся верхушки деревьев, которые скоро должны были встретиться с моей мордой. 
“Ты ничего не добился! – бесновался дракон, в самый последний момент распахнув крылья и взмыв вверх. – Она могла стать твоей в первую же ночь! И мы бы всегда были вместе, хотя бы в твоём теле”
“Почему тебя это так беспокоит?” – слабо спросил я.
“Потому что она - наша истинная!”
“Что это такое?”
“Связь душ, магий, энергий. Твоя вторая половина, как это любят говорить люди. Ты же у нас мэтр, почитай об этом в библиотеке, напиши трактат”.
Я усмехнулся: “Ты унёс меня от цивилизации и библиотек”
“Потому что толку нет от твоего слабого человеческого тельца. Хорошо, что случился этот выброс энергии, и ты с ним не справился. Наконец, я чую под крыльями воздух, а не сижу, запертый в голове неудачника”
Я замолчал, не желая спорить, ослабленный этим разговором. Но в то же время он вернул мне часть воспоминаний, которые моё сознание начало потихоньку обрабатывать.
Магический всплеск на тренировке с Эльдредой, после которого я обратился. Как она? Надеюсь, не пострадала? Смогу ли я ещё увидеть её?
В голове возник образ медальона. Простой серебряный диск был достаточно большим, чтобы вместить в себя бесчётное количество рун.
И он реагировал на меня. На моё присутствие, но больше – на прикосновения. Особенно когда это происходило внезапно для нас обоих. Но я вспомнил приятное томление, которое испытывал, когда касался Эльдреды. Дракон, уловив мои мысли, одобрительно заворчал. И неожиданно рявкнул: “Сорвать бы эту дрянь с её шеи!”
“Нельзя”, - это было известно, как аксиома. 
“Она делает ей больно!”
“Без медальона она навредит окружающим или погибнет. В ней слишком много энергии”
Дракон обиженно фыркнул, выпустив облако пара. Он снизился к поляне в лесу и приземлился, по инерции пробежав ещё несколько шагов. Направился к месту, где спал. 
“Из-за него мы не можем её касаться”
“Не переживай, мы что-нибудь придумаем”
Пока дракон, как кошка, сворачивался в клубок ближе к деревьям, я задумался. А хотела ли она этого? И вспомнил то приятное ощущение, когда мы смотрели друг на друга через весь обеденный зал. Когда она, наверное, сама того не замечая,  невзначай кидала на меня смущённые взгляды. Когда краснела, и у неё сбивалось дыхание, как только я оказывался рядом. Когда мы случайно касались друг друга, и я слышал частые удары её сердца.
Думаю, что всё-таки хотела. Как и хотел я.
Но тут мои мысли свернули в противоположную сторону. А что, если это всё – просто какая-то магия? И никаких чувств нет?
“Глупец, – проворчал дракон, и я почувствовал, как веки у него слипаются. – Иногда поражаюсь человеческой слепоте. Вы любовь у себя перед носом не увидите, даже если она по нему стукнет”.
“Про любовь, наверное, ещё рано говорить, – поправил я его. – Ведь мы с ней едва знакомы”
“Ну так узнай её поближе”
Я усмехнулся этому тону скучающего старшего брата. И, наконец, нащупал свой шанс.
“Но каким образом? Если ты решил взять надо мной верх и избавиться от меня? Мы ничего не сможем сделать”
Дракон зевнул, но открыл глаза.
“Ты точно глупец. Я никогда не смогу от тебя избавиться, ты часть меня. Магия дала всплеск, и мне пришлось спасать тебя от перегрузки. Но ты никуда не денешься. Просто тебе легче сдаться”
Он выпрямился и сел, словно его сон как рукой сняло. Принюхавшись, он что-то ощутил. И я тоже. Это был запах, который я теперь узнаю из тысячи тысяч.
“Почему мы с тобой так редко разговариваем?” – спросил я.
Дракон тем временем взмыл вверх, мощно набирая крыльями высоту.
“Потому что ты вечно занят проблемами других. И на себя у тебя не остаётся времени. А я часть тебя, забыл? Если бы ты оборачивался чаще, может, я бы делился с тобой мудростью. А так только расхлёбываю последствия… Вон твоя истинная. Не упусти”
“Мы не должны показывать ей раньше времени, кто я на самом деле. Это оттолкнёт её”, – быстро предупреждал я, наблюдая, как дракон летит к одинокой фигурке на крыше Академии.
“Оттолкнёт или нет, – ехидно усмехнулся дракон, – От истинности всё равно не сбежишь, вернётся”
“Но мы же хотели сначала узнать друг друга поближе!” – возмутился я.
“Ах, да. Ну что ж, тогда пусть пока полюбуется на твою самую красивую сущность!”
С этими словами дракон приземлился перед замершей напуганной Эльдредой, и, распахнув крылья, изогнул шею.

Дракон смотрел на меня сверху вниз, щуря золотые глаза. Я стояла, не шевелясь, и с обречённостью ожидала своей участи. Амулет едва подрагивал на шее, то разогреваясь, то остывая, но сейчас было не до него. Не думаю, что он справился бы с магией такого мощного существа, если бы дракон вдруг захотел мне навредить. Но он не двигался, лишь сложил крылья после приземления и наблюдал за мной. Словно оценивал.
Я впервые видела это существо. Да и, наверняка, я была единственной, кто его видел спустя три сотни лет. После того, как драконы, сдавшись магам при поражении в Великой Войне, отступили в другое измерение, их существование стало не более, чем легендой. Многие сомневались, что они выжили при переходе в свой мир.
Теперь легенда смотрела на меня то одним, то другим глазом, иногда поворачивая голову. В темноте мне казалось, что чешуя была кроваво-красной. Огромную голову венчали рога, когти и зубы размером сравнились бы с кинжалами.
Наконец, гигантская морда опустилась на один уровень со мной и принюхалась, сильно втягивая воздух. Меня обдало тёплым дыханием. Дракон зажмурился, из груди раздался рокот, больше похожий на кошачье мурлыканье, чем на грозное рычание. Моё сердце замерло, внутри всё сжалось. Я совершенно не понимала, чего мне ожидать.
Неожиданно он ткнулся кончиком носа в мою безвольно повисшую руку. Я вскрикнула и отдёрнула её, но дракон не отреагировал, продолжая подныривать под мою ладонь. Как будто напрашивался на ласку…
В этот момент мой амулет раскалился так, как никогда прежде. Стараясь не делать резких движений, я отодвинула его от кожи. Сморгнула подступившие от боли слёзы и продолжила стоять, подняв руку с зажатой в ней цепочкой. Свободной рукой потёрла обожжённое место, забывшись, попыталась исцелить себя магией. Но отсутствие энергии тут же отозвалось резкой и сильной, до темноты в глазах, мигренью.
Дракон отпрянул, словно сам испугался, зрачки в золотых глазах сузились. Он заворчал, беспокойно переминаясь с лапы на лапу, шипастый кончик хвоста подрагивал, как у большого кота. Потом резко выдохнул, чуть не сбив меня сильным порывом ветра, и, подняв голову, зло зарычал. Обнажились огромные клыки, блестя в свете луны.
Я попятилась, упираясь в зубчатую стену. Но дракон, обернувшись и недовольно рыкнув напоследок, пошёл к противоположному краю стены. Чуть зацепившись когтями за стену, он оттолкнулся задними ногами и спрыгнул вниз.
Мгновение спустя, я наблюдала, как мощные кожистые крылья несут его обратно к лесу, где он вскоре исчез, по-видимому, приземлившись.
Едва он скрылся, я почувствовала, как у меня дрожит всё тело, и сползла, опираясь на стену спиной. Обняв себя, я глубоко дышала и просидела так немного времени. Поняла, что успокоилась, только когда почувствовала, насколько холодным был каменный пол.
Подумав, что хватит на сегодня приключений, я спустилась вниз так быстро, как могла на негнущихся ногах.
Закрыв потайную дверь, обернулась, и тут меня ослепил резко зажёгшийся у моего носа магический охранный светлячок. Я успела только крепко выругаться, перед тем, как ночную тишину Академии пронзил высокий противный звук. Я зажала уши руками, оставшись стоять на месте, понимая, что любое лишнее движение сейчас только усугубит ситуацию. Наконец, звук прекратился, свечение погасло, и я открыла глаза. Передо мной стояли тяжело дышавшие мистрис-элементалистка Казали и ассистент ректора Калеб, оба с фонарями, на свет которых было даже приятно смотреть после яркого, как солнце, светлячка.
– Вот вы и попались, адептка Амон, – со злорадством сказала мистрис Казали. С ней у меня давно были натянутые отношения, ей всегда казалось, что я необучаемая, мало стараюсь и слишком много о себе думаю. И, видимо, сейчас у неё, наконец, появился повод меня проучить.
– Адептка Амон, вы совершили серьёзный проступок. Нарушение комендантского часа недопустимо. Ректор будет разбираться с вами лично, и я приложу все усилия, чтобы вас наказали по всей строгости.
– Мистрис Казали, – горячо заговорила я, даже радуясь, что встретила кого-то в коридорах, – Я видела дракона на крыше! Понимаете, он…
– Вы ещё и на крышу поднимались? Откуда вы вообще знаете этот проход? – брови элементалистки поползли вверх, но она быстро спохватилась, – Неважно. Вам будет вменяться ещё и самовольное проникновение в запретные зоны Академии.
У меня чуть челюсть от удивления не упала. Я сказала про дракона, но её волнует только нарушение правил? Неожиданно спохватился Калеб:
– Подождите, вы сказали, что видели дракона? – вкрадчиво спросил он, заглядывая мне в глаза. Ещё бы температуру померил.
– Да! Он вылетел из леса…
– Вы, видимо, нас за дураков держите? – взорвалась Казали, – Драконы не появлялись тут уже сотни лет! Что только не придумают адепты, лишь бы отговорить от наказания! Со мной такой фокус не пройдёт. Идите в свою комнату. Я отправляю с вами магического светлячка, и если, не дай Скрытый, вы хоть на сантиметр отклонитесь с пути, он снова поднимет шум, и вам будет несдобровать. Ваша дверь будет опечатана до разбирательства у ректора.
– Но дракон…
– Ни слова больше про дракона, адептка Амон, не то я отправлю вас в целительское крыло и попрошу мастера Герра проверить ваш рассудок! Калеб, помогите мне опечатать этот проход, чтобы больше ни один адепт не смог его открыть.
Я тяжело вздохнула и опустила взгляд. Калеб, казалось, хотел что-то возразить, но промолчал отвернувшись. Я поняла, что он не встанет на мою защиту. Оставалось только понуро следовать за ярким светлячком.
Пока шла через коридоры, из дверей высовывались взъерошенные головы преподавателей, неодобрительно поджавших губы из-за шума, вызванного светлячком, а значит, и мной. Я старалась на них не смотреть, краснея под провожавшими меня молчаливыми взглядами. Зайдя в свою комнату, скинула обувь и рухнула лицом в кровать, наконец, дав волю слезам. Единственная мысль, которая мелькнула у меня перед тем, как я, успокоившись, провалилась в сон – что мистрис Казали и Калеб очень быстро пришли на моего светлячка и, несмотря на ночное время, были полностью по-дорожному одеты.

В своей комнате я просидела до обеда, практически не слезая с кровати. Старалась готовиться к диплому, но сосредоточиться не получалось. Я перечитывала одну и ту же строчку по несколько раз, пока, наконец, не плюнула и не отложила тетради. Пару раз подходила к окну, чтобы развеять скуку, наблюдала за физкультурой и тренировками в элементалистике. Глядя на мистрис Казали, муштрующей младших адептов, не испытывала ничего, кроме раздражения. Но, ради справедливости понимала, что наказание заслужено. Мне достаточно долго удавалось успешно нарушать правила Академии – быть там, где не надо, тогда, когда не следует. Положа руку на сердце, я не считала их важными для себя.  Ведь я не пыталась использовать их во вред. Сбегать по ночам мне было нужно, как воздух. Чувствовать себя единственной хозяйкой Академии, узнавать каждый её уголок казалось мне поначалу безумно интересным. Потом я стала использовать это время, чтобы успешно учиться, а то, что я могла при этом побыть в одиночестве – очень приятное дополнение. 

 Но то, что я пыталась вчера донести до преподавательницы, пожалуй, важнейшую новость за последнее время, а меня проигнорировали, выбивало из колеи. Я ждала, когда меня вызовут к ректору, моей последней надеждой был он, и в этот раз я собиралась добиться того, чтобы меня выслушали. Дракон рядом с Академией. Дракон! А меня обвинили во лжи, галлюцинациях и ещё Падший знает в чём. 

 Я записывала всё, что помнила из вчерашней ночи. Дракон вылетел из леса у Арросских гор, подлетел к Академии… Приземлился на площадку рядом со мной… Вёл себя спокойно, я бы сказала, дружелюбно, что было удивительно. Изучая историю Великой Войны, адепты всегда поражались и ужасались как физической мощи, так и магическим способностям крылатых. И они не скрывали радости от факта, что в нашем измерении их больше нет. Драконы считались негласными древними властителями магических существ. Огромные, сильные и разумные, они не обладали развитой человеческой речью, но опытные менталисты могли при должной тренировке научиться распознавать их мыслеобразы. Были записи, что пока действовал Союз, драконы и маги сотрудничали, создавая альянсы и объединяя силы. Людям было позволено летать на  драконах. Я могла только представить, как это, наверное, было прекрасно. 

Я не очень старательно вникала в древние легенды о них, изучая только то, что помогало сдавать историю. Но теперь я горела желанием перечитать абсолютно всё, что есть в библиотеке, даже с единственным упоминанием драконов. 

Вернувшись к своим записям, я поняла, что забыла отметить внешний вид ночного визитёра. Чешуя была, скорее всего, красной, но точно сказать при ночном освещении я не могла. Золотые, светящиеся в темноте глаза. Золотые когти и “кисточка” на хвосте. На голове росли острые шипы, напоминающие рога. Обрамляя драконью голову, они выглядели как корона. По росту и длине он был… вероятно, как четыре сложенные мантикоры Мими. Я погрызла кончик пера. Знать бы ещё, какого она размера…

Я усмехнулась своим заметкам. Будто вообразила себя подопечной мистрис-зоолога. Но решила продолжить – мне лишь нужен был тот, кто выслушает и поверит мне, а значит, воспримет эту новость серьёзно. И для оценки угрозы нужна была любая деталь. 

 Каждое кожистое крыло было в длину как сам дракон целиком без хвоста. В распахнутом виде я видела их, только когда он подлетал к Академии…

 Меня как подбросило с кровати, и все листочки полетели вниз. Только сейчас, анализируя ситуацию со спокойной головой, я поняла, что дракона не остановил магический барьер Академии. 

 Я расхаживала взад вперёд по комнате. Он влетел в защитное поле и вылетел из него, как будто его и не существовало. Барьеры настолько ослабли? Их кто-то снял? Мысли вернулись к мистрис Казали и Калебу. Что они делали в коридорах посреди ночи? Почему выглядели так, будто только вернулись с дороги? Или они, наоборот, куда-то отправлялись?

 Меня остановил стук в дверь. 

 – Эль, ты тут? – это была Джиа. – Это мы. Тебя ещё не отпустили?

 – Нет, – будучи ещё на взводе, я вплотную прижалась к двери, – После того, как вы утром заходили, мне принесли завтрак, но с тех пор – ничего. Что-то слышно?

 – Ни намёка на дракона, – ответил Дэрек, – Занятия, перемены – всё как всегда.

 – Мастер Вэйл появился?

 – В расписании на неделю он вычеркнут красными чернилами. Но раз замену не поставили, вряд ли он совсем ушёл.

 Я горячо закивала, забыв, что друзья меня не видят.

 – Хорошо! Если вдруг вы увидите его, сможете мне сообщить?

 – Мы скажем! Зачем он тебе?

 Хороший вопрос. У меня их к нему столько накопилось… Но первыми в голову пришли те, что не давали мне сейчас покоя больше всего. Куда он пропал после магического взрыва? Почему не помог мне? Неужели его срочные дела были важнее?

 Я поняла, что сжимала кулаки так, что ногти почти до крови впились в ладони.

 – Он мастер-защитник, мне нужно обсудить с ним дракона, ведь он…

 – Эль, – неожиданно перебил меня Зейн, – Ты уверена, что тебе не почудилось вчера?

 У меня дар речи пропал. Я надеялась, что услышу, как кто-то из друзей одёрнет его, скажет, что я в порядке, и что верит мне. Но я ждала, а молчание никто не нарушал.

 – Вы правда так думаете? – сипло проговорила я, – Что у меня помутился рассудок?

 – Эльдреда, мы ничего не хотим такого сказать, – затараторила Джи, – Но пойми, ты же после своего обморока, вчера у тебя было плохое состояние! Мастер Герр отправил тебя спать, а ты почему-то не послушала его и пошла сначала к мистрис Ларассе, а потом ещё и на крышу… Тебе нужно было отдыхать, а не гулять снова ночью по Академии. При твоём самочувствии и сбоях в амулете это неудивительно…

 Она замолчала.

 – Неудивительно что? Что мне чудятся драконы? – убитым голосом закончила за неё я, – Можете не продолжать. Спасибо за поддержку.

 Я вернулась на диван, забравшись на него с ногами, и постаралась не обращать внимания на стук в дверь и возгласы ребят. Через какое-то время всё стихло. Они ушли, оставив меня одну.

Уставившись в одну точку, я просидела так, наверное, целый час. В голове было пусто. Я старалась не думать о произошедшем, чтобы сохранить ясность ума. Не хватало ещё при разбирательствах у ректора устроить истерику. Вдруг дверь комнаты открылась, заставив меня вздрогнуть.
– Адептка Амон, – в проёме появилась голова Калеба, – Ректор Каэл вас ждёт, я сопровожу.
Я кивнула ему, взяла свои записи и пошла за ним в полной тишине, которую никто из нас не нарушал. Занятия ещё не закончились, и я радовалась, что коридоры были пусты. Никто не пялился на меня, не шептался за моей спиной. Вся Академия теперь казалась змеиным гнездом. Уж если единственные друзья сомневаются в моих словах, что я должна была ожидать от остальных?
Едва мы повернули в коридор, ведущий к кабинету, навстречу нам вышла Ирия. Она сдержанно кивнула нам с Калебом в ответ на наше приветствие, и прошла мимо. Проводив до кабинета, Калеб впустил меня и ушёл. Ректор Каэл стоял у окна, сцепив руки за сгорбленной спиной. Он не обернулся, и я осталась у входа.
– Мастер-ректор, – поприветствовала я твёрдо спустя какое-то время.
Он откликнулся лишь через пару мгновений, пригласив меня сесть. Подойдя к столу, он рассеянно погладил своё большое письменное перо и устало сел. Его мысли будто блуждали где-то далеко, и когда он, наконец, посмотрел на меня, взгляд нельзя было назвать полностью осмысленным. Я впервые за всё время поняла, что не знаю, сколько ректору на самом деле лет. Ходили слухи, что ему от семидесяти до семисот, а я никогда его прямо не спрашивала. Но его внешний вид говорил, что почтенный возраст, видимо, брал своё.
– Эльдреда, – начал он ровным голосом, отведя взгляд, – Ты же знаешь, что правила Академии распространяются на всех. 
– Да, мастер-ректор, – ответила я тихо.
– Теперь, когда о твоём нарушении знают все, я не могу оставить это без внимания, как раньше.
Он на мгновение замолчал, словно взвешивал каждое слово. Рука потянулась к перу и обхватила его, немного помяв.
– Ты заслуживаешь наказания… – ректор помедлил, будто борясь сам с собой, – Но Эльдреда, ты мне как дочь.
Внутри всё сжалось от надрыва, с которым были произнесены эти слова. Но краем глаза я заметила, как его рука сжала перо крепче, едва не переломив. Моё сердце застучало быстрее: что-то было не так. 
– Но ты понимаешь, – продолжил он, голос стал жёстче, будто не принадлежал ему, – Я обязан следовать указу… Указу Академии. 
Ректор Каэл откашлялся, и неожиданно холодный цепкий взгляд уставился на меня.
– Нарушив Указы, ты подвела не только Академию, ты подвела меня лично. Я отменяю твоё участие в предстоящем конкурсе на преподавание. Твоя недисциплинированность ставит под сомнение твою пригодность к таким обязанностям. Я разочарован.
Я смотрела на него, не веря своим ушам. 
– Мастер-ректор?..
– Мне нечего тебе больше сказать. Можешь возвращаться на занятия. Следить и сопровождать тебя никто не будет.
Он тяжело поднялся с кресла и, не глядя на меня, снова подошёл к окну. 
– Мастер-ректор, вчера ночью я видела дракона, – сказала я дрожащим голосом, – Он пролетел через барьеры и сел на крышу рядом со мной. Вёл себя не агрессивно, дружелюбно… Тёмно-красный…
Я случайно смяла свои листочки с записями, заметив, как на них расползались мокрые пятна слёз, смешивая чернила. Мастер Каэл тяжело вздохнул, рассеянно глядя в окно. 
– Мы с преподавателями займёмся этим вопросом. А сейчас иди. 
Выйдя из кабинета, я скомкала листки и выкинула в ближайшую мусорную корзину. Занятия только закончились, и коридор постепенно наполнялся гомоном и топотом выходящих адептов. Утерев нос, я отправилась в свою комнату, стараясь смотреть только под ноги перед собой. В комнате сверилась с расписанием. Последний день перед выходными – учёба у моей группы уже закончились. Вытащив из тумбы кошелёк, пихнула его в сумку. Схватив маленькие магические часы, поставила будильник, кинула их к кошельку и вылетела из комнаты. 
Я шла стремительно, лавируя между медленными, радующимися выходным адептами. Меня кто-то пару раз окликнул, но я, не видя ничего перед собой и не отвлекаясь, продолжала идти.
Наконец, когда я уже вышла на улицу, моя цель показалась впереди – кованая ограда и большие железные ворота, увенчанные огромными буквами “Академия Кадарат”. Защита Академии начиналась именно отсюда: с высокого ограждения, выполненного в виде гигантской рунической вязи. Барьер вокруг был таким плотным, что выглядел как пузырь. Адепты, у которых тоже закончились занятия, собираясь в стайки, проходили через ворота, направляясь по мощёной дороге мимо аллеи вниз. 
Мы все шли в одном направлении – маленький студенческий городок Амлис располагался у подножия холма, на котором стояла Академия. Это было живое и шумное место. Живописные каменные домики, украшенные цветами на подоконниках, большая рыночная площадь с магазинами и лавками, в центре которой бил фонтан в виде дракона, храм, несколько постоялых дворов и две таверны.
Амлис, благодаря соседству с Академией, процветал. Адепты сбегали сюда отвлечься от учёбы, поесть что-то, кроме еды из академической столовой, купить перья, книги, свитки, новую одежду и магические инструменты для артефактов. Здесь можно было отправить письма или встретиться с родными, навещавшими учащихся. Вечерами тёплый жёлтый свет из окон таверн заливал мостовые, приглашая прохожих заглянуть внутрь. В лавках алхимиков продавались редкие ингредиенты, привезённые из дальних краёв. Большой, богато украшенный храм, расположенный на площади, был особенно популярен перед экзаменами.
В воздухе витал запах свежего хлеба, трав и магии, и я любила этот город, дающий ощущение свободы, но сейчас мне было совершенно не до его очарования. Единственным желанием было заглушить эту звенящую пустоту внутри. И я направилась в место, которое, как мне казалось, должно было в этом помочь.
В таверне я устроилась в самом дальнем углу, положив часы рядом с собой. Тусклый свет едва доходил сюда, что меня вполне устраивало. Всё внутри сжималось от отчаяния. Каждый глоток крепкого эля, который я заказывала снова и снова, казался единственным спасением от нарастающей боли. Окружающий шум и смех студентов, привычные запахи жареного мяса и пряностей – всё это словно размывалось в какой-то невнятный фон. Слова ректора, звеневшие в моей голове, хлестали как кнутом. С каждым глотком я лишь больше погружалась в темноту своих мыслей.
В какой-то момент моя затея показалась мне ужасно глупой, и я захихикала. Понимая, что завтра моё пьянство не принесёт мне ничего, кроме похмелья, я уже собиралась уйти, как какая-то тень подсела ко мне, грубо пихнув локтём и обдав запахом крепкого алкоголя. Я повернулась к мужчине, его небритое лицо расплывалось перед глазами.
– Что же такая красивая адептка делает здесь одна? – спросил он, наклоняясь ближе. Его голос был тихим и вкрадчивым, он придвинулся ко мне почти вплотную.
Я отвернулась, надеясь, что он отстанет. В тавернах обычно следили, чтобы посетители не донимали адептов, но, видимо, сегодня хозяева были заняты наплывом гостей. Незнакомец не собирался отступать. Его рука легла мне на плечо, и я вздрогнула, но в следующую секунду почувствовала прилив ярости и оттолкнула его, так резко, что тот едва не упал.
– Оставь меня! – мой голос дрожал от гнева и алкоголя.
Мужик, ошарашенный моим сопротивлением, нахмурился и грубо схватил меня за запястье, больно стиснув, но прежде чем он успел что-то сказать, я, схватив свободной рукой сумку, вырвалась и выбежала из таверны. Меня потряхивало. Тёплый ливень хлестнул по лицу отрезвляя. Из-за дождя площадь пустовала. Вспышка молнии осветила тёмное небо, раздался раскат грома. 
Дверь за спиной распахнулась, едва не ударив меня. 
– Ах ты стерва! – мужик медленно надвигался на меня, – Надо научить тебя хорошим манерам. 
Я попятилась назад, и, не удержав равновесие упала на скользкие мощеные булыжники. Ноги разъезжались, встать не удавалось, и я могла только нелепо отмахиваться. Изловчившись, мужик схватил меня за руку и вывернул. Я закричала от резкой боли. 
Лицо с мерзкой ухмылочкой приблизилось к моему. Я почувствовала смрад, исходивший от него. Отчаяние захлестнуло с головой. Надо было оставаться в таверне, там хоть кто-то мог мне помочь.
Амулет начал нагреваться.